ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-41118/2022

30 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     21 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Пивцаева Е.И., Семиглазова В.А.

при ведении протокола судебного заседания до перерыва – ФИО1, после перерыва – ФИО2

при участии:  

от истца (заявителя): ФИО3 лично, ФИО4 по доверенности от 12.12.2021; ФИО5 по доверенности от 19.10.2020

от ответчика (должника): 1) ФИО6 по доверенности от 11.03.2021, 2) ФИО7 по доверенности от 09.02.2022, 3) не явилась, извещена

от 3-го лица: 1) ФИО6 по доверенности от 16.12.2022, 2) ФИО8 по доверенности от 10.01.2022 (после перерыва); ФИО6, дов. от 29.10.2021

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-34571/2022, 13АП-35378/2022, 13АП-34229/2022)  ФИО9,  общества с ограниченной ответственностью «Оверсиз Карго Интернешенэл», ФИО10 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.09.2022 по делу № А56-41118/2022 (судья Салтыкова С.С.), принятое

по иску ФИО3 

к 1) обществу с ограниченной ответственностью «Оверсиз Карго Интернешенэл» 

2) МИФНС № 15 по Санкт-Петербургу; 

3) ФИО9 

3-и лица: 1) ФИО10; 2) ФИО11; 

об истребовании доли в уставном капитале общества, обязании регистрирующего органа аннулировать записи в ЕГРЮЛ, восстановить в ЕГРЮЛ запись об истце как участнике Общества, 

установил:

ФИО3 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Оверсиз карго интернешенэл» (далее – Общество) о признании недействительной сделки по переводу 1/3 доли участия в Обществе от ФИО12 на Общество; об обязании Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу (далее – МИФНС № 15, регистрирующий орган) восстановить запись о ФИО3 как об участнике Общества. 

Также ФИО3 просила обязать МИФНС № 15 аннулировать записи об Обществе и в отношении ФИО9 как последовательных владельцах 1/3 доли участия в Обществе. 

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО10, ФИО11, ФИО9.

При рассмотрении дела заявленные требования уточнены в порядке статьи 49 АПК РФ, ФИО3 просила истребовать из чужого незаконного владения ФИО9 1/3 долю участия в Обществе номинальной стоимостью 1 000 010 руб; обязать МИФНС № 15 аннулировать запись в отношении ФИО9 как об участнике Общества с долей участия 1/3 уставного капитала и восстановить запись об истца как о владелице указанной доли. 

Статус ФИО9 изменен на статус ответчика.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.09.2022 иск удовлетворен. 

Суд первой инстанции исходил из того, что общий запрет на отчуждение доли участия в обществе с ограниченной ответственностью в пользу третьих лиц не распространяются на случаи раздела имущества между супругами, когда доля участия в хозяйственном обществе относится к совместно нажитому имуществу супругов. Указанный вывод сделан судом исходя из правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного суда от 03.07.2014 № 1564-О. 

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции принял во внимание, что содержащиеся в судебных актах, принятых по делу № А56-34160/2021, относительно уведомления Обществом и его иными участниками об отказе в принятии истца в состав участников Общества письмами от 30.10.2020 и от 07.04.2021, поскольку в первом почтовом отправлении некорректно указан адрес получателя, в письмах выражено лишь волеизъявление Общества и одного из его участников, волеизъявления второго из оставшихся участников нет; в деле не имеется доказательств проведения Обществом общего собрания по вопросу вступления истца в Общество после получения от нее соответствующего уведомления.

Суд отметил, что Общество обратилось в суд с иском о переводе на него доли истца со ссылкой на отсутствие согласия на вступление ее в состав участников Общества с пропуском срока исковой давности. 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что у Общества не имелось оснований для перевода на себя доли участия истца, решение принято без участия ФИО3, которая обладала на момент его принятия правами участника Общества, и не уведомлялась о его проведении собрания.

Суд посчитал, что истец безосновательно лишен принадлежащего ему имущества в виде 1/3 доли участия в Обществе, что является основанием для удовлетворения заявленных требований. 

На решение суда подана апелляционная жалоба ФИО10, который просит отменить обжалуемый судебный акт и принять по делу новый – об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податель ссылается на то, что Общество исполнило обязательство по выплате в пользу истца действительной стоимости доли в связи с переходом к ней имущественного права на долю участия в Обществе и отказе остальных участников Общества принять ее в состав участников Общества. Указанное, по мнению подателя жалобы, является основанием для перехода спорной доли к Обществу.

Податель жалобы полагает необоснованными выводы суда о ничтожности решений общего собрания участников Общества от 27.12.2021 по иску лица, не являющегося участником Общества.

На решение также подана апелляционная жалоба ФИО9, которая просит отменить обжалуемый судебный акт и отказать в удовлетворении иска, полагая, что спорная доля перешла Обществу и была приобретена подателем жалобы по ее действительной стоимости.

Податель жалобы ссылается на то, что отсутствие у истца прав участника Общества установлено постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2021 по делу № А56-104391/2020, в связи с чем, ее права как участника Общества не могли быть нарушены. По мнению подателя апелляционной жалобы, суд общей юрисдикции не мог разрешить вопрос о корпоративных правах участников Общества по результатам спора о разделе имущества супругов. 

По тем же основаниям решение суда обжаловано Обществом.

В отзывах на апелляционные жалобы МИФНС № 15 указала на то, что внесенные в ЕГРЮЛ спорые записи имеют уведомительный характер, нарушений закона регистрирующим органом не допущено.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО11 поддержал доводы их подателей.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО3 возражает против их удовлетворения, полагая, что решение суда законно и обоснованно, и она приобрела права участника Общества. 

Общество дополнительно представило в материалы дела доказательства, подтверждающие получение от ФИО9 платы за долю участия в Обществе 1 783 008 руб. 41 коп., уплаченной 28.12.2021 по платежному поручению от указанной даты № 224.

ФИО3 представила дополнительные письменные пояснения, в которых указала на то, что ранее принятые судебные акты не имеют преюдициального значения для данного спора, и в данном деле могут быть установлены новые обстоятельства, связанные с уведомлением истца об отказе от включения ее в состав участников Общества.

Также истец полагает, что удостоверение факта проведения общего собрания участников Общества нотариально не исключает его недействительности.

В судебном заседании апелляционного суда податели жалоб поддержали заявленные в них доводы. Представитель истца против удовлетворения апелляционных жалоб возражал по мотивам, изложенным в отзыве на апелляционные жалобы и дополнении к нему.

Представитель МИФНС № 15 поддержал доводы отзыва. 

С учетом мнения лиц, обеспечивших явку в судебное заседание и в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц. 

Заслушав объяснения представителей сторон и третьих лиц, обеспечивших явку в судебное заседание, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, выводы обжалуемого решения, представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене.

 Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 11.11.2015, уставный капитал Общества составил 3 030 000 руб. Доли участия в Обществе в размере 2/3 уставного капитала была зарегистрирована за ФИО11, в размере 1/3 -  за ФИО10

В период с 11.12.1999 по 24.06.2014 ФИО13 (после перемены фамилии – Тененбаум) и ФИО11 состояли в браке.

Ссылаясь на выявление совместно нажитого имущества, сокрытого супругом, в том числе 2/3 долей участия в Обществе, ФИО3 обратилась в Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга о разделе совместно нажитого имущества.

Решением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 11.11.2019 по делу № 2-12/19 произведен раздел совместно нажитого имущества супругов, по итогам которого за ФИО3, в том числе, признана 1/3 доли в уставном капитале Общества. Решение вступило в законную силу 28.07.2020, когда было оставлено без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда.

По заявлению ФИО3 10.09.2020 внесена запись в ЕГРЮЛ о принадлежности ей доли участия в Обществе.

Общество оспорило указанную запись в рамках дела № А56-82297/2020.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.02.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2021, в удовлетворении иска отказано с указанием на то, что в данном случае не требовалось получения согласия остальных участников Общества на переход права на долю, так как это право переходит в силу закона.  Судом отклонены доводы Общества о том, что ФИО3 не прошла корпоративную процедуру вхождения в состав участников Общества, со ссылкой на правовую позицию, сформулированную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2021 № 305-ЭС20-22249 по делу № А40-324092/2019, поскольку суд посчитал, что в этом случае внесение в ЕГРЮЛ записи о ФИО3 как об участнике Общества само по себе не влечет возникновения у истца соответствующих корпоративных прав.

Вывод о том, что ФИО3 не приобрела корпоративных прав участника Общества, а только имущественные права на долю участия в нем подтверждены и постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.01.2022 по делу № А56-104391/2020, по иску ФИО3 об истребовании документации Общества.

Общество письмом от 15.12.2021 признало за истцом имущественное право на указанную долю участия, отметив, при этом, что данное обстоятельство не является основанием для признания за ней статуса участника  Общества. 

В связи с этим, Общество указало на выплату в пользу истца действительной стоимости признанной за нею доли участия в Обществе в сумме 1 783 008 руб., просило предоставить реквизиты для перечисления указанной суммы.

ФИО10 и ФИО11 провели общее собрание участников Общества 27.12.2021, на котором приняли решения о переходе права на спорную долю участия к Обществу, в связи с тем, что ФИО3 не приобрела корпоративных прав участника Общества и о выплате истцу действительной стоимости доли участия посредством внесения действительной стоимости принадлежащей ей доли участия на депозит нотариуса. 

Принятые на собрании участников решения удостоверены нотариально. 

Поскольку реквизиты истцом не предоставлены, денежные средства внесены Обществом в депозит нотариуса, о чем ФИО3 извещена нотариусом ФИО14 (извещение от 10.01.2022).

Спорная доля 1/3 зарегистрирована 19.01.2022 за Обществом.

По договору купли-продажи от 27.12.2021 на нотариальном бланке 78 АВ 0587789 Общество произвело отчуждение спорной доли в пользу ФИО9 в лице действующего от ее имени Ермошкина Владимира Алексеевича по цене 1 783 008 руб. 41 коп. 

В материалы дела представлены доказательства расчетов с Обществом за долю. 

Положениями статей 8, 14 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах  с ограниченной ответственностью) предусмотрены права участников Общества разной правовой природы – имущественное право на долю в уставном капитале и корпоративные права участника Общества, связанные с участием в управление Обществом. 

При этом, права участника Общества приобретаются в силу корпоративной процедуры вхождения участника в состав участника общества – участие в учреждении общества или приобретение доли в уставном капитале у участника Общества.

В последнем случае положениями статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрена возможность ограничения вхождения в состав участников общества третьих лиц необходимостью получать согласие на это иных участников общества.

Указанные ограничения на переход доли участия третьим лицам  воспроизведены в пункте 6.2 Устава Общества.

Положениями пунктов 1, 2 статья 33 Семейного кодекса Российской Федерации регулируются имущественные права супругов, то есть имущественное право на долю участия в Обществе, но не основания приобретения корпоративных прав участников хозяйственного общества. Именно имущественные права являются предметом раздела имущества супругов в порядке статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, признание судом общей юрисдикции за истцом имущественного права на 1/3 долю участия в Общества не является основанием для приобретения ею прав участника Общества, которое могло быть получено лишь при получении согласия  на приобретение истцом корпоративных прав  иных участников Общества.

Необходимость получения согласия подразумевает определенное выражение волеизъявления об этом, молчание, по общему правилу, о получении такого согласия не свидетельствует.

Для данных случаев законом не предусмотрено возможности квалификации молчания иных участников Общества как согласия на вхождение в его состав бывшей супруги одного из участников по результатам раздела между ними имущественных прав на долю участия в Обществе.

Выводы суда об обратном не основаны на подлежащих применению нормах материального права.

Более того, эти выводы противоречат фактическим обстоятельствам, поскольку оставшиеся участники общества неоднократно и определенно заявили возражения относительно включения истца в состав участников Общества, более того, приняли решение о выплате ей действительной стоимости доли и переходе спорной доли к Обществу, что соответствует смыслу положений статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, на основании которой определяется судьба имущественной доли участия в Общества при утрате или неполучении владельцем доли в уставном капитале корпоративных прав участника Общества.

Эти выводы соответствуют правовой позиции, сформулированной в определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2014 № 1564-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО15 на нарушение ее конституционных прав положением пункта 2 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, на которое сослался и суд первой инстанции.

В названном определении указано на то, что законодатель связывает момент возникновения правоотношений по участию (членству) в обществе с ограниченной ответственностью с фактом приобретения доли в его уставном капитале, предоставляющей участникам общества комплекс имущественных и неимущественных прав, а также возлагающей на них ряд обязанностей по отношению к другим участникам и самому обществу. Соответственно, доля в уставном капитале как объект гражданского оборота не может рассматриваться как простой набор имущественных прав, поскольку наличие доли связывает ее обладателя определенными обязанностями.

При этом, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» предполагается и такая важная особенность общества с ограниченной ответственностью, как стабильный состав его участников, число которых в силу пункта 3 его статьи 7 не должно быть более 50. Это требование обусловлено тем, что в обществах с ограниченной ответственностью сочетаются личностный и материальный элементы, в связи с чем нормативно-правовое регулирование их организации и деятельности, в отличие от норм акционерного законодательства, предоставляет участникам таких хозяйственных обществ значительно более широкий выбор при определении их организационной структуры, формировании уставного капитала, установлении внутренних правил и процедур и решении других вопросов.

Положение пункта 2 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью о возможности отчуждения доли (части доли) третьим лицам, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, по своему характеру является диспозитивным, предоставляя возможность предусмотреть в уставе общества запрет на такое отчуждение с целью согласования воли его участников, обеспечения баланса их интересов и интересов общества в целом (Определение от 21 декабря 2006 года № 550-О). Исходя из этого уставом общества может быть установлен запрет на продажу или отчуждение иным образом участником общества своей доли (части доли) в уставном капитале общества третьим лицам. Кроме того, уставом общества может быть предусмотрена необходимость получить согласие участников общества при продаже или отчуждении иным образом участником своей доли (части доли) в уставном капитале общества третьему лицу.

При этом внесение одним из супругов вклада в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью и, следовательно, приобретение именно им статуса участника общества предполагает (по смыслу статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), что другой супруг дал свое согласие на подобное распоряжение общим имуществом супругов, тем самым согласившись и с положениями устава организации, указывающими на необходимость получения согласия других участников общества на отчуждение участником общества своей доли (части доли) в уставном капитале общества третьим лицам, т.е. на включение его в «свой» круг участников общества.

Указанный запрет, равно как и закрепленная в уставе необходимость получить согласие на отчуждение доли (части доли) третьим лицам, устанавливается для всех способов отчуждения доли или части доли третьим лицам, поскольку федеральный законодатель, формулируя эти нормы, отдает приоритет не определению в уставе способа отчуждения участником своей доли (части доли), а кругу лиц, которым участник не вправе (либо не вправе без согласия остальных участников) ни продать, ни подарить, с которыми он не может обменять долю (часть доли) и кому он не вправе каким-либо иным образом осуществить отчуждение своей доли (части доли). И в этот круг лиц входят все третьи лица.

Подобный подход основан на том, что действующее правовое регулирование перехода доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу учитывает природу хозяйственных обществ как организаций, основанных на экономическом самоопределении граждан и саморегулировании. В связи с этим Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» и позволяет участникам обществ с ограниченной ответственностью предусмотреть в уставе дополнительные гарантии своих имущественных прав, в частности в виде запрета на отчуждение доли или ее части в пользу лиц, не являющихся участниками общества, либо указать на необходимость получения согласия на подобное отчуждение.

Вместе с тем, если для перехода доли (части доли) в уставном капитале общества к третьему лицу в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или учредительными документами требуется согласие остальных участников общества и в таком согласии участнику общества отказано, он вправе получить от общества действительную стоимость своей доли либо соответствующую ей часть имущества в порядке, предусмотренном применительно к указанному случаю правилами данного Кодекса, других законов или учредительными документами. При этом действительная стоимость доли участника должна соответствовать части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли (пункт 2 статьи 14 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Если участник общества не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, то суд должен проверить обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе посредством проведения по делу соответствующей экспертизы.

Такое правовое регулирование, основанное на необходимости соблюдения разумного баланса экономических интересов отдельных участников общества с ограниченной ответственностью и общества в целом, носит соразмерный характер, не отменяя и не умаляя прав заявительницы.

То есть, Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил право участников Общества на сохранение их круга при переходе права на часть доли в уставном капитале к супруге одного из участников по результатам раздела имущества, указав, что достаточным способом защиты имущественных прав супруги в данном случае является выплата в ее пользу действительной стоимости полученной ею доли участия, что и было в данном случае сделано Обществом.

Таким образом ФИО3 не приобрела в данном случае корпоративных прав участника Общества, выплата в ее пользу действительной доли участия посредством внесения денежных средств в депозит нотариуса при условии отсутствия сведений о платежных реквизитах истца является в силу 327 ГК РФ надлежащим способом исполнения обязательства. 

Выплата действительной доли явилась основанием для перехода этой доли к Обществу.

Оснований для удовлетворения исковых требований при таких обстоятельствах не имелось.

Решение суда следует отменить, в иске отказать.

В порядке статьи 110 АПК РФ,  расходы подателей жалоб по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела подлежат отнесению на истца.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 27.09.2022 по делу №  А56-41118/2022 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО10 3 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО3 в пользу ООО «Оверсиз Карго Интернешенэл» 3 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО9 3 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

Е.И. Пивцаев

В.А.Семиглазов