ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А09-1736/2019

20АП-3672/2019

Резолютивная часть  постановления объявлена 02.09.2019 

Постановление изготовлено в полном объеме 09.09.2019 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Еремичевой Н.В., судей Стахановой В.Н. и Тимашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии                    от истца – управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Брянской и Смоленской областям – ФИО2 (доверенность                              от 09.01.2017 № Д-2), ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО3, ФИО4 (доверенность от 29.08.2019), рассмотрев                   в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Брянской области от 18.04.2019 по делу № А09-1736/2019 (судья Халепо В.В.),

УСТАНОВИЛ:

управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору                                по Брянской и Смоленской областям (Брянская область, Брянский район, п. Путевка, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее по тексту – истец, управление Россельхознадзора) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3                        (г. Брянск, ОГРНИП 306324129900047, ИНН 

<

***>) (далее по тексту – ответчик, индивидуальный предприниматель) о взыскании в бюджет Суземского муниципального района 2 865 920 рублей в счет возмещения вреда, причиненного почве земельных участков сельскохозяйственного назначения с кадастровыми номерами 32:24:0200201:65                  и 32:24:0200201:66, как объекту охраны окружающей среды (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Решением Арбитражного суда Брянской области от 18.04.2019 исковые требования удовлетворены. 

В апелляционной жалобе индивидуальный предприниматель ФИО3 просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своей позиции ссылается на несоответствие конфигурации                               и площади участков со снятым плодородным слоем почвы, отраженных в приложении                   4.2 экспертного заключения от 14.09.2018 № 174-18 ЭЗ фактической конфигурации                       и площади на местности, а также, что конфигурация на план-схемах приложений                         к экспертному заключению № 1, № 4.1, № 4.2 отличаются друг от друга. Указывает на отсутствие мест отбора проб, а также координат мест отбора. Полагает произвольным применение показателя в квадратных метрах. Также указывает на то, что в экспертном заключении не указана мощность плодородного слоя на земельном участке с кадастровым номером 32:24:0200201:66.

В отзыве на апелляционную жалобу управление Федеральной службы                                по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Брянской и Смоленской областям просит решение суда оставить без изменения. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения арбитражного суда первой инстанции                            в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,                             суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба удовлетворению                   не подлежит исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, на основании информации Прокуратуры Суземского района Брянской области от 13.07.2018, от 16.07.2018, от 27.07.2018, управления Росприроднадзора по Брянской области от 31.07.2018, поступивших в управление Россельхознадзора по Брянской и Смоленской областям, управлением были изданы приказы от 07.08.2018 № 520-к/н и № 521-к/н о проведении внеплановых выездных проверок по факту незаконной добычи полезных ископаемых и уничтожения плодородного слоя почвы на земельных участках сельскохозяйственного назначения с кадастровыми номерами 32:24:0200201:65 и 32:24:0200201:66.

В период с 22.08.2018 по 18.09.2018 сотрудниками управления были проведены внеплановые выездные проверки в отношении указанных земельных участков.

В ходе проверок было установлено, что земельные участки с кадастровыми номерами 32:24:0200201:65 и 32:24:0200201:66 на основании договоров аренды земельного участка от 25.06.2018 № 1 и № 2 были переданы ФИО5 (арендодатель, собственник) в аренду индивидуальному предпринимателю ФИО3 (арендатор) сроком на три года.

Управлением было также установлено проведение на данных земельных участках работ по добыче общераспространенных полезных ископаемых (песка), наличие карьерных выемок и соответственно самовольное снятие и перемещение плодородного слоя почвы и складирование его в отвалы, указанные обстоятельства были зафиксированы в актах осмотра земельных участков от 22.08.2018 и от 29.08.2018 с приложением фототаблиц, планов-схем земельных участков.

При этом, было установлено, что указанные работы осуществлялись                                 ИП ФИО3 при отсутствии соответствующей лицензии на пользование недрами. 

Проверяющими 29.08.2018 были также отобраны образы (пробы) почв, которые были исследованы в ходе испытаний специалистами ФГБУ «Брянская межобластная ветеринарная лаборатория» (далее ФГБУ «Брянская МВЛ»), результаты которых зафиксированы в протоколах испытаний от 13.09.2018 № 18-19392, № 18-19393,                     № 18-19394, № 18-19395, № 18-19396, № 18-19397, № 18-19398, № 18-19399, № 18-19400 и № 18-19401.

Также в ходе проверки была проведена экспертиза, по итогам которой было установлена технологическая (эксплуатационная) деградация почвы, а именно – нарушение земель.

По итогам исследования эксперт пришел к выводу, что в результате снятия, перемещения и деградации плодородного слоя почвы содержание основных агрохимических показателей в части образцов (проб) почв с нарушенным плодородным слоем почвы снизилось по сравнению с образцами (пробами) почвы ненарушенного сложения.

Кроме того, экспертом была установлена общая площадь нарушенных земель                     и определен размер вреда, причиненного почве, как объекту охраны окружающей среды, на обоих земельных участках с применением формулы на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238 (экспертное заключение ФГБУ «Брянская МВЛ»                          от 14.09.2018 № 174-18 ЭЗ).

В связи с изложенным государственным инспектором управления ФИО6 21.09.2018 был составлен протокол об административном правонарушении                                     № БР-ИП-ЗН-0895-044/18, на основании которого постановлением от 21.09.2018                              № БР-ИП-ЗН-0700-074/18 ИП ФИО3 был привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 8.6 КоАП РФ, в виде взыскания штрафа в размере 7 500 рублей.

Указанное постановление ИП ФИО3 не обжаловано.

В соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам, как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238, общий размер вреда (ущерба), нанесенного почвам в результате незаконной добычи полезных ископаемых составил 2 865 920 рублей, в том числе в отношении земельного участка кадастровый номер 32:24:0200201:65 – 1 925 120 рублей, в отношении земельного участка кадастровый номер 32:24:0200201:66 – 940 800 рублей, что было установлено вышепоименованным экспертным заключением.

Управление Россельхознадзора по Брянской и Смоленской областям направило        ИП ФИО3 претензию от 29.10.2018 исх. № 8/1412 с предложением возместить                    в добровольном порядке вред, причиненный почвам.

Поскольку данная претензия оставлена ИП ФИО3 без удовлетворения, то управление Россельхознадзора по Брянской и Смоленской областям обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон об охране окружающей среды) юридические                              и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов                   и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии                                  с законодательством.

Согласно пункту 3 статьи 77 Закона об охране окружающей среды вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами                               и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии – исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды,                         с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

Объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются: земли, недра, почвы; поверхностные и подземные воды; леса и иная растительность, животные и другие организмы и их генетический фонд; атмосферный воздух, озоновый слой атмосферы и околоземное космическое пространство (статья 4 Закона об охране окружающей среды).

В соответствии с пунктом 32 Основных положений о рекультивации земель, снятии, сохранении и рациональном использовании плодородного слоя почвы, утвержденных приказом Минприроды России и Роскомзема от 22.12.1995 № 525/67               (далее – Положение о рекультивации земель), за порчу и уничтожение плодородного слоя почвы, невыполнение или некачественное выполнение обязательств по рекультивации нарушенных земель, несоблюдение установленных экологических и других стандартов, правил и норм при проведении работ, связанных с нарушением почвенного покрова, юридические, должностные и физические лица несут административную и другую ответственность, установленную действующим законодательством.

Пунктом 6 Положения о рекультивации земель предусмотрено, что условия приведения нарушенных земель в состояние, пригодное для последующего использования, а также порядок снятия, хранения и дальнейшего применения плодородного слоя почвы, устанавливаются органами, предоставляющими земельные участки в пользование и дающими разрешение на проведение работ, связанных                             с нарушением почвенного покрова, на основе проектов рекультивации, Положения                        о рекультивации, получивших положительное заключение государственной экологической экспертизы.

Нормы снятия плодородного слоя почвы, потенциально плодородных слоев                             и пород (лесс, лессовидные и покровные суглинки и др.) устанавливаются при проектировании в зависимости от уровня плодородия нарушаемых почв с учетом заявок                  и соответствующих гарантий со стороны потребителей на использование потенциально плодородных слоев и пород.

Снятый верхний плодородный слой почвы используется для рекультивации нарушенных земель или улучшения малопродуктивных угодий. 

Использование плодородного слоя почвы для целей, не связанных с сельским и лесным хозяйством, допускается только в исключительных случаях, при экономической нецелесообразности или отсутствии возможностей его использования для улучшения земель сельскохозяйственного назначения и лесного фонда (пункт 8 Положения                           о рекультивации земель).

Одним из основных принципов охраны окружающей среды является ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды (статья 3 Закона об охране окружающей среды), статьей 29 Федерального закона                           от 16.07.1998 № 101-ФЗ «О государственном регулировании обеспечения плодородия земель сельскохозяйственного назначения» (далее – Закон № 101-ФЗ) установлено,                          что нарушение законодательства Российской Федерации в области обеспечения плодородия земель сельскохозяйственного назначения влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 12 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) целями охраны земель являются: предотвращение деградации, загрязнения, захламления, нарушения земель, других негативных (вредных) воздействий хозяйственной деятельности; обеспечение улучшения и восстановления земель, подвергших деградации, загрязнению, захламлению, нарушению, другим негативным (вредным) воздействиям сельскохозяйственной деятельности.

Письмом Роскомзема от 27.03.1995 № 3-15/582 определено, что нарушение земель представляет собой механическое разрушение почвенного покрова и обусловлено открытыми и закрытыми разработками полезных ископаемых и торфа; строительными и геологоразведочными работами и др.

В силу ГОСТ 17.5.1.01-83 к плодородному слою почвы относится верхняя гумусированная часть почвенного профиля, обладающего благоприятными для роста растений химическими, физическими и биологическими свойствами. 

Почвенный профиль – совокупность генетически сопряженных и закономерно сменяющихся почвенных горизонтов, на которые расчленяется почва в процессе почвообразования. 

Почвенный покров – совокупность почв, покрывающих земную поверхность.

Согласно ГОСТ 17.5.3.04-83 «Охрана природы. Земли. Общие требования                            к рекультивации земель» нарушение земель – процесс, происходящий при проведении строительных и других работ и приводящий к нарушению почвенного покрова, гидрологического режима местности и образованию техногенного рельефа и другим качественным изменениям состояния земель.

Лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием способами, которые                          не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту (статья 42 ЗК РФ).

Статьей 78 Закона об охране окружающей среды предусмотнео, что определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат                               на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии        с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                       от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – Постановление № 49) разъяснено, что основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности, ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях                 (статьи 1, 77 Закона об окружающей среде).

В пункте 8 названного постановления № 49 указано, что, по общему правилу,                                   в соответствии со статьей 1064 ГК РФ и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины.

Согласно пункту 13 постановления № 49 возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды (статья 1082 ГК РФ, статья 78 Закона об охране окружающей среды). 

При этом выбор способа возмещения причиненного вреда при обращении в суд осуществляет истец. 

Вместе с тем, принимая во внимание необходимость эффективных мер, направленных на восстановление состояния окружающей среды, в котором она находилась до причинения вреда, наличие публичного интереса в благоприятном состоянии окружающей среды, суд с учетом позиции лиц, участвующих в деле,                              и конкретных обстоятельств дела вправе применить такой способ возмещения вреда, который наиболее соответствует целям и задачам природоохранного законодательства.

В случае, если восстановление состояния окружающей среды, существовавшее                 до причинения вреда, в результате проведения восстановительных работ возможно лишь частично (в том числе в силу наличия невосполнимых и (или) трудновосполнимых экологических потерь), возмещение вреда в соответствующей оставшейся части осуществляется в денежной форме (пункт 17 Постановления № 49).

Для восстановления нарушенных земель осуществляется их рекультивация.

Рекультивации подлежат земли, нарушенные при ликвидации последствий загрязнения земель (пункты 3, 5, 6 Основных положений о рекультивации земель, снятии, сохранении и рациональном использовании плодородного слоя почвы, утвержденных Приказом Минприроды России от 22.12.1995 № 525).

Таким образом, как правомерно заключил суд первой инстанции, восстановление нарушенного состояния окружающей среды не тождественно процедуре ликвидации последствий загрязнения окружающей среды (земель). 

Такое восстановление осуществляется после процедуры ликвидации последствий загрязнения окружающей среды (земель). 

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что при определении экологического вреда в денежном выражении подлежат учету не только затраты на восстановление нарушенной природной среды, но и экологические потери, которые невосполнимы или трудновосполнимы.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ                        об ответственности за нарушение обязательств», а также статьям 15, 393 ГК РФ лицо, обратившееся с иском о взыскании убытков, должно доказать следующие обстоятельства: наличие убытков, факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика.

Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений, в частности, в постановлениях от 25.01.2001 № 1-П и от 15.07.2009 № 13-П, обращаясь к вопросам                      о возмещении причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину; наличие вины – общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно.

При доказанности совокупности всех указанных элементов причиненный вред подлежит возмещению.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в момент проведения проверки ответчиком на обоих спорных земельных участках проводились работы                       по добыче полезных ископаемых, связанные с нарушением почв и наличиями карьерных выемок, в отсутствие соответствующей разрешительной документации – лицензии.

Факт незаконной добычи полезных ископаемых и нарушения плодородного слоя почвы подтвержден соответствующими доказательствами, полученными управлением Россельхознадзора по Брянской и Смоленской областям в ходе проведения проверки,                      а именно: актами осмотра земельных участков от 22.08.2018 и от 29.08.2018                                     с приложением к ним соответствующих фотоснимков, актами отбора образцов (почв)                      от 29.08.2018, протоколами испытаний указанных образцов от 13.09.2018, результатами экспертизы.

Из приложенных фотоснимков усматривается, что на спорных земельных участках имеются карьерные выемки в результате добычи общераспространенных полезных ископаемых (песка).

Проверяющими были определены места расположения и координаты на местности данных карьерных выемок, которые были отражены на планах-схемах обоих земельных участков.

Также из материалов дела следует и установлено судом, что земельные участки с кадастровыми номерами 32:24:0200201:65 и 32:24:0200201:66 в период осуществления работ, а также в период проведения проверки принадлежали ответчику на праве аренды.

Судом констатировано, что договорами подряда от 07.06.2018 № 38 и № 39 на проведение маркшейдерских работ и работ по геологическому изучению участка, также подтверждается, что заказчиком проведения указанных работ выступает                                    ИП ФИО3

Довод ответчика о том, что 17.08.2018 был проведен аукцион на право пользования недрами, по результатам которого он был признан победителем, и 05.09.2018 им была получена лицензия на пользование недрами, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку лицензия на пользование недрами № БРН 80466 ТР была получена ИП ФИО3 05.09.2018, то есть позже того, как проверкой были установлены факты проведения работ по добыче полезных ископаемых, соответственно, как обоснованно заключено судом, данные работы велись без соответствующей разрешительной документации.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом, из информации Прокуратуры Суземского района Брянской области следует, что факт незаконной добычи полезных ископаемых на данных земельных участках был установлен уже в июле 2018 года, то есть за месяц до участия ответчика в вышеуказанном аукционе.

Также судом первой инстанции установлено и следует из схемы горного отвода, согласованного для разведки и добычи строительных песков, приложенной к указанной лицензии, право на пользование недрами получено предпринимателем лишь на часть земельного участка с кадастровым номером 32:24:0200201:65.

В то же время, из приложения № 4.1. к экспертному заключению ФГБУ «Брянская МВЛ» от 14.09.2018 №174-18 ЭЗ усматривается, что карьерные выемки в результате добычи песка расположены как на части земельного участка с кадастровым номером 32:24:0200201:65, вне границ вышеуказанного горного отвода, так и на земельном участке с кадастровым номером 32:24:0200201:66, на который, вообще, не распространяется действие лицензии на пользование недрами № БРН 80466 ТР.

Доказательств того, что ИП ФИО3 была выдана иная лицензия                                на пользование недрами на участок с кадастровым номером 32:24:0200201:66 или на его часть ответчиком в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного судом первой инстанции сделано обоснованное заключение о том, что нарушение состояние почвы было допущено ответчиком вне границ лицензионного участка.

Отклоняя довод ответчика о том, что им разработаны и согласованы проекты рекультивации земель на данных земельных участках, суд первой инстанции обоснованно указал, что проекты рекультивации были утверждены также позже того, как управлением были установлены факты нарушений природоохранного законодательства и нарушение плодородного слоя почвы.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно констатировал, что не имея надлежащей разрешительной документации ИП ФИО3 вообще не вправе был в отсутствие необходимых документов производить работы по добыче песка на спорных земельных участках.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что из изложенных выше правовых норм и правовой позиции, отраженной в Постановлении                 № 49, следует, что наличие проекта рекультивации земель не заменяет собой возмещение вреда, причиненного природным ресурсам.

Проведение только одной рекультивации не является способом полного возмещения причиненного экологического вреда, а является лишь средством устранения препятствий к воссозданию экологической системы.

Размер ущерба, причиненного вышеназванными действиями, исчислен экспертом по Методике исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов                              и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238, правомерность применения которой и правильность расчета судом установлены.

В обоснование доводов о неверности расчета ответчиком в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  контррасчет размера ущерба не приведен, объективных доказательств неправомерности выводов эксперта не представлено.

При этом, как обоснованно указано судом первой инстанции, в экспертном заключении была определена общая площадь нарушенных земель на обоих участках: на земельном участке 32:24:0200201:65 – 3 008 кв. м, на земельном участке 32:24:0200201:66 – 1 470 кв. м.

Соответственно, с учетом указанных площадей нарушенных земель и примененных экспертом коэффициентов Методики, эксперт определил как общий размер вреда (ущерба), нанесенного почвам в результате незаконной добычи полезных ископаемых –2 865 920 рублей, так и в отношении каждого земельного участка (32:24:0200201:65 – 1 925 120 рублей, 32:24:0200201:66 – 940 800 рублей).

По итогам исследования эксперт пришел к выводу о том, что в результате снятия, перемещения и деградации плодородного слоя почвы содержание основных агрохимических показателей в части образцов (проб) почв с нарушенным плодородным слоем почвы снизилось по сравнению с образцами (пробами) почвы ненарушенного сложения  (вопрос № 5 исследования).

Перечень расходов, входящих в состав затрат на рекультивацию земель, установлен в пункте 7 приказа № 525. 

К ним, в частности, относится осуществление проектно-изыскательских работ,                  в том числе почвенных и других полевых обследований, лабораторных анализов, картографирование; проведение государственной экологической экспертизы проекта рекультивации; деятельность рабочих комиссий по приемке-передаче рекультивированных земель, другие работы, предусмотренные проектом рекультивации,           в зависимости от характера нарушения земель и дальнейшего использования рекультивированных участков.

Как верно отмечено судом первой инстанции, Закон не предусматривает оснований для зачета понесенных нарушителем затрат по ликвидации последствий в саму сумму ущерба, поскольку такая сумма ущерба в силу Закона определяется самостоятельно               по факту затрат именно на восстановление нарушенного состояния, а не непосредственно на ликвидацию последствий нанесенного вреда, либо по установленным законом таксам               и методикам исчисления размера вреда.

Судом первой инстанции правомерно учтено непредставление                                          ИП ФИО3, как причинителем вреда, в материалы дела доказательств того, что при устранении последствий вызванного его деятельностью нарушения состояния окружающей среды понесены необходимые и разумные расходы, которые должны быть учтены при расчете размера, исчисленного по вышеназванной Методике.

Доказательства выполнения фактических мероприятий по устранению нарушения состояния окружающей среды материалы дела также не содержат. 

Фактов возмещения в полном объеме или в части ответчиком причиненного вреда в натуре и восстановления состояния окружающей среды, существовавшего                                до причинения вреда, а также возмещения вреда в части невосполнимых и (или) трудновосполнимых потерь, судом не установлено.

В пункте 3 постановления № 49 разъяснено, что с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, вправе обратиться уполномоченные органы государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, прокурор, граждане, общественные объединения и некоммерческие организации, осуществляющие деятельность в области охраны окружающей среды (статьи 45, 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 5, 6, 11. 12, 66 Закона об охране окружающей среды), а также органы местного самоуправления, с учетом того, что абзацем шестым статьи 3 Закона об охране окружающей среды на них возложена ответственность за обеспечение благоприятной окружающей среды и экологической безопасности на соответствующих территориях.

Как верно заключено судом первой инстанции, управление Россельхознадзора                   по Брянской и Смоленской областям является таким уполномоченным органом                            в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Также по справедливому суждению суда, доказательствами, представленными                      в материалы дела, подтверждена причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика и фактом нанесения реального ущерба.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии достаточных правовых оснований для удовлетворения исковых требований управления.

Довод апелляционной жалобы о несоответствии конфигурации и площади участков со снятым плодородным слоем почвы, отраженных в приложении 4.2 экспертного заключения от 14.09.2018 № 174-18 ЭЗ, фактической конфигурации и площади                              на местности, отклоняется судебной коллегией, так как при проведении экспертизы были определены координаты поворотных точек границ участков с выявленными нарушениями верхнего плодородного слоя почвы, что следует из приложений к упомянутому экспертному заключению. 

На основании данных измерений установлены конфигурации и площади земельных участков. 

Как пояснено представителем истца, все геодезические измерения проводились по фактическому местоположению нарушенных земельных участков на момент проведения экспертизы.

Довод апеллянта о том, что конфигурация на план-схемах приложений                                  к экспертному заключению № 1, № 4.1, № 4.2 отличаются друг от друга, подлежит отклонению судебной коллегией, поскольку конфигурации участков на план-схемах приложений № 1, № 4.1, № 4.2 выполнены в разных масштабах.

Судебная коллегия признает несостоятельным довод апелляционной жалобы                     об отсутствии мест отбора проб, а также координат мест отбора, поскольку                           в приложениях к экспертному заключению от 14.09.2018 № 174-18 ЭЗ присутствует акт отбора почвенных образцов (проб) с указанием географических координат мест отбора почвенных проб, а также данные координаты указаны в схеме отбора почвенных образцов, которая является приложением к ату отбора почвенных образцов (проб). 

Ссылку в апелляционной жалобе на то, что отбор проб осуществлен ненадлежащим инструментом, суд апелляционной инстанции признает несостоятельной.

Так, в пункте 4.2 ГОСТ 28168-89 указано, что отбор точечных проб лопатой допускается, а в части 3 ГОСТ 28168-89 указано, что отбор проб может производиться штыковыми лопатами.

Требования ГОСТа к глубине отбора пробы (пункт 4.5 – не глубже 10 см), а также к массе объединенной пробы (пункт 4.9 – не менее 400 г) соблюдены.

Довод апеллянта о произвольном применении показателя в квадратных метрах признается судебной коллегией необоснованным, поскольку пересчет в единицы измерения – квадратные метры выполнен экспертом в соответствии с коэффициентом                Нс – нормативом стоимости для исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, который принимается равным 400 рублей за 1 квадратный метр.

Таким образом, учет нарушенной площади в единицах измерения – квадратных метрах произведен в соответствии с нормативом стоимости для исчисления размера вреда.

Довод апелляционной жалобы о том, что в экспертном заключении не указана мощность плодородного слоя на земельном участке с кадастровым номером 32:24:0200201:66, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку опровергается сведениями, содержащимися на странице 10 экспертного заключения,                  где указано, что мощность плодородного слоя почвы ненарушенного участка                     составляет 0,25 м.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих правомерность выводов суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит,               в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом  1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Брянской области от 18.04.2019 по делу № А09-1736/2019    оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Н.В. Еремичева

В.Н. Стаханова

Е.Н. Тимашкова