; № 09АП-10145/2024

Дело № А40-132034/20

г. Москва

16 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 16 мая 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г.,

судей Шведко О.И., Веретенниковой С.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Волковым Е.С.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы кредитора ООО «Восемьфруктов Агротрейд», конкурсного управляющего должника ФИО1, 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.01.2024 по делу №А40-132034/20,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПродМир» ФИО1 о привлечении о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПродМир»,

при участии в судебном заседании:

ФИО2 - лично , паспорт

от ФИО2: ФИО5 по дов. от 21.09.2023

от ФИО3: ФИО5 по дов. от 25.05.2022

от ООО «Восемьфруктов Агротрейд»: ФИО6 по дов. от 15.05.2023

от ФИО4: ФИО7 по дов. от 27.09.2022

ФИО1 - лично, паспорт

иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

определением от 06.08.2020 Арбитражного суда города Москвы принято к производству заявление ООО "Восемьфруктов Агротрейд" о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПродМир». Решением суда от 26.05.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» №96 от 05.06.2021.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2022 ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПродМир», с указанных лиц в пользу должника солидарно взысканы денежные средства в общем размере 122.347.573 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 определение суда первой инстанции изменено в части привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности, в указанной части в удовлетворении требований конкурсного управляющего судом отказано, в остальной части судебный акт суда первой инстанции оставлен без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2024 г. суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПродМир» ФИО1 о привлечении о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с указанным определением, ООО «Восемьфруктов Агротрейд», конкурсным управляющим должника поданы апелляционные жалобы. 

В обоснование требований апелляционной жалобы ООО «Восемьфруктов Агротрейд» указывает, что судом не исследовался вопрос наступления объективного банкротства; возражает против выводов суда об отсутствии неплатежеспособности; ФИО3 выводились денежные средства в большем размере, чем были предоставлены займы должнику; в период, когда руководителями являлись ФИО3, ФИО2, ФИО4, образовалась задолженность по оплате налогов, сборов, обязательных платежей перед ИФНС России № 22 г. Москвы на общую сумму 842 555,40 руб.; налоговым органом 15.01.2020 г. установлено о недостоверности внесенных сведений (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице), после чего, ООО “Восемьфруктов Агротрейд” направило в налоговый орган возражение на исключение из ЕГРЮЛ Должника; контролирующими лицами осуществлялся вывод денежных средств в пользу третьих лиц на общую сумму 14 498 034, 45 руб. под видом заработной платы; с корпоративной карты ООО «ПродМир» выводились денежные средства, что не было учтено судом первой инстанции; ФИО4 не исполнена обязанность по решению суда от 26.05.2021 г. и определения суда от 18.01.2021 г. по предоставлению бухгалтерской и иной документации общества конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий в обоснование требований апелляционной жалобы приводит аналогичные доводы. 

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Апелляционная коллегия, учитывая повторное рассмотрение обособленного спора, полагает необходимым обратить внимание на выводы суда кассационной инстанции.

Соглашаясь с выводами суда апелляционной инстанции в части отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8, суд округа указал, что судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9.

По смыслу приведенных норм права возможность привлечения лиц,названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарнойответственности по указанным в данной норме основаниям возникает приналичии совокупности следующих условий: возникновение одного изперечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления обанкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом установлению подлежат не только точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника, но также и точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного ему общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Применительно к случаю смены руководителя должника в п. 15 постановления № 53 Верховным Судом Российской Федерации сформулировано следующее правило.

Если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями,  первый  из   них  несет  субсидиарную  ответственность  по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В размер субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве не могут быть включены обязательства должника, образовавшиеся до нарушения ответчиком обязанности по своевременному обращению с заявлением о признании должника банкротом (п. 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), а также обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, при рассмотрении споров о привлечении нескольких бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности суду необходимо определить точную дату возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, даты возникновения у каждого из бывших руководителей обязанности подать заявление о банкротстве должника с учетом разъяснений, изложенных в п. 15 постановления № 53, а также дату возникновения обязательств, к субсидиарной ответственности по которым может быть привлечен конкретный руководитель, и их размер.

Поскольку указанные выше нормы права и практика Верховного Суда Российской Федерации нижестоящими судами при рассмотрении настоящего обособленного спора не учтены, обстоятельства и даты возникновения у бывших руководителей должника обязанности по подаче заявления должника в суд не исследованы, размер субсидиарной ответственности не определен, коллегия судей окружного суда посчитала выводы о наличии достаточных правовых и фактических оснований для привлечения ФИО3, ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 122 347 573 руб. преждевременными.

Кроме того, суд округа обратил внимание нижестоящих судов и на следующее.

Законодательство о несостоятельности (банкротстве) предусматривает разные правовые основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника лиц, руководивших его деятельностью в предбанкротный период, в случае невозможности удовлетворения требований кредиторов должника в полном объеме. Разные правовые основания, в свою очередь, предполагают и разный круг обстоятельств, подлежащих исследованию судом при рассмотрении и разрешении конкретного спора.

В силу положений статьи 168 АПК РФ суд самостоятельно определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Обращаясь в арбитражный суд с требованиями по настоящему обособленному спору, конкурсный управляющий указывал на наличие, по его мнению, правовых оснований для привлечения ФИО8, ФИО3, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности: неподача в арбитражный суд заявления должника о банкротстве, непередача документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, а также совершение сделок, повлекших впоследствии банкротство ООО «ПродМир».

Каждое из заявленных конкурсным управляющим оснований подлежало судебной проверке с отражением результатов в тексте судебных актов. При этом по правилам статьи 71 АПК РФ суд оценивает доказательства в их совокупности и взаимосвязи, осуществляя проверку каждого доказательства, в том числе с позиции его достоверности и соответствия содержащихся в нем сведений действительности. В судебном акте указываются как результаты оценки принятых судом доказательств, так и мотивы, по которым было отказано в принятии иных доказательств.

Возражая по доводам конкурсного управляющего о непередаче документации должника, бывшие руководители должника ссылались на передачу конкурсному управляющему документации.

В целях разрешения спора между конкурсным управляющим и бывшими руководителями должника в части невозможности формирования конкурсной массы должника по причине отсутствия документации, при наличии доказательств передачи конкурсному управляющему отдельной документации судам надлежало выяснить, отсутствие каких конкретно документов, находящихся в распоряжении бывших руководителей, не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу надлежащим образом.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены судебного акта и полагает, что судом первой инстанции учтены выводы суда кассационной инстанции.

Как следовало из заявления, заявитель просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с доведением должника до банкротства, неисполнением ответчиками обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, а также в связи с неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

Ответчиками заявлены возражения против удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в полном объеме.

В силу пункта 1 статьи 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, руководителем (единоличным исполнительным органом) должника являлись:

- в период с 2015 г. по 06.04.2018 ФИО8;

- в период с 06.04.2018 по 23.04.2019 ФИО3;

- в период с 24.04.2019 по 22.07.2019   ФИО2;

- в период с 22.07.2019 по 27.11.2019 ФИО3;

- в период с 27.11.2019 по 26.05.2021 ФИО4 

Участниками должника являлись:

- с 30.03.2018 по 19.07.2018 ФИО8 (50% уставного капитала) и ФИО3 (50% уставного капитала). При этом уставной капитал был увеличен с 10.000 рублей до 1.000.000 рублей за счет средств ФИО3;

- с 20.07.2018 по 18.11.2019 ФИО3, владеющая 100% уставного капитала;

- с 19.11.2019 по настоящее время ФИО4, владеющий 100% уставного капитала.

Как следует из абзаца 6 статьи 2 Закона о банкротстве, для целей данного закона понятие руководитель должника используется в следующем значении - это единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Одним из оснований, при возникновении которого у руководителя возникает обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, является наличие признаков неплатежеспособности и (или) признаков недостаточности имущества. Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве понимает превышение размера денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (пункт 2 Закона).

Таким образом, для определения даты, с которой у руководителя должника возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом необходимо определить дату, с которой у должника возникла неплатежеспособность и (или) недостаточность имущества.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 61.12. Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательств должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве достаточно установить следующие обстоятельства:

- наличие надлежащего субъекта ответственности, которым является лицо (в частности;

- руководитель должника), на которое Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления;

- возникновение у контролирующего должника лица обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и факт пропуска им установленного законом срока для исполнения такой обязанности;

- наличие обязательств, возникших у должника перед кредиторами после истечения срока, отведенного для обращения контролирующего должника лица в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которые и будут составлять размер субсидиарной ответственности такого лица.

Пунктом 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 -4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Заявитель указывал, что в период с 09.05.2019 года у руководителей ООО «ПродМир» возникла обязанность по подаче заявления о признании ООО «ПродМир» банкротом, поскольку Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.04.2019 по делу №А40-29266/19 с ООО «ПродМир» в пользу СПКК «Харабалинский фермер» взыскана задолженность за поставленный в 2016 году товар на сумму 948.264,34 рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размете 381.429,01 рублей, кроме того, у ООО «ПродМир» уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами в размере более 5.000.000 рублей с наступившими сроками оплаты просрочка по которым составляла более 3 месяцев.

То есть ООО «ПродМир» имел, по мнению заявителя, признаки неплатежеспособности и (или) признаки недостаточности имущества.

При этом следует учитывать, что ранее заявитель не определил дату объективного банкротства, в связи с чем указанное дело было возвращено судом кассационной инстанции.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исходя из этого следует указать что:

ФИО3 занимая должность руководителя (генерального директора) должника с 06.04.2018 по 23.04.2019 и с 22.07.2019 по 27.11.2019, а так же являясь участником должника в период с 30.03.2018 по 18.11.2019 предпринимала все возможные действия, для осуществления активной и успешной хозяйственной деятельности, осуществляла экономически обоснованный план, а именно благодаря ее действиям:

- был увеличен уставной капитал должника;

- на основании договоров займа внесены на расчетный счет ООО «Продмир» в АО «Кредитпромбанк», денежные средства всего на сумму 104.475.000 рублей (согласно договору займа б/н от 10.04.2018 – 21.000.000 рублей, договор займа б/н от 24.04.2018 – 30.000.000 рублей, договор займа б/н от 18.05.2018 – 53.475.000 рублей, что подтверждается следующим:

- выпиской по счету №40817810300300000330643 ФИО3 открытого в АО «Кредитпромбанк»;

- квитанция №1 АО «Кредитпромбанк» от 24.04.2018 о внесении 30.000.000 рублей;

- справкой АО «Кредитпромбанк» №21-10-35/339 от 28.08.2019 о внесении 104.475.000 рублей);

- заключались договоры с новыми поставщиками и покупателями;

- приобреталось, в том числе в лизинг и активно использовалось оборудования необходимое для хозяйственной деятельности должника;

- заключались договоры факторинга (финансирование под уступку денежного требования) которые необходимы были, в связи с сезонным характером бизнеса (торговля свежими овощами фруктами, и значительными отсрочками платежей (от 90 до 120 дней с даты поставки) со стороны основных покупателей продукции — продовольственных сетей);

- оплачивались все обязательные налоги, сборы, обязательные платежи, выплачивалась заработная плата;

- налоговая отчетность должника за 2018 год, а также аудиторский отчет, свидетельствуют об успешной деятельности должника, превышения активов над пассивами должника, устойчивом финансовом положении должника и отсутствии каких-либо признаков объективного банкротства должника, на чем ранее настаивал заявитель (ранее заявитель указывал, что признаки объективного банкротства сформировались у должника на 01.01.2018).

Таким образом, после занятия ФИО3 должности Генерального директора и вхождения в состав участников ООО «Продмир», должник активно развивался, осуществлял успешную экономическую деятельность, о чем свидетельствуют, в частности налоговая отчетность за 2018 год и часть 2019 года, а также аудиторский отчет.

Соответственно отсутствуют основания утверждать, что ФИО3 выводились денежные средства за счет изъятия денежных средств из оборота должника.

Заявитель утверждает, что ФИО3 выдавала займы с целью «собственного обогащения» не могут быть признаны судом обоснованными, в связи с тем, что согласно ст. 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. Заемные средства, предоставленные ФИО3, то есть выдача займа направлена на извлечение выгоды в виде процентов по займу. Суммы частичных погашений займов, которые были переведены на счет ФИО3 при этом значительно меньше сумм займа, которые были предоставлены ФИО3 должнику.

Выплаты процентов ФИО3 в рамках договоров займа не осуществлялись.

Признаков обогащении ФИО3 за счет возврата заемный средств по указанным выше договорам займа отсутствуют (сумма возврата займа — меньше суммы займа).

При этом заемные средства использовались для осуществления хозяйственной деятельности должника в период с 2018 по 2019. При этом, согласно аудиторскому заключению, возврат денежных средств ФИО3 осуществлялся в период, когда должник не имел никаких признаков банкротства.

Заявителем также не предоставлены доказательства того, что операции по кредитной карте должника не были направлены на интересы должника. При этом в материалах дела есть документы свидетельствующие об оплате с корпоративной карте авиабилетов и гостиниц. То есть оплаты обычных хозяйственных расходов должника, для которой и была предназначена корпоративная карта.

Во вступившем в законную силу мотивированном решении Арбитражного суда по делу № А40-238894/21-47-1830 от 30.09.2022 в иске к ООО «Агросфера» конкурсному управляющему отказано, по причине того, что полученный ООО «Агросфера» товар был им возвращен по возвратным УПД, на общую сумму 13.264.511,12 рублей, а оставшаяся задолженность в сумме 261.117,44 рублей (подтвержденная двусторонним актом сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2012 по 01.04.2019) оплачена в ходе рассмотрения дела.

Следовательно, оснований к взысканию с ООО «Агросфера» 13.264.511,12 рублей не имелось.

Указания заявителя на то, что в период, когда ФИО3 была генеральным директором на счета третьих лиц были перечислены денежные средства в размере 7.163.222,43 рублей в виде выплаты заработной платы и таким образом были выведены, опровергаются материалами дела.

А именно, что заработная плата сотрудникам за часть 2019 года, была начислена и выплачена (подтверждается сданной налоговой отчетностью с персонифицированными сведениями — автоматизированная копия декларации по страховым взносам за 2 квартал 2019 года). Таким образом вывод заявителя, что под видом заработной платы выводились денежные средства не соответствует имеющимся в деле документам.

Наличие у должника конкретного долга отдельному кредитору само по себе не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности общества и бездействии руководителя/участника общества по необращению в суд с заявлением. Таким образом утверждение конкурсного управляющего ФИО1 о том, что ФИО3 должна была обратиться с заявление о банкротстве должника в связи с принятием решение по делу №А40-29266/19 не позднее 09.05.2019 года не соответствуют требованиям законодательства.

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом никаких признаков неплатежеспособности должника в период 2018-2019 годов, согласно аудиторского отчета нет.

В соответствии с абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом как указывает п. 19 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

При этом, согласно аудиторскому отчету, в 2019 году у должника имелась положительная динамика деятельности – получена прибыль в размере 14.507.000 рублей.

Таким образом, ФИО3 как руководитель, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая результаты 2018 года и текущую хозяйственную деятельность в 2019 году, имела все основания рассчитывать на погашение задолженности обычным порядком.

Суд также отметил, что заявитель в деле о банкротстве — ООО «Восемьфруктов Агротрейд» был участником договора факторинга с ПАО «Чувашкредитпромбанк» Договор поставки №09-03/19VF от 04.03.2019.

В отношении договора был заключен договор факторинга (Генеральный договор факторинга №003-2019/М/Ф). Долг за поставленную продукцию взыскивался с ООО «Продмир» солидарно с ПАО АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК».

При этом претензия о взыскании денежных средств была направлена должнику только 21.10.2019 года.

То есть долг перед ООО «Восемьфруктов Агротрейд», первоначально образовался у ПАО АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК». При этом о претензиях по оплате денежных средств за поставленный товар, должник узнал только 21.10.2019 года.

Так же суд обратил внимание на следующее: между ООО «Продмир» и АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) был заключен Генеральный договор факторинга №004-2019/М/Ф от 28.03.2019. Для оплаты поставок в рамках договор поставки №02/03/2019 от 01.03.2019, заключенный между ООО «Ритзонфреш» и ООО «Продмир».

В качестве обеспечения Генерального договора, между АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) и ФИО3 был заключен договор поручительства №004-2019/М/Ф от 27.03.2019.

Банк России приказом от 07.11.2019 № ОД-2565 отозвал лицензию на осуществление банковских операций у ПАО АКБ БАНК «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК».

Решением арбитражного суда Чувашской республики от 28.02.2020 по делу № А79-14350/2019 АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) был признан банкротом.

Функции конкурсного управляющего АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» (ПАО) возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (с 29.02.2020.

Решением Московского районного суда города Чебоксары 11.05.2021 по делу №2-663/2023 по инициативе Агентства на основании договора поручительства с ФИО3 было взыскано 4.908.282.23 рублей (открыто исполнительное производства 105291/21/77005-ИП от 24.08.2021, 127023/22/77005-ИП от 02.09.2022 в настоящий момент прекращены по ст. ст. 46, ч. 1, п. 3 закона Об исполнительном производстве).

В рамках дела о банкротстве ООО «Продмир» №А40-132034/2020 Арбитражный суд города Москвы, по заявлению Агентства определением от 26.05.2021 признало требование Агентства в размере 28.499.608 рублей, 4.140 рублей, 16.923.815,99 рублей в третью очередь реестра требований  кредиторов  ООО  «ПродМир», в размере 28.000.000 рублей, 16.000.000 рублей, 4.000 рублей – в 3-ю очередь реестра кредиторов с очередностью удовлетворения после погашения основной задолженности и причитающихся процентов.

При этом согласно решению от 11.05.2021 Чебоксарского суда с ФИО3 уже была взыскана задолженность по Генеральному договору.

Таким образом, к 26.05.2021 Агентство знало о взыскании с ФИО3 денежных средств в рамках договора поручительства 11.05.2023, поскольку само инициировало и участвовало в судебном процессе в Чебоксарском суде.

В период с 24.04.2019 по 22.07.2019 ФИО2 занимала должность генерального директора должника.

При этом фактически исполнение обязанностей Генерального директора производилось с 24.04.2019 (дата внесения информации в ЕГРЮЛ) по 17.06.2019 года.

С 17.06.2019 ФИО2 находилась в отпуске, а с 29.06.2019 ФИО2 находилась на больничном (копии больничных листов представлены в дело).

Согласно Решению №03/19 от 13.06.2019, единственного участника ООО «Продмир», ФИО3, в связи с отпуском ФИО2, брала на себя исполнение обязанностей Генерального директора ООО «Продмир» с 17.06.2019 по 30.06.2019, копия Решения №03/19 от 13.06.2019 была представлена в материалы дела.

То есть, фактически ФИО2 занимала должность Генерального директора ООО «Продмир» менее двух месяцев, с 24.04.2019 по 17.06.2019.

Заявителем также не предоставлены доказательства того, что в период занятия ФИО2 должности генерального директора должника, операции по кредитной карте должника не были направлены на интересы Должника. При этом в материалах дела есть документы свидетельствующие об оплате с корпоративной карты технического обслуживания автотранспорта принадлежащего должнику, оплату авиабилетов и гостиниц, то есть оплаты обычных хозяйственных расходов должника, для которой и была предназначена корпоративная карта.

Указания заявителя на то, что в период, когда ФИО3 была генеральным директором на счета третьих лиц были перечислены денежные средства в размере 5.186.698,88 рублей были выведены денежные средства в виде выплаты заработной платы опровергаются материалами дела, а именно, что заработная плата сотрудникам за часть 2019 года, была начислена и выплачена (подтверждается сданной налоговой отчетностью с персонифицированными сведениями — автоматизированная копия декларации по страховым взносам за 2 квартал 2019 года). Таким образом, вывод заявителя, что под видом заработной платы выводились денежные средства не соответствуют имеющимся в деле документам.

При этом как указывает п. 19 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

При этом, согласно аудиторскому отчету, в 2019 году у должника имелась положительная динамика деятельности – получена прибыль в размере 14.507.000 рублей.

Таким образом, ФИО2, как руководитель, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая результаты 2018 года и текущую хозяйственную деятельность в 2019 году, имела все основания рассчитывать на погашение задолженности обычным порядком.

За время действия ФИО2 на должности Генерального директора у общества осуществлялась хозяйственная деятельность, при этом действия ФИО2 не были направлены на нанесения вреда и причинение убытков.

За период исполнения ФИО2 функций генерального директора должника, велась следующая деятельность:

- производилась оплата товаров и услуг,- оплата расходных материалов: аренды, производилась оплата контрагентам в том числе АО «ТД «Перекресток» и ООО «Агроторг», выплачивалась заработная плата сотрудникам, производилась оплата налогов и сборов, исполнялись обязательства по ранее заключенным договорам.

За период с 25.04.2019 по 16.06.2019 финансовые показания должника следующие: дебет – 13.407.860,10 рублей, кредит – 11.472.332,96 рублей, остаток денежных средств на 17.06.2019 – 1.935.527,14 рублей, сумма по уплате налогов составила 1.153.635,55 рублей; по счету ПАО «Сбербанк» (карточка на ФИО2 была оформлена и действовала с 15.05.2019 по 17.06.2019): за период с 15.05.2019 по 17.06.2019, дебет – 13.256.645,60 рублей, кредит - 9.757.461,46 рублей, остаток денежных средств на 17.06.2019 – 3.499.184,14 рублей.

То есть за время занятия должности Генерального директора ФИО2 должник полностью выплачивал налоги и заработную плату. Чистый доход должника составил 3.499.184,.14 рублей (согласно выписке по счету ПАО «Сбербанк»).

Таким образом у должника в период занятия должности ФИО2 отсутствовали какие-либо признаки объективного банкротства должника.

С учетом выводов в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2023 г., в части привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (ООО «ПродМир») суд установил:

ФИО4 стал генеральным директором ООО «ПродМир» 27.11.2019, следовательно, обязанность его по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «ПродМир» возникла не ранее 28.12.2019.

Как указал конкурсный управляющий, ООО «ПродМир» с 2020 перестало осуществлять финансово-хозяйственную деятельность; обороты по счетам отсутствовали; операции по счету в ПАО АКБ «Чувашкредитпромбанк» прекратились с 13.06.2019; операции по счету в Металлинвестбанке прекратились с 03.09.2019.

Также в правовой позиции заявитель определил размер ответственности ФИО4 в размере 60.782.084,21 рублей, в том числе:

- требования ООО «Восемь фруктов агротрейд» на сумму 913.133,20 рублей (определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2021, 26.05.2021 по делу № А40-132034/20, Решение Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2020 по делу № А40-313937/19, с учетом частичного погашения ООО «Чувашкредитпромбанк»),

- требования ООО «АстраСбыт» на сумму 875.641,08 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2021 по делу № А40-132034/20, Решение Арбитражного суда Астраханской области от 29.06.2020 по делу №А06-1507/2020),

- требование ИП ФИО10 на сумму 12.428.595 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 26.04.2021 по делу № А40-132034/20; Решение Арбитражного суда города Москва от 26.06.2020 по делу №А40-19359/2020),

- требование АО «Агроторг» на сумму 1.300.570,85 рублей (Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.05.2021 г. по делу № А40-132034/20, Решение Арбитражного суда города Москва от 26.06.2020 по делу №А40-265168/2020),

- требование АКБ «Чувашкредитпромбанк» на сумму 89.431.563,99 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2021 по делу № А40-132034/20),

- требование ИФНС на общую сумму 517.805,40 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2021 по делу № А40-132034/20),

- требование Сбербанк Лизинг на сумму 561.805,40 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 по делу № А40-132034/20),

- требование ТД «Перекресток» на сумму 2.060.487,46 рублей (Определение Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2021 по делу № А40-132034/20; Решение Арбитражного суда города Москва от 02.04.2021 по делу №А40-14131/2021),

- требование СПКК «Харабалинский фермер» на сумму 101.084,90 рублей в части уплаты процентов (Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2021 по делу № А40-132034/20, Решение Арбитражного суда города Москва от 08.04.2019 по делу №А40-29266/2019).

ФИО4, представил отзыв, в котором содержатся опровержения, основанные на  анализе каждого требования и судебных актов, приведенных в обоснование этих требований, из которых судом установлено следующее:

- требования ООО «Восемь фруктов агротрейд» возникли в результате произведенных поставок, которые были осуществлены кредитором по УПД в период с 04.03.2019 и по 11.05.2019 (Решение Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2020 по делу № А40-313937/19);

- требования ООО «АстраСбыт» о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты в сумме 101.015,93 рублей за период с 03.07.2019 по 16.02.2020 доказывают, что сделка, которая нанесла ущерб кредитору была совершена до 03.07.2019 (Решение Арбитражного суда Астраханской обл. от 29.06.2020 по делу №А06-1507/2020);

- требование ИП ФИО10 возникло из договора № 20182507-1 аренды земельного участка от 25.07.2018 (Решение Арбитражного суда города Москва от 26.06.2020 по делу №А40-19359/2020);

- требование АО «Агроторг» состоит во взыскании штрафа по договору поставки от 01.07.2016 № 01-6/8511 (Решение Арбитражного суда города Москва от 26.06.2020 по делу №А40-265168/2020);

- требование АКБ «Чувашкредитпромбанк» по генеральному договору №0022019/М/Ф от 27.03.2019 о реверсивном факторинге без регресса с АКБ «Чувашкредитпромбанк» (Определение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2021 по делу № А40-132034/20);

- требование Сбербанк Лизинг подтверждено договорами лизинга №ОВ/Ф-40807-03-01, ОВ/Ф-40807-04-01 от 01.06.2018, договорами купли-продажи №№ОВ/Ф-40807-03-01-С-01, №ОВ/Ф-40807-04-01-С-01 от 01.06.2018 (Определение Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2021 по делу № А40-132034/20);

- требование ТД «Перекресток» основано на взыскании задолженности по договору поставки №01-6/8511 от 01.07.2016, (Решение Арбитражного суда города Москва от 02.04.2021 по делу №А40-14131/2021);

- обязательства перед СПКК «Харабалинский фермер» существовали до даты принятия судебного решения - 08.04.2019 (Решение Арбитражного суда города Москва от 08.04.2019 по делу №А40-29266/2019).

Учитывая, то что обязательство перед кредитором возникает с даты совершения сделки, а не с даты принятия решения судом или вступления в законную силу решения суда о взыскании этого обязательства, судом отклоняются доводы заявителя по вышеуказанным требованиям по причине того, что эти обязательства перед кредиторами возникли до вступления ФИО4 в должность генерального директора, то есть до наступления периода, за который предусмотрена его ответственность за заключенные сделки (с 28.12.2019 до 18.01.2021). Следовательно, ФИО9 не мог заключать/одобрять данные сделки.

Вменяемая ФИО4 субсидиарная ответственность по требованиям ИФНС на общую сумму 517 805,40 руб. также подлежит отклонению по причине того, что, из представленных заявителем доказательств данного требования (Определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2021 по делу № А40-132034/20) суду невозможно установить обстоятельства и даты возникновения у ФИО4 обязанности по подаче заявления должника в суд, а также невозможно определить существенность данных сумм для должника и определить размер ответственности ФИО4, а именно: согласно указанного заявителем судебного акта, задолженность перед ИФНС возникла в соответствии с требованиями №№40068 от 07.08.2019, 50712 от 05.11.2019, 52738 от 03.12.2019, 810 от 09.01.2020, 33737 от 19.08.2020, 33872 от 26.08.2020, 34937 от 04.09.2020, 36259 от 18.09.2020, решениями о взыскании за счет денежных средств №№16886 от 03.09.2019, 2541 от 29.11.2019, 26566 от 31.12.2019, 1275 от 30.01.2020, 9137 от 12.10.2020, 9233 от 19.10.2020, 9837 от 30.10.2020, 11291 от 30.11.2020. Заявитель не представил суду доказательств, содержащих информацию о том, какие именно требования налогового органа и в какой сумме приходились на период нахождения ФИО4 в должности единоличного исполнительного органа должника (с 28.12.2019 до 18.01.2021). Необходимость установления данных обстоятельств указана в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2023 г. по делу № А40-132034/20-88-230 «Б».

Таким образом, суду не представлено ненадлежащих доказательств вины ФИО4 в образовании вышеуказанной кредиторской задолженности и возникновения дополнительных обязательств у ООО «ПродМир» в период со дня истечения месячного срока после вступления ФИО4 в должность генерального директора, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. Следовательно, оснований считать, что задолженность ООО «ПродМир» продолжала наращиваться после вступления ФИО4 в должность генерального директора у суда не имелось.

Таким образом, у должника в период занятия должности ФИО4 отсутствовали какие-либо признаки объективного банкротства должника.

Заявитель в своих доводах указал, что ФИО4, как контролирующее должника лицо, допустил бездействие, выразившееся в неисполнении обязанности по принятию мер по взысканию следующей дебиторской задолженности:

- не взыскивал задолженность с ООО «Агросфера» в размере 13.463.415,19 рублей;

- не взыскивал задолженность с ФИО8 в связи с необоснованным снятием и расходованием денежных средств с корпоративной карты;

- кроме того, ФИО4 не принял мер по взысканию задолженности с ФИО3 по необоснованному перечислению в ее адрес денежных средств, перечисленных ею же самой в идее возврата несуществующего займа. При этом конкурсный управляющий заявил об отсутствии у него документов, подтверждающих факт получения ООО «ПродМир» от ФИО3 займа и невозможности выяснения данной информации.

Данные доводы Заявителя подлежат отклонению по следующим основаниям:

Суд апелляционной инстанции освободил ФИО8 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника, как лицо непричастное к снятию денежных средств с корпоративной карты, принадлежащей ООО «ПродМир».

Таким образом, задолженности ФИО8 перед ООО «ПродМир» не существовало, следовательно, доводы заявителя, в части истребования задолженности с ФИО8 несостоятельны.

Согласно вышеизложенному, сумма предоставленных ФИО3 займов путем безналичных банковских переводов в 2018 составляет 104.475.000 рублей.

Следовательно, возврат займа ФИО3 происходил в условиях наличия взаимных представлений с ее стороны.

Таким образом, у ФИО4 оснований для истребования денежных средств с ФИО3 не имелось.

Решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-238894/21-47-1830 от 30.09.2022 в иске к ООО «Агросфера» конкурсному управляющему отказано, по причине того, что полученный ООО «Агросфера» товар был им возвращен по возвратным УПД, на общую сумму 13.264.511,12 рублей, а оставшаяся задолженность в сумме 261.117,.44 рублей (подтвержденная двусторонним актом сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2012 по 01.04.2019) оплачена в ходе рассмотрения дела.

Следовательно, оснований к взысканию с ООО «Агросфера» 13.264.511,12 рублей не имелось.

Таким образом, судом установлено, что все вышеуказанные Заявителем задолженности были образованы задолго до вступления ФИО4 в должность генерального директора, следовательно, ФИО4, не совершал сделок заведомо невыгодных для должника и не мог являться потенциальным их выгодоприобретателем (доказательств иного материалы дела не содержат), т.е. ФИО4 не реализовывал свои полномочия в совершении действий, существенно ухудшивших финансовое положение должника, что повлекло в последующем доведение должника до банкротства.

Позиция Верховного Суда РФ в Определении ВС РФ от 10 ноября 2021 года № 305-ЭС19-14439 (3-8) состоит в том, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, что ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее – критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).».

ФИО4 лично не заключал невыгодных сделок, в каких, либо противоправных махинациях не участвовал, систему по выводу активов не создавал, потенциальным выгодоприобретателем от сделок не являлся (доказательств иного в материалах дела не содержится).

Материалы дела не содержат доказательств того, что погашение требований кредиторов ООО «ПродМир» невозможно вследствие действий и (или) бездействия ФИО4, а, следовательно, оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, определенных п.1 и ч.1, п. 2, ст.61.11 Закона о банкротстве, не имеется.

Доводы конкурсного управляющего со ссылкой на ч. 2 и ч. 4, п. 2, ст. 61.11 Закона о банкротстве на то, что ФИО4 не были переданы какие-либо документы, в результате чего невозможно было установить конкурсную массу, подлежат отклонению по следующим основаниям:

Бухгалтерская документация вместе с бухгалтерской базой учета, которые позволяли установить все обстоятельства для комплексного формирования конкурсной массы, были переданы ФИО4 конкурсному управляющему по Акту приема передачи от 29.06.2021 в количестве 16 коробок.

Никаких дополнительных запросов конкурсный управляющий в адрес ФИО4 не направлял и через суд не истребовал (доказательств иного суду не представлено).

Согласно правовой позиций, изложенной в Определении ВС РФ от 13 октября 2017 г. № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию (непередача документов и имущества должника), управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Заявителем заявлено, что во время работы ФИО4 в должности генерального директора ООО «ПродМир» по его вине у должника было похищено следующее имущество: сортировочный стол стоимостью 100.000 рублей; клипсаторы для упаковки овощей и фруктов в количестве 4-х штук на сумму около 100.000 рублей; горячий стол для упаковки в количестве 3-х штук на сумму около 100.000 рублей. Стоимость данного имущества является несущественной по отношению к чистым активам должника, его валюте баланса и общей сумме требований кредиторов ООО «ПродМир, а, следовательно, не может являться причиной объективного банкротства ООО «ПродМир».

Доводы Заявителя в отношении электропогрузчика KAMATSU FB15M-12, принадлежащего на праве собственности ООО «Коману СНГ», подлежат отклонению, ввиду того, что данное имущество не относится к активам должника и не может быть включено в его конкурсную массу.

Прочая информация, определенная постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2023, о том, какая именно документация не позволяла или препятствовала формированию конкурсной массы в материалы дела Заявителем не представлена.

Ответчик заявил, что данное имущество никем не похищалось, а было временно вывезено арендодателем ИП ФИО10 на временное хранение. Позднее было установлено, что арендодатель готов был передать данное имущество конкурсному управляющему должника, о чем истец был уведомлен. 

Суд, исследовав доводы заявителя и ФИО4, посчитал недоказанными факты принадлежности должнику права собственности на указанное оборудование, ввиду отсутствия в материалах дела расшифровки основных средств должника на дату подачи заявления о признания его банкротом.

Запрос выписок из банков, запрос сведений из ФНС, ФСС, Росреестра, фонда социального страхования и т.п.; получение информации из открытых источников, таких как: картотека арбитражных дел или выписка из ЕГРЮЛ, в любом случае должны производится конкурсным управляющим самостоятельно.

Фактов наличия недостоверных сведений в ЕГРЮЛ судом не установлено. Следовательно, оснований, предусмотренных ч.5, п. 2, ст.61.11 Закона о банкротстве не имеется.

На основании вышеизложенного и учитывая постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21 декабря 2017 г.: привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При этом суд отмечает, что заявитель неоднократно указывал иные даты наступления даты объективного банкротства должника, а именно: конкурсный управляющий ФИО1 утверждала в своих документах следующее:

- Признаки неплатежеспособности сформировались уже на 01.01.2018 (Пояснение конкурсного управляющего на апелляционные жалобы)»;

- «ФИО8 - должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «ПродМир» не позднее 31.08.2017 (Пояснение конкурсного управляющего на апелляционные жалобы)»;

- «Задолженность образовалась в период с августа 2018 года по   18.01.2021»:

- «Признаки неплатежеспособности сформировались уже на 01.01.2018».

То есть, ранее конкурсный управляющий ФИО1 не установив точную дату объективного банкротства неоднократно и последовательно утверждала, что признаки неплатежеспособности образовались в период с 31.08.2017 по 01.01.2018.

При этом указанные даты противоречат выводам о том,  в 2018 году должник не имел признаков банкротства и, соответственно, на этом основании освободил от субсидиарной ответственности ФИО8

Согласно аудиторскому отчету о наличии или отсутствия заведомо убыточной деятельности ООО «ПродМир» за период с 2018 по 2019 должник в 2018 году имел следующие показатели:

- чистые активы превышали уставный капитал, при этом за 2018 наблюдалось увеличение чистых активов;

- коэффициент текущей (общей) ликвидности полностью соответствует нормальному значению;

- коэффициент быстрой (промежуточной) ликвидности полностью соответствует нормальному значению;

- положительная динамика собственного капитала относительно общего изменения активов организации;

- чистая прибыль за год составила 3.469.000 рублей (больше на 2.663.000 рублей по сравнению с аналогичным периодом прошлого года).

«Основываясь на исследованных материалах дела №А40-132034/2020 (в состав которого входят финансовые документы, материалы представленные налоговым органом, сторонами дела и прочее), а также открытых источников, можно объективно утверждать о том, что ООО «ПродМир» в период с 01.01.2018 по 31.12.2018 вело обычную хозяйственную деятельность с учетом особенностей основного вида деятельности (торговля оптовая фруктами и овощами) и связанной с этим сезонности, в указанный период не имело признаков банкротства   и предпосылок банкротства в следующем периоде».

Утверждения о наличии даты объективного банкротства в указанный период несостоятельна и финансовым анализом не подтверждено.

При этом, заключение договоров факторинга (финансирования по уступку денежного требования), особенностей оптовой торговли фруктами и овощами, которые характеризуются двумя основными факторами, связанными с возможностью возникновения кассовых разрывов а именно:

- фактора сезонности;

- отсрочки в оплате поставленного товара от 90 до 120 дней, со стороны крупных сетевых покупателей. Свидетельствует о том, что банковская организация оценивает клиента как вполне успешного, платежеспособного и ведущего нормальную хозяйственную деятельность.

С учетом того, что в дело конкурсным управляющим ФИО1 не представлено документов, которые могут определить дату предполагаемого банкротства должника (финансовых расчетов, анализа финансового состояния должника). При этом дату объективного банкротства конкурсный управляющий ФИО1 произвольно определяет на 08.04.2019 года (при этом связывает его с долгом перед кредитором, который мог быть покрыт должником, исходя из данных аудиторского отчета) у суда нет оснований не доверять аудиторскому отчету, который утверждает, что в период в 2018 и 2019 год у должника отсутствуют признаки объективного банкротства.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя, участника должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

Доказательства наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями ответчика в дело не представлены.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и отмечает следующее.

Конкурсный управляющий указывает, что суд не исследовал вопрос наступления объективного банкротства ООО «Продмир», что не соответствует действительности по следующим основаниям.

Кассационный суд указал, что необходимо определить точную дату возникновения банкротства исключительно для определения обязанности по подачи заявления о банкротстве должника у каждого из бывших руководителей.

Суд первой инстанции, выполнил указание кассационной инстанции, исследовав все материалы дела и точно установив, что в период, когда контролирующими должника лицами были ФИО2, ФИО3, ФИО4, обстоятельств перечисленных в п. 1 стать 9 Закона о банкротстве не было, объективного банкротства не наступило и, соответственно, обязанности по подачи заявления о банкротстве не имелось.

Суд первой инстанции установил, что оснований для подачи заявления о банкротстве не имелось, поскольку в 2018-2019 годах велась нормально хозяйственная деятельность Общества.

При этом, если банкротство должника вызвано объективно сложившейся негативной экономической конъюнктурой ведения предпринимательской деятельности и не зависит напрямую от действий контролирующих должника лиц, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют (Определение Верховного суда РФ от 29.09.2015 года N 301-ЭС15-12865).

Указание конкурсного управляющего на то, что бухгалтерская отчетность за 2019 год Обществом в налоговый орган не представлена не соответствует действительности.

В ответе на запрос о предоставлении информации конкурсной управляющей, из ИФНС №22 по г. Москве был направлен ответ №23-24/001306-дсп от 26.04.2021, согласно которому ИФНС №22 по г. Москве были направлены конкурсной управляющей следующие документы:

-Расчет по страховым взносам за 3 месяца 2017 года, 2018 год, 6 месяцев 2019 года;

-декларация по НДС за 1-4 квартал 2018 года и 2-3 квартал 2019 года;

-декларация по налогу на прибыль за 2018 год и за 9 месяцев 2019 года; -декларацию по налогу на имущество за 2018 год;

-сведения о среднесписочной численности за 2018-2019гг.

Также 09 марта 2021 года было подано Заявление о включении в реестр кредиторов от ИФНС №22 по г. Москве   от 02.03.2021.

Заявление было рассмотрено судом 22 сентября 2021 года. К Заявлению    приложена следующая налоговая отчетность должника за 2019 год:

-приложение №6 — автоматизированная копия декларации НДФЛ от 29.10.2019г. За 3 квартал 2019 года;

-приложение №7 - Налоговая декларация по НДС от 25.10.2019г.;

-приложение №8 - Расчет по страховым взносам от 25.07.2019г.

Таким образом Общество, сдавало налоговую и иную отчетность, в том числе за часть 2019 года. Т.е. утверждения конкурсной управляющей, что «Бухгалтерская отчетность за 2019 г и 2020 г Должником не представлена» не соответствует действительности, и опровергается материалами дела.

Конкурсный управляющий указывает, что при проведении Анализа финансового состояния ООО «Продмир» в процедуре наблюдения были рассчитаны коэффициенты, характеризующие платежеспособность и финансовую устойчивость Должника и выявлено, что такие коэффициенты у ООО «Продмир» ниже нормативно установленных.

При этом, согласно финансовому анализу, в 2019 году у должника имелась положительная динамика деятельности - получена прибыль в размере 14 507 тыс. руб.

Согласно финансовому анализу ООО "АБФ "ЛИТ-АУДИТ" о наличии или отсутствия заведомо убыточной деятельности ООО «ПродМир» за 2018-2019г.г должник в 2018 году имел следующие показатели:

•чистые активы превышали уставный капитал, при этом за 2018 наблюдалось увеличение чистых активов;

•коэффициент текущей (общей) ликвидности полностью соответствует  нормальному значению;

•коэффициент быстрой (промежуточной) ликвидности полностью соответствует нормальному значению;

•положительная   динамика   собственного   капитала   относительно   общего   изменения активов организации;

•    чистая  прибыль за год  составила 3 469 тыс.  руб.   (+2 663  тыс.  руб.   по  сравнению  с аналогичным периодом прошлого года).

Таким образом, ООО «Продмир» осуществляло нормальную хозяйственную деятельность и не имело признаков объективного банкротства.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Конкурсный управляющий указывает, что судом первой инстанции применены недопустимые доказательства, ссылаясь при этом на то, что финансовый анализ ООО "АБФ "ЛИТ-АУДИТ" составленный ООО «АБФ-Аудит» не может быть принят судом. При этом ссылается на то, что единственным документом, который регламентирует проведение арбитражным управляющим финансового анализа, являются Правила проведения финансового анализа утвержденного Постановлением Правительства РФ от 25 июня 2003 г. N 367. При этом тот факт, что финансовый анализ как документ исходит от конкурсного управляющего, не может заведомо означать достоверность, полноту, достаточность документа.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ). Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (часть 5 статьи 71 АПК РФ).

В финансовом анализе конкурсного управляющего содержится вывод о том, что «...В последнем отчетном периоде за 2019 году, организация не осуществляла основного вида деятельности, в то время как в предыдущем периоде за 2018 г. норма прибыли составила 1,945%.» (стр 25, абз. 2 снизу Анализа финансового состояния, Раздел 3 Заключение).

При этом данный вывод полностью противоречит документам которые были переданы конкурсному управляющему, а именно:

-расчет по страховым взносам за 6 месяцев 2019 года;

-декларация по НДС за   2-3 квартал 2019 года;

-декларация по налогу на прибыль за 9 месяцев 2019 года; 

- декларация по налогу на имущество за 2018 год;

-сведения о среднесписочной численности за 2018-2019гг.

-выписка по банковскому счету Общества в АКБ "ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК" ПАО за период 6 месяцев 2019 года;

-выписка по банковскому счету Общества в ПАО "СБЕРБАНК" за период 2019 года;

-выписка по банковскому счету Общества в ПАО "АКБ МЕТАЛЛИНВЕСТБАНК" за период 2019 года.

Указанные выше документы свидетельствуют, что в 2019 году Общество осуществляло основной вид деятельности, платило налоги, страховые взносы, и вывод конкурсного управляющего о деятельности Общества в 2019 году не соответствует действительности.

Действия ФИО3 и ФИО2 по перечислению денежных средств на личный счет ФИО3 в виде возврата займа по договорам, не может быть признан неразумным и недобросовестным, на чем настаивает апеллянт.

Судом первой инстанции верно установлено, что выплата денежных средств по займам происходила согласно условиям договоров займа, не нарушала права других лиц, и, согласно имеющимся в материалах дела данным, была неполной.

Суд, изучив представленные материалы дела, верно указал в своем определении, что признаков обогащения ФИО3 за счет возврата заемных средств по договорам займа отсутствуют.

При этом анализ счетов, на основании которого делается вывод, что денежные средства на хозяйственную деятельность Должника конкурсным управляющим в дело не представлен, и не выполнен. Конкурсный управляющий не определила за счет каких денежных средств в 2018 году резко увеличилась динамика изменения чистых активов Общества, а также за счет каких средств Общество резко увеличило объем своей деятельности во второй половине 2018 года. 

Таким образом, денежные средства, полученные ФИО3, значительно меньше денежных средств инвестированных ФИО3 в ООО «Продмир» по договорам займа. 

Наличие недостоверных сведений в ЕГРЮЛ на 15.01.2020 года не может являться основанием для субсидиарной ответственности, поскольку наличие недостоверной информации никаким образом не повлияло на проведение процедуры банкротства.

При этом, суд учитывает позицию ответчиков о том, что отзыв лицензии у АКБ «ЧУВАШКРЕДИТПРОМБАНК» привел к следующим негативным последствиям: невозможность закупать продукцию при отсутствии кредитной линии, а, следовательно, невозможность и выполнения обязательств перед тортовыми сетями; требование о единовременном полном погашении тела долга и процентов по кредитной линии (№2-5637/2020 в Московском районному суде города Чебоксары); поскольку кредитная линия была обеспечена личным поручительством ФИО12, то взыскание тела долга и процентов по кредитной линии (дело №2-2929/20 в Московском районному суде города Чебоксары).

В отношении выводов суда первой инстанции о ФИО4, суд апелляционной инстанции также полагает необходимым отметить, что заявитель не представил в материалы дела информацию о том, отсутствие какой именно документации не позволило или препятствовало формированию конкурсной массы и насколько существенна данная информация. Проверка данного обстоятельства указана Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.07.2023 г.

Заявитель сообщает, что никаких документов, кроме уставных и печати ФИО4 конкурсному управляющему не передавалось и доказательств обратного не имеется. 

Однако, в составе мотивированной апелляционной жалобы ФИО4 от 11.11.2023г. и повторно в составе отзыва ФИО13 от 12.10.2023 г. ФИО4 в материалы дела была представлена заверенная копия Акта приема-передачи документов от 29.06.2021г., подписанного конкурсным управляющим, в п. 8 которого указано, что конкурсному управляющему были переданы: бухгалтерская база и бухгалтерские документы в количестве 16 коробок.

Никакими доказательствами, о которых упомянул заявитель в апелляционной жалобе, факт наличия акта приема передачи 16 коробок документов и бухгалтерской базы не опровергается, а само утверждение заявителя подлежит отклонению.

Вопрос о передаче документов конкурсному управляющему и наличия у последнего необходимых документов для формирования конкурсной массы судом первой инстанции изучен и отражен в мотивированной части обжалуемого определения.

Заявитель также указывает, что, якобы, не было известно о сотрудниках, которые работали в штате Должника, и что он не мог установить, сотрудникам или не сотрудникам были выплачены 14,498 млн. рублей в качестве заработной платы (абз.4 стр. 10 Апелляционной жалобы). При этом конкурсный управляющий в своей уже Апелляционной жалобе сообщает, что им были получены из ФНС сведения по форме 2-НДФЛ; доходы физических лиц; расчет по страховым взносам в ФСС; сведения о среднесписочной численности за 2018 – 2019 гг. и т.п. (абз.4 стр. 11 Апелляционной жалобы Конкурсного управляющего на оспариваемое Определение).

При этом Заявитель сделал выводы о том, что сотрудники ООО «Продмир» таковыми не являются, и назвал их третьими лицами только на основе того, что по ним не были уплачены страховые взносы. Между тем, истцом не проведен анализ наличия переплат на даты выплат, и вопрос правильности страховых выплат в настоящем деле не рассматривается и не имеет отношения к погашению требований кредиторов.

В соответствии с п.15 Постановления № 53 от 21.12.2017 г, если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие – со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно.

Таким образом, для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основаниям ст. 61.12 Закона о банкротстве в предмет доказывания заявителем входит доказывание следующих обстоятельств:

1) дата возникновения у должника обязанности по подаче заявления о банкротстве;

2) размер неисполненных обязательств перед кредиторами, возникших после указанной даты.

Таким образом, Заявитель не установил размер ответственности ФИО4 за неисполнение обязанности по подаче заявления должника о несостоятельности в арбитражный суд.

Суд апелляционной инстанции считает, что иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.01.2024 по делу №А40-132034/20 оставить без изменения, а апелляционные жалобы кредитора ООО «Восемьфруктов Агротрейд», конкурсного управляющего должника ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:  О.И. Шведко 

 С.Н. Веретенникова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.