ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-37322/2017

город Ростов-на-Дону

12 апреля 2024 года

15АП-2850/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 апреля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Гамова Д.С., Димитриева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании:

ФИО2;

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 17.11.2023.

прокурора прокуратуры Краснодарского края Рябоконев А.В.;

конкурсного управляющего ООО ЖСК «Профстрой-Юг» ФИО4;

от конкурсного управляющего ООО «Профстрой-Юг» ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 01.08.2023;

при участии в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ППК «Фонд развития территорий»: представитель ФИО6 по доверенности от 10.01.2023;

от Департамента по надзору в строительной сфере Краснодарского края: представитель ФИО7 по доверенности от 23.12.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 по делу № А32-37322/2017 о признании наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Профстрой-Юг»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Профстрой-Юг» (далее - должник, ООО «Профстрой-Юг») в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее - ФИО2), ФИО8 (далее -ФИО8), ЖСК «Профстрой-Юг», ООО «ИнвестКубань», Кишева Марка Владимировича (далее - ФИО9 М.В.), ФИО10 (далее - ФИО11 (ФИО9) Е.Л.), ФИО12 (далее - ФИО12), ФИО13 (далее - ФИО13), ФИО14 (далее - ФИО9 Я.В.), ФИО15 (далее - ФИО15), ФИО16 (далее - ФИО16) по обязательствам должника (с учетом уточнения требования, принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 по делу№ А32-37322/2017 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО8, ФИО13, ЖСК «Профстрой-Юг» к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. Производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами. В отдельное производство выделены требования конкурсного управляющего в отношении ФИО17, ФИО10, ФИО12, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ООО «Инвест-Кубань»,  выделенному производству присвоен номер А32-37322/2017-37/109-Б/22-8-СО.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 по делу № А32-37322/2017, ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что выводы суда о том, что фактическое руководство должником осуществлял ФИО2, документально не подтверждены и основаны на мнении конкурсного управляющего должника. Приговором суда установлено, что ФИО8, ФИО13 причинили ущерб потерпевшим и должнику, при этом в отношении ФИО2 приговором суда сделан вывод о том, что он не знал о преступных намерениях осужденных. Доводы управляющего о том, что соглашением от 24.04.2014, подписанным ФИО8 от имени ЖСК «ПрофСтройЮг», произведена передача прав от ЖСК к должнику без встречного исполнения, с целью создания обособленной структуры, которая в случае финансовых трудностей не была связана обязательствами с ЖСК, а само ЖСК не отвечало бы по обязательствам должника, противоречат выводам суда, изложенным в приговоре суда от 13.07.2022. ФИО2, начиная с 2013 года, находился за пределами РФ, поэтому не осуществлял деятельность по управлению должником.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должникаФИО4 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

 В отзыве на апелляционную жалобу Прокуратура Краснодарского края просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

В судебном заседании ФИО2 заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы, производство которой просил поручить АНО «Бюро независимой экспертизы Плеяды».

На разрешение эксперта поставить следующие вопросы:

- Какова рыночная стоимость земельного участка по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 23:43:0143021:2703, а также 3-х объектов незавершенного строительства - многоквартирных домов Литер 1, Литер 2, Литер 3, расположенных на земельном участке, по состоянию на 24.04.2014 (день заключения соглашения о передаче объектов ЖСК «Есенина-108» (переименовано в ЖСК «ПрофСтройЮг») в пользу должника?

- Какова рыночная стоимость земельного участка по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 23:43:0143021:2703, а также 3-х объектов незавершенного строительства многоквартирных домов Литер 1, Литер 2, Литер 3, расположенных на земельном участке, по состоянию на 31.08.2017 (день подачи заявления о признании должника банкротом). 

Рассмотрев заявленное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Заключение экспертизы представляет собой один из видов доказательств по делу (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и оценивается арбитражным судом наряду с другими представленными сторонами доказательствами по правилам, установленным статьей 71 данного Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Назначение экспертизы является способом получения доказательств по делу и направлено на всестороннее, полное и объективное его рассмотрение, находятся в компетенции суда, разрешающего дело по существу.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В соответствии с положениями статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих вопросов, требующих специальных знаний. Целесообразность проведения экспертизы определяет суд.

По смыслу названных норм суд может отказать в назначении экспертизы, если у него исходя из оценки уже имеющихся в деле доказательств сложилось убеждение, что имеющиеся доказательства в достаточной мере подтверждают или опровергают то или иное обстоятельство.

В рассматриваемом случае обособленный спор может быть рассмотрен без проведения экспертизы. Ввиду этого, ходатайство о назначении экспертизы не подлежит удовлетворению. 

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что сведения об экспертных организациях, кандидатуры экспертов; письмо от экспертной организации со сведениями о сроках и стоимости проведения экспертизы; полный пакет документов, подтверждающих квалификацию экспертов; доказательства перечисления денежных средств на депозитный счет Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда в сумме, достаточной для оплаты услуг эксперта, ответчиком не представлены. В связи с этим у суда апелляционной инстанции отсутствуют процессуальные основания для удовлетворения ходатайства о назначении экспертизы.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 по делу № А32-37322/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, только в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.11.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО18 В деле о  банкротстве должника применены правила параграфа 7 главы 9 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.05.2018 временным управляющим должника утвержден ФИО19

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.03.2019 в отношении должника введена процедура внешнего управления.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО8, ЖСК «Профстрой-Юг», ООО «ИнвестКубань», ФИО17, ФИО10, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 по обязательствам должника (с учетом уточнения требования, принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В суде первой инстанции ФИО2 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Признавая заявление о пропуске срока исковой давности необоснованным, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекс Российской Федерации).

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление Пленума ВС РФ № 53).

Что касается "субъективного" срока исковой давности, зависящего от осведомленности лица, подающего заявление, о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, то такой срок по общему правилу начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности); при этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. На это обращается внимание и в судебной практике (пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 июля 2018 года).

Из материалов дела следует, что решение о признании должника несостоятельным (банкротом) принято судом 05.04.2021.

Заявление о привлечении ФИО2, ФИО8, ЖСК «Профстрой-Юг» к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим 28.02.2022, то есть, в пределах срока исковой давности.

В связи с этим отсутствуют правовые основания для отказа в удовлетворении заявления по мотиву пропуска срока давности, заявленного ответчиком.

Таким образом, довод ФИО2 о пропуске заявителем срока исковой давности обоснованно отклонен судом первой инстанции.

Выводы суда первой инстанции в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО8, ФИО13, ЖСК «ПрофСтрой-Юг» к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника не оспариваются сторонами и в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежат проверке судом апелляционной инстанции.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Поскольку вменяемые ФИО2 действия (бездействие) совершены в период 2014 - 2017 г.г., а также исходя из даты возбуждения дела о банкротстве должника, настоящий спор рассмотрен с применением положений Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума ВС РФ № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим. В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Как разъяснено в пунктах 16 - 17 постановления Пленума ВС РФ № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам. По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

Суд установил, что ФИО2 являлся учредителем должника с 27.10.2011 по 06.05.2014. ФИО8 являлся директором должника с 18.04.2014 по 26.04.2019 и учредителем с 06.05.2014 и по настоящее время.

ФИО2 с 28.04.2011 по 22.04.2015 являлся председателем правления ЖСК «Проф Строй-Юг» (прежнее наименование – ЖСК «Есенина-108»). Учредителем ЖСК «Есенина-108» являлся ФИО8

В обоснование статуса ФИО2, как контролирующего должника лица, заявитель сослался на выводы, сделанные во вступившем в законную силу приговоре Прикубанского районного суда г. Краснодара от 13.07.2022, а также указал, чтоФИО2 осуществлял фактическое руководство должником, в том числе после формального назначения на должность руководителя ФИО8

Давая правовую оценку указанному доводу, суд первой инстанции указал, ФИО2 создал несколько организаций и назначил на руководящие должности своих родственников. ФИО2 фактически осуществлял руководство компаниями, что подтверждается приговором суда, в котором имеется ссылка на показания свидетелей. При этом, банкротство должника стало следствием сделки по передаче обязанностей ЖСК (начавшему строительство и получавшему денежные средства участников строительства) должнику перед участниками строительства о передаче объектов строительства. Сделка подписана ФИО2 без передачи сведений об объеме внесенных денежных средств участниками строительства, их расходовании, наличии требований, возникших у ЖСК к третьим лицом в результате расходования денежных средств участников строительства, а также создания задолженности по оплате за земельный участок, на котором находились незавершенные строительством многоквартирные жилые дома.

ФИО2, как председатель правления ЖСК, выделил часть земельного участка с достроенным многоквартирным домом из общего земельного участка в целях исключения перехода к должнику имущества в достроенном многоквартирном доме, и передал должнику незавершенные строительством объекты. Денежные средства участников строительства, обязательства которых приняты должником, изначально расходовались ЖСК, в том числе и на достроенный жилой дом, находящийся на выделенном земельном участке.

Таким образом, ФИО2, который вел строительный бизнес в ЖСК, создал  ООО «Проф-Строй-Юг» и передал должнику незавершенные строительством объекты и обязательства перед участниками строительства, тем самым разграничив  ответственность между ЖСК и должником, финансовые показатели которого уже через год не обеспечивали возможность достройки объектов.

При этом на должность руководителя должника ФИО2 назначил сына -ФИО8, в связи с чем ФИО2, не будучи руководителем должника, не привлечен к уголовной ответственности приговором Прикубанского районного суда г. Краснодара.

В подтверждение фактического руководства ФИО2 компаниями (в частности должником) в Приговоре Прикубанского районного суда г. Краснодара имеются следующие показания свидетелей:

- оглашенными в порядке статьи 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО20 от 12.09.2017 о том, что в марте или апреле 2017 года он вошел в состав учредителей ООО «Асгард» ИНН 

<

***>. Юридическое лицо было учреждено ФИО21 и ФИО22 Деятельность фирмы заключается в производстве строительных материалов и строительстве домов. В мае - июне 2017 года, точную дату свидетель не помнит, он познакомился с ФИО2, который  предложил заключить с фирмой ООО «ПрофСтрой-Юг», где директором является его сын ФИО8, договор генерального подряда. ФИО2 предложил его фирме закончить строительством объект по адресу: 

<

...>. В качестве оплаты за планируемые работы ФИО2 должен был переоформить в собственность ООО «Асгард» экономически выгодный для его фирмы объект недвижимости. ФИО2 сообщил ему, что стоимость строительно-монтажных работ, необходимых для завершения строительства указанного объекта недвижимости, составит 60 - 80 млн. руб. После этого, между ООО «Асгард» иООО «ПрофСтрой-Юг» в лице ФИО8 заключен договор генерального подряда от 30.06.2017. По условиям договора после переоформления на его фирму экономически выгодного объекта недвижимости в качестве авансового платежа, они должны были приступить к строительно-монтажным работам. Объект недвижимости ФИО2 должен был переоформить до 28.07.2017. В указанный срок ФИО2 не предоставил ему участок, соответственно не произвел авансовый платеж, в связи с чем работу на объекте его фирма не начала. ФИО2 пояснил, что пока не может найти участок.

- оглашенными в порядке статьи 281 УПК РФ показаниями свидетеляФИО13 от 13.12.2017 о том, что она ранее работала аудитором, в связи с осуществлением профессиональной деятельности в 2012 - 2013 году она познакомилась с ФИО2, обстоятельства знакомства не помнит. После чего они периодически общались. В 2014 году ей позвонил ФИО2 и сообщил, что хочет познакомить со своим сыном, так как его сын хочет предложить ей работу. Она согласилась, и ФИО2 познакомил ее со своим сыном ФИО8 Знакомство происходило по адресу: 

<

...> Победы, 34, в офисе группы компаний «ПрофСтрой-Юг», который располагался на 6 этаже ТЦ «Оскар».

- оглашенными в порядке статьи 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО23 от 28.04.2018 о том, что она является индивидуальным предпринимателем ИП «Плахотняя» с 2014 года и состоит на налоговом учете в ИФНС России № 2 по г. Краснодару. Она занимается предоставлением информационных и риелторских услуг в сфере приобретения недвижимости. Она является прихожанкой церкви «Вифания» в пос. Пашковском, где примерно в 2008 году познакомилась с ФИО24 и через нее познакомилась с ФИО2 В 2013 - 2015 году она узнала, что ФИО2 является застройщиком и строит многоквартирные жилые дома на территории г. Краснодара. Ей стало известно, что у ФИО2 было предприятие ООО «ПрофСтрой-Юг», офис которого располагался по адресу: 

<

...> Победы, 34, ТЦ «Оскар». В тот момент ФИО2 оканчивал строительство жилого дома по ул. Дунаевского. Свидетель спросила ФИО2, возможно ли предлагать к продаже объекты, которые строило ООО «ПрофСтрой-Юг» и на каких условиях. ФИО2 сказал, что можно на условиях получения ею вознаграждения в размере 3% от суммы сделки, при этом оплату должно производить ООО «ПрофСтрой-Юг». Свидетель предлагала гражданам к продаже следующие объекты недвижимости: ЖСК «Формат» по ул. Калужская/ул.Камчатская, 24/3, ЖСК «Новый Формат» по адресу: 

<

...> и ЖСК «Проф Строй-Юг» в п. Краснодарском. К реализации квартир и заключению договоров ДДУ с ООО «Инвест-Кубань» и ООО «Строй-Сити» она никакого отношения не имеет. С ФИО8 свидетель знакома, но никогда с ним относительно продажи квартир не общалась, как было указано выше, она обращалась только к ФИО2 О том, на каких объектах можно было продавать квартиры, она узнавала от ФИО25, которая отправляла ей на электронную почту информацию об объектах строительства и наличии квартир, которые она предлагала гражданам.

- оглашенными в порядке статьи 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО26 от 27.04.2018 о том, что летом 2014 она искала работу. С этой целью она разместила свое резюме в информационной глобальной сети интернет. Ей позвонили из ООО «ПрофСтрой-Юг» и предложили прийти собеседование в строительной компании на должность менеджера по продажам недвижимости. Ее заинтересовало данное предложение и она решила прийти на собеседование по адресу: 

<

...> Победы, 34, ТЦ «Оскар» офис 603. Собеседование проводили ФИО27, который представился руководителем отдела продаж. ФИО27 предложил должность менеджера по продажам недвижимости. Генеральным директором ООО «ПрофСтройЮг» являлся ФИО8, однако фактическое руководство осуществлял его отец - ФИО2, так все решения принимал ФИО2 Именно ФИО2 непосредственно руководил деятельностью прорабов, подрядчиков, действиями главного бухгалтера ФИО13, а также действиями генерального директора ФИО8 который прежде чем принять какое-либо решение, сначала либо спрашивал об этом лично ФИО2, если тот находился в офисе, либо звонил по телефону, и только после получения одобрения от ФИО2 принимал решение. То есть у нее и у других сотрудников офиса не возникало сомнений, что ФИО2 является фактическим владельцем и руководителем ООО «ПрофСтрой-Юг», а ФИО8 является только номинальным директором, который без согласования со своим отцом ФИО2 не может принять никакого решения.

- оглашенными в порядке статьи 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО28 от 26.04.2018 о том, что в начале 2015 года в офисе ООО «ПрофСтройЮг» по адресу: 

<

...> Победы, 34, был собран весь отдел продаж, в который входили: она, ее муж, ФИО29, ФИО30, ФИО31. На собрании присутствовал ФИО2, ФИО8, ФИО9 Марк. На собрании было объявлено об открытии продаж в ЖСК «Палитра» в п. Краснодарском, ЖСК «ПрофСтройЮг». Генеральным директором ООО «ПрофСтрой-Юг» являлся ФИО8 Каждую неделю с менеджерами по продажам проводились планерки, которые проводил ФИО2 и ФИО9 Марк.

Суд первой инстанции на основании исследования и оценки документов, а также с учетом выводов, изложенных в приговоре суда, установил, что ФИО2 являлся лицом, определяющим деятельность должника, фактически осуществлял полномочия руководителя должника и в период отсутствия у него юридических полномочий руководителя должника, в том числе, в период наличия полномочий руководителя должника у его сына - ФИО8 Наличие у ФИО2 возможности давать должнику обязательные для исполнения указания подтверждается показаниями свидетелей, данными  в ходе рассмотрения уголовного дела.

Установленные судом обстоятельства осуществления фактического контроля над обществом ФИО2, являющимся отцом ФИО8, служат основанием для вывода о том, что ответчик является контролирующим должника лицом.

Довод ответчика о том, что он не является лицом, фактически контролирующим деятельность должника, отклоняется судебной коллегией, поскольку законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц, а рассматриваемом деле установлено, что ФИО2 является лицом, фактически осуществляющим руководство деятельностью должника.

Суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора установил  следующие обстоятельства.

Вступившим в законную силу приговором суда установлено, что ФИО8 в апреле 2014 года, являясь единственным учредителем и генеральным директором должника, преследуя корыстную цель, имея преступный умысел, направленный на систематическое хищение денежных средств участников долевого строительства в особо крупном размере, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения материального ущерба участникам долевого строительства и желая их наступления, преследуя цель хищения денежных средств путем обмана под видом строительства многоквартирного дома, принял решение о совершении мошенничества, а именно: хищении денежных средств неопределенного круга граждан в особо крупном размере, путем обмана, под предлогом строительства многоквартирного жилого дома и последующего ввода его в эксплуатацию с целью передачи приобретателям по договорам участия в долевом строительстве или договорам уступки прав требования. Указанным Приговором ФИО8 признан виновным в совершении преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершенное в особо крупном размере), пункту «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления, совершенные в особо крупном размере).

Приговором установлено, что преступная роль ФИО8 заключалась в осуществлении общего руководства действиями группы лиц по предварительному сговору с ФИО13, финансирование преступной деятельности; организацию регистрации в налоговых органах жилищно-строительного кооператива; приискание помещения для осуществления своей деятельности; распоряжения денежными средствами, поступившими на расчетный счет жилищно-строительного кооператива; организацию работы жилищно-строительного кооператива с целью обмана граждан относительно возможности выполнить обещания по строительству и передаче им в собственность соответствующих объектов недвижимости; приискания и приобретения земельного участка и организацию на земельном участке строительство многоквартирного дома, с целью придания видимости строительства, тем самым обмана граждан и хищения денежных средств последних; распределение похищенного между участниками преступной группы. Преступная роль ФИО13 заключалась в привлечении граждан для оформления с ними соответствующих договоров об участии в ЖСК, привлечении денежных средств от граждан по указанным договорам, ведении бухгалтерского учета и контроле финансовых потоков указанного юридического лица.

В целях обеспечения систематического хищения денежных средств граждан в соответствии с планом ФИО8 им было предусмотрено создание условий, способствующих введению граждан в заблуждение и обмана относительно возможности последнего выполнить обязательства по передаче им в собственность соответствующих объектов недвижимости. К таким условиям было отнесено: размещение офиса ЖСК «Профстрой-Юг» в одном месте с ООО «Профстрой-Юг» в целях убеждения и обмана граждан, желающих вступить в кооператив, о том, что ЖСК «Профстрой-Юг» фактически входит в группу компаний ООО «Профстрой-Юг»; наличие копий проектной и разрешительной документации на возводимые объекты; обеспечение возможности демонстрации потенциальным покупателям продаваемых квартир; предложение более низких цен на объекты недвижимости в сравнении с другими продавцами, в том числе и с застройщиками; размещение рекламной информации о продажах квартир, в том числе посредством глобальной информационной сети Интернет. Во исполнение реализации своего единого с ФИО13 преступного умысла ФИО8 организовал ЖСК «Профстрой-Юг» (ИНН 

<

***>, юридический адрес: 

<

...>), зарегистрированный 22.04.2015 в ИФНС России № 2 по г. Краснодару, состоящий на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 16 по Краснодарскому краю, председателем которого согласно Уставу ЖСК «Профстрой-Юг», зарегистрированному в Едином государственном реестре юридических лиц № 2152310058580 от 24.04.2015, была назначена ФИО13 (она же ФИО9) и открыт расчетный счет № 40703810826060000006 в филиале АО «Альфа-Банк».

ЖСК «Профстрой-Юг», председателем правления которого являлсяФИО2 и ФИО13, учредителем - ФИО8 до 27.10.2021, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, поскольку ЖСК «Профстрой-Юг» входит в группу взаимосвязанных лиц, которая организовала устойчивую во времени схему функционирования бизнеса, при которой выгоды от ведения деятельности аккумулировались на ряде юридических и физических лиц прямо либо опосредованно, через промежуточные юридические лица, контролируемые конечным выгодоприобретателем.

Таким образом, ЖСК «Профстрой-Юг» фактически являлось выгодоприобретателем имущественных прав должника, в том числе на земельный участок, права на который безвозмездно переданы должником ЖСК «Профстрой-Юг», а также по договорам долевого участия в строительстве.

Названные обстоятельства, как и то, что фактическое руководство должником осуществлял ФИО2, который давал указания и осуществлял контроль за деятельностью прорабов, подрядчиков, главного бухгалтера ФИО13 и генерального директора ФИО8, установлены приговором суда и лицами, участвующими в деле, не опровергнуты надлежащими и достоверными доказательствами.

Довод заявителя жалобы о том, что сделка по заключению соглашения от 24.04.2014 не была учтена при вынесении решения и не было установлено ее влияние на банкротство должника, отклоняется судом, как необоснованный, поскольку в результате заключения этой сделки у должника возникли обязательства перед участниками строительства, которые внесли денежные средства в ЖСК. При этом должник не имел финансовой возможности завершить строительство, экономически обоснованный план достройки жилых домов фактически отсутствовал.

Довод заявителя жалобы о том, что по соглашению от 24.04.2014 должнику переданы не только обязательства перед участниками строительства, но и активы ЖСК, отклоняется судом, поскольку ЖКС не передал должнику завершенные строительством объекты, на достройку которых использованы, в том числе, средства тех участников строительства, перед которыми ЖКС не исполнил обязательства. Для завершения строительства жилых домов должник вынужден был привлекать денежные средства новых участников строительства.

Учитывая родственные отношения ФИО2 (председателя ЖСК) и ФИО8 (генерального директора должника) и цель заключения соглашения: для обособления незавершенных строительством домов от ранее построенного ЖСК и рядом стоящего жилого дома, изменение в связи с этим нумерации литеров многоквартирных домов, принимая во внимание перезаключение договоров ЖСК на договоры долевого участия в строительстве, суд пришел к выводу, что последовательные действия ФИО2 являлись необходимыми для возникновения обязательств перед участниками строительства у должника, не имеющего имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов, не имеющего материально-технической ресурсов, истории строительства, договорных отношений с поставщиками, строительных материалов и подрядчиков по строительству незавершенных многоквартирных домов.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что после передачи земельного участка обществу «Профстрой-Юг», на протяжении более трех лет общество осуществляло достройку многоквартирных жилых домов до 2017 года, опровергается заключением о наличии признаков фиктивного и/или преднамеренного банкротства ООО «Профстрой-Юг».

Согласно заключению по итогам 2014 года наиболее ликвидные активы составляли 5276 тыс.руб., текущие обязательства - 8410 тыс. руб. Коэффициент абсолютной ликвидности имел максимальное значение 0,627, т.е. предприятие было в состоянии выполнить текущие обязательства, реализуя свои наиболее ликвидные активы по балансовой стоимости, на 62,7%.

По итогам 2015 года наиболее ликвидные активы уменьшились на 99% или на 5224 тыс. руб. и составляли 52 тыс. руб. Текущие обязательства за счет снижения краткосрочных займов на 3325 тыс. руб. так же уменьшились, но в меньшей степени, на 26,1% или на 2198 тыс. руб. и составили 6212 тыс. руб. Коэффициент абсолютной ликвидности снизился на 98,7%, то есть предприятие было в состоянии выполнить текущие обязательства, реализуя свои наиболее ликвидные активы по балансовой стоимости, на 0,8%.

В 2016 году предприятие было не в состоянии выполнить свои текущие обязательства за счет наиболее ликвидных активов, из-за отсутствия денежных средств и краткосрочных финансовых вложений.

Первоначально строительство жилых домов на земельном участке осуществлялось ЖСК «Есенина-108». Согласно проектной документации жилой комплекс состоял из 4-х литеров.

Первый литер жилого комплекса введен в эксплуатацию, ввиду чего застройщиком был произведен раздел земельного участка, выделен земельный участок, на котором находился введенный в эксплуатацию объект недвижимости.

В дальнейшем права и обязанности ЖСК, в том числе земельный участок, переданы ООО «Профстрой-Юг» на основании соглашения от 24.04.2014, согласно пункту 1.4 указанного соглашения ООО «Профстрой-Юг» приняло на себя все обязательства перед участниками ЖСК Есенина-108 (ЖСК Профстрой-Юг) и обязалось перезаключить договоры ЖСК на договоры долевого строительства. При этом, соглашение не содержит сведений о передаче ЖСК в ООО денежных средств, уже принятых на тот момент от пайщиков.

Согласно пункту 1.1 соглашения передается только имущество в виде строительного объекта и обязательств по этому имуществу. То есть отсутствует указание на равноценность стоимости передаваемого объекта и объема внесенных денежных средств.

При этом земельный участок согласно пункту 1.8 указанного соглашения, внесенный в ЖСК в качестве пая, не передан безвозмездно, а указано на заключение договора купли-продажи.

Установив, что ФИО2 фактически осуществлял руководство деятельностью должника, произвел передачу обязательств от ЖСК к должнику без встречного исполнения, а также с целью создания обособленной структуры (юридического лица), которая бы в случае финансовых трудностей не была связана обязательствами с ЖСК, а само ЖСК не отвечало бы по обязательствам должника, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик в ходе осуществления фактического руководства должником допустил действия, которые привели к невозможности расчетов с контрагентами и, соответственно, причинил существенный вред кредиторам.

С учетом совокупности установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что умышленными действиями контролирующих должника лиц, виновных в банкротстве должника, создана невозможность получения кредиторами должника полного удовлетворения их требований.

При таких обстоятельствах суд правомерно привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку подача апелляционной жалобы на обжалуемое определение в рамках дела о банкротстве государственной пошлиной не облагается (статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации), то подателю апелляционной жалобы следует возвратить государственную пошлину, уплаченную за подачу апелляционной жалобы, в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

отказать ФИО2 в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 по делу№ А32-37322/2017 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб., оплаченную по чеку от 06.02.2024.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             Д.С. Гамов

 

М.А. Димитриев