АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-19687/2022

Дело № А57-24981/2018

г. Казань

10 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Герасимовой Е.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мусиной Л.И. (протоколирование ведется с использованием системы видеоконференц-связи)

при участии в Двенадцатом арбитражном апелляционном суде представителей (до и после перерыва): 

Федеральной налоговой службы Российской Федерации в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области – ФИО1, доверенность от 03.02.2023,

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 16.03.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы России в лице Управления федеральной налоговой службы по Саратовской области

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023

по делу № А57-24981/2018

по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Юггазсервис» ФИО4 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Юггазсервис»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.01.2019 заявление акционерного общества «Газнефтьбанк» о признании несостоятельным (банкротом) закрытое акционерное общество «Юггазсервис» (далее - ЗАО «Юггазсервис», должник) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 28.11.2019 ЗАО «Юггазсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим имуществом должника утверждена ФИО4 (далее – ФИО4). 

14.08.2020 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительными сделками: 

- договора купли-продажи недвижимости от 05.09.2017, заключенного между ЗАО «Юггазсервис» и ФИО2 (далее – ФИО2);

- договора купли-продажи 08.02.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5 (далее – ФИО5)

и применении последствий недействительности сделок в виде обязания ФИО5 вернуть земельный участок, кадастровый номер 64:32:021501:396, площадью 4250000 +/- 5704,30 кв.м., расположенный по адресу: Саратовская обл., Саратовский район, на землях «Нитро-Агро»,  категория земли: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для крестьянского (фермерского) хозяйства к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 03.09.2021 ФИО4 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Юггазсервис».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 30.09.2021 конкурсным управляющим ЗАО «Юггазсервис» утверждена ФИО6 (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительными сделками последовательно оформленных договора купли-продажи недвижимости от 05.09.2017 и дальнейшую передачу недвижимого имущества путем заключения договора купли-продажи от 08.02.2018., и применении последствия недействительности сделок отказано. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Саратовской области (далее – ФНС России, уполномоченный орган) без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.07.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 19.01.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 по делу № А57-24981/2018 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что при определении момента наступления у должника признаков неплатежеспособности судами не учтен факт наличия у должника задолженности. На день заключения договора купли-продажи земельного участка от 05.09.2017 на стороне ЗАО «Юггазсервис» уже была сформирована налоговая база и возникла обязанность по уплате сумм налога, о чем было известно директору ЗАО ФИО7, получившему 06.07.2017 акт налоговой проверки. 

Также суд кассационной инстанции указал, что судами не исследовано финансовое состояние векселедателя и не установлена реальная рыночная стоимость переданных в счет оплаты за недвижимое имущество векселей. 

Кроме того, судами не были исследованы обстоятельства и правовые основания приобретения ФИО2 векселей ЗАО «Юггазсервис», а также не установлено, позволяло ли ФИО2 его финансовое состояние в указанный период приобрести векселя. 

Также судами не дана надлежащая оценка доводам уполномоченного органа об аффилированности сторон сделок, с учетом того, что ФИО5 является родственником - мужем двоюродной сестры директора ЗАО «Юггазсервис» - ФИО7 (что следует из пояснений ФИО7 в судебном заседании от 05.05.2021); а ФИО2 - хорошим знакомым ФИО7 (из пояснений ФИО2). При этом в судебном заседании по рассмотрению кассационных жалоб ФИО2 подтвердил, что покупателя на земельный участок ему предложил ФИО7

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ЗАО «Юггазсервис» ФИО4 о признании недействительными сделками последовательно оформленных договора купли-продажи недвижимости от 05.09.2017, заключенного между должником ЗАО «Юггазсервис» и ФИО2, и дальнейшую передачу недвижимого имущества путем заключения договора купли-продажи 08.02.2018 между ФИО2 и ФИО5 и применении последствия недействительности сделок отказано. Отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Саратовской области от 02.06.2021 по делу № А57-24981/2018, в виде запрета Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии Саратовской области совершать любые регистрационные действия в отношении следующего имущества: земельный участок, расположенный по адресу: Саратовская область. Саратовский район, на землях «Нитро-Агро», Саратовская обл., площадью 4250000 +/- 5704,30 кв. м., имеющий кадастровый номер 64:32:021501:396, категория земли: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для крестьянского (фермерского) хозяйства. С ЗАО «Юггазсервис» в доход федерального бюджета взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9 000 руб. Выдан исполнительный лист.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2022 оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, уполномоченный орган обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что судами повторно не принято во внимание наличие у должника задолженности по налогам и сборам, установленной актом выездной налоговой проверки от 06.07.2017. № 15/08, со сроком уплаты – 2013-2016 г.; руководитель должника – ФИО7 приговором Волжского районного суда г. Саратова от 20.07.2022 по делу № 1-59/2022 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного кодекса Российской Федерации. Одним из оснований привлечения ФИО7 к уголовной ответственности послужил факт безвозмездного отчуждения спорного земельного участка ФИО2; указанным приговором и апелляционным определением по уголовному делу опровергается вывод суда апелляционной инстанции о том, что материалами дела установлен факт действительности выдачи векселей ЗАО «Юггазсервис» и наличие у эмитента реального обязательства, лежащего в основе выдачи векселя; ФИО2 письменных доказательств в подтверждение приобретения векселей ЗАО «Юггазсервис» в материалы дела не представлено.  

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.06.2023 в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное разбирательство по кассационной жалобе отложено на 27.06.2023 на 14 часов 30 минут. 

В судебном заседании 27.06.2023 в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 15 часов 00 минут 03.07.2023, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 30.06.2023 произведена замена судьи Гильмутдинова В.Р., входившего в состав судебной коллегии, рассматривающей настоящее дело на судью Богданову Е.В.

В соответствии со статьей 153.1 АПК РФ судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Двенадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФНС России доводы кассационной жалобы поддержал, просил обжалуемые судебные акты отменить.

В судебном заседании и в представленном в материалы дела отзыве представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, заслушав пояснения представителей должника и кредитора, судебная коллегия кассационной инстанции находит их подлежащими отмене в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 05.09.2017 между ЗАО «Юггазсервис» в лице генерального директора ФИО7, с одной стороны, и ФИО2, с другой стороны, заключен  договор купли-продажи земельного участка, площадью 4 250 000 +/- 5 704,30 кв.м., кадастровый номер 64:32:021501:396, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для крестьянского (фермерского) хозяйства, расположенного по адресу: Саратовская обл., Саратовский район, на землях «Нитро-Агро». Согласно условиям договора общая стоимость объекта установлена в размере 10 000 000 руб., оплата стоимости объекта осуществляется путем перечисления денежных средств на расчетный счет либо иным предусмотренным законом способом оплаты. 

Судами установлено, что в подтверждение исполнения обязательств по договору от 05.09.2017 представлен акт приема-передачи векселей от 05.09.2017, в соответствии с которым ФИО2 (векселедатель) передал ЗАО «Юггазсервис» (векселеприобретателю) векселя ЗАО «Юггазсервис» на общую сумму 10 000 000 руб.

08.02.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли - продажи вышеуказанного земельного участка. Стоимость участка составила 3 000 000 руб. 

Полагая, что заключенный договор купли-продажи от 05.09.2017 и договор купли-продажи 08.02.2018 на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) являются недействительными, поскольку по своей правовой природе и сути являются единой сделкой, изначально заключенной ЗАО «Юггазсервис», ФИО2 и ФИО5 с целью причинения вреда интересам кредиторов, конкурсный управляющий ЗАО «Юггазсервис» обратился с настоящим заявлением в суд.

В рассматриваемом случае судами установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Юггазсервис» возбуждено 22.01.2019, оспариваемые сделки совершены 05.09.2017 и 08.02.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При повторном рассмотрении дела, суд первой инстанции, установив, что на дату совершения спорной сделки - 05.09.2017 отсутствовали признаки неплатежеспособности у должника; суду не представлены доказательства аффилированности между должником и ФИО2, не доказана цель причинения вреда имущественным интересам кредиторов, необходимого для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Суд первой инстанции, повторно рассмотрев вопрос о легитимности приобретения ФИО2 вексельных обязательств должника, пришел к выводу о том, что ответчик по сделке являлся законным держателем векселей.

При этом судом первой инстанции, исходя из пояснений ФИО2, установлено, что последний приобрел векселя ЗАО «Юггазсервис» номинальной стоимостью 10 000 000 руб. за 500 000 руб., то есть за сумму, в которую он оценил принадлежавшее ему оборудование (автоподъемники). За полученные векселя ФИО2 расплатился не денежными средствами, а передачей 2-х автоподъемников.

Кроме того, суд учел подтверждение руководителем и главным бухгалтером ЗАО «Юггазсервис» обстоятельств выдачи векселей, а также осведомленность ФНС России о выдаче векселей на момент проведения налоговой проверки и отражение в бухгалтерской отчетности факта гашения вексельных обязательств перед ФИО2 на сумму 10 000 000 руб.

Относительно вопроса об установлении реальной рыночной стоимости переданных в счет оплаты за недвижимое имущество векселей, суд первой инстанции отметил, что необходимость ее установления отсутствует, поскольку в отношениях по сделке купли-продажи земельного участка ФИО2 выступал фактически не как покупатель, а как кредитор, предъявивший требование о выплате ему денежных средств по вексельным обязательствам. Соответственно ЗАО «Юггазсервис» в отношениях со ФИО2 выступало в качестве должника, статус которого, в отличие от статуса продавца, не дает законного права отказать кредитору в удовлетворении собственных ранее выданных долговых обязательств на сумму 10 000 000 руб. Тем самым, вне зависимости от рыночной стоимости векселей ЗАО «Юггазсервис» сумма долговых обязательств зафиксированных номиналом векселей для должника остается в размере не меньшем, чем номинал.

Суд первой инстанции указал, что установление реальной рыночной стоимости переданных в счет оплаты за недвижимое имущество ФИО2 векселей ЗАО «Юггазсервис» никаким образом не может относиться к обстоятельству, которое имеет значение для установления действительности данной конкретной оспариваемой сделки.

При этом из отчета об оценке рыночной стоимости от 22.06.2021, представленного ФИО2, следует, что рыночная стоимость спорного земельного участка по состоянию на 05.09.2017 составила 1 180 000 руб.

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с договором купли-продажи земельного участка от 21.02.2017, ЗАО «Юггазсервис» приобрело земельный участок за 3 500 000 руб. 05.09.2017 должник реализовал его ФИО2 за 10 000 000 руб. (стоимость вексельных обязательств должника), а ФИО2 продал ФИО5 - за 3 000 000 руб. Кадастровая стоимость имущества составляет 697 000 руб.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителем неравноценности встречного обязательства, приобретение ответчиком земельного участка по заниженной цене.

Относительно отсутствия признаков неплатежеспособности ЗАО «Юггазсервис» на момент совершения оспариваемой сделки, судом первой инстанции установлено следующее.

Судом первой инстанции, исходя из анализа кредиторской задолженности, отмечено, что нарушение исполнения ЗАО «Юггазсервис» своих обязательств наступило после вынесения налоговым органом решения о привлечении ЗАО «Юггазсервис» к ответственности за совершение налогового правонарушения № 29/08 от 17.10.2017; доначисление налогов за 2013-2015 года не может быть принято судом как обстоятельство, с достаточной степенью свидетельствующее о возникновении объективных признаков неплатежеспособности ЗАО «Юггазсервис» в период совершения оспариваемой сделки в отсутствие задолженности по налогам за 2016 и 2017 года и иных обязательств перед кредиторами и отсутствия доказательств наступления невозможности продолжения хозяйственной деятельности общества в обычном режиме (задолженность по кредитным обязательствам в период оспариваемой сделки исполнялись должником своевременно).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на дату вынесения акта налоговой проверки 06.07.2017, а также на дату совершения спорной сделки - 05.09.2017, признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, отсутствовали.

Относительно вопроса об аффилированности сторон сделок судом первой инстанции установлено, что наличие отношений взаимозависимости сторон сделки не может являться единственным основанием для вывода об осведомленности ФИО2 о возможных целях совершения сделки по реализации земельного участка.

Кроме того, судом первой инстанции принято во внимание, что у должника в собственности имелось иное недвижимое имущество, транспортные средства. Согласно проведенной в процедуре конкурсного производства инвентаризации, в конкурсную массу должника включено имущество балансовой стоимостью 11 204 839 руб.

При этом суд первой инстанции отметил отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемая сделка причинила вред должнику, реализация земельного участка не являлась безвозмездной, неравноценность исполнения встречного обязательства не доказана.

Установив, что у ФИО2 (после его обращения к руководителю) имеются векселя ЗАО «Юггазсервис» на сумму 10 000 000 руб., ФИО7, как руководителем общества, ввиду вынесения налоговым органом акта налоговой проверки, было принято решение о реализации непрофильного актива - спорного земельного участка, в целях минимизации кредиторской задолженности.

Относительно признания оспариваемых сделок как взаимосвязанных, составляющих единую сделку по отчуждению актива (земельного участка) должника, судом первой инстанции установлено, что собственником спорного имущества до настоящего времени является ФИО5, который заключил с ИП ФИО8 договоры аренды № 1 от 01.01.2019, № 2 от 01.01.2020, № 3 от 08.01.2021, № 4 от 10.01.2022.

Кроме того, суд первой инстанции, отклоняя доводы конкурсного управляющего о мнимости взаимосвязанных сделок, пришел к выводу, что экономическая групповая взаимосвязь между ЗАО «Юггазсервис» и ФИО5 с целью установления одного выгодоприобретателя материалами дела не установлена. Доказательств того, что ФИО7 продолжает фактически владеть спорным имуществом, суду не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая, что действия ЗАО «Юггазсервис» по реализации имущества не носили мнимый характер с целью вывода активов должника заинтересованному лицу, договоры купли-продажи от 05.09.2017 и 08.02.2018 не являются взаимосвязанными сделками и не были направлены на причинение вреда кредиторам общества, а также то, что признаков недобросовестности в действиях участников гражданских правоотношений для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям статьи 10 ГК РФ не установлено, договор заключен при равноценном встречном исполнении. Признаков злоупотребления правом сторонами не выявлено, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы уполномоченного органа, указал, что приговор Волжского районного суда г. Саратова не опровергает выводы суда первой инстанции и не может служить основаниями для отмены судебного акта первой инстанции.

Между тем, судами при повторном рассмотрении обособленного спора не было учтено следующее.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3(2017) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017), при определении такого признака подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинение вреда от сделки, во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений. Иными словами, для признания условий конкретной сделки несправедливыми необходимо учитывать условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их заключения.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Прикрывающие сделки ничтожны независимо от признания их таковыми судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

По основанию притворности недействительной сделкой может быть признана такая сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех ее участников.

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678).

В указанном определении изложена правовая позиция, согласно которой возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

При этом согласно подходу, изложенному в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 N 305-ЭС18-19945(8), от 23.03.2017 N 307-ЭС16-3765(4,5), постановлении Конституционного Суда Российской Федерации N 43-П от 16.11.2018, необходимость максимально эффективной процессуальной организации судебного процесса применительно к рассмотрению споров в отношении объектов недвижимого имущества предполагает правовую квалификацию цепочки последовательно совершенных сделок, поскольку оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63), для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При новом рассмотрении обособленного спора судами по обстоятельствам наличия у должника на дату заключения договора купли-продажи земельного участка от 05.09.2017 признаков неплатежеспособности повторно не принято во внимание наличие у должника значительной задолженности по налогам и сборам, установленной актом выездной налоговой проверки от 06.07.2017 №15/08, врученным ФИО7 до заключения сделки.

Отклоняя данный довод уполномоченного органа, суды сослались на то, что налогооблагаемая  база должника для уплаты сумм доначисленных налогов не была окончательно сформирована на дату составления акта проверки.

Между тем, как следует из пункта 2 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие налоговые периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не моментом выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

По результатам вышеуказанной налоговой проверки установлена неуплата ЗАО "Юггазсервис" налогов в размере 41 519 251,10 руб., в том числе 28 262 402,11 руб. основного долга, 9 412 405,08 пени,  3 844 443,91 руб. штрафа, в том числе НДС (налог 15 299 583,42 руб., пени 5 392 941,33 руб., штраф 2 112 118,13 руб.), Налог на прибыль ТБ (налог 11 611 869,03 руб., пени 3 607 042,08 руб., штраф 1547 281,33 руб.), Налог на прибыль ФБ (налог 1 290 207,67 руб., пени 403 459,06 руб., штраф 172 012,92 руб.), Налог на имущество организаций (налог 60 741,99 руб., пени 8 962,61 руб., штраф 12 148,39 руб.), со сроками уплаты 2013-2016 г.г., то есть со значительным сроком просрочки исполнения.

Таким образом, должником было допущено неисполнение обязанности по уплате налогов и сборов в сроки, установленные налоговым законодательством, что в свою очередь означает образование у должника задолженности по налогам и сборам со дня, следующего за днем истечения срока уплаты налогов.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 07.11.2019 указанная задолженность включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

При этом, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Согласно части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Судами при повторном рассмотрении спора не были приняты во внимание фактические обстоятельства, установленные приобщенным к материалам дела приговором Волжского районного суда г. Саратов от 20.07.2022, оставленным без изменения апелляционным определением Саратовского областного суда от 31.10.2022, которым ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Вышеуказанными судебными актами установлено, что не позднее 28.11.2014 у руководителя должника ФИО7, который достоверно знал о налоговых правонарушениях, допущенных ЗАО «Юггазсервис» в период с 01.01.2013 по 28.11.2014, и возникшей в связи с этим обязанности по уплате налоговых платежей, и иных обязательств перед кредиторами, возник преступный умысел, направленный на преднамеренное банкротство  ЗАО «Юггазсервис». С целью вывода имущества ЗАО «Юггазсервис» ФИО7 с ранее знакомым директором ООО «Модуль-С» ФИО9 подписали фиктивный договор от 28.11.2014 поставки элементов ограждения на сумму 51 575 959 руб. В дальнейшем в счет оплаты указанного договора поставки ФИО7 осуществил выпуск векселей на сумму 50 000 000 руб., в связи с чем кредиторская задолженность была фиктивно увеличена на указанную сумму. В последствие 05.09.2017 ФИО7, реализуя преступный умысел, направленный на преднамеренное банкротство общества, заключил от имени ЗАО «Юггазсервис» со ФИО2 договор купли-продажи спорного земельного участка, определив его стоимость в 10 000 000 руб. При этом ФИО2 в счет оплаты по договору передал ФИО7 пять векселей номиналом по 2 000 000 руб. на общую сумму 10 000 000 руб.

Одним из оснований признания ФИО7 виновным в совершении преднамеренного банкротства, послужил факт безвозмездного отчуждения спорного земельного участка путем заключения со ФИО2 договора купли-продажи от 05.09.2017.

Апелляционным определением Саратовского областного суда отмечено, что сделка имела формальный характер, поскольку фактически осуществлена безвозмездная передача земельного участка без намерения совершить именно сделку купли-продажи имущества по реальной рыночной цене. При этом согласно заключению эксперта от 03.06.2021, векселя ЗАО «Юггазсервис», выпущенные для ООО «Модуль-С» 21.10.2015, в бухгалтерском учете ЗАО «Юггазсервис» в период с 01.01.2015 по 31.03.2016 отражения не нашли (карточка 60.1). 

Также из приговора суда следует, что движение векселей ЗАО «Юггазсервис»,  выпущенных для ООО «Модуль-С» на сумму 50 000 000  руб. в бухгалтерской отчетности и налоговых декларациях по НДС за период с 2014  по 2019 г.г. ЗАО «Юггазсервис», в бухгалтерской отчетности ООО «Модуль-С» за период 2014-2015 г.г. – не отражается; свидетель ФИО9 - директор ООО «Модуль-С» (13.09.2017 ООО «Модуль-С» исключено из ЕГРЮЛ), не подтвердил факт передачи векселей от ЗАО «Юггазсервис» к ООО «Модуль-С». Результатом вышеуказанных действий по выпуску векселей и отчуждению имущества должника стало преднамеренное банкротство ЗАО «Юггазсервис».

На момент рассмотрения обособленного спора в суде апелляционной инстанции упомянутый приговор вступил в законную силу и, следовательно, не мог быть проигнорирован судом апелляционной инстанции. Тем самым была создана ситуация правовой неопределенности, когда, с одной стороны, существует вступивший в силу приговор суда, согласно которому установлено безвозмездное отчуждение спорного земельного участка в обмен на векселя, выпущенные по несуществующему обязательству, повлекшие преднамеренное банкротство, а с другой - в обжалуемых судебных актах указано на то, что реализация земельного участка не являлась безвозмездной, неравноценность исполнения встречного обязательства не доказана.

Судами первой и апелляционной инстанции сделан вывод об отсутствии у ФИО2 осведомленности о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, об ущемлении интересов кредиторов должника и о признаках неплатежеспособности имущества должника.

Вместе с тем, в основу выводов оспариваемых судебных актов в части обстоятельств приобретения ФИО2 векселей ЗАО «Юггазсервис» положены его устные показания, согласно которым ФИО2 приобрел векселя у незнакомого мужчины по имени Александр, продав принадлежащие ему два автоподъемника за 500 000 руб. При этом каких-либо письменных доказательств в подтверждение указанных обстоятельств, в том числе наличия у ФИО2 в собственности указанного оборудования, а также финансовой возможности для данной сделки, участвующими в деле лицами не представлено.

Кроме того, из приобщенного в материалы дела приговора суда следует, что свидетель ФИО10 (руководитель ООО «Каскад») пояснила, что ООО «Каскад» предоставляло займы ЗАО «Юггазсервис», она давно знакома с ФИО7, поддерживала с ним приятельские отношения; ФИО2 с 2007 по 2016 являлся ее гражданским мужем; у ФИО2 отсутствовала финансовая возможность приобрести земельный участок; финансовую помощь ФИО2 не оказывает.

Как следует из материалов обособленного спора, пояснений ФИО7 и ответчиков, ФИО5 является родственником (мужем двоюродной сестры директора ЗАО "Юггазсервис") ФИО7, а ФИО2 - хорошим знакомым ФИО7 При этом ФИО2 подтвердил, что покупателя на земельный участок ему предложил ФИО7 Из пояснений ФИО5 также следует, что о продаже земельного участка он узнал от ФИО7, который познакомил его со ФИО2 Земельный участок у ФИО2 был приобретен им за 3 000 000 руб., оплата производилась за наличный расчет.

При этом доказательства произведенной оплаты по договору, равно как и наличия финансовой возможности у ФИО5, в материалы дела не представлены.

В судебном заседании суда округа ФИО2 даны пояснения, согласно которым у него была экономическая целесообразность в приобретении земельного участка рыночной стоимостью около 1 000 000 руб. за 500 000 руб. и дальнейшей его реализации по рыночной стоимости. Вместе с тем покупателя ФИО2 предложил ФИО7, а ФИО2, в свою очередь, не представлено каких-либо доказательств предпринятых им мер к реализации спорного земельного участка в период времени с 05.09.2017 по 08.02.2018 с учетом его сложного финансового состояния. Доказательств расходования полученных от продажи земельного участка 3 000 000 руб. ФИО2 также не представил. 

В связи с чем к пояснениям ответчиков с учетом установленных обстоятельств по делу, в том числе признаков аффилированности, следует относиться критически.

Вместе с тем, исходя из сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 N 305-ЭС18-3533 правовой позиции, отсутствие, в том числе, экономической целесообразности самой сделки дополнительно свидетельствует об отсутствии реальности договора.

При этом заинтересованные лица к должнику должны исключить любые сомнения в реальности сделки, поскольку наличие признаков, в том числе, фактической аффилированности повышают вероятность внешне безупречных доказательств исполнения фиктивной по сути сделки.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 206-ЭС16-20056(6), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Однако такие доказательства в материалы дела участниками сделок не представлены, в рамках настоящего обособленного спора заявленные уполномоченным органом доводы и установленные приговором суда обстоятельства - не опровергнуты.

По мнению судебной коллегии, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение ФИО7 актива во исполнение реализации умысла на преднамеренное банкротство общества, что установлено приговором суда, в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения указанной цепочки сделок.

Представленные в материалы дела сведения о передаче ФИО5 спорного земельного участка в аренду третьему лицу, при имеющихся сведениях о его аффилированности с ФИО7, не опровергают вышеизложенных выводов суда округа. 

На этом основании суд округа считает установленным наличие оснований для признания договора купли-продажи от 05.09.2017, договора купли продажи от 08.02.2018 в качестве ничтожных сделок в соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ (притворная сделка), прикрывающих безвозмездный вывод имущества должника.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив, что сделка по отчуждению земельного участка должника, прикрываемая договором купли-продажи от 05.09.2017 и договором купли-продажи от 08.02.2018, совершена безвозмездно и между фактически аффилированными лицами, суд округа пришел к выводу о доказанности наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве считает оспариваемую сделку недействительной.

При таких обстоятельствах, суд кассационной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 подлежат отмене, заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделками договора купли-продажи недвижимости от 05.09.2017, заключенного между ЗАО «Юггазсервис» и ФИО2, договора купли-продажи недвижимости от 08.02.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5, подлежит удовлетворению.

 

В силу пункта 2 статьи 287 АПК РФ арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

В связи с отсутствием в материалах обособленного спора актуальных сведений о собственнике спорного земельного участка, с учетом отмены принятых обеспечительных мер 18.11.2022, обособленный спор в части применения последствий недействительности сделок подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении суду необходимо учесть изложенное, с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, оценки собранных по делу доказательств, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, и исходя из установленного, применить последствия недействительности спорных сделок.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 по делу № А57-24981/2018 отменить.

Признать недействительными сделками договор купли-продажи недвижимости от 05.09.2017, заключенный между закрытым акционерным обществом «Юггазсервис» и ФИО2, договор купли-продажи недвижимости от 08.02.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО5.

         В части применения последствий недействительности сделок обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий судья                                            П.П. Васильев

 

Судьи                                                                                    Е.В. Богданова

 

                                                                                              Е.П. Герасимова