СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                         Дело № А27-1167/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

Дубовика В.С.

ФИО2

 

 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО3 с использованием средств аудиозаписи и системы веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 (№07АП-746/24(1)) на определение от 11.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1167/2021 (судья Коптева А.Г) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Камея», город Кемерово по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4, город Ленинск-Кузнецкий, о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица

В судебном заседании приняли участие: 

от ИП ФИО4: ФИО5, доверенность от 01.06.2023,

от ООО «Камея»: ФИО6, доверенность от 11.04.2019,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.10.2021 общество с ограниченной ответственностью «Камея», город Кемерово, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), признано банкротом, открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначен ФИО7. 

Определением суда от 16.03.2023 конкурсный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. 

По определению арбитражного суда от 13.04.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО8. 

В арбитражный суд 16.12.2021 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО4, город Ленинск-Кузнецкий, о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица – ФИО9 по денежным обязательствам должника в сумме 5 720 047, 64 рублей.

Определением от 11.12.2023 Арбитражный суд Кемеровской области отказал ИП ФИО4 в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в деле о банкротстве ООО «Камея».

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, с учетом дополнений, что судом не дана оценка основанию привлечения к ответственность – за непередачу документов должника. Судом не были исследованы сделки должника. Судом не проверены доводы ответчика. Судом не дана оценка факту наличия убытков у должника в размере 17,5 млн. руб. 

ФИО9, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО9 с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям изложенным в отзыве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, согласно данным ЕГРЮЛ ООО «Камея» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 13 ноября 2015 года. 

Учредителями должника и его участниками с размером доли 30% являлась ФИО10 и с размером доли 70% - ФИО9, он же являлся руководителем должника. 

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника , кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности правовых оснований.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

На основании пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

ФИО9 является контролирующим должника лицом.

Согласно абзацу шестому пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве, в частности, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (пункт 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

Аналогичные по существу разъяснения изложены в абзаце первом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), согласно которым обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Таким образом при разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. 

Этот момент определяется тем, когда обычный, разумный и добросовестный руководитель, поставленный в ту же ситуацию, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования. 

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО9 за неподачу заявления о признании должника банкротом и за не передачу документов, что явилось препятствием для формирования конкурсной массы

Определяя дату, когда руководитель должен был обратиться с заявлением, ИП ФИО4 указал на то, что должник по состоянию на 1 квартал 2020 года отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку имел задолженность перед бюджетом по налогу на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за 1 кв. 2020 года составила 97 660 рублей, а задолженность по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в РФ, зачисляемым в ПФ РФ на выплату страховой пенсии, за 1 кв. 2020 года составила 282 173,93 рублей, при этом реальное имущественное положение должника не позволяло произвести расчеты с кредиторами без прекращения ведения хозяйственной деятельности.

При этом, кредитор указывал, что и на 31.03.2019, ссылаясь на момент формирования и поступления в налоговый орган бухгалтерской отчетности за 2018 год при наличии убытков в размере 17 553 000 рублей (по данным бухгалтерского баланса), что свидетельствует о возникновении у общества признаков неплатежеспособности.

По мнению кредитора, ФИО9, сдавая отчетность, осознавал наличие у должника неисполненных денежных обязательств, свидетельствующих о наличии формальных признаков банкротства должника. 

Из материалов дела судом установлено, что по данным бухгалтерского баланса и финансового анализа за 2016 и 2017 годы Должник получил чистую прибыль в размере 1 302 000 рублей и 1 118 000 рублей соответственно. За 2018 года предприятие получило убыток в размере 17 553 000 рублей. 

Из письменных пояснений налогового органа следует, что перед бюджетом у ООО «Камея» задолженность, превышающая 300 тыс. руб., образовалась по состоянию на 16.03.2020, далее задолженность продолжала нарастать. 

Между тем, наличие убытков по результатам хозяйственной деятельности и задолженность перед одним кредитором не является безусловным основанием для возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом. Наоборот, грамотный менеджер приступил бы к более детальному анализу ситуации, развивающейся на предприятии, что соответствует смыслу разъяснений, приведенных в подпункте 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица". 

Согласно этим разъяснениям неразумными считаются действия директора, который до принятия решения не предпринял обычных для деловой практики при сходных обстоятельствах мер, направленных на получение информации, необходимой и достаточной для его принятия, в частности, если при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации. 

По результатам такого анализа не исключается возможность разработки и реализации экономически обоснованного плана, направленного на санацию должника, если его руководитель имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения результата (абзац второй пункта 9 постановления N 53).

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). 

При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам. 

ФИО9, возражая на требования кредитора указал на то, что невозможность исполнения обязательств перед кредиторами была обусловлена, помимо прочего, спецификой деятельности должника, производящего кондитерские изделия с небольшим сроком годности, ее реализацию через сети продовольственных магазинов АО «Тандер» - «Магнит», ООО «Розница К-1» - «Мария Ра», «Система универсамов «Бегемаг». В течение 2018 года произошло значительное удорожание основных видов сырья, необходимых для изготовления кондитерских изделий. В частности яйцо подорожало более чем в 2 раза, сахар на 50%, мука почти на 20%. Были предприняты попытки согласовать новые отпускные цены, но был получен отказ. Одновременно география систем магазинов росла, количество магазинов за 2018 год прибавилось на 20. Связанное жесткими договорными обязательствами с системами магазинов ООО «Камея» продолжал осуществлять поставки даже в самые отдаленные точки. В связи с расширением географии поставок, увеличились транспортные расходы, в том числе на ГСМ. Невыполнение заказов сопровождалось штрафными санкциями, выражающимися в списании денежных средств с дебиторской задолженности.

Таким образом, вопреки доводам кредитора, выявив причины ухудшения экономической ситуации, руководитель принимал меры для ее улучшения. 

В 2019 году с системами магазинов была достигнута договоренность о повышении отпускных цен. В 2020 году должник перешел на упрощенную систему налогообложения, исключив из обязательных платежей необходимость уплаты налога на добавленную стоимость. Для получения большей прибыли должник принял меры для самостоятельной реализации населению изготовляемой продукции, для чего им были заключены три договора аренды торговых площадей. 

Указанные выше обстоятельства в совокупности и взаимосвязи, свидетельствуют о принятии ФИО9 комплекса мер направленных на вывод Общества из кризиса.

Наличие и реализация экономически обоснованного плана свидетельствуют о добросовестности и разумности в поведении руководителя должника, который, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление, прилагал необходимые усилия для достижения такого результата. 

Доказательств иного кредитором в материалы дела не представлено, доводы ФИО9 не опровергнуты.

Кроме того, ответчик указал, что ухудшение ситуации в 2020 году было обусловлено эпидемией короновируса и введением ограничительных мер. Кондитерские изделия не являются товарами первой необходимости, и спрос на товар начал уменьшаться. Последние заявки должником были поставлены в магазины 30.06.2020, после чего заявки перестали поступать. Полученные денежные средства были направлены на частичное погашение задолженности перед поставщиками, оплату налоговых обязательств, выплату заработной платы сотрудникам. 

Доводы ответчика подтверждаются представленными в материалы дела документами и отзывом управляющего, из которого следует, что расчеты с кредиторами не прекращались и не приостанавливались до первой декады августа 2020 года. 

Так, последняя оплата в адрес ООО «Упаковка», ООО «Восток», ООО «Торговый дом «Новосибирская сырьевая компания», ООО «Сибкафе», чьи требования включены в реестр требований кредиторов, осуществлена 14.07.2020, последняя оплата в адрес ИП ФИО4 – 15.07.2020, в адрес ОАО «АльфаБанк» - 10.08.2020, в адрес ФНС России – 28.07.2020. 

До августа 2020 иски о взыскании дебиторской задолженности против должника не подавались, что подтверждается данными сайта "Электронное правосудие" в сети Интернет, (за исключением иска ООО «Сибпромторг» дело А27- 5859/2019 от 14.03.2019 – производство по делу прекращено в связи с отказом от иска; иск ООО «Пек-Кон» дело № А27- 25510/2019 от 30.10.2019 – заключено мировое соглашение). 

Самое раннее исковое заявление подано в арбитражный суд ООО «Упаковка» 28.08.2020. 

Таким образом, прекращение исполнения денежных обязательств наблюдается с 10.08.2020 (дата последних платежей по обязательствам перед АО «АльфаБанк»), что в свою очередь указывает на объективное банкротство и возникновение обязанности у руководства должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в срок до 11.09.2020. 

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Между тем, в настоящем деле, обязательств возникших после 11.09.2020, не установлено. В связи с чем, отсутствуют основания для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что кредитором не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии основания для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника, поскольку не доказано, что ответчиком не передана какая-либо документация, либо ее сокрытие или искажение, что, в свою очередь, явилось причиной признания должника банкротом, невозможности ее дальнейшего использования с целью формирования конкурсной массы и последующего удовлетворения требований кредиторов должника. 

Проверяя доводы кредитора о совершении ответчиком убыточных сделок, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Из пояснений налогового органа следует, что согласно выпискам по счетам общая сумма перечисленных денежных средств ФИО9 по договору б/н от 15.12.2019 составила в 2019 году – 220 000,00 руб., в 2020 году - 1 560 600,00 руб. 

Также, согласно выписке по счетам должника за 2020 год установлено перечисление денежных средств ФИО9 в период с 24.03.2020 по 11.08.2020 в общем размере 3 292 000,00 руб. по договору № 1 от 16.03.2020 за аренду помещения. 

Возражая против данных доводов, ответчик указал, что перечисления имели равноценное встречное предоставление и представил в материалы дела договор беспроцентного займа от 06.12.2018, в соответствии с которым ФИО9 передал ООО «Камея» 1 000 000 рублей, которые должник обязался вернуть в срок до 06.12.2020, а также договор беспроцентного займа от 15.12.2019, в соответствии с которым ФИО9 передал ООО «Камея» 1 000 000 рублей, которые должник обязался вернуть в срок до 15.12.2023. 

Кроме того, ответчик представил договоры аренды нежилого здания от 01.06.2018 , 01.05.2019 и 16.03.2020, в соответствии с которыми ФИО9 передал ООО «Камея» во временное владение и пользование для размещения кондитерского цеха нежилое здание общей площадью 735,3 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>.  Арендная плата составляет 190 000 рублей в месяц. 

Между тем, доказательств того, что эти сделки были существенно убыточными, совершенными на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, в материалы дела не представлено.

Судом принимается во внимание, что в результате передачи должнику нежилого здания для размещения в нем кондитерского цеха, должник получил возможность вести свою производственную деятельность, доказательств несоответствия арендной платы рыночным условиям суду не представлено. 

Не представлено и доказательств противоправного поведения ФИО9, получившего возврат по договору займа и оплату аренды, находящегося в причинно-следственной связи с невозможностью погашения задолженности завода перед его кредиторами. 

Из анализа сделок конкурсного управляющего следует отсутствие подозрительных сделок.

Вопреки доводам апелляционной жадобы кредитором не указано, какие сделки не получили оценки суда на предмет их убыточности для должника.

Судом сделок, совершенных контролирующим лицом, и существенно убыточных для деятельности должника не установлено, а равно как и не установлено возникновение в результате этих сделок и действий (бездействия) кризисной ситуации, ее развития и перехода в стадию объективного банкротства общества. 

Таким образом, кредитором не доказано совершение руководителем действий противоречащих интересам общества, недобросовестных и неразумных, направленных на ухудшение его финансового состояния и причинение имущественного вреда кредиторам, способствовавших увеличению кредиторской задолженности и последующему банкротству должника. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о недоказанности оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Камея».

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 11.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1167/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области

Постановление выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО11

ФИО2