ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

16 февраля 2022 года

дело №А56-50654/2020/сд.1

 

Резолютивная часть постановления оглашена 09 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме 16 февраля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Морозовой Н.А.,

судей Будариной Е.В., Титовой М.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, 

при участии в судебном заседании:  

- от конкурсного управляющего ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 12.11.2021; 

- от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 31.10.2019 посредством системы онлайн-заседания;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-134/2022) ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.12.2021 по обособленному спору №А56-50654/2020/сд.1, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вознесенское жилищное хозяйство» ФИО2 к ФИО4, ФИО6 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Вознесенское жилищное хозяйство»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Биотеплоснаб» (далее – ООО «Биотеплоснаб») 23.06.2020 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Вознесенское жилищное хозяйство» (далее – ООО «Вознесенское жилищное хозяйство») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 29.06.2020 заявление ООО «Биотеплоснаб» принято к производству

Определением суда первой инстанции от 19.08.2020 заявление ООО «Биотеплоснаб» признано обоснованным, в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2.

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 22.08.2020 №151.

Решением суда первой инстанции от 08.01.2021 ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.01.2021 № 6.

Конкурсный управляющий ФИО2 31.08.2021 обратился в суд первой инстанции с заявлением к ФИО4 и ФИО6 о признании договора беспроцентного займа от 29.08.2019 № 1, договора об ипотеке недвижимого имущества от 29.08.2019 №1 и договора купли-продажи недвижимого имущества от 19.05.2021 недействительными сделками и о применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» части нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенного по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508.

Определением суда первой инстанции от 06.12.2021 оспариваемые договоры признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенного по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508.

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  06.12.2021 по обособленному спору №А56-50654/2020/сд.1 отменить и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, обстоятельства заключения оспариваемых договоров установлены ранее вступившими в законную силу судебными актами и не подлежат переоценке в рамках настоящего обособленного спора; ответчик был лишен возможности представить дополнительные документы в обоснование своей правовой позиции; заявителем пропущен срок исковой давности.   

В отзыве конкурсный управляющий ФИО2 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

До начала судебного заседания от ФИО4 поступило ходатайство об участии в деле путем использования системы веб-конференции, которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы и заявил ходатайство об истребовании дополнительных доказательств. Представитель конкурсного управляющего ФИО2 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Рассмотрев ходатайство ФИО4 об истребовании дополнительных документов, суд апелляционной инстанции указывает следующее.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

Принимая во внимание, что соответствующее ходатайство не было заявлено в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения на стадии апелляционного производства. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, 29.08.2019 ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» и ФИО4, заключены два взаимосвязанных договора:

- договор беспроцентного займа от 29.08.2019 №1 на сумму 605 000 руб.;

- договор об ипотеке недвижимого имущества от 29.08.2019 № 1 (часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенную по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508, рыночной стоимостью 916 666 руб.).

В последующем 10.05.2021 ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО6 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества – части нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенную по адресу 

<

...> с кадастровым номером 47:05:0401001:508).

По мнению конкурсного управляющего ФИО2, заключение вышеуказанных договоров представляет собой цепочку взаимосвязанных сделок, прикрывающих безвозмездное отчуждение имущества должника в преддверии банкротства в пользу аффилированного лица, с целью причинения вреда кредиторам. Согласно доводам заявителя ФИО4 заключил с должником договор займа от 29.08.2019 на короткий срок с обеспечением ипотекой, однако фактически денежные средства должнику не передавались. Затем, ФИО4 в судебном порядке обратил взыскание на заложенного имущество, ссылаясь на невозвращение суммы займа (фактически и не передававшейся должнику). После чего, залоговое недвижимое имущество было отчуждено в пользу ИП ФИО6 Данные действия произведены в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве, при наличии у должника признаков неплатежеспособности. ФИО4 и ФИО6 являются аффилированными с должником лицами, поскольку первый являлся работником должника, а второй – оказывал должнику юридические услуги на постоянной основе по гражданско-правовому договору. При этом сделка от имени должника заключена директором ФИО7, которая не имела полномочий на самостоятельное заключение от имени должника сделок на сумму более 500 000 руб. Как считает конкурсный управляющий, оспариваемые договоры являются недействительным сделками по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и общим основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закон о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» возбуждено 29.06.2020, тогда как оспариваемые договоры заключены 29.08.2019 и 10.05.2021, следовательно, они могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и общим основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 ГК РФ. 

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 постановления №63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется доказать, что сделка совершена по цене, которая занижена настолько существенно, что намерение сторон такой сделки причинить вред кредиторам банкротящегося должника становится очевидным. Незначительное отклонение указанной в договоре цены от рыночных условий не образует основания для применения пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 постановления №63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктами 5 и 6 постановления №63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как установлено судом первой инстанции, в момент заключения  оспариваемых договоров у должника имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами:

- ООО «Биотеплоснаб» в сумме 2 540 002 руб. 37 коп., подтверждённая вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.02.2020 по делу № А56-109982/2019;

- ГУП «Водоканал Ленинградской области» в сумме 102 389 руб. 91 коп., подтверждённая вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2019 по делу № А56-12364/2019;

- ГУП «Водоканал Ленинградской области» в сумме 42 181 руб. 81 коп., подтверждённая вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.09.2019 по делу № А56-74636/2019.

Требования ООО «Биотеплоснаб» и ГУП «Водоканал Ленинградской области» включены в реестр требований кредиторов и не погашены до настоящего времени, следовательно, оспариваемые договоры заключены при наличии у должника признаков неплатежеспособности. 

При этом, из обстоятельств заключения договоров усматривается фактическое причинение имущественного вреда кредиторам.  

Так, по условиям договора займа от 29.08.2019 ФИО4 обязался передать, а ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» обязалось не позднее 30.01.2019 возвратить ФИО4 денежные средства в размере 605 000 руб.

Для целей обеспечения исполнения ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» обязательств по договору займа, должник передал в залог ФИО4 находящееся в собственности недвижимое имущество: часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенного по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508. Рыночная стоимость имущества, переданного в залог, составляла 916 666 руб.

Из пунктов 2.1 и 2.2 Договора займа следует, что сумма займа предоставляется путем перечисления заимодавцем денежных средств на указанный заемщиком банковский счет и считается предоставленной заемщику с даты зачисления денежных средств на счет заемщика. В разделе 8 Договора займа указаны реквизиты банковского счета заемщика.

Вместе с этим, от ФИО4 по договору займа денежные средства в размере 605 000 руб. на расчётный счёт заёмщика не поступали, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской с расчётного счёта должника за период с 19.08.2019 по 01.12.2019.

Сам ФИО4, заявляя возражения относительно признания сделок недействительными, не представил в материалы обособленного спора документов, подтверждающих передачу должнику заемных денежных средств в размере 605 000 руб. – ни в безналичном порядке, ни наличными. 

Соответствующие доказательства в материалы апелляционного производства также представлены не были. 

Как в суде первой инстанции, так и среди доводов апелляционной жалобы ответчик указал, что факт реальности оспариваемых договоров подтверждается вступившим в законную силу решением Подпорожского городского суда от 16.09.2020 по делу №2-70/2020, которым взыскан долг по договору займа от 29.08.2019 и обращено взыскание на заложенное имущество.

Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно указал на разъяснения, данные в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», а также в определении Верховного Суда Российской Федерации по делу от 29.03.2016 № 305-ЭС15-16362, согласно которым в случае если при рассмотрении другого дела сторона представляет доказательства, подтверждающие, что обстоятельствам может быть дана иная оценка, суд должен исследовать эти доказательства и доводы стороны, в том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

В рассматриваемом случае совокупность представленных заявителем доказательств свидетельствует об отсутствии встречного исполнения по оспариваемым договорам займа и ипотеки от 29.08.2019. 

Следует также учитывать, что доводы о недействительности сделок займа и ипотеки от 29.08.2019 по мотивам отсутствия встречного предоставления, направленности сделок на причинение вреда кредиторам - никем из сторон в рамках дела № 2-70/2020 не заявлялись, и судом общей юрисдикции не оценивались.

Доказательств того, что денежные средства в соответствии с условиями договора были предоставлены безналичным путем, не имеется; обратное подтверждается выпиской по банковскому счету должника,

Достаточных доказательств того, что денежные средства были переданы в кассу, отсутствуют. Квитанция к приходному кассовому ордеру от 14.10.2019 № 1491, на которую имеется ссылка в решении суда по делу №2-70/2020, в материалы настоящего обособленного спора не представлена. Мотивы, по которым денежные средства передавались наличными, с нарушением условий договора о зачислении займа на счет должника – ответчиком не раскрыты. Каких-либо доказательств (помимо приходного кассового ордера), подтверждающих фиксацию поступления и расходования денежных средств, путем отражения таких операций в кассовой книге, полученных должником по договорам займов, материалы дела не содержат.

Согласно позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в постановлении от 04.11.2011 № 6616/11, при наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права истребовать от займодавца документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Учитывая, что в отношении должника введена процедура банкротства, для установления факта действительной передачи займодавцем должнику денежных средств, самого по себе наличия квитанции к приходному кассовому ордеру должника недостаточно для того, чтобы считать обязательства по возврату займа установленными.

В соответствии с указанными выше разъяснениями, суду необходимо также установить, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д., поскольку только совокупность установленных судом обстоятельств в целом позволяет определить достоверность факта передачи должнику наличных денежных средств.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (в том числе по представлению доказательств в обоснование своих возражений).

Доказательства финансовой возможности ФИО4 на момент совершения сделки передачи наличными столь крупной для физического лица суммы займа - 605 000 руб., не представлены.

Судом первой инстанции также обоснованно учтено, что ФИО4 на дату предоставления займа являлся работником должника, его должностной оклад, отраженный в трудовом договоре, составлял 7 630 руб., что очевидно свидетельствует об отсутствии у него реальной возможности свободно выделить денежную сумму более 600 000 руб. передачи должнику.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что денежные средства по договору займа от 29.08.2019 в сумме 605 000 руб. ответчиком ФИО4 должнику не передавались.

Оценивая иные обстоятельства совершения сделки займа и ипотеки от 29.08.2019, суд первой инстанции правильно указал, на существенное отклонение поведения участников сделок от стандартного поведения обычных участников гражданских отношений:

- заем заключен на очень короткий срок, а именно: по договору от 29.08.2019, срок возврата займа 30.10.2019 (2 месяца). При этом, решением Подпорожского городского суда от 16.09.2020 по делу № 2-70/2020 установлено, что фактически займ был выдан на 2 недели;

- на дату совершения сделок, у должника уже имелись признаки неплатежеспособности, в том числе, в публичном доступе (на сайте «Картотека арбитражных дел») были уже размещены сведения о предъявлении к должнику исков, впоследствии удовлетворенных судом, требования по которым включены в реестр требований кредиторов суда;

- какие-либо проценты за пользование заемными средствами или ответственность за невозврат займа в договоре установлены не были;

- ответчик не представил пояснений, в чем состоял экономический смысл и разумные мотивы выдачи займа должнику, с учетом указанных условий займа, не характерных для такого рода сделок.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией первой инстанции о том, что заключение исследуемых договоров преследовало противоправную цель – вывода ликвидного имущества должника.

Так, ФИО4, незамедлительно после истечения срока возврата займа, обратился в суд общей юрисдикции с иском о взыскании суммы займа и об обращении взыскания на предмет залога.

С учетом того, что должник в лице генерального директора, относительно реальности получения денежных средств не возражал, исковые требования были удовлетворены. Несмотря на то, что решение Подпорожского городского суда от 16.09.2020 по делу № 2-70/2020 было вынесено уже после введения в отношении должника процедуры наблюдения, ответчик ФИО4 соответствующее требование в рамках дела о банкротстве о включении в реестр требований кредиторов должника не заявил.

Решение Подпорожского городского суда от 16.09.2020 по делу №2-70/2020 оспорено в апелляционном порядке, вступило в законную силу 16.03.2021.

На основании указанных судебных актов, 14.05.2021 зарегистрирован переход прав собственности на предмет залога от должника к ФИО4

Непосредственно после этого, 19.05.2021 между ФИО4 и ИП ФИО6 заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества (часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенную по адресу 

<

...> д. 39, кадастровый номер 47:05:0401001:508).

Цена имущества по договору от 19.05.2021 составила 916 666 руб., оплата по сделке – в течение 1 года с даты заключения договора.

ФИО6 и ФИО4 доказательств оплаты по договору от 19.05.2021, равно как и пояснений относительного столь значительной рассрочки в оплате (оплата в течение года после заключения договора) – без обеспечения договора залогом или поручительством, не представили.

При этом, 04.06.2021 зарегистрирован переход прав собственности на данное имущество от ФИО4 к ФИО6

После чего, ФИО6 незамедлительно предприняты действия по дальнейшему отчуждению имущества в пользу незаинтересованных третьих лиц, что подтверждается размещением в публичном доступе в сети Интернет объявлений о продаже имущества, о чем конкурсным управляющим в материалы дела представлены документы (сведения с интернет-сайта «Авито»).

В связи с данными обстоятельствами, судом приняты обеспечительные меры в виде запрета регистрирующему органу совершать регистрационные действия в отношении данного недвижимого имущества.

Согласно поступившим в материалы дела по запросу суда из Росреестра копиям регистрационного дела на объект недвижимости - часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенную по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508, данное имущество в настоящее время зарегистрировано за ФИО6

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о безвозмездном выбытии имущества из конкурсной массы должника. 

Факт аффилированности сторон оспариваемых договоров подтверждается следующими обстоятельствами. 

Так, ФИО4 являлся работником должника в период заключения сделок, о чем представлен его трудовой договор.

ИП ФИО8 (основной вид деятельности: деятельность в области права) неоднократно заключал с ООО «Вознесенское жилищное хозяйство» договоры на оказание юридических услуг консультационного характера в рамках ведения экономической деятельности предприятия.

В материалы дела представлены соответствующие договоры от 21.12.2017, от 08.01.2018, от 12.03.2018, от 27.07.2018, от 07.11.2018, от 09.01.2019, от 06.03.2019, от 18.03.2019, от 10.04.2019, от 13.05.2019, от 21.05.2019.

Исходя из смысла указанных договоров, ФИО8 был подробно ознакомлен с финансовым положением должника и предоставлял должнику необходимые консультации в рамках ведения экономической деятельности предприятия.

Перечень лиц, которые в целях Закона о банкротстве признаются заинтересованными по отношению к должнику, арбитражному управляющему, кредиторам, установлен статьей 19 Закона о банкротстве.

Так, согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Вместе с этим согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура взаимоотношений искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать нестандартное поведение лиц в хозяйственном обороте, например, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В данном случае, доводы о наличии отношений у должника с ответчиками последними не опровергается, и подтверждено представленными конкурсным управляющим документами.

При этом, описанное выше поведение сторон очевидно отклоняется от стандартного поведения обычных (незаинтересованных) участников гражданского оборота и является недоступным для них, однако такое поведение легко может быть объяснено с учетом аффилированности и заинтересованности сторон.

Так, ФИО4, будучи физическим лицом, предоставил должнику - юридическому лицу заем, в значительной для физического лица сумме, без уплаты процентов, на очень короткий срок, при наличии у должника признаков неплатежеспособности. При этом факт передачи денег должнику материалами дела опровергается. На основании безденежного займа обращено взыскание на предмет залога – недвижимое имущество должника, фактически выбывшее из собственности должника безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Цели использования данного имущества у ответчика не имелось, поскольку сразу после регистрации за ФИО4 права собственности (через 2 недели), имущество реализовано ФИО6, по сделке, условия которой также значительно отклоняются от стандартных.

В частности, оплата по сделке не произведена, предоставлена значительная отсрочка в оплате – один год с даты заключения договора купли-продажи, без предоставления какого-либо обеспечения.

Такое условие абсолютно нехарактерно для договоров купли-продажи недвижимости между независимыми (незаинтересованными) участниками рынка, экономически не обосновано и не имеет под собой какого-либо разумного смысла.

Каких-либо пояснений об обстоятельствах заключения договора купли-продажи от 21.05.2021, причинах и мотивах его заключения и его условий стороны не представили.

Таким образом, поскольку данное поведение сторон существенно отклоняется от поведения независимых участников рынка, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о фактической аффилированности сторон оспариваемых сделок.

Все вышеуказанные обстоятельства отвечают диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 4 постановления №63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 7, 8 постановления №25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Как указал конкурсный управляющий, оспариваемые договоры являются последовательной цепочкой сделок по безвозмездному отчуждению недвижимого имущества должника. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 по делу №305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

По смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

С учетом указанных разъяснений, основными признаками взаимосвязанности сделок являются: единство экономической цели сделок, взаимовлияние и взаимозависимость одной сделки от другой, отсутствие самостоятельных прав и обязанностей, порождаемых одной сделкой без учета другой, единый субъектный состав либо взаимосвязанность сторон сделки, единая правовая природа сделок, однородность сделок, незначительный период времени между заключением сделок или одновременность их совершения.

В рассматриваемом случае, обстоятельства заключения оспариваемых сделок свидетельствует о том, что они взаимосвязаны, совершены в короткий промежуток времени аффилированными лицами с целью отчуждения одного и того же недвижимого имущества; ответчики не имели намерения владеть спорным имуществом, поскольку оно выбыло из собственности первого ответчика в течение 2 недель, а второй ответчик немедленно после получения имущества предпринял меры по поиску новых покупателей на него.

При изложенных обстоятельствах, цепочка взаимосвязанных сделок - договор беспроцентного займа от 29.08.2019 №1, договор об ипотеке недвижимого имущества от 29.08.2019 №1, договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.05.2021, является единой ничтожной сделкой, по безвозмездному отчуждению имущества должника в пользу ФИО6 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Исходя из пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку оспариваемые договоры являются недействительными, суд первой инстанции обоснованно применил последствия недействительности единой ничтожной сделки, прикрывающей цепочку взаимосвязанных сделок, в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника имущество: часть нежилого здания, общей площадью 791,6 кв.м., расположенную по адресу 

<

...> кадастровый номер 47:05:0401001:508.

По смыслу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В суде первой инстанции ответчик об истечении срока исковой давности, в том числе и в своих письменных возражениях не заявлял (том материалов дела 7, лист дела 102).

Таким образом, суд первой инстанции был лишен возможности проверить вопрос об истечении срока исковой давности при рассмотрении спора ввиду отсутствия соответствующего заявления.

Суд апелляционной инстанции в свою очередь не обладает на это полномочиями, поскольку спор уже разрешен по существу и вынесен итоговый судебный акт.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 06.12.2021 по делу №  А56-50654/2020/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

Е.В. Бударина

 М.Г. Титова