ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-285/2017

г. Вологда

30 сентября 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 30 сентября 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Писаревой О.Г. и ФИО1, при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО2, 

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Русстрой» ФИО3 по доверенности от 14.10.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Крупнопанельное домостроение «Удомля-1» ФИО4  на определение Арбитражного суда Тверской области от 16 августа 2022 года по делу № А66-285/2017,

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратился 16.01.2017 в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Крупнопанельное домостроение «Удомля-1» (адрес: 171842, 

<

...>; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Компания, должник). 

Определением суда от 02.03.2017 в отношении Компании введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – наблюдение, временным управляющим должника утверждён ФИО4. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано 18.03.2017 в печатном издании газеты «Коммерсантъ». 

Решением суда от 08.08.2017 (резолютивная часть от 01.08.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на временного управляющего ФИО4

Определением суда от 26.10.2017 (резолютивная часть объявлена 23.10.2017) конкурсным управляющим Компании утверждён ФИО4 

Информация о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства опубликована в печатном издании газеты «Коммерсантъ» от 12.08.2017. 

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился 20.11.2017 в суд с заявлением о признании недействительными сделок по представлению отступного от 15.12.2015 и от 25.12.2015, совершённых должником в отношении общества с ограниченной ответственностью «Русстрой» (далее – ООО «Русстрой»), и применении последствий недействительности сделок. 

К участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены производственный кооператив «Стройинвестгрупп», общество с ограниченной ответственностью «Домостроительный комбинат», общество с ограниченной ответственностью «Новый Арбат», Тверское потребительское общество «Строительный портал», ФИО6, ФИО7; в качестве заинтересованных лиц – публичное акционерное общество «Сбербанк России», общество с ограниченной ответственностью «Стройтех» (далее – ООО «Стройтех»), ФИО8, ФИО9, арбитражный управляющий ФИО10, арбитражный управляющий ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37 и ФИО38. 

Определением суда первой инстанции от 15.07.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2021, в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.01.2022 определение суда первой инстанции от 15.07.2021 и   постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение. 

Определением суда от 16.08.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Конкурсный управляющий ФИО4 с определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования в полном объёме. Доводы подателя жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований. 

В отзыве на апелляционную жалобу и в заседании суда представитель ООО «Русстрой» возражал против удовлетворении апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается в материалах дела и установлено судом первой инстанции, Компанией (заёмщик) и ООО «Русстрой» (заимодавец) 07.07.2014 заключен договор займа, в соответствии с которым ООО «Русстрой» предоставило должнику заём в размере 70 000 000 руб. под 0,01 % годовых сроком на 49 лет. Предусмотрено, что проценты за пользование займом выплачиваются заёмщиком единовременно с возвратом суммы займа (пункт 4.2 договора). 

ООО «Русстрой» по платёжному поручению от 09.07.2014 № 17 перечислило на счёт должника 70 000 000 руб. 

В дальнейшем Компанией и ООО «Русстрой» 15.01.2015 заключено дополнительное соглашение к договору займа от 07.07.2014, по которому изменён срок предоставления займа, сторонами установлено, что сумма займа предоставляется на срок до 15.12.2015. 

В установленный дополнительным соглашением срок (15.12.2015) должник заём не возвратил. 

Компания и ООО «Русстрой» заключили соглашения об отступном, в соответствии с которыми должник в счёт задолженности по договору займа от 07.07.2014 передало ООО «Русстрой»:  

по соглашению от 15.12.2015 – две квартиры, принадлежащие должнику на праве собственности, общей стоимостью 1 350 000 руб.; 

по соглашению от 15.12.2015 – транспортные средства в количестве 85 единиц общей стоимостью 66 000 000 руб.; 

по соглашению от 15.12.2015 – недвижимое имущество в количестве 9 наименований общей стоимостью 400 000 руб.; 

по соглашению от 25.12.2015 – объекты недвижимости в количестве 6 наименований (земельные участки, квартира, здание насосной станции, здание овощехранилища, здание картофелехранилища) общей стоимостью 767 471 руб. 

По актам приёма-передачи движимое и недвижимое имущество передано ООО «Русстрой». 

Согласно данным регистрирующих органов часть спорного имущества до настоящего времени значится на регистрационном учёте за ООО «Русстрой», часть (в преобладающем количестве) в результате отчуждения ООО «Русстрой» – за третьими лицами, остальное имущество списано. 

Конкурсный управляющий ФИО4, ссылаясь на пункт 2 статьи  пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), на то, что соглашения об отступном от 15.12.2015 и от 25.12.2015 заключены аффилированными лицами в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены и изменения состоявшегося судебного акта. 

Рассматривая повторно заявленные требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции принял во внимание указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 28.01.2022, о необходимости дополнительного исследования вопросов, имеющих отношение к установлению обстоятельств возникновения у должника первоначального заёмного обязательства, в счёт погашения которого им было передано имущество по соглашениям об отступном. 

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона сделки знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно абзацу четвёртому пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии иных предусмотренных указанным пунктом статьи 61.2 Закона о банкротстве условий. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Для целей признания судом оспариваемой сделки недействительной по основанию заинтересованности в совершении договора необходимо наличие совокупности двух обстоятельств:

1.Совершение сделки должником с заинтересованным лицом.

2.Причинение или возможность причинения убытков должнику или кредиторам в результате исполнения указанной сделки. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаётся лицо, которое является аффилированным лицом должника и лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-Ф3 «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником. 

Из материалов дела следует, что на момент совершения сделок ООО «Русстрой» входило в одну группу с должником и являлось заинтересованным лицом.  

В соответствии с абзацем шестым пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона или её представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах». Если в ходе рассмотрения дела будет установлено, что заинтересованность была неявной для обычного участника оборота, то ответчик считается добросовестным. При этом истец может представить доказательства того, что по обстоятельствам конкретного дела сторона сделки – физическое лицо или представитель стороны сделки – юридического лица тем не менее знали или должны были знать об указанной неявной аффилированности. При установлении арбитражным судом убыточности сделки для общества следует исходить из того, что права и законные интересы истца нарушены, если не будет доказано иное.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце пятом пункта 6 Постановления № 63 для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Обосновывая заявленные требования, конкурсный управляющий сослался на то, что оспариваемые сделки совершены должником в период подозрительности, их цена существенно в худшую для должника сторону отличается от цены, при которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

В качестве доказательства, свидетельствующего о том, что имущество отчуждено по заниженной цене, конкурсный управляющий представил письмо эксперта Агентства ФИО39 общества с ограниченной ответственностью «Агентство независимой оценки и экспертизы» (далее – Агентство) от 21.02.2018 № 21. 

Согласно письму Агентства установленная им стоимость имущества по состоянию на 15.12.2015 (объектов движимого и недвижимого имущества, отчуждённого по трём соглашениям от 15.12.2015) является вероятной ценой, по которой могло быть продано имущество. 

Суд первой инстанции установил, что стоимость имущества определена оценщиком исходя из сведений, размещённых на интернет-сайтах, путём анализа информации о предложении на объектах в регионах Российской Федерации. 

Таким образом, оценщиком был изучен лишь рынок предложений объектов и не проводился сравнительный анализ аналогичных сделок, совершённых с аналогичными объектами в спорный период. 

Доказательств того, что условия заключенных между сторонами сделок по цене существенно отличаются от аналогичных сделок, заключенных на рынке движимого и недвижимого имущества в г. Твери в аналогичный период, материалы дела не содержат. 

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание представленное конкурсным управляющим письмо Агентства от 21.02.2018 № 21 в качестве доказательства, свидетельствующего о стоимости имущества должника на дату совершения оспариваемых сделок. 

Иных доказательств, подтверждающих рыночную стоимость спорного имущества на момент совершения оспариваемых сделок, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено. 

Вместе с тем ходатайств о назначении экспертизы с целью определения рыночной стоимости имущества должника лицами, участвующими в деле, не заявлено. 

Следовательно, выводы суда первой инстанции об отсутствии доказательств совершения оспариваемых сделок при неравноценном встречном исполнении обязательств со стороны контрагента должника следует признать обоснованными. Конкурсным управляющим не представлены доказательства возникновения у должника и кредиторов убытков в результате совершения должником оспариваемых сделок. 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. 

Как следует из толкования положений статей 166, 168, 170 ГК РФ и разъяснений, изложенных в информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», одним из показателей мнимости сделки служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. 

Если же стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения её исполнять. 

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передаёт в собственность другой стороне (заёмщику) деньги или другие вещи, определённые родовыми признаками, а заёмщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. 

Пунктом 2 статьи 808 ГК РФ установлено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определённой денежной суммы или определённого количества вещей.

Договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на результаты выездной налоговой проверки, оформленной решением от 10.06.2016 № 12, полагает, что заём был предоставлен Компании деньгами самого должника, следовательно, заёмные обязательства должника перед ООО «Русстрой» отсутствуют, сделки по представлению отступного совершены в погашение несуществующего обязательства. 

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Русстрой» (заёмщик) 02.04.2014 заключило с ООО «Стройальянс» (заимодавец) договор займа, по условиям которого ООО «Стройальянс» обязалось передать ООО «Русстрой» 70 000 000 руб. с условием начисления процентов в размере 0,01 % годовых. Во исполнение обязательств по данному договору ООО «Стройальянс» по акту приёма-передачи от 03.04.2014 передало ООО «Русстрой» простые векселя в количестве 7 штук (ВД 0355056 на сумму 10 000 000 руб., ВД 0355057 – 10 000 000 руб., ВД 0355058 – 10 000 000 руб., ВД 0355059 – 10 000 000 руб., ВД 0355062 – 10 000 000 руб., ВД 0355063 – 10 000 000 руб., ВД 0355064 – 10 000 000 руб.) общей номинальной стоимостью 70 000 000 руб., которые ООО «Русстрой» 24.04.2014 были предъявлены в ПАО «Сбербанк России» для проведения предварительной проверки. В последующем ООО «Русстрой» в счёт исполнения обязательств по договору осуществило возврат суммы займа, как напрямую ООО «Стройальянс» путём проведения зачёта встречных однородных требований на сумму 36 303 680 руб., так и в пользу третьего лица ввиду уступки ООО «Стройальянс» права требования возврата займа с ООО «Русстрой» иному лицу. 

Таким образом, векселя приобретены ООО «Русстрой» на основании возмездной сделки, в связи с чем доводы конкурсного управляющего об обратном несостоятельны. 

В ходе выездной налоговой проверки налоговым органом установлено, что Компания осуществляла работы на объекте «Внеплощадочные трубопроводы технического водоснабжения (Энергоблок № 1 и № 2 Балтийской АЭС)» на основании договоров от 23.03.2013 № 40/90/063- 13, от 27.09.2013 № 40/90/139-13, заключенных с АО «НИАЭП». 

Для исполнения части работ на указанном объекте должником с ООО «Стройтех» оформлен договор подряда от 01.10.2012 № 01-10/12 на выполнение комплекса работ на внеплощадочных трубопроводах технического водоснабжения (GAC): трубопроводе подпиточной воды, трубопроводе продувочной воды; работ в котловане под основные здания и сооружения энергоблока: подготовки территории для размещения кавальеров; отвала делового грунта; отвала бросового грунта на участках 2, 3, 4 (энергоблоки № 1, 2 Балтийской АЭС). 

По акту приёма-передачи простых векселей от 02.12.2013 в счёт оплаты по договору от 01.10.2012 № 01-10/12 Компания передала ООО «Стройтех» 7 векселей на общую сумму 60 500 000 руб., при этом три из них (от 31.10.2013 ВД 0355062 на сумму 10 000 000 руб., от 31.10.2013 ВД 0355063 на сумму 10 000 000 руб. и от 31.10.2013 ВД 0355064 на сумму 10 000 000 руб.) впоследствии поступили в распоряжение ООО «Русстрой» по договору займа от 02.04.2014 с ООО «Стройальянс». 

Отношения, возникшие в рамках договора займа от 02.04.2014, не являлись предметом рассмотрения требований, заявленных по настоящему делу. 

ООО «Русстрой» не являлось лицом, в отношении которого проводилась  выездная налоговая проверка, оформленная решением от 10.06.2016 № 12. 

Решением Арбитражного суда Тверской области от 26.01.2017 по делу № А66-9884/2016 установлено отсутствие реальных финансовых отношений  Компании с ООО «Стройтех», а также отсутствие реальной оплаты по договору подряда от 01.10.2012 № 01-10/12 с ООО «Стройтех». 

При этом договор подряда от 01.10.2012 № 01-10/12, в счёт исполнения обязательств по которому ООО «Стройтех» получило от должника векселя (ВД 0355062 на сумму 10 000 000 руб. от 31.10.2013, ВД 0355063 на сумму 10 000 000 руб. от 31.10.2013 и ВД 0355064 на сумму 10 000 000 руб. от 31.10.2013), недействительным в установленном законом порядке не признан. 

Требование о взыскании с ООО «Стройтех» вознаграждения, полученного по данному договору, в том числе с использованием спорных векселей, не предъявлялось, обязанность ООО «Стройтех» возвратить полученные денежные средства судом не устанавливалась. 

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о ничтожности вышеназванного договора, конкурсным управляющим в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены.

При этом ни решением налогового органа, ни судебными актами,  принятые по делу № А66-9884/2016, каких-либо обстоятельств, ставящих под сомнение законность получения ООО «Русстрой» векселей ВД 0355056 на сумму 10 000 000 руб., ВД 0355057 на сумму 10 000 000 руб., ВД 0355058 на сумму 10 000 000 руб., ВД 0355059 на сумму 10 000 000 руб., не установлено. В расчётах с проблемным контрагентом – ООО «Стройтех» данные векселя должник не использовал. 

Доказательств обратного  подателем жалобы не представлено. 

Как следует из акта приёма-передачи векселей от 02.12.2013 указанные выше векселя выбыли из собственности Компании в связи с осуществлением расчётов с ООО Строительной компанией «Пульсар» по договору от 08.12.2010 № У/14/2010. Наличие претензий у налогового органа к данному контрагенту из текста решения налогового органа от 10.06.2016 № 12 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения не усматривается. 

Таким образом, векселя, предъявленные к оплате руководителем ООО «Русстрой», выбыли из собственности Компании в связи с осуществлением последним расчётов с ООО «Стройтех». 

С учётом изложенного, заключая соглашения об отступном, стороны не ставили своей целью причинение вреда имущественным интересам кредиторов, обратного конкурсным управляющим не доказано. 

Наличие просроченной задолженности перед кредиторами не означает, что должник является неплатежеспособным, поскольку из этого не следует, что прекращение исполнения обязанностей по уплате денежных обязательств вызвано недостаточностью денежных средств. 

При таких обстоятельствах конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, необходимые для признания спорных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Конкурсный управляющий должника также полагает, что соглашения об отступном от 15.12.2015 и от 25.12.2015 являются недействительными в силу статей 10, 168 ГК РФ. 

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвёртом пункта 4 Постановления № 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

При этом согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в упомянутых разъяснениях речь идёт о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. 

Из содержания приведённых норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5–7 Постановления № 63, следует, что такие обстоятельства, как противоправность цели совершения сделки и осведомлённость контрагента об этой цели, охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 ГК РФ. 

В рассматриваемом случае обстоятельства,  заявленные конкурсным управляющим в обоснование вывода о недействительности сделок, сводились к тому, что должник в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заключил с аффилированным лицом – ООО «Русстрой» – соглашения об отступном от 15.12.2015 и 25.12.2015, лишившись ликвидного имущества, за счёт которого могли бы быть осуществлены расчёты с уже существующими кредиторами. 

Вменённые нарушения в полной мере укладывались в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. 

Иные признаки недействительности сделок конкурсным управляющим не названы.

С учётом изложенного самостоятельная квалификация оспариваемых сделок по статье 10 ГК РФ не требуется. 

Доводы ООО «Русстрой» и заинтересованного лица ФИО12 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделок правомерно отклонены судом первой инстанции. 

В соответствии со статьёй 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии со статьёй 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утверждённый внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утверждённое внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утверждённый при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершённых в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т. д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т. п. 

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права. 

ФИО4 утверждён временным управляющим должника определением суда от 0.03.2017, конкурсным управляющим  – решением суда от 08.08.2017 (резолютивная часть объявлена 01.08.2017). 

Заявление подано в суд 20.11.2017, т. е. даже до истечения года со дня назначения его временным управляющим должника, следовательно, срок исковой давности для оспаривания сделки, вопреки доводам ООО «Русстрой» и заинтересованного лица ФИО12, управляющим не пропущен. 

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 16 августа 2022 года по делу № А66-285/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Крупнопанельное домостроение «Удомля-1» ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

 

Судьи

О.Г. Писарева

ФИО1