АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

17.09.2024 Дело № А40-2583/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 12.09.2024 Полный текст постановления изготовлен 17.09.2024  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Голобородько В.Я., судей Калининой Н.С., Каменецкого Д.В. при участии в заседании: а/у ФИО1-лично паспорт 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2  

на определение от 10.04.2024 Арбитражного суда города Москвы на постановление от 28.06.2024 Девятого арбитражного апелляционного суда 

о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД»,  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2023 г. должник ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (300041, 

<

...>). Сообщение о данном факте опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 61(7506) от 08.04.2023 г.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2023 г. конкурсный управляющий ФИО3 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД», по вопрос об утверждении конкурсного управляющего отложен.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 г. конкурсным управляющим ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) утвержден арбитражный управляющий ФИО1.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.04.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2024, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД».  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела.  

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность решения, постановления, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, ввиду отсутствия возражений сторон.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления в обжалуемой части по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела и установлено судами, в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление кредитора ООО «Дарина» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД».  

Привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении необходимо иметь в виду как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную  

обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление N 53).  

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве указано, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  

указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.  

Аналогичная ответственность предусмотрена ст. 61.11 Закона о банкротстве, в которой предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  

лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;  

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  

назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.  

Положения п. 4 ст. 10 Закона № 127-ФЗ в ранее действовавшей редакции и действующей нормы п. 1 ст. 61.11 Закона N 127-ФЗ с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций. Статьей 61.11 Закона о банкротстве установлена субсидиарная ответственность контролирующего лица за невозможность полного погашения требований кредиторов. При доказанности обстоятельств, составляющих закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.  

В силу п. 3 ст. 56 ГК РФ если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.  

Исходя из разъяснений Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ, изложенных в пункте 22 постановления от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.  

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.  

Поскольку субсидиарная ответственность контролирующего должника лица является мерой гражданско-правовой ответственности, то необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника (статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья  

61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении N 305-ЭС19-10079 от 30.09.2019, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.  

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.  

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско- правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Как установлено судами, в данном случае из Выписки из ЕГРЮЛ следует, что ФИО2 являлся генеральным директором Должника с 20.02.2020 г. по дату признания Должника банкротом.  

Следовательно, ФИО2 является в силу указанных выше положений Закона о банкротстве контролирующим должника лицом. Достоверных сведений  

о прекращении трудовых обязательств с должником на дату признания должника банкротом ответчиком в материалы дела не представлено.  

ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» признано несостоятельным (банкротом) решением от 04.04.2023 года.  

В этой связи суды пришли к обоснованному выводу об обязанности руководителя названного общества в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Данное требование Ответчик не исполнил, в связи с этим 24 мая 2023 года конкурсным управляющим - ФИО4 в Арбитражный суд города Москвы было подано ходатайство об истребовании документов и имущества у бывшего руководителя ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» ФИО2.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2023 года ходатайство об истребовании документов и имущества у бывшего руководителя ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» ФИО2 удовлетворено в части, судом установлено, что руководитель ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» в сроки, определенные абз. 2 п. 1 ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не предоставил документацию должника в полном объеме.  

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица. такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности. обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой  

организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункт 2).  

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц. на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника: ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4).  

В данном случае судами установлено, что ФИО2 является контролирующим должника лицом, уклоняющимся от обязанности по передаче документации должника арбитражному управляющему.  

В частности Ответчиком не предоставлены: перечень основных средств, перечень запасов, перечень дебиторов, перечень кредиторов, первичная документация должника за 2019-2023 гг. Акты сверки взаимных расчетов, кредитные договоры, договоры займов, договоры цессий. Результаты последней проведенной инвентаризации имущества Должника. Перечень имущества должника, приобретенного или отчужденного в периоде с 01.01.2019 по 01.04.2023 гг. с приложением договоров купли-продажи и оригиналов всех правоустанавливающих документов и иные документы.  

Судами также установлено, что по состоянию на 31.12.2022 год на балансе Общества отражено наличие активов на 29 309 000 руб., из которых 581 000 руб. - материальные внеоборотные активы, 15 411 000 руб. - запасы. 2 000 руб. - денежные средства. 13 315 000 руб. - финансовые и другие оборотные активы (включая дебиторскую задолженность, документы в отношении которых и которое само также не передано конкурсному управляющему. Также,  

конкурсному управляющему до настоящего времени не передан автомобиль  

ФУСО CANTER АЕ85DJ. 2013 г.в.. V1N Z9MFE85DJBG00463. в том числе документы и ключи на транспортное средство.  

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов (не менее пяти лет) первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьями 6. 7. 9 и 29), а также статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».  

Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации. Невыполнение требования о представлении первичной бухгалтерской документации либо отчетности приравнивается к их отсутствию.  

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.  

По мнению заявителя выводы о неисполнении обязанности по передаче документации и имущества являются необоснованными, а ссылка арбитражного суда на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2024 является несостоятельной ввиду того, что указанный судебный акт не является для спора преюдициального значения, кроме того, вынесено без учета документов. переданных конкурсному управляющему по актам приема-передачи от 21.07.2023 года, от 31.08.2023 года, от 20.03.2024 года. Также считает, необоснованным вывод арбитражного суда о непередаче Ответчиком конкурсному управляющему транспортного средства ФУСО CANTER АЕ85DJ. 2013 г.в.. VIN 

<

***>, так как данное транспортное средство не было передано ввиду фактического уничтожения автомобиля при пожаре, а  

визуальным доказательством данного факта является фото № 4 заключения № 138-22 судебной пожарно-технической экспертизы.  

Заявитель жалобы считает, что судебный акт принят с неполным выяснением обстоятельств уничтожения/возможного использования спорного транспортного средства и несоответствием вывода суда о непередаче Ответчиком некоторой документации обстоятельствам дела, а все указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что Ответчик предпринял все действия для передачи документации конкурсному управляющему, а полная передача не состоялась по причинам, не зависящим от Ответчика, в связи с чем, действия Ответчика соответствуют критериям добросовестного поведения. На сегодняшний день судебный акт в части обязания бывшего руководителя должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему не исполнен.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  

невозможность определения основных активов должника и их идентификации: невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы:  

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц. являющихся членами данных органов.  

Кроме того, названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.  

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).  

Судами надлежащим образом были оценены доводы Ответчика о частичной передаче документации Общества, и сделаны обоснованные выводы,  

о том, что факт частичной передачи документации не свидетельствуют об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку, даже с учетом всех переданных ответчиком документов (в том числе, по Актам приема-передачи от 21.07.2023, от 31.08.2023, от 29.01.2024. от 20.03.2024), у конкурсного управляющего отсутствует возможность сформировать в полном объеме конкурсную массу должника. Отсутствие первичных и иных бухгалтерских документов не позволило конкурсному управляющему должным образом осуществить действия по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов, установить наличие оснований для обжалования сделок должника в рамках процедуры банкротства.  

Бывший руководитель должника ФИО2 уклонившись от передачи имущества и документации конкурсному управляющему, сделал  

невозможным взыскание дебиторской задолженности должника, реализацию имущества и тем самым воспрепятствовал удовлетворению требований кредиторов ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД». Так же были оценены доводы ФИО2 о частичной утрате документов и имущества в результате пожара, суды правомерно признали их необоснованными, так как данные утверждения Ответчика не были подтверждены документально.  

Ссылка заявителя на заключении эксперта № 138-22 судебной пожарно-технической экспертизы, по факту пожара, происшедшего 29 июня 2022 года на территории промышленно-складской зоны АО «НПП Темп» расположенной по адресу: 

<

...>. стр. 3, не может служить надлежащим доказательством частичной утраты документов и имущества (транспортного средства ФУСО CANTER АЕ85Б1. 2013 г.в.. VIN 

<

***>), поскольку основным документом, фиксирующим последствия возникновения пожара, в том числе и пострадавшее имущество, является постановление МЧС России. В свою очередь указанное заключении эксперта № 138-22 судебной пожарно-технической экспертизы, по факту пожара, происшедшего 29 июня 2022 года на территории промышленно-складской зоны АО «НПП Темп» расположенной по адресу: г. Москва. Каширское шоссе, д. 17.  

корп. 5. стр. 3 в материалы данного обособленного спора в суд первой инстанции не предоставлялось.  

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Еще одним из оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Ответчика явилось не исполнение Ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд. и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

При определении признаков объективного банкротства необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в пункте 4 постановления № 53, согласно которой под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.  

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных  

пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через  

месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности.  

При рассмотрении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Карьер-Пром Неруд» по основаниям ст. 61.12. Закона о банкротстве судами установлено, что признаки неплатежеспособности у должника возникли с конца 2020г. - начала 2021г.  

Данные выводы следуют также из анализа бухгалтерского баланса должника: за период с 31.12.2020 по 31.12.2021 сумма кредиторской задолженности выросла с 9 136 000 руб. до 24 881 000 руб. Следовательно, с учетом сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, а также датой возникновения задолженности перед ООО «РСА ЛИГЛ» (30.09.2020), заявление должника в суд должно было быть направлено не позднее 30.01.2021.  

Между тем, руководитель должника обязанность по подаче заявления о признании должника ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» в установленный законом срок не исполнил. При этом дело № А40-2583/23-128-4 Б о признании должника несостоятельным (банкротом) возбуждено 31.01.2023 по заявлению кредитора ООО «Дарима».  

Заявитель не согласился с данными выводами и указывает на то, что согласно бухгалтерскому балансу должника за 2021 отчетный год активы должника составляли 26 970 000 рублей, а кредиторская задолженности - 24 881000 рублей, что свидетельствует об отсутствии объективного банкротства  

должника, так как несмотря на наличие кредиторской задолженности согласно балансу за 2022 отчетный год должник нарастил сумму активов до 29 309 000 рублей, в связи с этим арбитражным судом необоснованно указан срок исполнения обязанности руководителя по подаче заявления о признании банкротом - не позднее 31.01.2021 в условиях превышения в указанную дату активов должника над кредиторской задолженностью.  

Однако судами данные обстоятельства были оценены, и суды пришли к обоснованному выводу о том, что увеличение сумм активов должника в 2022 году не подкреплены какими-либо документами, подтверждающими наличие в натуре у должника в данный период ликвидных активов. Также не представлено доказательств того, что совокупный размер обязательств должника не превышал реальную (то есть рыночную) стоимость его активов.  

Кроме того, указанная в бухгалтерском балансе сумма активов на 31.12.2022 увеличилась в основном за счет роста суммы финансовых и других оборотных активов, в том числе, дебиторской задолженности, реальность наличия и возможность взыскания которой также не доказана.  

Наращивание дебиторской задолженности говорит о том, что предприятию вовремя не оплачивают оказанные услуги, выполненные работы или поставленные товары. При такой ситуации, оборотные средства могут восполняться за счет заемных средств, что приводит к необоснованному наращиванию кредиторской задолженности, тогда как оборотные средства должны пополняться за счет деятельности компании (выручки).  

Так же, согласно правой позиции, сформулированной в определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховным судом РФ от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС17-11710 (3) г. по делу № А40-177466/2013 указано, что не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующею признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы  

возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности. Следует понимать, что суды при определении признаков неплатежеспособности Должника исследуют, в качестве доказательства наличия или отсутствия указанных признаков, не только показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности, но и иные доказательства предоставленные в материалы дела.  

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53).  

В данном случае суды правомерно исходили и того, что Ответчику ФИО2 надлежало доказать следующие обстоятельства:  

- достаточность у ООО «КАРЬЕР-ПРОМ НЕРУД» денежных средств для исполнения денежных обязательств;  

- отсутствие причинно-следственной связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами, возникших в 2020-2022 гг.:  

- добросовестность поведения ФИО2 в качестве руководителя ООО «КАРЬЕРПРОМ НЕРУД», не подавшего заявление о банкротстве компании-должника, а именно: наличие экономически обоснованного плана, позволяющего рассчитывать на преодоление временных финансовых затруднений, и приложение необходимых и достаточных усилий для выполнения указанного плана (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53).  

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

При рассмотрении заявления судом первой инстанции установлено, что ответчиком ФИО2 подобных доказательств не представлено. Так же, судом были отклонены доводы ответчика о попытках выйти из сложного финансового положения путем наращивания активов, поскольку суду не представлено подробного обоснования того, какие именно необходимые усилия предпринимал руководитель должника для преодоления временных финансовых затруднений и на каких основаниях он рассчитывал на их преодоление в разумный срок, как и не представлено доказательств наличия у генерального директора экономически обоснованного плана по выходу из кризиса.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что должник не имеет имущества, достаточного для погашения требований кредиторов.  

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.  

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.  

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.  

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.  

Поскольку производство в суде кассационной инстанции завершено, приостановление исполнение судебных актов, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 26.06.2024, подлежит отмене.  

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.04.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2024 по делу № А40-2583/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья В.Я. Голобородько 

Судьи: Н.С. Калинина 

 Д.В. Каменецкий