СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11841/2022(1)-АК

Дело № А60-28602/2021

08 ноября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 ноября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С., 

судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от кредитора публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО2 (доверенность от 22.03.2022, паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 09 августа 2022 года

о завершении процедуры реализации имущества должника и неприменении в отношении ФИО3 правил об освобождении от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-28602/2021

о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО3 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), 

третье лицо: ФИО6,

установил:

09.06.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2021 указанное заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2021 (резолютивная часть от 08.07.2021)  ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член Ассоциации «Дальневосточная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Определением суда от 28.12.2021 срок процедуры реализации имущества гражданина был продлен на 1 месяц, до 28.01.2022.

28.01.2022 финансовым управляющим в арбитражный суд представлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от исполнения обязательств, с приложением отчетов финансового управляющего о результатах проведения реализации имущества гражданина, об использовании денежных средств и реестра требований кредиторов (л.д.2-2а, 3 т.2).

Кредиторами публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк») и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее – ФИО5) были заявлены возражения против освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств (л.д.128-130, 141 т.1).

Срок процедуры реализации имущества гражданина неоднократно продлевался.

Определением суда от 21.06.2022 к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО6 (далее – ФИО6).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.08.2022 (резолютивная часть от 02.08.2022) процедура реализации имущества ФИО3 завершена, при этом судом указано на неприменение в отношении должника правил об освобождении гражданина от исполнения обязательств. 

Не согласившись с указанным определением, должник ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый, которым применить правила об освобождении от обязательств в отношении должника.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы должник указывает на отсутствие в материалах дела доказательств недобросовестности должника и злоупотребление правом ФИО3, а также доказательств сокрытия имущества либо принятия мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства. Отмечает, что все необходимые сведения по требованиям финансового управляющего были предоставлены должником своевременно в рамках процедуры банкротства. Относительно позиций кредиторов о злоупотреблении правом со стороны должника поясняет, что действительно была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в Тюменской области (один раз), но в Тюменской области у должника не было магазинов «Белорусские деликатесы», прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 13.01.2012. С 15.10.2019 вновь была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, но уже в г.Екатеринбурге, деятельность вела до февраля 2021 года, прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 12.04.2021 (основное направление деятельности – розничная реализация продуктов питания, открытые продовольственные магазины «Белорусские деликатесы»); деятельность была прекращена в период пандемии. При этом отмечает, что у должника никогда не было магазина «Папа Ростов», что подтверждается налоговой декларацией; в ТЦ «Академический» точек продаж также открыто не было; магазинов на то время было всего два; после закрытия магазины не функционировали, данный факт подтверждается договорами аренды. Также обращает внимание, что хозяйствующие субъекты платят единый налог на вмененный доход (далее – ЕНВД) не с фактического дохода, а с предполагаемого государством дохода в соответствующей сфере. ФИО3 осуществляла деятельность на ЕНВД по виду деятельности розничная торговля на 3-х объектах торговли с привлечением труда 3-х наемных работников, бизнес не был прибыльным; с учетом расходов на аренду от вмененного дохода оставалось чуть более 70 тыс.руб. Заявитель жалобы ФИО3 настаивает на том, что у нее не было умысла навредить кредиторам, при этом она оплачивала кредиты и старалась восстановить свою платежеспособность.

До начала судебного заседания от кредитора общества «Сбербанк» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит в удовлетворении жалобы отказать.

Участвующий в судебном заседании представитель общества «Сбербанк» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в письменном отзыве.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей не направили, что в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Исходя из доводов апелляционной жалобы, предметом спора в суде апелляционной инстанции является вопрос о наличии/отсутствии оснований для применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Проанализировав доводы жалобы, отзыва на нее, исследовав материалы дела в совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, а также проверив правильность применения судом норм материального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, в рамках процедуры банкротства сформирован реестр требований кредиторов на сумму 4 740 416 руб. 64 коп., в том числе вторая очередь в размере 149 084 руб. 20 коп. (требования уполномоченного органа), третья очередь – 4 382 883 руб. 74 коп. (требования общества «Сбербанк», ФИО5, публичного акционерного общества «Совкомбанк», общества с ограниченной ответственностью «Вектор», уполномоченного органа), при этом требования общества «Сбербанк» составили 3,9 млн руб.; за реестром учтены требования в размере 208 448 руб. 70 коп.

В ходе процедуры реализации финансовым управляющим не выявлено имущество, подлежащее реализации; конкурсная масса формировалась за счет пенсии, в конкурсной массе должника имелись денежные средства в размере 114 312 руб., из которых 63 100 руб. выдано должнику в качестве прожиточного минимума, 50 340 руб. направлено на расчеты с кредиторами, 872 руб. направлено на погашение расходов финансового управляющего.

Требования кредиторов погашены на 1,56% (вторая очередь погашена на 49,76%), текущие расходы по настоящему делу о банкротстве составили 16 704 руб. 84 коп., погашены.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, сделаны следующие выводы: признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено, восстановление платежеспособности должника невозможно. Финансовым управляющим также сделаны выводы об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, подозрительные сделки не выявлены.

При рассмотрении вопроса о завершении процедуры реализации имущества ФИО3 кредиторы должника общество «Сбербанк» и ФИО5 просили не применять в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, установленные статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

Суд первой инстанции при завершении процедуры реализации имущества должника, исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, не установил наличие оснований для применения к должнику предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве правил об освобождении от обязательств.

Отказывая в освобождении должника от исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что кредиторами доказано наличие недобросовестного поведения должника.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы семнадцатый и восемнадцатый статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), учитывая разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрены случаи, когда освобождение гражданина от обязательств не допускается.

Так, если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пункт 42 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45).

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Помимо этого, согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не допускается освобождение должника от обязательств, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце (совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество).

Следует отметить, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве действия являются только примерным перечнем действий, которые могут свидетельствовать о допущенном должником злоупотреблении правом.

Обжалуя определение суда, ФИО3 не соглашается с выводами суда относительно отсутствия оснований для освобождения ее от исполнения обязательств и настаивает на том, что у нее не было умысла навредить кредиторам, при этом она оплачивала кредиты и старалась восстановить свою платежеспособность.

Между тем, сам ход рассмотрения дела о банкротстве, свидетельствует о том, что процедура реализации имущества гражданина фактически прошла в условиях неполноты сведений о должнике, доходах, ранее занимаемой деятельности и т.д., вся информация началась собираться судом после поступления первоначального ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры и проявленной кредиторами активности в деле о банкротстве (суд еще более полугода собирал и анализировал информацию о должнике).

Так, в заявлении о собственном банкротстве ФИО3 не указывала кредиторов, обязательства перед которыми возникли в связи с осуществляемой ранее предпринимательской деятельностью, даже о самом факте того, что она имела статус индивидуального предпринимателя ФИО3 не сообщила (лист записи ЕГРИП о прекращении статуса индивидуального предпринимателя (л.д.99 т.1) в приложении к заявлению не указан), позиционируя себя исключительно гражданином-пенсионером.

Также ФИО3 сообщила суду недостоверные сведения о дате рождения (вместо 08.09.1955  согласно свидетельству о рождении (л.д.30 т.1) указано 09.09.1955, причины расхождения сведений не раскрыты), не сообщила о предыдущих фамилиях, а в составе кредиторской задолженности привела только сведения о банковских потребительских кредитах.

Кроме того, ФИО3 не указала на дарение комнаты в г.Екатеринбурге от 24.12.2020, несмотря на предусмотренную законом обязанность сообщать суду о сделках за последние три года, предшествующие дате подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). Сделка была совершена за несколько месяцев до обращения с заявлением о признании должника банкротом, при этом финансовым управляющим не оспорена.

 Далее, должник ФИО3, обращаясь в суд с заявлением об исключении из конкурсной массы денежных средств на аренду жилья, хотя и представила договор найма жилого помещения, тем не менее, не обосновала необходимость аренды жилого помещения в г.Екатеринбурге (соседней комнаты в общежитии) с учетом разумности таких расходов, учитывая отчуждение комнаты по договору дарения родной дочери незадолго до обращения в суд с заявлением о собственном банкротстве и при неисполненных обязательствах перед кредиторами.

Отказывая должнику в исключении из конкурсной массы дополнительных денежных средств, суд установил, что материалы дела к заявлению о признании должника банкротом, не содержат сведений о трудовой деятельности должника, в заявлении указано лишь, что местом работы является – Государственное автономное учреждение здравоохранения; арбитражный управляющий финансовый анализ должника не провел; должником справки 2-НДФЛ не представлены, иного материалы дела не содержат.

Также должником изначально в заявлении не было указано на наличие у нее ранее статута индивидуального предпринимателя, при чем индивидуальным предпринимателем ФИО3 была дважды; деятельность должника в качестве индивидуального предпринимателя была прекращена 13.01.2012 и 12.04.2021.

Согласно материалам дела, основным направлением деятельности ФИО3 как индивидуального предпринимателя являлась розничная реализация продуктов питания, были открыты продовольственные магазины и торговые точки «Белорусские деликатесы» и «Папа Ростов».

ФИО3 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в период с 15.10.2019 по 12.04.2021 и применяла упрощенную систему налогообложения (далее – УСН) с объектом налогообложения «доходы, уменьшенные на величину расходов».

Согласно выписке из ЕГРИП основным видом предпринимательской деятельности являлся «Торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах» (ОКВЭД 47.11).

Согласно представленным налоговым органом сведениям, за 2019-202 годы декларации представлены в полном объеме, доходы по представленным декларациям отсутствуют (л.д.76-79 т.2).

В период с 08.11.2019 по 01.01.2021 ФИО3 также была поставлена на учет как плательщик ЕНВД. За 4 квартал 2019 года и 1-4 кварталы 2020 года декларации по ЕНВД представлены в отношении розничной торговли, осуществляемой через объекты стационарной торговой сети, не имеющих торговых залов, а также объекты нестационарной торговой сети, по следующим адресам в 

<

...> 

Кроме того, за должником числилась зарегистрированная контрольно-кассовая техника (далее – ККТ) по 8-ми действующим торговым точкам и магазинам, при этом даты регистрации ККТ и адреса свидетельствуют о том, что в течение 2020 года должником отрывались новые торговые места, а активное «прекращение» торговой деятельности наблюдается в январе-феврале 2021 года (л.д.77 т.2).

Исходя из пояснений должника, предпринимательская деятельность была прекращена в связи с ее убыточностью, т.к. осуществлялась во время пандемии COVID-19, данные фактор сказался на покупательской способности, в связи с чем, большая часть реализуемого товара подлежала списанию из-за сроков годности, магазины перестали приносить прибыть.

Между тем, в ходе рассмотрения вопроса о возможности освобождения должника от дальнейшего исполнения обязанностей, судом первой инстанции установлено, что магазины и торговые точки «Белорусские деликатесы» продолжают функционировать на территории торговых центров «Фан-Фан», «Академический», «Кит», «Радуга», сохранив то же местонахождение, те же вывески, тот же штат сотрудников, однако владельцем бизнеса является уже индивидуальный предприниматель ФИО6, директором – ФИО6, который ранее являлся директором у самой ФИО3

При этом доказательства убыточности данного бизнеса суду не представлены, не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции (статья 65 АПК РФ).

Оценивая утверждения финансового управляющего об убыточности бизнеса должника, суд первой инстанции обоснованно указал, что расчеты управляющего произведены только на основании анализа договоров аренды. При этом даже из расчетов управляющего следует, что бизнес приносил прибыль.

Суд также верно отметил, что ранее в 2012 году должник ФИО3 уже прекращала свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, а ФИО6 в 2014 году открыл ИП, затем прекратил 10.01.2020, а ФИО6 открыла ИП 19.10.2020 с одновременным закрытием ИП ФИО3

При этом из справки формы 40 следует, что ФИО6 и ФИО6 были зарегистрированы по месту жительства должника по ул.Гурзуфская, д.18 комн.212, в период с 07.10.2019 по 02.08.2021  и с 15.09.2020 по 29.03.2021.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что единственной целью прекращения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя являлось уменьшение активов должника и перевод бизнеса на подконтрольные должнику лица ФИО6 и ФИО6, иная экономическая целесообразность совершения указанных действий отсутствовала.

Кроме того, судом верно принято во внимание, что ФИО3 обратилась в арбитражный суд о признании ее несостоятельной (банкротом) 09.06.2021, т.е. спустя 7 месяцев после оформления последнего кредитного договора с обществом «Сбербанк».

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что согласно кредитному отчету (кредитной истории) ФИО3  прекратила надлежащим образом исполнять свои кредитные обязательства в период январь-февраль 2021 года, хотя до этого исполняла свои обязательства. 

Между тем, в материалах отсутствуют разумные мотивированные объяснения (с учетом экономических результатов предпринимательской деятельности) наличия объективных причин невозможности дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Ссылка на осуществление деятельности в период пандемии не может быть признана достаточно обоснованной, поскольку наиболее сложным, с точки зрения противоэпидемиологических ограничений, являлся 2020 год, однако в этот период бизнес должника развивался, в 2021 году уже не было столь масштабных противоэпидемиологических ограничений.

Довод апелляционной жалобы об ограничении возможности эффективно осуществлять предпринимательскую деятельность в связи с возрастом должника и наличием заболеваний (ишемический (атеротромботический) инсульт в ВББ) также не может быть признан достаточно обоснованным, т.к. согласно представленным в материалы дела медицинским документам ишемический инсульт у ФИО3 был в декабре 2017 года (лечение с хорошим восстановлением), в декабре 2019 года ФИО3 была госпитализирована по причине транзиторной ишемической атаки в ВББ (л.д.44, 45 т.3). Между тем, ни возраст, ни состояние здоровья не являлись препятствием к возобновлению ФИО3 предпринимательской деятельности с октября 2019 года.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии у должника умысла навредить кредиторам и стремлении должника восстановить свою платежеспособность подлежит отклонению, поскольку вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что поведение должника в рассматриваемом случае выходило за пределы добросовестности и в ходе рассмотрения дела о банкротстве ФИО3 не были представлены исчерпывающие пояснения ни о ходе ведения ею предпринимательской деятельности, ни о результатах такой деятельности, ни о причинах прекращения деятельности и передачи бизнеса иным лицам, все пояснения и представленные документы носят фрагментарный характер и не раскрывают всех взаимоотношений должника с его контрагентами.

Так, например, утверждая, что все ККТ были взяты должником в аренду, ФИО3 не представила ни одного договора; утверждая, что торговые точки не открывались в одно и то же время и бизнес не приносил дохода, ФИО3 не раскрыла, а какие магазины и торговые точки работали одновременно, почему закрывались те или иные и открывались новые, какие образом и за счет каких средств были оборудованы новые торговые места, как менялся объем и ассортимент закупаемой продукции, каким образом была построена работа с поставщиками, кто работал в магазинах и торговых точках (якобы у должника имелось только 3 наемных работника, один из которых директор), сколько в действительности у должника имелось торговых точек и магазинов и в какой момент времени, в какие именно периоды времени снижалась выручка от реализации продуктов питания, чем подтверждается факт списания реализуемых продуктов (по утверждению должника подлежала списанию большая часть), каким образом велся налоговый учет по двум упрощенным системам налогообложения и так далее.

Как указано выше, исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, учитывая разъяснения постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Между тем, в рамках настоящего дела о банкротстве установлено, что поведение должника вышло за рамки добросовестного поведения гражданина, ранее занимавшегося предпринимательской деятельностью, которое свидетельствует о стремлении должника уклониться от исполнения обязательств перед кредиторами (полностью или в части), и в целях достижения такой цели нежелании обеспечить открытое, честное взаимодействие с судом и сотрудничество с кредиторами, финансовым управляющим. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ должником не были опровергнуты разумные сомнения кредиторов в наличии признаков злоупотребления правом в поведении должника и не доказано, что банкротство гражданина и неспособность далее выполнять свои денежные обязательства обусловлено исключительно тяжелыми жизненными обстоятельствами и экономическими факторами, повлиявшими на успешное продолжение предпринимательской деятельности.

В данном случае, вопреки доводам апелляционной жалобы, при рассмотрении вопроса о возможности или невозможности применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств, существенное значение имеет поведение должника в процедуре банкротства, которое в отсутствие достаточных доказательств наличия добросовестности в любом случае несет ущерб для кредиторов и конкурсной массе. 

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены определения суда, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена. В данном случае подача апелляционной жалобы на определение суда о завершении процедуры банкротства и применении/неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств государственной пошлиной не облагается, в связи с чем, уплаченная должником государственная пошлина по двум чекам-ордерам от 18.08.2022 (операция 4984) и от 19.08.2022 (операция 4998) подлежит возврату за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 09 августа 2022 года по делу №А60-28602/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 за счет средств федерального бюджета излишне уплаченную по чеку-ордеру от 19.08.2022 (операция 4998) за подачу апелляционной жалобы государственную пошлину в сумме 150 (Сто пятьдесят) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.С. Нилогова

 

Судьи

 

И.П. Данилова

 

Л.М. Зарифуллина