АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А43-32381/2022

03 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2025 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

при участии представителя

общества с ограниченной ответственностью «ФрутВилл»:

ФИО1 по доверенности от 18.07.2022

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

временного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «ДИВАР Ф.К.» 

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.06.2024 и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024

по делу № А43-32381/2022,

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ФрутВилл» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

о включении требования в реестр требований кредиторов

общества с ограниченной ответственностью «ДИВАР Ф.К.» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ДИВАР Ф.К.» (далее – ООО «ДИВАР Ф.К.», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ФрутВилл» (далее – ООО «ФрутВилл») с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 120 907 982 рубля 05 копеек, возникшего из неисполнения ООО «ДИВАР Ф.К.» обязательства по оплате по договору поставки от 01.04.2020 № 24.

Суд первой инстанции определением от 07.06.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024, включил требование ООО «ФрутВилл» в сумме 116 556 988 рублей 04 копейки в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ДИВАР Ф.К.» (из них 21 174 837 рублей учитываются отдельно и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов). Судебные инстанции отказали во включении в реестр суммы процентов за пользование чужими денежными средствами (4 350 994 рубля 01 копейка), признав недопустимым применение к ООО «ДИВАР Ф.К.» меры двойной ответственности за неисполнение одного и того же обязательства.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратился временный управляющий должника ФИО2 с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. 

Заявитель полагает, что требование кредитора не подлежало включению в реестр, поскольку оно основано на мнимых правоотношениях сторон (отсутствуют заявки покупателя на поставку каждой партии товара; в финансовой отчетности не отражена дебиторская задолженность). Лицо, подавшее жалобу, считает, что кредитор является аффилированнным лицом по отношению к должнику (не востребовал задолженность, несмотря на отсутствие оплаты; в условиях наличия долга должник совместно с кредитором выступил в качестве поручителя по обязательству третьего лица; должник, кредитор и иные лица участвовали в реализации регионального инвестиционного проекта). По мнению временного управляющего, в данном случае имело место компенсационное финансирование.

Представитель ООО «ФрутВилл» в письменном отзыве на кассационную жалобу и устно в судебном заседании возразил относительно приведенных в жалобе доводов и просил оставить состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы. 

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, а также заслушав представителя ООО «ФрутВилл», суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «ФрутВилл» (поставщик) заключило с ООО «ДИВАР Ф.К.» (покупатель) договор поставки от 01.04.2024 № 24, во исполнение обязательств по которому поставило должнику товар (фрукты и овощи), что подтверждается универсальными передаточными документами (товарными накладными), выписками из книги продаж кредитора и книги покупок должника. 

ООО «ДИВАР Ф.К.» не полностью рассчиталось за поставленные кредитором товары, в подтверждение чего представлены акты сверки взаимных расчетов от 27.10.2022 и от 31.03.2023, а также претензия с предложением погасить образовавшуюся задолженность.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 25.10.2023 возбудил по заявлению акционерного общества «Альфа-Банк» производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДИВАР Ф.К.»; определением от 18.05.2023 ввел в отношении ООО «ДИВАР Ф.К.» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО2

ООО «ФрутВилл» обратилось в суд с заявлением о включении требования в сумме 120 907 982 рубля 05 копеек, включающего в себя основной долг за товар, поставленный по договору от 30.04.2020 № 10 (95 382 151 рубль 04 копейки), начисленную за несвоевременную оплату договорную неустойку (21 174 837 рублей, исходя из расчета 0,1 процента от суммы долга за каждый день просрочки, согласно пункту 7.2 договора от 01.04.2020) и проценты за пользование чужими денежными средствами (4 350 994 рубля 01 копейка), в реестр требований кредиторов должника.

Из статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В рассмотренном случае суды первой и апелляционной инстанции констатировали реальность правоотношений сторон по договору поставки. 

В материалы обособленного спора представлены достаточные доказательства, позволившие предыдущим судебным инстанциям прийти к выводу о том, что ООО «ДИВАР Ф.К.» получило от ООО «ФрутВилл» товар (фрукты и овощи), однако рассчиталось за них не полностью. 

В доказательственную базу представлены универсальные передаточные документы. Операции по поставке и приему товара между сторонами отражены в книгах покупок и продаж соответственно, учтены в документах бухгалтерского и налогового учета, уплачен налог на добавленную стоимость. Судебные инстанции исходили из отсутствия доказательств наличия претензий по реальности правоотношений ООО «ФрутВилл» и «ДИВАР Ф.К.» у налогового органа и органа таможенного контроля (что подтверждает закупку кредитором плодоовощной продукции для поставки, в том числе, должнику у зарубежных экспортеров и ее провоз на территорию Российской Федерации).

При таких обстоятельствах объективных оснований для вывода о фиктивности документооборота, сформированного между должником и кредитором, у судов не имелось. 

Временный управляющий не заявил ходатайство о фальсификации первичной документации по договору, основанием для его доводов о мнимости предъявленной к установлению задолженности послужили сомнения в добросовестности сторон, по мнению ФИО2, являющихся заинтересованными лицами. 

Судебной практикой выработаны и объединены в «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), правовые подходы, раскрывающие правоотношения лиц, взаимосвязанных между собой не только с экономической, но и с корпоративной точки зрения.

Характер складывающихся в обороте правоотношений аффилированных (в том числе контролирующих) лиц предполагает их возникновение с различными, порой кардинально отличающимися друг от друга целями, ориентированность которых способна разниться от стандартных общепринятых до злостных.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

На основании пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В абзаце 4 пункта 3.2 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 Гражданского кодекса Российской Федерации), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

При этом доказывание общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности также может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рассмотренном случае суды первой и апелляционной инстанции исследовали заявленные временным управляющим доводы о фактической аффилированности должника с кредитором (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и отклонили их за необоснованностью.

ФИО2, ссылаясь, что ООО «ФрутВилл» предоставило ООО «ДИВАР Ф.К.» компенсационное финансирование, не доказал, что кредитор самостоятельно либо через аффилированных с ним лиц осуществлял контроль над деятельностью должника. 

В равной степени в материалы обособленного спора не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих, что ООО «ФрутВилл» действовало под влиянием общего для него и для ООО «ДИВАР Ф.К.» контролирующего лица.

Сами по себе факты того, что должник совместно с кредитором обязался отвечать за исполнение обязательств третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Респект» перед акционерным обществом «Альфа-Банк», предоставив свое поручительство (договор от 25.02.2022 № 04MW9VP004), а также совместно с ним и иными лицами был занят в реализации инвестиционного проекта, не свидетельствуют с необходимой степенью бесспорности, что ООО «ДИВАР Ф.К.» подконтрольно ООО «ФрутВилл».

Следует отметить, что нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица само по себе не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Основанием для применения разъяснений Обзора от 29.01.2020 и субординации требований кредиторов является нарушение обязанности контролирующими организацию лицами по публичному информированию третьих лиц об имущественном кризисе должника посредством подачи заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Такие требования должны отвечать признакам компенсационного финансирования, то есть иметь целью возвращение подконтрольного общества, пребывающего в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности, с одновременным созданием ложного представления у независимых кредиторов о финансовом состоянии должника и избежанием обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве такого общества.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве.

В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

Таким образом, компенсационное финансирование (предоставление должнику денежных средств либо временное освобождение его от исполнения обязательств) прикрывает неплатежеспособность должника от независимых кредиторов.

Между тем суды, проверив обстоятельства, при которых возникло и исполнялось обязательство ООО «ДИВАР Ф.К.» перед ООО «ФрутВилл», не усмотрели отклонения действий кредитора от критериев нормального поведения участника делового оборота. 

Суды посчитали, что реальность правоотношений сторон обусловлена разумными экономическими причинами, связанными с ведением хозяйственной деятельности, и заявителем не опровергнута.

Разумных сомнений в этом после ознакомления с доводами временного управляющего у судебных инстанций не возникло. 

Судебные инстанции приняли во внимание длительность отношений сторон, в связи с чем констатировали, что у кредитора не имелось оснований сомневаться в осуществлении должником оплаты поставленного товара. 

Воля кредитора в рассмотренном случае не была направлена на сокрытие финансового положения должника от его кредиторов, оснований для вывода о том, что ООО «ФрутВилл» предоставило ООО «ДИВАР Ф.К.» компенсационное финансирование путем невостребования задолженности, не имеется. 

В этой связи суды учли, что кредитор обращался к должнику с претензией, в которой потребовал внести оплату, то есть востребовал задолженность. Как справедливо указал суд апелляционной инстанции, ООО «ФрутВилл» как хозяйствующий субъект несет бремя рисков предпринимательской деятельности, в связи с чем самостоятельно определяет допустимые для него исходя из критерия разумности периоды просрочки исполнения обязательств контрагентами. ООО «ФрутВилл» сослалось на продолжительность хозяйственных отношений сторон и частичную оплату по договору от 01.04.2020. Указанные пояснения приняты судами в качестве опровергающих доводы временного управляющего о нетипичном поведении ООО «ФрутВилл».

Доказательства злоупотребления правом со стороны кредитора не представлены, поэтому основания для понижения очередности его требований в реестре отсутствовали. 

Суды справедливо обратили внимание на то, что временный управляющий не представил доказательства наличия имущественного кризиса у должника на момент спорных правоотношений.

Суд округа проанализировал доводы кассационной жалобы и пришел к выводу, что заявитель не сослался на обстоятельства, которые не были проверены и учтены предыдущей судебной инстанцией при рассмотрении спора по существу и влияли бы на обоснованность и законность обжалованного судебного акта.

Иная оценка исследованных судами доказательств и установленных фактических обстоятельств дела либо иной, чем у судов, подход к их интерпретации в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Выводы судов предыдущих инстанций соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, сделаны исходя из конкретных обстоятельств спора и основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Доводы заявителя кассационной жалобы являлись предметом исследования судов предыдущих судебных инстанций и получили надлежащую правовую оценку. 

Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 07.06.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 по делу № А43-32381/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДИВАР Ф.К.» Журавлева Алексея Викторовича – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДИВАР Ф.К.» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 50 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Нижегородской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 Председательствующий

С.В. Ионычева

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева