Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-105070/2017

18 февраля 2021 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  08 февраля 2021 года.

Полный текст решения изготовлен  18 февраля 2021 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1

рассмотрев в судебном заседании заявление истца по делу:

истец: Общество с ограниченной ответственностью "Архстудия" 

ответчик: 1) Закрытое акционерное общество "Санкт-Петербург Дивелэпмэнт" в лице конкурсного управляющего Юновича Сергея Владимировича

третьи лица:    1) ООО «ППФ «А.ЛЕН»

              2) ОАО «ГПНИИ-5»

              3) Комитет государственного строительного надзора и государственной экспертизы Ленинградской области      

              4) Финансовый управляющий ФИО3 – ФИО4

              5) Собственники квартир, расположенных в объекте «Охтинский ключ» по адресу: 

<

...>: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11,  ФИО12, ФИО13 ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО27.

о защите исключительных прав на произведение архитектуры

при участии

- от истца: не явился, извещен 

- от ответчика: 1) к/у ФИО2 (решение)

                          - от третьих лиц: 2, 3, 4, 5) не явились, извещены 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Архстудия" (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском к  Закрытому акционерному обществу "Санкт-Петербург Дивелэпмэнт" (далее – ответчик) о защите авторских прав с требованием:

- признать за истцом исключительное право на проект 2010 года по строительству и авторское право на созданный на его основе облик возведенных объектов малоэтажной жилой застройки по адресу: 

<

...>;

- запретить осуществление работ и получение разрешения на строительство по объекту без заключения соглашения с правообладателем. 

Истец в обоснование иска указал, что на основании полученного от генерального директора ответчика задания истцом был разработан проект малоэтажной застройки с шифром М/ПС 2010 года, содержащий архитектурные решения, необходимые для строительства коттеджного поселка по адресу: 

<

...> в рамках дополнительного соглашения №4 от 11.03.2010 к договору соинвестирования №1/06 от 04.07.2006 и паспортов блоков, утвержденных генеральным директором ответчика ФИО18 Проект 2010 года, на основании которого велось строительство жилых блоков, значительно отличается от проекта 2008 года, получившего положительное заключение государственной экспертизы по принятым архитектурно-планировочным и инженерным решениям, разработанного также истцом в рамках договора №М/ПС на выполнение проекта от 27.12.2006, заключенного между истцом (исполнителем) и ООО «ЕвроСтрой» (заказчик проекта, подрядчик объекта) в рамках исполнения последним своих обязательств по договору соинвестирования №1/06 от 04.07.2006. Полагая, что ответчик в отсутствии разрешения истца как правообладателя исключительных прав на архитектурный проект 2010 года, может использовать спорную проектную документацию, в которой выражены результаты его интеллектуальной деятельности, для завершения строительства без заключения с истцом какого-либо соглашения, последний предъявил настоящие требования.

Ответчик ходатайствовал об оставлении иска без рассмотрения ввиду несоблюдения истцом претензионного порядка урегулирования спора, по существу иска возражал по мотивам, изложенным в отзыве, ссылаясь на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований: истец не доказал факт приобретения им исключительных авторских прав на основании трудовых отношений с авторами спорного архитектурного решения, созданного в порядке служебного произведения; истец не представил доказательств наличия самостоятельно разработанного проекта 2010 года, согласованного с заказчиком либо с ответчиком; деятельность по выполнению проектно-изыскательских и строительных работ, а также финансированию создания спорного объекта малоэтажной застройки, являющаяся вкладом ООО «ЕвроСтрой» в инвестиционный проект по договору соинвестирования  №1/06 от 04.07.2006, осуществлялась исключительно на основании проекта 2007 года, разработанного истцом в интересах заказчика (ООО «ЕвроСтрой») по заключенному с ним  договору №М/ПС от 27.12.2006; разрешение на строительство от 08.08.2008, а также новое разрешение от 12.09.2011 было выдано на имя заказчика на основании проекта 2007 года; ответчик не заключал с истцом договора на изготовление спорного проекта для строительства спорного объекта; строительство объекта с отступлениями от проекта 2007 года не подтверждает факт существования в 2010 году иного проекта, изготовленного истцом; акт проверки №24-ВБ-14 от 23.04.2014, на который ссылается истец, свидетельствует о выполнении работ с отступлениями от проекта 2007 года и не является доказательством того, что возведенное здание было построено по проекту 2010 года; доказательств того, что заказчиком какого-либо проекта являлся ответчик, либо, что проект 2010 года был согласован ответчиком и заказчиком, не представлено; требование истца фактически направлено на воспрепятствование деятельности ответчика завершить строительство объекта и ввести его в эксплуатацию и затрагивает права и законные интересы физических лиц, которым были переданы квартиры в указанном объекте; несмотря на отсутствие разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, объект фактически построен; ответчик не использовал архитектурную часть проекта, а лишь использовал материальный объект – законченный строительством комплекс, поэтому не нарушал исключительные права истца на архитектурный проект 2010 года.

Третье лицо (ООО «ЕвроСтрой»)  поддержало позицию ответчика, представило отзыв на иск.

В судебном заседании 21.05.2018 истец представил возражения на отзыв ответчика, указав о несостоятельности доводов о наличии единственного проекта, на основании которого осуществлялось строительство спорного объекта, поскольку проект 2010 года, разработанный истцом, не является переработкой проекта 2007 года, разработанного в пользу третьего лица, а имеет признаки самостоятельного архитектурного произведения, исключительные права на которое принадлежат истцу. 

Представитель истца представил вопрос на экспертизу - какому из проектов, выполненных истцом в 2007 году (по задания третьего лица) или в 2010 году (по заданию ответчика) соответствует построенный объект малоэтажной жилой застройки по адресу: 

<

...>?

Представитель ответчика представил дополнение к отзыву, указав, что истцом не доказан факт создания проекта 2010 года по заданию ответчика, а также факт принадлежности авторских прав на спорный проект истцу; нарушение прав истца отсутствует, поскольку использование проекта выражалось в однократном воздвижении объекта на основании данного проекта и корректировок к нему без повторного использования указанного проекта; отдельного договора на разработку проекта, содержащего условие о сохранении за истцом права на проект, не заключалось, поэтому исключительное право на проект в любом случае перешло бы к его заказчику;  строительство объекта фактически не завершено, поэтому невозможно установить факт нарушения авторских прав на еще не созданный на основе проекта облик зданий и сооружений.

Представитель третьего лица представил письменную позицию, сославшись на обстоятельства, установленные при рассмотрении дела А56-71285/2012, о существовании одного единственного проекта 2007 года, заказчиком которого являлось третье лицо, по заданию которого осуществлялось строительство спорного объекта.

В судебном заседании 02.07.2018 представитель истца представил дополнительные документы (аннотации к проектам 2007 г. и 2010г., выписку из реестра членов СРО, личные карточки работников), содержащие сведения о штатных сотрудниках истца, которые работали над разработкой как проекта 2007 года (архитекторы ФИО19, ФИО20, главный инженер проекта ФИО21), так и проекта 2010 года (архитекторы ФИО19, ФИО3, главный инженер проекта ФИО22). Истец также представил дополнительный вопрос на экспертизу – обладает ли проект 2010 года в части фасадных решений, являющихся объектом авторского права, признаками самостоятельности, влияющими на визуальное восприятие объекта в целом?

Представитель ответчика представил дополнительную письменную позицию, в которой указал на недоказанность истцом факта создания творческим трудом авторов (работников истца) спорного проекта и передачи (принадлежности истцу) авторских прав на спорный проект, разработанный его сотрудниками в порядке выполнения служебного задания или в силу иного договора; договор на изготовление проекта ответчик с истцом не заключал, строительство объекта осуществлялось третьим лицом, истцом не доказано наличие нарушенного либо оспариваемого права ответчиком, а также правового интереса истца в предъявленных требованиях.       

Ответчик заявил о фальсификации доказательств – паспортов блоков А, 1, 2, 3, 4, 5, полагая, что представленные истцом в подтверждение факта наличия у него с ответчиком договорных отношений спорные документы, содержащие отметку «Архитектурные решения согласовано «подпись» ФИО18 30.03.2010», являются недостоверными относительно даты их изготовления.

В судебном заседании 13.08.2018 истец представил дополнительную правовую позицию, а также дополнительные документы в подтверждение факта создания творческим трудом коллектива авторов, работавших в организации истца, проектов 2007 г. и 2010 г., разработанных его сотрудниками в порядке выполнения служебных обязанностей в соответствии с должностными инструкциями и служебными заданиями.

Ответчик просил истребовать у истца подлинные документы (служебные задания и должностные инструкции), сомневаясь в дате изготовления указанных документов.

В судебном заседании 22.10.2018 во исполнение определения суда от 13.08.2018 истец представил дополнительные документы, поддержал ранее заявленное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

Для подготовки вопросов на экспертизу и перечня экспертных организаций ответчик просил отложить судебное заседание, а также заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО «ППФ «А.ЛЕН» и ОАО «ГПНИИ-5». В обоснование ходатайства к/у ответчика указал, что облик возведенного объекта мог быть создан на основании проектной документации, разработанной третьими лицами по заданию заказчика (ответчика), в связи с чем, в случае установления факта использования в объекте архитектурной части проекта, принадлежащего третьим лицам, принятое решение может затронуть их права и законные интересы.

Определением суда от 22.10.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «ППФ «А.ЛЕН» и ОАО «ГПНИИ-5».

В судебном заседании 03.12.2018 истец поддержал заявление о назначении по делу судебной экспертизы, проведение которой предложил в следующих организациях: Центр судебной экспертизы «Веритас», Судебная строительно-техническая экспертиза, Центр Строительного контроля и экспертизы строительства, Инженерное Строительное Управление-Экспертиза.

Во исполнение определения от 22.10.2018 ответчик представил вопросы на экспертизу и экспертные организации (ООО «Европейский Центр Судебных Экспертов, ООО «Проектно-экспертное бюро «Аргумент»), заявил об истребовании у истца оригиналов документов: паспортов блоков А, 1, 2, 3, 4, 5, приказа об утверждении авторского коллектива от 05.04.2010, служебных заданий на создание служебного произведения от 05.04.2010 в отношении ФИО19, ФИО3, ФИО22, заявил о фальсификации данных доказательств, с целью проверки данного заявления просил назначить по делу техническую экспертизу давности изготовления спорных документов.

Ходатайство ответчика будет рассмотрено в ходе судебного разбирательства после разрешения ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения наличия в проекте 2010 года признаков архитектурного произведения, охраняемого в качестве результата интеллектуальной деятельности, и связи указанного результата с объектом строительства.  

Третье лицо представило письменную позицию в порядке статьи 81 АПК РФ, в которой, в частности указало, что проект 2010 года не обладает признаками авторского произведения, поскольку является технической корректировкой уже созданного проекта 2008 года в связи с изменениями и дополнениями, внесенными в результате государственной экспертизы от 27.08.2008, без изменения общего облика застройки, содержащегося в проекте 2007 года, о чем между ответчиком и третьим лицом было подписано дополнительное соглашение №4 от 11.03.2010 к договору соинвестирования. Проект 2010 года фактически представляет собой рабочую документацию  технического характера, не содержит в себе признаков объекта интеллектуальной собственности истца (архитектурного решения), охраняемого авторским правом, поскольку является рабочей документацией, сопутствующей последующей реализации замысла, положенного в основу уже разработанного архитектурного проекта 2007 года.  Истцом не доказаны дата изготовления и период разработки проекта 2010 года до постройки спорного объекта. Проект 2010 года на экспертизу не передавался. Соглашение о порядке использования результата работ, созданного по договору №М/ПС от 27.12.2006, не содержит запрета на переработку, корректировку, внесение изменений или дополнений в созданный истцом проект 2007 года. 

Для определения в проекте 2010 года признаков архитектурного произведения, охраняемого авторским правом, а также факта использования данного результата интеллектуальной деятельности (в случае такого признания) в построенном объекте, определением суда от 21.01.2019 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Проектно-экспертное бюро «Аргумент» ФИО23 и ФИО24, производство по делу приостановлено.

В арбитражный суд от экспертной организации поступило  заключение эксперта №118/16 от 28.11.2019, в связи с чем, суд возобновил производство по делу и назначил дело к судебному разбирательству.

В судебном заседании 03.02.2020 истец представил письменные объяснения, просил признать заключение экспертов №118/16 от 28.11.2019 недостоверным и недопустимым доказательством, составленным с нарушением требований законодательства РФ, в подтверждение чего представил заключение специалиста ФИО25 №01/2020-СТИ от 23.01.2020, подготовившего рецензию на экспертное заключение. 

Истец также ходатайствовал о привлечении специалиста ФИО25 для дачи пояснений относительно проведенного исследования и составленного им заключения №01/2020-СТИ от 23.01.2020, а также о вызове в судебное заседание экспертов  ФИО26 и ФИО23 для дачи пояснений по порядку проведения обследования объекта и по выводам, изложенным в экспертном заключении №118/16 от 28.11.2019.

Согласно постановлению Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 18.03.2020 в период с 19 марта 2020 года по 10 апреля 2020 года (включительно) судами рассматриваются только категории дел безотлагательного характера, а также дела в порядке приказного, упрощенного производства.

С учетом изложенного, определением суда от 30.03.2020 дата и время рассмотрения дела изменены.

В арбитражный суд от истца поступило ходатайство об изменении исковых требований, истец просил:

- признать за истцом исключительное право на проект 2010 года по строительству и авторское право на созданный на его основе облик возведенных объектов малоэтажной жилой застройки по адресу: 

<

...>;

- пресечь нарушение исключительных прав на проект (архитектурное решение) 2010 года, а также на созданный на его основе облик возведенных объектов малоэтажной жилой застройки по адресу: 

<

...> принадлежащим истцу, путем запрета осуществлять реализацию проекта 2010 года любым способом, в том числе, но не исключая, запрет окончания возведения спорного объекта, запрет разработки проектной документации на основании спорного проекта, запрет получения заключения государственной либо негосударственной экспертизы, запрет получения разрешения на строительство на основании спорного проекта, с возложением на ответчика обязанности опубликовать решение суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

В удовлетворении ходатайства истца о вызове экспертов судом отказано.

Определением от 06.04.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Комитет государственного строительного надзора и государственной экспертизы Ленинградской области, а к участию в деле в качестве второго ответчика - ООО «ЕвроСтрой» в порядке привлечения его к солидарной ответственности за нарушение исключительных прав истца на спорный объект (проект 2010 года).

В арбитражный суд от ответчика 1 поступило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – участников долевого строительства, с которыми ответчиком 1 заключены мировые соглашения в рамках споров во Всеволожском районном суде Ленинградской области, которые еще не получили квартир, за которые произвели оплату в 2010-2011 годах. В случае удовлетворения иска ответчик будет лишен возможности завершить строительство объекта и обеспечить ввод его в эксплуатацию, что повлияет на права и обязанности третьих лиц по отношению к сторонам спора.

В арбитражный суд от финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 поступило ходатайство о привлечении его в качестве третьего лица без самостоятельных требований относительно предмета спора, мотивируя свое ходатайство наличием у него имущественного интереса в выявлении и реализации имущественных прав должника (ФИО3), в том числе, прав на вознаграждение за использование спорного произведения архитектуры, созданного должником как главным архитектором по поручению работодателя (истца) в порядке исполнения должником служебных обязанностей.

Определением суда от 13.07.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО3 – ФИО4, а также собственники квартир, расположенных в объекте «Охтинский ключ» по адресу: 

<

...>: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11,  ФИО12, ФИО13 ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО27.

В судебном заседании 28.09.2020 по ходатайству истца судом в порядке статей 56, 88 АПК РФ были допрошены в качестве свидетелей ФИО28 и ФИО22

Кроме того, истец отказался от требования в части обязания ответчиков опубликовать решение суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя проекта 2010 года.

Уточнение истца в части второго требования принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Ответчик настаивал на удовлетворении ранее заявленного ходатайства о назначении по делу технической экспертизы давности изготовления спорных документов (паспортов блоков А, 1, 2, 3, 4, 5, приказа об утверждении авторского коллектива от 05.04.2010, служебных заданий на создание служебного произведения от 05.04.2010 в отношении ФИО19, ФИО3, ФИО22) с целью проверки заявления о фальсификации данных доказательств.

Рассмотрев заявление, суд не усмотрел предусмотренных статьей 161 АПК РФ оснований для его удовлетворения посредством проведения судебной экспертизы, поскольку заявление, с учетом имеющихся доказательств в совокупности с иными документами, не влияет на установление юридически значимых обстоятельств, без наличия которых невозможно разрешить спор по существу. Данный вопрос подлежит оценке наряду с иными доказательствами, представленными сторонами в обоснование своих требований и возражений (статьи 64, 65, 71 АПК РФ). При этом, суд отметил, что спор между работниками истца - ФИО3, ФИО22, ФИО20, ФИО21 и самим истцом касательно оснований возникновения и принадлежности истцу исключительных прав как на проект 2007, так и на 2010, отсутствует. Доказательств создания проекта иными лицами, не состоявшими с истцом в трудовых отношениях, либо доказательств принадлежности исключительных прав на архитектурную часть проекта другим лицам, в том числе, ответчикам, в пользу которых произведена передача исключительного права на спорное архитектурное произведение в составе разработанного проекта 2010 года, не представлено. Принимая во внимание презумпцию авторства и распределение бремени доказывания обстоятельств, входящих в предмет спора о защите исключительных прав на спорное авторское произведение, учитывая, что авторское (исключительное) право возникает с момента создания произведения, является абсолютным, а не относительным (то есть, не зависит от действий третьих лиц, в том числе ответчика), проверка заявления о фальсификации доказательств заявленным способом признается судом избыточной мерой, не соответствующей предмету рассматриваемого дела и требованиям процессуальной целесообразности.

В судебном заседании 07.12.2020 истец представил письменные объяснения по существу спора с описанием и соотношением архитектурных решений проекта 2007 и 2010 года с каждым блоком незавершенного строительства А, 1, 2, 3, 4, 5, в результате сравнительного анализа которого предметом судебной защиты является исключительное право на проект 2010 года, архитектурные решения которого использованы ответчиками во вновь созданных объектах (блоках 1, 2, 5, А) и в производных объектах (блоках 3 и 4).

В арбитражный суд от к/у ответчика 2 и третьего лица 1 поступило заявление о прекращении производства по делу в отношении ответчика 2 в связи с прекращением его деятельности как юридического лица на основании определения арбитражного суда от 13.07.2020 по делу А56-71285/2012, о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись от 23.11.2020. 

Рассмотрев указанное заявление, суд в порядке пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ прекратил производство по делу в отношении ответчика 2 -  Общества с ограниченной ответственностью "ЕвроСтрой", в связи с ликвидацией (прекращением деятельности) данного юридического лица.

Ответчик 1 представил письменную позицию по существу спора, указав, что проект 2010 года не является объектом интеллектуальных прав истца, поскольку не содержит в себе признаков архитектурного произведения (архитектурные решения), а представляет собой рабочую документацию технического характера, разработанную для корректировки проекта 2007 года. 

Финансовый управляющий ФИО3 – ФИО4, действующий на основании решения арбитражного суда от 01.10.2020 по делу А56-74616/2019, заявил о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, в виде признания за ФИО3 исключительного авторского права на проект 2010 года, мотивируя свое заявление наличием в действиях истца признаков недобросовестного поведения (злоупотребления правом), направленного на причинение вреда кредиторам должника (Общества с ограниченной ответственностью "ЕвроСтрой") по делу А56-71285/2012, в рамках которого ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности, путем вывода спорного исключительного права на проект 2010 года из имущественной массы ФИО3 как субсидиарного (дело А56-71285/2012), так и основного должника (дело А56-74616/2019).

Судом в порядке статьи 50 АПК РФ принято заявление Финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 как заявление третьего лица с самостоятельными требованиями на предмет спора в виде признания за ФИО3 исключительного авторского права на проект 2010 года.

В судебном заседании 01.02.2021 ответчик поддержал ранее заявленные возражения, заявил о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о защите исключительных прав на спорный проект 2010 года, о нарушении которых истец узнал еще в 2011 году.

Истец и третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

С учетом совокупности исследованных по делу обстоятельств применительно к предмету настоящего спора, суд полагает возможным рассмотреть дело в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела. 

Исследовав и оценив материалы дела, заслушав пояснения представителя ответчика, суд установил следующие обстоятельства.

Истец указал на то, что в 2017 году ему стало известно, что выполненный истцом в 2010 году проект, разработанный на основании задания ответчика, в виде паспортов блоков, без согласия правообладателя, реализуется путем возведения строения по адресу: 

<

...>. Заказчиком строительства является ответчик, застройщиком - ООО «ЕвроСтрой» (третье лицо, исключено из ЕГРЮЛ).

Полагая, что совершение указанных действий должно квалифицироваться как незаконное использование объекта интеллектуальной собственности (архитектурного проекта) без разрешения правообладателя и является нарушением исключительных прав на проект, принадлежащих истцу, последний предъявил настоящие требования, с учетом уточнения, принятого в порядке статьи 49 АПК РФ. 

В силу статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

В предмет доказывания по искам о защите исключительных авторских прав включается наличие определенного объекта интеллектуальной собственности, принадлежность авторских прав на этот объект истцу, а также незаконное использование объекта ответчиком.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения архитектуры, градостроительства и садово-паркового искусства, в том числе в виде проектов, чертежей, изображений и макетов, являются объектами авторских прав.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 17.11.1995 N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" (далее - ФЗ "Об архитектурной деятельности") архитектурный проект - архитектурная часть документации для строительства и градостроительной документации, содержащая архитектурные решения, которые комплексно учитывают социальные, экономические, функциональные, инженерные, технические, противопожарные, санитарно-гигиенические, экологические, архитектурно-художественные и иные требования к объекту в объеме, необходимом для разработки документации для строительства объектов, в проектировании которых необходимо участие архитектора. При этом архитектурное решение - авторский замысел архитектурного объекта, его внешнего и внутреннего облика, пространственной, планировочной и функциональной организации, зафиксированный в архитектурной части документации для строительства и реализованный в построенном архитектурном объекте.

Согласно части 2 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации проектная документация представляет собой документацию, содержащую материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющую архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства, реконструкции объектов капитального строительства, их частей, капитального ремонта.

В состав проектной документации объектов капитального строительства, за исключением проектной документации линейных объектов, включаются архитектурные решения (пп. 3 п. 12 ст. 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, объектом авторского права является не документация для строительства в целом, а лишь архитектурный проект, то есть архитектурная часть документации, в которой выражено архитектурное решение.

В соответствии со статьями 1270, 1294 ГК РФ использованием архитектурного произведения является как разработка документации для строительства, так и практическая реализация архитектурного, градостроительного или садово-паркового проекта.

Учитывая специфику архитектурной деятельности, заключающуюся в двухступенчатом порядке воплощения архитектурного решения, законодатель предусмотрел две формы его объективации (существования): как в форме произведения архитектуры, градостроительства и садово-паркового искусства, так и в форме проектов, чертежей, изображений и макетов (абз. 9 п. 1 ст. 1259 ГК РФ), охраняемых авторским правом.

Поэтому для целей установления факта наличия (отсутствия) неправомерного использования архитектурного произведения необходимо выявление в спорном объекте идеи, замысла (архитектурного решения) и сравнение его с архитектурным решением, воплощенным в охраняемом объекте, независимо от того, какую объективную форму (архитектурного проекта или архитектурного объекта) имели сравниваемые решения.

Согласно пункту 1 статьи 1294 ГК РФ автор произведения архитектуры, градостроительства или садово-паркового искусства имеет исключительное право использовать свое произведение в соответствии с пунктом 2, пунктом 3 статьи 1270 ГК РФ, в том числе путем разработки документации для строительства и путем реализации архитектурного, градостроительного или садово-паркового проекта.

Использование архитектурного, градостроительного или садово-паркового проекта для реализации допускается только однократно, если иное не установлено договором, в соответствии с которым создан проект. Проект и выполненная на его основе документация для строительства могут быть использованы повторно только с согласия автора проекта (абзац 2 пункта 1 статьи 1294 ГК РФ).

Согласно статье 1295 ГК РФ авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору (пункт 1). Исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или гражданско-правовым договором между работодателем и автором не предусмотрено иное (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1296 ГК РФ исключительное право на произведение, созданное по договору, предметом которого было создание такого произведения (по заказу), принадлежит заказчику, если договором между подрядчиком (исполнителем) и заказчиком не предусмотрено иное.

Как следует из материалов дела, между ответчиком (инвестор) и ООО «Еврострой» (соинвестор) 04.07.2006 был заключен Договор соинвестирования №1/06 в рамках реализации инвестиционного проекта - создание малоэтажного жилищного комплекса с объектами недвижимости коттеджного типа из 34 сблокированных коттеджей (таун-хаусов) общей площадью 11 238,57 м2 с благоустройством территории, с созданием инженерных коммуникаций и подключением к ним согласно полученным ТУ (п. 3.1 Договора соинвестирования в редакции дополнительного соглашения №1 от 25.07.2007). 

Согласно пункту 6.2 Договора соинвестирования вложением ООО «Еврострой» в Договор является, в том числе осуществление проектно-изыскательских и строительных работ.

С целью осуществления строительства, ООО «Еврострой» с истцом был заключен договор № М/ПС от 27.12.2006 на выполнение проекта малоэтажной жилой застройки (35 таун-хаусов) по адресу: 

<

...>.

На основании задания в рамках Договора № М/ПС от 27.12.2006 истцу было поручено создание архитектурного проекта 35 коттеджей сблокированного типа, общей полезной площадью 10 000 кв.м. Одноквартирные жилые дома (п.6, п.9 - Задания на проектирование, т.1 л.д. 57-58), Блоки 1,2,3,4,5, А.

Соглашением о порядке использования результата работ к Договору №М/ПС от 27.12.2006 (Т.1 л.д. 64) предусмотрено, что результат работ является собственностью исполнителя (истца) (пункт 1), заказчик имеет право использовать результат работ с целью его однократной реализации (пункт 2),  передача результата работ третьим лицам запрещена (пункт 3), в случае утраты права реализации заказчик обязан уведомлять третьих лиц к которым перешло право реализации проекта о необходимости произвести покупку права использования результата работ третьим лицом у исполнителя (пункт 5), в случае нарушения заказчиком пункта 5 соглашения исполнитель выступает с иском в арбитражный суд о нарушении своих авторских прав.

В данном случае, стороны договора № М/ПС от 27.12.2006 в отличие от правилам, предусмотренного пунктом 1 статьи 1296 ГК РФ, установили иное, согласно которому результат работ (проект 2007 года) является собственностью истца (исполнителя).

Указанное поручение заказчика истцом выполнено в полном объеме. Результат работ был передан третьему лицу, что не оспаривалось ответчиком и заказчиком, однако, архитектурный проект 2007 года не был реализован в полном объеме.

В 2010 году истцом был разработан новый архитектурный проект на 35 сблокированных коттеджей (таун-хаусов) на 66 квартир, объединенных в блоки 1, 2, 3, 4, 5, А.

Одновременно, между ответчиком и ООО «Еврострой», 11.03.2010 было заключено Дополнительное соглашение № 4 к Договору соинвестирования № 1/06 от 04.07.2006 (Т.1 л.д. 36), согласно которому были внесены изменения, в том числе в описание инвестиционного проекта, а именно: создание малоэтажного жилищного комплекса с объектами недвижимости коттеджного типа из 35 сблокированных коттеджей (таун-хаусов на 66 квартир). 

Указанное соглашение свидетельствует о том, что между ответчиком и третьим лицом достигнуто согласие об использовании проекта 2010 года, созданного истцом.

Однако каких-либо новых договоров или дополнений к Договору № М/ПС от 27.12.2006 на создание нового проекта либо переработку ранее созданного проекта между истцом, третьим лицом либо ответчиком заключено не было.

В рамках заключенного между истцом и третьим лицом договора на разработку проектной документации исключительное право на архитектурные решения в составе проекта 2007 года ни третьему лицу, ни ответчику не передавалось. 

Доказательств обратного не представлено.

Поскольку в соглашении от 27.12.2006 стороны договора установили, что результат работ является собственностью исполнителя (истца), согласно пункту 2 соглашения от 27.12.2006 третьему лицу предоставлено лишь право использовать результат работ, переданный ему исполнителем с целью его однократной реализации, наличие иных условий, свидетельствующих о представлении заказчику права передавать иным лицам (в том числе ответчику) право использования результата работ, не предусмотрено, - у третьего лица не возникло исключительного права на архитектурные решения и это право не могло быть передано ответчику при использовании архитектурных решений в составе проекта 2007 года и возведении объекта в рамках договора соинвестирования, в том числе, в рамках однократного использования для строительства (достраивания) тех же домов, для которых ответчик заказывал истцу разработку этой либо новой или переработанной проектной документации.

В подтверждение принадлежности истцу исключительных прав на проекты 2007 и 2010, созданных работниками истца в рамках трудовых отношений в порядке выполнения ими служебного задания, истец представил должностные инструкции, служебные задания, аннотации к проектам 2007 и 2010, выписку из реестра членов СРО, личные карточки работников, содержащие сведения о штатных сотрудниках истца, которые работали над разработкой как проекта 2007 года (архитекторы ФИО19, ФИО20, главный инженер проекта ФИО21), так и проекта 2010 года (архитекторы ФИО19, ФИО3, главный инженер проекта ФИО22).  

Допрошенные в судебном заседании 28.09.2020 в порядке статей 56, 88 АПК РФ свидетели ФИО28 и ФИО22 подтвердили факт участия в разработке проектов 2007 и 2010 в составе творческого коллектива авторов, работавших в организации истца.

Доказательств того, что между истцом и авторами проекта были заключены трудовые либо гражданско-правовые договоры, содержащие условия о закреплении за авторами исключительных прав, а равно доказательств создания проекта иными лицами, не состоявшими с истцом в трудовых отношениях, либо доказательств принадлежности исключительных прав на архитектурную часть проекта другим лицам, в том числе, ответчику, в пользу которого была бы произведена передача исключительного права на архитектурное произведение в составе разработанного проекта 2007 года и/или 2010 года, не представлено.

На основании указанных документов и показаний, суд признал доказанным факт создания творческим трудом коллектива авторов, работавших в организации истца, проектов 2008 г. и 2010г., разработанных его сотрудниками в порядке выполнения служебных обязанностей в соответствии с должностными инструкциями и служебными заданиями, и как следствие, в силу пункта 2 статьи 1295 ГК РФ – признал доказанным факт принадлежности истцу (работодателю) исключительных прав на проекты (служебные произведения).

Доводы Финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 о наличии в действиях истца признаков недобросовестного поведения (злоупотребления правом), направленного на причинение вреда кредиторам должника (Общества с ограниченной ответственностью "ЕвроСтрой") по делу А56-71285/2012, в рамках которого ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности, путем вывода спорного исключительного права на проект 2010 года из имущественной массы ФИО3 как субсидиарного (дело А56-71285/2012), так и основного должника (дело А56-74616/2019), судом отклоняются.

Оснований считать, что при утверждении истцом авторского коллектива для участия в создании и разработке проекта малоэтажной застройки, в состав которого входила ФИО3, являющаяся одновременно руководителем заказчика проекта и супругой истца,  подлинная воля истца и соавторов проекта не была направлена на создание тех гражданско-правовых последствий, которые наступают в результате исполнения служебного задания на создание служебного произведения, исключительные права на которое возникают за истцом, судом не установлено. 

Наличие в действиях истца признаков недобросовестности, в том числе по основаниям аффилированности руководителя истца ФИО19 и ФИО3, не усматривается (статья 10 ГК РФ). 

Само по себе приобретение автором проекта (ФИО3) статуса субсидиарного должника в деле о банкротстве заказчика проекта (ООО "ЕвроСтрой"), руководителем которого она являлась, либо приобретение ФИО3 статуса основного должника в деле о банкротстве А56-74616/2019, не свидетельствует о злоупотреблении истцом своим правом. 

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что в период формирования в организации истца творческого коллектива авторов (с 2006 по 2010) и его работы над созданием и производством проектов 2007 и 2010, разработанных в пределах установленных для работников (авторов) трудовых обязанностей (служебное произведение) в соответствии с должностными инструкциями и служебными заданиями, истец и ФИО3 действовали с намерением причинить вред другому лицу, в том числе будущим кредиторам в деле о банкротстве заказчика и автора проекта, в обход закона с противоправной целью, или допустили заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, требование финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 о признании за ФИО3 исключительного авторского права на проект 2010 года по указанным заявителем основаниям подлежит отклонению. 

Учитывая нормы материального права, регулирующие отношения, возникающие в сфере интеллектуальной собственности (статьи 1229, 1233 ГК РФ), законность передачи третьим лицом ответчику прав застройщика на строительство объекта, для которых была разработана проектная документация, не свидетельствует о законности передачи права использования объекта исключительных прав (архитектурных решений, являющихся частью проектной документации) и наличии у ответчика соответствующего права на спорный объекта интеллектуальных прав (проект 2007 года).

Доказательств дачи истцом согласия на использование ответчиком объектов исключительных прав истца (архитектурные решения в составе проекта 2007 года или в составе переработанного проекта 2010 года) либо отчуждения ответчику своего исключительного права на указанные объекты, не представлено.

В подтверждение создания проекта 2010 года (шифр М/ПС 2010) на основании задания ответчика истцом представлены паспорта блоков А, 1, 2, 3, 4, 5, согласованные генеральным директором ответчика ФИО18, о чем в нотариальном заявлении 78 АБ 3941426 от 15.11.2017 он указал, что в начале 2010 года ответчик (застройщик) обратился к истцу с просьбой разработать проект малоэтажной застройки по адресу: 

<

...> договор на проектные работы предполагалось заключить до окончания строительства объекта.

Вместе с тем, письменного договора между истцом и ответчиком на предмет создания проекта 2010, в том числе, по вопросу распределения исключительных прав на указанный проект, не заключалось, соответствующих доказательств в материалы дела не представлено.

Нотариальное заявление генерального директора ответчика и согласованные им паспорта блоков не являются таким доказательством, поскольку не свидетельствуют о достижении сторонами всех существенных условий договора, подлежащего заключению в письменной форме, следовательно, правовой режим возникновения исключительного права на произведение (проект 2010 года), созданное без договора (статья 1296 ГК РФ), к правоотношениям сторон спора не применяется.

Разрешение на строительство RU47504307-8 от 12.09.2011 ответчику выдано на основании архитектурного проекта, созданного истцом в 2007 году, шифр проекта М/ПС-РД 2008 на 35 одноквартирных коттеджей, однако, частично возведенный объект соответствует архитектурному проекту 2010 года (коттеджи на 66 квартир), разработанному истцом без получения задания от ответчика либо от кого-либо из третьих лиц по настоящему делу.

Кроме того, согласно экспертному заключению установлено, что внутренняя планировка помещений в проектах 2007 и 2010 года имеет существенные различия, а именно в варианте 2010 года помещения разделены на две части, с целью увеличения числа жилых ячеек, что повлекло за собой изменения относительно варианта 2007 года (стр. 26 экспертного заключения, т. 7). Далее, экспертизой установлено, что фактически возведенный объект в части фасадов блоков 1, 2 и 5 выполнены в соответствии с чертежом проекта 2010 года (стр. 27 экспертного заключения). 

При этом эксперты указав, что проект 2010 года является переработкой проекта 2007 года, пришли к выводу, что проект 2010 года не обладает признаками самостоятельного архитектурного произведения, что противоречит пп.1 п. 2 ст. 1259 ГК РФ, согласно которому произведения, представляющие собой переработку другого произведения, являются самостоятельными объектами авторского права.

Факт использования архитектурных решений в составе проектной документации 2010 года, разработанной истцом для строительства объектов малоэтажной застройки, судом установлен, ответчиком не опровергнут.

По результатам сравнительного анализа, архитектурные решения в составе проекта 2010 года в отношении блоков 1, 2, 6, А существенно отличаются от архитектурных решений указанных блоков проекта 2007 года, следовательно, являются самостоятельным архитектурным произведением. 

В отношении же блоков 3, 4 архитектурные решения в составе проекта 2010 года сходны с проектом 2007 года, следовательно, являются переработанным произведением.

Согласно сравнительной таблице визуального облика проектов коттеджного поселка «Охтинский ключ», блоки 3, 4 частично построенного спорного объекта соответствуют проекту 2007 года, при этом блоки 1, 2, 5, А, соответствуют проекту 2010 года, что подтверждается Заключением ООО «Медиа-Стройпроект» № 41-ЗРО-16, Актом проверки 24-ВБ-14 от 23.04.2014 Комитета Государственного строительного надзора и государственной экспертизы Ленинградской области.

Таким образом, архитектурный проект малоэтажной жилой застройки 2010 года, являясь авторским проектом, исключительные права на который принадлежат истцу, был использован ответчиком без соответствующего согласия истца, что является фактом нарушения исключительных прав истца, которые подлежат защите.

Закон запрещает использование как самостоятельного, так и переработанного произведения. Для соблюдения правового режима законного использования архитектурной части проекта 2010 как самостоятельного, так и переработанного произведения, необходимо было получить соответствующее разрешение на такое использование.

Доказательств наличия у ответчика соответствующего разрешения не представлено.

Следовательно, использование ответчиком при строительстве объекта малоэтажной застройки архитектурных решений в составе проекта 2010 в части блоков 1, 2, 6, А как самостоятельного произведения, а также в части блоков 3, 4 как переработанного произведения, без получения согласия истца на такое использование, является нарушением исключительных прав истца на результаты интеллектуальной деятельности.

Однако данное нарушение не влечет использования такого способа защиты нарушенного права как запрет по строительству объекта, поскольку объект строительства не является результатом интеллектуальной деятельности истца, а выступает лишь материальной формой выражения данного результата. 

В данном случае, с учетом положений статьи 1294 ГК РФ объект строительства, возведенный на основании проекта, не является способом использования исключительных прав на проект как архитектурное произведение, запрет возведения объекта, который уже построен либо находится на стадии незавершенного строительства, не повлечет восстановления нарушенного права истца, является избыточной мерой, затрагивающей права и законные интересы третьих лиц, повлечет несоразмерные затраты, что не соответствует последствиям допущенного нарушения.

Можно запретить использовать сам проект в части архитектурных решений либо документацию, выполненную на основе этого проекта, но не объект строительства, так как последний не является материальным носителем результата интеллектуальной деятельности истца.

Нарушение ответчиком исключительных прав истца на произведения путем использования их в составе архитектурной части проектной документации, разработанной истцом, на основании которой строился объект, без разрешения правообладателя (истца), является основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности, но не основанием для запрета по возведению и вводу в эксплуатацию строительного объекта, в связи с чем, требование  о пресечении нарушения исключительных прав путем запрета осуществлять реализацию проекта 2010 года способом запрета окончания возведения объекта строительства, запрета получения заключения государственной либо негосударственной экспертизы, запрета получения разрешения на строительство, подлежит отклонению.

Ответчиком в суде заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. 

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнал или должен был узнать непосредственно правообладатель.

Как указал истец в исковом заявлении, по проекту 2010 года, разработанному по техническому заданию на проектирование, полученному от ответчика, были построены квартиры в коттеджном поселке «Охтинский ключ», подтверждением чему является заключение ГАСН Ленинградской области, согласно которому квартиры в поселке Мурино построены не по проекту М/ПС-РД 2008 года, получившему положительное заключение экспертизы. 

В соответствии с актом проверки ГАСН Ленинградской области №24-ВБ-14 от 23.04.2014 фактически был построен иной объект капитального строительства.

Согласно представленному в материалы дела заключению экспертизы №154-06-10661-11 от 27.11.2011, подготовленному специалистом Ленинградской областной Торгово-Промышленной Палаты ФИО29, по результатам осмотра объекта – малоэтажного жилого комплекса, состоящего из 6 зданий (блок А, 1, 2, 3, 4, 5), состоящих из сблокированных квартир, различной этажности, были установлены нарушения в технологии выполнения строительно-монтажных работ.  

Исследование спорного объекта в отношении всех блоков проводилось на предмет соответствия строительно-монтажных работ как нормативно-техническим требованиям, так и на предмет соответствия результата работ проектной документации, разработанной истцом (шифр М/ПС). 

Заключение составлено по заказу третьего лица (ООО «Еврострой»), учредителем и генеральным директором которого являлась ФИО3, являющаяся одновременно автором проекта 2010 года, а также супругой руководителя истца. 

Кроме того, согласно отчету по проверке исполнительной документации, соответствие ее проектной документации, подготовленному ООО «ТехСервис», было установлено, что в имеющейся на строительной площадке и представленной в офисе рабочей документации имеется масса разночтений и неточностей, в том числе, в отношении архитектурных чертежей документации, в связи с чем, вследствие многочисленных отступлений и внесения изменений в первоначальную версию проекта, имеющуюся проектную документацию необходимо направить на переэкспертизу.

При этом, ответчик дополнительно указал, что истец выступал не только в качестве разработчика проекта, но и исполнял свои обязательства в рамках договора авторского надзора с 2007 года, истец и руководитель истца были участниками долевого строительства спорного объекта, ФИО19 и ФИО3 являлись авторами проекта 2007 и 2010 года, являлись участниками дела о банкротстве ООО «Еврострой», в ходе которого было установлено, что строительство велось с отступлениями от проекта; ФИО19, являющийся генеральным директором истца, являлся также участником  ООО «Еврострой», ФИО3, являющаяся автором проекта 2010 года, также являлась генеральным директором ООО «Еврострой», что свидетельствует об осведомленности истца касательно строительства и несоответствия объекта проектной документации, следовательно, истец знал и мог узнать о нарушении его исключительных прав еще в 2011 году.

Указанные обстоятельства и доказательства, на которых основаны заявленные требования применительно к предмету спору, позволяют признать, что еще в 2011 году, но не позднее апреля 2014 года, когда результат выполненных работ позволил экспертным путем установить несоответствие возведенного объекта проектной документации, истец как правообладатель проекта 2017 года и проекта 2010 года, должен был знать о предполагаемом нарушении своих исключительных прав на спорный проект 2010 года, в связи с чем, именно с этого времени и надлежит исчислять срок исковой давности по заявленным требованиям.

Поскольку истец обратился в арбитражный суд с иском в защиту исключительных прав на архитектурный проект только 07.12.2017, тогда как о нарушении своего права ему должно было стать известно еще в 2011 году, но не позднее апреля 2014 года, то срок исковой давности по заявленным в настоящем деле требованиям, о применении последствий которого заявлено ответчиком, истек в апреле 2017 года.

В связи с пропуском истцом срока исковой давности в иске в части требования о признании за истцом исключительного права на проект 2010 года следует отказать.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                                                   Евдошенко А.П.