АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А79-2769/2021

30 июня 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Белозеровой Ю.Б., Ногтевой В.А.

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО1 

 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 25.01.2023 и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023

по делу № А79-2769/2021,

 

по заявлению ФИО1

о включении требования в реестр требований кредиторов

сельскохозяйственной артели «Малалла»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственной артели «Малалла» (далее – СХА «Малалла», должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии обратилась ФИО1 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 2 741 442 рублей задолженности по договору займа от 25.01.2016, подтвержденной вступившим в силу заочным решением Батыревского районного суда Чувашской Республики от 09.06.2021 по делу № 2-331/2021.

Суд первой инстанции определением от 25.01.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023, удовлетворил заявленные требования частично: признал требование ФИО1 обоснованным на сумму 2 676 584 рубля 93 копейки и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 названного Федерального закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. В удовлетворении остальной части заявления суд отказал. Суд прекратил производство по заявлению ФИО1 в части требования о включении в реестр требований кредиторов СХА «Малалла» 21 400 рублей 77 копеек судебных расходов. 

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт о включении требования кредитора в третью очередь реестра требований кредиторов СХА «Малалла».

Заявитель жалобы не согласен с выводами судов о нахождении должника на момент выдачи займа в состоянии финансового кризиса. Кредитор, ссылаясь на показатели бухгалтерской отчетности СХА «Малалла», считает, что деятельность должника стала убыточной лишь в 2020 году. Сумма займа, выданная ФИО1, являлась незначительным вложением с учетом величины имевшихся у СХА «Малалла» активов. Суды не учли, что на дату выдачи займа у должника не имелось просроченной кредиторской задолженности. Благодаря выданным контрагентами СХА «Малалла» займам, увеличилась выручка должника и его чистая прибыль по итогам 2017 года, в связи с чем ФИО1 приняла решение не истребовать заем, а экономическая целесообразность пролонгации действия договора для нее состояла в инвестировании в прибыльную организацию. Лицо, подавшее жалобу, считает, что хозяйственная деятельность СХА «Малалла» была возможна и без вложений ФИО1 в силу их малозначительности. 

Конкурсный управляющий должника ФИО2 в письменном отзыве на кассационную жалобу возразил относительно приведенных в ней доводов и просил оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО1 (займодавец) и СХА «Малалла» (заемщик) заключили договор займа от 25.01.2016 № 001 под 15 процентов годовых сроком на 1 год, на основании которого по приходным кассовым ордерам от 25.01.2016, 28.01.2016, 01.02.2016, 20.02.2016, 16.02.2016, 15.02.2016, 10.02.2016, 04.02.2016, 03.02.2016, 02.02.2016 в кассу предприятия заявителем внесены денежные средства на общую сумму 1 500 000 рублей. 

В дальнейшем стороны подписали к договору дополнительное соглашение от 25.01.2017, в соответствии с которым установили, что заем предоставлен сроком на пять лет, до 25.01.2021. 

Заочным решением от 09.06.2021 по делу № 2-331/2021 Батыревский районный суд Чувашской Республики взыскал с СХА «Малалла» в пользу ФИО1 1 500 000 рублей долга, 1 125 000 рублей процентов за пользование займом, начисленных с 26.01.2016 по 25.01.2021, 15 145 рублей 11 копеек процентов, начисленных по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за пользование чужими денежными средствами с 26.01.2021 по 20.04.2021 и далее по день фактического исполнения обязательства. 

Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии решением от 04.02.2022 признал СХА «Малалла» несостоятельной (банкротом), открыл в отношении нее процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО2

ФИО1 обратилась в суд с заявлением о включении денежного обязательства по договору от 25.01.2016 № 001 в реестр требований кредиторов.

В абзаце первом пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям. Проверке подлежат доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В рассмотренном случае вступившим в силу судебным актом подтверждаются факты реального предоставления кредитором должнику денежных средств в качестве займа, а также неисполнения обязательства по возврату заемных средств. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии у кредитора права предъявить требование о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности.

Стороны не оспаривают, что руководителем сельскохозяйственной артели в период с 2015 по 2020 годы являлся ФИО3, супруг ФИО1 

Аффилированность сторон сделки не исключает реализацию права кредитора на включение его требования в реестр требований кредиторов должника при условии достаточности доказательств реальности исполнения сторонами заключенной сделки и обоснованности размера задолженности.

Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). Так, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства должника. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Как отмечено в пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Согласно пункту 4 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Проанализировав с учетом статей 16, 69 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц в их совокупности, в том числе, сведения из реестра требований кредиторов СХА «Малалла», вступившие в силу судебные акты о взыскании задолженности, установлено, что у должника на дату выдачи займа и продления срока его возврата соглашением от 25.01.2017 уже начала формироваться задолженность перед независимыми кредиторами (ООО «Альфа-Агро», ЗАО «Агро-Инвест», ООО «Аврора», ОАО «Букет Чувашии»). Вопреки доводам ФИО1 об устойчивом финансовом положении СХА «Малалла» судебные инстанции обнаружили, что сроки исполнения обязательств по указанным требованиям в дальнейшем пролонгировались путем подписания дополнительных соглашений, не были исполнены и в конечном итоге включены в реестр требований кредиторов должника. При этом в рамках настоящего спора не установлены какие-либо иные причины неисполнения СХА «Малалла» обязательств, в связи с чем презюмируется недостаточность имущества и денежных средств. 

Как справедливо отметили в этой связи суды, сведения, отраженные в бухгалтерском балансе должника, на который сослался кредитор в кассационной жалобе, не опровергает вывод о том, что должник на момент совершения сделки являлся неплатежеспособным, то есть прекратил исполнение части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей ввиду недостаточности денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

В данном случае не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

ФИО1, являвшаяся супругой председателя СХА «Малалла», не могла не знать на дату выдачи займа о наличии у должника признака неплатежеспособности, поскольку в силу статьи 19 Закона о банкротстве являлась по отношению к нему заинтересованным лицом.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) от 15.11.2017, при предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Судебные инстанции дали оценку фактическим обстоятельствам, связанным с выданным кредитором должнику займом: изначально денежные средства выданы на один год, в последующем стороны продлили действие договора до 25.01.2021. Вместе с тем ФИО1 не раскрыла разумные экономические мотивы, помимо связанных с наличием корпоративных отношений, предоставления СХА «Малалла» длительной отсрочки исполнения денежного обязательства, в том числе в части получения процентов за пользование займом. Кроме того, согласно материалам обособленного спора полученные от кредитора денежные средства должник направил на цели обеспечения своей хозяйственной деятельности (погашение обязательств перед банком и выплаты работникам).

Приняв во внимание изложенное, суды пришли к правильному выводу о том, что ФИО1 продолжила в 2017 году финансировать СХА «Малалла» путем отказа от принятия своевременных мер к истребованию задолженности по заключенному сторонами договору займа.

Руководствуясь приведенными нормами права и соответствующими разъяснениями, учитывая, что в условиях недостаточности денежных средств у должника, действия ФИО1 (аффилированного лица под воздействием контролирующего должника лица) по отсрочке истребования задолженности позволили СХА «Малалла» продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, а также поскольку неустранимые сомнения относительно компенсационной природы финансирования трактуются в пользу независимых кредиторов, судебные инстанции правомерно признали указанные действия компенсационным финансированием деятельности должника, в связи с чем на законных основаниях определили требование кредитора подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов, и сводятся к несогласию с установленными в рамках обособленного спора фактическими обстоятельствами и данной им судами предыдущих инстанций оценкой. Рассмотрение подобных доводов по существу выходит за рамки компетенции суда кассационной инстанции, установленной федеральным законодателем в статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. 

Основания для отмены судебных актов по доводам, приведенным в кассационной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационными жалобами по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 25.01.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023 по делу № А79-2769/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

 

Судьи

 

Ю.Б. Белозерова

В.А. Ногтева