АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А03-16564/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 28 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции посредством сервиса «Картотека арбитражных дел» кассационные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 02.08.2022 (судья Сигарев П.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Усанина Н.А.) по делу № А03-16564/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО «Стройиндустрия», должник), принятые по рассмотрению заявления конкурсного управляющего должником о привлечении бывшего руководителя должника ФИО4, ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании в режиме веб-конференции с использованием сервиса «Картотека арбитражных дел» приняли участие представители: конкурсного управляющего ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 02.01.2023 (до перерыва), ФИО2 - ФИО7 по доверенности от 17.08.2022 (до и после перерыва).

В здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа участвует ФИО4 (до перерыва).

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Русэнергосбыт» (далее – ООО «Русэнергосбыт»), принятого определением Арбитражного суда Алтайского края от 28.08.2015.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 07.10.2015 в отношении ООО «Стройиндустрия» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО8.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 09.02.2016 в отношении ООО «Стройиндустрия» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО8, который 15.09.2016 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 13.05.2020 конкурсным управляющим должником утверждён ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

К участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО5, ФИО2.

В результате уточнения заявления в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), окончательная редакция просительной части содержала требование о привлечении ФИО4, Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности, как лиц совершивших недействительную сделку по отчуждению имущества должника, а также ФИО2 и ФИО4 как лиц, своевременно не расторгнувших договор энергоснабжения, взыскать солидарно с ФИО4, Хачатуряна Д.С. 28 586 090,89 руб. субсидиарной ответственности, с ФИО2 1 169 059,35 руб. в возмещение убытков.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 02.08.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022, в конкурсную массу ООО «Стройиндустрия» взыскано в возмещение убытков: с ФИО2 1 169 059,35 руб., с ФИО4 2 419 492,20 руб., с Хачатуряна Д.С. 60 200 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами ФИО2 и конкурсный управляющий обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

ФИО2 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций в части взыскания с него 1 169 059,35 руб. в возмещение убытков, в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части отказать.

В качестве оснований для отмены судебных актов ФИО2 указывает на неправильное применение норм материального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, поскольку в силу правовой природы договора от 12.01.2015 № 1013/П его расторжение было невозможно ввиду подключения сетей должника к федеральной сети. Ссылается на то, что он являлся руководителем должника в период наблюдения, следовательно, вся хозяйственная деятельность должника велась под контролем управляющего, который также не принял мер к расторжению указанного договора. Решение Арбитражного суда города Москвы от 07.03.2019 по делу № А40-6235/2019, которым удовлетворён иск публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания единой энергетической системы» (далее - ПАО «ФСК ЕЭС») к должнику опровергает выводы судов о том, что договор от 12.01.2015 № 1013/П расторгнут по уведомлению конкурсного управляющего 24.06.2016. Из указанного судебного акта, которое по мнению ФИО2 является преюдициальным, следует, что задолженность за оказанные услуги образовалась в период с 01.03.2016 по 30.04.2017.

Конкурсный управляющий в кассационной жалобе просит отменить обжалуемые судебные акты в части взыскания с Хачатуряна Д.С. 60 200 руб. в возмещение убытков, в указанной части вынести новый судебный акт о привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 28 586 090,89 руб. Отмечает, что ФИО5, несмотря на отсутствие у него формального статуса участника или руководителя должника, имел фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания и иным образом определять его поведение, то есть осуществлять контроль за его деятельностью. Вопреки выводам судов, являясь конечным бенефициаром деятельности ООО «Стройиндустрия» именно ФИО5 получил наибольшую выгоду от незаконного, недобросовестного поведения ФИО2 и ФИО4

Судом кассационной инстанции в приобщении к материалам дела отзыва ФИО4 отказано в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, в соответствии с частью 2 статьи 279 АПК РФ.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО5, считает несостоятельными доводы, изложенные в ней, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов. Отзыв приобщен к материалам дела.

В судебном заседании на основании статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 20.02.2023 до 08 часов 45 минут 22.02.2023.

В судебном заседании представители кассаторов поддержали доводы кассационных жалоб в полном объёме. ФИО4 присоединилась к правовой позиции кассаторов.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Таким образом, по общему правилу суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций только в той части, которая обжалована в суд, в данном случае в части отказа в привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и в части взыскания с ФИО2 1 169 059,35 руб. убытков.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ООО «Стройиндустрия» зарегистрировано в мае 2009 года.

ФИО4 являлась руководителем должника в период с 22.02.2013 по 02.10.2015, а участником с 03.09.2013 по 24.09.2015.

ФИО2 являлся руководителем должника в период с 02.10.2015 по 14.03.2016, а участником с 24.09.2015 по настоящее время.

Фактическая деятельность должника сводилась к передаче электроэнергии городу Новоалтайску и обществу с ограниченной ответственностью «Новоалтайский завод ЖБИ» (далее – ООО «НЗ ЖБИ»).

В качестве обстоятельств привлечения ФИО4, Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на совершение ответчиками сделки, признанной недействительной определением суда от 22.01.2020, по отчуждению имущества должника, что привело к банкротству общества из-за невозможности удовлетворить требования кредиторов. Помимо этого, бездействие ФИО2 и ФИО4, выразившееся в нерасторжении убыточного для должника договора энергоснабжения от 12.01.2015 № 1013/П привело к причинению убытков.

Удовлетворяя заявление в части, суд первой инстанции переквалифицировал в соответствии с положениями статей 133 и 168 АПК РФ заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в требование о возмещении убытков. Руководствуясь положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) сделал вывод о наличии оснований для взыскания убытков с ФИО2 в размере 1 169 059,35 руб., с ФИО4 в размере 2 419 492,20 руб. ввиду непринятия мер в период их руководства направленных на расторжение договора энергоснабжения от 12.01.2015 № 1013/П, задолженность по которому взыскана в судебном порядке и включена в реестр требований кредиторов должника. Пришёл к выводу об отсутствии оснований для привлечения Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности за совершение сделки по отчуждению имущества должника, поскольку всё имущество либо его стоимость в полном объёме возвращены в конкурсную массу, следовательно, причинённый должнику ущерб возмещён.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа соглашается с выводами судов в части взыскания с ФИО2 1 169 059,35 руб. в возмещение убытков.

Как верно установили суды целью создания общества послужила необходимость обеспечения бесплатной (за низкую плату) электроэнергией именно ООО «НЗ ЖБИ», как аффилированное лицо, которое невозможно отключить от питания из-за особенностей подключения, поскольку при прекращении передачи электроэнергии на ООО «НЗ ЖБИ», её подача прекращалась и городу Новоалтайску.

Из анализа выписки по расчётному счёту ООО «Стройиндустрия», открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», следует, что практически все поступления на расчётный счёт ООО «Стройиндустрия» были от ООО «НЗ ЖБИ», и денежные средства, поступившие на расчётный счёт ООО «Стройиндустрия» от ООО «НЗ ЖБИ», в тот же день в поступившем размере перечислялись энергосбытовым компаниям - ООО «Русэнергосбыт» и акционерным обществом «Алтайэнергосбыт» (далее – АО «Алтайэнергосбыт»).

Как разъяснено в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

При этом независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно пункту 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Судами установлено, что между ОАО «ФСК ЕЭС» (после переименования ПАО «ФСК ЕЭС», исполнитель) и ООО «Стройиндустрия» (потребитель) 12.01.2015 подписан договор № 1013/П (далее – договор от 12.01.2015) оказания услуг по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети.

Решениями Арбитражного суда города Москвы от 04.12.2015 по делу № А40-196342/2015, от 11.12.2017 по делу № А40-74985/2016 и от 07.03.2019 по делу № А40-6235/2019 с должника в пользу ОАО «ФСК ЕЭС» на основании договора от 12.01.2015 взыскана задолженность за потребленную электроэнергию, неустойка, проценты по статье 317.1 ГК РФ, госпошлина. Кроме того, предусмотрено начисление неустойки в размере 1/130 ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующий в соответствующий период, начисленной на сумму долга с 07.03.2016 по дату фактической оплаты задолженности.

Согласно расчёту конкурсного управляющего, с учётом периода его руководства должником, взысканные судом долг, госпошлина, неустойки и проценты подлежат отнесению на ФИО2 в размере 1 169 059,35 руб.

Взысканная с ООО «Стройиндустрия» задолженность в пользу ОАО «ФСК ЕЭС» включена в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Новоалтайский завод железобетонных изделий имени Иванова Геннадия Сергеевича» (ИНН 

<

***>, далее – ООО «НЗ ЖБИ имени Иванова Г.С., завод). Определением суда от 27.12.2019 производство по делу № А03-14627/2015 о банкротстве ООО «НЗ ЖБИ имени Иванова Г.С. завершено, следовательно, возможность погашения требований ООО «Стройиндустрия» за счёт имущества завода исчерпана.

Отклоняя доводы ФИО2 о том, что он являлся руководителем должника в период наблюдения, следовательно, вся хозяйственная деятельность велась под контролем управляющего, суды исходили из того, что введение в отношении должника процедуры наблюдения и утверждение временного упревающего, не освобождает руководителя от надлежащего, добросовестного исполнения обязанностей в интересах общества.

В ходе рассмотрения обособленного спора по рассмотрению требований ООО «Стройиндустрия» (дело № А03-14627/2015, определение от 23.11.2016) установлено, что между должником и заводом заключён договор энергоснабжения от 01.07.2012 по условиям которого должник передаёт энергию последнему.

Давая оценку суждениям ФИО2 о том, что расторжение договора от 12.01.2015 было невозможно, суды указали, что ФИО2 не предпринял мер по расторжению договора энергоснабжения, и, как следствие, мог уведомить ОАО «ФСК ЕЭС» о приостановлении или прекращении покупки электрической энергии в договоре энергоснабжения или о расторжении указанного договора. (пункт 2.2.21 договора от 12.01.2015 № 1013/П), в связи с изложенным довод кассационной жалобы ФИО2 подлежит отклонению.

ФИО2 не представил суду убедительных объяснений о том, что препятствовало расторгнуть убыточный для должника договор.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ФИО2 был осведомлён о его существовании и фактическом потреблении электроэнергии заводом, а не должником, а также об отсутствии расчётов со стороны завода.

При этом, ФИО2 помимо того, что являлся директором/участником ООО «Стройиндустрия», также являлся директором основного потребителя электроэнергии ООО «НЗ ЖБИ», то есть ответчик заведомо знал о наращивании задолженности, которая впоследствии не будет погашена.

Судами верно учтено, что задолженность постоянно наращивалась, в реестр требований кредиторов включены требования ООО «Русэнергосбыт», АО «Алтайэнергосбыт», ПАО «ФСК ЕЭС» на сумму более 25 млн. руб.

Также судами установлено, что должником принадлежащие объекты (комплекс имущества, предназначенный для передачи энергии) переданы Хачатуряну Д.С. по соглашениям об отступном от 10.11.2014, 14.01.2015. 

Таким образом на момент действия договора ООО «Стройиндустрия» не являлось собственником указанного имущества.

Кроме того, согласно ответу Управления по государственному регулированию цен и тарифов Алтайского края, с января 2013 года ООО «НЗ ЖБИ» не относится к категории потребителей «Население и приравненные к нему потребители», а относится к категории «Прочие потребители». Согласно пункту 5 Основных положений функционирования розничных рынков электрической Энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, на территориях субъектов Российской Федерации, объединённых в ценовые зоны оптового рынка, электрическая энергия (мощность) продается в следующем порядке: электрическая энергия (мощность), за исключением продажи электрической энергии (мощности) населению и приравненным к нему категориям потребителей, продается гарантирующими поставщиками по нерегулируемым ценам в рамках предельных уровней нерегулируемых цен, определяемых и применяемых в соответствии с настоящим документом, а энергосбытовыми (энергоснабжающими) организациями - по свободным нерегулируемым ценам.

ООО «Стройиндустрия», как и ООО «НЗ ЖБИ», является потребителем категории «Прочие потребители» в зоне деятельности гарантирующего поставщика АО «Алтайэнергосбыт».

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному и мотивированному выводу о доказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий, влекущих возложение на ФИО2 ответственности в виде взыскания убытков.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 данные выводы судов не опровергают.

Также подлежит отклонению довод кассационной жалобы о неверном расчёте задолженности, поскольку расчёт произведен за период нахождения ФИО2 в должности директора должника по февраль 2016 года (том 3, лист дела 116).

Вместе с тем при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника судами не учтено следующее.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующие нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановление № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Применительно к абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 Постановления № 53).

К такой ответственности подлежит привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

В отношении Хачатуряна Д.С. судом установлено, что он являлся директором ООО «НЗ ЖБИ» в период с 22.02.2013 по 17.06.2015, с которым должник заключил договор по передаче электроэнергии.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу определением суда от 22.01.2020 признаны недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве следующие сделки:

- соглашение об отступном от 10.11.2014 в части отчуждения следующего имущества: оборудования ГПП-35/6ПВ, трансформатора ТМ 6300/35, ячейки линейной КСО-СК-202-7ВВ-20/100 УЗ, ячейки ТСН-КСО-СК-202-ТСН УЗ, ГПП-35/6, трансформатора силового ноутбука Aser Extensa EX 4220-100508Mi, турбогенератора Т\Г 0,5А/0,4Р13,3/3,7 НОМ.5027;

- соглашение об отступном от 14.01.2015 в части отчуждения следующего имущества: части здания овощехранилища, здания главной подстанции, воздушной линии.

Применены последствия недействительности сделок в виде:

- обязания Хачатуряна Д.С. возвратить в конкурсную массу должника следующее имущество: ноутбук Aser Extensa EX 4220-100508Mi, турбогенератор Т\Г 0,5А/0,4Р13,3/3,7 НОМ.5027;

- взыскания с Хачатуряна Д.С. в пользу должника стоимости трансформатора ТМ 6300/35 в размере 1 194 106,79 руб.;

- истребования из чужого незаконного владения общества с ограниченной ответственностью «Вектор» и возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: здания главной подстанции, воздушной линии, оборудования ГПП35/6ПВ, ячейки линейной КСО-СК-202-7ВВ-20/100 УЗ, ячейки ТСН-КСО-СК-202-ТСН УЗ, ГПП-35/6, трансформатора силового ТМГ-25/6-УХЛ1, находящихся в здании и на прилегающей территории главной подстанции;

- истребования из чужого незаконного владения ФИО9 и возврата в конкурсную массу должника части здания овощехранилища.

В рамках указанного обособленного спора судом установлено, что на дату заключения оспариваемых сделок Хачатуряну Д.С. было известно о том, что целью заключения оспариваемых соглашений является причинение имущественного вреда кредиторам должника, поскольку оспариваемые соглашения со стороны должника подписаны директором ФИО4, которая в свою очередь, являлась заместителем директора ООО «НЗ ЖБИ», а директором ООО «НЗ ЖБИ» являлся ФИО5; установлена неравноценность встречного исполнения со стороны Хачатуряна Д.С. по оспариваемым сделкам, основанная на экспертном заключении от 25.08.2019, согласно которому стоимость спорного движимого и недвижимого имущества по оспариваемым сделкам составила 32 257 552,82 руб., тогда как соглашениями определена стоимость - 5 573 610,48 руб.; вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Алтайского края от 23.11.2016 по делу № А03-14627/2015, установлено, что должник продолжал пользоваться отчуждённым имуществом и поставлять электроэнергию ООО «НЗ ЖБИ» после заключения оспариваемых соглашений, вплоть до 30.04.2015; стоимость переданного должником Хачатуряну Д.С. имущества по оспариваемым сделкам превышает 20 % балансовой стоимости активов должника.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Стройиндустрия» за 2013 год, общая стоимость активов общества составляет 26 793 000 руб. Вместе с этим, общая стоимость имущества, переданного по оспариваемым сделкам составляет 32 257 552,82 руб.

Судом в определении от 22.01.2020 установлено, что согласно выписке по операциям на счете ООО "Стройиндустрия" за период 01.01.2013 по 22.08.2017 денежные средства в размере 5 600 000 рублей от Хачатуряна Д.С. не поступали. Доказательств реального поступления денежных средств на счёт должника по данным его бухгалтерского учёта в материалы дела не представлено.

Более того, фактически по оспариваемым соглашениям об отступном передан единый сложный объект, а именно действующая трансформаторная подстанция, участвующая в процессе передачи электрической энергии, состоящая из здания трансформаторной подстанции и оборудования.

На протяжении рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсный управляющий указывал на то, что ООО «НЗ ЖБИ» получало электроэнергию через ООО «Стройиндустрия», которую оплачивало несвоевременно и не в полном объёме. При этом, конкурсный управляющий указывал на то, что именно ФИО5 является конечным бенефициаром, дававшим обязательные для должника указания и получавшим личную выгоду через руководство ООО «НЗ ЖБИ» и фактический определял действия должника и по его указанию действовали учредители и руководители должника.

Анализируя выписки по расчётному счёту ООО «Стройиндустрия», открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», суд пришёл к выводу о том, что практически все поступления на расчётный счёт должника от ООО «НЗ ЖБИ», при этом денежные средства, поступившие должнику от ООО «НЗ ЖБИ», в тот же день в поступившем размере перечислялись энергосбытовым компаниям - ООО «Русэнергосбыт» и АО «Алтайэнергосбыт».

Таким образом, как указывал конкурсный управляющий, ООО «Стройиндустрия» использовалось Хачатуряном Д.С. в качестве посредника между ООО «НЗ ЖБИ» и энергосбытовыми компаниями.

Делая верный вывод о том, что ФИО5 в действительности давал (мог давать) обязательные для ООО «Стройиндустрия» указания, в том числе мог воздействовать на ФИО4 при заключении недействительной сделки суды обоснованно приняли во внимание наличие участия ФИО4 и Хачатуряна Д.С. в ряде иных юридических лиц, а также то обстоятельство, что ФИО5 является наследником (сыном) ныне покойного ФИО10 ранее являвшегося генеральным директором открытого акционерного общества «НЗЖБИ имени Иванова Г.С.» (ИНН 

<

***>), на территории которого зарегистрировано множество юридических лиц, контроль над которыми осуществлял ФИО5, в том числе ООО «НЗ ЖБИ» (ИНН 

<

***>) и общество с ограниченной ответственностью «Новоалтайский завод ЖБИ» (ИНН 

<

***>), а также установленные в рамках уголовных дел обстоятельства и данные по ним пояснения, в том числе показания самого Хачатуряна Д.С., что фактически ООО «Стройиндустрия» принадлежала заводу, показания свидетелей допрошенных при рассмотрении настоящего обособленного спора, служебную зависимость ФИО4 от Хачатуряна Д.С. и их доверительные отношения.

Вместе с тем, отказывая в привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности суды исходили из того, что неплатёжеспособность должника возникла с 2012 года, то есть ранее даты отчуждения имущества, когда существенно снизились коэффициенты платёжеспособности и обеспеченности обязательств активами.

Пришли к выводу о том, что поскольку всё полученное по оспоренной сделке возвращено в конкурсную массу либо стоимость имущества компенсирована в денежном эквиваленте, оснований для удовлетворения заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности Хачатуряна Д.С. за совершение сделки по отчуждению имущества должника нет, а построенная таким образом деятельность ООО «Стройиндустрия» изначально являлась убыточной, следовательно, отчуждение имущества не могло повлечь за собой банкротство должника.

Согласно пункту 7 Постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершённой руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и её кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Как разъяснено в пункте 17 постановления № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объёме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платёжеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ссылался на обстоятельства вывода имущества, объём которого является существенным (применительно к масштабам деятельности должника), что привело к негативным для должника и его кредиторов последствиям, в частности конкурсный управляющий указал, что вся задолженность  ООО «Стройиндустрия» сформирована после отчуждения имущества Хачатуряну Д.С., при этом получателями электроэнергии выступали юридические лица, зарегистрированные по указанному адресу учредителем которых также являлся  ФИО5, ФИО11, также конкурсный управляющий (том 3, листы дела 94-95) указал, что Хачатуряном Д.С. создана экономическая модель, позволяющая ООО «НЗ ЖБИ» получать электроэнергию от аффилированного лица, не осуществляя встречного  предоставления, что влечёт незаконное извлечение выгодны конечным бенефициаром группы компаний.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержалась норма о субсидиарной ответственности контролирующих организацию - должника лиц, в ситуации, когда их действия стали необходимой причиной банкротства (в настоящее время аналогичное правило закреплено в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При том, предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьёй 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц».

Между тем, оценка данным доводам судами не дана.

Судам следовало оценить в совокупности собранные по обособленному спору доказательства согласно статье 71 АПК РФ о наличии у Хачатуряна Д.С. статуса контролирующего должника лица, проверить наличие причинно-следственной связи между его действиями и наступившими негативными для должника последствиями, по результатам чего сделать вывод о наличии или отсутствии наличия оснований для привлечения Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суды указали, что деятельность должника изначально носила убыточный характер, однако суды не оценили возражения конкурсного управляющего о том, что до отчуждения имущества в пользу Хачатуряна Д.С. завод систематически перечислял денежные средства должнику, а после отчуждения происходит наращивание задолженности.

Также при применении последствий недействительности сделки возврат спорного имущества в конкурсную массу и последующая его реализация конкурсным управляющим не исключает возможности привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Факт удовлетворения требований кредиторов за счёт реализации возвращенного в конкурсную массу имущества может быть учтён при определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Данный вывод согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 24.01.2018 № 304-ЭС17-1561, от 17.08.2017 № 305-ЭС15-14221.

Таким образом суд округа считает, что выводы об отсутствии оснований для привлечения Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности сделаны без выяснения существенных обстоятельств по спору и являются преждевременными.

Правовая позиция о недопустимости избирательного подхода по оценке доказательств и доводов, приводившимися участниками спора, имеющих существенное значение, не отвечающего требованиям пункта 4 статьи 2, статьи 6, пункта 2 статьи 65, пунктов 1 и 7 статьи 71, статей 168 - 170 АПК РФ, неоднократно высказывалась Верховным Судом Российской Федерации, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2020 № 307-ЭС16-7958 по делу № А21-8868/2014.

Поскольку допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права привели к неполному исследованию значимых для дела обстоятельств, на основании пункта 3 части 1 статьи 287, частей 1 - 3 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты в данной части подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное в мотивировочной части постановления, при правильном применении норм материального и процессуального права установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по спору, правильно распределив бремя доказывания, дать правовую оценку заявленным доводам конкурсного управляющего, применить подлежащие применению положения о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника Закона о банкротстве и принять по спору законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктами 1, 3 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа,

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 02.08.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 по делу № А03-16564/2015 в части отказа в привлечении Хачатуряна Д.С. к субсидиарной ответственности и взыскании с него убытков в размере 60 200 руб. отменить.

В отменённой части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    М.Ю. Бедерина

 

ФИО1