АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 июля 2022 года

Дело №

А13-268/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Зарочинцевой Е.В., 

при участии от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - конкурсного управляющего акционерным обществом «Коммерческий банк «Северный Кредит» представителя ФИО1  (доверенность от 24.02.2021),  от акционерного общества «Межрегиональная инвестиционная компания» представителя ФИО2 (доверенность от 23.10.2020), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 17.01.2019),

рассмотрев 18.07.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Коммерческий банк «Северный кредит» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 29.12.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2022 по делу   № А13-268/2018,

у с т а н о в и л:

Центральный банк Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании акционерного общества «Коммерческий банк «Северный Кредит», адрес: 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – Банк, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 26.01.2018 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве Банка.

Решением суда от 27.02.2018 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство).

Агентство 28.12.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просило признать недействительными взаимосвязанные сделки:

- по внесению ФИО3 денежных средств по приходному кассовому ордеру от 20.12.2017 на сумму 37 050 000 руб.; 

- по перечислению 25.12.2017  38 334 233 руб. 86 коп. на расчетный счет № 

<

***>, принадлежащий ФИО3, открытый в Банке с назначением платежа: «Досрочное закрытие вклада. Договор от 10.04.2017 № 14666-С/17»; 

-  по снятию ФИО3  25.12.2017 через кассу Банка  5 000 000 руб., 3 000 000 руб. и 6 000 000 руб.; 

- по переводу 25.12.2017 ФИО3  на расчетный счет № 

<

***>, принадлежащий акционерному обществу «Межрегиональная инвестиционная компания» (далее – Компания), открытый в Банке, 23 220 880 руб. 14 коп. с назначением платежа: «Оплата по договору купли-продажи от 14.12.2017 № 136 за технику, в т.ч. НДС 3 512 168 руб. 16 коп., по заявл. ФИО3»; 

- по переводу 25.12.2017 с расчетного счета Компании № 

<

***> 10 116 438 руб. 36 коп. в счет погашения задолженности по кредитному договору от 13.06.2017 № Б-025ЮЛКЛ-17; 

- по переводу 25.12.2017 с банковского расчетного счета Компании № 

<

***> 13 104 441 руб. 78 коп. в счет погашения задолженности по кредитному договору от 13.06.2017 № Б-023ЮЛКЛ-17.

В порядке применения последствий недействительности оспариваемых сделок Агентство просило  взыскать  ФИО3 14 000 000 руб., восстановить задолженности Компании перед Банком по кредитному договору от 13.06.2017 № 

<

***> в сумме 10 116 438 руб. 36 коп., восстановить право требования Банка по договору поручительства № В-025ЮЛКЛ/П-17, заключенному с ФИО5, восстановить право требования Банка по договору поручительства № В-025ЮЛКЛ/П1-17, заключенному с ФИО6, восстановить права Банка как залогодержателя по договору залога самоходной техники № В025ЮЛКЛ/3-17, заключенному Компанией;  восстановить задолженность Компании  перед Банком по кредитному договору от 13.06.2017 № В023ЮЛКЛ17 в сумме 13 104 441 руб. 78 коп., восстановить право требования Банка по договору поручительства от 23.06.2017 № В023ЮЛКЛ/П17, заключенному с ФИО5, восстановить право требования Банка по договору поручительства от 30.06.2017 № В023ЮЛКЛ/П117, заключенному с ФИО6, восстановить право требования Банка по договору залога от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/3-17, заключенному с Компанией,  восстановить право требования Банка по договору залога от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/31-17, заключенному с Компанией, восстановить право требования Банка по договору залога от 13.06.2017 № В023ЮЛКЛ/32-17, заключенному с Компанией.

Определением суда первой инстанции от 29.12.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2020 указанное определение оставлено без изменения.

В  поданной в электронном виде кассационной жалобе Банк в лице конкурсного управляющего (Агентства) просит отменить определение от 29.12.2021 и постановление от 18.04.2022, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования либо направить дело суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В обоснование  кассационной жалобы ее податель ссылается на  ошибочность вывода судов первой и апелляционной инстанций о том, что оспариваемые сделки не являются взаимосвязанными; считает, что вывод судов об отсутствии заинтересованности Компании по отношению к Банку не соответствует представленным доказательствам и основан на неверном применении норм материального права; указывает, что ФИО5, являющаяся поручителем про кредитным договорам, заключенным Банком и Компанией, на дату совершения оспариваемых сделок являлась акционером Банка.

В жалобе также указано, что вывод судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности выхода оспариваемых сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности, противоречит фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Банк приводит обстоятельства, которые, по его мнению, подтверждают наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, считает, что суды первой и апелляционной инстанций необоснованно отказали в удовлетворении требования о признании названных сделок недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не дали надлежащей оценки доводам о недействительности названных сделок на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В представленных в электронном виде отзывах ФИО5, ФИО3 и Компания считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Агентства поддержал  доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Представители ФИО3 и Компании возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей  284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Банк 13.06.2017 заключил с Компанией кредитный договор № 

<

***>, в обеспечение исполнения обязательств по  которому заключены договоры поручительства № В-025ЮЛКЛ/П-17 и № В025ЮЛКЛ/П1-17 с ФИО5 и ФИО6, а также договор залога самоходной техники №  В-025ЮЛКЛ/3-17 с Компанией.

Банк 13.06.2017 также заключил с Компанией кредитный договор № 

<

***>, в обеспечение исполнения обязательств по которому заключены договоры поручительства с ФИО5 от 23.06.2017 № В023ЮЛКЛ/П-17 и с ФИО6 от 30.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/П1-17, а также  договоры залога с Компанией от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/3-17, от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/31-17 и от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ/32-17.

Банк и ФИО3 10.04.2017 заключили договор об открытии вклада № 14666-С/17.

ФИО3 20.12.2017 внес на открытый в Банке и принадлежащий ему расчетный счет № 

<

***> через кассу Банка наличные денежные средства в сумме 37 050 000 руб.

Вклад по договору от 10.04.2017 № 14666-С/17 закрыт ФИО3 25.12.2017, денежные средства в сумме  38 334 233 руб. 86 коп. переведены на расчетный счет № 

<

***>, открытый в Банке. 

В тот же день ФИО3 произвел снятие денежных средств в  сумме  5 000 000 руб. с расчетного счета № 

<

***>.

С расчетного счета № 

<

***>, открытого  в Банке,  ФИО3 25.12.2017 снял денежные средства в  суммах 3 000 000 руб. и 6 000 000 руб.; в  этот же день ФИО3  осуществил перевод денежных средств в сумме 23 220 880 руб. 14 коп. на расчетный счет Компании № 

<

***>, открытый в Банке, с назначением платежа: «Оплата по Договору купли-продажи от 14.12.2017 № 136 за технику, в т.ч. НДС 3 512 168 руб. 16 коп., по заявлению ФИО3».

Компания 25.12.2017 перечислила с расчетного счета № 

<

***>  денежные средства в общей сумме 23 220 880 руб. 14 коп. в счет погашения задолженности по кредитным договорам № 

<

***> и В-023ЮЛКЛ-17.

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017 № ОД3754 у Банка  отозвана лицензия на осуществление банковских операций от 01.06.2015 № 2398.

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017 № ОД3755 назначена временная администрация по управлению Банком.

Определением суда от 26.01.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве Банка.

Решением суда от 27.02.2018 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Агентство как конкурсный управляющий Банком сослалось на  то, что перечисленные банковские операции являются взаимосвязанными сделками, которые  привели к предпочтительному удовлетворению требований  ФИО3 и Компании по сравнению с требованиями других кредиторов должника, при этом указанные сделки  выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, превышают 1 000 000 руб., совершены в отношении заинтересованных, фактически аффилированных  по отношению к Банку лиц; в результате совершения названных сделок Банк утратил права требования к заемщику и поручителям, не получив равноценного встречного предоставления.

Агентство также указало, что  записи в бухгалтерских документах Банка о движении денежных средств по названным операциям являются техническими, экономически не обоснованы, в связи с чем полагало, что имеются предусмотренные статьями  61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также статями 10, 168, 170 ГК РФ основания для признания  названных сделок недействительными (ничтожными).

В ходе судебного разбирательства ФИО3 заявлено о фальсификации доказательств, представленных Агентством, а именно: договора от 10.04.2017 № 14666-С/17 банковского вклада «Максимальный доход»; расходных кассовых ордеров в количестве 23 штук, приходных кассовых ордеров в количестве 23 штук.

Для проверки заявления о фальсификации доказательств определением суда от 01.12.2020 назначена почерковедческая экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы: кем, ФИО3, или и иным лицом выполнены подписи от имени ФИО3 в договоре банковского вклада от 10.04.2017 № 14666-С/17 «Максимальный доход»; кем, ФИО3, или иным лицом выполнены подписи от имени ФИО3 в расходных кассовых ордерах в количестве 26 штук.

 Согласно заключению эксперта от 12.02.2021 № 021220-ЭПМС-3917 все подписи на  перечисленных  документах от имени ФИО3 выполнены не им, а иным лицом.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что довод Агентства об отсутствии у ФИО3 по состоянию на 20.12.2017 и 25.12.2017 собственных денежных средств в сумме 38 322 872 руб. (без учета оспариваемой операции по внесению 20.12.2017 денежных средств в сумме 37 050 000 руб.) опровергается экспертным заключением; посчитал, что  ФИО3, совершая 25.12.2017 оспариваемые операции, распорядился остатком денежных средств на счете по договору от 10.04.2017 № 4660-С/17 банковского вклада «Зимняя пора», который составлял сумму 38 322 872 руб.; дополнительно денежных средств в сумме 37 050 000 руб. по приходному кассовому ордеру от 20.12.2017 он не вносил, подпись на указанном документе ФИО3 не принадлежит.

Определением от 29.12.2021 суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных Агентством требований.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 18.04.2020 оставил указанное определение без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названым Кодексом.

Проверив законность  обжалуемых судебных актов исходя их доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 данной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве установлено, что сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного Закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Особенности признания недействительными сделок кредитных организаций установлены статьей 189.40 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 данной статьи сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 названного Закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией; в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Банка России, - с даты утверждения Советом директоров Банка России плана участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка; в случае, если в отношении кредитной организации осуществляются меры по предупреждению банкротства с участием Агентства, - с даты утверждения Комитетом банковского надзора Банка России (а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 3 статьи 189.49 Закона о банкротстве, также Советом директоров Банка России) плана участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

Временная администрация по управлению Банком назначена приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017 № ОД3755, оспариваемые Агентством сделки совершены 20.12.2017 и 25.12.2017, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве  установлено, что в случае оспаривания на основании статьи 61.3 названного Закона сделок по списанию кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации в счет погашения задолженности клиента перед кредитной организацией (как на основании распоряжения клиента, так и без него), по перечислению кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации на счет этого же или другого лица в другой кредитной организации (как на основании распоряжения клиента, так и без него) либо по выдаче наличных денежных средств со счета клиента бремя доказывания того, что соответствующие сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, лежит на  истце (конкурсном управляющем).

Изложенное в отличие от общих правил об оспаривании сделок (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве), по сути, означает наличие презумпции совершения кредитной организацией подобного рода сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Следовательно, в дополнение к обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве (оказание предпочтения ответчику по сравнению с иными кредиторами), истец должен доказать выход сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности банка.

В соответствии с пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа. Настоящий подпункт не применяется к оспариванию платежей, направленных на исполнение денежных обязательств кредитной организации по заключенным с другими кредитными организациями кредитным договорам, договорам банковского счета либо договорам вклада (депозита).

Судами  первой инстанции установлено, что  картотека неоплаченных платежных поручений клиентов из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете (47418) начала отражаться в балансе Банка с 22.12.2017.

В результате оценки доказательств, имеющихся в материалах настоящего обособленного спора, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, об отсутствии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что  достаточные доказательства аффилированности, заинтересованности сторон оспариваемых сделок по отношению к Банку  на дату совершения сделок не представлены, равно как и доказательства осведомленности ответчиков о финансовом состоянии Банка на указанные даты, в том числе,  о предстоящем формировании картотеки.

Между тем оспариваемые сделки, за исключением сделки по внесению ФИО3 денежных средств по приходному кассовому ордеру от 20.12.2017 на сумму 37 050 000 руб., совершены 25.12.2017, то есть  после того, как в балансе Банка начала отражаться картотека неоплаченных из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете платежных поручений клиентов (22.12.2017).

Отказывая в  признании оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, также исходил из того, что  сумма каждой из оспариваемых сделок (поскольку не доказана их взаимная связь) не превышают одного процента стоимости активов Банка, при этом ФИО3 представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие оснований для снятия наличных денежных средств  со счета (необходимость дорогостоящего лечения и выполнения подрядных работ по содержанию объектов недвижимости, принадлежащих ему на праве собственности).

По мнению суда кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций не учли, что  в силу  подпункта 3 пунктам 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпция выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности возникает, если совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей.

Кроме того, наряду со сделками по снятию денежных средств со вклада в  суммах  5 000 000 руб., 3 000 000 руб. и 6 000 000 руб.  ФИО3  25.12.2017 осуществил перевод денежных средств в сумме 23 220 880 руб. 14 коп. на расчетный счет Компании № 

<

***>, открытый в Банке, с назначением платежа: «Оплата по Договору купли-продажи от 14.12.2017 № 136 за технику, в т.ч. НДС 3 512 168 руб. 16 коп., по заявлению ФИО3».

Достаточные доказательства того, что приобретение техники  является обычной для ФИО3  хозяйственной деятельностью, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют.

Предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве  оснований для признания недействительными платежей в общей сумме 23 220 880 руб. 14 коп., произведенных  Компаний 25.12.2017 в счет погашения задолженности кредитным договорам № 

<

***> и В-023ЮЛКЛ-17 суды первой и апелляционной инстанций также не усмотрели.

Между тем согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63),  по общему правилу, к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, не может быть  отнесен не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Погашала ли Компания задолженность кредитным договорам № 

<

***> и В-023ЮЛКЛ-17   досрочно, суды первой и апелляционной инстанций не установили.

Кроме того, по мнению суда кассационной инстанции, суды первой и апелляционной инстанции не дали надлежащей оценки доводам Агентства о наличии взаимной связи  между платежами в сумме 23 220 880 руб. 14 коп., произведенными  Компанией  25.12.2017 в счет погашения задолженности кредитным договорам № 

<

***> и В-023ЮЛКЛ-17, и платежом по переводу денежных средств в сумме 23 220 880 руб. 14 коп. на расчетный счет Компании, произведенным  ФИО3  25.12.2017.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что  выводы судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности осуществления оспариваемых банковских операций за пределами обычной хозяйственной деятельности Банка, основаны на  неправильном применении подпункта 3 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве и неверном  распределении бремя доказывания.

В силу подпункта 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве совершение банковской операции в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица является одним из обстоятельств, являющихся основанием для презумпции совершения сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности.

В обоснование заявленных требований Агентство также сослалось на заинтересованность  сторон оспариваемых сделок по отношению к Банку.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО5, являющаяся поручителем по кредитным договорам от 13.06.2017 № В023ЮЛКЛ17 и  № 

<

***>, заключенным Банком с Компанией,  до 16.11.2017  являлась председателем правления Банка, а на даты  совершения оспариваемых сделок –   акционером должника. 

Тем не менее суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, признал доводы Агентства  о заинтересованность  сторон оспариваемых сделок по отношению к Банку необоснованными.

По мнению суда кассационной инстанции, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях названного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором данного  пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Так как ФИО5 являлась председателем правления Банка до 16.11.2017, а временная администрация по управлению Банком назначена приказом Центрального банка Российской Федерации от 29.12.2017, в силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве она является заинтересованным лицом по отношению к Банку.

В то же время ФИО5 являлась поручителем по кредитным договорам от 13.06.2017 № В-023ЮЛКЛ-17 и  № 

<

***>, заключенным Банком с Компанией; поскольку  в результате совершения оспариваемых сделок поручительство ФИО5 прекратилось, имеются основания для признания ее выгодоприобретателем по оспариваемым сделкам.

Доказательств, опровергающих указанное обстоятельство, равно как и доказательств, опровергающих возникшую в силу подпункта 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпцию совершения  оспариваемых сделок  за пределами обычной хозяйственной деятельности Банка, при рассмотрении настоящего обособленного спора не  представлено.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что суды первой и апелляционной инстанций, признавая недоказанным факт осуществления оспариваемых банковских операций за пределами обычной хозяйственной деятельности Банка, неправильно применили положения подпункта 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве и неверно  распределили бремя доказывания.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления № 63,   для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Признавая недоказанным наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд,  исходил из того, что совершение оспариваемых банковских операций не привело к уменьшению имущества Банка, которое могло быть включено в конкурсную массу.

Между тем в результате совершения операций по снятию ФИО3  25.12.2017 через кассу Банка  5 000 000 руб., 3 000 000 руб. и 6 000 000 руб. имущество Банка, которое могло быть включено в конкурсную массу, уменьшилось на 14 000 000 руб.; в результате совершения остальных банковских операций прекращены обязательства Компании перед Банком по кредитным договорам № 

<

***> и В-023ЮЛКЛ-17 в общей сумме 23 220 880 руб. 14 коп., что, по мнению суда кассационной инстанции, также привело к уменьшению имущества должника.

При таком положении вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что совершение оспариваемых банковских операции не привело к уменьшению имущества Банка, которое могло быть включено в конкурсную массу, следует признать не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование заявленных требований Агентство также сослалось  на наличие предусмотренных  статями 10, 168 и 170 ГК РФ основания для признания  оспариваемых  банковских операций недействительными (ничтожными) сделками..

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 4  Постановления № 63,  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ  мнимая  сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

При рассмотрении требования Агентства о признании недействительной сделки  по внесению ФИО3  денежных средств по приходному кассовому ордеру от 20.12.2017 на сумму 37 050 000 руб. суд первой инстанции установил, что денежных средств в сумме 37 050 000 руб. по приходному кассовому ордеру от 20.12.2017 Яковлев А.В. не вносил, подпись на указанном документе ФИО3 не принадлежит.

Обоснования отказа в признании недействительной названной сделки ни в определении суда первой инстанции от 29.12.2021, ни в постановлении апелляционного суда от 18.04.2022 в нарушение абзаца второго части 3 статьи 170 АПК РФ  не содержатся.

Агентство также оспаривало банковскую операцию по перечислению 25.12.2017  38 334 233 руб. 86 коп. на расчетный счет № 

<

***>, принадлежащий ФИО3, открытый в Банке с назначением платежа: «Досрочное закрытие вклада. Договор от 10.04.2017 № 14666-С/17».

В ходе судебного разбирательства ФИО3 заявлено о фальсификации доказательств, представленных Агентством, в том числе,  договора от 10.04.2017 № 14666-С/17 банковского вклада «Максимальный доход».

В результате проведенной судом первой инстанции экспертизы установлено, что подпись в договоре от 10.04.2017 № 14666-С/17 банковского вклада «Максимальный доход» ФИО3 не принадлежит.

Является ли в связи с этим недействительной сделка  по перечислению 38 334 233 руб. 86 коп. на расчетный счет № 

<

***>, принадлежащий ФИО3, открытый в Банке, с назначением платежа: «Досрочное закрытие вклада. Договор от 10.04.2017 № 14666-С/17», суды первой и апелляционной инстанций не установили 

Кроме того, 25.12.2017  ФИО3 произвел снятие денежных средств в  сумме  5 000 000 руб. с расчетного счета № 

<

***> и эта банковская операции  также оспаривалась Агентством.

Суд первой инстанции посчитал, что  ФИО3, совершая 25.12.2017 оспариваемые операции, распорядился остатком денежных средств на счете по договору от 10.04.2017 № 4660-С/17 банковского вклада «Зимняя пора», который составлял сумму 38 322 872 руб.

Вместе с тем оспариваемые банковские операции  по снятию  3 000 000 руб. и 6 000 000 руб. и  переводу 23 220 880 руб. 14 коп. на расчетный счет Компании № 

<

***>, открытый в Банке, ФИО3 совершал с  расчетного счета № 

<

***>, также открытого  в Банке.

При этом доказательства того, что расчетный счет № 

<

***> был открыт  ФИО3  не в связи с заключением договора от 10.04.2017 № 14666-С/17 банковского вклада «Максимальный доход», а по иным основаниям, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, не могут  быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам.

Изложенное  в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов. Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора, установлены судами первой и апелляционной инстанций не полностью, дело следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 29.12.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2022 по делу   № А13-268/2018 отменить.

Дело направить в  Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Е.Н. Бычкова

 Е.В. Зарочинцева