АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3661/20 

Екатеринбург

19 января 2022 г.

 

Дело № А60-27586/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 января 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Оденцовой Ю.А., Тихоновского Ф.И.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СМ Инжиниринг Групп»  (далее – общество «СМ Инжиниринг групп», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2021 по делу № А60-27586/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Судебное заседание проводится с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Югорского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

В судебном заседании в здании Югорского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры принял участие представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2, ответчик) – ФИО3 (доверенность от 03.09.2021).

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «АПМК-Билдинг» о признании общества «СМ Инжиниринг групп» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением арбитражного суда от 01.08.2019 в отношении общества «СМ Инжиниринг групп» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО1, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником утверждён ФИО1

В арбитражный суд 26.03.2021 поступило заявление конкурного  управляющего о признании недействительной сделками: договор субподряда от 16.10.2017 № 51/2017П, заключенный между предпринимателем ФИО2 и обществом «СМ Инжиниринг групп», а также перечислений денежных средств на сумму 1 595 000 руб. за период с 01.02.2018 по 29.09.2018 по указанному договору, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с предпринимателя денежных средств в указанной сумме.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с кассационной жалобой, в которой просит определение от 22.06.2021 и постановление от 30.09.2021 отменить, ссылаясь на неполное выяснение судами имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение ими норм материального и процессуального права.

В кассационной жалобе конкурный управляющий указывает на то, что предприниматель ФИО2 не выполнял и не мог выполнять в пользу должника какие-либо работы, а все имеющиеся в деле документы оформлены исключительно для создания видимости правомерности перечисления денежных средств; утверждает, что в материалах дела отсутствуют доказательства встречного исполнения со стороны ответчика, устраняющие обоснованные сомнения в реальности выполнения подрядных работ. Заявитель полагает, что материалы дела не содержат допустимых доказательств, свидетельствующих о направлении проекта договора, поскольку представленный скриншот страницы в сети «Интернет» не позволяет установить когда и кем он был сделан; отмечает, что приказы о назначении лица, ответственного за строительный контроль на объекте, подписаны  ФИО4, в то время как  на 06.05.2017 года генеральным директором должника являлся ФИО2  По мнению подателя жалобы, акт приемки геодезической разбивочной основы для строительства от 28.04.2017  не подтверждает фактическое выполнение ответчиком работ, а нахождение этого документа у ответчика, объясняется тем, что от имени общества «СМ Инжиниринг Групп» данный акт подписан ФИО2 – братом ответчика, у которого могли сохраниться скан-копии или оригиналы отдельных документов должника; сопроводительное письмо ответчика в адрес должника с приложением КС-2, КС-3 получено неуполномоченным лицом, при этом наличие оттиска печати должника не подтверждает полномочия получателя письма, поскольку аффилированность сторон повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки; фотоматериалы также не могут быть признаны допустимым доказательством по делу, поскольку фотоснимки не содержат указания на дату съемки и не позволяют индивидуализировать местоположение фотосъемки; ответчик не представил доказательств привлечения и оплаты работников и спецтехники. Конкурный управляющий настаивает на том, что судами неправильно распределено бремя доказывания. Также считает, что срок исковой давности не был пропущен, поскольку о нарушении прав должника и его кредиторов ему стало известно из полученных в январе 2021 года пояснений бывшего руководителя должника ФИО4, в которых последний утверждал о безосновательности платежей, совершении их в интересах фактического бенефициара должника ФИО5 и предпринимателя ФИО6

В отзыве предприниматель ФИО6 по доводам кассационной жалобы возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2019 общество «СМ Инжиниринг групп» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

В ходе осуществления мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим было установлено, что в период с 01.02.2018 по 25.09.2018 должником в пользу предпринимателя ФИО2 были перечислены денежные средства на общую сумму 1 595 000 руб. с назначением платежа «Оплата за работы по договору № 51/2017П от 16.10.2017».

Как указал управляющий, в документах, переданных бывшим руководителем должника ФИО4, имеется неподписанный договор субподряда от 16.10.2017 № 51/2017П, согласно которому общество «СМ Инжиниринг Групп» (субподрядчик) передает, а предприниматель ФИО2 (субсубподрядчик) принимает на себя обязательства по выполнению работ на объекте: «Реконструкция автомобильной дороги М-5 «Урал» от Москвы через Рязань, Пензу, Самару, Уфу до Челябинска на участке км. 814+000 – км 835+000, Ульяновская область. 3 пусковой комплекс».

В адрес предпринимателя конкурным управляющим 27.01.2021 было направлено требование о предоставлении заверенных копий документов по взаимоотношениям с должником за весь период, а также об оплате задолженности на расчетный счет должника. 

Требование управляющего было оставлено без ответа.

Ссылаясь на то, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления при злоупотреблении правом, в результате сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, в котором просил признать договор субподряда от 16.10.2017 № 51/2017П, а также платежи недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчиком заявлены возражения относительно существа заявленных требований, заявлено о пропуске срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановление Пленума № 63).

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве в отношении должника было возбуждено 24.05.2019, спорные платежи совершены с 01.02.2018 по 29.09.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ все представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что в период совершения спорных платежей должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника: обществом «АПМК-Билдинг», обществом с ограниченной ответственностью «Инреалпро», обществом с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Югорск», обществом с ограниченной ответственностью «Лазурит-строй».

Судами установлено, что предприниматель ФИО2 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку ФИО2 в период с 16.02.2015 по 05.06.2017 являлся руководителем общества «СМ «Инжиниринг Групп», а в период с 19.08.2015 по 31.03.2018 единоличным участником общества, при этом ФИО2 и ФИО2 являются родными братьями. 

Руководствуясь приведенными положениями Закона о банкротстве и разъяснениями об их применении, суды исследовали предоставление ответчиком эквивалентного встречного предоставления должнику.

Как установлено судами, в период с 01.06.2017 по 30.11.2017 предпринимателем ФИО2 по заданию общества «СМ Инжиниринг групп» производились работы по устройству наружных сетей водовода в п. Алябьевский Советского района Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, и поскольку работы были начаты предпринимателем без заключенного письменного договора, 05.10.2017 посредством электронной почты в адрес общества «СМ Инжиниринг групп» был направлен проект договора субподряда.

Договор на выполнение строительно-монтажных работ № 51/2017П был заключен сторонами 16.10.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, установив, что предприниматель ФИО2 30.11.2017 после завершения работ по договору направил сопроводительным письмом в адрес общества «СМ Инжиниринг групп» акт приемки выполненных работ, при этом после получения акта приемки, должник каких-либо возражений относительно перечня, объема и стоимости, выполненных исполнителем работ и указанных в данных актах, не выразил, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что односторонний акт выполненных работ формы КС-2 от 30.11.2017 № 1, представленный ответчиком, является действительным и подтверждает выполнение подрядчиком работ, указанных в данных актах.

Кроме этого, судами отмечено, что отсутствие каких-либо претензий относительно качества, перечня, объема и стоимости, выполненных работ со стороны общества «СМ Инжиниринг групп», также подтверждается тем, что впоследствии принятые работы им полностью оплачены на сумму 1 595 000 руб., что подтверждается платежными поручениями от 01.02.2018 № 45, от 21.09.2018 № 174 и от 25.09.2018 № 195, при этом последние два платежи осуществлены в период исполнения обязанностей директора общества «СМ Инжиниринг групп» ФИО4 и смены состава участников должника.

 Исследовав представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в совокупности, проанализировав условия договора от 16.10.2017 № 51/2017П, подписанному в двухстороннем порядке, согласно которому общество «СМ Инжиниринг Групп» (субподрядчик) в лице директора ФИО4  передает, а предприниматель ФИО2 (субсубподрядчик) принимает на себя обязательства по выполнению работ на объекте: «Реконструкция автомобильной дороги М-5 «Урал» от Москвы через Рязань, Пензу, Самару, Уфу до Челябинска на участке км. 814+000 – км 835+000, Ульяновская область. 3 пусковой комплекс», сопоставив их с: приказами № 21 и № 22 от 06.05.2017, актом приемки геодезической разбивочной основы для строительства от 28.04.2017, актом приемки выполненных работ (форма КС-2) от 30.11.2017 № 1, справкой о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 30.11.2017 № 1, актами освидетельствования скрытых работ: от 28.08.2017 № 001  «Устройство основания из щебня под водопроводные железобетонные кольца», от 28.08.2017 № 002 «Устройство основания под водопроводы из песка»; от 09.08.2017 № 003 «Монтаж водопроводных колодцев из сборных железобетонных колец»; от 09.08.2017 № 004 «Гидроизоляция обмазочная из битумной мастики водопроводных колодцев», от 27.08.2017 № 005 «Устройство гильз под водопроводы из стальной трубы дн.219 мм», от 27.08.2017 № 006 «Прокладка трубопроводов водоснабжения из труб полиэтиленовых ПЭВ80 SDR11 дн.110 мм», актом о проведении приемочного гидравлического испытания напорного трубопровода на прочность и герметичность от 15.02.2018, составленным с участием заказчика, подрядчика, исполнителя и эксплуатирующей организации (указанным актом построенный трубопровод признан выдержавшим приемочное испытание на прочность и герметичность), фото - таблицей строительства объекта, принимая во внимание свидетельстве показания ФИО7 и ФИО8, предупреждённых судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и подтвердивших осуществление предпринимателем ФИО2 работ на объекте строительства, суды первой и апелляционной инстанций, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об ином, заключили, что оспариваемые платежи осуществлялись должником в счет исполнения ответчиком договорных обязательств, реальность исполнения которых подтверждена.

Вопреки доводам кассатора, судами при рассмотрении настоящего обособленного спора применен повышенный стандарт доказывания. Сам по себе факт аффилированности между должником и его контрагентом о недействительности сделки не свидетельствует, предполагает иное распределение бремени доказывания; в данном случае необходимо установить, что совместными действиями должника и его контрагентом безосновательно уменьшена конкурсная масса должника, что ведет к нарушению прав независимых кредиторов на соразмерное удовлетворение своих требований.

В рассматриваемом случае таких фактов судами не установлено, со стороны ответчика раскрыты обстоятельства совершения сделки, представлены документы в опровержение доводов о наличии цели причинения вреда. Суды пришли к выводу о доказанности реальности хозяйственных отношений, исходя из анализа, сопоставления между собой и условиями договора документов, представленных в обоснование опровержения презумпции убыточности сделки, пояснений свидетелей, и их оценки в совокупности; при этом ни конкурным управляющим, ни бывшим руководителем должника ФИО4  не представлены доказательства совершения спорных работ силами самого  должника, при том, что факт того, что работы в принципе были выполнены и приняты конечным заказчиком, с которым у должника был заключён договор, никем из сторон не оспаривается. 

Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В рассматриваемом случае, суды первой и апелляционной инстанций, установив, что заявляя о недействительности договора и платежей в его исполнение, как по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и статьей 10, 168 ГК РФ, конкурсный управляющий фактически ссылался на одни и те же обстоятельства (совершение сделок в отсутствие встречного предоставления при наличии у должника признаков несостоятельности (банкротства) в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов),  что в полной мере укладывается в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемые сделки имеют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, не усмотрели оснований для применения к спорным отношениям статей 10 и 168 ГК РФ. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Принимая во внимание установленные обстоятельства, правомерно отмечая, что наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки; констатировав, что оспариваемые платежи совершены в рамках конкретного заключенного договора, при осуществлении должником обычной хозяйственной деятельности по строительству объекта; принимая во внимание недоказанность причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, равно как и признаков злоупотребления правом при осуществлении оспариваемых платежей, суды первой и апелляционной инстанций оснований для признания сделок недействительными не установили.

Признавая обоснованными доводы предпринимателя ФИО2 о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделок, суды исходили из следующего.

Согласно статье 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным и достаточным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 32 постановления Пленума № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

Руководствуясь вышеназванными нормами права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что арбитражный управляющий ФИО1 при введении  в отношении общества «СМ Инжиниринг Групп» определением суда от 01.08.2019 процедуры наблюдения был назначен временным управляющим должником,  конкурсное производство  в отношении должника открыто решением от 17.12.2019 (резолютивная  часть от 10.12.2019), одновременно ФИО1 утвержден судом в качестве конкурсного управляющего должником, учитывая, что в процедуре наблюдения временный управляющий, действуя добросовестно и разумно, обязан составлять финансовый анализ, при составлении которого  используются данные о движении денежных средств, а обязанность временного управляющего получить информацию о движении денежных средств по счёту – получить выписки, также является обязательной и необходимой мерой, в связи с чем конкурсный  управляющий мог указанные документы своевременно получить по запросу и не был лишен возможности обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделок в течение установленного законом срока, отмечая при этом, что доказательств отсутствия у управляющего соответствующих документов для оспаривания сделок в материалы дела не представлены, наличия каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших подаче конкурсным  управляющим настоящего заявления в пределах срока исковой давности, не доказано, и, исходя из того, что настоящее заявление о признании спорной сделок  недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве подано ФИО1 26.03.2021, суды пришли к верному выводу о пропуске заявителем срока исковой давности, что в связи с отсутствием в материалах дела обоснования уважительности причин такого пропуска на основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего относительно наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности со ссылкой на то, что о наличии оснований для оспаривания сделок он узнал только после получения пояснений от бывшего руководителя должника - ФИО4, судебные инстанции правомерно исходили из того, что ФИО1, ознакомившись с выпиской по движению денежных средств по счёту должника (при этом в качестве приложения к рассматриваемому заявлению приложена выписка из банка от 25.12.2019), и установив перечисления денежных средств со ссылкой в  назначении платежа  на договор субподряда  от 16.10.2017 № 51/2017П  лицу, имеющему такую же фамилию как у предыдущего руководителя должника, мог, не дожидаясь пояснений бывшего руководителя, запросить у ответчика соответствующие пояснения либо обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделок в пределах годичного срока исковой давности. В данном же случае, запрос был направлен конкурсным управляющим (27.01.2021) спустя год после открытия (10.12.2019) конкурсного производства, что не отвечает критерию разумности.

Изложенные в кассационной жалобе аналогичные доводы конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности по оспариванию сделок им не пропущен, спора судом округа отклоняется, поскольку соотнеся все фактические обстоятельства дела с материальным и процессуальным (появление права на иск) аспектом начала течения срока исковой давности, учитывая, что институт исковой давности имеет целью создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, и направлен на защиту участников гражданского оборота от необоснованных притязаний, при том, что в противном случае имело бы место ущемление охраняемых законом прав и интересов ответчиков, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; принимая во внимание, что сведений о наличии каких-либо обстоятельств, препятствовавших арбитражному управляющему в пределах годичного срока подать соответствующее заявления об оспаривании сделки не имеется, возложение в данном случае всех негативных последствий, связанных с давностью обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении настоящего спора, на ответчика, не соответствует положениям статей 195, 196, 200 ГК РФ, противоречит принципам равенства участников регулируемых отношений, является неразумным и несправедливым.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами судов и фактическими обстоятельствами, установленными по итогам оценки имеющихся в материалах дела доказательств, в связи с чем не могут быть положены в основу отмены состоявшихся судебных актов об отказе в удовлетворении требований, в том числе в связи с пропуском срока обжалования, являющимся самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 АПК РФ, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2021 по делу № А60-27586/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СМ Инжиниринг Групп» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Ю.А. Оденцова 

 

                                                                                              Ф.И. Тихоновский