ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело  № А40-191489/22-25-1449

г. Москва

29 июня 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 июня 2023 года 

Решение в полном объеме изготовлено 29 июня 2023 года

Арбитражный суд в составе:

судьи Мороз К.Г.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном дело по иску А1 Капитал Лимитед (A1 Capital Limited) (регистрационный номер НЕ 374205, Кипр, Никосия 1066, ул. Темисколи Дерви, 5, Эленион Билдинг)

к Кредит ФИО2 (Credit Suisse AG) (8001, Швейцария, Цюрих, Парадепланц, 8, регистрационный номер СНЕ-106.831.974)

третьи лица: АО "БАНК КРЕДИТ СВИСС (МОСКВА)" (125047, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 10.11.2002, ИНН: 

<

***>)

ООО "КРЕДИТ СВИСС СЕКЬЮРИТИЗ (МОСКВА)" (125047, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ТВЕРСКОЙ, 1-Я ТВЕРСКАЯ-ЯМСКАЯ УЛ., Д. 21, ЭТАЖ 8, ПОМЕЩ/КОМН I/32,33, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 10.11.2002, ИНН: 

<

***>)

о взыскании задолженности в размере 22 083 826 долларов США, 6 817,61 евро и 1 450,46 руб., процентов в размере 314 618,89 долларов США, 97,13 евро и 20,66 руб. за период с 24.05.2022 по 05.09.2022 и с 06.09.2022 по день фактического исполнения обязательства, исходя из 0,5% годовых 

при участии: 

от истца: ФИО3 по доверенности от 28.04.2023, ФИО4 по доверенности от 28.04.2023

от ответчика: ФИО5  по доверенности от 04.08.2022,  ФИО6 по доверенности от 01.12.2022

УСТАНОВИЛ:

А1 Капитал Лимитед (A1 Capital Limited) обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к Кредит ФИО2 (Credit Suisse AG) о взыскании 22 083 826 долл. США, 6 817,61 евро, 1450,46 руб. задолженности, 314 618,89 долл. США, 97,13 евро, 20,66 руб. процентов за просрочку исполнения обязательства с 24.05.2022 по 05.09.2022, а также процентов с 06.09.2022 по день фактического исполнения обязательства. 

Определением Арбитражного суда  г. Москвы от 24.10.2022 исковое заявление оставлено без рассмотрения на основании ч.5 ст.3, п.5 ч.1 ст.148 АПК РФ.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 02.05.2023, определение Арбитражного суда  г. Москвы от 24.10.2022 отменено  дело №А40-191489/22 направлено в Арбитражный суд города Москвы для рассмотрения по существу.

В судебное заседание не явились третьи лица, считаются извещенными надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела в порядке ч. 4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец и ответчик не возражают против рассмотрения дела в отсутствие третьих лиц.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц в порядке ч. 3 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец требования поддержал согласно исковому заявлению.

Ответчик требования не признал согласно доводам, изложенным в отзыве на иск.

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и указывает истец в обоснование иска, истец является юридическим лицом, учрежденным в соответствии с законодательством Республики Кипр.

Конечным бенефициаром Истца с долей контроля более 50% является гражданин РФ ФИО7 Другой гражданин РФ - ФИО8 косвенно владеет неконтрольной частью доли в уставном капитале Истца в размере менее 50%.

В отношении гражданина РФ Фридмана М.М. Швейцарией, Великобританией и странами Европейского союза были введены антироссийские санкции.

Ответчик является кредитной организацией, учреждённой в соответствии с законодательством Швейцарской конфедерации.

Согласно Распоряжению Правительства РФ от 05.03.2022 № 430-р, Швейцария включена в перечень недружественных государств.

04.04.2019 г. Истец и Ответчик заключили Базовое соглашение для корпоративных клиентов. Помимо самого Базового соглашения для корпоративных клиентов, его неотъемлемыми составляющими также являются - Общие условия, Положения об ответственном хранении, Условия проведения платёжных операций, Условия в отношении интернет-банка и Условия в отношении электронных документов.

На основании Соглашения Истец был принят Ответчиком на банковское обслуживание с присвоением клиентского номера 0835-2173211-6. Также Ответчик открыл Истцу банковские счета в долларах США, евро и российских рублях.

Начиная с 02.03.2022 г. Ответчик прекратил исполнять поручения Истца на проведение банковских операций по его счетам.

16.03.2022 г. Ответчик сообщил Истцу о блокировке всех его банковских счетов с заморозкой всех находящихся на них денежных средств. В обоснование своих действий Ответчик 18.03.2022 указал на то, что Истец был «идентифицирован как Подсанкционное Лицо, и поэтому Банк заблокировал клиентские отношения» с ним.

Впоследствии Банк, в частности, в письмах от 04.04.2022 г. и 08.04.2022 г. неоднократно указывал на то, что счета Истца заморожены из-за санкций операции по ним проводиться не могут  .

28.04.2022 г. Ответчик сообщил Истцу о том, что его банковские счета заморожены, а доступ к системе интернет-банкинга прекращен в связи с действием санкций. Вместе с уведомлением Ответчик предоставил Истцу отчет об остатках денежных средств по его заблокированным счетам по состоянию на 27.04.2022 г. в размере 22 083 826 долларов США, 6 817, 61 евро и 1 450, 46 рублей.

11.05.2022 г. Истец направил Ответчику уведомление об одностороннем расторжении Соглашения и потребовал перевести вышеуказанные денежные суммы на счета Истца, открытые в российском банке, в течение 5 дней с момента получения данного требования. Согласно представленным доказательствам, данное уведомление было получено Ответчиком 16.05.2022 г., однако Ответчик проигнорировал требования Истца.

23.05.2022 г. Истец направил Ответчику досудебную претензию - повторно потребовал выплатить вышеуказанные денежные средства на счета Истца.

Поскольку в добровольном порядке денежные средства ответчиком выплачены не были, истцом предъявлены в суд настоящие исковые требования.

Ответчик, возражая относительно заявленных требований, ссылается на то, что  исполнение договорных обязательств стало невозможным в связи с наличием подозрений в применении мер ограничительного характера по отношению к Истцу, что в соответствии с положениями Договора и применимого швейцарского права является основанием для невыплаты в текущей ситуации денежных средств по иску и исключает ответственность со стороны Ответчика. Также ответчик ссылается на то, что  Истец не получил от регулятора в сфере санкций (SECO) лицензию для разблокирования платежа.

Ответчик полагает, что  в рассматриваемом споре нормы иностранного права, на которые ссылается Ответчик, подлежат применению в полном объеме, так как спор не связан с Россией и поэтому их применение не противоречит публичному правопорядку.

По утверждению Ответчика, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие всю цепочку контроля г-ном Фридманом над Истцом, на которые ссылается Истец. Фактически Истец пытается защитить свои интересы иностранной офшорной организации, а также вывести денежные средства, которые не поступали на территорию России, из России в офшорную зону на территорию «недружественного» государства (Кипр).

Ответчик обратился за заключением к юридической фирме Homburger, квалифицированной в швейцарском праве, им представлено заключение, которое подтверждает содержание норм швейцарского права, доктрину и практику его применения, а также его официальное толкование.

Согласно п. 1 ст. 1210 ГК РФ, стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору.

В силу п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2019 № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации», в силу принципа автономии воли в международном частном праве стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по договору (договорный статут). Такое прямо выраженное соглашение может быть оформлено в виде условия (оговорки) о применимом праве в тексте договора либо в виде отдельного соглашения (п. 1 ст. 1210 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1215 ГК РФ, правом, подлежащим применению к договору определяются, в частности: 1) толкование договора; 2) права и обязанности сторон договора; 3) исполнение договора; 4) последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора; 5) прекращение договора; 6) последствия недействительности договора.

В силу ст. 18 Соглашения, правоотношения между Истцом и Ответчиком регулируются нормами швейцарского права.

С учётом волеизъявления Истца и Ответчика, изложенного в разделе X Базового соглашения для корпоративных клиентов и ст. 18 Основных условий, Соглашение между Истцом и Ответчиком регулируется нормами Швейцарского права.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что доводы Ответчика  о необходимости применения в рамках настоящего спора швейцарского права подлежат отклонению в силу следующего.

В соответствии со ст. 1193 ГК РФ норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации с учетом характера отношений, осложненных иностранным элементом. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права.

При решении вопроса о необходимости использования механизма защиты публичного порядка суд должен исходить не из противоречия содержания иностранной нормы основополагающим принципам (контроле за содержанием норм иностранного права), а из неприемлемости для страны суда последствий применения иностранной нормы.

В информационном письме Президиума ВАС РФ от 26.02.2013 № 156 разъяснено, что под публичным порядком понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства. К таким началам, в частности, относится запрет на совершение действий, прямо запрещенных сверхимперативными нормами законодательства Российской Федерации (ст. 1192 Гражданского кодекса РФ), если этими действиями наносится ущерб суверенитету или безопасности государства.

В настоящем случае принятые санкционные ограничения, которые препятствовали перечислению денежных средств А1 Капитал Лимитед, конечными бенефициарами которого с долей участия 100% являются российские граждане РФ ФИО7 и ФИО8, противоречат основополагающим принципам, которые предусмотрены в Конституции РФ. 

Согласно п. 3 ст. 55 Конституции РФ введение запретов (ограничений) в отношении российских юридических лиц в части реализации ими своих прав на территории Российской Федерации возможно только на основании федерального закона. Действующее законодательство Российской Федерации не устанавливает обязанность российских юридических лиц исполнять ограничения, введенные международными организациями или иностранными государствами против Российской Федерации и российских организаций.

Публичное право не обладает экстерриториальным характером, а потому, санкционное законодательство европейских стран, в том числе Швейцарии, не порождает прав и не налагает обязанностей на российских граждан и юридических лиц, что соответствует фундаментальным принципам о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств и суверенитета государств.

При этом действия ответчика по блокированию денежных средств на счете истца повлекли причинение ущерба истцу, а также российским гражданам, которые являются конечными бенефициарами указанной организации.

Признание судом обязательности соблюдения сторонами спора по рассматриваемому делу установленных постановлениями ЕС экономических санкций будет означать нарушение основополагающих принципов, противоречить публичному порядку Российской Федерации. В связи с изложенным, постановления ЕС не подлежат исполнению на территории Российской Федерации, а нормы иностранного права, устанавливающие санкционные ограничения и исполненные ответчиком, не подлежат применению в настоящем деле.

Согласно Постановлениям Конституционного Суда РФ от 09.07.2021 N 34-П и от 13.02.2018 N 8-П следование стороной спора санкционному режиму, установленному иностранном государством в одностороннем порядке, следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

При этом задачей арбитражного суда, как части системы органов публичной власти РФ, является отказ в предоставлении правовой защите стороне, которая в обоснование своих действий или бездействия ссылается на следование такому санкционному режиму:

«Исходя из предписаний статей 2, 18 и 75.1 Конституции Российской Федерации деятельность органов публичной власти не должна усугублять правовое и фактическое положение российских граждан и организаций, которых затронули соответствующие санкции. Более того, наиболее приемлемой и ожидаемой реакцией органов власти является принятие решений, направленных на содействие таким лицам как попавшим в тяжелую ситуацию из-за противоправных, по сути, обстоятельств 

<

... > следование правообладателя товарного знака режиму санкций против России и ее хозяйствующих субъектов, установленных каким-либо государством вне надлежащей международно-правовой процедуры и в противоречии с многосторонними международными договорами с участием России, выразившееся в занятой правообладателем позиции в отношении российского рынка, может само по себе рассматриваться как недобросовестное поведение».

Поскольку Ответчик не приводит никаких иных обстоятельств для отказа от исполнения своей обязанности выдать денежные средства Истцу кроме следования швейцарским санкциям, данное возражение Ответчика не подлежит судебной защите и не может быть принято во внимание (п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ).

В определении Верховного Суда РФ от 28.11.2017 № 309-ЭС-13269 по делу № А07-27391/2016 отмечено, что одним из частных случаев нарушения принципов публичного порядка Российской Федерации является нарушение запрета на злоупотребление правом.

Утверждение Ответчика о том, что в настоящем случае публичный порядок РФ (ст. 1193 ГК РФ) якобы не препятствует применению швейцарских санкционных норм, поскольку спор якобы не связан с РФ является несостоятельным.

В силу прямого указания п. 2 ч. 2 ст. 248.1 АПК РФ к числу лиц, подлежащих судебной защите российским судом, относятся, в т.ч., пострадавшие от антироссийских санкций иностранные компании.

Применение российским арбитражным судом санкционных ограничений, установленных иностранным государством против РФ (ее граждан) вне надлежащей международно-правовой процедуры и в противоречии с многосторонними международными договорами означало бы легитимацию и признание таких ограничений российским правопорядком, что прямо противоречит указанным выше постановлениям Конституционного суда РФ и ст. 1 ФЗ от 04.06.2018 N 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств».

Суд полагает, что применительно к обстоятельствам настоящего спора является ошибочным утверждение Ответчика о том, что поскольку применимым правом к договору является право Швейцарии, арбитражный суд якобы должен применять его в полном объеме, включая нормы о запрете совершения Ответчиком действий, нарушающих антироссийские санкции.

Как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 09.12.2021 N 309-ЭС21-6955(1-3) по делу N А60-36897/2020, иностранные санкции носят публичный характер, то есть общеобязательны и основаны на силе и авторитете публичной государственной власти.

Таким образом, санкционное законодательство Швейцарии является не частью частного права, регулирующего отношения хозяйствующих субъектов, а властным запретом, относящимся к сфере публичного права.

Аналогичный вывод содержится в заключении швейцарских юристов, которое было предоставлено самим Ответчиком: «швейцарские санкции, указанные в Постановлении, являются императивными нормами швейцарского публичного права».

Однако раздел VI ГК РФ не предусматривает в качестве общего правила применение российскими судами иностранных публично-правовых норм. В соответствии с п. 2 ст. 1192 ГК РФ суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если, согласно праву этой страны, такие нормы являются нормами непосредственного применения. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2019 N 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации» «суд обязан отказать в применении иностранной нормы непосредственного применения, если ее назначение и характер несовместимы с основами правопорядка (публичным порядком) Российской Федерации, затрагивают суверенитет или безопасность Российской Федерации, нарушают конституционные права и свободы российских граждан и юридических лиц».

Таким образом, раздел VII ГК РФ не позволяет российскому суду применять иностранное санкционное законодательство, направленное против интересов РФ.

Суд также отмечает, что в нарушение ст. 65 АПК РФ Ответчиком не предоставлено относимых и допустимых доказательств прекращения российского гражданства у Фридмана М.М., а равно доказательств того, что ФИО8 не является бенефициаром Истца (в опровержение доказательств, представленных Истцом).

Фактически процессуальная позиция Ответчика строится не на представлении собственных доказательств в поддержку заявленных доводов и возражений.

Более того, ранее Ответчик уже заявлял доводы о недоказанности Истцом данных обстоятельств в апелляционном и кассационном суде при рассмотрении вопроса о подсудности настоящего спора арбитражным судам РФ.

Данные доводы были оценены вышестоящими судами, которые не посчитали их значимыми для разрешения настоящего спора.

Суд также учитывает то, что истец в материалы дела представил доказательства действительности ранее представленного им паспорта Фридмана М.М. и того, что ФИО7, также являющийся действующим гражданином и налоговым резидентом РФ, а также контролирующим (более 50%) бенефициаром Истца, официально задекларировал свою косвенную долю участия в Истце в качестве контролируемой иностранной компании (пп. 2 п. 1 ст. 25.14 НК РФ).

Суд также признает несостоятельными доводы ответчика о том, что взыскание денежных средств производится в пользу иностранной Кипрской компании, поскольку  вопрос о перечислении денежных средств Истцу по решению суда относится к вопросам исполнительного производства, который решается судебным приставом-исполнителем, а не судом при рассмотрении по существу спора.

Ответчик также не ссылается на конкретные нормы валютного законодательства, которые якобы могут быть нарушены решением по настоящему делу.

Суд критически относится к представленному ответчиком заключению, подготовленному юристами Homburger. Принимая во внимание тот факт, что Швейцарская юридическая фирма Homburger является консультантом и оказывает юридические услуги Ответчику на постоянной основе, то есть фактически находится в финансовой зависимости от Ответчика. 

Согласно п. 46 Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» заключение эксперта по вопросам о содержании норм иностранного права является одним из доказательств по делу (статья 75 АПК РФ). Оценка данного доказательства осуществляется судом в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ.

Кроме того, на незаконность действий, связанных с применением экономических санкций иностранных государств, прямо указано в п. 1 ст. 1 Федерального закона «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств», в частности, экономические санкции в отношении Российской Федерации, ее граждан или российских юридических лиц отнесены к числу недружественных действий, представляющих угрозу территориальной целостности Российской Федерации, и направленных   на   ее   экономическую   и   политическую   дестабилизацию.   Кроме   этого,

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13.02.2018 № 8-П пришел к выводу, что не подлежит судебной защите право, реализация которого обусловлена следованием режиму санкций против Российской Федерации, ее хозяйствующих субъектов, которые установлены каким-либо государством вне надлежащей международно-правовой процедуры и в противоречии с многосторонними международными договорами, участником которых является РФ.

Применение ст. 1193 ГК РФ не ставится в зависимость от необходимости установления содержания норм иностранного права, поскольку в данной статье указано на противоречие последствий применения норм иностранного права публичному порядку, но не противоречие содержания норм иностранного права публичному порядку.

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В Определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 сформирована правовая позиция, согласно которой при предъявлении убедительных доказательств лицом, вне сферы контроля которого находятся соответствующие обстоятельства, переносит бремя доказывания обратного на лицо - участника таких обстоятельств.

В настоящем случае Истцом представлены достаточные и надлежащие доказательства заявленных требований, при этом Ответчиком  не представлено ни одного документа, опровергающего доводы Истца, фактически ответчиком не оспаривается факт прекращения договорных отношений между Ответчиком и Истцом в связи с односторонним отказом последнего от договора, а также  наличие у Ответчика обязанности выдать Истцу после прекращения договорных остаток денежных средств на его счете.

11.05.2022 г. Истец направил Ответчику уведомление об одностороннем расторжении Соглашения и потребовал перевести денежные средства в размере 22 084 140 долларов США, 6 817, 61 евро и 1 450, 46 рублей на счета Истца, открытые в российском банке, в течение 5 дней с момента получения данного требования. Уведомление было получено Ответчиком 16.05.2022 г., однако Ответчик требования Истца проигнорировал.

Таким образом, с 16.05.2022 г. Соглашение считается расторгнутым, а у Ответчика возникло до сих пор не исполненное денежное обязательство перед Истцом по выплате вышеуказанных сумм.

Уведомление было получено Банком 16.05.2022, таким образом установленный в уведомлении 5-дневный срок истек 23.05.2022. Поскольку первый банковский день после истечения 5-дневного срока выпадает на 24.05.2022, именно с этой даты на сумму задолженности подлежат начислению проценты.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. 

Согласно ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Поскольку ответчик не представил доказательств перечисления истцу остатка денежных средств в полном объеме, требование истца о взыскании задолженности в размере 22 083 826 долларов США, 6 817,61 евро и 1 450,46 руб.,  в соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ подлежит удовлетворению.

Расчет процентов судом проверен и признан обоснованным, арифметически и методологически выполнен верно, в связи с чем также подлежат удовлетворению требование истца о взыскании процентов в размере 314 618,89 долларов США, 97,13 евро и 20,66 руб. за период с 24.05.2022 по 05.09.2022.

С учетом установленной судом просрочки исполнения денежного обязательства также признается обоснованным требование истца о взыскании процентов с 06.09.2022 по день фактического исполнения обязательства, исходя из 5% годовых.

При удовлетворении судом требований о взыскании денежных сумм, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах, в резолютивной части судебного акта должны содержаться: - указание на размер сумм в иностранной валюте и об оплате взыскиваемых сумм в рублях; - ставка процентов и (или) размер неустойки, начисляемых на эту сумму; - дата, начиная с которой производится их начисление, дата или момент, до которых они должны начисляться; - точное наименование органа (юридического лица), устанавливающего курс, на основании которого должен осуществляться пересчет иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли; - указание момента, на который должен определяться курс для пересчета иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

Если соглашением сторон курс и дата пересчета не установлены, суд в соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что пересчет осуществляется по официальному курсу на дату фактического платежа (пункт 29 названного Постановления).

Расходы по госпошлине относятся на ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ. 

руководствуясь ст. ст. 9, 49, 65, 70, 71, 101, 106, 110, 167, 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Кредит Свисс АГ (Credit Suisse AG) в пользу А1 Капитал Лимитед (A1 Capital Limited) задолженность в размере 22 083 826 долларов США, 6 817,61 евро и 1 450,46 руб., проценты в размере 314 618,89 долларов США, 97,13 евро и 20,66 руб. за период с 24.05.2022 по 05.09.2022 и с 06.09.2022 по день фактического исполнения обязательства, исходя из 5% годовых, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в  Девятый Арбитражный апелляционный суд.

Судья           К.Г. Мороз