ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-2257/2016

г. Самара

17 декабря 2019 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2019 года.

                       Постановление в полном объеме изготовлено 17 декабря 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Колодиной Т.И., Селиверстовой Н.А.,

при ведении протокола до перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва помощником судьи Клименковой Ю.А.,

с участием:

от финансового управляющего ФИО2 - до перерыва ФИО3 по доверенности от 21.01.2019г., после перерыва - представитель не явился,

от ФИО4 - до и после перерыва ФИО5 по доверенности от 10.11.2017г.,

от ФИО6 - до перерыва представитель не явился, после перерыва ФИО7 по доверенности от 05.04.2019г.,

от конкурсного управляющего ОАО Банк «Приоритет» - до перерыва представитель не явился, после перерыва ФИО8 по доверенности от 16.04.2018г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 03-10 декабря 2019 года, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ФИО6 

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 18 октября 2019 года об отказе  в удовлетворении ходатайства о процессуальном правопреемстве

в рамках дела  № А55-2257/2016 (судья Стуликова Н.В.)

О несостоятельности (банкротстве) ФИО9,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04.08.2016 ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

ФИО6 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18 октября 2019 года отказано в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО6 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 18 октября 2019 года, удовлетворить заявленные требования.

В судебном заседании 03 декабря 2019 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 09 часов 00 минут 10 декабря 2019 года. 

Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

 После перерыва произведена замена секретаря судебного заседания ФИО1 на помощника судьи Клименковой Ю.А.

В судебном заседании представитель ФИО6 апелляционную жалобу поддержал.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.

Представитель конкурсного управляющего ОАО Банк «Приоритет» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

От финансового управляющего ФИО2 в суд апелляционной инстанции поступил отзыв, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 18 октября 2019 года об отказе  в удовлетворении ходатайства о процессуальном правопреемстве в рамках дела  № А55-2257/2016, в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 АПК РФ, в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (ч. 3 ст. 48 АПК РФ).

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым.

Для осуществления процессуального правопреемства необходимо подтвердить выбытие заинтересованного лица из того правоотношения, в котором он является стороной по делу, и переход соответствующих прав его правопреемнику в случаях, предусмотренных данной нормой Закона.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 1 п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", следует учитывать, что в соответствии с ч. 3 ст. 48 АПК РФ правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса, в том числе на стадии исполнительного производства (ст. 52 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве").

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями статей 65, 67 и 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицом, заявившим о правопреемстве.

Из материалов дела следует, 20.11.2013 между ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» и ООО «Восток Транзит» был заключен Договор о предоставлении кредита в режиме кредитной линии № 373-ЖЛ, по условиям договора Банк обязался предоставить заемщику кредитную линию на потребительские цели с лимитом задолженности в размере 30 000 000 рублей, с процентной ставкой за пользование кредитными средствами 17 % годовых (далее - Кредитный договор).

Обязательства по Кредитному договору исполнены Кредитором в полном объеме. Передача денежных средств в собственность Заемщика производилась безналичным путем, кредит был получен Заемщиком. Общая сумма кредита - 30 000 000 рублей. Согласно п. 1.3 Кредитного договора срок погашения кредита наступает 19.11.2014.

Решением Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 10.04.2015 с ООО «Восток Транзит», ФИО10, ФИО9 солидарно взыскана задолженность в пользу ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» по Кредитному договору в размере 16 611 466,58 рублей.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 15.07.2015 решение Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 10.04.2015 изменена, общая сумма задолженности, подлежащая солидарному взысканию, и снижена до 16 006 639 рублей.

Также, конкурсный управляющий Банка в рамках дела № А55-23933/2014 о банкротстве ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании недействительной сделки по частичному погашению задолженности ООО «Восток Транзит» перед ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» по Кредитному договору в общей сумме 15 093 361 рублей.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.12.2015 по делу А55-23933/2014 заявление Конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделки по частичному погашению задолженности ООО «Восток Транзит» перед ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» по Кредитному договору в общей сумме 15 093 361 рублей. Восстановлена задолженность ООО «Восток Транзит» перед ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» по Кредитному договору в общей сумме 15 093 361 рублей.

Таким образом, сумма просроченной задолженности по Кредитному договору составила 30 000 000 руб. 

Кроме того, ОАО БАНК «ПРИОРИТЕТ» начислило проценты и штрафные санкции: сумма процентов по ставке 17% годовых - 409 145,34 руб.; сумма процентов по ставке 34% годовых - 13 352 387,15 руб.; сумма пени по ставке 0.2% ежедневно на просроченные % - 6 340 205,54 руб.

В обеспечение возврата кредита и уплаты процентов за пользование кредитом (п.п. «д» п. 4.1. Кредитного договора) между ОАО Банк «Приоритет» и ФИО9 (далее - Поручитель) был заключен Договор поручительства № 

<

***>/п2 от 20.11.2013, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед Кредитором за исполнение Заемщиком обязательств по Кредитному договору в том же объеме, что и Заемщик. Пунктом 1.3 Договора поручительства установлена солидарная ответственность Поручителя пред Кредитором. При этом ответственность наступает только при неисполнении или ненадлежащим исполнении Заемщиком в срок, предусмотренный Кредитным договором, обязательств по уплате денежных средств.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04.08.2016 ФИО9 признан несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.03.2017 в реестр требований кредиторов ФИО9 как кредитора третьей очереди включены требования ОАО банк «ПРИОРИТЕТ» в сумме 45 100 000 руб. (долг 30 000 000 руб., повышенные проценты 11 000 000 руб. и неустойка 4 100 000 руб.)

Кроме того, в обеспечение возврата кредита и уплаты процентов за пользование кредитом между ОАО Банк «Приоритет» и ФИО6 20.11.2013 заключен договор залога (ипотеки) нежилого помещения -3 этаж, комнаты: №1,2,10,13,14,15,16,17,19,21,22,23,24,25,26,27,38,41,43; 1 этаж, комнаты: №87,88,89,90, общей площадью 3 591 кв.м, адрес объекта: Самарская область, г.Тольятти, Автозаводской район, Южное шоссе, д. 23 (далее - Имущество).

Решением Автозаводского районного суда г.Тольятти Самарской области от 27.09.2016 удовлетворены исковые требования ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» к ООО «Восток Транзит» и ФИО10 о солидарном взыскании задолженности по кредитному договору № 

<

***> от 20.11.2013, а также обращении взыскания на имущество по договору Ипотеки от 20.11.2013, принадлежащее ФИО6 на праве собственности: нежилое помещение, расположенное по адресу: Самарская область, г. Тольятти, Автозаводской район, Южное шоссе, д. 23.

На основании решения Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 27.09.2016 было возбуждено исполнительное производство №7811/17/63045-СД от 15.06.2017 в отношении ФИО6 об обращении взыскания на имущество должника в пользу ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ».

Постановлением УФСПП по Самарской области вышеуказанное имущество в рамках исполнительного производства было передано на торги, по которым имущество не было реализовано. В декабре 2017 в адрес ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» поступило предложение от УФСПП по Самарской области об оставлении нереализованного в принудительном порядке имущества за собой.

По Акту передачи нереализованного имущества от 05.02.2018 взыскателю было передано Имущество в счет погашения долга ФИО6 перед ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» по Кредитному договору.

Решением Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области № 63/001/454/2018-2782 от 08.06.2018 ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» было отказано в государственной регистрации перехода права и права собственности ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» на Имущество.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04 марта 2019 года, оставленным в силе постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2019 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 10.10.2019, признано незаконным уведомление Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области об отказе в государственной регистрации № 63/001/454/2018-2782 от 08.06.2018. Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Самарской области вменено в обязанность осуществить государственную регистрацию права собственности в отношении нежилого помещения с кадастровым номером 63:09:0101158:4786, расположенного по адресу: Самарская область, г. Тольятти, Автозаводский район, Южное шоссе, д. 23.

Поскольку на имущество, принадлежащее ФИО6, обращено взыскание в счет исполнения обязательств по Кредитному договору, заключенному между ООО «Восток Транзит» и ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ», в обеспечение исполнения которого должник по настоящему делу - ФИО9 выступал поручителем, ФИО6 обратился суд с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Заявитель полагает, что частичное исполнение обязательства перед ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» в сумме 21 909 000 руб. является основанием для проведения правопреемства в реестре требований кредиторов первоначального кредитора - ОАО Банк «ПРИОРИТЕТ» на нового кредитора - ФИО6 в части включения задолженности по кредитному договору (основной долг) в размере 21 909 000 руб. В обоснование своих требований заявитель ссылается на п. 1 ст. 335 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 21.12.2013 N 367-ФЗ), предусматривающий возможность применения с 01 июля 2014 г. к отношениям между должником, залогодателем и залогодержателем норм ст. 364 - 367 ГК РФ.

Вместе с тем договор залога был подписан ОАО  "Банк Приоритет" и ФИО6 20.11.2013 года.

В силу п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Согласно п. 2 ст. 422 ГК РФ, если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В силу п. 3 ст. 3 Федерального закона от 21.12.2013 N 367-ФЗ положения ГК РФ в редакции данного федерального закона применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления его в силу.

Таким образом, правоотношения между банком и заявителем регулируются нормами п. 1 ст. 335 ГК РФ в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 21.12.2013 N 367-ФЗ, которая, равно как и положения ст. ст. 364 - 367 ГК РФ, не предусматривала перехода прав кредитора по этому обязательству, в том объеме, в котором поручитель либо залогодатель удовлетворил требование кредитора.

Согласно пп. 3 п. 1 ст. 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства не являющимся должником по этому обязательству залогодателем.

По смыслу данной нормы, основанием для правопреемства является полное исполнение залогодателем обязательства за должника.

Более того, в силу п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о залоге", удовлетворение требования залогодержателя к должнику за счет имущества залогодателя является основанием для перехода к залогодателю прав кредитора по обеспеченному залогом обязательству.

Исходя из данного разъяснения, основанием для правопреемства является удовлетворение залогодателем требований залогодержателя за счет собственного (а не переданного в залог) имущества.

Между тем, как следует из материалов дела, заявитель исполнил обязательства перед банком лишь частично и за счет имущества, заложенного в его пользу. 

Кроме того, из анализа представленных доказательств и пояснений сторон суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что залогодатель ФИО6 и поручитель ФИО9 являлись лицами, предоставившими совместное обеспечение исполнение обязательств основного должника ООО «Восток-Транзит».

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017 (далее - Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 3), в ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение.

Принимая во внимание сходство содержания и правового регулирования отношений, вытекающих из договоров поручительства и залога, необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную в определении от 04.10.2018 N 305-ЭС18-9321, о том, что по общему правилу суд квалифицирует поручительство нескольких лиц как совместное, если будет установлено наличие соответствующего волеизъявления указанных лиц, направленного именно на совместное обеспечение обязательства, тогда как аффилированность лиц, предоставивших поручительство, презюмирует совместный характер такого поручительства.

Бремя опровержения названной презумпции лежит на самих поручителях.

Как указано в п. 16 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3, предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору.

При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абз. 4 ст. 387 ГК РФ).

Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями п. 2 ст. 325 ГК РФ о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу п. 2 ст. 325 ГК РФ, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абз. 1 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

Таким образом, в случае предоставления совместного обеспечения следует выяснить, исполнено ли солидарным должником обязательство перед кредитором в размере, превышающем долю данного солидарного должника, имея в виду, что при совместном обеспечении такой должник вправе получить от остальных солидарных должников, выдавших обеспечение, компенсацию в размере того, что такой должник уплатил сверх падающей на него доли. При этом ответственность любого другого солидарного должника в обеспечительном обязательстве определяется исходя из части превышения доли, которая приходится на него.

Как разъяснено в п. 16 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ, из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав (ст. 10 ГК РФ) следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству.

Кроме того согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 30 постановления от 12.07.2012 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству.

Указанная правовая конструкция относима к ситуации, когда сопоручитель или созалогодатель, частично исполнивший обязательство, предъявил регрессное требование к иным лицам, выдавшим обеспечение (ст. 325 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из указанных норм права и разъяснений следует, что в случае частичного удовлетворения требований одним из поручителей, в том числе являющимся залогодателем, указанное лицо не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику - сопоручителю до полного удовлетворения требований кредитора по основному обязательству. Обратное применимо лишь в случае, когда исполнивший частично задолженность поручитель предъявляет требования в удовлетворенной части к самому заемщику по кредитному договору, являющемуся должником в рамках дела о банкротстве.

Из материалов дела следует, ФИО9 является поручителем по договору поручительства № 

<

***>/п2 от 20.11.2013, который был заключен в обеспечение возврата кредита и уплаты процентов за пользование кредитом по Кредитному договору.

Согласно Акта № 07-33/2 выездной налоговой проверки ООО «Восток-СК» ИНН 

<

***>, КПП 632101001 от 21.01.2019 г., установлено, что отношения между ФИО6  и должником ФИО9 носят корпоративный характер в силу того, что они оба фактически являются участниками ООО «Восток-СК» с долей в размере на каждого по 50 %. Так же корпоративный характер их отношений далее подтверждается протоколом допроса свидетеля ФИО6 от 18.03.2019 года, проведенного нотариусом г.Тольятти ФИО11, на стр. 2 которого ФИО6 подтверждает что он и должник ФИО9 являются еще участниками ООО ТД «Поволжье-СМ» с долей в размере 50% на каждого.(т.2 л.д.19-31)

По утверждению заявителя, заключение договора залога от 20.11.2013 года являлось формой частичной оплаты ФИО6 приобретенной им у ФИО10 его доли в бизнесе по купле-продаже ГСМ. Однако доказательств совершения данных действий в материалы дела не представлено. 

Напротив, из представленных сведений ЕГРЮЛ следует, что ФИО6, ФИО10 и ФИО9 являлись участниками обществ, которые занимались торговлей различного вида топлива.

На обстоятельства того, что данные лица в 2013 году имели единый интерес по созданию группы предприятий имеющую единые экономические цели также свидетельствует и корпоративный конфликт в подтверждение которого в материалы сторонами представлены судебные акты. Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями из картотеки арбитражных дел

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 указывает, что, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассматриваемом случае кроме самого прямого указания на корпоративные отношения самого заявителя, необходимо учесть что иного экономического смысла кроме как корпоративных отношений, в заключении договора ипотеки ФИО6 за долги третьего лица в материалы дела последним не представлено.

Следовательно, на кредитора возлагается повышенный стандарт доказывания Аналогичный подход изложен в определении Верховного Суда РФ от 07.06.2018г. по делу №А41 -77824/2015 (№305-ЭС16-20992(3).

В этом случае, ФИО6 заявляя о включении задолженности в реестр, обязан помимо прочего, обосновать экономическую целесообразность заключения со своей стороны договора ипотеки. В противном случае такое поведение явно свидетельствует о недобросовестности сторон, что достаточно для отказа во включении требований в реестр (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Поскольку заявление ФИО6 о процессуальном правопреемстве предъявлено в порядке суброгации не к основному заемщику, а к солидарному должнику - сопоручителю, суд первой инстанции, с учетом вышеизложенных обстоятельств пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ФИО6

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 18 октября 2019 года об отказе  в удовлетворении ходатайства о процессуальном правопреемстве в рамках дела  № А55-2257/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       Т.И. Колодина

                                                                                                                      Н.А. Селиверстова