АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-4549/2021

г. Краснодар

26 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 августа 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Андреевой Е.В. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании от ответчика – ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.11.2021), от кредитора – индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 313230406000062) – ФИО4 (доверенность от 16.05.2022), финансового управляющего должника – ФИО5 (ОГРНИП 319237500376774, ИНН 

<

***>) – ФИО6 (паспорт), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.03.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по делу № А32-4549/2021, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой  предоставление ФИО1 должнику займа в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро на основании расписки от 01.09.2018 (уточненные требования). 

Определением от 10.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.06.2022, сделка по передаче ФИО1 должнику денежных средств в иностранной валюте по расписке от 01.09.2018 в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро признана недействительной (ничтожной). 

В кассационной жалобе ответчик просит отменить судебные акты. Заявитель указывает на то, что в материалы дела предоставлены многочисленные и объективные доказательства того, что ее материальное положение позволяло выдать должнику указанный займ, в том числе в иностранной валюте. В материалах дела имеются бесспорные доказательства реальности оспариваемой сделки, в частности действия должника по оплате процентов. 

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы кассационной жалобы и отзыва на нее.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит удовлетворить.

Как видно из материалов дела, ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом). Определением от 08.02.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу. Решением от 23.04.2021 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6. В ходе процедуры реализации имущества финансовым управляющим установлено, что 01.09.2018 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор займа в простой письменной форме, в соответствии с которым ФИО5 получил в долг денежные средства под проценты и обязался их вернуть до 01.09.2019. В соответствии с условиями расписки от 01.09.2018 ФИО5 получил в долг денежные средства в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро сроком до 01.09.2019 под 15% годовых, что по соглашению сторон составляет 4 500 тыс. рублей в год. За ненадлежащее выполнение обязательств по возврату основного долга заемщик выплачивает в дополнение к сумме долга 0,05% за каждый день просрочки в валюте долга, что составляет 125 долларов США и 90 евро в день соответственно. 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной (ничтожной) сделкой передачу по расписке от 01.09.2018 денежных средств в иностранной валюте на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявив о ее мнимости.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 стати 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников – главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы  IХ и параграфом 2 главы ХI  Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пунктах 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или 2 статьи 168 Кодекса).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Таким образом, для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Поскольку для возникновения обязательства по возврату займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками), то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Удовлетворяя заявленные требования и признавая сделку по передаче ФИО1 должнику денежных средств по расписке от 01.09.2018 ничтожной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды указали на недоказанность факта передачи денежных средств должнику, финансовой возможности ответчика выдать сумму займа в столь значительном размере. Само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта о взыскании задолженности не имеет преюдициального значения, поскольку судом общей юрисдикции не устанавливались обстоятельства финансовой возможности ответчика предоставить должнику заемные денежные средства, не исследовался вопрос направленности сделки на причинение вреда добросовестным кредиторам и иные, имеющие существенное значение для дела о банкротстве должника обстоятельства. 

Между тем суд кассационной инстанции, проверив материалы дела, считает, что суды не установили все фактические и существенные обстоятельства, которые входят в предмет доказывания в такой ситуации и необходимы для вывода о ничтожности договора займа, в частности, аффилированности контрагентов; возврата денежных средств кредитору и др. 

Расписка в качестве долгового документа может подтверждать наличие задолженности не только из договора займа (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и из любого иного вида гражданско-правовых обязательств (пункт 2 статьи 408 Кодекса) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.09.2020 № 305-ЭС19-13899 (2) по делу № А40-32501/2018).

Действующее гражданско-правовое законодательство не устанавливает каких-либо ограничений в предоставлении физическими лицами денежных средств на условиях займа в наличной форме, в свою очередь отсутствие иных документов кроме расписки заемщика о получении денежных средств, предоставленной кредитором в подтверждение обоснованности своих требований, само по себе не исключает факта возникновения между сторонами заемного обязательства.

Таким образом, при наличии сомнений в реальности заемных правоотношений, складывающихся между должником и его кредитором, суду первой инстанции надлежало исследовать и дать должную оценку всем представленным документам в их совокупности с обстоятельствами, при которых у кредитора и должника установились доверительные деловые отношения и, какова была их цель, не ограничиваясь формальным подходом при исследовании только отдельных из них.

ФИО1 не является по отношению к ФИО5 аффилированным лицом. Между сторонами и ранее существовали заемные обязательства, факт реальности которых стороны не оспаривают. Ответчик указывала на частичное исполнение договора займа должником. ФИО5 осуществил частичную выплату процентов по займу ежемесячными платежами по 500 тыс. рублей за период с сентября 2018 года по апрель 2019 года на общую сумму 4 500 тыс. рублей, что подтверждается несколькими расписками (т. 1, л. д. 120 – 124). Это полностью соответствовало условиям предоставления займа, указанным в расписке от 01.09.2018. После наступления срока возврата займа кредитором предпринимались активные действия, направленные на обеспечение возврата задолженности: велась претензионная переписка, подан иск в суд                    о взыскании задолженности. 

Ответчик ссылалась на то, что и ранее предоставляла заемные средства ФИО5 и данные займы были возвращены, в том числе с выплатой оговоренных процентов.  В материалы дела представлен целый ряд расписок, которые свидетельствуют о том, что должник неоднократно занимал денежные средства у ответчика, возвращал их и уплачивал проценты. Экономическая целесообразность займов для должника следует из материалов банкротного дела. Должник вкладывал денежные средства в строительство, а затем продавал построенные объекты.

Суды первой и апелляционной инстанций при оценке реальности договора займа не исследовали указанные обстоятельства и фактическую волю сторон наряду с имеющимися в материалах дела доказательствами. Между тем без исследования указанных обстоятельств вывод судов о том, что договор займа является мнимой сделкой, в данном случае нельзя признать обоснованным.

При этом, как установлено, ни должник, ни его финансовый управляющий не оспаривали факт подписания расписки в получении денежных средств в присутствии трех свидетелей. Заявление о фальсификации доказательств в данном деле не заявлено.

Представитель ФИО1 в суде кассационной инстанции пояснила, что подлинные расписки в рамках гражданского дела в суде общей юрисдикции направлялись на экспертизу. Суды данному обстоятельству оценки не дали. 

Судебный акт является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемые судебные акты не отвечают указанным требованиям.

Поскольку существенные обстоятельства спора судом первой инстанции не исследованы в объеме, достаточном для вывода о мнимости договора займа, изложенные в обжалуемом определении суда первой инстанции выводы не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Допущенные нарушения не были устранены апелляционным судом при проверке законности оспариваемого судебного акта в порядке апелляционного производства.

Суд кассационной инстанции в силу положений статей 286 и 287 (части 2) Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не вправе устанавливать новые обстоятельства. С учетом изложенного, а также принимая во внимание отсутствие у суда округа полномочий по установлению фактов и оценке доказательств по делу, принятые в рамках данного обособленного спора определение и постановление на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить указанные недостатки, обеспечить предусмотренные процессуальным законодательством требования о всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств и оценку фактических обстоятельств дела; исследовать и оценить предшествующее и последующее поведение сторон договора, выяснить истинную природу их отношений (действительную общую волю) при заключении договора займа, основания составления и выдачи должником расписки о получении денег в присутствии трех свидетелей, с учетом установленного принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.03.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по делу № А32-4549/2021 отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий     С.М. Илюшников

Судьи     Е.В. Андреева

     Н.А. Сороколетова