ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-51312/2018

город Ростов-на-Дону

27 декабря 2023 года

15АП-17051/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

конкурсного управляющий ООО «Сатурн» ФИО2;

от ФИО3 и ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 22.03.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Сатурн» ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2023 по делу № А32-51312/2018 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3, ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сатурн»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сатурн» (далее - должник, ООО «Сатурн») в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее - конкурсный управляющий должника ФИО2) с заявлением о привлечении ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО6 (далее - ФИО6) и ФИО4 (далее - ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2023 по делу№ А32-51312/2018 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2023 по делу № А32-51312/2018, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Апеллянт указал, что ФИО3 не исполнено вступившее в законную силу определение суда об обязании передать должнику автопогрузчики, а также документы на самоходную технику. Невыполнение руководителем должника требования Закона о банкротстве и вступившего в законную силу определения суда об обязании передать самоходную технику конкурсному управляющему должника свидетельствует о недобросовестном сокрытии имущества должника. Такое поведение должника влечет за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований. Податель жалобы указал, что в бухгалтерской отчетности должника за 2016 год отражено, что у должника имеется дебиторская задолженность в размере 23 607 000 руб. ФИО3 частично передал конкурсному управляющему должника документы, при этом главные книги, кассовые документы, акты сверок взаимных расчетов с контрагентами, счета-фактуры не переданы управляющему, что не позволило сформировать конкурсную массу, осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, выявить имущество должника и оспорить сделки. ФИО3 не исполнил обязанность по передаче бухгалтерской документации должника конкурсному управляющему, не доказал наличие объективных причин, препятствующих исполнению данной обязанности. 

В пояснениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника указал, что в результате неисполнения ФИО3 обязанности по передаче управляющему самоходной техники должнику причинены убытки; согласно экспресс- оценке стоимость одного погрузчика составляет около 870 000 руб. 

В возражениях и дополнительных возражениях на апелляционную жалобуФИО3 и ФИО4 просят в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. 

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2023 по делу № А32-51312/2018 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.02.2019 ООО «Сатурн» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 07.03.2019 № 41 (6521).

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Из апелляционной жалобы конкурсного управляющего не следует, что им оспариваются выводы суда первой инстанции в части отказа в привлеченииФИО6 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Фактически конкурсный управляющий оспаривает выводы суда первой инстанции в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду непередачи документации должника, в том числе сведений о дебиторской задолженности на сумму 23 607 000 руб., а также ввиду непередачи ответчиком в конкурсную массу должника автопогрузчиков. 

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал конкурсному управляющему должника в удовлетворении заявления, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 24.10.2016 генеральным директором должника являлся ФИО3 Кроме того, с 05.10.2016 ФИО3 являлся одним из учредителей должника с долей участия в уставном капитале общества в размере 40 %. 

Таким образом, в период, предшествующий банкротству должника,ФИО3 являлся контролирующим должника лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закон о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Конкурсный управляющий должника, обосновывая наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательства должника, указал, что руководителем должника не передана бухгалтерская документация должника, в связи с этим отсутствие первичной документации, связанной с хозяйственной деятельностью должника, не позволило иметь полную информацию о деятельности должника. ФИО3 частично передал конкурсному управляющему должника документы, при этом главные книги, кассовые документы, акты сверок взаимных расчетов с контрагентами, счета-фактуры не переданы управляющему, что не   позволило сформировать конкурсную массу, осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, выявить имущество должника и оспорить сделки. 

Признавая доводы конкурсного управляющего должника необоснованными, суд обоснованно исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения им вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Для констатации наличия совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности должно быть доказано, что неисполнение руководителем обязанности по передаче документации общества конкурсному управляющему повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Обязанность по доказыванию фактов, указывающих на невозможность формирования конкурсной массы в отсутствие документов должника, в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложена на заявителя.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что недостатки документации должника не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Следует также учитывать, что обязанность по передаче первичной документации о финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсного управляющего возникает у лица, действительно владеющего данной документацией. Такой подход соответствует принципу объективной исполнимости судебных актов и соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986.

Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. При наличии доказательств существования причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет в силу пункта 2 статьи 9 и статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам такой организации.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены доказательства невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие не передачи руководителем первичных документов, касающихся деятельности должника.

Суд установил, 26.09.2019 ФИО3 по акту приема-передачи передал  конкурсному управляющему ФИО2 все имеющиеся у ответчика документы в отношении должника, в частности переданы: печати предприятия ООО «Сатурн»: основная, № 1, № 2, № 4 и № 5; папка № 2 уставные документы ООО «Сатурн» на 36 листах: свидетельство ИНН, свидетельство ОГРН, Устав от 04.06.2014ООО «Сатурн» на 9 листах, Устав 2017 года от 29.07.2017 ООО «Сатурн» на 14 листах; договор купли-продажи 23АА6137888, решение № 1 от 04.06.2014 о создании ООО «Сатурн», приказ № 1 от 16.06.2014 о создании ООО «Сатурн», ФСС уведомление о размере страховых взносов, статистика о присвоении кодов, лист записи ЕГРЮЛ, решение от 14.10.2016, приказ от 14.10.2016, заявление от 28.07.2017, решение от 29.07.2017, уведомление о переходе на упрощенную систему налогообложения; папка № 3 кадровые приказы ООО «Сатурн» на 47 листах; папка № 4 трудовые договоры, личные дела сотрудников ООО «Сатурн» на 417 листах, папка № 5 трудовые договоры, личные дела сотрудников ООО «Сатурн» на 477 листах, папка № 6 трудовые договоры, личные дела сотрудников ООО «Сатурн» на 534 листах, папка № 7 приказы ООО «Сатурн» на 12 листах, папка № 8 заработная плата ООО «Сатурн» на 55 листах, папка № 9 отчетность в ФСС на 152 листах, папка № 10 отчетность в ИФНС ООО «Сатурн» на 184 листах, папка № 11 отчетность ООО «Сатурн» в ИФНС на 114 листах, папка № 12 - 26 договоров ООО «Сатурн» на 157 листах, папка № 13 - 8 договоров ООО «Сатурн» на 263 листах, папка № 14 - 11 договоров ООО «Сатурн» на 120 листах, папка № 15 - 28 договоров ООО «Сатурн» на 152 листах, папка № 16 - 39 договоровООО «Сатурн» на 452 листах.  

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не представил обоснование, что отсутствие конкретных документов существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника, не позволило сформировать конкурсную массу.

Учитывая представленные в материалы дела доказательства, отсутствуют основания для вывода о том, что ФИО3 уничтожил или исказил документацию должника, скрыл данные о хозяйственной деятельности должника с целью лишения арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

Арбитражный управляющий не был лишен возможности провести анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, движения денежных средств по банковским счетам должника, обратиться к контрагентам должника с запросами о предоставлении актов сверок, универсальных передаточных актов и иной документации в подтверждение фактов хозяйственной жизни.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

При рассмотрении споров о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с не передачей бывшим руководителем документов должника на конкурсного управляющего возлагается бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между такой не передачей и возникшими затруднениями в проведении процедур банкротства.

При этом, неполнота переданных бывшим руководителем должника документов не приводит к существенным затруднениям в проведении процедур банкротства в случае, если конкурсный управляющий располагает достаточными сведениями о взаимоотношениях с контрагентами общества.

Сам по себе факт вынесения определения об обязании передать документы и неисполнение последним указанной обязанности не свидетельствует о том, что непередача привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, и не может служить единственным основанием для привлечения обязанного лица к субсидиарной ответственности.

Достоверных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что у ответчика имеются в натуре иные документы, не переданные по акту приема-передачи от 26.09.2019, а также доказательств, подтверждающих, что ответчик удерживает документы и уклоняется от их передачи арбитражному управляющему, материалы дела не содержат.

Конкурсный управляющий в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, свидетельствующие о том, что отсутствие иной документации повлекло затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы. Не доказано наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Конкурсный управляющий должника не представил мотивированный анализ переданной ответчиком документации, отражающей хозяйственную деятельность должника, и не обосновал невозможность принятия на основании них мер по формированию конкурсной массы, в том числе путем взыскания дебиторской задолженности или оспаривания сделок должника.

Само по себе утверждение конкурсного управляющего о невозможности  пополнить конкурсную массу должника за счет взыскания задолженности, не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В отсутствие доказательств того, что непередача каких-либо документов должника привела к невозможности принятия конкурсным управляющим надлежащих мер по формированию конкурсной массы должника и, как следствие, невозможности удовлетворения требований его кредиторов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника отсутствуют.

Суд признает недоказанным довод конкурсного управляющего должника о наличии у ответчика документации, которая не была передана конкурсному управляющему.

Довод конкурсного управляющего о существенном искажении бухгалтерской отчетности, в результате чего стало невозможным выявление активов должника, не подтвержден материалами дела.

Конкурсный управляющий должника заявил довод о том, что в бухгалтерской отчетности должника за 2016 год указано, что у должника имеется дебиторская задолженность в размере 23 607 000 руб., при этом ФИО3 не передал сведения по дебиторской задолженности. Непередача ответчиком документации, подтверждающей дебиторскую задолженность в сумме 23 607 000 руб., не позволила конкурсному управляющему осуществить ее взыскание.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд апелляционной инстанции исходит из того, что доводы о наличии  у должника дебиторской задолженности документально не подтверждены. 

Ответчик, возражая против вышеуказанного довода, пояснил, что довод конкурсного управляющего должника о наличии дебиторской задолженности основан на сведениях, содержащихся в бухгалтерском балансе за 2016 год. Однако судебными актами по делу о банкротстве (обособленные споры о признании сделок недействительными), по делу № А32-31023/2019 (спор о взыскании с должника в пользу ООО «Фруктовый рай» 27 672 224 руб.) установлено, что должник продолжал хозяйственную деятельность в 2017 году и первой половине 2018 года. Конкурсный управляющий представил в материалы дела № А32-31023/2019 сведения о движении денежных средств по счетам должника, из которых следует, что за 2017 год и первую половину 2018 года оборот денежных средств составил более 150 млн. рублей. Ответчик указал, что текущая дебиторская задолженность 2016 года погашалась в 2017 - 2018 г.г., что подтверждается, в частности, получением денежных средств в размере 27 672 224 руб. от ООО «Фруктовый рай».

Более того, из представленного конкурсным управляющим анализа финансового состояния должника следует, что дебиторская задолженность по состоянию на 05.09.2019 отсутствует.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу, что конкурсному управляющему 26.09.2019 переданы все договоры должника и документы, подтверждающие их исполнение, а также налоговая отчетность. Конкурсный управляющий располагал сведениями о движении денежных средств по счетам должника. При таких обстоятельствах он имел возможность провести сверку со всеми контрагентами должника в целях выявления дебиторской задолженности, если она реально существовала на момент признания должника банкротом. 

Между тем, конкурсный управляющий не указал, каких именно документов ему недоставало для выявления контрагентов должника, а также какие меры он для этого предпринимал. Доказательства существования дебиторской задолженности на момент введения процедуры банкротства отсутствуют. 

В отсутствие доказательств наличия дебиторской задолженности, факт причинения вреда непередачей документов суд считает недоказанным, в связи с чем заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по данному основанию удовлетворению не подлежит. 

Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии вины ответчика в невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов должника. 

Конкурсный управляющий не представил доказательства, свидетельствующие о наличии совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно  отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника указал, что ФИО3 не исполнил вступившее в законную силу определение суда об обязании передать конкурсному управляющему автопогрузчики, а также документы на самоходную технику. По мнению заявителя, невыполнение руководителем должника требования Закона о банкротстве и вступившего в законную силу определения суда об обязании передать самоходную технику конкурсному управляющему должника свидетельствует о недобросовестном сокрытии имущества должника; такое поведение должника влечет за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований. 

Давая правовую оценку указанному доводу, суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Согласно пункту 16 постановления Пленума ВС РФ № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые являлись необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

При этом привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (пункт 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Между тем, непередача конкурсному управляющему должника автопогрузчиков в ходе конкурсного производства не могла привести к объективному банкротства должника, что исключает субсидиарную ответственность по данному основанию, в связи с чем суд апелляционной инстанции применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переквалифицировал предъявленное конкурсным управляющим должника требование как требование о взыскании убытков с ФИО3 вследствие непередачи в конкурсную массу должника автопогрузчиков. 

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998№ 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Конкурсный управляющий ссылается на непередачу ему автопогрузчиков, что влечет невозможность включить указанное имущество в конкурсную массу и впоследствии его реализовать с целью удовлетворения требований кредиторов должника.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены надлежащие и достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что автопогрузчики не переданы конкурсному управляющему должника именно вследствие недобросовестных действий ФИО3 В материалах дела отсутствуют доказательства того, что погрузчики фактически находятся у ответчика и он уклоняется от их передачи конкурсному управляющему, а также доказательства, что ФИО3 незаконно распорядился указанным имуществом и оно выбыло из владения должника в результате его незаконных действий. 

Конкурсный управляющий не доказал противоправность действий ответчика в отношении автопогрузчиков, связанных с распоряжением ими, не представил доказательства того, что ответчик действовал вопреки интересам должника, фактически обладая данным имуществом, умышленно не передал его управляющему. 

Требование заявителя о возложении на ФИО3 ответственности в виде возмещения убытков в размере стоимости не переданного имущества, фактическое наличие которого у ответчика не подтверждено, не подлежит удовлетворению. 

Из материалов электронного дела, а также из пояснений ФИО3 следует, что на основании актов приема-передачи ВЭТС на пункт утилизации от 21.06.2016 №27/2016 и № 28/2016 заказчик в лице генерального директора ООО «Сатурн» ФИО7 передал исполнителю - ООО «База» на утилизацию два автопогрузчика: KOMATSU FD18T-21, номер кузова (шасси) 202284 и KOMATSU FD18T-21, номер кузова (шасси) 202270.

В материалах дела отсутствуют доказательства передачи предыдущим генеральным директором ФИО7 последующему руководителю - ФИО3 или конкурсному управляющему должника вышеуказанных погрузчиков. 

Акты приема-передачи ВЭТС на пункт утилизации № 27/2016 и № 28/2016 от 21.06.2016 подписаны предыдущим генеральным директором должника - ФИО7

Применительно к правовому характеру рассматриваемого спора в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков: противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, факт причинения убытков и их размер.

С учетом фактических обстоятельств дела, судебная коллегия пришла к выводу, что конкурсный управляющий должника не доказал наличие оснований для взыскания убытков с ответчика. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о взыскании с бывшего руководителя должника убытков, суд исходит из отсутствия в материалах дела доказательств неправомерных действий бывшего руководителя должника ФИО3 и следственно-причинной связи между его действиями и возникшими у должника убытками. 

Учитывая установленные по делу обстоятельства, отсутствие в материалах дела надлежащих и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что автопогрузчики не переданы конкурсному управляющему должника именно в результате действий ответчика, принимая во внимание наличие спора относительно того, что автопогрузчики фактически имелись у ответчика, судебная коллегия пришла к выводу, что причинно-следственная связь между непередачей имущества и убытками обществу в целях привлечения ФИО3 к ответственности в виде возмещения убытков в данном случае не доказана. В связи с этим суд правомерно отказал конкурсному управляющему должника в удовлетворении заявленного требования. 

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.08.2023 по делу № А32-51312/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиМ.А. Димитриев

Д.В. Николаев