ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А55-19530/2017

г. Самара

14 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 декабря 2022 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Львова Я.А., Машьяновой А.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Сити Сервис» ФИО2, ООО «Новоградсервис»  на определение Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2022 по заявлению конкурсного управляющего ООО «Сити Сервис» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Сити Сервис» ФИО5 по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сити Сервис» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ООО «Сити Сервис» ФИО2, лично – паспорт.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 01 августа 2018 года Общество с ограниченной ответственностью «СИТИ СЕРВИС», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> признано несостоятельным (банкротом). В отношении Общества с ограниченной ответственностью «СИТИ СЕРВИС» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2019 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий  обратился в арбитражный суд с заявлением,  в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сити Сервис» бывшего генерального директора ООО «СИТИ СЕРВИС» ФИО5 и взыскать с него в пользу ООО «СИТИ СЕРВИС» 8 598 953,93  руб.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Самарской области вынес определение 10.10.2022 следующего содержания: «Заявление вх.№ 68420 от 09.04.2020 конкурсного управляющего ООО «Сити Сервис» ФИО2 с учетом принятых уточнений о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Сити Сервис» ФИО5  – оставить без удовлетворения».

Конкурсный управляющий ООО «Сити Сервис» ФИО2, ООО «Новоградсервис»  обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2022. Вышеуказанные апелляционные жалобы приняты к производству определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий должника  поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, со ссылкой на неполучение копий апелляционных жалоб. Указанное ходатайство в соответствии  статьей 158 АПК РФ отклонено, поскольку неявка стороны сама по себе не свидетельствует о невозможности проведения судебного заседания, необходимостью представления дополнительных доказательств не мотивировано, невозможность обеспечения явки в судебное заседание представителя также не подтверждена, при этом апелляционные жалобы поданы посредством информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) размещены в электронной форме, у лиц участвующих в деле, не имеется препятствий для ознакомления с ними, в том числе посредством получения электронного доступа.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции указал, что общество «Сити-Сервис» зарегистрировано в качестве юридического лица 08.10.2013 с присвоением обществу основного государственного регистрационного номера 

<

***>.

При этом, участниками ООО «Сити Сервис» являлись: с 08.10.2013 ФИО4 – 100 % доли в уставном капитале, с 19.05.2015 ФИО4 с долей в уставном капитале – 40 % и ФИО3 – 60%.

Решением единственного участника ООО «Сити-Сервис» № 1 от 26.09.2013 ФИО4 назначен на должность генерального директора общества.

На основании решения внеочередного общего собрания участников ООО «Сити-Сервис», оформленного протоколом № 5 от 11.11.2016 трудовые отношения с ФИО4 прекращены.

С 23.11.2016 на должность генерального директора Общества назначен ФИО5

С учетом перечисленного, суд первой инстанции с  ссылкой на п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве признал ФИО5 контролирующим должника лицом.

Суд первой инстанции указал, что требования конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности мотивированы неисполнением ФИО5 обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве), неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, активов  иных ценностей, в том числе документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности; совершением бывшим руководителем должника сделок по безвозмездному перечислению денежных средств в общем размере 5 284 125, 15 руб., невозможностью погашения требований кредиторов вследствие бездействия бывшего руководителя.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Закон о банкротстве и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как указано судом первой инстанции производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сити Сервис» возбуждено 16.08.2017 на основании заявления кредитора ФНС России в лице МИ ФНС № 16 по Самарской области.

Заявитель ссылался на то, что соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление от ФИО5 о признании ООО «Сити Сервис» несостоятельным (банкротом), должно было быть направлено в арбитражный суд не позднее 02.10.2015, поскольку Общество имело кредиторскую задолженность более восьми миллионов рублей, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов ООО «Сити Сервис» и до сих пор не удовлетворены, а именно:

- ООО «Новоградсервис»  задолженность в сумме 4 529 863, 01 руб., в том числе основной долг – 2 933 863, 01 руб., пени – 1 596 000 руб. (задолженность возникла на основании решения Арбитражного суда Самарской области от 12.07.2017 по делу № А55-5750/2017. Дата возникновения обязательств по оплате – 02.09.2015);

- ФНС России в лице МИ ФНС № 16 по Самарской области на сумму 1 654 744, 02 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 31.03.2016, часть задолженности образовалась за 4 квартал 2014 года, дата просрочки с 01.01.2015 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 16.11.2017 по делу № А55-19530/2017);

- ООО «КМК-Строй» основной долг задолженность в сумме 272 725 руб., в том числе 249 730 руб., пени – 218 621, 39 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 26.08.2015 (Решение Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2016 по делу № А55-17438/2016);

- АО «Новокуйбышевская нефтехимическая компания» на сумму 51 012, 92 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 13.07.2014 (Решение Арбитражного суда Самарской области от 28.09.2017 по делу № А55-18817/2017).

Также, конкурсный управляющий указывал, что в спорный период у ООО «Сити Сервис» имелась задолженность перед аффилированными ФИО5 лицами, которая в последующем не была включена в реестр требований кредиторов должника, на общую сумму 13 445 538, 72 руб., а именно:

- ФИО6 – на сумму 6 786 361 руб. (Дата возникновения обязательств по оплате – 27.09.2017 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017);

- ФИО5 – на сумму 4 368 185, 81 руб. (Дата возникновения обязательств по оплате – 22.09.2015 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017);

- ООО «Гудвилл» на сумму 682 952, 13 руб., (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 01.09.2015 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017);

- ООО «Аврора» - на сумму 53 972, 91 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 01.09.2015 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017);

- ООО «Городская прачечная» - на сумму 419 541 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 05.12.2017 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017);

- ООО «Гарантия» - на сумму 1 134 525, 87 руб. (Дата возникновения просроченных обязательств по оплате – 30.06.2015 (Определение Арбитражного суда Самарской области от 25.07.2018 по делу № А55-19530/2017).

Так, решением Арбитражного суда Самарской области от 12.07.2017 по делу № А55-5750/2017 по иску ООО «Новоградсервис» к ООО «Сити Сервис», установлено, что просрочка в оплате долга в сумме 4 529 863, 01 руб. возникла со 02.09.2015.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2016 по делу № А55-17438/2016 по иску ООО «КМК-Строй» к ООО «Сити Сервис» установлено, что просрочка в оплате долга в сумме 227 725 руб. возникла с 26.08.2015.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 28.09.2017 по делу № А55-18817/2017 по иску АО «Новокуйбышевская нефтехимическая компания» к ООО «Сити Сервис» установлено, что просрочка в оплате долга в сумме 51 012, 92 руб. возникла с 13.07.2014.

Таким образом, как указывал конкурсный управляющий, имея задолженность более четырех миллионов рублей только перед независимыми кредиторами, должник обладал признаками несостоятельности (банкротства), в связи с чем, сначала ФИО4, а в последующем ФИО5 должны были самостоятельно подать заявление о признании ООО «Сити Сервис» несостоятельным (банкротом) не позднее 02.10.2015.

Поскольку обстоятельства, указанные конкурсным управляющим, в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица имели место до 01.07.2017, суд первой инстанции правомерно настоящий спор рассмотрел с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности (п. 2 главы I Практика применения положений законодательства о банкротстве раздела «Судебная коллегия по экономическим спорам» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Поскольку установленная п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве ответственность является гражданско-правовой, следовательно, при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном абзацем шестым п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве) необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве с учетом положений п. 1, 2 ст. 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Между тем, наличие непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами (контрагентами по сделкам) на определенный период, само по себе не свидетельствует о наличии у предприятия признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не подтверждает наличие у руководителя общества обязанности по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд.

Неплатежеспособность и неоплата конкретного долга отдельному кредитору не тождественны (позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 18245/12, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2016 г. N 310-ЭС15-12396).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве указано, что размер ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) определяется исходя из суммы обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за не подачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) установление момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 N 14-П, нормальное финансовое состояние общества предполагает, что его чистые активы, стоимость которых представляет собой разницу между балансовой стоимостью активов (имущества) и размером обязательств данного общества, с течением времени растут по сравнению с первоначально вложенными в уставный капитал средствами.

Уменьшение стоимости чистых активов без тенденции их увеличения свидетельствует о неудовлетворительном управлении делами общества.

Если же стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества общества, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами.

Из этого следует, что формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации общества, должны объективно отображать наступление критического для такого общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Как установил суд первой инстанции, из представленной в материалы дела бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2015 год следует, что у Общества имелись активы в размере 26 646 000 руб., что превышало размер долговых обязательств, размер которых составлял 22 593 000 руб. (в том числе краткосрочные обязательства – 17 337 000 руб., долгосрочные – 5 256 000 руб.), за 2014 год – 26 101 000 руб., за 2016 год – 3 846 000 руб., что также превышало кредиторскую задолженность, размер которой составлял 115 000 руб.

Кроме того, определением от 12.03.2019 по делу № А55-19530/2017, а также в рамках дел       № А55-5711/2017 и № А55-27286/2017 установлено, что согласно сведениям о движении денежных средств по расчетному счету, открытому в АКБ «НОВИКОМБАНК» у ООО «Сити Сервис» имелось достаточно денежных средств для самостоятельной оплаты своих обязательств перед третьими лицами. Ежемесячная выручка ООО «Сити Сервис» в 2015 году составляла более 2 000 000 руб., в 2016 году более 1 500 000 руб., годовой баланс по состоянию на 31.12.2015 составил более 26 000 000 руб.

Также, определением Арбитражного суда Самарской области от 12.03.2019 в рамках настоящего дела установлено, что бухгалтерский баланс ООО «Сити Сервис» за 2015 год подтверждает стабильное финансовое положение: актив составил 26 646 000 руб., выручка 20 088 000 руб., нераспределенная прибыль 4 043 000 руб. В бухгалтерском балансе за 2016 год отсутствуют непокрытые убытки, имеется дебиторская задолженность в размере 1 270 000 руб., актив – 3 846 000 руб., выручка – 9 435 000 руб., нераспределенная прибыль – 3 721 000 руб.

Таким образом, как указал суд первой инстанции, вопреки доводам конкурсного управляющего и конкурсного кредитора ООО «Новоградсервис», по состоянию на 02.10.2015 являлось платежеспособным.

При этом, суд первой инстанции отметил, что само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Определении N 309-ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу N А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче руководителем должника заявления о признании Общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер.

Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве Общества - должника.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Ссылка конкурсного управляющего на постановления налогового органа № 05-05/25 и № 05-05/24 от 02.04.2019 о привлечении ФИО5 к административной ответственности по статье 14.13 КоАП РФ за необращение в суд с заявлением о банкротстве отклонена судом первой инстанции, поскольку указанные постановления отменены, производство по делам прекращено решениями Новокуйбышевского городского суда по делу № 12-176/2020 и по делу № 12-175/2020 на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, что подтверждает отсутствие у ФИО5 обязанности по подаче в суд с заявления о банкротстве должника.

Суд первой инстанции указал, согласно определению Арбитражного суда Самарской области от 16.11.2017 о введении в отношении ООО «СИТИ СЕРВИС» процедуры наблюдения и включении требования налогового органа в реестр требований кредиторов, задолженность без учета штрафных санкций и пеней по уплате обязательных платежей в бюджеты всех уровней по состоянию на 01.04.2017 составила 1 220 748 руб. 49 коп.

Как указал суд первой инстанции, все исковые заявления, на которые ссылается конкурсный управляющий, направлены в суд 27.01.2016, 15.03.2016, 18.07.2016, 01.11.2016, то есть в период, когда руководителем Общества являлся ФИО4, что говорит о неисполненных обязательствах, возникших до указанной конкурсным управляющим даты.

Суд первой инстанции отметил, что  до внесения 23.11.2016 записи в ЕГРЮЛ сведения об избрании ФИО5 руководителем ООО «Сити Сервис», ответчик не вправе был обращаться в суд, иные органы и организации и иным способом осуществлять деятельность от имени общества.

Из содержания пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве следует, что доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» срока.

Таким образом, положения статьи 61.12 Закона о банкротстве относятся к возникновению новых обязательств, а не тех обязательств, которые возникли ранее и являются длящимися на момент обращения с соответствующим заявлением о банкротстве.

Суд первой инстанции указал, что доказательства наличия у ООО «Сити Сервис» новых обязательств, возникших после назначения ФИО5 на должность руководителя общества, при недостаточности имущества и денежных средств, конкурсным управляющим не представлены.

При этом, заявление о несостоятельности (банкротстве) ООО «СИТИ СЕРВИС» подано ФНС России 20.07.2017, до вступления в законную силу определения арбитражного суда по делу № А55-32173/2016 об истребовании документов у бывшего руководителя ФИО4 При отсутствии документов общества, в том числе бухгалтерских, ФИО5 не мог установить наличие у общества обязательств перед кредиторами.

Кроме того, с момента назначения ФИО5 на должность директора, в обществе отсутствовали сотрудники, поскольку были уволены в период деятельности ФИО4 Таким образом, доначисления в виде уплаты страховых взносов, образовались за период деятельности ФИО4 и именно им не исполнены обязательства по оплате.

Поскольку все имеющиеся обязательства Общества возникли за период, когда директором являлся ФИО4, во время руководства обществом ФИО5 новые долговые обязательства не создавались, суд первой инстанции мотивированно посчитал, что оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основанию необращения в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) не имеется.

Оценивая доводы, конкурсного управляющего о неисполнении обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации Общества, активов и иных ценностей конкурсному управляющему ФИО2, в том числе документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности, суд первой инстанции указал следующее.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве:

1) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника;

2) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В случае отсутствия данной документации у контролирующих должника лиц можно делать вывод и проверять довод управляющего об искажении бухгалтерской документации, что также является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с абзацем 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации.

По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Суд первой инстанции отметил, что согласно имеющимся в материалах дела доказательствам, а также содержанию определения суда от 10.12.2018 при рассмотрении вопроса о включении требований ООО «Универсал-Сервис» в реестр требований кредиторов, конкурсным управляющим представлялись платежные поручения и договоры поставок, а также представлена бухгалтерская отчетность по состоянию на 31.12.2015 и по состоянию за 2015-2017 годы. Кроме того, наличие документации общества подтверждается тем, что конкурсный управляющий обращался с исками в суд общей юрисдикции о взыскании неосновательного обогащения.

Кроме того, конкурсный управляющий обращался в суд общей юрисдикции с требованиями о взыскании неосновательного обогащения, в арбитражный суд о взыскании задолженности по договорам займа к ООО «Городская прачечная», по договору подряда к ООО «Новоградсервис».

Согласно решению Чапаевского городского суда от 20.02.2019 по делу № 2-19/2019 о взыскании с ФИО4 неосновательного обогащения в размере 9 483 841,26 руб. в материалы дела ФИО4 были представлены подлинники следующих документов: договоры уступки права требования  денежных  средств:  №54-10/15   от  20.10.2015,  №89-10/15   от 20.10.2015, №88-10/15 от 20.10.2015, №7/15-У от 30.12.2015, акты сверок взаимозачетов.

При рассмотрении иска о взыскании с ФИО7, занимающей должность главного бухгалтера общества, в рамках дела №33-283/2018 убытков, было установлено, что ФИО4 и ФИО7, которая являлась женой ФИО4, неоднократно приглашались для передачи документов общества новому директору ФИО5 и дачи объяснений, однако документы не передали. При этом ФИО7 обратилась с заявлением об увольнении 08.11.2016,     ФИО4 обратился с заявлением об увольнении с должности генерального директора - 11.11.2016.

Кроме того, как установил суд первой инстанции, в рамках настоящего дела конкурсный управляющий обращался к ФИО5 с заявлением об истребовании документов. 

Определением от 15.01.2019 производство по заявлению конкурсного управляющего прекращено в связи с отказом конкурсного управляющего ФИО2 от заявленных требований в связи с передачей документов за период деятельности ФИО5

Суд первой инстанции посчитал, что поскольку не доказаны обстоятельства того, что бывший руководитель должника не проявил должной степени заботливости и осмотрительности при руководстве деятельностью должника либо проявил явную недобросовестность при исполнении своих обязанностей, соответственно, не может нести ответственность за отсутствие какой-либо документации должника, существовавшей до его назначения, либо за искажение информации об имуществе должника, при том, что сведений об искажении информации в материалы дела не представлено.

Суд первой инстанции отметил, что конкурсным управляющим не представлены доказательства и конкретные пояснения относительно объема переданных либо непереданных документов. Также, не конкретизирован перечень документов, которые должны находиться у бывшего руководителя и которые не переданы управляющему после открытия конкурсного производства; не даны пояснения, почему представленные документы и полученная в ходе конкурсного производства информация недостаточна и существенно затрудняет проведение процедуры.

С учетом перечисленного, судом первой инстанции констатировано, что не доказана вина бывшего руководителя в уклонении от передачи и в ненадлежащем хранении документации. В материалах обособленного спора отсутствуют доказательства того, что в распоряжении бывшего руководителя должника находятся иные документы, не позволившие сформировать конкурсную массу, которые не были переданы.

При этом, ФИО5 в судебном порядке были оспорены сделки с ООО «Атлас», взысканы убытки с главного бухгалтера ФИО7

Как указано судом первой инстанции, бухгалтерская отчетность за 2017 год Обществом не сдавалась. При этом, из бухгалтерского баланса за 2016 год, а также из пояснений конкурсного управляющего следует, что у ООО «СИТИ СЕРВИС» отсутствовали активы и имущество, однако имелась дебиторская задолженность в размере 1 270 000 руб.

Суд первой инстанции принял во внимание объяснения ответчика о том, что у должника имелась дебиторская задолженность перед ООО «ЖУК» по договорам подряда за выполненные работы по капитальному ремонту, тогда как о наличии иных дебиторов ФИО5 не известно.

Как установил суд первой инстанции, все документы общества, включая бухгалтерские, при увольнении были изъяты бывшим руководителем ФИО4 21.12.2016 ФИО5 обращался в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к ФИО4 об обязании передать документы общества. 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 06.06.2017 по делу № А55-32173/2016, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017, исковые требования ООО «Сити Сервис» были удовлетворены, суд обязал ФИО4 в течение 10 рабочих дней после вступления решения суда в законную силу передать ООО «Сити Сервис» в месте его нахождения документы финансово-хозяйственной деятельности общества за период с 08.10.2013 по 11.11.2016, включая гражданско-правовые договоры и соглашения, документы по учету основных средств, документы, подтверждающие права ООО «Сити-Сервис» на имущество, книги покупок и книги продаж, кассовые документы, авансовые отчеты, оборотно-сальдовые ведомости, документы по реализации работ и услуг (товарные накладные, товарно-транспортные накладные, счета фактуры, акты приема товаров, акты выполненных работ, иные документы) за период 2015 год, документы по приобретению (поставке) товаров и материальных ценностей (товарные накладные, товарно-транспортные накладные, счета фактуры, акты приема товаров, иные документы), и пр.

Также, как указал суд первой инстанции, из определения Самарского областного суда по делу № 33-283/2018 следует, что документы, включая бухгалтерские находились у бывшего директора ФИО4

Таким образом, исходя из установленных по обособленному спору обстоятельств, суд первой инстанции мотивированно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

Также в качестве основания для привлечения бывшего руководителя ФИО5 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на следующее.

Конкурсный управляющий указал, что в период с 13.07.2014 по 30.04.2017 генеральным директором ФИО4 по указанию ФИО5, а также самим ответчиком было произведено отчуждение имущества Общества путем перечисления денежных средств в пользу самого ФИО5 и аффилированных ему лиц (ООО «Городская прачечная», ООО «Гудвилл», ООО «УК Народная», ООО «Гарантия»), что в привело к невозможности рассчитаться с кредиторами.

В частности, конкурсный управляющий указывал, что должником в пользу ФИО5 и аффилированных с ним лиц в период с 14.11.2014  по 30.12.2015 перечислены денежные средства в общей сумме 5 284 125,15 руб. с назначением платежа в счет оплата процентов по договору процентного займа, его возврата или предоставления, оплату аренды автомобиля либо оплата по счету.

Суд первой инстанции отметил, что не оспаривает сами перечисления, предоставление займов, однако полагает их сделками, совершенными с предпочтением (ст. 61.3 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции установил, что из представленных в материалы дела выписок по расчетным счетам должника за период 2014-2016гг. следует, что на протяжении всей хозяйственной деятельности должника действительно имели место перечисления денежных средств, как в пользу ФИО5 и аффилированных ему юридических лиц, так и в пользу должника указанными лицами.

При этом, конкурсный управляющий ФИО2 обращался в суд с требованием о взыскании с ФИО5 неосновательного обогащения в размере 5 108 304 руб. 48 коп. за период с 18.06.2014 по 16.08.2016.

Решением Ленинского районного суда г. Самары от 09.01.2019 по делу № 2-200/2019 в удовлетворении требований конкурсного управляющего о взыскании с ФИО5 неосновательного обогащения отказано.

Судебным актом установлены основания платежей – по договору аренды автотранспортного средства от 01.04.2015 № 12, в счет возврата займа и уплаты процентов по договору займа от 23.11.2015 № 25, в счет возврата займа и уплаты процентов по договору займа от 21.12.2015.

Суд первой инстанции указал, что договор аренды транспортного средства с экипажем от 01.04.2015 № 12 был представлен ответчиком как в материалы дела № 2-200/19, так и в рамках настоящего обособленного спора. В соответствии с условиями договора арендная плата за пользование автомобилем Лексус 570 составляет 57 500 руб. в месяц. Автомобиль передан ФИО5 Обществу по акту приема-передачи.

Также, как установил суд первой инстанции, ответчиком представлены договоры займа от 23.11.2015 № 25 на сумму 300 000 руб., от 21.12.2015 на сумму 300 000 руб., № 17 от 26.06.2015 на сумму 480 000 руб., от 29.05.2014 на сумму 1 000 000 руб., № 11 от 28.05.2014 на сумму 1 000 000 руб., № 10 от 15.04.2015 на сумму 600 000 руб., № 7 от 19.03.2015 на сумму 400 000 руб., № 28 от 11.09.2014 на сумму 1 000 000 руб., № 31 от 22.09.2014 на сумму 600 000 руб., № 32 от 09.10.2014 на сумму 500 000 руб.

Условиями договоров займа предусмотрена плата за пользование заемными средствами в диапазоне от 18 до 24 процентов годовых. 

Каждый из указанных конкурсным управляющим платежей был подробно проанализирован и оценен судом первой инстанции, установлены контрагенты, реальность каждого обязательства, обстоятельства его исполнения обеими сторонами, финансовая возможность  такого исполнения, наличие встречного предоставления, дальнейшая судьба полученного исполнения и пр.

Относительно заемных обязательств, судом первой инстанции отдельно отмечено, что привлечение заемных денежных средств обосновывалось тем, что ООО «Сити Сервис» осуществляло деятельность по капитальному ремонту зданий и многоквартирных домов на основании контрактов, оплата по которым производилась после принятия выполненных работ, на что требовались денежные средства на покупку материалов, оплату работ подрядчикам, заработной платы сотрудникам.

Экономическая целесообразность выдачи займов ответчиком обусловлена получением выгоды в виде процентов за пользование кредитом, при этом значительной разницы между процентной ставкой под которую предоставлялись займы, ставкой под которую сам ответчик получал кредит и средневзвешенной ставкой по кредитам судом первой инстанции не установлено.

Суд первой инстанции отметил, что конкретные доводы о недействительности договоров займа, заключенных с ФИО5, как по специальным нормам Закона о банкротстве, так и по общим нормам ГК РФ, конкурсным управляющим не приведены, помимо указания на наличие аффиллированности.

Проанализировав представленные документы, доводы и объяснения сторон, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заключение договоров займа и их фактическое исполнение не явилось причиной банкротства ООО «Сити Сервис».

Также суд первой инстанции установил, что между ООО «СИТИ СЕРВИС» и ФИО5 01.04.2015 заключен договор № 12 аренды транспортного средства Лексус LX 570, согласно условиям которого Арендодатель обязуется передать Арендатору во временное владение и пользование транспортное средство LEXUS LX570, рег. знак 

<

***> цвет черный для использования в целях, для которых данное транспортное средство предназначено.

Согласно п. 3.1. договора, Арендатор уплачивает Арендодателю арендную плату за предоставление транспортного средства в размере 57 500 руб. за один календарный месяц.

Согласно пункту 5.1. договора, срок действия договора устанавливается с 01.04.2015 по 31.12.2015. Ответчиком также представлен акт приема-передачи транспортного средства от 01.04.2015.

Конкурсный управляющий ссылался на отсутствие документов, подтверждающих реальное использование автомобиля и обслуживание данного автомобиля (путевые листы, чеки на заправку автомобиля, документы, подтверждающие техническое обслуживание и ремонт). Кроме того, указал, что в спорный период этот же автомобиль находился в аренде и в ООО «Гудвилл», где ФИО5 являлся учредителем и единственным участником общества.

Конкурсный управляющий указал, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гудвилл» (дело № А55-29153/2017) были также установлены платежи в пользу ФИО5 за аренду этого же автомобиля, находящегося в собственности ФИО5

Проанализировав сведения о средней стоимости аренды аналогичных автомобилей и установленную договором стоимость аренды транспортного средства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что последняя не превышает среднюю стоимость аренды аналогичных транспортных средств.

Суд первой инстанции принял во внимание, объяснения ответчика о том, что поездки осуществлялись не ежедневно, а по мере необходимости, могли осуществляться раз в неделю, в некоторые периоды несколько дней подряд, в зависимости от производственной необходимости.

Так, поездки осуществлялись в г. Новокуйбышевск, г. Чапаевск по адресам фонда, АО «НХК» промышленная площадка с целью осуществления контроля выполнения работ, в г. Самара по адресам фонда и в сам фонд на проведение совещаний и решение текущих вопросов, по адресам контрагентов (поставщики материалов, экспертиза), АО «Жигулевское пиво», по Самарской области для контроля по объектам фонда, в города Тольятти, Самару, Сызрань, Отрадный, Нефтегорск, Похвистнево, Суходол, Чапаевск для ознакомления с объектами, предлагаемыми на торги, в Саратов, Ульяновск, Уфу, Оренбург, Пензу, Казань – с целью проведения переговоров о сотрудничестве.

Техническое обслуживание транспортного средства проводилось у официального дилера «Лексус» в г. Самаре, однако подтверждающие документы ответчиком не представлены, в связи с тем, что срок хранения таких документов истек, поскольку прошло более 5 лет.

Доводы конкурсного управляющего о том, что данный автомобиль находился в аренде у других юридических лиц судом первой инстанции отклонены, с указанием на его не подтвержденность. Суд первой инстанции отметил, что вопреки доводам конкурсного управляющего, из определения Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2022 по делу А55-29153/2017 следует, что конкурсным управляющим ФИО8 оспаривались аналогичные перечисления в деле о банкротстве ООО «Гудвилл», однако судом из анализа представленных выписок по расчетному счету не были выявлены такого рода перечисления.

Также суд первой инстанции установил, что указанные конкурсным управляющим перечисления без указания конкретного назначения платежа («по счету») фактически осуществлялись в счет исполнения обязательств по договору аренды нежилого помещения № 52 от 01.03.2014, заключенного между ООО «Гарантия» и ООО «СИТИ СЕРВИС», по условиям которого должнику в аренды было передано помещение площадью 6,5 м2, расположенное по адресу: 

<

...>, второй этаж, кабинет № 16 (Номер по плану БТИ-12), с целью использования его под офисное помещение.

Судом первой инстанции установлено, что указанный адрес является адресом государственной регистрации должника в соответствии с данными ЕГРЮЛ.

Исходя из того, что платежи были произведены по действующему договору аренды нежилого помещения, реальность договора аренды и платежей никем не оспорена и подтверждена материалами дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор исполнялся сторонами, был необходим для осуществления деятельности должника, по указанному договору получено равноценное встречное предоставление.

Суд первой инстанции отметил, что риск возникновения у юридического лица убытков в виде недостаточности денежных средств, поступивших от исполнения сделок, для погашения обязательств перед подрядчиками с учетом размера фактически понесенных собственных издержек, не выходит за пределы разумного предпринимательского риска.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (пункт 23 Постановления N 53).

Суд первой инстанции указал, что договоры займа, аренды помещении и аренды транспортного средства недействительными не признаны, при этом суд первой инстанции посчитал недоказанным, что наличие и исполнение указанных договоров послужило причиной финансового состояния должника и привело его к банкротству. Как указал суд первой инстанции, конкурсный управляющий не обосновал наличие связи между совершением спорных договоров и утратой должником возможности продолжать осуществлять хозяйственную деятельность, являвшуюся источником дохода, и производить расчеты с кредиторами, ограничившись предположениями относительно подозрительности самой схемы ведения бизнеса должником.

Суд первой инстанции отметил, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов. При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления N 53). Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Суд первой инстанции указал, что вступившим в законную силу судебным актом по делу № А55-19530/2017, а также в рамках дел № А55-5711/2017 и № А55-27286/2017 установлено, что согласно сведениям о движении денежных средств по расчетному счету, открытому в АКБ «НОВИКОМБАНК» у ООО «Сити Сервис» имелось достаточно денежных средств для самостоятельной оплаты своих обязательств перед третьими лицами. Ежемесячная выручка ООО «Сити Сервис» в 2015 году составляла более 2 000 000 руб., в 2016 году более 1 500 000 руб., годовой баланс по состоянию на 31.12.2015 составил более 26 000 000 руб.

Учитывая стабильные финансовые показатели общества в период указанных платежей, достаточности доказательств реальности сделок в их основании, а также их возмездность, суд первой инстанции отклонил доводы конкурсного управляющего со ссылкой на такие платежи, посчитав отсутствующими доказательства противоправного интереса ФИО5 в данных сделках, как и существенной убыточности таких сделок для должника.

Также суд первой инстанции отметил, что  указанные перечисления были совершены в период, когда ФИО5 не являлся руководителем Общества «СИТИ СЕРВИС», при этом конкурсный управляющий не представил доказательств того, что бывший руководитель ФИО4 производил данные перечисления на счет ФИО5 по указанию последнего.

Также, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, учитывая, что соответствующие договоры займа заключены обществом «Сити Сервис» с ФИО5 до приобретения последним доли в уставном капитале должника и возникновения статуса участника общества, на момент передачи заемных денежных средств обществу «Сити Сервис» последнее признакам неплатежеспособности не отвечало, реальность заемных правоотношений документально подтверждена и конкурсным управляющим не оспаривалась до момента обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, указанные сделки недействительными не признаны, о фальсификации договоров никем не заявлено; суд первой инстанции исходя из того, что оснований расценивать предусмотренные договорами займа проценты в качестве чрезмерно обременительных для общества «Сити Сервис», а сами договоры в связи с этим заведомо убыточными сделками не имеется, пришел к выводу о том, что в данном случае предоставление должнику займов ФИО5 не может рассматриваться как обязательство, вытекающее из участия в уставном капитале, или как компенсационное финансирование, предоставленное в условиях имущественного кризиса.

Относительно платежей в пользу аффилированных ответчику лиц (ООО «Городская прачечная», ООО «Гудвилл», ООО «УК Народная», ООО «Гарантия»), суд первой инстанции отметил, что поскольку основной деятельностью должника являлась деятельность по осуществлению подрядных работ по капитальному ремонту зданий и сооружений, заключенных по результатам аукционов в соответствии с Федеральными законами № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» и № 44-ФЗ «О контрактной системе», оплата по которым предусмотрена по факту выполненной работы, кроме того, как установлено, оплата со стороны заказчиков задерживалась, должник нуждался в дополнительном финансировании для участия в торгах по заключению контрактов в целях обеспечения их  исполнения, выплаты заработной платы сотрудникам, расчетов с контрагентами и оплаты прочих текущих расходов организации.

Таким образом, для должника заключение договоров займа на краткосрочный период и осуществление расчетов по ним являлись обычной хозяйственной деятельностью с момента создания организации до момента введения процедуры банкротства.

Суд первой инстанции указал, что данные обстоятельства подтверждаются также материалами дела №А55-27286/2017, где установлено, что займы являлись обычной хозяйственной деятельностью должника, предоставлялись на краткосрочный период для пополнения оборотных средств должника.

Так, аналогичные договоры займов заключались должником и с иными лицами на протяжении всей деятельности должника: договор займа с АО «РЭП-4» № 93 от 02.06.2014 на сумму 1 000 000 рублей, № 94 от 03.06.2014 на сумму 600 000 рублей; договоры займов с ООО «Строд» №6 от 30.04.2014 на сумму 120 000 рублей, №10 от 29.12.2013 на сумму 400 000 рублей; с ООО «Проспект» №21 от 26.06.2014 на сумму 1 000 000 рублей; с ООО «Ситиспецремстрой» договор займа № 23 от 02.09.2014 на сумму 2 000 000 рублей, Фонд развития предпринимательства и социально-экономического развития г.Новокуйбышевска по договору №27гфсо от 05.06.2014  в размере 1 000 000 рублей, а также с ФИО4

Конкурсный управляющий указывал, что после перечисления указанных денежных средств ООО «Сити Сервис» фактически перестало осуществлять финансово-хозяйственную деятельность, что по его мнению подтверждено постановлением мирового судьи судебного участка № 69 от 27.07.2017 о дисквалификации генерального директора ООО «Алайн» ФИО5 на срок с 12.09.2017 по 11.03.2018 за систематическое нарушение норм действующего законодательства. Также, конкурсный управляющий указывал, что постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2018 по делу № А55-19530/2017 был установлен факт злоупотребления правом со стороны ФИО5 и причинении вреда ООО «Сити Сервис» при заключении с ФИО6 договора поручительства от 16.06.2017.

Данные доводы судом первой инстанции отклонены. Ссылка конкурсного управляющего на постановление мирового судьи судебного участка № 69 от 27.07.2017 о дисквалификации генерального директора ООО «Алайн» ФИО5 в качестве подтверждения оснований совершения директором ООО «Сити Сервис» убыточных сделок признана необоснованной, поскольку из текста названного постановления следует, что ФИО5 был дисквалифицирован как руководитель ООО «Алайн» в связи с признанием его виновным по статье 19.5 части 1 КоАП РФ - невыполнение в установленный срок законного предписания (постановления, представления, решения) органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль), муниципальный контроль, об устранении нарушений законодательства. Так, судом установлено, что во время проведения осмотра указатель вывески, сотрудники данной организации не обнаружены. Однако указанные обстоятельства установлены в отношении ООО «Алайн» и не имеют отношения к рассматриваемым сделкам.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 17.08.2018 по делу № А55-4861/2018 суд признал недействительным договор поручительства от 16.06.2017, заключенный между ООО «Сити Сервис» и ФИО6, доказательства каких-либо неблагоприятных последствий от заключения такого договора для конкурсной массы в связи с указанным не представлены.

При этом, поскольку данная сделка признана недействительной, по данной сделке ООО «Сити Сервис» какие-либо денежные средства не оплачивало, какие-либо имущественное обеспечение обществом не выдавалось, требования о погашении задолженности не включены в реестр требований кредиторов ООО «Сити Сервис», соответственно, ущерб кредиторам общества не причинен, как и не причинены какие-либо убытки для самого общества.

Также конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности указано на совершении им сделки по уступке прав требований дебиторской задолженности ООО «Городская прачечная» в качестве вклада в создание совместного с ООО «Пирамида» предприятия по изготовлению сухих бетонных смесей, которую, по мнению конкурсного управляющего, можно было направить на частичное удовлетворение требований кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что между ООО «Сити Сервис» (цедент) и ООО «Пирамида» (цессионарий) был заключен договор № 1 от 05.12.2016 уступки прав требования, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права требования к ООО «Городская прачечная» в полном объеме по договору займа № 15 от 16.08.2016, и в части неисполненных обязательств со стороны должника по договору займа № 27 от 30.12.2015, заключенным между цедентом и ООО «Городская прачечная».

Как установлено судом первой инстанции, ответчик внес в качестве вклада в создание совместного предприятия дебиторскую задолженность ООО «Городская прачечная», имеющуюся перед должником в размере 1 305 000 рублей. Действия, направленные на вывод денежных средств со стороны ответчика не установлены. Помимо этого установлено, что со стороны ответчика, как поручителя по сделке, оплачен кредитный договор № 

<

***> в размере более 4 миллионов рублей, что напротив повлекло уменьшение кредиторской задолженности должника.

Вместе с тем, суд первой инстанции посчитал, что спорная сделка не повлекла изменений в имущественном положении должника, произошло изменение в структуре активов, вместо выбывшей дебиторской задолженности, которые погасил ответчик, в активах должника появились долгосрочные финансовые вложения, ранее отсутствовавшие на балансе должника, совершение спорной сделки не повлекло увеличения диспропорции между стоимостью активов должника и величиной его обязательств. А негативные последствия в виде невозможности осуществить действия по созданию предприятия обусловлены недостаточностью средств для осуществления деятельности и возбуждением дела о банкротстве в отношении должника, а также последующая ликвидация ООО «Пирамида» (определение Верховного Суда РФ от 17.05.2022 № 307-ЭС19-18723(4,5) по делу № А56-26451/2016).

Вступившими в законную силу судебными актами по делу № А55-30672/2018 (решение Арбитражного суда Самарской области от 08.05.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.03.2020) установлено отсутствие причинения вреда должнику и его кредиторам в результате заключения указанной сделки, факт оплаты имущества по договору уступки в полном объеме, отсутствие доказательств несоответствия цены сделок рыночным условиям, что имеет преюдициальное значение при разрешении настоящего спора.

Суд первой инстанции установил, что задолженность ООО «Городская прачечная» была оплачена частично, а в последующем ООО «Пирамида» была оплачена цена договора уступки в размере 1 307 482,86 рублей, был предметом рассмотрения в рамках дела №А55-30672/2018.

Доводы конкурсного управляющего о недоказанности оплаты цены договора уступки в размере 1 307 482,86 рублей по расходному кассовому ордеру № 189 от 05.12.2016, судом первой инстанции отклонены со ссылкой на то, что внесение ФИО5 наличных денежных средств в кассу предприятия, а не на расчетный счет, не является свидетельством о ничтожности сделки.

Суд первой инстанции констатировал, что согласно представленным доказательствам денежные средства были внесены ФИО5 непосредственно от своего имени, а также за ООО «Городская прачечная», соответственно, оплата произведена в соответствии с требованиями действовавшего законодательства.

Суд первой инстанции указал, что согласно соглашению, заключенному ООО «Сити сервис» с ООО «Пирамида», общества обязуются путем объединения вкладов создать совместное предприятие по изготовлению сухих бетонных смесей. В качестве вклада каждая из сторон обязуется внести денежные средства в размере 3 000 000 рублей.

Сторона 2 (ООО «Пирамида») обязана подготовить проектную документацию для строительства завода по изготовлению сухих бетонных смесей в сроки, установленные в соглашении.

Согласно условиям Соглашения общество «Пирамида» должно было обеспечить составление и передать Обществу проектную документацию на строительство предприятия по производству бетонных смесей, и по сопутствующим этим мероприятиям работам. Однако, как следует из пояснений ответчика, денежных средств не хватило в полном объеме на подготовку проектной документации по строительству предприятия, аренду земельного участка и непосредственно строительство предприятия, кроме того, было подано заявление о банкротстве должника. 

Заявление о выдаче разрешения на строительство было возвращено по причине отсутствия в составе проектной документации инженерных изысканий, что подтверждается письмом Департамента градостроительства городского округа Самара. Сведения о том, в каком размере были потрачены денежные средства на подготовку проектной документации, ответчиком не представлены, в связи с их отсутствием, в связи со смертью учредителя и директора ООО «Пирамида» ФИО9 Обязательства по подготовке проектной документации не завершены, в связи со смертью учредителя и директора ООО «Пирамида» ФИО9

Оценив доводы сторон и представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сумма полученных от ФИО5 аффилированных лиц должника денежных средств вдвое превышает сумму оплат в пользу аффилированных лиц, что опровергает довод конкурсного управляющего о намеренном выводе имущества должника ответчиком.

По смыслу пп. 4, 16 постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО5 являлся руководителем должника с 23.11.2016, а также является аффилированным по отношению к одному из учредителей (ФИО3) лицом, что ответчиком не оспаривается. Однако, как установил суд первой инстанции,  ФИО5 оспаривает довод заявителя об аффилированности между ним и бывшим руководителем ФИО4, а также о возможности влиять на деятельность должника и определять условия сделок в период, когда руководителем являлся ФИО4

Вместе с тем, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Исходя из размера денежных средств, перечисленных и возвращенных в пользу ФИО5 и аффилированных ему лиц, отсутствия доказательств безвозмездного вывода денежных средств в отношении ФИО5, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалы дела не представлены достаточные доказательства, подтверждающие совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, а также применения такой меры гражданско-правовой ответственности, как взыскание убытков, в связи с чем, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказал.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции дана подробная и мотивированная оценка доводам заявления, доводы апелляционных жалоб, по существу, повторяют первоначальные доводы заявителя и сводятся к несогласию с их оценкой судом первой инстанции.

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 (ранее – статье 10) Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой ответственности.

Из содержания приведенных норм следует, что доказыванию подлежат точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника.

Кроме того, доказыванию подлежит также точная дата возникновения обязательств, к субсидиарной ответственности по которым привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992).

Ошибочным отождествляется отождествления наличия кредиторской задолженности в определенный период времени и наступления объективного банкротства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформированную в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Кроме того, бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство момента (начала) возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором, а отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду, формальное отрицательное значение активов общества, определенное по данным бухгалтерской отчетности, при отсутствии иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности общества исполнять свои обязательства, и даже при отрицательной величине стоимости чистых активов, имеющей при этом тенденцию к росту, требования кредиторов могут быть удовлетворены.

Из материалов дела не следует, что в отсутствие у ответчика ФИО5 документов о финансово-хозяйственной деятельности должника не переданных, как установил суд первой инстанции, ему предшествующим руководителем у него имелись достаточные основания для вывода о наличии обстоятельств и оснований, предусмотренных статье 9 Закона о банкротстве для обращения в суд с заявлением о банкротстве должника.

Судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что доказательства, подтверждающие наличие у должника обязательств перед кредиторами, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве, при рассмотрении настоящего обособленного спора не были представлены.

Также на иной период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о несостоятельности должника заявитель не ссылался и соответствующие обстоятельства не доказывал.

В части оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 за непередачу документов в ходе банкроства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В абзаце 5 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Невозможность совершения указанных действия является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац 5 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В связи с этим законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце пятом пункта 24 Постановления № 53, указанные презумпции являются опровержимыми. В частности, заявитель по такому требованию должен подтвердить, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а ответчик - доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в ее непередаче, ненадлежащем хранении.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. При этом руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Отказывая в удовлетворении заявления по данному основанию, суд первой инстанции установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт нахождения необходимой документации у бывшего руководителя ФИО5, вины ответчика в утрате или необеспечении сохранности документации должника, а также факт того, что в случае передачи конкурсному управляющему необходимой документации могла бы быть сформирована конкурсная масса.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, содержащему положение, аналогичное ранее закрепленному в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом в абзаце 4 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

В подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В соответствии с пунктом 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац 3 пункта 16 Постановления № 53).

Суд первой инстанции подробно проанализировал указанные конкурсным управляющим сделки, установил, что абсолютное их большинство совершены до получения ФИО5 статуса руководителя должника, то есть указанные сделки совершены не им как руководителем должника, а в отношении него и аффилированных ему лиц, при этом судом первой инстанции не установлено безусловная подчиненность или подконтрольность фактически действовавшего в указанный период руководителя должника (ФИО4) ответчику ФИО5, однако констатирована реальность, возмездность, экономическая целесообразность и равноценность  встречного предоставления по таким сделкам.

В отношении сделки между ООО «Сити Сервис» (цедент) и ООО «Пирамида» (цессионарий) был заключен договор № 1 от 05.12.2016,  совершенной от имени должника непосредственно ФИО5 суд первой инстанции указал на документальное подтверждение ее возмездности, не опровергнутое в ходе судебного разбирательства, посредством предоставления иных доказательств либо установления пороков имеющихся (статья161 АПК РФ).

Поскольку, в данном случае указанные конкурсным управляющим сделки не повлекли объективного банкротства, не были связаны с единовременным изъятием активов должника в значительной сумме (с учетом масштабов деятельности должника), отказ от совершения таких сделок не мог повлечь восстановление платежеспособности.

В этой связи суд первой инстанции обоснованно посчитал, что не имеется оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Установленные судом первой инстанции обстоятельства также не позволили квалифицировать совершенные сделки как убыточные и возложить на ответчика ответственность за их совершение в форме взыскания убытков.

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2022 по делу №А55-19530/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

 

СудьиЯ.А. Львов 

 

А.В. Машьянова