АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-6319/2017

г. Краснодар

19 июля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 г.

             Постановление изготовлено в полном объеме 19 июля 2022 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Калашниковой М.Г. и Резник Ю.О., в отсутствие в судебном заседании ФИО1, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юггидромеханизация» – ФИО2, ФИО3, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.02.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2022 по делу № А53-6319/2017 (Ф08-5685/2022), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юггидромеханизация» (далее – должник) в суд обратился и.о. внешнего управляющего должника ФИО4 с заявлением о признании недействительным сделками – договоров субаренды за период с 29.12.2011 по 31.10.2015 и применении последствий в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Протокольным определением от 26.08.2021 суд принял уточнения требований в окончательной редакции, в которых последний просит:

– признать недействительными сделками – договоры субаренды земельного участка, заключенные должником и ответчиком 01.10.2014, 01.11.2014, 01.12.2014, 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015, в том числе совершенные по ним платежи на сумму                6 786 тыс. рублей;

– признать недействительными сделками – перечисление должником в адрес ответчика денежных средств за период с 09.01.2014 по 24.12.2015 на общую сумму                        9 570 тыс. рублей;

– применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика общей суммы в размере 16 356 тыс. рублей.

Определением от 22.02.2022, оставленным без изменения постановлением                       от 28.04.2022, суд признал недействительными сделками договоры субаренды от 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015, заключенные должником и ФИО3 (далее – ответчик). Суд применил последствия недействительности ничтожных сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 6 786 тыс. рублей. Суд признал недействительными сделками перечисления денежных средств со счета должника на счет ответчика в размере 8 700 тыс. рублей по платежным поручениям:                    от 09.01.2014 № 5 на сумму 870 тыс. рублей; от 06.03.2014 № 141 на сумму                                      1 740 тыс. рублей; от 31.03.2014 № 231 на сумму 870 тыс. рублей; от 29.04.2014 № 344                  на сумму 870 тыс. рублей; от 29.05.2014 № 419 на сумму 870 тыс. рублей; от 27.06.2014                  № 523 на сумму 870 тыс. рублей; от 03.09.2014 № 728 на сумму 870 тыс. рублей;                         от 08.10.2014 № 827 на сумму 435 тыс. рублей; от 30.10.2014 № 882 на сумму                                    435 тыс. рублей; от 15.12.2014 № 983 на сумму 435 тыс. рублей; от 23.12.2014 № 986                  на сумму 435 тыс. рублей. Суд взыскал с ответчика в пользу должника 8 700 тыс. рублей. В удовлетворении заявления в оставшейся части отказано. Судами сделан вывод, что сделки заключены аффилированными лицами для вида, поэтому сделки признали мнимыми. Срок исковой давности применен в части. 

В кассационной жалобе ответчик просит отменить судебные акты в части удовлетворения требований. Заявитель указывает, что суды неправильно пришли к выводу об отсутствии оснований для применения срока исковой давности по сделкам, оспариваемым по общегражданским основаниям. Срок исковой давности необходимо исчислять с протокола внеочередного собрания участников должника от 25.11.2016. Ссылается на реальность оспариваемых сделок.   

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, определением суда от 20.03.2017 заявление уполномоченного органа принято к производству, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 08.02.2018 (резолютивная часть от 01.02.2018) в отношении ООО «Юггидромеханизация» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Определением суда от 25.07.2019 (резолютивная часть от 17.07.2019) в отношении должника введена процедура внешнего управления. Исполнение обязанностей внешнего управляющего должника возложены на ФИО4.

Определением суда от 08.10.2019 внешним управляющим должника утверждена ФИО5.

Определением суда от 11.02.2020 ФИО5 отстранена от исполнения обязанностей внешнего управляющего должника.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 13.07.2020 определение суда от 16.03.2020, которым внешним управляющим должника утвержден ФИО4, отменено. Вопрос о назначении внешнего управляющего в деле о банкротстве должника направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Определением суда от 17.07.2020 исполнение обязанностей внешнего управляющего должника возложено на ФИО4.

Определением суда от 16.11.2020 внешним управляющим должника утвержден ФИО6.

Решением суда от 27.07.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

В суд обратился и.о. внешнего управляющего должника ФИО4 с заявлением о признании недействительными договоров аренды от 01.10.2014, 01.11.2014, 01.12.2014, 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015, в том числе, совершенных по ним платежей на сумму 6 786 тыс. рублей, заключенных должником и ответчиком; перечислений должником в адрес ответчика денежных средств за период с 09.01.2014 по 24.12.2015 на общую сумму 9 570 тыс. рублей.

В обоснование заявления управляющий указал, что ФИО3 и должник заключили договоры субаренды земельных участков от 01.10.2014, 01.11.2014, 01.12.2014, 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015.

Согласно условиям каждого из оспариваемых договоров субаренды земельных участков от 2015 года, ответчик (арендатор) представляет должнику (субарендатор) за плату в пользование земельный участок общей площадью 164,05 га, состоящий из 3-х обособленных участков: «А» с кадастровым номером 61:01:0600003:716                           площадью 137,18 га, обособленный участок «Б» площадью 22,02 га с кадастровым номером: 61:01:0600003:717, участок «В» площадью 4,85 га с кадастровым номером 61:01:0600003:718.

Арендная плата за пользование земельными участками составляет 1 млн рублей.

Указанная сумма перечисляется на лицевой счет арендатора ежемесячно не позднее 12-го числа текущего месяца.

Обращаясь с заявлением в суд, конкурсный управляющий указал, что спорные сделки имеют признаки ничтожности ввиду мнимости совершенных сделок в условиях злоупотребления правом в порядке статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 10, 166, 170, 181, 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами приняты во внимание выводы, сделанные при рассмотрении обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника требований ФИО3 5 665 210 рублей задолженности, возникшей по договорам субаренды земельных участков от 01.11.2015, 01.12.2015, 01.01.2016, 01.04.2016, 01.05.2016, 01.06.2016.

Суды оценили в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделали вывод о фактической аффилированности ФИО7 (бывшего руководителя должника) и ФИО3 (заявитель по делу о банкротстве). Суды установили, что ранее спорные земельные участки передавались в аренду должнику              ООО «Луч» напрямую, что также подтверждается копией договора аренды от 20.06.2003. Из пункта 1.2 договоров субаренды следует, что земельный участок площадью 164,05 га предоставляется с целью строительства пруда для разведения рыбы, размещения ЛЭП, пульповода, укладки грунта из илоотстойника, вскрышных грунтов, размещение подземных технологических работ, сбросных дренажных каналов согласно ППР. После завершения комплекса работ водоем передается по акту арендатору для дальнейшего использование под рыборазведение. Между тем, из буквального толкования пунктов 1.2 договоров земельные участки представлены от кредитора должнику для выполнения последним работ по строительству пруда, для дальнейшего использования его кредитором под рыборазведение, т.е. кредитором предоставлено имущество для исполнения на нем оговоренных работ для целей самого кредитора. Суды установили, что должник до                января 2016 года имел лицензию на пользование недрами РСТ 80209 ПП, зарегистрированную 20.07.2012 в реестре за № 135 со сроком действия до 05.04.2017, с целевым назначением – строительство и эксплуатация подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых при реконструкции пруда для рыборазведения. Пункт 2.2 условий пользования недрами содержит сведения о том, что площадь лицензионного участка недр составляет 4 га. Пункт 9.1 условий пользования недрами указывает, что право пользования участком недр представлено на срок действия договора подряда от 05.02.2010 № 117 на производство работ по реконструкции пруда, для организации рыбного хозяйства, заключенного ООО «Луч» с должником                             (до 05.04.2017). При этом, согласно плану расположения предоставленных в аренду объектов объекты А, Б и В не примыкают друг к другу и расположены на отдалении друг от друга, поэтому технически строительство водного объекта – пруда на них не представляется возможным.

Кроме того, заявитель, указывая на то, что отношения между сторонами по договорам субаренды носят длительный характер (с ноября 2015 года), не представил акты выполненных работ, акты их приемки.

С учетом того, что должник должен был производить работы по строительству пруда, за которые, при добросовестном поведении сторон, кредитором должна быть произведена оплата, суд принял во внимание тот факт, что выписки по расчетным счетам должника не содержат сведений о получении им от ООО «Луч» или ФИО3 за время действия договоров подряда оплаты работ. Учитывая такие фактические обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что стороны договоров субаренды не намеревались их исполнять.

Суды установили, что должник до 31.10.2013 имел лицензию на право пользования недрами РСТ 01230 TP на геологическое изучение и добычу песка на Койсугском Западном участке, зарегистрированную 23.12.2003 в реестре за № 1608. Право на пользование земельными участками получено от ООО «Луч» по договору аренды земли от 20.06.2003. В январе 2016 года по заявлению должника права пользование недрами по лицензии РСТ 80209 ПП досрочно прекращены, при этом ФИО7 от лица общества продолжил заключать с ФИО3 ежемесячные договоры субаренды, в то время как строительство гидротехнического сооружения – пруда могло осуществляться должником только на основании соответствующего разрешения.

Между тем, судами не принято во внимание, что право пользование недрами по лицензии РСТ 80209 ПП досрочно прекращены в январе 2016 года, тогда как настоящий обособленный спор касается договоров субаренды 01.10.2014, 01.11.2014, 01.12.2014, 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015, то есть до прекращения действия лицензии.

Суды установили, что земельный участок с кадастровым номером 61:01:0600003:717 разделен на два земельных участка: 61:01:0600003:1200 и 61:01:0600003:1199 (дата присвоения кадастровых номеров – 08.09.2014; дата регистрации права собственности за ООО «Луч» – 30.09.2014). Земельный участок 61:01:0600003:1199, в свою очередь, разделен на 5 земельных участков: 61:01:0600003:1219, 61:01:0600003:1220, 61:01:0600003:1221, 61:01:0600003:1222 и 61:01:0600003:1223. Даты присвоения кадастровых номеров и постановки на кадастровый учет указанных земельных участков – 12.11.2014, дата регистрации права собственности за ООО «Луч» – 02.09.2016. Таким образом, на период действия спорных договоров субаренды земельные участки, образованные из земельного участка 61:01:0600003:1199, поставлены на кадастровый учет, но право собственности на них зарегистрировано за ООО «Луч» только 02.09.2016, то есть после прекращения действия последнего договора субаренды                       от 01.06.2016. Таким образом, земельный участок 61:01:0600003:1199, образованный из земельного участка 61:01:0600003:717, также на момент заключения договоров аренды              от 01.02.2015 № 88 и от 01.01.2016 № 88, а также на период действия спорных договоров субаренды, принадлежал ООО «Луч» на праве собственности. Что касается земельного участка 61:01:0600003:1200, то он на момент заключения договоров аренды от 01.02.2015 № 88 и от 01.01.2016 № 88, а также на период действия спорных договоров субаренды, принадлежал ООО «Луч» на праве аренды на основании договоров аренды, заключенных с собственником земельного участка – ФИО8 Таким образом, судами сделан вывод, что указанный земельный участок фактически находился у ФИО3 в субаренде, и сдавался им должнику во вторичную субаренду.

В договорах от 01.12.2015, 01.11.2015 размер арендной платы за пользование земельными участками составляет 1 млн рублей. При этом из договора от 01.02.2015                 № 88 следует, что арендная плата за пользование земельными участками составляла                   40 тыс. рублей в год. Судами указано, что заявителем не представлено обоснованных и достоверных мотивов столь существенного повышения арендных платежей.

Суды указали, что обоснованных доводов необходимости и экономической целесообразности дальнейшей передачи в аренду должнику земельного участка через заключение договоров субаренды с заинтересованным по отношению к должнику и к ООО «Луч» лицом в материалы спора не представлено.

Таким образом, поскольку сделки, совершенны аффилированными лицами в преддверии банкротства должника, не имели экономической целесообразности, и не исполнялась ими, суд первой инстанции пришел к выводу, что действия по заключению договоров субаренды от 01.01.2015, 01.02.2015, 01.03.2015, 01.04.2015, 01.05.2015, 01.06.2015, 01.07.2015, 01.08.2015, 01.09.2015, 01.10.2015 направлены на искусственное создание обязательств должника и на вывод имущества должника – денежных средств с целью недопущения обращения на него взыскания, что привело к утрате кредиторами возможности удовлетворить свои требования.

При изложенных обстоятельствах, суды пришли к выводу о мнимости спорных сделок, о нестандартном поведении сторон, характерном для аффилированных лиц, о фактической аффилированности сторон сделок.

Между тем, судами не принято во внимание следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

В рассматриваемой ситуации стороны не отрицают факт фактической передачи спорных земельных участков должнику по договорам субаренды. Согласно пояснениям ответчика на арендованных площадях складировался песок, по добыче которого уплачивался налог. 

Судами не дана оценка фактической передачи земельных участков в пользование ответчика и эксплуатация указанных участков. 

Как указано выше, судами сделан вывод, что сделки совершены аффилированными лицами по завышенной стоимости (40 тыс. рублей и 1 млн рублей), что свидетельствует о неравноценности. 

Как указано в четвертом абзаце пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Таким образом, суды в пределах предоставленных им полномочий не лишены возможности самостоятельно переквалифицировать основание недействительности сделки и применить соответствующие положения Закона о банкротстве.

В части заявленных конкурсным управляющим требований о признании недействительными сделками договоров субподряда от 01.10.2014, 01.11.2014, 01.12.2014 суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявления, что в суде кассационной инстанции не обжалуется. 

Также судами установлено, что должником в адрес ответчика перечислены денежные средства в сумме 9 570 тыс. рублей с назначением платежа по договорам субаренды от 01.11.2013, 01.04.2014, 01.05.2014, 01.08.2014, 01.09.2014, 24.12.2015, по следующим платежным поручениям от 09.01.2014 № 5 на сумму 870 тыс. рублей;                       от 06.03.2014 № 141 на сумму 1 740 тыс. рублей; от 31.03.2014 № 231 на сумму                          870 тыс. рублей; от 29.04.2014 № 344 на сумму 870 тыс. рублей; от 29.05.2014 № 419                  на сумму 870 тыс. рублей; от 27.06.2014 № 523 на сумму 870 тыс. рублей; от 03.09.2014   № 728 на сумму 870 тыс. рублей; от 08.10.2014 № 827 на сумму 435 тыс. рублей;                          от 30.10.2014 № 882 на сумму 435 тыс. рублей; от 15.12.2014 № 983 на сумму                                 435 тыс. рублей; от 23.12.2014 № 986 на сумму 435 тыс. рублей, от 24.12.2015 № 711 на сумму 870 тыс. рублей.

Указанные выше перечисления на сумму 8 700 тыс. рублей, за исключением перечисления от 24.12.2015 № 711 на сумму 870 тыс. рублей, признаны мнимыми, поскольку в материалы дела не представлено ни договоров субаренды, на основании которых производились перечисления, ни иных документов, с достоверностью подтверждающих реальность отношений сторон, в счет которых должником в адрес ответчика производились перечисления на спорную сумму. На основании изложенного судами сделан вывод, что действиями сторон, а именно, недобросовестным поведением, причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку ответчик, получив денежные средства в размере 8 700 тыс. рублей без предоставления должнику встречного обеспечения, не только не мог не знать о противоправной цели должника, но и способствовал ее достижению. 

В удовлетворении требования о признании недействительной сделкой перечисления от 24.12.2015 № 711 на сумму 870 тыс. рублей отказано, поскольку данное требование заявлено управляющим с пропуском срока исковой давности. 

Ответчик не согласен с выводами суда об отсутствии оснований для вывода о пропуске срока исковой давности в части удовлетворенных требований, указывает, что срок исковой давности подлежит исчислению с протокола внеочередного собрания участников должника от 25.11.2016.

Как верно указано судами срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 196, 200 ГК РФ).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

На основании положений пункта 1 статьи 181 ГК РФ в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, являющейся актуальной по состоянию на настоящее время, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 60) пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Постановление № 60 издано после официального опубликования Закона № 100-ФЗ и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ.

Учитывая, что договоры оспариваются временным управляющим, то есть лицом, не являющимся стороной сделок, течение срока исковой давности начинается со дня, когда он узнал или должен был узнать о начале ее исполнения, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2018 (резолютивная часть от 01.02.2018) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2019 (резолютивная часть от 17.07.2019) в отношении должника введена процедура внешнего управления. Исполнение обязанностей внешнего управляющего должника возложены на ФИО4.

Заявление о признании названных сделок должника в качестве ничтожных поступило в суд 17.07.2020 посредством сервиса подачи документов в электронном виде «Мой арбитр».

Однако, как установлено судами, в процедуре наблюдения временным управляющим не был проведен финансовый анализ деятельности должника в связи с непередачей бывшим руководителем должника бухгалтерской и иной документации общества, что впоследствии привело к невозможности составления финансового анализа. Более того, документы истребованы у бывшего руководителя в судебном порядке (определение от 26.04.2018, оставленное без изменения постановлением от 07.07.2018).

Суды, с учетом выводов, сделанных в апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27.09.2018 по делу                   № 33-17166/2018, сделали выводы, что срок исковой давности для арбитражного управляющего следует исчислять с момента, когда он узнал о спорных сделках, а именно с 20.04.2018.

Поскольку заявление о признании сделок мнимыми подано в суд 17.07.2020, управляющим не пропущен трехлетний срок исковой давности. 

Суды верно отклонили довод о необходимости исчисления срока исковой давности для оспаривания заявленных договоров субаренды с даты протокола внеочередного общего собрания участников должника от 25.11.2016, на котором принято решение о возврате земли, занимаемой должником по договору субаренды спорных земельных участков, поскольку в рассматриваемом случае заявление о признании сделок должника ничтожными подано не участниками общества, которые с момента подписания протокола собрания участников от 25.11.2016 знали о принятых решениях, а конкурсным управляющим должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что срок исковой давности для арбитражного управляющего не может исчисляться с момента подписания участниками протокола собрания от 25.11.2016, поскольку его утверждение и возникновение у него прав на получение сведений в отношении должника и соответствующих обязанностей возникло как минимум с момента введения первой процедуры – 08.02.2018.

Между тем, судами не принято во внимание следующее. 

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) одним из принципов земельного законодательства является платность использования земли, согласно которому любое использование земли осуществляется за плату, за исключением случаев, установленных федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

Статьей 65 ЗК РФ предусмотрено, что формами платы за землю являются арендная плата и земельный налог.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В случае отсутствия договорных отношений правовым основанием для взыскания с фактических пользователей земельных участков неосновательно сбереженных ими денежных средств являются статья 1102 ГК РФ, а также положения ЗК РФ. Если лицо неосновательно сберегло денежные средства, подлежащие уплате за пользование земельным участком, оно обязано возвратить собственнику земли неосновательное обогащение в размере, равном арендной плате, на основании норм главы 60 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2014 № 305-ЭС14-442).

Таким образом, судам следует принять во внимание, что отсутствие договоров субаренды не свидетельствует об отсутствии фактически сложившихся правоотношений по пользованию земельными участками, платность которого предусмотрена законом. 

Кроме того, судам следует принять во внимание, что постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.06.2021 по делу № А53-6319/2017 сделан вывод о том, что с 25.09.2014 по 27.10.2014 (оспариваемые сделки) реальная задолженность перед независимыми кредиторами, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника, отсутствовала.

 Таким образом, судам необходимо исследовать вопрос о наличии или отсутствии признаков неплатежеспособности у должника в период совершения оспариваемой сделки. Также судами не исследовался вопрос причинения вреда правам и законным интересам кредиторов.

В части отказа в удовлетворении заявленных требований доводов в кассационной жалобе не заявлено. 

Поскольку суды при рассмотрении спора не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, неправильно применили нормы материального права, не установили наличие или отсутствие признаков неплатежеспособности у должника на дату совершения оспариваемых сделок, не приняли во внимание фактическое исполнение договора субаренды по передаче земельных участков в пользование, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.02.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2022 по делу № А53-6319/2017 в обжалуемой части отменить. Направить вопрос на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                               И.М. Денека 

Судьи                                                                                                             М.Г. ФИО9 Резник