АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-54941/2019

г. Нижний Новгород                                                            «24» августа 2020 года

Резолютивная решения часть объявлена 19 августа 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 24 августа 2020 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи ФИО1 (шифр 15-1004),

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Годухиным А.Е.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

гр. ФИО2, г.Челябинск

к гр. ФИО3, г.Нижний Новгород, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью "Альт-Строй" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Нижний Новгород, общества с ограниченной ответственностью "Челябмонтажгарант" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 5 765 294 руб. 90 коп.

при участии представителей:

от истца: ФИО4, доверенность от 12.04.2018, диплом 

в судебном заседании велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи, а также видеоконференц-связь при содействии 18 арбитражного апелляционного суда

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление гр. ФИО2 к ФИО3, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора общества с ограниченной ответственностью "Альт-Строй", общества с ограниченной ответственностью "Челябмонтажгарант" о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 5 765 294 руб. 90 коп.

Ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания явку своих представителей не обеспечили, возражений против рассмотрения дела в их отсутствие не заявили.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебное заседание проведено в отсутствие вышеуказанных лиц.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОИТЕЛЬНО ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "Альт-Строй" исключено из реестра как недействующее, о чем 21.05.2020 внесена соответствующая запись в реестр.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал.

От ответчика и третьих лиц письменных отзывов и пояснений не поступило.

Изучив материалы дела, заслушав представителя истца, суд установил. 

Общество с ограниченной ответственностью "Альт-Строй" зарегистрировано в качестве юридического лица 09.06.2017, единственным учредителем общества и генеральным директором являлся ФИО3.

В обоснование исковых требований истец указал, что решением Советского районного суда г. Челябинска от 12.09.2018 по делу № 2-2207/2018 (с учетом определения об исправлении описки от 20.11.2018) с ООО «Альт-Строй»,ООО "Челябмонтажгарант" в пользу ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности взыскано 5 640 735руб. 10коп. денежных средств, проценты за пользованиечужими денежными средствами за период с 20.12.2017 по 08.08.2018 в сумме 265 732руб. 72коп., расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000руб. 00коп., расходы на оплату госпошлины в сумме 37 026руб. 47коп.

На основании вступившего в законную силу решения суда от 12.09.2018 по делу № 2-2207/2018 и выданного исполнительного листа, 27.12.2018 судебным приставом-исполнителем МСОСП г. Челябинска возбуждено исполнительное производство № 150633/18/74020-ИП в отношении ООО «Альт-Строй».

Согласно справке МСОСП г. Челябинска от 13.06.2019 на 13.06.2019 задолженность по вышеуказанному исполнительному производству составляет 5 765 294руб. 90коп.

15.07.2019 по заявлению гр. ФИО2 в отношении ООО «Альт-Строй» возбуждено дел о банкротстве № А43-29343/2019 (шифр дела 26-206).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.11.2019 по делу № А43-29343/2019 (шифр дела 26-206) производство по делу о банкротстве прекращено по статье 57 Федерального закона от 26.10.02г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, необходимых для осуществления расходов по делу о банкротстве, а также письменного отказа заявителя на осуществление финансирования расходов по делу о банкротстве.

Полагая, что директор общества и единственный учредитель ООО «Альт-Строй» при наличии признаков неплатежеспособности юридического лица, неудовлетворительных показателей финансового положения и результатов деятельности, а также при наличии вступившего в законную силу судебного акта в установленные законодательством сроки не обратился в суд с заявлением о признании ООО «Альт-Строй»  несостоятельным (банкротом), предпринял меры к сокрытию деятельности должника, причинил вред кредиторам, тем самым, по мнению истца, нарушил требование действующего законодательства, что впоследствии привело к нарушению прав кредитора -истца.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Изучив материалы дела, суд не находит основания для удовлетворения заявленного требования в силу следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Следовательно, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм.

Указанная позиция согласуется с информационным письмом Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и соответствует определению Верховного Суда РФ от 04.10.2018 N 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу N А70-11814/2015.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества подано после вступления в силу Закона N 266-ФЗ, поэтому оно подлежит рассмотрению исходя из процессуальных норм Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (решение от 1 октября 1993 года N 81-р; определения от 25 января 2007 года N 37-О-О, от 15 апреля 2008 года N 262-О-О, от 20 ноября 2008 года N 745-О-О, от 16 июля 2009 года N 691-О-О, от 23 апреля 2015 года N 821-О, постановление от 15.02.2016 N 3-П).

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, которые имели место в декабре 2017 года, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и названных кредитором оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения ст. ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 2 этой же статьи Закона установлено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 указано, что ответственность, предусмотренная статьями 10, 61.12 Закона о банкротстве является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Таким образом, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

В обоснование довода о необходимости привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности истец указал, что неплатежеспособность должника возникла после 20.12.2017, вследствие чего директор, в соответствии со ст. 9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» обязан обратиться с заявлением должника о признании предприятия банкротом в Арбитражный суд по истечении месячного срока после поступления последнего платежа.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Тандем» зарегистрировано в качестве юридического липа 09.06.2017, единственным учредителем и генеральным директором общества являлся ФИО3

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10, ст. 61.12. Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10, ст. 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В подтверждение наличия у должника признаков недостаточности имущества и неплатежеспособности истец по сути ссылается лишь на неисполнение обязательств по исполнению судебного акта, принятого в его пользу, а также на неисполнение обязанности по уплате налоговых платежей.

Вместе с тем, наличие задолженности само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя предприятия-должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

В материалы дела не представлены доказательства того, что по состоянию на указанную истцом дату должнику были предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества.

Наличие вступившего в законную силу и неисполненного судебного акта само по себе не означает обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Таким образом, действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Истцом не приведены безусловные доказательства того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредитором была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО3 как руководителя и не подачей заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника в материалы дела не представлено.

Истцом документально не подтверждено наличие необходимой совокупности обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при которых руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Представленный в материалы дела баланс по состоянию на 2018 год, свидетельствует о наличии у должника на отчетную дату запасов - 135тыс. руб., финансовые и бругие оборотные активы -300тыс. руб., кредиторская задолженность - 349тыс. руб., чистая прибыль -66тыс. руб. 

Таким образом, основания для обращения в суд с заявленеим о признании общества банкротом отсутствовали. Кроме того, доказательств обнаружения какого-либо имущества должника, в том числе в рамках исполнения постановлений налоговых органов о взыскании налогов, пени за счет имущества, не представлено. 

Судом при рассмотрении дела А43-29343/2019 установлено, что согласно ответам компетентных органов за должником автотранспортных средств, объектов недвижимого имущества не зарегистрировано, бухгалтерский баланс, справки о составе имущества, не представлены.

Таким образом, основания для привлечения ответчика субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, судом не установлены.

Суд также принимает во внимание, что неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона возникает обязанность руководителя (участника) обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Срок для обращения должника в суд, применительно к пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве, на который ссылается истец, документально не подтвержден, поскольку первичные документы, подтверждающие признаки объективного банкротства должника в материалы дела не представлены.

Довод истца о необходимости обращения с соответствующим заявлением 20.01.2018 (20.12.2017 плюс месяц), не основан на законе.

Суд также обращает внимание, что платежи, произведенные на счет ООО "Альт-Строй" и явившиеся основанием для принятия решения Советского районного суда г. Челябинска от 12.09.2018 по делу № 2-2207/2018, произведены в период с 12.12.2017 по 21.12.2017. Таким образом, с учетом ст. 9, ст. 33 Закона о банкротстве срок для обращения с заявлением мог наступить не ранее 21.04.2018, а не в указанную истцом дату.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 2 этой же статьи Закона установлено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Применительно к настоящему делу размер ответственности должен быть равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника, то есть с 21.04.2018 по 15.07.2019.

Вместе с тем, доказательств наличия основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим в заявленную истцом дату, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО3 как руководителя и участника общества и не подачей заявления о признании должника банкротством в материалы дела не представлено.

В качестве второго основания для привлечения овтетчика к субсидиарной ответственности истец также указал внесение в Единый государственный реестр юридических лиц недостоверных сведений о юридическом лице (п. 5 ч.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В обоснование данного довода истец указал, что 26.04.2018 должник меняет место регистрации, новым адресом регистрации является ул. Айвазовского, дом 22 офис 2 г. Н. Новгород; согласно выписке Контур Фокус налоговым органом установлен факт отсутствия юридического лица по указанному адресу; кроме того, как указал истец на дату предъявления настоящего иска в суд налоговым органом приянто решение о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ ООО "Альт-Строй" как недействующее юридическое лицо (на сегодняшний день общество уже исключено).

В силу подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов.

Согласно пункту 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В пункте 25 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, заявитель не представил суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Напротив, как следует и материалов дела, в рамках дела о банкротстве общества " Альт-Строй " арбитражный управляющий не утверждался, процедура банкротства не вводилась, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об уклонения ответчика от передачи документов, равно как и об искажении информации, содержащейся в документах бухгалтерского учета и (или) отчетности, суд приходит к выводу, об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям п. 5 ч. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В качесвте третьего основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственностим истец ссылается на действия ответчика, которыми причинен вред кредиторам.

Так, в исковом зяавлении истец указал, что согласно представленной банковской выписке, полученной судебным прставом-исполнителем в рамках исполнительного производства 150633/18-74020-ИП от 27.12.2018, полученные от предшественников истца денежные средства расходовались должником исключительно в собственных целях, а не в исполнение принятых на себя обязательств, тем самым причинения вред кредитору:

-получая 19.12.2017 денежную сумму в размере 310 567руб. 00коп. (от ООО "Веста"), должник 20.12.2017 осуществляет перевод денежных средств в пользу ООО "Крестьянский двор" с назначенеим платежа: "перевод денежных средств для возврата по договору займа от 01.10.2017 по решению учредителя №7 от 19.12.2017" в сумме 2 500 000руб.; 

-получая 18.12.2017 денежную сумму в размере 478 931руб. 00коп. и 523 783руб. 00коп., 497 286руб. 00коп. (от ООО "Абсолют") должник 19.12.2017 осуществляет перевод денежных средств в пользу ООО "Саблаймтранслэйшенс" с назначенеим платежа: "оплата дебиторской задолженности по договору 04/10 от 04.10.2017 за выполненные услуги по участию в тендерах" в сумме 1 450 000руб.;

-получая 21.12.2017 денежную сумму в размере 610 362руб. 00коп. (от ООО "Гринлайф"), должник 21.12.2017 осуществляет перевод денежных средств в пользу ООО "Кантри" с назначенеим платежа: "предоплата по договору №12 от 21.12.2017 за организацию новогоднего корпоратива" в сумме 200 000руб. и на счет ООО "Амелор" с назначением платежа: "оплата по счету №1912 от 19.12.2017 за транспортнрые услуги" в сумме 500 000руб.;

Кроме того, истец указал, что из текста решения Советского районного суда г. Челябинска от 12.09.2018 следует, что между ООО «Альт Строй» в лице директора ФИО3 приняло на себя обязательства перед правопредшественниками истца (ООО «Абсолют», ООО «Гринлайф», ООО «ТОР») по выполнению строительных работ. Оказанные услуги со стороны указанных компаний полностью оплачены в пользу ООО «Альт Строй». При этом ООО «Альт Строй» в лице руководителя ФИО3 принятые на себя обязательства не исполнило, в том числе частично. Денежные средства при этом не возвращены и были израсходованы ответчиком по своему усмотрению, но не в целях исполнения обязательств.  На основании изложенного, истец считает, что действия ответчика по согласованию выполнения работ и получения денежных средств в счет предоплаты в отсутствии каких- либо действий по исполнению обязательств являлись недобросовестными и неразумными; своими действия ответчик ввел кредиторов в заблуждение (относительно возможности выполнения работ) с целью получения денежных средств.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 18 названного постановления контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 постановления).

Действительно, согласно выпискам по расчетным счетам, представленными банками по запросу истца, 20.12.2017 со счета ООО "Альт-Строй", открытого в ПАО "Сбербанк" на счет ООО "Крестьянский двор" осуществлен перевод денежных средств в размере 2 500 000руб. с назначенеим платежа: "перевод денежных средств для возврата по договору займа от 01.10.2017 по решению учредителя №7 от 19.12.2017"; 21.12.2017 на счет ООО "Кантри" осуществлен перевод денежных средств в размере 200 000руб. с назначенеим платежа: "предоплата по договору №12 от 21.12.2017 за организацию новогоднего корпоратива", 21.12.2017 и 25.12.2017 на счет ООО "Саблаймтранслэйшенс" осуществлен перевод денежных средств в размере 460 500руб. и 650 000руб. 00коп. соответственно с назначенеим платежа: "оплата дебиторской задолженности по договору 04/10 от 04.10.2017 за выполненные услуги по участию в тендерах"; 21.12.2017 на счет ООО "Амелор" осуществлен перевод денежных средств в размере 500 000руб. с назначением платежа: "оплата по счету №1912 от 19.12.2017 за транспортнрые услуги". Аналогичная информация о движении денежных средств содержится в представленом диске (сводная банковская выписка).

Доказательств перечисления на счет ООО "Саблаймтранслэйшенс" 339 500руб. не представлено.

Согласно выписке по счету, представленной ПАО "Сбербанк" за период с 20.12.2017 по 22.02.2018 сумма по дебету счета составила 23 357 093руб. 96коп., сумма по кредиту счета составила 20 570 364руб. 36коп. Согласно выписке по счету, представленной ООО Коммерческий банк экономического развития "Банк Казани" за период с 20.12.2017 по 21.05.2020 движение денежных средств по дебету и кредиту составила 21 917 965руб. 24коп. Также имелись обороты по счетам, открытым в АО "Райффайзенбанк" за период с 20.12.2017 по 31.12.2018 (по дебету 127руб., по кредиту 151 250руб.); в АО КБ "Модульбанк" за период с 20.12.2017 по 12.01.2018 - по дебету - 14 338руб. 18коп.; за период с 20.12.2017 по 29.12.2017 по дебету в сумме 2 140 333руб. 64коп., по кредиту в сумме 14 338руб. 18коп. 

Таким образом, учитывая значительные обороты по счетам должника, доводы, что поступившие от правопредшественников истца на счет ООО "Альт-Строй" в период с 18.12.2017 по 21.12.2017 денежные средства в общей сумме 2 420 929руб. расходовались исключительно в собственных целях, являются предположительными и подлежащими отклонению. 

Кроме того, в отсутствие первичных документов, послуживших основанием для перечисления денежных средств на счета ООО "Крестьянский двор", ООО "Кантри", ООО "Саблаймтранслэйшенс", ООО "Амелор" не представляется возможным дать оценку действиям (бездействиям) ответчика и делать выводы о причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате соверешения ответчиком одной или несколько сделок доджника.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО "Альт-Строй" являлось производство электромонтажных работ, в качесвте дополнительных видов деятельности - строительство междугородних линий электропередачи и связи, строительство местных линий электропередачи и связи и др., поэтому оплата за услуги по участию в тендерах, за транпортные услуги, а аткже задолженности по договору займа, по сути является обычной хозяйственной деятельностью общества.

Сам по себе факт перевода денежных средств в оплату долга по договору займа, за услуги по участию в тендерах, за транпортные услуги, а также оплата организации новогоднего корпоратива не свидетельтсвует о причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов и не может являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Доводы истца о том, действия ответчика по согласованию выполнения работ и получения денежных средств в счет предоплаты в отсутствии каких- либо действий по исполнению обязательств являлись недобросовестными и неразумными и что своими действия ответчик ввел кредиторов в заблуждение, рассмотрены судом и отклонены.

Как следует из решения Советского районного суда г. Челябинска от 12.09.2018 платежные поручения о перечислении денежных средств, на котрые ссылался истец при рассмотрении дела, договорами не являются, так как лишь свидетельствуют о факте перечисления денежных средств и не содержат существеннеых условий договора. Факт наличия между сторонами гражданско-правовых обязательств, в соответствии с которыми бы производились перечисление денежных средств, судом не установлен. В силу чего при рассмотрении дела, Советским районным судом г. Челябинска применены нормы о неосновательном обогащении (ст. 1102, 1109 ГК РФ) и требоваия истца удовлетворены.

Как следует из части 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дела, по вопросам об обстоятельствах, установл енных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, в отсутствие договоров, иных доказательств свидетельствующих о наличии гражданско-правовых обязательств между сторонами, доводы истца о недобросовестности и неразумности действий ответчика по согласованию им выполнения работ и получения денежных средств в счет предоплаты в отсутствии каких- либо действий по исполнению обязательств, а также введения кредиторов в заблуждение, не принимаются судом.

В качесвте основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности истец также указывает п.п. 1, 2 ч. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в обоснование чего ссылается на то, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «Альт Строй» активы на конец 2018 года составляли: запасы-135 тыс. руб., финансовые и иные оборотные активы 300 тыс. руб., то есть, по мнению истца, у должника на конец 2018 года имелись активы в размере 435 тыс. руб. дальнейшая судьба которых не известна; доходы за 2018 год составляли 291,7 млн. руб., то есть, по мнению истца, должник имел возможность осуществить возврат задолженности, однако, по вине ответчика указанного сделано не было.

В силу подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам указанной статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

В силу прямого указания п. 2 ч. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления N 53).

Объективное банкротство это финансовое состояние должника при котором должник в полном объеме не способен удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления N 53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям. Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; установление действий (бездействий), существенно ухудшивших финансовое положение должника, размер причиненного вреда) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (кредитор). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, принимает во внимание, что из анализа бухгалтерского баланса на 2018 год, не следует, что предприятие ООО "Альт-Строй" на указанную  внем дату являлось убыточным. Представленный в материалы дела баланс по состоянию на 2018 год, свидетельствует о наличии у должника на отчетную дату запасов - 135тыс. руб., финансовые и бругие оборотные активы -300тыс. руб., кредиторская задолженность - 349тыс. руб., чистая прибыль -66тыс. руб.. Напротив, по сравнению с 2016, 2017 годом запасы общества в 2018 году возросли с 20тыс. руб. до 135 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы по сравнению с 2016, 2017 годом в 2018 году возросли с 0тыс. руб. до 300тыс. руб.; чистая прибыль по сравнению с 2017 годом возросла с 0тыс. руб. до 66тыс. руб. (с учетом выручки и расходов по обычной деятельности и налога на прибыль). 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса на 2018 год, наоборот наблюдается тенденция по улучшению финансового состояния общества.

Таким образом, истцом не доказано, какие конкретные действия (бездействия) ответчика существенно ухудшили финансовое положение должника, а также привели к невозможности погашения требований кредиторов. 

Доводы истца, что дальнейшая судьба активов в сумме 435тыс. руб. не известна, а также о сокрытиии имущества, являются предположительными. В рамках рассмотрения дела А43-29343/2019 (о признании несостоятельным (банкротом) судом установлено, что бухгалтерский баланс, справки о составе имущества, в дело не представлены. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности оснований привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку отсутствуют доказательства доведения действиями бывшего руководителя до банкротства должника, соверешение им действий (бездействий), ухудшивших финансовое состояние должника, не установлены действия (бездействия), приведшие к невозможности погашения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В силу статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснил следующее.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок;

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и тому подобного (пункт 3).

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 6).

Не является основанием для отказа в удовлетворении такого требования сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 7).

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в деле доказательства в совокупности и взаимосвязи (платежные поручения за период с 12.12.2017 по 21.12.2017, постановление судебного пристава от 27.12.2018, справку о наличии задолженности от 13.06.2019, сводную банковскую выписку, распечатку Контур Фокус, бухгалтерскую (финансовую) отчетность за 2018 год, баланс за 2018 год, выписки банков по расчетным счетам) , суд пришел к выводу о том, что оснований для взыскания убытков в данном случае также не имеется, поскольку истцом не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, противоправность поведения ответчика как причинителя вреда, причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

Судебные расходы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца в сумме 51 826руб. 00коп. и подлежат взысканию в доход федерального бюджета, поскольку при подаче иска ему предоставлялась отсрочка от уплаты госпошлины.

руководствуясь статьями 110, 112, 150, 167 — 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с гр. ФИО2 в доход федерального бюджета                51 826руб. 00коп. госпошлины.

Исполнительный лист выдается после вступления решенияч в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г.Владимир через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента принятия решения. 

В таком же порядке решение может быть обжаловано в арбитражный суд Волго-Вятского округа, г.Нижний Новгород в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого акта, при условии, что он был предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

СудьяН.А. ФИО1