ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-3424/2017

г. Киров

22 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 июля 2019 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия представителей в судебном заседании; 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Минибот-Техфлот»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.05.2019 по делу № А82-3424/2017 Б/92, принятое судом в составе судьи Русаковой Ю.А.,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Минибот-Техфлот» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о включении в реестр требований кредиторов акционерного общества «Завод гидромеханизации» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) требования в размере 54 589 509,80 руб.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Минибот-Техфлот» (далее – ООО «Минибот-Техфлот», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов акционерного общества «Завод гидромеханизации» (далее – должник, АО «Завод гидромеханизации») требования в размере 54 589 509,80 руб. 

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 03.05.2019 признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов АО «Завод гидромеханизации» в составе третьей очереди требование ООО «Минибот-Техфлот» в сумме 1 570 848,51 руб. основного долга; производство по требованию в сумме 34 035 646,74 руб. прекращено; в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

ООО «Минибот-Техфлот» с принятым определением суда не согласилось в части отказа во включении требований в сумме 18 983 014,5 руб., обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит в обжалуемой части определение суда первой инстанции отменить, требования в сумме 18 983 014,5 руб. включить в  реестр требований кредиторов должника.

Заявитель жалобы указывает, что аффилированность заявителя не означает автоматический отказ во включении требований в реестр. Судом не учтено, что в рамках заседаний по обоснованности требований заявителем в материалы дела выборочно направлялись отчеты о выполненных работах, в частности: отчет о выполненных работах за февраль 2016 г.; отчет о выполненных работах за август 2016 г. В связи с возникновением сомнений у уполномоченного органа о реальности оказания услуг заявителем были представлены также отчеты за июнь-сентябрь 2016 г. То есть услуги оказывались реально, данный факт никем не опровергнут. В рамках судебных заседаний заявителем были направлены трудовые договоры с работниками, дипломы о высшем инженерном образовании, отчеты в ПФР за период с 2014 по 2018 г.г., подтверждающие факт наличия работников с соответствующей квалификацией. Касательно авансового платежа заявитель пояснял в суде первой инстанции, что уже имел опыт работы с должником, оказанные услуги по договорам в конечном итоге всегда оплачивались, хотя не всегда в установленные договором сроки. Договоры заключались задолго до возбуждения дела о несостоятельности, экономическая целесообразность заключения данных договоров состояла в том, что заем выдавался под рыночный процент 8,25% (в тот момент ставка рефинансирования). Экономическая целесообразность раскрывалась заявителем в суде первой инстанции.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 13.06.2019 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.06.2019.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 36 от 28.05.2009 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта только в части отказа в удовлетворении требований ООО «Минибот-Техфлот» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника 18 983 014,5 руб.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Исходя из материалов дела судом установлено следующее.

1. 30.01.2016 между АО «Завод гидромеханизации» (заказчик) и ООО «Минибот-Техфлот» (исполнитель) был заключен договор № 377/МБ-Т, согласно которому заказчик поручает выполнение консультационно-инжениринговых услуг, обязуется принять результат работ и осуществить оплату, а исполнитель принимает на себя обязанности выполнить консультационно-инжениринговые услуги, направленные на поддержку текущего строительства, корректировки технической документации в объеме строящихся судов:

- дизель земснаряд производительность 1600 м.куб/ч;

- комплект дизельного земснаряда производительность 1600 м.куб/ч;

- электрический земснаряд производительность 1600 м.куб/ч;

- комплект электрического земснаряда производительностью 1600 м.куб/ч;

- электрический земснаряд производительность 800 м.куб/ч;

- морской дизельный фрезерный земснаряд «Гидромех 4000 Dm».

В соответствии с пунктом 1.2 оказание услуг осуществляется на основании письменных и/или устных запросов заказчика и реализуется в виде устных консультаций либо путем оформления соответствующих документов, в сроки, согласно требования заказчика.

Согласно пункту 1.3 договора выполнение работы по оказанию услуг начинается после подписания договора, получения исполнителем исходных данных, необходимых для оказания услуг, и поступления аванса на расчетный счет исполнителя.

В силу пункта 2.1 стоимость работ по договору составляет 17 504 223,30 руб.

В соответствии с пунктом 2.2 договора после подписания договора заказчик на основании счета в течение 5 банковских дней перечисляет на расчетный счет исполнителя аванс в размере 1 377 060 руб., что составляет 30% от суммы договора.

Согласно пункту 2.3 договора оплата за выполненные работы осуществляется поэтапно.

В рамках указанного договора сторонами были подписаны акты оказанных услуг на общую сумму 17 504 223,30 руб., которые не оплачены должником.

2. 21.01.2016 между ЗАО «Завод гидромеханизации» (заемщик) и ООО «Минибот-Техфлот» (займодавец) был заключен договор займа № 3/МБ-Т/ЗГМ на сумму 32 510 руб. под 8,25 % годовых до 31.12.2016. 

Дополнительным соглашением № 1 к договору стороны увеличили срок предоставления займа (до 31.12.2017).

Денежные средства по договору займа не возвращены заемщиком в полном объеме, в связи с чем образовалась задолженность в сумме 39 050,31 руб.

3. 08.02.2016 между ЗАО «Завод гидромеханизации» (заемщик) и ООО «Минибот-Техфлот» (займодавец) был заключен договор займа № 4/МБ-Т/ЗГМ на сумму 29 568 руб. под 8,25% годовых до 31.12.2016. 

Дополнительным соглашением № 1 к договору стороны увеличили срок предоставления займа (до 31.12.2017).

Денежные средства по договору займа не возвращены заемщиком в полном объеме, в связи с чем образовалась задолженность в сумме 28 213,70 руб.

4. 29.12.2015 между ЗАО «Завод гидромеханизации» (заемщик) и ООО «Минибот-Техфлот» (займодавец) был заключен договор займа № 1/МБ-Т/ЗГМ на сумму 1 170 068,49 руб. под 8,25% годовых до 31.12.2016. 

Денежные средства по договору займа не возвращены заемщиком в полном объеме, в связи с чем образовалась задолженность в сумме 1 411 527,23 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 07.06.2018 в отношении АО «Завод гидромеханизации» введена процедура наблюдения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Минибот-Техфлот» в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев требования, основанные на вышеуказанных договорах, счел их не подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Из анализа статей 16 (пункт 6), 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что в условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер.

При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

Кроме того, в силу разъяснений, указанных в данном пункте Постановления №35, суд не освобождается от проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

В случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем кредиторы объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

При этом следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилироваными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Как установлено судом первой инстанции, доля в уставном капитале ООО «Минибот-Техфлот» в размере 85% принадлежит ФИО3, сын которого, ФИО4, является 100% участником ООО «ПрогрессИнвестКомпани»; в свою очередь  ООО «ПрогрессИнвестКомпани» принадлежит 397 177 штук акций должника, что составляет 98,88% от общего числа акций.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что должник и кредитор являются аффилированными лицами.

При данных обстоятельствах ООО «Минибот-Техфлот», как лицо, приобретшее право требования к должнику и заинтересованное в доказывании наличия реальной задолженности по договору консультационно-инжениринговых услуг, должно доказать обоснованность предъявленного требования предоставлением соответствующих доказательств.

В то же время в подтверждение наличия долга  по договору № 377/МБ-Т от 30.01.2016 ООО «Минибот-Техфлот» представлены лишь акты приемки выполненных услуг, не содержащие их конкретного перечня услуг.

Вместе с тем иные документы, подтверждающие реальность оказания услуг по договору (переписка сторон, первичные документы, составленные в рамках оказания услуг и пр.), суду не представлены.

Более того, до процедуры банкротства кредитор с требованием об оплате долга не обращался,  никаких мер к взысканию задолженности не предпринимал.

Относительно требований о взыскании задолженности по договорам займа апелляционный суд указывает следующее.

Как указывалось ранее, стороны договоров займа являются заинтересованными лицами.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 21.02.2018 №310-ЭС17-17994 (1,2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам.

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2)), если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако, обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же, изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Апелляционный суд считает, что требование кредитора вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом (поскольку стороны являются заинтересованными и входят в одну группу лиц).

Так из материалов дела усматривается, что денежные средства предоставлялись на длительный срок, под 8,25 % годовых (то есть под низкие процентные ставки, равные ставке рефинансирования на данный период времени), без какого-либо обеспечения, при отсутствии доказательств предъявления требований о возврате займа ранее подачи настоящего заявления о включении в реестр требований кредиторов.

При этом кредитором каких-либо объективных причин, по которым договоры займа были заключены на указанных условиях именно с должником, не указано, как и не представлено доказательств того, что кредитором заключались договоры займа с иными не аффилированными юридическими лицами на тех же условиях, что и с должником, равно как доказательства возможности получения должником займов на указанных условиях от иных лиц.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о заключении договоров займа на нерыночных условиях, и позволяют суду сделать вывод, что возникновение и существование спорных обязательств было бы невозможно, если бы займодавец и должник не были бы заинтересованными лицами.

Таким образом, оснований полагать, что вышеуказанные займы были предоставлены в рамках гражданско-правовых отношений, не имеется.

С учетом изложенного, заявленное ООО «Минибот-Техфлот» требование не может быть квалифицировано судом в качестве денежного требования конкурсного кредитора; по своему характеру оно должно быть приравнено к корпоративному обязательству в соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Изложенное также свидетельствует о том, что перечисление денежных средств за должника направлено на перераспределение денежных потоков внутри взаимозависимых обществ и в ущерб интересам независимых кредиторов; сделка не преследовала обычную экономическую цель (получение прибыли).

Заявитель жалобы не представил доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и сделанные на их основе выводы.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств, не влияют за законность и обоснованность выводов суда первой инстанции.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.05.2019 по делу № А82-3424/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Минибот-Техфлот» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Е.В. Шаклеина

ФИО5

ФИО1