АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-22850/2018

г. Владивосток

03 апреля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 марта 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 03 апреля 2019 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Краснова В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябининой А.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Лайк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации: 20.09.2013) 

к Находкинской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации: 26.05.1951) 

о признании незаконными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/020318/0006952 от 20.05.2018, решения № 05-20/40 от 24.08.2018,

при участии в судебном заседании:

от заявителя – не явился, извещен;

от таможни – ФИО2, с/у, доверенность № 05-30/106 от 25.06.2018;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Лайк» (далее – общество, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Находкинской таможни (далее – таможня, таможенный орган) о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/020318/0006952 от 20.05.2018, решения № 05-20/40 от 24.08.2018.

Заявитель, надлежащим образом извещенный о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явился, представителей не направил, через канцелярию суда представил ходатайство о рассмотрении дела по существу без своего участия. Суд, руководствуясь статьей 156 АПК РФ, провел судебное заседание в отсутствие извещенного заявителя.  

По тексту заявления общество указало, что таможенным органом неправомерно предложено определить таможенную стоимость товаров с применением другого метода (отличного от первого метода). Заявитель утверждает, что для подтверждения заявленной стоимости, определенной по первому методу таможенной оценки, таможне представлены все необходимые документы, соответственно им в полном объеме выполнена обязанность по ее  подтверждению.

Заявитель считает, что таможенный орган не привел доказательств того, что представленные документы либо сведения, указанные в них, являются недостоверными либо недостаточными.  То обстоятельство, что заявленная таможенная стоимость товаров оказалась ниже ценовой информации, само по себе не влечет корректировку таможенной стоимости, а является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Представитель таможенного органа требования не признал, указав, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации,  имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности. Таможня считает, что обществом не представлены запрошенные таможней дополнительные документы, что явилось основанием для корректировки заявленной таможенной стоимости товаров.

По мнению таможни, декларант не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. Имеющиеся в распоряжении таможенного органа документы и сведения не устранили обнаруженных таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.

Из материалов дела судом установлено, что в марте 2018 года обществом во исполнение внешнеторгового контракта от 24.11.2017 № 241117 на таможенную территорию Евразийского экономического союза ввезены товары. Поставка товаров осуществлена на условиях EXW SHENZHEN, Китай.

В целях таможенного оформления товара общество подало в таможню ДТ № 10714040/020318/0006952, определив таможенную стоимость товаров по первому методу таможенной оценки «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».  

В ходе проведения контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом по вышеуказанной декларации 03.03.2018 принято решение о проведении дополнительной проверки, у декларанта запрошены дополнительные документы, сведения и пояснения, необходимые для подтверждения правильности определения таможенной стоимости.

Во исполнение требований таможенного органа о предоставлении дополнительных документов и сведений, декларант направил таможне письменные пояснения и сведения в подтверждение заявленной таможенной стоимости по каждому запрашиваемому таможенным органом дополнительному документу, также указав причины невозможности предоставления части испрашиваемых документов ввиду их отсутствия по объективным причинам, предоставив пакет копий заверенных коммерческих и банковских документов, оформленных в отношении партии товара по спорной ДТ.

По результатам контроля таможенной стоимости таможня посчитала, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, в связи с чем 20.05.2018 приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10714040/020318/0006952.

Во исполнение указанного решения таможенного органа общество оформило корректировку таможенной стоимости и доплатило таможенные платежи.

07.06.2018 заявитель обратился в Находкинскую таможню с жалобой на действия таможенного поста Морской порт Восточный и признании решения от 20.05.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10714040/020318/0006952, несоответствующим закону.

Решением от 24.08.2018 заявителю отказано в удовлетворении его требований.

Не согласившись с указанными решениями таможни, посчитав, что они не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд находит требование о признании незаконным решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ, подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. 

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

- ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

- существенно не влияют на стоимость товаров;

- установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В соответствии с подпунктами 4 и 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию, в том числе сведения о товарах, в частности таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров), и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса.

Подпунктом 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС предусмотрено, что документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств-членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации.

Перечень документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, при ее определении по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами приведен в пункте 1 Приложения 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденному Решением Комиссии Таможенного союза от  20.09.2010 № 376 (далее – Порядок № 376).

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров. 

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее — контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. 

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Исходя из вышеизложенных правовых норм, запрашивая в рамках проведения проверки дополнительные документы, не перечисленные в Перечне документов, таможенный орган должен исходить из установления признаков указывающих на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены (пункт 11 Порядка № 376).

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. 

Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Случаи и порядок внесения изменений и дополнений в декларацию на товары установлены Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289, которым утверждён Порядок внесения изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, разделом III которого регламентировано внесение изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, после выпуска товаров (далее - Порядок внесения изменений и (или) дополнений, Порядок № 289).    

Раздел V Порядка № 289 регламентирует внесение изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа.

В соответствии с пунктом 21 Порядка № 289 внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1. 

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка № 289).

Таким образом, в силу предоставленных таможенному органу полномочий при проведении проверки достоверности заявленных при декларировании сведений о товаре и его таможенной стоимости, принятие  решения о внесении изменений в таможенную декларацию в части определения таможенной стоимости и подлежащих уплате исчисленных на ее основе таможенных платежей, должно быть обусловлено наличием обстоятельств, объективно препятствующих применению декларантом выбранного им метода  определения таможенной стоимости.

Из материалов дела следует, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможенным органом выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу. 

В связи с этим, таможенным органом направлен обществу запрос  о представлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий.

Во исполнение решения таможенного органа от 03.03.2018 о проведении дополнительной проверки декларант письмом от 20.03.2018 представил по запросу таможни письменные пояснения и дополнительные документы на бумажном носителе.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи  325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил все имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также представил соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

Обязанность по доказыванию  наличия оснований, исключающих применение первого метода определения таможенной стоимости товара, а также невозможности применения иных методов в соответствии с установленной законом последовательностью лежит на таможенном органе.

Предусмотренные пунктом 13 статьи 38, статьёй 325 ТК ЕАЭС  полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) принимать решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации. 

Однако доказательств недостоверности представленных обществом документов либо  заявленных в них сведений таможенным органом,  вопреки   части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ, не представлено.

Из материалов дела судом усматривается, что в подтверждение правильности определения таможенной стоимости  товара по цене сделки декларант представил в таможенный орган соответствующие достаточные документы. 

Судом проанализированы условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения. Суд пришел к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости. Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Факт перемещения указанного в ДТ товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается.

Анализ имеющихся в материалах дела контракта № 241117 от 24.11.2017, инвойса № TX-20180205AL от 05.02.2018, упаковочного листа № TX-20180205AL от 05.02.2018 на сумму 47 230,92 долларов США показывает, что они содержат в себе сведения о наименовании и ассортименте товара, количестве товара, условии поставки и общей стоимости товаров, которая соответствует стоимости сделки, отраженной в графе 22 спорной ДТ. 

Таким образом, ввезенный товар соответствует предмету внешнеторгового контракта, условия о наименовании, количестве, цене товара, в том числе условие оплаты за поставляемый товар являются согласованными сторонами контракта. Данные сведения позволяют соотнести представленные обществом коммерческие и товаросопроводительные документы с поставкой партии товара по ДТ                  №  10714040/020318/0006952.

Довод таможенного органа в оспариваемом решении о том, что поскольку представленные инвойс и проформа-инвойс не подписаны покупателем, отсутствует печать покупателя, в связи с чем отсутствует документальное подтверждение согласования сторонами существенных условий по декларируемой партии товаров, не принимается судом, поскольку противоречит фактическим обстоятельств дела, воле сторон по указанному контракту выраженной соответствующими действиями сторон направленными на исполнение контракта, а также принципам гражданского законодательства о сделках.

В силу пункта 3.3 контракта с каждой поставкой продавец обязан предоставить покупателю инвойс, заверенный печатью и подписью ответственного лица продавца.

При поступлении партии товара в адрес декларанта у контрагентов не возникло претензий друг к другу по выставленному счету-фактуре (инвойсу), счету (проформа-инвойс), а также пункту доставки партии товара.

Как следует из материалов дела, обществом заключен контракт от 24.11.2017 № 241117 с иностранной компанией, согласно пункту 1.1 которого продавец продаст, а покупатель купит и примет товар на условиях, в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в настоящем контракте, согласно инвойсам, являющимся неотъемлемой частью настоящего контракта.

Таким образом, инвойс является документом, выставляемым иностранным контрагентом заявителю с предложением осуществить платеж за поставленный товар. Подпись и печать покупателя в данном документе не предусмотрена.

Обстоятельство того, что представленный декларантом инвойс не имеет подписи и печати покупателя, не свидетельствует о несогласованности сторонами существенных условий по декларируемой партии товаров, поскольку контракт подписан сторонами сделки, а инвойс от 05.02.2018 содержит ссылку на контракт.

Довод таможенного органа о том, что декларантом не представлен заказ покупателя, не может быть положен в обоснование оспариваемого решения, в связи с тем, что в нарушение статьи 325 ТК ЕАЭС данный документ у общества запрошен не был.

Утверждение таможенного органа об отсутствии ответа от продавца на международный запрос в адрес продавца, с целью подтверждения заявленной таможенной стоимости, на момент принятия решения по таможенной стоимости, не соответствует действительности, поскольку 04.05.2018 продавцом направлено письмо по средствам электронной связи на адрес, который указан в запросе таможенного органа.

Возражая относительно заявленных требований, таможенный орган ссылается на несоответствие сведений в представленной экспортной декларации. Указывает, что в переводе экспортной декларации в названии транспортного средства, осуществляющего перевозку, указано судно UN9330496/1804, коносамент - А1802065920, тогда как рассматриваемаяпартия товара поставляется по коносаменту № МССМСВ150846 и судно MCC SEOUL.

Однако, A1802065920 - это не коносамент, а данные о перевозчике, а именно «А» - это классификатор перевозчика (Агент/Перевозчик), 180206 - дата составления манифеста в обратном порядке (как это принято в Китае), а именно: 06.02.2018, 5920 - это номер таможенной лицензии перевозчике.

UN9330496/1804 - это не транспортное средство, а Судовой Манифест, который содержит реестр перевозимых грузов и номера их коносаментов.

Из пояснений заявителя следует, что таможенным брокером весь груз был заполнен одой позицией. При этом количество товар и итоговая сумма совпадают. Законодательно не предусмотрено определенной формы оформления экспортной декларации. 

При этом суд исходит из того, что декларант представил экспортную декларацию в том виде, в каком виде он был получен от инопартнёра, кроме того, указанный документ не перечислен в приложении №1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденного решением Комиссии Таможенного Союза от 20.09.2010 № 376. Соответственно, экспортная декларация не может являться единственным доказательством достоверности сведений, использованных обществом при определении таможенной стоимости ввозимого товара с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

Кроме того, отсутствие отметки китайского таможенного органа о проведенном таможенном контроле и дате выпуска товара, не зависит от волеизъявления декларанта и не является его зоной ответственности. Кроме того, Китайская таможня не ставит на экспортных декларациях печати о том, что выпуск разрешён, только стоит красная печать брокера. Есть циркуляр о выпуске - это внутренний документ, который китайская таможня выдаёт брокерам, подтверждающий, что данный заказ оформлен и подлежит выпуску.

Таким образом, вывод таможенного органа о недостоверности сведений в экспортной декларации не верен, поскольку заявитель никак не может повлиять на процесс оформлении экспортной декларации в стране вывоза, и данные обстоятельства не изменяют для покупателя стоимость товара, транспортных расходов и, соответственно, цену сделки.

Довод таможенного органа о том, что декларант документально не подтвердил структуру таможенной стоимости и не подтвердил полноту включения в таможенную стоимость понесенных на доставку товара расходов, судом отклоняется в силу следующего.

Содержание представленных договоров по перевозке и оказанию услуг № 4808-КМ17 от 16.10.2017 и № 4810-КМ17 от 16.10.2017 идентичное, заключены они между теми же сторонами. Невозможность для таможенного органа установить, в рамках какого договора осуществлялась доставка, никак не влияет на таможенную стоимость. Оплата стоимости доставки подтверждается счетом на оплату № 6_00166 от 22.02.2018 той же стороне договора; и отсутствие ссылки в счете на реквизиты договора, не опровергает стоимость транспортных расходов.

Указание в представленном поручении № 5 от 24.01.2018 в графе наименование груза «футляры для ювелирных изделий, флокированная ткань, дизайнерская бумага металлические крючки, лента», не противоречит наименованию поставляемой партии товара «футляры для ювелирных изделий», описание товара в поручении носит общий характер. Вывод о не отнесении данного поручения к перевозке ошибочен. Кроме того, пояснений по данному факту таможенный орган в дополнительном требовании в соответствии с п. 15 ст.325 ТК ЕАЭС не запрашивал.

Указание на отсутствие в представленном счете № 6_00166 от 22.02.2018 вознаграждения экспедитора и отсутствия приложения к договору ТЭО, определяющие его размер и порядок расчёта, не применимо к данной перевозке, и соответственно, вывод таможенного органа о структуре вознаграждения не состоятелен. Сумма вознаграждения не отражена ни в выставленном счете № 6_00166 от 22.02.2018, ни в ДТС 10714040/020318/0006952, в связи с тем, что оно отсутствует, и отдельно не прописывается сторонами сделки; вознаграждение включено в стоимость услуг экспедитора.

По договорам транспортной экспедиции форма оплаты услуг экспедитора возможна как оплата вознаграждения и возмещение расходов, связанных с исполнением договора, а возможна как оплата стоимости услуг экспедитора, без выделения отдельно вознаграждения (ст.801 ГК РФ). Таким образом, стороны сделки согласовывают «стоимость услуг экспедитора», в которые вознаграждение может быть включено, а может быть отражено отдельной строкой по согласованию сторонами.

П. 3.1. Договора № 4810-КМ17 от 16.10.2017 определяет стоимость услуг без выделения вознаграждения. Кроме того, поручением № 5 от 24.01.2018 четко устанавливается стоимость перевозки, и что эта стоимость в себя включает.

Таким образом, если вознаграждение экспедитору отдельно не оговаривается и не оплачивается, то оно включено в стоимость услуг экспедитора.

Указание в коносаменте MCPU МСВ150846, в графе «уведомляемая сторона» компании ООО «АЛЬФА транзит» не влияет на структуру таможенной стоимости, поскольку свидетельствует о том, что экспедитор вправе привлекать для выполнения своих обязательств по договору третьих лиц (п.2.1.6. Договора № 4810-КМ17 от 16.10.2017), оставаясь ответственным за их действия как за свои собственные. Данное положение подтверждается и действующим законодательством, которым экспедитору предоставлено право привлекать третьих лиц (ст.805 ГК РФ). При этом, взаимные обязательства возникают у сторон договора транспортной экспедиции, коими являются ООО «Лайк» и ООО «ТРАНССИБУРАЛ ВЭД». Соответственно, вывод таможенного органа, что в структуру таможенной стоимости должны быть включены платежи за данные услуги, ошибочен и не основан на законодательстве и договоре транспортной экспедиции. 

Ссылка таможни на расхождения в весе товаров судом отклонена, поскольку не свидетельствует о документальной неподтвержденности и недостоверности заявленной декларантом информации о стоимости сделки, так как из коммерческих документов следует, что сторонами внешнеторговой сделки согласована цена за единицу измерения товара, выраженную в штуках, а не за килограмм.

В решении от 20.05.2018 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в ДТ № 10714040/020318/0006952, таможней также приведен довод о том, что по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа. Проверка правильности декларирования таможенной стоимости товаров производится с помощью специальных программных средств ИАС «Мониторинг-Анализ», ИСС «Малахит». Отклонение по товару выявлено в меньшую сторону. 

Между тем, указание таможни на отличие уровня заявленной декларантом таможенной стоимости, от ценовой информации, имеющейся в таможенном органе, судом не принимается, т.к. исходя из смысла метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами в сочетании с условием о ее документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности данный метод не может быть применен в случаях отсутствия документального подтверждения заключения сделки в любой не противоречащей закону форме или отсутствия в документах, выражающих содержание сделки, ценовой информации, относящейся к количественно определенным характеристикам товара, условий поставки и оплаты, либо наличия доказательств недостоверности таких сведений, то есть их необоснованного расхождения с аналогичными сведениями в других документах, выражающих содержание сделки, а также коммерческих, транспортных, платежных (расчетных) и иных документах, относящихся к одним и тем же товарам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Давая оценку доводу таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости по спорной декларации, суд учитывает разъяснения Пленума ВС РФ, изложенные в пункте 5 Постановления № 18 о том, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость. 

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле. 

Как следует из материалов дела, таможенная стоимость по спорной ДТ скорректирована таможенным органом с применением шестого (резервного) метода определения таможенной стоимости. 

Условия использования  данного метода определены статьей 45 ТК ЕАЭС и предусматривают возможность его применения только в случае отсутствия возможности применить предыдущие ему методы, предусмотренные статьями 39, 41-44 ТК ЕАЭС. Таким образом, законодатель закрепил принцип последовательности применения методов определения таможенной стоимости товаров.

Из оспариваемого решения видно, что, применяя резервный метод таможенной оценки, таможенный орган сослался на отсутствие у него информации, позволяющей рассчитать стоимость товара с применением положений 41-44 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 2 статьи 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии со статьей 45 Кодекса, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии со статьей 45 Кодекса допускается гибкость при их применении. В частности, допускается следующее:

1) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята стоимость сделки с идентичными или однородными товарами, произведенными в иной стране, чем страна, в которой были произведены оцениваемые товары;

2) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров на основе стоимости сделки с идентичными или однородными товарами допускается разумное отклонение от установленных соответственно статьями 41 и 42 Кодекса требований о том, что идентичные оцениваемым или однородные с оцениваемыми товары должны быть проданы для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и ввезены на таможенную территорию ЕАЭС в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию ЕАЭС оцениваемых товаров;

3) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята таможенная стоимость идентичных оцениваемым или однородных с оцениваемыми товаров, определенная в соответствии со статьями 43 и 44 Кодекса;

4) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров в соответствии со статьей 43 Кодекса допускается отклонение от срока, установленного пунктом 3 статьи 43 Кодекса.

В то же время гибкость резервного метода таможенной стоимости не позволяет использовать его произвольно, без учета сопоставимых  условий продажи сравниваемых товаров.

Таким образом, корректировка стоимости сделки с идентичными или однородными товарами проводится на основе сведений, подтверждающих обоснованность и точность таких корректировок и отвечающих требованиям законодательства ЕАЭС.

Вместе с тем таможенным органом в оспариваемом решении не представлен анализ документов и не доказано, что использована стоимость сделок с однородными товарами, в максимальной степени сопоставимых с условиями спорной сделки.

В решении от 24.08.2018 № 05-20/40 таможней приведен довод о том, что в представленной копии коносамента № MCPU МСВ150846 порт отгрузки указан Busan, Korea, в то время как товар поставляется из Shenzhen, CN. В рамках проверки таможенным органом запрошен морской сквозной коносамент. Однако, данный документ предоставлен не был. Таким образом, по мнению таможни, отсутствует транспортный документ, подтверждающий доставку товара от порта Shenzhen, CN». Проанализировав представленный таможенному органу коносамент, суд пришел к выводу, что коносамент MCPUМСВ150846 содержит все необходимые параметры, в т.ч. указание на отгрузку контейнера из порта Busan 15.02.2018, прибытие в Shenzhen 19.02.2018, в порт Восточный 24.02.2018. В связи с этим, неоснователен вывод таможенного органа об отсутствии транспортного документа, подтверждающего доставку товара от порта Shenzhen, CN.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что со стороны таможенного органа, осуществившего внесение изменений (дополнений) в сведения об исчисленных таможенных пошлинах, налогах, заявленные в спорной ДТ, не доказаны те факты, обязанность доказывания которых в силу вышеназванных правил распределения бремени доказывания по спорам в рамках контроля таможенной стоимости лежит на таком органе.

Оспариваемые решения повлекли негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для отказа в удовлетворении требований о признании незаконным решения таможни о  внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ                                № 10714040/020318/0006952, и решения № 05-20/40 от 24.08.2018.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 18, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда. При этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в порядке, предусмотренном статьей 147 Закона о таможенном регулировании, в этом случае не требуется.

Принимая во внимание пункт 30 Постановления Пленума ВС РФ                 № 18, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ №10714040/020318/0006952, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения. 

Данный способ восстановления нарушенного права заявителя отвечает требованиям пункта 2 статьи 67 ТК ЕАЭС, Порядку внесения изменений и (или) дополнений.

Понесенные заявителем судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ взыскиваются в его пользу с таможенного органа. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Признать незаконными решение Находкинской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары № 10714040/020318/0006952 от 20.05.2018, и решение Находкинской таможни № 05-20/40 от 24.08.2018 по жалобе на решение таможенного органа, как не соответствующие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза. 

Решение в данной части подлежит немедленному исполнению. 

Обязать Находкинскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Лайк» таможенные платежи, излишне взысканные по декларации на товары № 10714040/020318/0006952, окончательный размер которых Находкинской таможне определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Находкинской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лайк» судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

СудьяВ.В. Краснов