﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

 

Именем Российской Федерации

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-22482/2020

г. Краснодар

14 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 июля 2021 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Воловик Л.Н. и Посаженникова М.В., при участии в судебном заседании от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Южная агропромышленная компания “Русь”» (ИНН 2352051307, ОГРН 1152352000107) – Корольчука Д.В. (выписка из ЕГРЮЛ), Зубко М.С. (доверенность от 05.06.2020 не щзаверена в установленном порядке), от заинтересованного лица – Министерства природных ресурсов Краснодарского края (ИНН 2312161984, ОГРН 1092312004113) – Калякина Р.В. (доверенность от 13.04.2021), от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Краснодар» (ИНН 2308128945, ОГРН 1072308003063) – Цымбала М.С. (доверенность от 16.12.2020), рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Южная агропромышленная компания “Русь”» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.02.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2021 по делу № А32-22482/2020, установил следующее.

ООО «Южная агропромышленная компания “Русь”» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Министерству природных ресурсов Краснодарского края (далее – министерство) о признании недействительным уведомления об отказе в предоставлении права пользования участком недр местного значения для разведки и добычи открытого месторождения общераспространенных полезных ископаемых от 27.12.2019 № 202-03.5-10-39804/19; обязании повторно рассмотреть  заявление о выдаче лицензии.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Газпром трансгаз Краснодар» (далее – третье лицо).

Решением суда от 04.02.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 03.05.2021, в удовлетворении заявления отказано.

Судебные акты мотивированы тем, что обжалуемый отказ права и законные интересы общества не нарушает, каких-либо дополнительных обязанностей, не предусмотренных действующим законодательством, не возлагает.

В кассационной жалобе общество просит решение суда и постановление суда апелляционной инстанции отменить,  требования удовлетворить. Ссылается на непредставление министерством распоряжения главы администрации Краснодарского края от 30.03.2006 № 283-р «Об утверждении земель особо ценных продуктивных сельскохозяйственных угодий на территории города Новороссийска, использование которых не допускается для целей, не связанных с сельским производством» (далее – Распоряжение об особо ценных землях). Суд не установил границы участков особо ценных продуктивных сельскохозяйственных угодий и то, как они пересекаются со спорными земельными участками. Судебная коллегия посчитала допустимым и достаточным доказательством схему, подписанную сотрудником министерства, заинтересованного в рассмотрении дела в пользу министерства. При решении вопроса, препятствует ли выдаче лицензий отнесение земель к особо ценным сельскохозяйственным угодьям, суд апелляционной инстанции нарушил нормы материального права. Из выписок из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) в отношении спорных двух земельных участков не следует, что они являются особо ценными сельскохозяйственными угодьями. Действующее законодательство не связывает изменение назначения и использования таких земель с правом пользования недрами путем перевода земель в другую категорию. По проекту рекультивации спорный земельный участок изымается из земель сельскохозяйственного назначения на определенный срок, а затем возвращается в фонд этих земель без ухудшения качества земельного участка.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, представили министерства и третьего лица возражали против них.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Суд установил и материалами дела подтверждается, что обществу на праве собственности принадлежат следующие земельные участки с кадастровыми номерами:

– 23:47:0102006:5403 площадью 250 116 кв. м, расположенный в г. Новороссийске, в земельном массиве ЗАО АФ «Раевская»; граница земельного участка пересекает границы земельных участков (земельного участка) с кадастровым номером 23:47:0102006:381; категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства» (далее – участок 5403);

– 23:47:0102006:5396 площадью 135 745 кв. м, расположенный в г. Новороссийске, в земельном массиве ЗАО АФ «Раевская»; граница земельного участка пересекает границы земельных участков (земельного участка) с кадастровым номером 23:47:0102006:393, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства» (далее – участок 5396);

– 23:47:0102006:5372 площадью 31 397 кв. м, расположенный в г. Новороссийске, в земельном массиве ЗАО АФ «Раевская»; граница земельного участка пересекает границы земельных участков (земельного участка) с кадастровым номером 23:47:0102006:853, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного производства» (далее – участок 5372).

Обществу 27.08.2018 выдана лицензия серии КРД № 80935 ТП для геологического изучения в целях поисков и оценки месторождений мергеля на Западно-Раевском участке муниципального образования г. Новороссийск, сроком действия до 27.08.2021.

Общество 21.11.2019 обратилось в министерство с заявлением и дополнением о выдаче лицензии на право пользования недрами с целью разведки и добычи мергеля Западно-Раевского месторождения.

Уведомлением от 27.12.2019 № 202-03.5-10-39804/19 министерство отказало обществу в предоставлении права пользования участком недр местного значения для разведки и добычи открытого месторождения общераспространенных полезных ископаемых.

Решение мотивировано следующим. Западно-Раевское месторождение расположено в непосредственной близости от газопровода «Южный поток».

Земельные участки № 5403 и  5396 находятся в зоне минимальных расстояний объектов ПАО «Газпром» «Южно-Европейский газопровод. Участок “Писаревка-Анапа” 801 км», «Южно-Европейский газопровод. Участок “Починки-Анапа” 1612 км». Зона минимальных расстояний для указанных магистральных газопроводов составляет 350 м.

Западно-Раевское месторождение частично попадает в границы особо ценных продуктивных сельскохозяйственных угодий на территории муниципального образования г. Новороссийск Краснодарского края и в силу пункта  7 статьи 79 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – Земельный кодекс) не может использоваться для целей, не связанных с сельскохозяйственным производством.

Западно-Раевское месторождение мергеля расположено в границах зон охраны объектов археологического наследия:

– «Поселение "Бедричка 1"», г. Новороссийск, 6,6 км по направлению 154° (истинный север, отсчет угла правый) к поселению от поворота в с. Гай-Кодзор с а/д «М-25», 5,6 км по направлению 203° (истинный север, отсчет угла правый) к поселению от источника «Орел» у а/д «М-25», 4,6 км по направлению 256° (истинный север, отсчет угла правый) к поселению от моста через р. Маскага на а/д Раевская-Натухаевская;

– «Поселение "Калитановое"», г. Новороссийск, станица Раевская, в 4,16 км к западу от северо-западной окраины станицы, на северном склоне хребта;

– «Поселение "Бедричка 3"», станица Раевская, 2,8 км к западу от станицы, 4,98 км по направлению 144° (истинный север, отсчет угла правый) к северо-восточной границе поселения от поворота на хут. Победа с трассы М-25;

– «Курганная группа "Калитановое"», станица Раевская, 3,37 км к северо-западу от северо-западной окраины станицы;

– «Грунтовый могильник "Бедричка 2"», г. Новороссийск, 6,1 км по направлению 155° (истинный север, отсчет угла правый) от поворота в с. Гай-Кодзор с а/д «М-25»" до могильника, в 4,8 км по направлению 208° (истинный север, отсчет угла правый) от моста через р. Маскага на а/д Раевская – Натухаевская до могильника.

Западно-Раевское месторождение частично попадает в границы особо ценных продуктивных земель.

Общество обжаловало отказ министерства в арбитражный суд.

В соответствии со статьей 11 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах) предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, которая является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах, в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий. Пользователь недр обязан обеспечить выполнение условий, установленных лицензией.

К участкам недр местного значения относятся участки недр, содержащие общераспространенные полезные ископаемые (пункт 1 статьи 2.3 Закона о недрах), к числу которых пунктами 2.1, 2.2  Временных методических рекомендаций по подготовке и рассмотрению материалов, связанных с формированием, согласованием и утверждением региональных перечней полезных ископаемых, относимых к общераспространенным, утвержденных распоряжением Минприроды России от 07.02.2003 № 47-Р,   может быть отнесен  мергель (кроме используемого в цементной промышленности).

В числе оснований возникновения права пользования участками недр (далее – право недропользования) пункт 3 статьи 10.1, статья 18  Закона о недрах, пункт 5 статьи 3 Закона Краснодарского края от 20.12.2017 № 3721-КЗ «О предоставлении права пользования участками недр местного значения для их геологического изучения в целях поисков и оценки месторождении общераспространенных полезных ископаемых и для разведки и добычи общераспространенных полезных ископаемых открытых месторождений на территории Краснодарского края» (далее – Закон  о предоставлении права недропользования) называет решение  экспертной комиссии, утверждаемой  уполномоченным органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации для рассмотрения заявок о предоставлении права  недропользования в целях геологического изучения недр местного значения (далее – решение комиссии о праве недропользования).

В порядке, утвержденном уполномоченным органом, по результатам рассмотрения комиссией заявления и документов на получение права пользования участком недр местного значения  принимается решение о предоставлении или об отказе в предоставлении недропользования (часть 6 статьи 3 Закона  о предоставлении права недропользования).

Отказ в предоставлении права недропользования для разведки и добычи открытого месторождения при установлении факта его открытия пользователем недр, проводившим работы по геологическому изучению данного участка недр в целях поисков и оценки месторождений общераспространенных полезных ископаемых, следует в следующих случаях: заявление подано с нарушением требований, установленных Законом; заявитель умышленно представил о себе неверные сведения; заявитель не представил и не может представить доказательств того, что обладает или будет обладать квалифицированными специалистами, необходимыми финансовыми и техническими средствами для эффективного и безопасного проведения работ; если в случае предоставления права пользования недрами данному заявителю не будут соблюдены антимонопольные требования.

О таких основаниях или несоответствии общества требованиям статьи 9 Закона о недрах в обжалуемом обществом решении министерства и комиссии  сведений нет.

Суд сослался на пункт 25 приказа Министерства природных ресурсов Краснодарского края от 17.12.2015 № 2007 «Об утверждении Административного регламента предоставления министерством природных ресурсов Краснодарского края государственной услуги по предоставлению права пользования участками недр местного значения для геологического изучения в целях поисков и оценки подземных вод, для добычи подземных вод или для геологического изучения в целях поисков и оценки подземных вод и их добычи на территории Краснодарского края» (далее – Регламент), исходя из которого основаниями для отказа в предоставлении государственной услуги являются следующие случаи: если заявка и документы, представленные заявителем для получения государственной услуги, не соответствуют требованиям Регламента; если заявитель умышленно представил о себе неверные сведения; если заявитель не представил и не может представить доказательств того, что обладает или будет обладать квалифицированными специалистами, необходимыми финансовыми и техническими средствами для эффективного и безопасного проведения работ; если в случае предоставления права пользования участком недр местного значения для разработки подземных вод данному заявителю не будут соблюдены антимонопольные требования; если заявитель не соответствует требованиям статьи 9 Закона о недрах; наличие ограничения права пользования участком недр местного значения в соответствии со статьей 8 Закона о недрах.

Статьей 8 Закона о недрах установлено, что пользование отдельными участками недр может быть ограничено или запрещено в целях обеспечения национальной безопасности и охраны окружающей среды. Пользование недрами на территориях населенных пунктов, пригородных зон, объектов промышленности, транспорта и связи может быть частично или полностью запрещено в случаях, если это пользование может создать угрозу жизни и здоровью людей, нанести ущерб хозяйственным объектам или окружающей среде.

Однако, доводы  общества об отсутствии каких-либо доказательств  наличия ограничений права недропользования на спорных земельных участках должной правовой оценки суда не получили.

Ссылаясь на подпункт 1 пункта 1 статьи 7, пункт 2 статьи 7, пункты 1, 2 статьи 77, пункт 1 статьи 78,  пункт 1 статьи 79, пункт 4 статьи 79  Земельного кодекса,  подпункт 1 пункта 3 статьи 1 Федерального закона от 24.07.2002 № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», пункт 8 статьи 7, подпункт 4 пункта 4 статьи 2 Федерального закона от 21.12.2004 № 172-ФЗ «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую», Распоряжением главы администрации Краснодарского края от 30.03.2006 № 283-р «Об утверждении земель особо ценных продуктивных сельскохозяйственных угодий на территории города Новороссийска, использование которых не допускается для целей, не связанных с сельским производством» (далее – Распоряжение № 283-р), границ этих массивов в приложении к  Распоряжению № 283-р, суд указал, что спорные земельные участки отнесены к особо ценным сельскохозяйственным угодьям на территории города Новороссийска, использование которых не допускается для целей, не связанных с сельским производством.

Отмечая, что испрашиваемое месторождение для разведки и добычи общераспространенного полезного ископаемого находится в пределах земельных участков, отнесенных к особо ценным, суд первой инстанции сослался на письмо Департамента имущественных отношений Краснодарского края от 19.01.2021 № 52-31.04-1619/21, в котором указано, что географическими координатами поворотных точек границ участка недр Западно-Раевского месторождения определено, что его границы частично расположены в границах массивов 15 и 20 Перечня особо ценных земель, утвержденных Распоряжением № 283-р (далее – Перечень к Распоряжению № 283-р), что также подтверждено приложенной схемой расположения участка недр местного значения.

Однако, 1 – 3 листы границ земельных участков, расположенных на территории ЗАО ААФ «Раевская» (предыдущий земплепользователь спорными земельными участками), перечисленных в  пунктах 15, 20 – 27 Перечня к Распоряжению № 283-р, не приводятся.

Довод общества о том, что материалами дела не подтверждается расположение месторождения в границах особо ценных продуктивных земель, суд отклонил  как противоречащий материалам дела, ссылаясь на схему расположения недр местного значения с указанием контура открытого месторождения, совпадающего с контуром особо ценных продуктивных земель (л.д. 111 – 112 т. 1), первая страница которого заверена представителем министерства. Суд счел этот документ отвечающим требованиям относимости, допустимости, не вызывающим сомнений в достоверности, отметив, что доказательства обратного общество не представило.

Между тем, доказательства, подтверждающие содержащиеся в этой схеме сведения,  суд  исследовал неполно, меры к их истребованию у  располагающих такими доказательствами организаций не предпринял,  несмотря на возражения общества об отсутствии таких доказательств и произвольном составления названной схемы. При представлении обществом доказательств отнесения прилегающим к спорным земельным участкам даже земель промышленности проверка правильности отраженных в схеме границ расположения участка недр может существенным образом повлиять на правильность вопроса о наличии (отсутствии) приводимого министерством  ограничения.

Из писем Департамента имущественных отношений Краснодарского края от 26.12.2019 № 52-52262/19-31-04 и Министерства сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Краснодарского края от 25.12.2019 № 206-04-02-12456/19 следует, что Западно-Раевское месторождение частично попадает в границы особо ценных продуктивных земель.  При этом каковы границы совпадения таких особо ценных земель с испрашиваемой обществом территорией предполагаемой  добычи недр,  суд не проверил.

Расположение Западно-Раевского месторождения частично в границах особо ценных земель на территории муниципального образования г. Новороссийск Краснодарского края в силу пункта 4 статьей 79 Земельного кодекса, по мнению суда,  не позволяет использовать спорные участки для целей, не связанных с сельскохозяйственным производством (добычи мергеля).

Суд счел доказанным министерством  нахождение  в пределах испрашиваемого обществом горного отвода особо ценных земель, однако не опроверг представленные в материалы дела выписки из ЕГРН в отношении спорных земельных участков и  сведения из публичной кадастровой карты, в которых земельные участки № 5403 и 5396  отнесены к категории земель сельскохозяйственного назначения, сведения о наличии у них статуса особо ценных не зарегистрированы.

Более того,  при установлении факта наличия на территории горного отвода особо ценных земель,   суд не дал правовой оценки обоснованности предъявления такого требования к обществу в смысле, определенном в подпункте 6 пункта 25 Регламента, поскольку последний, как следует из его текста,  регулирует предоставление  министерством государственной услуги по предоставлению права недропользования для геологического изучения в целях поисков и оценки подземных вод, для добычи подземных вод или для геологического изучения в целях поисков и оценки подземных вод и их добычи.  Причины применения Регламента в отношении общества, претендующего на получение права недропользования с целью добычи полезного ископаемого (мергеля, а не воды), суд не указал.  Наличие такого основания в выдаче лицензии  суд  проверил неполно.

Соглашаясь с наличием такого основания для отказа в выдаче лицензии на право недропользования, как   расположение на  испрашиваемом горном отводе земель  историко-культурного назначения (земли объектов археологического наследия), суд сослался на подпункт 1 пункта 1, пункты 2, 3, 4 статьи 99 Земельного кодекса, абзац второй статьи 3, статью 33 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее – Закон о культурном наследии), установил, что Западно-Раевское месторождение расположено в границах зон охраны объектов археологического наследия.

При этом доводам общества о выделении именно этой части земельных участков из состава испрашиваемой для разработки недр территории,  и исключении из предполагаемого горного отвода, суд не проверил.

Не дал надлежащей правовой оценки суд и письму Управления государственной охраны объектов культурного наследия от 16.01.2020, из которого  следует, что оно считает возможным перевод земельных участков с номерами 5403, 5396, 5372 из категории земель сельскохозяйственного назначения в категорию земель промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения при условии выполнения требований действующего законодательства, а также проведения работ, не создающих угрозы повреждения, разрушения или уничтожения объекта археологического наследия в присутствии специалиста-археолога. Доводам общества об отсутствии  таких нарушений  и проведении необходимых работ под контролем специалистов в области культурного  наследия оценки суд также не дал.

Ссылаясь на расположение на спорных земельных участках, принадлежащих обществу, газопроводов и Федеральные законы  от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее – Закон № 69-ФЗ), СП 36.13330.2012 «СНиП 2.05.06-85* Магистральные трубопроводы», утвержденные приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.12.2012 № 108/ГС (далее – СНиП 2.05.06-85), Земельный кодекс, Правила охраны магистральных трубопроводов, утвержденные Министерством топлива и энергетики России от 29.04.1992 и постановлением Госгортехнадзора России от 22.04.1992 № 9 (далее – Правила № 9, действовали на момент принятия оспариваемого решения), Правила охраны магистральных газопроводов, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 08.09.2017 № 1083 (далее – Правила № 1083), суд правильно указал, что федеральным законодательством предусмотрено установление как охранных зон объектов магистральных газопроводов, так и минимальных расстояний от магистральных трубопроводов до населенных пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, зданий и сооружений. При этом порядок их установления и применения не являются идентичными.

Однако, при этом суд  не назвал доказательства, свидетельствующие о расположении на земельных участках общества охранных зон третьего  лица. В материалах дела отсутствуют доказательства о наличии таких зон, определенных в установленном законом порядке.

Между тем,  из преамбулы и пунктов  1, 2 Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в н границах минимальных расстояний  до магистральных  или промышленных  трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 (далее – Обзор), следует, что до утверждения Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 106 Земельного кодекса положений  об охранных зонах трубопроводов и  о зонах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов правовой режим и порядок установления охранных зон трубопроводов и минимальных расстояний до промышленных и магистральных трубопроводов определяется Правилами № 9; Правилами охраны газораспределительных сетей, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 20.11.2000 № 878; Правилами охраны магистральных газопроводов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.09.2017  № 1083; Сводом правил «СП 36.13330.2012. Свод правил. Магистральные трубопроводы. Актуализированная редакция СНиП 2.05.06-85*», утвержденным приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.12.2012  №108/ГС (далее  – СНиП 2.05.06-85*).

Пунктом 3 части 8 статьи 26 Федерального закона от 03.08.2018  № 342-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее  –  Закон № 342-ФЗ) предусмотрена возможность установления, в частности, охранных зон трубопроводов (газопроводов) и зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов (газопроводов).  До 01.01.2025   зоны с особыми условиями использования территорий считаются установленными в случае отсутствия сведений о таких зонах в ЕГРН, если такие зоны установлены до 01.01.2022  нормативным правовым актом, предусматривающим установление зон с особыми условиями использования территорий в границах, установленных указанным актом, без принятия решения исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления об установлении таких зон либо согласования уполномоченным органом исполнительной власти границ зоны с особыми условиями использования территории. В  случаях, если это предусмотрено законодательством, действовавшим на день установления зоны с особыми условиями использования территории, такая зона считается установленной при условии, что установлено или утверждено описание местоположения границ такой зоны в текстовой и (или) графической форме или границы такой зоны обозначены на местности.

Зоны с особыми условиями использования территорий, установлены до 01.01.2022  нормативными правовыми актами, при соблюдении условий, указанных в частях 8 и 9 названной статьи, считаются установленными вне зависимости от соответствия решений об их установлении требованиям, установленным в соответствии со статьей 106 Земельного кодекса (часть 10 статьи 26 в редакции Закона № 342-ФЗ).

В соответствии с подпунктом «а» пункта 3 Правил № 9 охранные зоны объектов магистральных газопроводов устанавливаются вдоль линейной части магистрального газопровода  – в виде территории, ограниченной условными параллельными плоскостями, проходящими на расстоянии 25 м от оси магистрального газопровода с каждой стороны.

Частью 12 статьи 26 Закона № 342-ФЗ установлена обязанность собственника сооружения, в связи с размещением которого до 01.01.2022  установлена зона с особыми условиями использования территории (в данном случае охранная зона магистрального газопровода), в случае отсутствия сведений о такой зоне в ЕГРН направить в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на осуществление государственного кадастрового учета, государственной регистрации прав, ведение ЕГРН и предоставление сведений, содержащихся в ЕГРН, документы, необходимые для внесения сведений о зоне с особыми условиями использования территории в ЕГРН в целях обеспечения внесения данных сведений не позднее 01.01.2025.

Суд не исследовал, когда  на испрашиваемом обществом горном отводе   построен   и введен в эксплуатацию магистральный газопровод, какие границы  и правовой режим охранной зоны магистрального газопровода определялись.  Установлена ли в рассматриваемом случае охранная зона магистрального трубопровода, выполнена ли и кем обязанность по внесению сведений о такой зоне в ЕГРН, когда и внесены ли   регистрирующим органом сведения о зоне с особыми условиями использования испрашиваемой обществом территории. Какие-либо доказательства в этой части в материалах дела отсутствуют.

Определение территории, входящей в границы минимальных расстояний до магистрального или промышленного трубопровода, до установления этой зоны в порядке, установленном статьей 106 Земельного кодекса, осуществляется с учетом положений СНиПа  2.05.06-85*,  границы минимальных расстояний исходя из установленных судом обстоятельств могут определяться по Правилам № 9 и СНиПом 2.05.06-85* (статья 26 Закона № 342-ФЗ)

Разделом 7 СНиП 2.05.06-85* установлены основные требования, предъявляемые к трассе трубопровода.  В силу пункта 7.15 СНиПа 2.05.06-85* расстояния от оси подземных и наземных (в насыпи) трубопроводов до населенных пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, зданий и сооружений должны приниматься в зависимости от класса и диаметра трубопроводов, степени ответственности объектов и необходимости обеспечения их безопасности, но не менее значений, указанных в таблице 4.

Что собой представляет трубопровод,  расположенный на земельных участках общества,  каков  диаметр трубы и его характеристики, влияющие на определение расстояния охранной зоны,  расположены ли земельные участки общества в границах минимальных расстояний, определенных с учетом положений СНиПа 2.05.06-85* применительно к спорному  трубопроводу, суд не исследовал.

Исходя из данных таблицы 4 минимальные расстояния от оси нефтепроводов и нефтепродуктопроводов диаметром 300 мм и менее до городов и других населенных пунктов составляет 75 м, а минимальное допустимое расстояние от оси магистрального нефтепродуктопровода (диаметром свыше 300 и до 500 мм) до населенных пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, зданий и сооружений, – 100 м.

Суд указал, что при определении значения размера охранной зоны магистрального газопровода, проходящего через земельные участки № 5403 и  5396, следует руководствоваться  Правилами № 9 и 1083, признал эти  участки частично попадающими в зону минимальных расстояний газопроводов, из-за чего на них запрещено размещение  объектов, поименованных в таблице 4 СНиП 2.05.06-85.  Общество обязано соблюдать режим зон с особыми условиями использования территории (охранной зоны и зоны минимальных расстояний), установленный Правилами № 1083 и СНиП 2.05.06-85.  При этом суд отмечает, что на момент рассмотрения дела не установлена зона минимальных расстояний до газопровода и в ЕГРН применительно к участкам № 5403 и  5396 не внесены сведения о границах минимальных расстояний до указанного газопровода. Как это обстоятельство опровергает доводы общества о соблюдении  испрашиваемым  горным отводом безопасного расстояния до газопровода (охранных зон), суд не указал, фактически возлагая негативные последствия  бездействия третьего лица по определению охранных зон на общество,  предоставившее  для строительства газопровода его владельцу используемые на протяжении значительного периода времени спорные земельные участки (задолго до строительства). Тем самым суд нарушил и установленные статьями 65, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правила оценки доказательств, переложив бремя доказывания  соответствия закону обжалуемого ненормативного акта  государственного органа на субъекта предпринимательской деятельности, обжалующего этот акт.

Между тем, прохождение магистрального газопровода через части принадлежащих обществу земельных участков, с учетом их конфигурации и в условиях отсутствия в ЕГРН сведений об установлении в границах данных земельных участков зон минимальных расстояний до газопровода, может рассматриваться как основание для их использования в целях добычи полезных ископаемых и отсутствии  оснований для отказа в выдаче лицензии на недропользование.

Правила № 9 устанавливают, что земельные участки, входящие в охранные зоны трубопроводов, не изымаются у землепользователей и используются ими для проведения сельскохозяйственных и иных работ с обязательным соблюдением требований Правил (пункт 4.2). В охранных зонах трубопроводов запрещается производить всякого рода действия, могущие нарушить нормальную эксплуатацию трубопроводов либо привести к их повреждению (пункт 4.3). В охранных зонах трубопроводов без письменного разрешения предприятий трубопроводного транспорта запрещается в числе прочего возводить любые постройки и сооружения, производить всякого рода открытые и подземные, горные, строительные, монтажные и взрывные работы, планировку грунта (пункт 4.4).

На земельных участках, прилегающих к объектам систем газоснабжения, в целях безопасной эксплуатации таких объектов устанавливаются охранные зоны газопроводов. Владельцы указанных земельных участков при их хозяйственном использовании не могут строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией – собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией; такие владельцы не имеют права чинить препятствия организации –собственнику системы газоснабжения или уполномоченной ею организации в выполнении ими работ по обслуживанию и ремонту объектов системы газоснабжения, ликвидации последствий возникших на них аварий, катастроф (статья 28 Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации»).

Ссылаясь на эти нормы, суд апелляционной инстанции сделал  вывод о том, что наличие на земельных участках газопровода не препятствует их использованию, а вводит дополнительные условия такого использования. Возникающие в силу установленных законом ограничений деятельности в пределах охранной зоны последствия при изменении категории и вида разрешенного пользования земельного участка являются риском лица, использующего земельный участок и надлежащим образом извещенного о наличии газопровода.

При этом суд так и не указал, несмотря на многочисленные доводы общества,  доказательства об установленной охранной зоне, а также наложения испрашиваемого горного отвода на нее.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат отмене как основанные  на неполном исследовании имеющих значение для правильного рассмотрения дела  доказательств и доводов участвующих в деле лиц, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для устранения названных недостатков.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.02.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2021 по делу № А32-22482/2020  отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                              Л.А. Черных

Судьи                                                                                                            Л.Н. Воловик

М.В. Посаженников