СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4264/2023(1)-АК

Дело № А60-22506/2022

23 мая 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2023 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  23 мая 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Темерешевой С.В., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при отсутствии лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 13 декабря 2022 года

о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 и применение в отношении нее положений п. 3 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-22506/2022

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом), 

 

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Саморегулируемой организации ассоциация арбитражных управляющих «Синергия».

Рассмотрение отчета о результатах проведения процедуры назначено на 06.12.2022.

06.12.2022 от финансового управляющего поступило ходатайство  завершении процедуры реализации имущества, с освобождением от дальнейшего исполнения обязательств должника, о перечислении финансовому управляющему с депозитного счета денежных средств в размере 25 000 руб. Представлены соответствующие документы, в том числе отчет управляющего о результатах проведения процедуры.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2022 (резолютивная часть от 06.12.2022) процедура реализации имущества должника завершена, в отношении ФИО2 применены положения п. 3 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств, арбитражному управляющему ФИО3 выплачено вознаграждение. 

Не согласившись с вынесенным определением в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, ИП ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт в обжалуемой части изменить, не применять в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед ИП ФИО4

В обоснование жалобы приводит обстоятельства возникновения у должника обязательств перед кредитором, полагает недобросовестным поведение ФИО2, выразившееся в не направлении должником копии заявления о признании банкротом в адрес кредитора ИП ФИО5, представлении недостоверных сведений о кредиторах в связи с не указанием в качестве кредитора ИП ФИО5 По утверждению апеллянта, о состоявшейся уступке ПАО «Сбербанк России» права требования к должнику ФИО2 было известно, поскольку направленное ей по указанному в кредитном договоре адресу (620135, 

<

...>) направлено соответствующее уведомление. Отмечает, что должник при рассмотрении мировым судьей заявления о процессуальном правопреемстве взыскателя (кредитора) свое участие не обеспечила. Обращает внимание, что ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» не знало и не могло знать о том, что в отношении должника введена процедура реализации имущества, поскольку судебным приставом-исполнителем не исполнена обязанность по направлению в адрес кредитора постановления об окончании исполнительного производства; согласно интернет-сервису ФССП России «Банк данных исполнительных производств», исполнительное производство № 278100/22/66066-ИП от 30.12.2022 окончено 11.01.2023 на основании п. 7 ч. 1 ст. 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; на момент направления апелляционной жалобы в адрес кредитора от структурных подразделений ФССП России какие-либо документы о ходе исполнительного производства не поступали. Финансовым управляющим обязанность по уведомлению кредитора о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина также не исполнена.

В тексте апелляционной жалобы ИП ФИО5 заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу жалобы, мотивированное тем, что о нарушении своих прав предпринимателю стало известно при самостоятельном исследовании открытых Интернет-ресурсов (сайты ФССП, ЕФРСБ» «Мой Арбитр» и другие) только 27.03.2023.

В обоснование доводов жалобы представлены документы, а также заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителей.

В определении от 11.04.2023 о принятии апелляционной жалобы к производству Семнадцатым арбитражным апелляционным судом было указано на то, что ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы будет рассмотрено в судебном заседании.

До судебного заседания от должника поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, просит отказать ее удовлетворении, а также в ходатайстве о восстановлении срока на ее подачу.

Финансовый управляющий в своем отзыве возражает относительно доводов жалобы, просит в их удовлетворении отказать. Заявлено о проведении судебного заседания в свое отсутствие.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с ч. 3 ст. 156, ст. 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

В соответствии с ч. 3 ст. 223 АПК РФ определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о банкротстве и обжалование которых предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (ч. 3 ст. 113 АПК РФ).

Таким образом, предусмотренный законом срок апелляционного обжалования определения арбитражного суда от 03.06.2022 истек 20.06.2022.

Апелляционная жалоба на вышеуказанное определение подана ИП ФИО5 посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», 30.03.2023 в 10 час. 42 мин. (согласно сведениям Арбитражного суда Свердловской области о дате поступления документов в систему подачи), то есть после истечения установленного ч. 3 ст. 223 АПК РФ срока на апелляционное обжалование.

Статьей 115 АПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных АПК РФ или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

Срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения или, если ходатайство подано лицом, указанным в ст.42 АПК РФ, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом (ч.2 ст.259 АПК РФ).

Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные ст.ст.259, 276, 292 и 312 АПК РФ предельные допустимые сроки для восстановления (ч.2 ст.117 АПК РФ).

Ходатайство ИП ФИО5 о восстановлении пропущенного срока мотивировано тем, что о нарушении своих прав ей стало известно только 27.03.2023 при самостоятельном исследовании открытых Интернет-ресурсов (сайты ФССП, ЕФРСБ» «Мой Арбитр» и другие), поскольку кредитор не был уведомлен о возбуждении дела о банкротстве и введении в отношении гражданина процедуры реализации имущества.

В данном случае ИП ФИО5 не является лицом, участвующим в настоящем деле, при этом у должника перед ней имеются неисполненные обязательства, подтвержденные судебными актами, то есть апеллянта является кредитором должника. 

Из содержания жалобы следует, что предпринимателем судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества ФИО2 не оспаривается, доводы о не проведении каких-либо мероприятий процедуры не приводится. Апеллянт просит изменить судебный акт в части и не освобождать должника от исполнения обязательств перед ИП ФИО5 

Следовательно, у ИП ФИО5 не имеется интереса в продолжении процедуры банкротства должника, она согласна с ее завершением, усматривает возможным восстановление его прав путем рассмотрения ее апелляционной жалобы о наличии оснований для не освобождения должника от исполнения обязательств перед апеллянтом. 

В такой ситуации апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в части завершения процедуры, полагает возможным восстановить ИП ФИО5 срок для подачи апелляционной жалобы, поскольку обжалуемый апеллянтом спор влияет на ее права, и рассмотреть заявленные доводы по существу.

Документы, приложенные ИП ФИО5 к апелляционной жалобе, приобщены судом к материалам дела (ч. 2 ст. 268 АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ только обжалуемой части (в части освобождения от обязательств перед апеллянтом). Возражений от лиц, участвующих в деле, не поступило.

Суд первой инстанции, завершая процедуру банкротства в отношении должника и применяя к нему правила об освобождении от исполнения обязательств, в т.ч. не заявленных в процедуре банкротства, исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства, завершены, с учетом поведения должника в процедуре, причин и обстоятельств, повлекших банкротство, основания для продления процедуры банкротства и основания для не освобождения гражданина от обязательств, предусмотренные п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, не установлены.

Выводы суда первой инстанции в части завершения процедуры реализации имущества в отношении ФИО2 лицами, участвующими в деле, не оспариваются, апелляционным судом не пересматриваются (ч. 5 ст. 268 АПК РФ, п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Изучив имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения определения суда в обжалуемой части по следующим основаниям.

В силу ст. 32 Закон о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона).

По истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина с ходатайством о завершении процедуры банкротства.

Финансовым управляющим заявлено о завершения процедуры реализации имущества, указано на то, что в ходе проведенной процедуры  финансовым управляющим произведены мероприятия по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы. 

В реестр требований кредиторов включены требования в общем размере 1 648 309,41 руб., из них: в составе второй очереди включены требования Межрайонной ИФНС № 32 по Свердловской области в размере  52 545,47 руб. (задолженность по заработной плате); в третью очередь реестра включены требования: Межрайонной ИФНС № 32 по Свердловской области в размере  9 001,40 руб. основного долга, 18 925,12 руб. неустойки; АО «Банк Русский Стандарт» в размере 72 604,80 руб. основного долга; ООО «ТЭГОМА» в размере 1 052 342,44 руб. основного долга; ООО «ЭОС» в размере 442 890,18 руб. основного долга.

В настоящее время реестр требований кредиторов гражданина ФИО2 является закрытым. Требования кредиторов не погашались.

За период проведения процедуры финансовым управляющим выполнены все мероприятия по процедуре реализации имущества: проведён анализ финансово-экономического состояния должника, по результатам которого сделаны выводы о невозможности восстановления платёжеспособности должника; сделаны выводы об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства гражданина.

Имущества, денежных средств за счет, которых должна быть сформирована конкурсная масса, не выявлено.

Должник не трудоустроена, получателем пенсионных и иных социальных выплат не является.

ФИО2 в зарегистрированном браке не состоит (брак с ФИО6 расторгнут 23.05.2016, свидетельство о расторжении брака от 23.05.2016), на иждивении имеет двоих несовершеннолетних детей: ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

За период проведения процедуры в конкурсную массу поступили денежные средства в размере 90 757,81 руб. (социальные выплаты), которые были выплачены должнику в качестве прожиточного минимума на него и ее несовершеннолетних детей. 

Расходы финансового управляющего за время реализации имущества составили 38 734,66 руб. (публикации, почтовые расходы, вознаграждение управляющего), не погашены.

В связи с проведением финансовым управляющим всех мероприятий, предусмотренных в процедуре банкротства должника, суд завершил процедуру реализации имущества в отношении должника применительно ст. 213.28 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

Принимая во внимание, что имущество, подлежащее реализации, финансовым управляющим не установлено, конкурсная масса не сформирована; погашение требований кредиторов не осуществлялось; признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника финансовым управляющим не выявлено; какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника с целью формирования конкурсной массы, в материалы дела не представлены, суд первой инстанции правомерно признал, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума №45), при возбуждении производства по делу о банкротстве должник обязан представить предусмотренные п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве документы вместе с отзывом на заявление (ст. 47 Закона) - документы о полученных физическим лицом доходах, справка о наличии счетов, вкладов (депозитов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах, во вкладах (депозитах), об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств, выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) граждан, в банке должны содержать сведения за трехлетний период, предшествующий дню подачи заявления о признании должника банкротом, вне зависимости от того, кем подано данное заявление (абзацы 9 и 10 п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве), а неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, и сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (абзац 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

В п. 42 постановления Пленума №45 разъяснено, что целью п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Данные нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если на должника возложена обязанность представить документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (ст. 65 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45, по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абзац 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Возражая против освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед ИП ФИО5, апеллянт указывает на неисполнение должником обязанности по указанию в числе кредиторов ИП ФИО5, по направлению копии заявления о признании гражданина банкротом и приложенных к нему документов в адрес данного кредитора, который является правопреемником ПАО «Сбербанк» по договору уступки от 16.12.2019, полагая такое поведение недобросовестным. 

По утверждению ИП ФИО5, уведомление от 20.12.2019 о состоявшейся уступке было направлено должнику по адресу регистрации, то есть должник должен был знать о новом кредиторе ИП ФИО5, однако, сведения о нем должником были скрыты от суда и финансового управляющего. Также в подтверждение осведомленности должника об уступке права требования ПАО «Сбербанк России» и новом кредиторе апеллянт ссылается на произведенные судом общей юрисдикции замену взыскателя, возбуждение соответствующих исполнительных производств.  

Суд первой инстанции при освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств руководствовался не выявлением финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства недобросовестности со стороны должника, выраженной в не предоставлении запрашиваемой информации и препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода и препятствовании пополнению конкурсной массы для соразмерности удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что при обращении в суд с заявлением (27.04.2022) о признании себя банкротом ФИО2 было указано на наличие у нее неисполненных обязательств на общую сумму 680 461 руб.:

- перед ООО ЭОС по кредитному договору от 14.11.2012, кредитному договору от 17.07.2012  в размере 622 026 руб.,

- перед Межрайонной ИФНС № 32 по Свердловской области (налоги, пени, штрафы) в размере 33 935 руб.;

- перед УФК по Свердловской области в размере 24 500 руб.

Процедура реализации имущества ФИО2 введена решением от 15.06.2022. 

Сведения о несостоятельности ФИО2 опубликованы в ЕФРСБ (сообщение № 9036450 от 20.06.2022) и газете «КоммерсантЪ» (объявление № 77232865844 стр. 154, выпуск № 112(7313) от 14.06.2022).

При подаче заявления должником представлены сведения о кредиторах – ООО ЭОС и уполномоченном органе, основаниях возникновения и размере задолженности перед ними, подтверждающие их документы.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования четыре кредиторов – Межрайонная ИФНС № 32 по Свердловской области; АО «Банк Русский Стандарт»; ООО «ТЭГОМА»; ООО «ЭОС».

Требования ИП ФИО5 основаны на совершенной ООО «Агентство по сбору платежей» уступке права требования по договору от 16.12.2019 № 16/12, по которому к ИП ФИО5 перешло право требования к должнику задолженности по кредитному договору № 

<

***> от 20.09.2013, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2, в размере 107 688,31 руб.

При этом из представленных в материалы дела документов следует, что в связи с ненадлежащим исполнением ФИО2 обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 20.09.2013 ПАО «Сбербанк России» обратился к мировому судье судебного участка № 9 Орджоникидзевского судебного района г. Екатеринбурга с заявлением о выдаче судебного приказа на взыскание с ФИО2 задолженности за период с 21.12.2015 по 05.08.2016 в размере 106 028,03 руб. 

ПАО «Сбербанк России» был выдан судебный приказ № 2-717/2016 от 06.09.2016 на взыскание с ФИО2 задолженности в общем размере 107 688,31 руб., в том числе задолженность по кредитному договору № 

<

***> в размере 106 028,03 руб., государственная пошлин в размере 1 660,28 руб.

Определением мирового судьи судебного участка № 9 Орджоникидзевского судебного района г. Екатеринбурга от 11.05.2018 произведена замена взыскателя по исполнению судебного приказа по делу № 2-717/2016 с ПАО «Сбербанк России» на ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» в связи с заключением между указанными лицами договора цессии № ПЦП5-21 от 11.05.2018.

Определением мирового судьи судебного участка № 9 Орджоникидзевского судебного района г. Екатеринбурга от 14.12.2018 произведена замена взыскателя по исполнению судебного приказа по делу № 2-717/2016 с ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» на ООО «Агентство по сбору платежей» в связи с заключением между указанными лицами договора уступки права требования (цессии) № 15/11 от 15.11.2018.

Определением мирового судьи судебного участка № 9 Орджоникидзевского судебного района г. Екатеринбурга от 27.01.2020 произведена замена взыскателя по исполнению судебного приказа по делу № 2-717/2016 с ООО «Агентство по сбору платежей» на ИП ФИО5 в связи с заключением между указанными лицами договора уступки права требования (цессии) № 16/12 от 16.12.2019.

ИП ФИО5 в качестве доказательства осведомленности должника о произведенной уступке права требования и замене кредитора представлены уведомление о состоявшейся уступке права требования от 20.12.2019, где в качестве адресата указана ФИО2, 620131, Челябинская обл., ул. Крауля, д. 87, кв. 38, а также чек об отправке почтового отправления от 20.12.2019, который является нечитаемым, не позволяющим установить факт действительной отправки уведомления должнику и его получение последним.

Кроме того, должник зарегистрирована по адресу: 

<

...>, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией паспорта ФИО2

В представленных апеллянтом судебных актах указано на рассмотрение заявлений ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр», ООО «Агентство по сбору платежей», ИП ФИО5 в отсутствие сторон, которые судом извещались надлежащим образом. Однако доказательства получения ФИО2 судебного извещения также апеллянтом не представлены.

Как следует из материалов дела, пояснений финансового управляющего, на дату обращения должника в суд с заявлением о признании ее банкротом действующих исполнительных производств не было, в банке данных исполнительных производств на сайте Федеральной службы судебных приставов неоконченные исполнительные производства в отношении должника не значатся.

В частности, возбужденное на основании судебного приказа № 2-717/2016 от 06.09.2016 исполнительное производства № 67402/18/66006-ИП от 24.10.2018 окончено 11.01.2022 в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и судебным приставом-исполнителем приняты все допустимые законом меры по отысканию его имущества, которые оказались безрезультатными (п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее –Закон об исполнительном производстве)).

При этом в ситуации окончания исполнительного производства 11.01.2022 на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве разумным являлись бы действия взыскателя по проверке наличия в отношении  должника дела о банкротстве.  

Как указано ранее, право требования к должнику приобретено ИП ФИО5 по договору от 16.12.2019.

Согласно представленному заявителем судебному приказу № 2-717/2016 от 06.09.2016, он вступил в законную силу 29.11.2016, выдан 21.10.2022. С учетом даты выдачи судебного приказа он мог быть выдан только ИП ФИО5

На указанную дату процедура банкротства в отношении должника еще не была завершена. 

Какие-либо пояснения относительно причин, побудивших ИП ФИО5 обратиться к мировому судье за судебным приказом именно в октябре 2022 года, кредитором не даны. 

С заявлением о включении требований, подтвержденных судебным приказом, в реестр требований кредиторов должника ИП ФИО5 не обратилась. При этом данный судебный приказ она направила на принудительное исполнение в службу судебных приставов, где на его основании 30.12.2022 возбуждено исполнительное производство, которое уже 11.01.2023 окончено по п. 7 ч. 1 ст. 47 Закона об исполнительном производстве.

Представляется, что указанные действия кредитора обусловлены его информированностью о процедуре банкротства в отношении должника и осознанием факта пропуска им срока на предъявление требования к включению в реестр. 

С учетом изложенного оснований для вывода о том, что должнику достоверно было известно о кредиторе ИП ФИО5, однако, она умышленно не направила в его адрес заявление о признании ее банкротом, скрыла информацию о наличии неисполненных обязательств перед данным кредитором от суда и финансового управляющего, что явилось причиной не направления последним соответствующего уведомления этому кредитору, не имеется. 

Не сообщение должником сведений о новом кредиторе ИП ФИО5 обусловлено отсутствием у нее информации об уступке права требования к ней ПАО «Сбербанк» (через уступки ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и ООО «Агентство по сбору платежей»), указанное бездействие в рассматриваемом случае нельзя признать недобросовестным, доводы о намеренном сокрытии должником информации, которой она не обладала, являются несостоятельными. Должником раскрыта информация, которая у нее имелась; предоставление ею недостоверных сведений, влекущее возможность отказа в применение в отношении нее правил об освобождении от обязательств, не усматривается.

Кроме того, апелляционный суд считает необходимым отметить, что требования ИП ФИО5 основаны на уступке права требования по кредитному договору.

Статья 807 ГК РФ предусматривает, что по договору денежного займа заимодавец передает в собственность заемщику деньги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа). Исходя из положений данной нормы закона, условие о сумме займа является существенным условием договора денежного займа.

В соответствии с абзацем вторым п. 1 ст. 807 ГК РФ договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права; в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательств, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредитовании», кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 5 Закона № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» взаимодействие с должником, направленное на возврат просроченной задолженности, способами, предусмотренными п. 1 и  2 ч. 1 ст. 4 настоящего Федерального закона, вправе осуществлять только:  кредитор, в том числе новый кредитор, при переходе к нему прав требования (с учетом ограничений, предусмотренных частью 2 настоящей статьи); лицо, действующее от имени и (или) в интересах кредитора, только в том случае, если оно является кредитной организацией или лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» и ООО «Агентство по сбору платежей» 

В целях реализации функций по контролю за коллекторской деятельностью Федеральная служба судебных приставов ведет государственный реестр данных организаций, который размещен на своем официальном сайте Службы.

Согласно сведениям из государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, размещенного в сети «Интернет» на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации (https://fssp.gov.ru/gosreestr_jurlic/). 

ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» включено в указанный реестр с 23.08.2017 (п. 144 в реестре)

Однако, данным лицом право требования к должнику уступлено ООО «Агентство по сбору платежей», основным видом деятельности которого, согласно сведениям ЕГРЮЛ,  является деятельность в области права.  ООО «Агентство по сбору платежей» в государственном реестре юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, не значится. 

Апеллянт ФИО5 является индивидуальным предпринимателем, то есть лицом, не соответствующим требованиям ст. 12 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредитовании», которому кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа).

Таким образом, у ИП ФИО5 отсутствует право на  взаимодействие с должником, направленное на возврат просроченной задолженности, в том числе на предъявление требования по заемным обязательствам должника ко включению в реестр. 

В рассматриваемом случае доказательств противоправности поведения ФИО2 принятием на себя обязательств перед кредиторами, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии ею мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредитора, из материалов дела не усматривается. Доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют.

Оснований считать, что в рамках процедуры банкротства ФИО2 не раскрыла сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, суд не имеет. Напротив, из материалов дела усматриваются добросовестные действия должника по получению и представлению управляющему и суду полной информации о своем имущественном, финансовом положении, о личных обстоятельствах.

Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, а ранее – судебному приставу-исполнителю также не установлено. Сделки, совершенные должником на нерыночных условиях, повлекшие вывод активов должника в преддверии банкротства с целью причинения вреда кредиторам, не обнаружены.

С учетом изложенного следует согласиться с выводом суда первой инстанции о недоказанности злостного уклонения должника от исполнения обязательств. Суд первой инстанции правомерно не усмотрел в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов, обоснованно счел необходимым применить к нему реабилитационные процедуры и предоставить возможность восстановления платежеспособности путем освобождения от обязательств.

Оснований для переоценки данных выводов апелляционный суд не усматривает.

При таком положении доводы апеллянта о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед ИП ФИО5 отклоняются как несостоятельные. 

Оснований для отмены определения суда в обжалуемой части, с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 декабря 2022 года по делу № А60-22506/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

С.В. Темерешева 

 

 

М.С. Шаркевич