ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-18093/2018

г. Челябинск

14 января 2019 года

Дело № А07-10331/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 января 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабкиной С.А.,

судей Матвеевой С.В., Ершовой С.Д.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  акционерного общества «Социнвестбанк» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.10.2018 по делу № А07-10331/2018 (судья Салиева Л.В.).

В порядке, предусмотренном статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание арбитражного апелляционного суда проводится с использованием систем видеоконференц-связи, организацию которой осуществляет Арбитражный суд Республики Башкортостан.

В судебном заседании приняли участие представители:

акционерного общества «Социнвестбанк» – ФИО2  (паспорт, доверенность от 20.04.2018);

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 11.09.2017), ФИО5 (паспорт, доверенность от 11.09.2017);

общества с ограниченной ответственностью «Воронежский  нефтепродукт» – ФИО4 (паспорт, доверенность от 02.10.2017), ФИО5 (паспорт, доверенность от 02.10.2017).

ФИО3 (далее – ФИО3, истец) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Воронежский нефтепродукт» (далее –ООО «Воронежский нефтепродукт», ответчик) и акционерному обществу «Социнвестбанк» (далее – АО «Социнвестбанк», Банк, ответчик, податель жалобы) о признании соглашения об отступном № 5гп/07-15 от 22.07.2015 (далее – соглашение об отступном от 22.07.2015) недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде обязания АО «Социнвестбанк» возвратить ООО «Воронежский нефтепродукт» полученное им следующее имущество:

- помещение, назначение – нежилое, 4 этаж, номера на поэтажном плане 7,8,9,10, адрес объекта: 

<

...>, общей площадью 269,10 кв.м, кадастровый номер 02:55:010214:417;

- помещение, назначение – нежилое, 5 этаж, номера на поэтажном плане 5,6,7,8,9,10, адрес объекта: 

<

...>, общей площадью 266,9 кв.м, кадастровый номер 02:55:010214:418;

- помещение, назначение – нежилое, 6 этаж, номера на поэтажном плане 10, 11,12,13,16, адрес объекта: 

<

...>, общей площадью 294,2 кв.м, кадастровый номер 02:55:010214:419 (далее – имущество: три нежилых помещения, расположенных на 4, 5, 6 этажах по адресу: Республика Башкортостан,

<

...>) (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.10.2018 исковые требования ФИО3 удовлетворены, соглашение об отступном от 22.07.2015 признано недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде обязания АО «Социнвестбанк» возвратить ООО «Воронежский нефтепродукт» имущество: три нежилых помещения, расположенных на 4, 5, 6 этажах по адресу: 

<

...> (л.д. 165-177 том 2).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, АО «Социнвестбанк» обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда от 19.10.2018 и принять по делу новый судебный акт.

Податель апелляционной жалобы указывает, что суд необоснованно отклонил довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности и не учел следующего.

Суду первой инстанции надлежало установить, совершались ли участником, оспаривающим сделку, отвечающие критериям разумности действия по выяснению обстоятельств сохранения в собственности учрежденного им общества его единственного актива. Тем самым, суд смог бы установить, имелась ли у ФИО3 реальная возможность узнать о сделке ранее, чем сдача отчетности обществом за 2016 год с отражением факта выбытия имущества, либо таковой возможности у ФИО3 не было в связи с тем, что он не смог реализовать свои права на ознакомление с информацией о деятельности общества по причине ограничения его прав со стороны лиц, действовавших от имени общества.

По мнению подателя жалобы, учитывая, что недвижимость являлась единственным активом и единственным потенциальным источником дохода, действуя разумно, истец мог не позднее апреля 2016 года  узнать о совершении спорной сделки.

Таким образом, АО «Социнвестбанк» указывает, что срок исковой давности по требованию о признании недействительным соглашения об отступном от 22.07.2015 ввиду отсутствия решения об одобрении крупной сделки в силу оспоримости, должно быть определено датой 30.04.2016.

В качестве второго довода АО «Социнвестбанк» в апелляционной жалобе указывает на то, что судом не принят во внимание довод Банка о недоказанности того, что совершение оспариваемой сделки привело к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Стороны о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены надлежащим образом, а именно: посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании к материалам дела приобщены отзывы ФИО3, ООО «Воронежский  нефтепродукт» на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель подателя апелляционной жалобы с решением суда не согласился, считал его незаконным и необоснованным; поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме; просил решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представители ФИО3, ООО «Воронежский  нефтепродукт» в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласились; поддержали  доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу; просили решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 является единственным участником ООО «Воронежский нефтепродукт» в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (л.д. 71-77 том 2).

АО «Социнвестбанк» (кредитор) и ООО «Воронежский нефтепродукт» (должник) в заключенном соглашении об отступном от 22.07.2015 договорились о прекращении части обязательств общества с ограниченной ответственностью «Звезда» (далее – ООО «Звезда»), следующих из договора цессии № б/н от 22.07.2015, который заключен между АО «Социнвестбанк» и ООО «Звезда», путем предоставления должником отступного (далее – соглашение об отступном) (л.д. 30-33 том 2).

По договору цессии ООО «Звезда» имеет задолженность перед кредитором в размере 1 258 722 592 руб. 43 коп. (пункт 2.1 соглашения об отступном).

ООО «Воронежский нефтепродукт» в качестве отступного передаетАО «Социнвестбанк» имущество: три нежилых помещения, расположенных на 4, 5, 6 этажах по адресу: 

<

...>, стоимостью 40 000 000 руб. Данное имущество передано кредитору по акту приема-передачи от 22.07.2015 (л.д. 34 том 2).

Поскольку указанная сделка является крупной, а решение об ее одобрении ООО «Воронежский нефтепродукт» не принимало, истец обратился в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования ФИО3, Арбитражный суд Республики Башкортостан установил, что в результате заключения соглашения об отступном для ООО «Воронежский нефтепродукт» наступили неблагоприятные последствия, а другая сторона по сделке могла знать о его заключении с нарушением Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) при этом отсутствовало одобрение крупной сделки.

Суд апелляционной инстанции, исследовав доводы апелляционной жалобы, материалы дела, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормам закона.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом:

связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Согласно пункту 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной если при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Балансовая стоимость активов ООО «Воронежский нефтепродукт» на последнюю отчетную дату перед совершением оспариваемой сделки (на 2014 год) составила 42 000 000 руб. согласно представленного в материалы дела бухгалтерского баланса.

Как указано выше, стоимость передаваемого имущества составляет40 000 000 руб. Поскольку указанная стоимость превышает 25 процентов стоимости активов, вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка является крупной, верен.

В силу пункта 3 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

Однако материалами дела подтверждается факт отсутствия одобрения крупной сделки, хотя в рассматриваемом случае в соответствии с законодательством данное одобрение требовалось.

Суд апелляционной инстанции при совокупной оценке имеющихся в деле доказательств соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что АО «Социнвестбанк», совершая оспариваемую сделку, действовало неразумно, не проявило требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность и не установило должным образом соблюдение порядка одобрения обществом крупной сделки.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на то, что судом первой инстанции не принят во внимание довод Банка о недоказанности того, что совершение оспариваемой сделки привело к прекращению деятельности ООО «Воронежский нефтепродукт» или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, отклоняется в силу  следующего.

Согласно пункту 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 №343 –ФЗ)  суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки; при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение.

Банк ссылается на положения пункта 5 названной статьи  в редакции Федерального закона от 19.07.2009 №205-ФЗ.

Однако, поскольку рассмотрение заявление производится в момент действия редакции Федерального закона от 03.07.2016 №343 –ФЗ, то реализация права суда, в том числе, отказу в иске, исходя из предмета доказывания, производится по процессуальным нормам новой редакции закона.

Кроме того, в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» разъяснено, что в силу подпункта 2 пункта 6.1 статьи 79 Закона об акционерных обществах и абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение.

Заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. Отсутствие таких обстоятельств не лишает истца права представить доказательства того, что другая сторона сделки знала о том, что сделка являлась крупной, например письмо другой стороны сделки, из которого следует, что она знала о том, что сделка является крупной. 

По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе, отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указание в соответствующей сделке (ином документе) на то, что заключившее ее от имени общества лицо гарантирует, что при совершении сделки соблюдены все необходимые корпоративные процедуры и т.п., само по себе не свидетельствует о добросовестности контрагента.

Судом первой инстанции установлено, что при заключении сделки Банк не имел решения единственного участника общества об одобрении крупной сделки. Следовательно, Банк заведомо заключал сделку с нарушением законодательства. При этом следует учитывать  характер самой сделки и очевидное отсутствие какой-либо выгоды для общества от заключаемой сделки, что должно было насторожить Банк при совершении сделки и проявить осмотрительность во избежание негативных последствий.

Утверждение Банка об отсутствии убытков от заключенной сделки неверно, поскольку имущество общества передано во исполнение обязательств иного лица, сведений о том, что общество от указанной сделки извлекло ту или иную выгоду в деле нет. Фактически из представленных документов усматривается, что имущество выбыло от общества безвозмездно.

Доказательств того, что таким образом общество реализует собственную схему погашения кредитов иных аффилированных по отношению к обществу лиц, в деле нет и таких обстоятельств суду не  названо.

Относительно довода подателя апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности судебная коллегия полагает следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Довод АО «Социнвестбанк» о том, что срок исковой давности по требованию о признании недействительным соглашения об отступном от 22.07.2015 ввиду отсутствия решения об одобрении крупной сделки в силу оспоримости, должно быть определено датой 30.04.2016, отклоняется в силу следующего.

В соответствии со статьей 34 Закона об обществах с ограниченной ответственностью очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год.

Материалами дела подтвержден факт того, что отчужденное по соглашению об отступном имущество числилось в активах балансаООО «Воронежский нефтепродукт» в 2015 году (бухгалтерская отчетность за 2015 год). Общее годовое собрание проводилось в апреле 2016 года, на котором ФИО3 были представлены годовой отчет и бухгалтерская отчетность за 2015 год.

Сам ФИО3 при рассмотрении дела в суде первой инстанции указывал, что о спорной сделке узнал только 29.04.2017 на общем годовом собрании за 2016 год, поскольку имущество было исключено из баланса только в 2016 году.

Оценивая в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции полагает, что срок исковой давности для оспаривания соглашения об отступном от 22.07.2015 истекал не ранее 30.04.2018, при этом с исковым заявлением ФИО3 обратился в арбитражный суд 07.04.2018.

Следовательно, истцом срок исковой давности для оспаривания сделки не пропущен.

Таким образом, довод АО «Социнвестбанк» срок исковой давности по требованию о признании недействительным соглашения об отступном должно быть определено датой 30.04.2016, судебной коллегией отклоняется.

Учитывая вышеизложенное, все иные доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.10.2018 по делу № А07-10331/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Социнвестбанк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Председательствующий судья       С.А. Бабкина

Судьи:       С.В. Матвеева 

       С.Д. Ершова