﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-25780/2015

г. Краснодар

16 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 сентября 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего акционерного общества «Фирма "Актис"» Ботвиньева А.В. – Труфанова И.В. (доверенность от 18.01.2019), от общества с ограниченной ответственностью «Алекс Трейд» − Калининой И.В. (доверенность от 11.03.2019),                                       от акционерного общества «Чешский экспортный банк» − Воронкова Д.В. (доверенность от 05.01.2018, до перерыва),  от индивидуального предпринимателя Рубинина В.С. – Севостьянова И.И. (доверенность от 04.04.2019), от общества с ограниченной ответственностью «РНГО» − Макрушиной К.К. (доверенность от 08.02.2019), от публичного акционерного общества  АКБ «Связь Банк» − Шебельской О.Н. (доверенность от 12.02.2019), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы конкурсного управляющего акционерного общества «Фирма "Актис"» Ботвиньева А.В., общества с ограниченной ответственностью «РНГО»,  акционерного общества «Чешский экспортный банк» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.06.2019 по делу  № А53-25780/2015 (судьи Емельянов Д.В., Николаев Д.В., Сулименко Н.В.), установил следующее.

В рамках дела о банкротстве акционерного общества «Фирма "Актис"» (далее – должник) ООО «Алекс Трейд» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о замене конкурсного кредитора АО Коммерческий банк «Глобэкс» (далее – банк Глобэкс) на общество.

Также в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника                                ПАО «Межрегиональный Коммерческий Банк развития связи и информатики» (далее – банк) обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в связи с реорганизацией банка Глобэкс в форме присоединения, состоявшейся 26.11.2018.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.01.2019 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявление банка о процессуальном правопреемстве и заявление общества о замене конкурсного кредитора банка Глобэкс на общество.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 (судья Глухова В.В.) отказано в удовлетворении заявлений общества о замене кредитора и банка о процессуальном правопреемстве. Судебный акт мотивирован тем, что фактической целью заключения договоров цессии является включение требования аффилированного лица в реестр требований кредиторов должника с целью создания преимуществ группе аффилированных с должником лиц для последующего влияния на ход процедуры банкротства. В отношении банка суд сделал вывод о том, что на момент реорганизации банк Глобэкс утратил право требования к должнику в связи с реализацией на торгах спорного права требования, поэтому данное требование не перешло к банку. 

Постановлением апелляционного суда от 13.06.2019 определение суда от 29.01.2019 отменено. Апелляционный суд заменил банк Глобэкс на его правопреемника – банк в рамках данного обособленного спора и удовлетворил заявление общества, заменил в третьей очереди реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) первоначального кредитора банк Глобэкс на нового кредитора – общество  с суммой требований 331 268 896 рублей 73 копейки, в том числе  28 341 508 рублей 53 копейки как обеспеченных залогом имущества должника. Судебный акт мотивирован тем, что договор уступки права требования от 05.06.2018 не признан недействительной сделкой, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления общества о замене кредитора в реестре требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника просит отменить постановление апелляционного суда от 13.06.2019, оставить в силе определение суда от 29.01.2019. По мнению подателя жалобы, заявление о процессуальном правопреемстве тождественно заявлению о включению требований в реестр. Отсутствует правовое обоснование мотивов суда, по которым отклонены доказательства и доводы управляющего о наличии признаков юридической аффилированности общества по отношению к должнику; фактически задолженность банка Глобэкс выкупил сам должник. По мнению управляющего, апелляционный суд исказил выводы суда первой инстанции об отсутствии общности экономических интересов при соотношении с призаками фактической аффилированности должника и общества, что противоречит позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016                  № 308-ЭС16-1475. Управляющий ссылается на то, что имущественный комплекс должника по настоящее время незаконно удерживается и эксплуатируется обществом, персонал и иные активы должника практически в полном составе переведены на подконтрольное лицо – общество; должник неоднократно заключал безвозмездные уступки прав обществу, оплата по которым поступила только после оспаривания этих сделок в суде; общество активно скупает долги должника. По мнению управляющего, частичная скупка долгов должника до определения стоимости имущества должника со стороны фактически заинтересованного лица свидетельствует о явной цели получить под контроль обеспеченные залогом требования кредиторов, чтобы в дальнейшем осуществлять хозяйственную деятельность в ущерб интересам независимых кредиторов, и так как с выкупом залоговых сетей должника можно беспрепятственно влиять на продажу имущества должника. Общество свои обязательства по внесению арендной платы своевременно не исполняет, что подтверждается многочисленными исками, поданными в суд должником о взыскании задолженности; по состоянию на 01.07.2019 задолженность составляет 154 631 586 рублей 15 копеек. Податель жалобы считает, что вывод апелляционного суда об отсутствии возможности со стороны общества влиять на процедуру банкротства должника не соответствует представленным в дело доказательствам и установленным судом первой инстанции обстоятельствам. По мнению управляющего, общество при заключении договора цессии действовало в нарушение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК), статей 2, 19, 129.1, 113 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве), поскольку выкуп задолженности у отдельно взятого кредитора в конкурсном производстве не допускается, общество не раскрыло экономическую целесообразность заключения договора цессии, источник происхождения денежных средств, за счет которых произведена оплата по договору. Приведенные обществом мотивы заключения договора уступки свидетельствуют о том, что фактической целью заключения договоров цессии является включение требования аффилированного лица в реестр для создания преимуществ группе аффилированных с должником лиц для последующего влияния на ход процедуры банкротства. Корпоративные требования кредиторов не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов. Управляющий считает, что основания для замены банка  Глобэкс на банк отсутствуют, поскольку после заключения договора уступки от 05.06.2018 между банком Глобэкс и обществом первоначальный кредитор выбыл из правоотношения, на котором основано его требование, включенное в реестр, а его правопреемником  в правоотношении является общество, а банк не является кредитором, обладающим материально-правовым интересом по отношению к должнику. 

В кассационной жалобе и дополнении к ней ООО «РНГО» просит отменить постановление апелляционного суда от 13.06.2019, определение суда от 29.01.2019 оставить в силе. По мнению подателя жалобы, вывод апелляционного суда о том, что наличие аффилированности между должником и обществом правового значения не имеют, не основан на нормах права; действия общества по процессуальной замене совершены со злоупотреблением права, направлены на создание препятствий в достижении целей конкурсного  производства. Податель жалобы ссылается на то, что действия общества по выкупу прав требования к должнику произведены при наличии задолженности по арендным платежам, то есть за счет денежных средств, подлежащих направлению должнику в целях расчета с кредиторами в установленном Законом о банкротстве порядке. ООО «РНГО» считает, что основания для процессуальной замены банка Глобэкс на банк отсутствуют.  Податель жалобы указывает, что общество использовало процедуру правопреемства как способ обхода Закона о банкротстве, одновременно производя и внеочередное погашение реестрового требования и включаясь в реестр должника наравне с требованиями «независимых кредиторов». Согласно Закону о банкротстве требования с корпоративной природой не подлежат включению в реестр, а подлежат удовлетворению за счет оставшегося после расчетов с кредиторами имущества должника.

АО «Чешский экспортный банк» просит отменить постановление апелляционного суда от 13.06.2019, оставить в силе определение суда от 29.01.2019, поскольку для банка Глобэкс заключение договора уступки прав требования с аффилированным с должником лицом – обществом стало продолжением «цепочки» недобросовестных действий (сделок), целью которых являлось преимущественное получение удовлетворения своих требований в нарушение прав и законных интересов других кредиторов должника, а для цессионария – как возможностью получить контроль над частью имущества должника, которая изначально незаконно используется обществом в своей производственной деятельности, так и влиять на выбор вариантов реализации этого имущества в рамках конкурсного производства должника (например, при выборе замещения активов требуется обязательное согласие всех кредиторов, обязательства которых обеспечены залогом имущества должника), то есть фактически на весь ход процедуры банкротства, целью которой является максимальное удовлетворение требований конкурсных кредиторов. Податель жалобы считает, что в обжалуемом судебном акте не дана оценка его доводам о злоупотреблении обществом при совершении сделки цессии с банком Глобэкс, поскольку общество, продолжая незаконно получать продукцию и доходы в результате использования имущества должника, в рамках рассматриваемого обособленного спора заявило о процессуальном правопреемстве, основанном на цессии, исполненной за счет неправомерно полученных денежных средств от деятельности за счет имущества должника. Кроме того, общество не вправе было обращаться в апелляционный суд с жалобой на определение суда от 29.01.2019, поскольку уступило спорное право требование к должнику 25.02.2019 ИП Рубинину В.С. Податель жалобы считает, что суд в определении от 29.01.2019 пришел к верному выводу об отсутствии какого-либо материально правового интереса у банка к должнику в связи с заключенным договором уступки от 05.06.2018. 

В отзывах на кассационные жалобы общество, банк, ИП Рубинин В.С просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы жалобы и отзывов.

В судебном заседании объявлен перерыв до 12 часов 30 минут 10.09.2019, после перерыва судебное заседание продолжено.

После перерыва от ИП Рубинина Владимира Сергеевича (далее – предприниматель) поступило ходатайство о правопреемстве в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в котором он просит заменить в реестре Банк Глобэкс на предпринимателя. В обоснование ходатайства ссылается на то, что 28.02.2019 между обществом и предпринимателем заключен договор цессии об уступке спорных требований к должнику за 150 млн рублей, из которых 145 млн рублей оплачиваются ежегодно равными долями с 2019 год до 31.12.2025.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал представленное ходатайство. Представители общества и банка оставили рассмотрение данного ходатайства на усмотрение суда, представители  управляющего и ООО «РНГО» возражали против его удовлетворения.

Как пояснили участвующие в деле лица, на рассмотрении суда первой инстанции находится аналогичное ходатайство предпринимателя, которое подано ранее, рассмотрение которого назначено после рассмотрения судом кассационной инстанции жалоб. Поскольку в настоящем обособленном споре рассматривается законность судебных актов по первоначальной уступке обществу, у которого предприниматель приобрел спорную задолженность, рассмотрение аналогичного ходатайства находится на рассмотрении суда первой инстанции, применительно к статье 148 Кодекса ходатайство предпринимателя надлежит оставить без рассмотрения.

Представитель общества представил через систему «Мой арбитр» пакет документов, которые просит приобщить к делу, а также приобщил вместе с письменными пояснениями пакет документов.

Суд кассационной инстанции в силу статей 286, 287 Кодекса не оценивает и не исследует дополнительные доказательства, которые не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций. 

Представители участвующих в судебном заседании лиц поддержали ранее заявленные доводы жалоб и отзывов.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб и отзывов, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением от 09.03.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения; решением от 18.10.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Ботвиньев А.В. 

Определением от 22.05.2017 требования банка Глобэкс в размере                                    331 268 896 рублей 73 копейки включены в третью очередь реестра, из них                                28 341 508 рублей 53 копейки как обеспеченные залогом имущества должника. Основанием для включения указанной задолженности явилось ненадлежащее исполнение должником обязанности по возврату денежных средств по кредитным договорам                            № 4-131-НКЛ/14 от 23.09.2014, № 4-77-НКЛ/14 от 25.06.2014.

5 июня 2018 года банк Глобэкс и общество заключили договор уступки права требования долга, в соответствии с которым право требования долга к должнику, возникшее у банка Глобэкс из кредитных договоров от 25.06.2014 № 4-77-НКЛ/14, заключенного с должником в общей сумме  103 862 628 рублей 36 копеек, в том числе задолженность по основному долгу – 92 млн рублей, проценты за пользование кредитом за период с 31.07.2015 по 28.02.2017 – 11 862 628 рублей 36 копеек; от 23.09.2014                      № 4-131-НКЛ/14, заключенного с должником в общей сумме 227 406 268 рублей                       37 копеек, в том числе задолженность по основному долгу – 190 млн рублей, проценты за пользование кредитом за период с 31.07.2015 по 28.02.2017 – 37 406 268 рублей 37 копеек, передано обществу за 200 млн рублей.

Расчет по договору уступки прав требований от 05.06.2018 года между банком Глобэкс и обществом осуществлен полностью, что подтверждается платежными поручениями: № 7538 от 07.06.2018 на сумму 50 млн рублей; № 7559 от 08.06.2018 на сумму 25 млн рублей; № 7743 от 13.06.2018 на сумму 8 млн рублей; № 7721 от 13.06.2018 года на сумму 17 млн рублей; № 8703 от 29.06.2018 на сумму 21 500 тыс. рублей; № 8714 от 02.07.2018 на сумму 8 800 тыс. рублей; № 8718 от 02.07.2018 на сумму                             1 700 тыс. рублей; № 8750 от 03.07.2018 на сумму 6 400 тыс. рублей; № 8729 от 03.07.2018 года на сумму 17 600 тыс. рублей; № 8809 от 04.07.2018 года на сумму 4 350 тыс. рублей; № 8883 от 05.07.2018  на сумму 6 280 тыс. рублей; № 8983 от 06.07.2018  на сумму                      8 900 тыс. рублей; № 8985 от 06.07.2018 на сумму 3 700 тыс. рублей; № 9070 от 09.07.2018 на сумму 2 400 тыс. рублей; № 9068 от 09.07.2018 на сумму 5 млн рублей; № 9073 от 10.07.2018 на сумму 1 900 тыс. рублей; № 9075 от 10.07.2018 на сумму                                       8 720 тыс. рублей; № 9085 от 11.07.2018 года на сумму 2 750 тыс. рублей. В соответствии с п. 4.1 договор вступает в силу с даты его подписания и действует до полного выполнения сторонами их обязательств, предусмотренных указанным договором.

Указанные обстоятельства послужили основанием обращения с заявлением о процессуальной замене в третьей очереди реестра банка Глобэкс на общество.

Кроме того, ссылаясь на реорганизацию банка Глобэкс путем присоединения к банку 26.11.2018, банк обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве с порядке статьи 48 Кодекса.

Отказывая в удовлетворении заявлений общества и банка, суд первой инстанции руководствовался статьями 48, 65, 71, 223 Кодекса, статьями 1, 10, главой 24 ГК, статьями 19, 60, 71, 100, 129.1, 142 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определениях от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475.

Суд первой инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса условия договора уступки права требования от 05.06.2018, доказательства уведомления должника об уступке права требования, акт приема-передачи от 18.07.2018 о передаче цедентом соответствующих документов цессионарию, и сделал вывод о том, что переход права в материальном правоотношении состоялся, банк Глобэкс выбыл из указанного правоотношения по требованию с должника спорной суммы задолженности, частично обеспеченной залогом, права (требования) перешли к обществу; Указанный договор уступки не противоречат положениям главы 24 ГК, не оспорен и не признан недействительным, в связи с чем, права (требования) перешли к обществу.

26 ноября 2018 года (то есть после заключения договора цессии и получения оплаты по нему) банк Глобэкс прекратил осуществление деятельности в связи с реорганизацией в форме присоединения к банку. На основании части 2 статьи 58 ГК к банку перешли права и обязанности присоединенного юридического лица банка Глобэкс. Интересы банка по бывшим требованиям банка Глобэкс не затрагиваются в связи с произведенной уступкой права требования обществу  на основании договора от 05.06.2018, поэтому банк Глобэкс (правопредшественник банка) выбыл из правоотношения, на котором основано его требование. Следовательно, в настоящий момент ни банк Глобэкс, ни его правопреемник банк не являются кредитором, обладающим каким-либо материально-правовым интересом по отношению к должнику, поэтому не могут быть заменены в порядке статьи 48 Кодекса в процессуальном правоотношении, что означает, по сути, замену в реестре должника.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления банка о  процессуальной замене в порядке статьи 48 Кодекса.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции в данной части соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального и процессуального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств.

Апелляционный суд данные обстоятельства, установленные судом первой инстанции не опроверг, согласился с тем, что договор уступки от  05.06.2018 соответствует требованиям ГК, однако удовлетворил заявление банка, сославшись на статью 58 ГК. Вместе с тем, в связи с реорганизацией в форме присоединения к правопреемнику могут перейти только права, которые существовали у его правопредшественника на момент присоединения; имущество (в том числе право требования),  которым правопредшественник распорядился до реорганизации, не может перейти правопреемнику в результате такой реорганизации. Иного содержание                      статьи 58 ГК не содержит. Таким образом, удовлетворяя заявление банка о процессуальном правопреемстве, апелляционный суд неправильно применил статью 48 Кодекса и статью 58 ГК.  

Суд первой инстанции при рассмотрении заявления общества о процессуальном правопреемстве обоснованно применил правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом 15.11.2017, согласно которой при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной, либо замена в реестре по договору цессии) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Доказывание общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической (статья 19 Закона о банкротстве) аффилированности (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать: поведение лиц в хозяйственном обороте, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств фактической аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Суд первой инстанции установил, что основные виды деятельности должника и общества схожи, так, основным видом деятельности должника является производство полых стеклянных изделий, основным видом деятельности общества является производство бутылок и прочих емкостей из стекла или хрусталя. Базиян Владимир Кимович являлся генеральным директором должника, а также его участником с номинальной стоимостью доли в уставном капитале в размере 106 519 тыс. рублей, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Попов Владимир Юрьевич с 17.10.2016 работал в обществе в должности коммерческого директора, с 18.05.2017 и по настоящее время является генеральным директором общества. Вместе с тем, Попов Владимир Юрьевич работал в должности коммерческого директора в штате должника и в 2016 году уволен. Кроме того, между должником  и обществом после возбуждения производства по делу о банкротстве заключены договоры аренды всего имущественного комплекса должника. 

30 сентября 2016 года между должником и обществом заключен первый договор аренды №1, согласно которому арендодатель (должник) обязуется предоставить обществу имущественный комплекс для осуществления предпринимательской деятельности, в состав которого входит: земельный участок, здания, сооружения, оборудование и другие основные средства, указанные в Приложении № 1 к договору. По условиям договора арендная плата составляла 25 млн рублей. В дополнительном соглашении от 27.10.2016 к договору аренды имущественного комплекса № 1 от 30.09.2016 сумма арендной платы снижена до 10 млн рублей. Данный договор расторгнут 28.12.2016. 

29 декабря 2016 года между должником и обществом заключены новые договоры аренды имущественного комплекса: 1) договор аренды недвижимого имущества № 66 от 29.12.2016. В Приложении № 1 указан перечень имущества, предоставленный в аренду по договору, который указывает на принадлежность данного имущества  к единому имущественному комплексу. Арендная плата за пользование имуществом по данному договору составляла 5 млн рублей. В дополнительном соглашении № 1, заключенном сторонами в этот же день, сумма арендной платы снижена до 3 млн рублей. Договор расторгнут 26 августа 2017. В пункте 1.3. указывается, что имущество обременено залогом в пользу ПАО Банк «Зенит», а также АО «Чешский экспортный банк». Согласие залоговых кредиторов на заключение договора аренды отсутствует; 2) договор аренды движимого имущества № 67 от 29.12.2016. Перечень имущества предусмотрен в Приложении №1 к договору, который указывает на принадлежность к единому технологическому комплексу. Арендная плата за пользование имуществом по данному договору составляла 15 млн рублей. В дополнительном соглашении № 1, заключенном сторонами в этот же день, сумма арендной платы снижена до 7 млн рублей. Договор расторгнут 26 августа 2017. 

26 августа 2017 года между должником и обществом заключены новые договоры аренды имущественного комплекса, взамен ранее действующих договоров аренды: 1) договор аренды недвижимого имущества № 210 от 26.08.2017. В Приложении № 1 указан перечень имущества, предоставленный в аренду по договору, который указывает на принадлежность к единому имущественному комплексу. Арендная плата за пользование имуществом по данному договору составляла 2 011 тыс. рублей; 2) договор аренды движимого имущества № 211 от 26.08.2017. Перечень имущества предусмотрен в Приложении №1 к договору, который указывает на принадлежность к единому технологическому комплексу. Арендная плата за пользование имуществом по данному договору составляла 19 082 183 рубля. В пункте 1.3. указывается, что имущество обременено залогом в пользу ПАО Банк «Зенит», а также АО «Чешский экспортный банк». Согласие залоговых кредиторов на заключение данных договоров отсутствует.

 Кроме того, 31.08.2017 между должником и обществом заключен договор № 215 аренды транспортных средств, согласно которому должник передал арендатору 12 транспортных средств с суммой оплаты 120 тыс. рублей. 

Конкурсный управляющий должника отказался от исполнения договоров аренды, заключенных ранее с обществом, направив заявление в Арбитражный суд Ростовской области об истребовании имущества из чужого незаконного владения (дело                       № А53-26461/2018), исковое заявление находится на рассмотрении. 

Суд первой инстанции установил, что согласно пояснений конкурсного управляющего большая часть персонала, работавшая ранее у должника, в настоящее время осуществляет трудовые отношения в обществе; общество обязательства по внесению арендной платы за использование имущественного комплекса своевременно не исполняет, что подтверждается многочисленными исковыми заявлениями, поданными конкурсным управляющим. Кроме того, должник неоднократное количество раз участвовал в однотипных сделках по уступке права (требования) обществу, законность  которых рассматривалась в Арбитражном суде Ростовской области при оспаривании сделок должника, оплата по которым поступила только после подачи заявления в суд. Кроме того, связь должника и общества подтверждается, в том числе, наличием одного общего представителя Калининой И.В., которая и в настоящее время представляет интересы бывшего руководителя Базияна В.К. (обособленный спор о признании сделки недействительной, судебное заседание 15.01.2019), а также его супруги Базиян Е.Г. (обособленный спор об отказе во включении в реестр требований кредиторов), а также общество. 

Как следует из обстоятельств дела о банкротстве должника общество приобрело права требования к должнику не только у банка Глобэкс, но и у ПАО «Донкомбанк» (договор цессии от 06.02.2018), Компании «ТИАМА САС» (договор цессии от 04.09.2018). Как следует из объяснений представителя общества в судебном заседании целью покупки прав требований к должнику является восстановление платежеспособности должника, либо введение внешнего управления, либо замещение активов должника. Суд первой инстанции отклонил указанные доводы представителя, поскольку из заявления общества о признании недействительным решений, принятых комитетом кредиторов, следует обратное. Так, при оспаривании решения комитета кредиторов о замещении активов должника, общество указывает о том, что его права нарушены, поскольку кредиторы вправе получить удовлетворение своих требований за счет реализации имущества должника. При этом приведенные обществом мотивы свидетельствуют о том, что фактической целью заключения договоров цессии является включение требования аффилированного лица в реестр с целью создания преимуществ группе аффилированных с должником лиц для последующего влияния на ход процедуры банкротства. Договор уступки прав требований совершен после признания должника несостоятельным (банкротом), при очевидной сомнительной возможности со стороны последнего погасить задолженность перед кредиторами; общество не раскрыло экономическую целесообразность заключения договоров уступки. 

Общество не обосновало источники формирования денежных средств, за счет которых произведена оплата уступленной задолженности в размере 200 млн рублей, в то же время, общество нарушало обязательства по оплате арендной платы, тем самым неосновательно сберегало денежные средства от аренды имущества должника и направляло невыплаченную арендную плату на выкуп права требования к должнику у банка Глобэкс.  Кроме того, для достижения восстановления платежеспособности Законом о несостоятельности (банкротстве) в статье 129.1 предусмотрено погашение учредителями (участниками) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия и (или) третьим лицом задолженности по обязательным платежам в ходе конкурсного производства. В данном случае заинтересованное по отношении должнику лицо фактически осуществляет погашение отдельных требований кредиторов, включенных в реестр, с нарушением порядка установленного Законом о банкротстве. В данном случае общество не доказало отсутствие корпоративной природы данных требований, экономическую целесообразность погашения требований кредиторов, включенных в реестр. 

Суд первой инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, и сделал обоснованный вывод о том, что общество действует с нарушением статьи 10 ГК, поэтому  основания для удовлетворения его заявления о замене кредитора в реестре отсутствуют. 

 

Апелляционный суд данные обстоятельства, установленные судом первой инстанции, не опроверг, однако сделал противоположный вывод о том, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о нарушении обществом статьи 10 ГК, не указав мотивы, по которым не согласился с выводами суда первой инстанции. Апелляционный суд указал о том, что наличие общности осуществляемых видов экономической деятельности, осуществление цессионарием производства на территории должника не свидетельствуют о ничтожности договора уступки от 05.06.2018, однако суд первой инстанции не делал вывод о ничтожности спорного договора уступки от 05.06.2018, а отказал в удовлетворении заявления общества, установив в его действиях злоупотребление правом и неправомерную цель незаконно пользоваться имуществом должника и влиять на ход процедуры банкротства как залоговый кредитор. Апелляционный суд ошибочно не согласился с данным выводом суда первой инстанции, сославшись на то, что общество приобрело 5% от требований, включенных в реестр, однако не учел, что общество приобрело по договору цессии не просто право требования, а право требования, обеспеченное залогом имущества должника; залоговый кредитор в силу полномочий, установленных Законом о банкротстве, имеет особые полномочия в деле о банкротстве и способен влиять на ход процедуры реализации имущества должника, обеспеченного залогом, на принятие решений собранием кредиторов в отношении залогового имущества.

 Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм процессуального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65,  части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции, неправильно применил нормы материального и процессуального права, не опроверг выводы суда первой инстанции, поэтому постановление апелляционного суда от 13.06.2019 подлежит отмене.

Суд первой инстанции правильно рассмотрел обособленный спор, нарушения им норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 288 Кодекса, кассационной инстанцией не установлены.  

Таким образом, определение суда от 29.01.2019 следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство ИП Рубинина В.С. о правопреемстве оставить без рассмотрения.

Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.06.2019  по делу  № А53-25780/2015 отменить, определение Арбитражного суда Ростовской области от 29.01.2019 по данному делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

Е.В. Андреева

И.М. Денека