АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело № А38-5419/2021

г. Йошкар-Ола

24» августа 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 7 августа 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 24 августа 2023 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл 

в лице судьи Баженовой А.Н.

при ведении протокола и аудиозаписи заседания секретарём ФИО1 

рассмотрел в открытом судебном заседании дело 

по иску акционерного общества «Лигон-Центр»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании убытков и упущенной выгоды

третье лицо ФИО2

с участием представителей:

от истца – ФИО3 по доверенности, 

от ответчика – ФИО4 по доверенности,

от третьего лица – ФИО5 по доверенности

УСТАНОВИЛ:

Истец, акционерное общество «Лигон-Центр», обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с уточненным по правилам статьи 49 АПК РФ исковым заявлением к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии», о взыскании убытков в сумме 353 963 руб., упущенной выгоды в размере 30 000 руб. и 10 000 руб. расходов за техническое обследование.

В исковом заявлении и в дополнениях к нему изложены доводы о том, что ответчик на основании договоров аренды от 01.10.2019 и 01.09.2020 пользовался нежилыми помещениями общей площадью 358,1 кв.м. по адресу: 

<

...>, с нарушением условий договоров. 

Как указано истцом, факт передачи им помещений арендатору в надлежащем состоянии подтверждается актами приема-передачи и планами помещения от 01.10.2019 и 01.09.2020, в соответствии с которыми акционерное общество передало объект аренды без повреждений. 02.11.2020 арендатором было направлено уведомление о досрочном расторжении договора с 30.01.2021. Однако помещения возвращены с существенными недостатками, требующими восстановительного ремонта, о чем 01.02.2021 был составлен акт совместного обследования и проведена видеосъемка. Кроме того ответчиком выполнена перепланировка помещений, а именно, демонтированы перегородки в позициях 20 и 21, поз. 19, в поз. 22 2-го этажа демонтированы выводы воды и канализации. Тем самым собственнику причинен ущерб в сумме 353 963 руб., размер которого определен ООО «Экспертиза» в ходе исследования, оформленного техническим заключением от 08.06.2021 и дополнением к нему с учетом цен на второй квартал 2023 года.

По утверждению участника дела, в связи с ненадлежащим состоянием возвращенных помещений истец по вине ответчика был лишен возможности распоряжаться принадлежащим ему имуществом в период с 1 февраля по 30 июня 2021 года и извлекать выгоду из такого пользования. Поэтому истцом определена упущенная выгода за указанный период в размере 30 000 рублей.

Требования арендодателя обоснованы ссылками на статьи 15, 622, 1064, 1072, 1079 ГК РФ (т.1 л.д. 3-6, т.2 л.д. 60, т.3 л.д. 99-100, т.6 л.д. 118-119, т.7 л.д. 6-8).

Истец в судебном заседании поддержал требования в уточненном размере, заявил о доказанности причинения ему убытков вследствие возврата ответчиком имущества с существенными недостатками и незаконности уклонения арендатора от их добровольного возмещения (протокол и аудиозапись судебного заседания). 

Ответчик в отзыве на иск, дополнениях к нему и судебном заседании подтвердил факт заключения договоров аренды нежилых помещений, однако требования истца не признал, за исключением недостатка по замене плафона в позиции 16. Участник спора указал, что при возврате истцу объекта аренды нежилые помещения были детально осмотрены сторонами, результаты осмотра с выявленными недостатками отражены в акте приема-передачи от 1.02.2021, в котором указано, что техническое состояние позволяло использовать помещения по назначению. При этом со стороны арендодателя не поступало претензий о том, что нежилые помещения непригодны для дальнейшего использования. Таким образом, обязательства арендатора по возврату акционерному обществу объекта аренды были исполнены надлежащим образом, доступ к помещениям у арендатора был прекращен, ключи преданы истцу, соответственно договор аренды от 01.09.2020 прекратил своё действие 01.02.2021.

По мнению ответчика, возвращенные нежилые помещения находились в состоянии нормального износа, который возникает при его естественном, обычном использовании в течение определенного договором срока, что было учтено сторонами в пункте 2.2.13 договора аренды.

Общество отметило, что о проведении арендодателем 02.02.2021 дополнительного обследования помещения арендатор не извещался, при повторном обследовании не присутствовал, соответственно был лишен права на высказывание своих замечаний. Считает, что составленный истцом в отсутствие ответчика повторный акт обследования нежилых помещений противоречит условиям договора и нормам действующего законодательства.

Ответчик оспаривал указанные в заключении ООО «Экспертиза» от 08.06.2021 недостатки, поскольку они выявлены по истечении продолжительного времени после сдачи арендатором помещений и являются следствием жизнедеятельности арендатора. По его утверждению, действий по переносу межкомнатных перегородок в помещениях не осуществлял, при передаче объекта в аренду перегородок не имелось.

По мнению участника спора, он действовал добросовестно и принял меры для обеспечения сохранности имущества. При таких обстоятельствах ответчик просил отказать в удовлетворении иска (т.2 л.д. 67-70, 113-115, прокол и аудиозапись судебного заседания).

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО2 в отзыве на исковое заявление требования истца не признал. Участник спора указал, что переданные обществу «Цифровые технологии» по договору аренды помещения были бывшими в употреблении и имели износ.

По утверждению третьего лица, в связи с прекращением договора аренды сторонами 01.02.2021 подписан акт приема-передачи нежилого помещения, в котором было указано на возможность использования объекта аренды в соответствии с его назначением и перечислены выявленные недостатки с учетом износа. 

Участник спора отметил, что актами приема-передачи от 01.09.2020 и от 01.02.2021 зафиксировано полное описание спорных нежилых помещений, переданных по договору аренды, и их отличия сводятся лишь к эксплуатационному (нормальному) износу помещений, за исключением двух плафонов (поз. 16 и 18).

С учетом изложенного, третье лицо просило отказать в удовлетворении требований истца (т.4, л.д. 17-19, протокол судебного заседания).

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и свидетелей арбитражный суд считает необходимым удовлетворить иск частично по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 1 октября 2019 года акционерным обществом «Лигон-Центр» (арендодателем) и обществом с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии» (арендатором) был заключен в письменной форме договор аренды нежилого помещения, по условиям которого арендодатель обязался предоставить арендатору за плату нежилые помещения обшей площадью 358,1 кв.м. во встроенном помещении V, литер А, позиции 7, 8 первого этажа, позиции № 1-11, 15, 15а, 16, 16а, 17, 17а, 18, 19, 19а, 20-24 второго этажа, расположенные по адресу: 

<

...> (пункты 1.1, 1.2). Арендатор обязался вносить арендную плату в порядке и размере, предусмотренных разделом 3 договора (т.1 л.д. 9-18). Срок действия договора определен с 1.10.2019 по 31.08.2020 (пункт 5.1).

В последующем 1 сентября 2020 года стороны подписали договор аренды тех же помещений на схожих условиях со сроком аренды по 12.08.2021 (т.1 л.д. 19-28). Арендная плата определена в размере 137 871 руб. в месяц.

Заключенные сторонами соглашения по их существенным условиям являются договорами аренды, по которым в соответствии со статьей 606 ГК РФ арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Согласно Информационному письму Президиума ВАС РФ от 01.06.2000 № 53 «О государственной регистрации договоров аренды нежилых помещений» к договорам аренды нежилых помещений должны применяться правила о договоре аренды здания.

Договоры оформлены путем составления одного документа с приложениями, являющимися их неотъемлемыми частями, от имени сторон подписаны руководителями сторон (от истца - ФИО6, от ответчика - ФИО2), чем соблюден пункт 2 статьи 434 ГК РФ.

Договор аренды от 01.09.2020 заключен на срок менее года с последующей пролонгацией (пункт 5.1). По смыслу пункта 2 статьи 651 ГК РФ договор краткосрочной аренды не нуждается в обязательной государственной регистрации, поэтому соглашения вступили в юридическую силу и как консенсуальные сделки стали обязательными для сторон со дня их подписания (пункт 1 статьи 433, пункт 1 статьи 651 ГК РФ).

В ходе судебного разбирательства ФИО2, прежним директором ООО «Цифровые технологии», заявлено о фальсификации приложения № 1 к договору аренды нежилого помещения от 1.09.2020 (т.6 л.д. 68-69). Третьим лицом указано, что подпись в документе ему не принадлежит, приложение подписано неизвестным лицом.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в арбитражный суд с письменным заявлением о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле.

Арбитражным судом по ходатайству третьего лица была назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФБУ Чувашская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции РФ ФИО7. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 

- Кем, ФИО2 или другим лицом выполнены подписи со стороны арендатора в приложениях № 1 к договору аренды нежилого помещения от 1.09.2020?

- Выполнены ли подписи и запись «ФИО2» в приложениях № 1 к договору аренды нежилого помещения от 1.09.2020 одним лицом от имени ФИО2?

В результате исследований представленных материалов и объектов экспертизы эксперт пришел к следующим выводам:

1. Подписи от имени ФИО2, расположенные в двух экземплярах приложения № 1 к договору аренды нежилого помещения от 01.09.2020:

- в графе «Арендатор Директор», перед записью «ФИО2 1.09.2020»,

- в графе «Арендатор Директор» 

выполнены самим ФИО2.

2. Установить, выполнены ли одним лицом запись «ФИО2», расположенная в одном экземпляре приложения № 1 к договору аренды нежилогопомещения от 01.09.2020, в графе «Арендатор Директор», и подписи от имениФИО2, расположенные в двух экземплярах приложения № 1 к договору аренды нежилого помещения от 01.09.2020, в графе «Арендатор Директор», перед записью «ФИО2 1.09.2020» и в графе «Арендатор Директор», не представилось возможным по причинам, изложенные в исследовательской части заключения.

По результатам исследований ФИО7 подготовлено экспертное заключение от 19.05.2023 № 00955/2-3-23 (т.6 л.д. 142-149).

Принимая во внимание заключение эксперта, арбитражный суд приходит к выводу, что заявление третьего лица о фальсификации доказательств является необоснованным, поэтому подлежит отклонению.

Таким образом, договоры аренды соответствуют требованиям гражданского законодательства о предмете, форме и цене, являются заключенными и признаются законными. О недействительности договоров стороны в судебном порядке не заявляли.

Правоотношения участников сделки регулируются гражданско-правовыми нормами об аренде здания, содержащимися в статьях 650 - 655 ГК РФ, а также общими правилами об аренде (глава 34 ГК РФ). Из договора в силу пункта 2 статьи 307 ГК РФ возникли взаимные обязательства сторон. При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 ГК РФ).

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 655 ГК РФ передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Обязательство арендодателя передать здание арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение и пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Истец как арендодатель обязательство по передаче помещений в аренду ответчику исполнил надлежащим образом, что подтверждается актами приема-передачи нежилых помещений от 01.10.2019 и 01.09.2020 к соответствующим договорам (т.1 л.д. 13-17, 23-27).

2 ноября 2020 года арендатор, ООО «Цифровые технологии», уведомил арендодателя о намерении досрочно расторгнуть договор аренды с 30 января 2021 года (т.1 л.д. 29).

1 февраля 2021 года по акту приема-передачи объект аренды возвращен арендодателю с указанием технического состояния каждого помещения и приложением видеосъёмки осмотра с участием сторон (т.1 л.д. 30-34).

24 марта 2021 года истец заключил с ООО «Экспертиза» договор на оказание услуг по проведении технического обследования нежилых (офисных) площадей во встроенном помещении V, литер А, позиции 7, 8 1-го этажа, позиции № 1-11, 15, 15а, 16, 16а, 17, 17а, 18, 19, 19а, 20-24 2-го этажа обшей площадью 358,1 кв.м., расположенном по адресу: 

<

...> (т.2 л.д. 3-8). По результатам осмотра помещений специалистом ООО «Экспертиза» ФИО8 составлено техническое заключение от 08.06.2021 с расчетом стоимости устранения недостатков. Специалист пришел к выводу, что выявленные дефекты являются следствием жизнедеятельности арендатор, не естественным износом, и определил размер ущерба в сумме 234 877 руб. (т.1 л.д. 46-152). 

Истец оплатил услуги ООО «Экспертиза» платежным поручением от 16.06.2021 № 73 на сумму 10 000 руб.

В связи с изменением тарифных ставок оплаты труда рабочих, стоимости аренды строительных машин и механизмов, цены материалов специалист составил расчет стоимости ремонтных работ по состоянию на 2 квартал 2023 года на сумму 353 963 руб. (т.7 л.д. 13-69).

Полагая, что состояние нежилых помещений на момент возврата арендодателю не отвечает признакам естественного износа, собственник обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с арендатора убытков в размере 353 963 руб.

Пунктом 2.2.13 договоров аренды предусмотрено, что по истечении срока действия договора, либо в случае его досрочного расторжения арендатор обязан возвратить арендодателю по передаточному акту арендуемую площадь в течение 3-х дней в том состоянии, в котором они были переданы с учетом нормального износа.

Между участниками дела возникли разногласия об объеме выявленных недостатков в арендованных помещениях и стоимости их устранения. По утверждению истца, из акта приема-передачи от 01.02.2021 следует, что имущество возвращено с существенными недостатками, в частности, демонтированы перегородки между помещениями, повреждено лакокрасочное покрытие полов, имеются отверстия от креплений на стенах. При этом арендодатель пояснил, что не предъявляет претензии по недостаткам, возникшим вследствие затопления помещений. Ответчик, напротив, настаивал на естественном износе объекта аренды. 

Для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле (статья 82 АПК РФ).

Арбитражным судом по ходатайству ответчика была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Главное экспертное бюро» ФИО9. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 

1. Имеются ли повреждения и дефекты на отделочных покрытиях в нежилых помещениях: позиции 1-11, 15-19, 22, 23, 24, расположенных на втором этаже здания Литер А по адресу: РМЭ, 

<

...>, на момент их возврата по акту приема-передачи от 1.02.2021?

2. Являются ли выявленные на момент возврата по акту передачи от 01.02.2021 на отделочных покрытиях в нежилых помещениях дефекты (за исключением дефектов, возникших в результате подтопления) следствием естественного (нормального) физического износа? Если нет, то к какому виду износа они относятся?

3. Имеются ли в указанных нежилых помещениях на момент их возврата по акту от 1.02.2021 дефекты, не связанные с естественным нормальным износом и следами затопления на отделочных покрытия? Если да, то в каких помещениях и какова их площадь?

4. Какова стоимость устранения выявленных судебным экспертом дефектов, которые возникли не в результате естественного (нормального) износа и затопления нежилого помещения на момент возврата помещения по акту от 1.02.2021?

5. С учетом ответов на 1-3 вопросы, каким образом указанные дефекты в возвращенном истцу по акту приема-передачи от 1.02.2021 нежилом помещении, исходя из его технического состояния, могли повлиять на его дальнейшее использование в соответствии с его функциональным назначением?

В результате исследований представленных материалов и объекта экспертизы ФИО9 пришла к следующим выводам:

1. Установлено наличие повреждений и дефектов на отделочных покрытиях в нежилых помещениях: позиции 1-11, 15-19, 22,23, 24, расположенных на втором этаже здания Литер А по адресу: РМЭ, 

<

...>, на момент их возврата по акту приема-передачи от 1.02.2021:

в помещении поз. 1:

- имеются следы затопления на поверхностях стен и колон в виде разводов желто-коричневого цвета и отслоения краски;

- потертости и затемнения, скотч, сколы краски на поверхности стены с дверным проемом, на правой и левой стене от дверного проема;

в помещении поз. 2:

- имеется пятно на поверхности стены слева от дверного проема в помещение поз. 1;

- затемнения и сколы краски на поверхности стен справа от дверного проема в помещение поз. 3 и на стене с дверными проемами в помещения поз. 10 и поз. 11;

в помещении поз. 4:

- следы потертостей на стене слева от входа в помещение;

- затемнения, наличие отверстий на поверхностях стен, 

в помещении поз. 10 имеются многочисленные сухие следы затопления в виде разводов желто-коричневого цвета на поверхности стен и потолочных плиток,

в помещении поз. 11 имеются многочисленные сухие следы затопления в виде разводов желто-коричневого цвета на потолочных плитках и стенах, отслоение обоев от стен,

в помещении поз. 15:

- потертости лакокрасочного покрытия пола;

- следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах,

в помещении поз. 17:

- потертости лакокрасочного покрытия пола;

- следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах,

в помещении поз. 18 имеются повреждения отделочного покрытия на колонне в виде сколов краски и вмятин покрытия,

в помещении поз. 19:

- потертости лакокрасочного покрытия пола;

- следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах,

в помещении поз. 22:

- потертости лакокрасочного покрытия пола;

- сухие следы от затопления в виде разводов желто-коричневого цвета на поверхности стены;

- следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах.

2. Возникновение потертостей лакокрасочного покрытия пола в помещениях поз. 15, 17, 19, 22 на момент их возврата по акту приема-передачи от 01.02.2021 является следствием естественного (нормального) физического износа пола.

Возникновение дефектов (повреждений) отделочных покрытий стен, таких как потертости, затемнения, наличие скотча на стенах, сколы краски и отверстия в стенах относятся к механическим повреждениям, возникшим во время эксплуатации.

Установлено наличие следующих повреждений (дефектов) отделочных покрытий стен в нежилых помещениях позиции 1-11, 15-19, 22, 23, 24 на момент их возврата по акту приема-передачи от 01.02.2021, не связанных с естественным (нормальным) износом и не связанных с затоплением:

помещение поз. 1 - имеются потертости, затемнения наличие скотча и сколов краски на поверхности стен - 6,0 кв.м.; поз. 2 - пятно, затемнения и сколы краски на поверхностях стен – 2 кв.м.; поз. 4 - имеются следы потертостей, затемнения, наличие отверстий на поверхностях стен -10 кв.м.; поз. 15 - следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах - 4 кв.м.; поз. 17 - следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах - 5 кв.м.; поз. 18 - повреждения отделочного покрытия на колонне в виде сколов краски и вмятин покрытия -1 кв.м.; поз. 19 - имеются следы потертостей и затемнения на поверхности стен, отверстия в стенах - 7 кв.м.; поз. 22 - следы потертостей и затемнения на поверхности стен, имеются отверстия в стенах - 6 кв.м.

3. Стоимость устранений повреждений (дефектов) отделочных покрытий стен, которые возникли не в результате естественного (нормального) износа и затопления нежилого помещения на момент возврата помещения по акту от 01.02.2021 составляет 55 185 рублей.

4. Установленные повреждения (дефекты) не влияют на дальнейшее использование помещения в соответствии с его функциональным назначением. При этом повреждения оказывают влияние только на эстетический вид помещения, ухудшая его.

По результатам исследований ФИО9 подготовлено экспертное заключение от 12.09.2022 № 95/22 (т.5 л.д. 5-92). 

В заключении от 01.11.2022 № 95/22-д по итогам осмотра спорных помещений, в которые истец предоставил доступ, эксперт дополнительно указал следующее (т.5 л.д. 111-144):

1. По вопросам 1-3 установлено повреждение (дефект) отделочного покрытия стены, не связанное с естественным (нормальным) износом и не связанное с затоплением:

помещение поз. 10 - имеется загрязнение поверхности стены рядом с выключателем -0,15 кв.м., поз. 16 - имеется повреждение плафона 1 светильника;  поз. 18 - отсутствует плафон на 1 светильнике; поз. 23 - отсутствует плафон на 1 светильнике.

Установленные повреждения (дефекты) отделочного покрытия стены связаны с механическим повреждением, возникшим во время эксплуатации.

2. По вопросу 4 указано, что стоимость устранения дополнительно выявленного повреждения (дефекта) отделочного покрытия стены помещения поз. 10, которое возникло не в результате естественного (нормального) износа и затопления нежилого помещения, на момент его возврата по акту от 01.02.2021 составляет 378 рублей; общая стоимость устранений повреждений (дефектов) отделочных покрытий стен, которые возникли не в результате естественного (нормального) износа и затопления нежилого помещения на момент возврата помещения составляет 55 653 рубля. Также определена стоимость устранения повреждений светильников в помещениях поз. 16, поз. 18, поз. 23, возникших не в результате естественного (нормального) износа, в размере 3 488 рублей.

3. При ответе на вопрос 5 отмечено, что установленные повреждения (дефекты) не влияют на дальнейшее использование помещения в соответствии с его функциональным назначением. При этом повреждения оказывают влияние только на эстетический вид помещения, ухудшая его.

В силу статей 64 и 86 АПК РФ заключение эксперта относится к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Не согласившись с выводами эксперта ФИО9, истец представил рецензию № 34/10/22-РЦ от 07.10.2022, в которой специалист ООО «АртеФакт» указал, что экспертное заключение № 95/22 проведено поверхностно, без глубокого исследования, с использованием материалов, не имеющих отношения к делу и/или недействующие на момент проведения исследования. Кроме того, в исследовании допущены ошибки, результатом которых послужил неверный вывод, как результат проведения проектного исследования. Таким образом, экспертное заключение не имеет под собой документальных подтверждений, что идет в разрез с исковыми требованиями (т.6 л.д. 11-47).

Экспертом ФИО9 в ответ на рецензию ООО «АртеФакт» даны дополнительные пояснения о том, что заключения №95/22 от 12.09.2022 и № 95/22-д от 01.11.2022 выполнены в соответствии с требованиями действующего законодательства. Также отмечено, что исследования проведены на основании представленных судом документов и материалов, натурного обследования помещений, указанных в вопросах суда. Используемые при обследовании объекта приборы и инструменты имеют сертификаты соответствия и входят в реестр СИ РФ, что подтверждает возможность их использования при проведении судебных экспертиз. Эксперт считает, что изложенные в рецензии ООО «АртеФакт» доводы носят субъективный характер и не соответствуют фактическим данным.

Представленная истцом рецензия на экспертное заключение, составленная и проведенная по его инициативе, не принимается судом в качестве такого доказательства, на основании которого судебная экспертиза может быть признана ненадлежащим доказательством. Рецензент не предупреждался об уголовной ответственности, исследование произведено вне рамок судебного разбирательства и на основании осмотра, выполненного специалистом ООО «Экспертиза».

Кроме того, процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений. Поэтому рецензия № 34/10/22-РЦ от 07.10.2022 не принимается судом в качестве доказательства, опровергающего выводы, содержащиеся в экспертном заключениям от 12.09.2022 № 95/22.

Экспертные заключения ФИО9 по форме и содержанию соответствуют требованиям статьи 86 АПК РФ и статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертом даны квалифицированные пояснения по вопросам, поставленным на разрешение, в исследовании использована нормативная база, результаты исследования мотивированы. Заключение с дополнение к нему является конкретным, логичным, ясным и полным, в связи с чем признается достоверным и допустимым доказательством. Каких-либо сомнений в обоснованности выводов эксперта не установлено.

При таких обстоятельствах заключения судебной экспертизы от 12.09.2022, 01.11.2022 имеют силу достоверных доказательств по делу.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Оценивая экспертные заключения по правилам процессуального закона, арбитражный суд принимает во внимание следующие обстоятельства: научную обоснованность, аргументированность, полноту изложения по поставленным вопросам, ясность, отсутствие противоречий в выводах, уровень квалификации и образования экспертов, а также связь с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Оценив по правилам статей 65, 71, 162 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу, что ответчиком причинены повреждения арендованным помещениям в объеме, указанном в экспертных заключениях ФИО9

В силу статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Однако обязательство по возврату нежилых помещений в том состоянии, в котором они были переданы арендатору с учетом нормального износа, обществом «Цифровые технологии» надлежащим образом не исполнено.

В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или в соответствии с условиями договора, заключенного между сторонами.

Согласно статье 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Статьей 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков истцу необходимо доказать следующую совокупность обстоятельств: факт их причинения и размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда в происшедшем. Недоказанность хотя бы одного из указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

При этом в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, возможность применения ответственности в виде взыскания убытков должна быть обусловлена наличием между сторонами договорного обязательства и фактом его нарушения.

Факт наличия договорного обязательства и его нарушения ответчиком установлен арбитражным судом. Наличие причинной связи обосновано тем, что в связи с непринятием арендатором мер по сохранности помещений и небрежным отношением к имуществу истца возникли недостатки, часть которых не является естественным износом или следствием жизнедеятельности человека. Доказательств наличия иной причины возникновения недостатков и, как следствие, убытков, а также принятия всех необходимых мер для сохранности имущества арендодателя в том состоянии, в котором оно было получено, ответчиком вопреки статье 65 АПК РФ о бремени доказывания не представлено.

Требование истца признается арбитражным судом обоснованным в части.

Судебным экспертом стоимость устранения повреждений (дефектов) помещений, возвращенных ответчиком 01.02.2021, определена в общей сумме 59 141 руб. (т.5 л.д. 143-144).

Истец представил локальный расчет стоимости ремонтных работ по состоянию на 2 квартал 2023 года, выполненный ООО «Карьер» на основании договора от 24.07.2023 с АО «Лигон-Центр». Из содержания договора и акта сдачи-приемки к нему от 26.07.2023 усматривается, что обществом «Карьер» произведен перерасчет локальных смет, приведенных экспертом ФИО9 в заключении от 01.11.2022, по состоянию на второй квартал 2023 года (т.7 л.д. 95-96).

Согласно локальному сметному расчету ООО «Карьер», выполненному на основании заключения судебной экспертизы, стоимость ремонтных работ составит 93 942 рубля (т.7 л.д. 98-136).

В ответ на судебный запрос от 27.07.2023 директор ООО «Главное экспертное бюро» сообщил о невозможности уточнения экспертом ФИО9 своего расчета в связи с длительным отпуском (т.7 л.д. 92).

В соответствии с пунктом 3 статьи 393 ГК РФ при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

В условиях непринятия ответчиком мер по добровольному устранению недостатков, истечения длительного периода времени с момента принятия иска до рассмотрения дела, суд полагает справедливым исходить из цен, сложившихся на второй квартал 2023 года. Составленный ООО «Карьер» расчет ответчиком не опровергнут надлежащими доказательствами, основан на смете судебного эксперта, поэтому признается судом обоснованным и достоверным. 

Таким образом, ответчиком подлежит возмещению причиненный истцу ущерб в размере 93 942 рубля.

В связи с возвратом ответчиком помещений в ненадлежащем состоянии и необходимостью их ремонта арендодатель лишился возможности передать объект аренды новому арендатору, что повлекло возникновение у собственника убытков в виде упущенной выгоды. Размер неполученного дохода за период с февраля по июнь 2021 года определен им в сумме 30 000 рублей.

В пункте 14 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что е представленный истцом расчет, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

Судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда РФ в определении от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735 отметила, что лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. Другими словами, взыскатель должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду.

Как следует из материалов дела, 16 мая 2022 года АО «Лигон-Центр» как арендодатель заключило с ООО «Ника» договор аренды спорных нежилых помещений (т.7 л.д. 72-75). 

18 мая 2022 года ООО «Ника» (арендодатель) и АО ЦНПО «Каскад» (арендатор) подписали договор субаренды нежилого помещения, в силу которого арендодатель принял обязательство предоставить арендатору во временное владение и пользование за плату офисные площади во встроенном помещении V, литер А, позиции 17 - 24 второго этажа, площадью 127,2 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...>, для ведения офисной деятельности (т.7 л.д. 76-78).

Согласно пункту 2.1.1 арендодатель был обязан передать арендатору в пятидневный срок даты вступления договора в силу помещения в пригодном состоянии, отвечающем целям и назначению его использования. Размер арендной платы в месяц согласован в пункте 3.1 в сумме 45 000 рублей.

Дополнительным соглашением от 28.05.2022 стороны договора субаренды договорились привести нежилое помещение в надлежащее состояние в течение 10 дней и выполнить ремонт полов, стен, санузла, заменить дверные ручки и настенные светильники, а также установить перегородки между помещениями №17 и №18, №18 и №19, №16 и №18 (т.7 л.д. 79).

В качестве доказательства выполнения ремонта истцом представлен акт по форме КС-2 от 20.06.2022,составленный ООО «Ника» как подрядчиком (т.7 л.д. 80-81).

В связи с нарушением сроков ремонта стен арендатор, АО ЦНПО «Каскад», направил ООО «Ника» письмо о расторжении договора субаренды с 31.08.2022 (т.7 л.д. 82).

Тем самым упущенная выгода образовалась у истца в связи с невозможностью передачи спорного помещения в аренду по причине необходимости проведения ремонтных работ для приведения помещений в состояние, пригодное для использование в качестве офиса. Истцом представлены достаточные доказательства принятия им мер, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным ответчиком нарушением.

Руководствуясь правовой позицией, изложенной в статье 393 ГК РФ и в указанных постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, арбитражный суд считает возможным удовлетворить требование истца о взыскании упущенной выгоды в сумме 30 000 рублей. Указанная сумма соответствует принципу справедливости и соразмерности ответственности. 

Нарушенное право истца подлежит судебной защите с вынесением решения арбитражного суда о принудительном взыскании с ответчика суммы причиненных убытков (статьи 11, 12 ГК РФ).

Арбитражным судом отдельно исследованы доводы истца о незаконном демонтаже арендатором перегородок между помещениями. 

По его утверждению, при передаче ответчику помещений в аренду в 2019 году имелись перегородки из стекла между позициями №№ 19 и 20, 21 и 22, коридором и позициями 17, 19, 21. Истцом указано, что данные перегородки были возведены им своими силами без привлечения подрядчиков. Ответчик сообщил, что между указанными позициями не было перегородок до потолка, имелся только парапет, то есть разный уровень пола в помещениях.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Позиция собственника основана на планах помещений (приложениях №1) к договорам аренды, техническом паспорте помещений второго этажа, показаниях свидетеля ФИО10 (т.3 л.д. 51, 117).

Возражая против доводов истца, ответчик ссылался на пояснения свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО10 сообщил, что с июля 2011 года арендовал помещение 17 на втором этаже здания по ул. Петрова, дом 1, в течение 2-3 лет. Помещение было в отличном состоянии, полы из линолеума, в помещении 22 – ковровое покрытие. Между помещениями 17 и 19, 19 и 20, 20 и 22 была глухая стена. Между помещениями 17 и 18, 18 и 19 стены были из стекла до потолка. Помещение 17 освободил для айтишников. В 2011 и 2012 годах ремонт в помещениях не выполнялся (т.4 л.д. 8-16, протокол судебного заседания от 06.04.2022).

Между тем эксперт ФИО9 в судебном заседании пояснила, что в представленном техническом плане второго этажа невозможно установить высоту перегородок. При осмотре помещений эксперт видела ограждающую конструкцию над подиумом, что отражено на иллюстрации №44 экспертного заключения от 12.09.2022 (т.5 л.д. 43). Также эксперт отметила, что на видеосъёмке не имеется изображений, указывающих на последствия демонтажа каких-либо ранее установленных конструкций в помещениях 16 – 22. Кроме того ФИО9 сообщила, что по плану помещений (приложению №1 к договорам аренды) невозможно определить какая именно стена установлена между помещениями (протокол судебного заседания от 11.10.2022).

Кроме того, допрошенный в качестве свидетеля ФИО2 сообщил, что ООО «Цифровые технологии» арендовало помещения с 2009 года. До начала аренды АО «Лигон-Центр» конструировало помещение для арендатора (ответчика), последний покупал строительные материалы, собственник выполнял реконструкцию. В период аренды перегородок до потолка не имелось, только парапеты – переход из помещений по разному уровню высоты. К договорам приложен старый план БТИ, поскольку конструктив помещений не имел существенного значения и с арендодателем были хорошие отношения, в приложение №1 стороны не внесли изменения, соответствующие фактической планировке помещений. При этом все перепланировки стороны согласовывали, о сносе перегородок в 2009-2010 годах подписывали дополнительные соглашения (протокол судебного заседания от 3.12.2021). 

В судебном заседании свидетель ФИО12 пояснила, что является директором ООО «ИТ-Трейд», которое арендовало у ООО «Диджит» и ООО «Цифровые технологии» помещения позиции 1 и 24. ФИО12 сообщила, что находилась в помещениях каждый день, поскольку открывала офис, все помещения второго этажа видела и знает. По её утверждению, никаких перегородок в помещениях 17 и 21 не было, указанных на плане помещений 20 и 21 не существовало. В период аренды косметический ремонт в помещении позиции 17 не выполняли (протокол судебного заседания от 3.12.2021).

Свидетель ФИО14 сообщил, что работал в ООО «Диджит», которое находилось по ул. Петрова, дом 1, в помещениях был каждый день в период с 2011 по 2021 год. Помещения ремонтировали в 2011-2012 годах, строители АО «Лигон-Центр» снимали полы в помещениях 15, 17, 19, 22, уложили деревянные полы и покрыли их лаком. Вместо перегородок между помещениями были парапеты высотой 1 – 1,2 метра, покрашенные в 2011 году, в помещениях 20 и 21 стен не было. Косметический ремонт выполнял собственник в 2016 или 2017 году. Между помещениями никогда не было стеклянных перегородок, также не производился их демонтаж (протокол судебного заседания от 28.02.2023).

В судебном заседании свидетель ФИО16 подтвердил, что участвовал в видеосъемке помещения 17 в феврале 2017 года по месту своей работы в здании по ул. Петрова, дом 1. Им указано, что в период с 2015 по 2017 годы ремонт в спорных помещениях не проводился, стеклянных перегородок  нигде не было, в том числе между позициями 15 и 17 (протокол судебного заседания от 30.05.2022).

Допрошенная в заседании свидетель ФИО13 сообщила, что в 2019 году осматривала часть помещений второго этажа здания в составе комиссии управляющей организации в связи с затоплением помещения. При этом проводили осмотр мест повреждений и обходили только те помещения, в которые их пригласили. Свидетель указала, что видимые ей помещения были открытые, там сидело много людей. В помещении 17 перегородок не было. Свидетель знает директора АО «Лигон-Центр» (протокол судебного заседания от 3.12.2021).

По правилам статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, исследованные по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства сторон не позволяют однозначно установить наличие стеклянных перегородок между спорными помещениями на момент их передачи в аренду ответчику. Истец не представил документы, подтверждающие установку им стеклянных конструкций. Выполнение (следы) демонтажа перегородок судебным экспертом при осмотре объекта аренды не установлено.

Поэтому расчет ущерба, включающий в себя стоимость восстановления перегородок, признается арбитражным судом недостоверным и необоснованным.

Руководствуясь изложенными доказательственными выводами и нормами гражданского права, арбитражный суд принимает решение о взыскании с ответчика в пользу истца убытков в общей сумме 123 942 рубля.

При распределении судебных расходов, связанных с уплатой государственной пошлины, арбитражный суд применяет специальные правила статьи 110 АПК РФ, согласно которым в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в сумме 21 485 рублей. При этом с окончательной цены иска пошлина составляет 10 679 рублей. Государственная пошлина в сумме 10 806 рублей возвращается из бюджета РФ в связи с уменьшением размера иска. 

Требования истца удовлетворены частично - на 32%, поэтому его расходы подлежат возмещению за счет ответчика в сумме 3417 руб. В остальной части в связи с отказом в иске государственная пошлина относится на истца и компенсации в его пользу не подлежит.

Кроме того, истцом заявлено требование о возмещении понесенных им расходов по проведению технического обследования в сумме 10 000 рублей. Услуги специалиста ООО «Экспертиза» оплачены платежным поручением от 16.06.2021 № 73 на сумму 10 000 рублей (т.6 л.д. 8). Факт оказания услуг подтверждается техническим заключением от 08.06.2021 и дополнением к нему (т.1 л.д. 46-152).

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Заключение независимого специалиста является доказательством, которое оценивалось судом при рассмотрении данного спора наряду с другими доказательствами и обстоятельствами дела. Таким образом, в силу положений статей 101, 106 и 110 АПК РФ расходы на получение указанного доказательства, понесенные истцом, относятся к судебным издержкам и взыскиваются арбитражным судом со стороны. Тем самым с ответчика подлежат взысканию понесенные истцом расходы по оценке пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме 3200 рублей (10000 х 32%).

Поскольку рецензия ООО «Артефакт» не принята судом в качестве надлежащего доказательства, расходы истца в сумме 22 000 за её составление возмещению не подлежат.

За проведение судебной экспертизы ответчик перечислил на депозитный счет арбитражного суда 85 000 рублей, которые просил возместить за счет другой стороны. По правилам статьи 110 АПК РФ расходы ответчика взыскиваются арбитражным судом с истца пропорционально размеру удовлетворенного искового требования, в сумме 57 800 рублей (85000 х 68%).

Судебные расходы ответчика по оплате почерковедческой экспертизы (т.6 л.д. 124) в сумме 19 008 рублей возмещению не подлежат, поскольку судом отклонено заявление о фальсификации. При этом излишне уплаченные 25 992 рубля возвращаются участнику дела с депозитного счёта арбитражного суда.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Лигон-Центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки в сумме 123 942 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3417 руб. и судебные издержки в сумме 3200 руб. 

В остальной части иска отказать.

2. Взыскать с акционерного общества «Лигон-Центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) расходы по оплате экспертизы в сумме 57 800 руб.

3. Возвратить акционерному обществу «Лигон-Центр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 10 806 руб.

4. Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Цифровые технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Марий Эл перечисленные на проведение судебной экспертизы денежные средства в сумме 25 992 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                               А.Н. Баженова