ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-9704/2018

03 декабря 2020 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  26 ноября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 декабря 2020 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Смольниковой М.В., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством веб-конференции апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9597/2020) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-9889/2020) ФИО3, (регистрационный номер 08АП-9891/2020) финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 августа 2020 года по делу № А70-9704/2018 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 313723228800227),

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО5 ФИО4 – лично, предъявлен паспорт;

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.09.2018 (резолютивная часть объявлена 11.09.2018) заявление индивидуального предпринимателя ФИО6 признано обоснованным, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее - ФИО5, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4, финансовый управляющий).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 25.01.2019 (резолютивная часть объявлена 18.01.2019) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

В Арбитражный суд Тюменской области обратился финансовый управляющий с заявлением о признании сделок недействительными, просил: 

- признать недействительной сделку по уступке ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство Восход» (далее – ООО «КХ Восход») права требования передачи в собственность имущества - земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) (до новации - требования денежных средств в размере 1 756 786 руб.); применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) (до  новации -  требования денежных  средств  в  размере 1 756 786 руб.), признать недействительным зарегистрированное право собственности на имущество - земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) за ООО «КХ Восход», обязать Управление Росреестра по Свердловской области зарегистрировать право собственности за ФИО5 имущества-земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда).;

-  признать недействительной сделку по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» имущества - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.м., применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.м., признать недействительным зарегистрированное право собственности на имущество - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.м. за ООО «КХ Восход», обязать Управление Росреестра по Свердловской области зарегистрировать право собственности за ФИО5 имущества - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.метров);

- признать недействительной сделку по передаче ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» имущества: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка, применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка;

- признать недействительной сделку по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования передачи в собственность имущества - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда), применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда), признать недействительным зарегистрированное право собственности на имущество - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) за ООО «КХ Восход», обязать Управление Росреестра по Свердловской области зарегистрировать право собственности за ФИО5 имущества - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская облV Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда);

- признать недействительной сделку по продаже ФИО5 ФИО3 (далее – ФИО3), сделку по продаже ФИО3 ФИО7 (далее – ФИО7) 100% доли в ООО «КХ Восход», применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», признать недействительными записи о регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в качестве единственных участников ФИО3, ФИО7 на имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», обязать УИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 13 по Свердловской области восстановить в ЕГРЮЛ запись о ФИО5, как о единственном участнике в ООО «КХ Восход», владеющем 100% доли.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.03.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц были привлечены ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО2 (далее – ФИО2).

Впоследствии финансовый управляющий заявил отказ от заявленных требований в части признания недействительной сделки по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования передачи в собственность имущества - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) и применении последствий недействительности сделки, в остальной части заявленные требования уточнил, просил:

- признать недействительным договор уступки от 25.11.2016 ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования денежных средств в размере 1 756 786 руб. с ФИО8, применить последствия недействительности сделки: взыскать с ООО «КХ Восход» и возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - денежные средства в размере 1 756 786 руб.; 

- признать недействительным договор займа от 28.07.2016 между ФИО5 и ООО «КХ Восход», применить последствия недействительности сделки: взыскать с ООО «КХ Восход» и возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - денежные средства в размере 1 756 786 руб.;

- признать недействительным соглашение о зачете от 25.11.2016 между ФИО5 и «КХ Восход» на сумму 1 756 786 руб. 89 коп., применить последствия недействительности сделки: взыскать с ООО «КХ Восход» и возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - денежные средства в размере 1 756 786 руб.;

- признать недействительной сделку по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» имущества - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.м., применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв. м.; признать недействительным зарегистрированное право собственности на имущество - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв. м. за ООО «КХ Восход»; обязать Управление Росреестра по Свердловской области зарегистрировать право собственности за ФИО5 на имущество - здания фермы площадью 1155 и 1087 кв.м.;

- признать недействительной сделку по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» имущества: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка, применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка;

- признать недействительной сделку по продаже ФИО5 в пользу ФИО7 100% доли в ООО «КХ Восход» через сделку по продаже ФИО3 100% доли в ООО «КХ Восход», применить последствия недействительности сделки: признать недействительными записи о регистрации в ЕГРЮЛ в качестве единственных участников ФИО3 на имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», признать недействительными записи о регистрации в ЕГРЮЛ в качестве единственного участника ФИО7 на имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», обязать УИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга; Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 13 по Свердловской области восстановить в ЕГРЮЛ запись о ФИО5, как о единственном участнике в ООО «КХ Восход», 

<

...> ИНН 

<

***>), владеющем 100% доли, возвратить в конкурсную массу ФИО5 имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход»;

- возвратить государственную пошлину за оспаривание сделки по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования передачи в собственность имущества - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда), поскольку выяснилось, что земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток рт г. Тавда) не перешел на праве собственности к иным лицам.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.08.2020:

- принят отказ финансового управляющего от заявления в части признания недействительной сделки по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования передачи в собственность имущества - земельный участок в размере 32/418 доли (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток рт г.Тавда), производство по заявлению в данной части прекращено;

- в остальной части заявленные требования удовлетворены частично, признано недействительным соглашение о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, признан недействительным договор займа от 28.07.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход», признан недействительным договор уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход»; применены последствия недействительности сделки: восстановлено право требования ФИО5 к ФИО8 по договору займа в сумме 1 460 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. на основании решения Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016;

- признана недействительной сделка по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенная между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7, применены последствия недействительности сделки: восстановлена запись в ЕГРЮЛ в составе участников ООО «КХ Восход» с размером доли в уставном капитале 100% ФИО5;

- в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано;

- с ООО «КХ Восход» в пользу ФИО4 взыскано 9 500 руб. расходов по уплате государственной пошлины, в доход федерального бюджета взыскано 12 000 руб. государственной пошлины; с ФИО3 в пользу ФИО4 взыскано 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, с ФИО7 в пользу ФИО4 взыскано 4 500 руб. расходов по уплате государственной пошлины, с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Союз Экспертизы и Права» (далее – ООО «СЭП») взыскано 35 500 руб. за проведение судебной экспертизы,  с  ФИО7  в  пользу  в  пользу  ООО «СЭП» взыскано 35 500 руб. за проведение судебной экспертизы; ФИО4 из федерального бюджета возвращено 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2, ФИО3, финансовый управляющий обратились с апелляционными жалобами.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просила обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения требований ФИО4, принять по делу в данной части новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО2 указала следующее:

1. финансовым управляющим не доказано наличие оснований для признания недействительной сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенной между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7:

- им не представлены доказательства недостаточности имущества должника на дату совершения сделки, напротив, согласно инвентаризационной описи, подготовленной финансовым управляющим, у ФИО5 на 28.05.2019 имеется имущество, по оценке ФИО4, стоимостью 30 536 885 руб., указанное имущество принадлежало должнику и на дату совершения сделки;

- суд первой инстанции неправильно заключил, что на дату совершения сделки у ФИО5 имелась задолженность перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб., поскольку на соответствующую дату указанная задолженность была полностью погашена (решение Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020, справка службы судебных приставов);

- в деле отсутствуют доказательства неплатежеспособности должника на дату совершения сделки, ФИО5 имел постоянный доход (пенсию по выслуге лет в размере 25 611 руб. 75 коп. ежемесячно), за счет которого систематически погашалась его задолженность перед кредиторами, в том числе в рамках исполнительных производств, сам по себе факт наличия судебных актов о взыскании с ФИО5 задолженности и исполнительных производств не свидетельствует о неплатежеспособности ФИО5;

- сделка купли-продажи доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» не являлась безвозмездной, имела цену, указанную в нотариально удостоверенных договорах купли-продажи доли, была уплачена как ФИО3 ФИО5, так и ФИО7 ФИО3, в материалах дела имеются доказательства наличия у покупателей финансовой возможности оплатить стоимость доли;

- ФИО7 не является по отношению к должнику заинтересованным лицом;

- суд первой инстанции необоснованно критически отнесся к пояснениям ФИО3 и ФИО7 о причинах, по которым они приняли решение о приобретении доли в уставном капитале ООО «КХ Восход»;

- вывод арбитражного суда, согласно которому после совершения сделки должник продолжал осуществлять пользование отчужденным по ней имуществом, несостоятелен, так как ФИО5 являлся директором ООО «КХ Восход», в том числе после совершения спорной сделки, чем и обусловлено сохранение у него полномочий управлять деятельностью общества, после увольнения ФИО5 последний не сохранил контроля над деятельностью общества, в том числе в лице его супруги ФИО2;

- финансовый управляющий не доказал, что в результате совершения спорной сделки имущественным правам кредиторов должника причинен вред, из материалов дела усматривается, что стоимость доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» по состоянию на 04.08.2016 составляла 10 000 руб. (заключение эксперта № 44-И-20 от 01.07.2020, данные налоговой отчетности, заключение специалиста № 17-16А от 18.07.2016);

- отсутствуют доказательства того, что ФИО3 и ФИО7 знали или должны были знать о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов посредством заключения спорной сделки;

- сделка купли-продажи доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» не является мнимой, довод финансового управляющего о том, что ФИО7 не проявляет интереса к деятельности общества после приобретения доли в его уставном капитале, несостоятелен, поскольку ФИО7 лично занимается делами общества, назначает его единоличный исполнительный орган, участвует в рассмотрении настоящего обособленного спора, активно возражая против требований финансового управляющего;

2. финансовым управляющим не доказано наличие оснований для признания недействительными соглашения о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, договора займа от 28.07.2016, заключенного между ФИО5 и ООО «КХ Восход», договора уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, заключенного между ФИО5 и ООО «КХ Восход»:

- результатом заключения ФИО5 и ООО «КХ Восход» договора уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016 явилось обеспечение должником своего предприятия землей, при ее заключении стороны не преследовали цель причинить вред имущественным правам должника;

- на дату совершения спорных сделок должник не отвечал признакам недостаточности имущества и неплатежеспособности, поскольку согласно инвентаризационной описи, подготовленной финансовым управляющим, у ФИО5 на 28.05.2019 имеется имущество, по оценке ФИО4, стоимостью 30 536 885 руб., указанное имущество принадлежало должнику и на даты совершения сделок, задолженность перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб. поскольку на соответствующие даты была полностью погашена ФИО5 (решение Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020, справка службы судебных приставов);

- в качестве последствия недействительности спорных сделок арбитражный суд восстановил право требования ФИО5 к ФИО8 на сумму 1 756 786 руб. 89 коп., однако реальная стоимость права требования на основании имеющихся в деле документов определена быть не может, ФИО8 является неплатежеспособным лицом, стоимость права требования не оценивалась, в связи с чем отсутствуют основания для вывода о том, что в результате совершения спорных сделок кредиторам должника причинен вред;

- суд первой инстанции необоснованно заключил, что спорные сделки являлись безвозмездными, недобросовестность мотивов сторон спорных сделок финансовым управляющим не подтверждена.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просила обжалуемое определение суда первой инстанции изменить в части признания недействительной сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенной между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7, применения последствий ее недействительности, взыскания с ФИО3 и с ФИО7 судебных расходов, отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в данной части.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО3 указала следующее:

- договор купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО3, договор купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО7, не являются единой сделкой;

- при заключении и исполнении договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016 ФИО3 руководствовалась добросовестными целями и мотивами (намерением организовать собственный бизнес), которые не были реализованы по причине утраты ею интереса к соответствующей деятельности, в связи с чем ФИО3 продала долю в уставном капитале ФИО7;

- ФИО3 не является по отношению к должнику заинтересованным лицом, на дату совершения спорной сделки не знала и не могла знать о наличии у ФИО5 признаков неплатежеспособности;

- доля в уставном капитале ООО «КХ Восход» была оплачена ФИО3 в полном объеме, ею подтверждено наличие у нее финансовой возможности произвести такую оплату, спорная сделка являлась возмездной;

- суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о том, что ФИО5 сохраняет контроль над деятельностью ООО «КХ Восход» после совершения спорной сделки;

- вывод суда первой инстанции о том, что основные средства ООО «КХ Восход» имеют значительную стоимость, в связи с чем в результате совершения спорной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, несостоятелен, так как стоимость основных средств общества не влияет на стоимость доли в его уставном капитале.

Финансовый управляющий в своей апелляционной жалобе просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части отказа в удовлетворении его требований: 

- о признании недействительной сделки по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» имущества: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка, применении последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу ФИО5 имущества: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка; 

- о признании недействительным договора уступки прав и обязанностей по договору купли-продажи от 08.06.2005 от 27.04.2015 по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» здания фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м.;

- о применении последствий недействительности сделки по продаже ФИО5 в пользу ФИО7 100% доли в ООО «КХ Восход» через сделку по продаже ФИО3 100% доли в ООО «КХ Восход» в виде признания недействительными записей о регистрации в ЕГРЮЛ в качестве единственных участников ФИО3 на имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», признании недействительной записи о регистрации в ЕГРЮЛ в качестве единственного участника ФИО7 на имущество - 100% доли в ООО «КХ Восход», возвращения в конкурсную массу ФИО5 имущества - 100% доли в ООО «КХ Восход», 

- о применении последствий недействительности сделки по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» права требования передачи в собственность имущества - земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда) в виде возвращения в конкурсную массу ФИО5 имущества - земельный участок 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда),

принять в данной части новый судебный акт, которым удовлетворить требования ФИО4

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО4 указал следующее:

- судом первой инстанции не разрешено заявление финансового управляющего о фальсификации кассовой книги, в связи с чем не установлен размер долга ООО «КХ Восход» перед ФИО5;

- судом первой инстанции не определена судьба земельного участка 48/418 (площадью 44686185 кв.м, кад.номер 66:27:0000000:22, по адресу: Свердловская обл., Тавдинский район, колхоз «Знамя» в 5 км на юго-восток от г.Тавда;

- суд первой инстанции ошибочно не посчитал сделкой передачу должником ООО «КХ Восход» скота, поскольку материалами дела подтверждается его передача ФИО5 ООО «КХ Восход».

Определением суда апелляционной инстанции от 22.10.2020 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 26.11.2020. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

В связи с поступлением от ФИО4 ходатайства об участии в онлайн-заседании и его удовлетворением судом заседание суда апелляционной инстанции от 21.11.2020 проведено с применением сервиса «Онлайн-заседания» (https://kad.arbitr.ru/).

В заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Ответил на вопросы суда.

ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО8, иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Определение суда первой инстанции от 17.08.2020 обжалуется ФИО2 в части удовлетворения требований ФИО4; ФИО3 в части признания недействительной сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенной между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7, применения последствий ее недействительности, взыскания с ФИО3 и с ФИО7 судебных расходов; финансовым управляющим в части отказа в удовлетворении его требований, указанных в апелляционной жалобе. 

В связи с этим проверка обжалуемого судебного акта осуществлена судом апелляционной инстанции в указанных частях.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает определение Арбитражного суда Тюменской области от 17.08.2020 по настоящему делу подлежащим изменению.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий оспаривает комплекс совершенных ФИО5 в 2015-2017 годах взаимосвязанных сделок купли-продажи имущества и внесения денежных средств в ООО «КХ Восход».

1. Решением Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016 по делу № 2-448(8)2016, с ФИО8 в пользу ФИО5 взыскана задолженность по договору займа в сумме 1 460 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. Общий размер взысканных денежных средств составляет 1 756 786 руб. 89 коп. (том 8, листы дела 101-111).

28.07.2016 между ООО «КХ Восход» в лице директора ФИО5 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого займодавец передает, а заемщик принимает в качестве займа 1 750 000 руб. Согласно пунктам 1.3, 1.4, 1.5 договора займа заем передается на следующие цели: текущие нужды, срок займа – 31.12.2016, заем является беспроцентным (том 20, лист дела 113).

Расходным кассовым ордером № 35 от 28.07.2016 ООО «КХ Восход», подписанным ФИО5, денежные средства в сумме 1 750 000 руб. были выданы из кассы ООО «КХ Восход» ФИО5 (том 20, листы дела 114), что также зафиксировано в кассовой книге общества за 2016 год (лист 25) (том 20, лист дела 115, том 21, листы дела 38-166).

25.11.2016 между ФИО5 (кредитор) и ООО «КХ Восход» в лице директора ФИО5 (правопреемник) был заключен договор уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда, в соответствии с пунктом 1.1 которого кредитор уступил правопреемнику право требования задолженности по договору займа в сумме 1 460 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. на основании решения Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016 по делу № 2-448(8)2016, всех иных прав и обязанностей, возникших из вышеуказанных судебных актов (том 20, лист дела 116).

В соответствии с пунктом 3.1 договора общая стоимость уступаемых прав, указанных в пункте 1.1 договора, составляет на момент подписания договора 1 756 786 руб. 89 коп.

В соответствии с пунктом 3.2 договора оплату уступаемых прав правопреемник производит путем зачета однородных требований, возникших по договору займа между ним и кредитором от 28.07.2016.

25.11.2016 между ФИО5 (кредитор) и ООО «КХ Восход» в лице директора ФИО5 (правопреемник) было заключено соглашение о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» в отношении задолженности ФИО5 перед ООО «КХ Восход» по договору займа от 28.07.2016 в сумме 1 750 000 руб. (в зачет принимается сумма 1 750 000 руб.), задолженности ООО «КХ Восход» перед ФИО5 по договору уступки от 25.11.2016 права требования задолженности по договору займа в сумме 1 460 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. на основании решения Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016 по делу № 2-448(8)2016 (в зачет принимается сумма 1 756 786 руб. 89 коп.) (том 20, лист дела 117).

Определением Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.12.2016 произведена замена взыскателя ФИО5 на ООО «КХ Восход» по решению Тавдинского районного суда Свердловской области от 11.07.2016 по делу № 2-448(8)2016 (том 8, лист дела 115, том 20, лист дела 7).

2. Согласно письму ООО «КХ Восход» от 07.08.2015, подписанному директором ФИО5, по договору уступки прав и обязанностей по договору купли-продажи от 08.06.2005 от 27.04.2015 ФИО5 передал ООО «КХ Восход» здания фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м. (том 8, лист дела 112).

3. Согласно письму ООО «КХ Восход» от 07.08.2015, подписанному директором ФИО5, 01.07.2015 ФИО5 передал в пользование ООО «КХ Восход» 102 дойные коровы, 5 нетелей крупного рогатого скота, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка. Данное поголовье скота ФИО5 получил от ФИО8 в соответствии с соглашением о производстве расчета от 24.03.2015, договором залога крупного рогатого скота от 18.03.2015 и определением Тавдинского районного суда от 26.02.2015 (том 8, листы дела 125-130).

4. Между ФИО5 и ФИО3 04.08.2016 был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, удостоверенный нотариусом, согласно которому ФИО5 продал ФИО3 принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО «КХ Восход», размер которой составляет 100% (том 20, лист дела 80).

В соответствии с пунктом 4 договора номинальная стоимость указанной доли общества составляет 10 000 руб., что подтверждается Уставом и выпиской из ЕГРЮЛ от 02.08.2016. Согласно пункту 5 договора стороны оценивают отчуждаемую долю в уставном капитале ООО «КХ Восход» в 10 000 руб. Согласно пункту 6 договора ФИО3 купила у ФИО5 указанную долю в уставном капитале общества за 10 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Согласно расписке от 03.08.2016 ФИО5 получил от ФИО3 денежные средства в размере 10 000 руб. за долю в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100% (том 20, лист дела 82).

Между ФИО3 и ФИО7 24.06.2017 был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества, удостоверенный нотариусом, согласно которому ФИО3 продала ФИО7 принадлежащую ей долю в уставном капитале ООО «КХ Восход», размер которой составляет 100% (том 20, лист дела 81).

В соответствии с пунктом 4 договора номинальная стоимость указанной доли общества составляет 10 000 руб., что подтверждается Уставом и выпиской из ЕГРЮЛ от 24.06.2017. Согласно пункту 5 договора стороны оценивают отчуждаемую долю в уставном капитале ООО «КХ Восход» в 10 000 руб. Согласно пункту 6 договора ФИО7 купил у ФИО3 указанную долю в уставном капитале общества за 10 000 руб. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

Согласно расписке от 24.06.2017 ФИО3 получила от ФИО7, денежные средства в размере 10 000 руб. за долю в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100% (том 20, лист дела 83).

Финансовый управляющий, считая, что комплекс сделок был совершен ФИО5 в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов, при осведомленности другой стороны сделок о наличии цели причинения вреда, в связи с чем, считая подлежащими признанию недействительными соглашение о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, договора займа от 28.07.2016, договор уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, сделку по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» зданий фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м., сделку по передаче ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» 102 дойных коров, 5 нетелей крупного рогатого скота, 80 голов молодняка, 42 телят, 3 быков; сделку по продаже ФИО5 в пользу ФИО7 100% доли в ООО «КХ Восход» через сделку по продаже ФИО3 100% доли в ООО «КХ Восход», обратился в Арбитражный суд Тюменской области с настоящим заявлением.

Удовлетворяя требования финансового управляющего частично, суд первой инстанции исходил из следующего:

- производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО5 было возбуждено определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.07.2018, а потому все сделки (за исключением сделки по уступке ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» зданий фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м., сделки по передаче ФИО5 в пользу ООО «КХ Восход» 102 дойных коров, 5 нетелей крупного рогатого скота, 80 голов молодняка, 42 телят, 3 быков) подлежат оспариванию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- сделка по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» должна быть рассмотрена как единая сделка, прикрытая  последовательно заключенными сделками (договоры купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, от 24.06.2017);

- ФИО5 в период с 21.04.2015 по 20.12.2018 являлся руководителем ООО «КХ Восход», до совершения 04.08.2016 сделки по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» ФИО5 также являлся единственным участником ООО «КХ Восход», то есть ФИО5 является заинтересованным по отношению к ООО «КХ «Восход» лицом;

- на момент совершения оспариваемых сделок у ФИО5 имелись неисполненные обязательства перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб. по решению Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020;

- согласно доводам финансового управляющего, оспариваемые сделки были совершены должником безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ООО «КХ Восход», ФИО3, ФИО7, что не опровергнуто ответчиками; ФИО5 уступил ООО «КХ Восход» право требования задолженности с ФИО8 по договору займа, при этом оплата за уступаемое право требования проведена посредством зачета встречных однородных требований ООО «КХ Восход» к ФИО5 по договору займа от 28.07.2016, однако выдача денежных средств из кассы ООО «КХ Восход» ФИО5 в сумме 1 750 000 руб. не подтверждена, в связи с чем имеются основания полагать, что право требования к ФИО8 в сумме 1 756 786 руб. 89 коп. было передано должником ООО «КХ Восход» в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ООО «КХ Восход», тем самым был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- ФИО7 является сыном ФИО10 (далее – ФИО10), которая, в свою очередь, являлась работником ЗАО «Тюменский строитель», руководителем которого был ФИО5 (том 21, листы дела 8-10; том 22, лист дела 140), таким образом, ФИО7 через ФИО10 является заинтересованным по отношению к ФИО5 лицом; 

- суд критически относится к объяснениям ФИО7 и ФИО3 относительно мотивов совершения оспариваемых сделок между ФИО5 и ФИО3, ФИО3 и ФИО7, поскольку объяснения какими-либо доказательствами не подтверждены; 

- между ФИО3 (цессионарием) и ПАО «Запсибкомбанк» (цедентом, кредитором) 06.11.2018 был заключен договор уступки требования по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 28.12.2006, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию права требования в отношении ФИО5 (должник), вытекающие из кредитных обязательств должника перед цедентом в размере 1 009 983 руб. по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 28.12.2006 и мировому соглашению, утвержденному определением Центрального районного суда города Тюмени от 08.12.2016 по делу № 2-5597/2016; по платежному поручению № 615288 от 06.11.2018 ФИО3 перечислила ПАО «Запсибкомбанк» денежные средства в размере 1 009 983 руб. 23 коп. с назначением платежа: «Оплата уступаемого права требования в соответствии с Договором уступки права требования по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 26.12.2006г. с/з ФИО3 от 06.11.2018г. без НДС» (данные обстоятельства установлены определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.03.2019), кроме того, согласно определению Арбитражного суда Тюменской области от 02.06.2020 ФИО3 с требованием к ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела о несостоятельности банкротстве ИП ФИО5 не обращалась, таким образом, необходимость многолетнего участия в имущественных делах ФИО5 ФИО3 не объяснена, должником и супругой должника информация о причинах неоднократного привлечения ФИО3 к решению имущественных вопросов ФИО5 не раскрывается, поэтому довод ФИО3 о ее неосведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособности суд считает необоснованным;

- исходя из процессуального поведения должника, его представителя и ФИО2 в настоящем и иных обособленных спорах по делу № А70-9704/2018, несмотря на отчуждение 100% доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в пользу ФИО7, фактический контроль за деятельностью ООО «КХ Восход» сохраняет ФИО5 в лице своего представителя и супруги ФИО2;

- суд не принимает заключение ООО «Союз Экспертизы и Права» № 44-И-20 от 01.07.2020 в качестве доказательства, подтверждающего, что рыночная стоимость доли в размере 100% в уставном капитале ООО «КХ Восход» по состоянию на 04.08.2016 составляет 10 000 руб., и исходит из того, что основные средства ООО «КХ Восход» имеют значительную стоимость, что свидетельствует о том, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- информация о наличии сделок по отчуждению зданий и скота получена финансовым управляющим из письма ООО «КХ Восход» от 07.08.2015 (том 8, лист дела 141), между тем иных объективных доказательств, позволяющих сделать вывод об отчуждении ФИО5 принадлежащего ему имущества в пользу ООО «КХ Восход», материалы дела не содержат, финансовым управляющим не доказано, что сделки совершены должником в отношении имущества, принадлежащего ФИО5, следовательно, не доказано, что в результате совершения сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, потому оснований для признания указанных сделок недействительными не имеется.

Приняв во внимание изложенное, суд первой инстанции признал недействительными следующие сделки:

- соглашение о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, договор займа от 28.07.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход», договор уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход»; 

- сделка по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенная между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7,

в удовлетворении требований финансового управляющего о признании недействительными:

- договора уступки прав и обязанностей по договору купли-продажи от 08.06.2005 от 27.04.2015 по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» здания фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м.;

- сделки по передаче ФИО5 01.07.2015 в пользование ООО «КХ Восход» 102 дойных коров, 5 нетелей крупного рогатого скота, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка арбитражным судом отказано.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

1. Относительно соглашения о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, договора займа от 28.07.2016, заключенного между ФИО5 и ООО «КХ Восход», договора уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, заключенного между ФИО5 и ООО «КХ Восход», суд первой инстанции правильно указал, что данные сделки совершены между заинтересованными лицами, в условиях наличия у ФИО5 признаков неплатежеспособности, в отсутствие встречного предоставления для ФИО5, то есть с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем указанные сделки подлежат признанию недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО2 в апелляционной жалобе  отмечает, что согласно выводам суда первой инстанции ФИО5 на дату совершения спорных сделок отвечал признакам неплатежеспособности в связи с наличием у него задолженности перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб. по решению Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012. Однако на даты совершения спорных сделок должник не отвечал признакам недостаточности имущества и неплатежеспособности, поскольку согласно инвентаризационной описи, подготовленной финансовым управляющим, у ФИО5 на 28.05.2019 имеется имущество, по оценке ФИО4, стоимостью 30 536 885 руб., указанное имущество принадлежало должнику и на даты совершения сделок, задолженность перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб. на соответствующие даты была полностью погашена ФИО5 (решение Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020, справка службы судебных приставов).

Относительно приведенных доводов ФИО2 суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В настоящем деле отсутствуют достоверные доказательства, подтверждающие факт сохранения у ФИО5 задолженности перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб. на даты совершения спорных сделок.

Кроме того, соответствующая задолженность не включена в реестр требований кредиторов должника, а потому финансовый управляющий не имеет права выступать в интересах ФИО9, не являющегося конкурсным кредитором ФИО5, в рамках настоящего дела, в том числе посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании сделок должника недействительными.

Само по себе наличие у ФИО5 задолженности перед ФИО9 не может являться основанием считать, что ФИО5 имел признаки неплатежеспособности на даты совершения спорных сделок.

Для целей подтверждения указанного обстоятельства финансовому управляющему надлежало доказать наличие связи между указанным долгом и наступившей впоследствии неплатежеспособностью ФИО5, обусловившей возбуждение в отношении него дела о банкротстве, что им сделано не было.

А потому вывод суда первой инстанции о том, что ФИО5 на даты совершения спорных сделок обладал признаками неплатежеспособности в связи с наличием  у  него непогашенной  задолженности  перед  ФИО9  в  размере 2 530 000 руб. по решению Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020, не является обоснованным.

Указанная задолженность ФИО5 перед ФИО9 по указанным выше причинам не подлежала принятию арбитражным судом во внимание для целей установления наличия у должника на дату совершения спорных сделок признаков неплатежеспособности.

В то же время суд апелляционной инстанции учитывает, что определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.04.2017 по делу № А70-846/2015 ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Стройимпульс» (далее – ЗАО «Стройимпульс») на сумму 144 024 818 руб. за непередачу им конкурсному управляющему ЗАО «Стройимпульс» бухгалтерской и иной документации должника в 2015 году (абзац 4 пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Поскольку бездействие, в связи с совершением которого ФИО5 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Стройимпульс» на сумму 144 024 818 руб., имело место в 2015 году, обязанность нести указанную ответственность возникла у должника в 2015 году.

При этом требование о привлечении к субсидиарной ответственности было принято к производству судом 21.06.2016 года.

Следовательно, по состоянию на даты совершения спорных сделок (25.11.2016, 28.07.2016, 25.11.2016) ФИО5, знал о наличии предъявленного к нему требования о привлечении к субсидиарной ответственности, знал о риске обращения взыскания на все его имущество, а потому явно и очевидно стал совершать действия по его сокрытию от обращения взыскания.

По мнению ФИО2, суд первой инстанции необоснованно заключил, что спорные сделки являлись безвозмездными.

Между тем судом первой инстанции правильно установлено, что оплата уступленного ФИО5 ООО «КХ Восход» права требования к ФИО8 проведена посредством зачета якобы имеющегося требования ООО «КХ Восход» к ФИО5 по договору займа от 28.07.2016.

Однако выдача денежных средств из кассы ООО «КХ Восход» ФИО5 в сумме 1 750 000 руб. (предоставление ООО «КХ Восход» ФИО5 займа по договору займа от 28.07.2016) надлежащим образом не подтверждена.

 Так, выдача из кассы ООО «КХ Восход» ФИО5 денежных средств в сумме 1 750 000 руб. зафиксирована в кассовой книге общества за 2016 год (лист 25) (том 20, лист дела 115), подтверждается, согласно доводам ФИО5, указанной кассовой книгой и расходным кассовым ордером № 35 от 28.07.2016, 

Однако кассовая книга ООО «КХ Восход» за 2016 год подписана самим ФИО5, как генеральным директором ООО «КХ Восход» (в кассовой книге ФИО5 указан как кассир, бухгалтер общества), в связи с чем она не может быть признана достоверным доказательством по настоящему делу, подтверждающим факт предоставления ООО «КХ Восход» займа ФИО5 в обозначенной сумме, так как должник является заинтересованным лицом в споре, а доказательств, исходящих от незаинтересованных лиц, не представлено. Не представлено также доказательств отсутствия у ответчика кассира и бухгалтера в период предполагаемой выдачи займа.

Кроме того, судом первой инстанции правильно установлено, что кассовая книга содержит подлинники двух кассовых ордеров на сумму 1 750 000 руб.: № 35 от 28.07.2016  (с машинописным текстом) с подписью директора ФИО5, кассира ФИО5, получателя денежных средств ФИО5; № 15 от 28.07.2016 (с рукописным текстом) с подписью директора ФИО5, главного бухгалтера ФИО5, кассира ФИО5, получателя денежных средств ФИО5 (том 21, листы дела 26-27).

Расходный кассовый ордер № 35 от 28.07.2016 изготовлен машинописным способом, содержит подписи директора ФИО5, кассира ФИО5, получателя денежных средств ФИО5, указание на то, что главным бухгалтером является ФИО5 В основании платежа указано, что выдан заем по договору. 

Расходный кассовый ордер № 15 от 28.07.2016 изготовлен рукописным способом, содержит подписи директора ФИО5, главного бухгалтера ФИО5, кассира ФИО5, получателя денежных средств ФИО5 В основании платежа указан договор займа от 28.07.2016. 

Таким образом, в материалах дела в составе кассовой книги ООО «КХ Восход» имеются два расходных кассовых ордера на одну и ту же сумму, при этом лист кассы № 25 содержит ссылку на выдачу ФИО11 28.07.2016 займа по договору в размере 1 750 000 руб. 

ФИО5, являясь директором и единственным участником ООО «КХ Восход», обладал всеми возможностями по формированию необходимого ему для подтверждения законности сделок ООО «КХ Восход» объема доказательств. 

В связи с этим расходные кассовые ордеры № 35 от 28.07.2016 и № 15 от 28.07.2016 не могут являться достоверными доказательства выдачи ООО «КХ Восход» ФИО5 займа на сумму 1 750 000 руб. 

ФИО2 в заседании суда первой инстанции затруднилась пояснить, каким образом ФИО5 были израсходованы полученные от ООО «КХ Восход» денежные средства в размере 1 750 000 руб. 

При таких обстоятельствах арбитражные суды не имеют оснований признать представленные ФИО5 в материалы дела первичные документы достаточными и достоверными доказательствами факта передачи ООО «КХ Восход» должнику денежных средств в размере 1 750 000 руб. по договору займа от 28.07.2016.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правильно заключил, что право требования к ФИО8 в сумме 1 756 786 руб. 89 коп. было передано должником ООО «КХ Восход» в отсутствие какого-либо встречного предоставления со стороны ООО «КХ Восход». 

Довод финансового управляющего о том, что судом первой инстанции не разрешено его заявление о фальсификации кассовой книги (том 22, листы дела 106-107), отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку судебное разбирательство должно проводиться арбитражным судом в разумный срок (статья 6.1 АПК РФ).

По смыслу норм АПК РФ (глава 14, статья 71 АПК РФ и другие), арбитражный суд самостоятельно определяет круг необходимых для проведения в рамках конкретного дела процессуальных мероприятий в целях всестороннего и полного установления и исследования обстоятельств дела и его правильного разрешения с принятием законного и обоснованного судебного акта.

При этом такие мероприятия должны иметь разумный характер, в том числе с точки зрения соразмерности имеющих место при их проведении временных и организационных затрат результату, который должен быть достигнут по итогам их проведения.

Поэтому в случае, если арбитражный суд достигает одного и того же процессуального результата посредством совершения различных процессуальных действий, арбитражному суду надлежит сделать выбор в пользу того из них, которое будет максимально способствовать достижению необходимого процессуального результата при минимальных организационных, временных и иных затратах на его проведение.

В настоящем случае суд первой инстанции посчитал, что относимые к настоящему спору части кассовой книги являются недостоверными, что является достаточным для оценки доказательств.

Поэтому необходимость в последующей дополнительной проверке заявления о фальсификации отпала и не требовалась для разрешения спора.

В настоящем случае незавершение арбитражным судом проверки заявления о фальсификации с надлежащим изложением им результатов оценки кассовой книги в принятом по итогам рассмотрения спора судебном акте является допустимым с точки зрения необходимости соблюдения принципа процессуальной экономии и принятия по настоящему делу законного и обоснованного определения и не может нарушать права и законные интересы ФИО4 и иных участвующих в деле лиц.

Учитывая изложенное, а также то, что выводы суда первой инстанции по итогам оценки отдельных частей кассовой книги являются обоснованными, прекращение арбитражным судом проверки заявления финансового управляющего о фальсификации кассовой книги и неотражение  процессуального решения по заявлению о фальсификации не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта (часть 3  статьи 270 АПК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно признал соглашение о зачете взаимной задолженности между ФИО5 и ООО «КХ Восход» от 25.11.2016, договор займа от 28.07.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход», договор уступки прав и обязанностей о взыскании денежных средств по решению суда от 25.11.2016, заключенный между ФИО5 и ООО «КХ Восход», недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В качестве применения последствий недействительности сделок арбитражным судом восстановлено право требования ФИО5 к ФИО8 по договору займа в сумме 1 460 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. на основании решения Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016.

Вместе с тем, как было указано ранее, определением Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.12.2016 произведена замена взыскателя ФИО5 на ООО «КХ Восход» по решению Тавдинского районного суда Свердловской области от 11.07.2016 по делу № 2-448(8)2016.

Определением Тавдинского районного суда Свердловской области от 31.10.2017 по делу № 2-448(8)2016 (том 8, листы дела 84-86) утверждено мировое соглашение, заключенное между ООО «КХ Восход» и ФИО8, по которому ООО «КХ Восход» в лице директора ФИО5 отказалось от предъявления к ФИО8 требования об уплате денежных средств в сумме 1 756 786 руб. 89 коп., ФИО12 ООО «КХ Восход» в порядке новации передано 48/418 доли в праве общей собственности на земельный участок по адресу: Свердловская обл., Тавдинский р-он, колхоз «Знамя», в 5 км на юго-восток рт. г. Тавда, кадастровый номер 66:27:0000000:22, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения (том 20, лист дела 24).

Как следует из заявления финансового управляющего о признании сделок должника недействительными, он не оспаривает, что мировое соглашение исполнено ФИО8, в настоящее время 48/418 доли в праве общей собственности на земельный участок по адресу: Свердловская обл., Тавдинский р-он, колхоз «Знамя», в 5 км на юго-восток рт. г. Тавда, кадастровый номер 66:27:0000000:22 принадлежит ООО «КХ Восход».

Таким образом, на дату обращения ФИО4 в арбитражный суд с настоящим заявлением (12.03.2019) ФИО8 в соответствии с условиями договора уступки права требования денежных средств, заключенного 25.11.2016 между ФИО5 и ООО «КХ Восход», исполнил обязательство в пользу нового кредитора - ООО «КХ Восход».

При этом указанное исполнение было одобрено первоначальным кредитором – ФИО5, так как он, как директор ООО «КХ Восход», действовал от имени ООО «КХ Восход» при заключении мирового соглашения с ФИО8 в рамках дела № 2-448(8)2016.

Как указано в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 № 14680/13 по делу № А41-8198/12, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу.

Достаточным доказательством перемены кредитора в обязательстве является уведомление цедентом должника о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Исполнение денежного обязательства является надлежащим независимо от последующего признания действительным или недействительным договора цессии.

Указанные положения направлены на защиту интересов должника как исключающие возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

Следовательно, при надлежащем исполнении должником денежного обязательства новому кредитору в случае последующего признания договора уступки права требования недействительным первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему должником по правилам главы 60 ГК РФ, а новый кредитор - потребовать возврата суммы, уплаченной им за переданное право.

Данное правило не подлежит применению только при условии, если будет установлено, что должник, исполняя обязательство перед новым кредитором, знал или должен был знать о противоправной цели оспариваемой сделки.

Таким образом, учитывая, что на дату обращения ФИО4 в арбитражный суд с настоящим заявлением (12.03.2019) ФИО8 надлежащим образом исполнил обязательство в пользу нового кредитора - ООО «КХ Восход», право требования ФИО5 к ФИО8 по договору займа в сумме 1 460 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 60 894 руб. 17 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 235 892 руб. 72 коп. на основании решения Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 08.11.2016, вопреки выводам суда первой инстанции, не подлежит восстановлению в качестве применения последствий недействительности спорных сделок.

В то же время согласно пункту 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Поэтому применение последствий в случае признания сделки недействительной в рамках дела о банкротстве является обязанностью арбитражного суда.

Суд обязан применить именно те последствия, которые позволяют восполнить имущественную массу должника и восстановить положение, нарушенное оспоренной сделкой, вне зависимости от требования истца. В противном случае, если оспаривание сделки не ведет к применению таких последствий, у истца будет отсутствовать законный интерес в ее оспаривании, поэтому в таких случаях в заявлении о признании недействительной такой сделки следует отказать.

При этом, как следует из сложившейся судебной практики (Постановление Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 № 14680/13 по делу № А41-8198/12, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.06.2018 № 303-ЭС14-4717 (4) по делу № А73-822/2013, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2018 № 307-ЭС17-21349 по делу № А56-8687/2017, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17.08.2017 № 305-ЭС17-3817 по делу № А40-214329/2014), в ситуации признания недействительным сделок по специальным основаниям в делах о банкротстве положения главы 60 ГК РФ о неосновательном обогащении применяются субсидиарно по отношению к правилам о реституции (подпункт 1 статьи 1103 ГК РФ). Такое требование является частью требования, направленного на устранение последствий исполнения недействительной оспоримой сделки. Поэтому финансовый управляющий имеет возможность заявить его одновременно с требованиями о признании недействительными оспоренных им сделок, а может предъявить отдельное требование, которое, по своей сути, является реституционным.

То есть требование о взыскании утраченной в связи с совершением недействительной сделкой стоимости имущества, является частью реституционного требования и рассматривается по правилам о реституции в рамках обособленного спора в деле об оспаривании сделки.

Более того, Законом о банкротстве такое неосновательное обогащение (убытки от утраты стоимости) прямо отнесено к возмещаемому в качестве реституции.

Так, согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Следовательно, требование о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере утраченной стоимости предмета недействительной сделки в данной ситуации фактически является допустимой заменой реституционного требования и подлежит рассмотрению в рамках обособленного спора в деле о банкротстве в целях устранения последствий исполнения невыгодной для должника и недействительной сделки.

Учитывая изложенное, в рамках настоящего дела в качестве замены реституционного требования с ООО «КХ Восход» на основании статей 15, 1102 ГК РФ подлежит взысканию неосновательное обогащение, полученное ООО «КХ Восход» в связи с исполнением в его пользу ФИО8 обязательства по договору займа на сумму 1 756 786 руб. 89 коп. 

В связи с этим с ООО «КХ Восход» в пользу ФИО5 (в его конкурсную массу) подлежат взысканию денежные средства в сумме 1 756 786 руб. 89 коп.

2. Относительно сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенной между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7, судом первой инстанции правильно указано, что данная сделка совершена между заинтересованными лицами, в условиях наличия у ФИО5 признаков неплатежеспособности, в отсутствие встречного предоставления для ФИО5, с сохранением ФИО5 после совершения сделки фактического контроля над деятельностью ООО «КХ Восход», то есть с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем указанная сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО2 в апелляционной жалобе указала, что на дату совершения сделки у ФИО5 отсутствовала задолженность перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб., поскольку на соответствующую дату указанная задолженность была полностью погашена (решение Ленинского районного суда города Тюмени от 13.01.2012 по делу № 2-5906/2020, справка службы судебных приставов), в деле отсутствуют доказательства неплатежеспособности должника на дату совершения сделки, ФИО5 имел постоянный доход (пенсию по выслуге лет в размере 25 611 руб. 75 коп. ежемесячно), согласно инвентаризационной описи, подготовленной финансовым управляющим, у ФИО5 на 28.05.2019 имеется имущество, по оценке ФИО4, стоимостью 30 536 885 руб., указанное имущество принадлежало должнику и на дату совершения сделки.

Как было указано ранее, суд апелляционной инстанции соглашается с доводом ФИО2 о том, что указание судом первой инстанции на задолженность ФИО5 перед ФИО9 в размере 2 530 000 руб., как на основание считать ФИО5 по состоянию на 2016 год неплатежеспособным, не является обоснованным.

В то же время спорные сделки имели целью сокрытие имущества от обращения взыскания, поскольку к должнику уже было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Стройимпульс» на сумму 144 024 818 руб. за непередачу конкурсному управляющему ЗАО «Стройимпульс» бухгалтерской и иной документации должника в 2015 году, которое впоследствии было удовлетворено (определение Арбитражного суда Тюменской области от 10.04.2017 по делу № А70-846/2015).

Как указано в  Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4) по делу N А40-177466/2013 из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

То есть разовое отчуждение нескольких единиц имущества в преддверии  обращения взыскания на него имеет целью причинить вред кредитору, затруднив или сделав невозможным удовлетворение требований кредитора. А значит, такие сделки также имеют цель причинить вред кредитору, поскольку нацелены на невозможность удовлетворить требования кредитора в том объеме, в котором они могли бы быть удовлетворены, если сделок бы не было. 

В связи с этим суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы ФИО5

ФИО5 в апелляционной жалобе также указывает, что сделка купли-продажи доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» не являлась безвозмездной, имела цену, указанную в нотариально удостоверенных договорах купли-продажи доли, которая была уплачена как ФИО3 ФИО5, так и ФИО7 ФИО3, в материалах дела имеются доказательства наличия у покупателей финансовой возможности оплатить стоимость доли.

Согласно доводам ФИО3, изложенным в апелляционной жалобе, доля в уставном капитале ООО «КХ Восход» была оплачена ФИО3 в полном объеме, что подтверждается распиской ФИО5 в получении им денежных средств от ФИО3, ФИО7 также произвел оплату доли в пользу ФИО3, о чем свидетельствует расписка ФИО3 в получении денежных средств от ФИО7

Между тем расписки, на которые ссылается ФИО3, имеют двусторонний характер. 

Объективных доказательств, имеющих не зависящий от должника, ФИО3 и ФИО7 характер, в дело не представлено.

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно заключил, что какое бы то ни было встречное предоставление достоверными доказательствами не подтверждено.

ФИО5 считает, что суд первой инстанции необоснованно критически отнесся к пояснениям ФИО3 и ФИО7 о причинах, по которым они приняли решение о приобретении доли в уставном капитале ООО «КХ Восход».

Так, ФИО3 в отзывах на заявление, в апелляционной жалобе указывала, что при заключении и исполнении договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016 ФИО3 руководствовалась добросовестными целями и мотивами (намерением организовать собственный бизнес), которые не были реализованы по причине утраты ею интереса к соответствующей деятельности, в связи с чем ФИО3 продала долю в уставном капитале ФИО7

ФИО7 в отзыве на заявление от 24.06.2019 указывал, что доля в уставном капитале ООО «КХ Восход» была приобретена им у ФИО3 для целей ведения бизнеса, ФИО7 был уведомлен ФИО3 и ФИО5 о том, что бизнес требует дополнительных финансовых вложений, рассчитывал привлечь инвесторов, заинтересованных в осуществлении таких вложений в сельскохозяйственную отрасль.

Между тем, повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что приведенные доводы ФИО3 и ФИО7 не подтверждаются какими-либо доказательствами.

Так, ФИО3, ФИО7 не представлены доказательства наличия у них финансовой возможности произвести финансовые вложения в бизнес для целей его развития, к чему у них якобы имелись намерения при заключении договоров купли-продажи.

Представленная ФИО3 в материалы дела справка о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2016 год (том 20, лист дела 84) подтверждает получение ею в 2016 году дохода 770 963 руб. 59 коп. (до удержания НДФЛ). 

ФИО7 представил в дело выписку о состоянии вклада в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (том 21, литы дела 51-53), однако из нее следует, что сумма вклада в период с 02.05.2017 по 30.06.2017 не превышала 147 549 руб.

Соответствующий доход, с учетом наличия у ФИО3, ФИО7, как у физических лиц, потребности в обладании средствами для несения расходов на личные нужды, со всей очевидностью является недостаточным для приобретения бизнеса и его дальнейшего развития, тем более учитывая доводы самих ответчиков о том, что со слов ФИО5 при заключении спорных договоров им было известно о неудовлетворительных показателях деятельности ООО «КХ Восход» и необходимости совершить значительные финансовые вливания в бизнес для целей установления его рентабельности.

Какие-либо иные доказательства в подтверждение факта наличия у них финансовой возможности осуществить вложения в бизнес ФИО3 и ФИО7 в материалы дела не представлены.

В связи с этим суд апелляционной инстанции не считает доказанными доводы ФИО3 и ФИО7 о мотивах приобретения ими доли в уставном капитале ООО «КХ Восход».

Доводы ФИО3 о мотивах продажи ею доли в уставном капитале ФИО7, изложенные в отзыве на заявление от 04.04.2019, в отзыве от 17.01.2020, в апелляционной жалобе, в частности о высоких рисках, связанных с ведением сельского хозяйства, нестабильности рынка, отсутствия ярко выраженного экономического эффекта от деятельности в соответствующей отрасли, большом расстоянии от места жительства ответчика до места ведения обществом хозяйственной деятельности, также не могут быть признаны судом апелляционной инстанции достоверными, поскольку указанные ФИО3 обстоятельства оцениваются разумным и добросовестным участником оборота до принятия им решения о приобретении доли в уставном капитале юридического лица, а не после принятия такого решения.

В материалах дела также отсутствуют доказательства, подтверждающие обоснованность довода ФИО3 о том, что отчуждение ею доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в пользу ФИО7 обусловлено тем, что она претендовала на замещение должности государственной гражданской службы в Правительстве ХМАО-Югры.

В частности, ФИО3 не  представила доказательств того, что она подавала заявление на участие в конкурсе на замещение соответствующей должности, участвовала в нем, результаты такого конкурса арбитражным судам также не раскрыты.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об обоснованности вывода  суда первой инстанции, согласно которой доводы ФИО3 и ФИО7 о причинах приобретения ими доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» не могут быть признаны достоверными.

Кроме того, судом первой инстанции правильно установлено, что, исходя из процессуального поведения должника, его представителя и ФИО2 в настоящем и иных обособленных спорах по делу № А70-9704/2018, обстоятельств настоящего обособленного спора, имеются основания считать, что несмотря на отчуждение 100% доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в пользу ФИО7, ФИО5 фактический сохраняет контроль за деятельностью ООО «КХ Восход».

На данное обстоятельство указывают, помимо прочего, не опровергнутые доводы финансового управляющего, изложенные в дополнении и уточнении к заявлению от 12.08.2019, согласно которым из выписок по счетам ООО «КХ Восход» не следует, что ФИО7, ФИО3 перечисляли или получали от ООО «КХ Восход» какие-либо денежные средства.

Документация, свидетельствующая о принятии ответчиками каких-либо управленческих решений в отношении ООО «КХ Восход», управлении его делами, совершении ими распорядительных действий от имени ООО «КХ Восход», направленная  незаинтересованным лицам, отсутствует.

ФИО7 и ФИО3 не отрицают, что после приобретения ими доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» делами общества занимался ФИО5, по-прежнему занимавший должность директора общества.

ФИО7 и ФИО3 при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции степень своего участия в делах ООО «КХ Восход» не раскрывали, принятие ими каких-либо управленческих решений в отношении ООО «КХ Восход», управление его делами, совершение ими распорядительных действий от имени ООО «КХ Восход» не подтверждали, на получение ими какой-либо конкретной имущественной выгоды (выручки) от деятельности общества не ссылались.

ФИО2 в апелляционной жалобе указала, что ФИО7 проявляет интерес к деятельности общества после приобретения доли в его уставном капитале, в частности лично занимается делами общества, назначает его единоличный исполнительный орган, участвует в рассмотрении настоящего обособленного спора, активно возражая против требований финансового управляющего.

Вместе с тем довод ФИО2 об участии ФИО7 в управлении ООО «КХ Восход» не является обоснованным, поскольку сам ФИО13 в отзыве на заявление от 24.06.2019 указывал, что в деятельность предприятия он не вмешивался, полагался на ФИО5, как на его директора, опыта в сельскохозяйственной отрасли не имеет, в связи с чем какие-либо конкретные хозяйственные мероприятия в ООО «КХ Восход» не организовывал и не проводил.

ФИО2, ФИО3 в апелляционных жалобах указывают, что после совершения сделки должник не  пользовался опосредованно  имуществом ООО «КХ Восход», а лишь являлся директором ООО «КХ Восход», чем и обусловлено сохранение у него полномочий управлять деятельностью общества, после увольнения ФИО5 последний не сохранил контроля над деятельностью общества, в том числе в лице его супруги ФИО2

ФИО3 в отзыве на заявление от 04.04.2019, в апелляционной жалобе поясняла, что сохранение ею ФИО2 на должности генерального директора ООО «КХ Восход» осуществлялось как временное, ФИО3 намеревалась сменить генерального директора общества, однако испытывала в этом некоторые затруднения, связанные с отказом рассматриваемого ею кандидата на указанную должность от ее занятия, и необходимостью поиска нового директора.

Вместе с тем приведенные доводы ФИО2 и ФИО3 какими-либо доказательствами не подтверждаются.

ФИО3 не раскрыта личность предполагаемого ею к назначению на должность генерального директора ООО «КХ Восход» кандидата, не подтверждено проведение ею мероприятий, направленных на поиск кандидата на соответствующую должность, получения ею отказа основного кандидата от занятия данной должности.

При действительном отчуждении бизнеса собственник, как правило,  назначает  менеджмент самостоятельно, тем более в ситуации, когда, по утверждению, должника, этот бизнес был доведен прежним собственником до неудовлетворительного состояния, требующего финансовой реабилитации.

В связи с этим указанные доводы подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.

Сделки явно и очевидно имели притворный характер. 

Довод ФИО2 о том, что ФИО7 не является по отношению к должнику заинтересованным лицом, равно как довод ФИО3, согласно которому ФИО3 не является по отношению к должнику заинтересованным лицом, на дату совершения спорной сделки не знала и не могла знать о наличии у ФИО5 признаков неплатежеспособности, судом отклоняется.

Указанный довод сам по себе не способен повлиять на результат спора.

При этом, как правильно установлено судом первой инстанции, ФИО7 является сыном ФИО10, которая, в свою очередь, являлась работником ЗАО «Тюменский строитель», руководителем которого был ФИО5

То есть  покупателем является лицо, связанное с ФИО5 как минимум знакомством.

Судом первой инстанции также правильно учтено, что между ФИО3 (цессионарием) и публичным акционерным обществом «Запсибкомбанк» (цедентом, кредитором) 06.11.2018 был заключен договор уступки требования по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 28.12.2006, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию права требования в отношении ФИО5 (должник), вытекающие из кредитных обязательств должника перед цедентом в размере 1 009 983 руб. по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 28.12.2006 и мировому соглашению, утвержденному определением Центрального районного суда города Тюмени от 08.12.2016 по делу № 2-5597/2016.

По платежному поручению № 615288 от 06.11.2018 ФИО3 перечислила ПАО «Запсибкомбанк» денежные средства в размере 1 009 983 руб. 23 коп. с назначением платежа: «Оплата уступаемого права требования в соответствии с Договором уступки права требования по договору ипотечного кредитования № 9925799/06И от 26.12.2006г. с/з ФИО3 от 06.11.2018г. без НДС» (данные обстоятельства установлены определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.03.2019).

Кроме того, согласно определению Арбитражного суда Тюменской области от 02.06.2020 ФИО3 с требованием к ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела о несостоятельности банкротстве ИП ФИО5 не обращалась.

Такое поведение явно свидетельствует о том, что ФИО3 действовала не в собственных интересах, а в интересах должника в целях освобождения его имущества от ипотеки.

Как верно указал суд первой инстанции, необходимость такого невыгодного для нее участия в имущественных делах ФИО5 ФИО3 не объяснена, должником и супругой должника информация о причинах неоднократного привлечения ФИО3 к решению имущественных вопросов ФИО5 не раскрывается.

Поэтому ФИО3 является лицом либо близким к должнику, либо подконтрольным ему, поскольку иначе такое участие в сделке по выкупу ипотечного требования к должнику на неэквивалетных условиях объяснить невозможно.

Это также  свидетельствует о притворности цепочки сделок по отчуждению доли.

Согласно доводам ФИО2, ФИО3 отсутствуют основания считать, что в результате совершения спорной сделки имущественным правам кредиторов должника причинен вред, так как из материалов дела усматривается, что стоимость доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» по состоянию на 04.08.2016 составляла 10 000 руб. (заключение эксперта № 44-И-20 от 01.07.2020, данные налоговой отчетности, заключение специалиста № 17-16А от 18.07.2016).

Из обжалуемого определения следует, что суд первой инстанции не принял заключение ООО «Союз Экспертизы и Права» № 44-И-20 от 01.07.2020 в качестве доказательства, подтверждающего, что рыночная стоимость доли в размере 100% в уставном капитале ООО «КХ Восход» по состоянию на 04.08.2016 составляет 10 000 руб.

Согласно заключению эксперта балансовая стоимость активов ООО «КХ Восход» на 30.06.2018 (наиболее близкая дата к дате совершения оспариваемой сделки) составляла 9 244 000 руб., балансовая стоимость обязательств – 9 383 000 руб., причем в структуре обязательств третью часть составляют долгосрочные заемные средства в размере 3 105 000 руб. Таким образом, стоимость чистых активов составляет минус 195 000 руб., в связи с чем, эксперт пришел к выводу, что рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» на дату 04.06.2018 составляла 10 000 руб.

Однако суд первой инстанции учел, что в материалах обособленного спора имеются данные территориального органа министерства АПК Свердловской области о наличии у ООО КХ «Восход» в 2016 году основных средств в размере 6 484 000 руб., запасов на сумму 3 267 000 руб., о получении ООО «КХ Восход» в 2016 году прибыли в размере 2 197 000 руб. 

При этом, как указал суд первой инстанции, анализ обязательств ООО «КХ Восход» не был подкреплен какими-либо первичными документами ООО «КХ Восход». Бухгалтерская отчетность, которая использована экспертом при проведении экспертизы, не сдавалась ООО «КХ Восход» в налоговый орган.

В связи с этим суд первой инстанции посчитал, что стоимость доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» не могла быть равна 10 000 руб., поскольку основные средства ООО «КХ Восход» имеют существенную стоимость.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что полугодовая бухгалтерская отчетность действительно не сдавалась в налоговый орган, а в сравнении с годовой отчетностью, представленной в дело налоговым органом за 2016 год и в сравнении с годовой отчетностью за 2015 год, также представлявшейся в налоговый орган, в соответствии с отчетностью за 2018 год (в которой отражены итоги 2016 года), представлявшейся  в Туринское управления агропромышленного комплекса и продовольствия Свердловской области  (том 34 листы дела 8,9) показатель имущества, кредиторской задолженности и заемных средств имеет существенные расхождения с итогом за 2015 и 2016 год, поэтому проверить достоверность этой отчетности на основании имеющихся в деле документов невозможно.

В частности, по данным отчетности, представленной в контролирующие органы, по итогам  2016 года размер активов превышал размер обязательств общества (том 34 листы дела 8,9).

По итогам 2017 года общество имело чистую прибыль в  размере 4 027 000 руб. Продолжало получать прибыль в 2018 года (лист дела 10).

Поэтому суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недостоверности результата экспертизы, так как он противоречит иным  имеющимся в деле доказательствам.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что указанные выше обстоятельства, на которые ссылается ФИО2, ФИО3, выводы суда первой инстанции в этой части не могут повлиять на итог рассмотрения настоящего заявления.

У должника не было никакой срочной  необходимости отчуждать долю по номиналу и продолжать руководить обществом.

Само поведение  участников  сделок и должника свидетельствует о совершении ими притворных сделок, прикрывающих сокрытие актива должника.

Следовательно, у данного актива имеется ценность, за счет которой могут быть хотя бы частично погашены требования кредиторов.

Наличие у соответствующего актива потенциальной ценности следует из доводов самих ФИО3, ФИО7, которые указывали на приобретение ими спорной доли для целей ведения бизнеса и получения дохода от него, на наличие у них намерения осуществить финансовые вложения в такой бизнес и его развитие, которое, согласно предоставленным им ФИО5 сведениям являлось перспективным.

ООО «КХ Восход» до настоящего времени является успешно работающим предприятием, несмотря на то, что, по утверждению ответчиков, оно фактически находилось в состоянии недостаточности имущества для погашения требований его кредиторов на дату совершения сделки по отчуждению доли.

В связи с этим в любом случае отсутствуют основания считать, что отчуждение должником спорной доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в пользу третьих лиц состоялось не в связи с его намерением сокрыть данное имущество от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, а в законных, добросовестных и разумных целях.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО2, ФИО3 о неправильности выводов арбитражного суда в части установления действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» на дату совершения спорной сделки, как не способных повлиять на итог рассмотрения их апелляционных жалоб.

При таких обстоятельствах следует заключить, что сделка по отчуждению доли в уставном капитале ООО «КХ Восход» в размере 100%, совершенной между ФИО5 и ФИО7 последовательно заключенными сделками купли-продажи доли в уставном капитале общества: договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 04.08.2016, заключенным между ФИО5 и ФИО3, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 24.06.2017, заключенным между ФИО3 и ФИО7, обоснованно признана судом первой инстанции недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как было указано ранее, согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 ГК РФ). 

Пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротства предусматривает, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

В качестве применения последствий недействительности сделки арбитражным судом определено восстановить запись в ЕГРЮЛ в составе участников ООО «КХ Восход» с размером доли в уставном капитале 100% ФИО5

Какие-либо доводы относительно незаконности или необоснованности обжалуемого судебного акта в указанной части апелляционные жалобы ФИО5, ФИО3, финансового управляющего не содержат.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены или изменения обжалуемого определения суда первой инстанции в соответствующей части.

3. Относительно договора уступки прав и обязанностей по договору купли-продажи от 08.06.2005 от 27.04.2015 по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» здания фермы площадью 1 155 кв.м. и 1 087 кв.м. определение в данной части не обжалуется.

4. Относительно сделки по передаче ФИО5 01.07.2015 в пользование ООО «КХ Восход» 102 дойных коров, 5 нетелей крупного рогатого скота, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка судом первой инстанции правильно установлено, что информация о наличии этой  сделки получена финансовым управляющим из письма ООО «КХ Восход» от 07.08.2015 (том 8, лист дела 141).

Между тем согласно пункту 1 статьи 161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки юридических лиц между собой и с гражданами.

На основании пункта 1 статьи 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ФИО5 и ООО «КХ Восход» сделки по передаче ответчику скота в пользование  в письменной форме.

В материалах дела также отсутствуют иные письменные доказательства, позволяющие установить условия сделки о передаче скота в пользование.

Единственным письменным доказательством, представленным финансовым управляющим в материалы дела в подтверждение факта совершения спорных сделок, является письмо ООО «КХ Восход» от 07.08.2015, согласно которому ФИО5 сообщает неизвестному адресату о передаче им скота в пользование ООО «КХ Восход».

Однако  из имеющегося письма невозможно установить, был ли предан скот в возмездное или безвозмездное пользование.

К тому же  предметом ссуды или  аренды может быть  только индивидуально определенное имущество.

В данном случае из письма установить  признаки, позволяющие индивидуализировать переданный скот, невозможно.

В связи с этим суд апелляционной инстанции исходит из того, что факт заключения сделки по передаче скота и ее условия не может быть установлен исходя из представленных доказательств.

Содержание указанного письма не позволяет сделать вывод даже об отчуждении ФИО5 имущества в пользу ООО «КХ Восход», поскольку из письма буквально следует предоставление имущества должником обществу в пользование.

Из представленных в дело документов не представляется возможным установить ни факт действительного совершения сделок (их заключенности), ни существо сделок с указанным финансовым управляющим имуществом (в частности, по какому виду договора имущество передано должником ООО «КХ Восход», на условиях возмездности либо безвозмездности передано данное имущество, на какой срок установлено право пользования им ООО «КХ Восход»), ни их условия.

Поэтому факт заключения спорной  сделки по  передаче скота в пользование или факт заключения сделки по отчуждению скота истцом  не доказан.

Согласно подпункту 1 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Между тем в данном случае в связи с недоказанностью факта наличия обязательства (основной сделки) не могут оспариваться и действия по его исполнению (по исполнению сделки).

Поэтому суд первой инстанции правильно  отказал в удовлетворении требований финансового управляющего о признании недействительными сделки по передаче ФИО5 ООО «КХ Восход» имущества: 102 дойные коровы, 5 нетелей КРС, 80 голов молодняка, 42 теленка, 3 быка, и о применении последствий ее недействительности.

В то же время финансовый управляющий не лишен права обратиться в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ООО «КХ Восход» неосновательного обогащения, полученного им в связи с безосновательным получением (пользованием) имуществом ФИО5 

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ) является основанием для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит изменению, апелляционная жалоба финансового управляющего – частичному удовлетворению.

Апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из материалов дела следует, что определением суда апелляционной инстанции от 08.09.2020 удовлетворено ходатайство ФИО4 об отсрочке уплаты государственной пошлины, в связи с чем с ФИО14 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9891/2020) финансового управляющего ФИО4 удовлетворить частично.

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 августа 2020 года по делу № А70-9704/2018 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 313723228800227), в обжалуемой части изменить в части применения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО5 к ФИО8.

Принять в данной части новый судебный акт.

Применить следующие последствия недействительности сделок:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Крестьянское хозяйство «Восход» в пользу ФИО5 (в конкурсную массу) 1 756 786 руб. 89 коп. 

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда Тюменской области от 17 августа 2020 года по делу № А70-9704/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9889/2020) ФИО3, (регистрационный номер 08АП-9891/2020) финансового управляющего ФИО4, (регистрационный номер 08АП-9597/2020) ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

М.В. Смольникова

 Н.А. Шарова