ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-222637/19

27 марта 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2023 года

Полный текст постановления изготовлен  27 марта 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2, дов. от 08.07.2022,

от ФИО3 – ФИО2, дов. от 18.11.2021,

от ФИО4 – ФИО2, дов. от 19.05.2022,

от АКБ «ПЕРЕСВЕТ» - ФИО5, дов. от 10.03.2023,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу АКБ «ПЕРЕСВЕТ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 03 октября 2022 года

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 12 декабря 2022 года

по заявлению АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО) 

о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интегро Риал Эстейт»,

по делу о несостоятельности (банкротстве) 

ООО «Интегро Риал Эстейт», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 30.07.2020 ООО «Интегро Риал Эстейт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 08.08.2020 № 141.

Определением суда от 29.06.2022 конкурсное производство в отношении должника завершено.

14.06.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного кредитора АКБ «Пересвет» (ПАО) о солидарном привлечении ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 228 389 559,07 руб. (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 03.10.2022, Арбитражный суд города Москвы заявление конкурсного кредитора АКБ «Пересвет» (ПАО) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интегро Риал Эстейт» удовлетворил частично, привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интегро Риал Эстейт» ФИО4 на сумму 228 389 559,07 рублей. Взыскал с ФИО4 в порядке субсидиарной ответственности в пользу АКБ «Пересвет» (ПАО) денежные средства в размере 228 389 559,07 рублей.

В удовлетворении оставшейся части требований отказал.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 декабря 2022 года определение оставлено без изменений.

Не согласившись с вынесенным судебными актами, АКБ «Пересвет» (ПАО) обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит определение и постановление отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1, ФИО7 и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от ФИО3, ФИО1, поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228–ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет–сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

С учетом изложенного, проверка законности и обоснованности судебного акта осуществляется судом кассационной инстанции в обжалуемой части.

В судебном заседании представитель АКБ «Пересвет» (ПАО) доводы жалобы поддержал; представитель ответчиков возражал против удовлетворения жалобы, поддержал доводы отзывов.

Обсудив доводы кассационных жалоб и отзывов, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127– ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как следует из материалов дела и установлено судами нижестоящих инстанций, Как установлено судом первой инстанции, контролирующими должника лицами в разные периоды времени являлись:

- ФИО3 - руководитель должника в период с 24.11.2011 по 02.10.2015, участник с 100% долей в уставном капитале с 24.11.2011 по 22.09.2015,

- ФИО7 - руководитель должника в период с 02.10.2015 по 25.10.2016, участник с 100% долей в уставном капитале с 22.09.2015 по 13.12.2016,

- ФИО1 - руководитель должника в период с 25.10.2016 по 09.08.2018, участник с 100% долей в уставном капитале с 13.12.2016 по 14.08.2018.

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности указано на не принятие мер по истребованию дебиторской задолженности с ООО «Асгард».

В отношении ответчиков ФИО7, ФИО1, ФИО4 кредитором также указано на неисполнение обязанности по подаче заявления о признании ООО «Интегро Риал Эстейт» несостоятельным (банкротом).

Из заявления кредитора следует, что обязанность по подаче заявления возникла после 31.10.2016 в связи с возникновением задолженности перед АКБ «Пересвет».

Суд первой инстанции, с выводом которого согласился суд апелляционной инстанции, указал на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства возникновения у должника неисполненных обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, кредитором не приведены достаточные доказательства для привлечения ФИО7, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

В отношении довода о непринятии мер по истребованию дебиторской задолженности, судами отмечено следующее.

Из заявления кредитора следует, что между должником и Банком заключены кредитный договор от 14.07.2015 № 646-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 11.07.2016), кредитный договор от 17.08.2015 № 779-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 12.08.2016), кредитный договор от 14.09.2015 № 889-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 09.09.2016). Полученные в рамках указанных кредитных договором денежные средства перечислены должником в пользу ООО «Асгард».

Ответчиками не предприняты меры по истребованию у ООО «Асгард» денежных средств, что привело к уменьшению конкурсной массы.

Вменяемые кредитором в вину ответчиком действия совершены до появления в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» главы III.2 (включая положения статьи 61.10 Закона о банкротстве), в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался статьей 10 Закона о банкротстве. По этой причине в рассматриваемом случае следует применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями статьи 2 (абзац 34) и части 4 статьи 10 Закона о банкротстве, «контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника.

ФИО3 являлся генеральным директором ООО «ИНТЕГРО РИАЛ ЭСТЕЙТ» с 24.11.2011 года по 02.10.2015. ФИО3 также был участником в уставном капитале ООО «ИНТЕГРО РИАЛ ЭСТЕЙТ» в период с 24.11.2011 по 22.09.2015.

Заявление о признании ООО «ИНТЕГРО РИАЛ ЭСТЕЙТ» банкротом принято 29.08.2019 (определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.08.2019 по делу № А40-222637/19)

Следовательно, временной критерий для определения лица контролирующим должника согласно старой редакции Закона о банкротстве (2 года - ст. 2, п. 4 ст. 10) и согласно новой редакции Закона о банкротстве» (3 года - ст. п. 1 ст. 61.10), истек к моменту подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лица.

Вопреки доводам жалобы, указанные кредитором действия были совершены до появления в Законе о банкротстве главы III.2 (включая положения ст. 61.10 Закона о банкротстве), в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался ст. 10 Закона о банкротстве. По этой причине в рассматриваемом случае следует применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией Закона о банкротстве, и новые процессуальные нормы.

В соответствии с положениями ст. 2 и ч. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в ранее действующей редакции), контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

При обращении с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по долгам предприятия заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) директор довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 06.11.2012 № 9127/12, ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона «О банкротстве», является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о  банкротстве.

Таким образом, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между действиями бывшего руководителя должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве указано, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действии и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Исходя из п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве и из разъяснений, изложенных в вышеназванных Постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности необходима совокупность следующих условий:

- наличие у них права давать обязательные для предприятия указания либо возможности иным образом определять действия предприятия;

- совершать действия, свидетельствующие об использовании такого права и (или) возможности;

- наличие причинно-следственной связи между использованием ими своих прав и (или) возможностей в отношении предприятия и наступлением несостоятельности (банкротства) предприятия; недостаточность имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Интегро Риал Эстейт» осуществляло инвестиционную деятельность являясь соинвестором строительства Объектов.

Так, между ООО «Интегро Риал Эстейт» (соинвестор) и ООО «АСГАРД» (инвестор) заключены следующие договоры соинвестирования строительства жилого дома, расположенного по строительному адресу: Московская область, Красногорский район, восточнее мкр. Опалиха г. Красногорска:

- договор инвестирования от 07.09.2015 № 0004-151/15-АН на сумму 72 700 000 руб.;

- договор инвестирования от 10.07.2015 № 0001-151/15-АН на сумму 50 000 000 руб.;

- договор инвестирования от 04.08.2015 № 0002-151/15-АН на сумму 70 500 000 руб.

Для оплаты обязательств по указанным договорам между должником и Банком заключены кредитный договор от 14.07.2015 № 646-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 11.07.2016), кредитный договор от 17.08.2015 № 779-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 12.08.2016), кредитный договор от 14.09.2015 № 889-15/КЛ (с учетом дополнительного соглашения от 09.09.2016).

Полученные в рамках кредитных договоров денежные средства были направлены на оплату соинвестирования строительства недвижимости.

Все расчеты между конкурсным кредитором, ООО «Интегро Риал Эстейт», ООО «АСГАРД» производились через расчетные счета, открытые у конкурсного кредитора.

Следовательно, полностью контролировались АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО).

Таким образом, утверждение конкурсного кредитора о том, что целью перечислений по договорам инвестирования был вывод ликвидных активов должника, является необоснованным.

Как указано выше, денежные средства были выданы Банком на оплату договоров, связанных с соинвестированием по целевым кредитным договорам и направлены в соответствии с целью кредитов на оплату указанных договоров. Указанные кредитором сделки совершены в рамках обычной предпринимательской деятельности ООО «Интегро Риал Эстейт», целью которых было финансирование инвестирования строительства Объектов, а не причинение имущественного вреда и убытков кредиторам.

Ссылки конкурсного кредитора на отсутствие встречного исполнения по указанным договорам, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку согласно условиям, заключенных договоров соинвестирования (п. 5.1) инвестор обязан был передать готовые жилые объекты в собственность ООО «Интегро Риал Эстейт» в течение 3-х месяцев после сдачи объектов в эксплуатацию. При этом, ориентировочный срок сдачи объектов инвестирования в эксплуатацию - 31.12.2016, а передача готовых объектов недвижимости в собственность ООО «Интегро Риал Эстейт» по актам сдачи-приемки - 31.03.2017.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о том, что ни у ФИО3, ни у ФИО7 не было оснований для истребования уплаченных в рамках договоров соинвестирования денежных средств с ООО «АСГАРД».

Согласно п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за убытки, причиненные юридическому лицу, также несут лица, имеющие фактическую возможность определять действия юридического лица и давать указания лицам, которые в силу учредительного документа могут выступать от имени юридического лица.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами в период исполнения ими обязанностей руководителя должника от имени должника действия (бездействие) необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Из представленного в материалы дела нотариально заверенного заявления ФИО4, а также его пояснений данных в ходе судебного заседания, следует, что фактическое руководство ООО «Интегро Риал Эстейт» осуществлял именно он. Под контролем и по указанию ФИО4 создан ряд компаний, в том числе и ООО «Интегро Риал Эстейт», которые входили в один холдинг ГК «ПЕРЕСВЕТ». У группы компаний была единая бухгалтерия, финансовый отдел, отдел кадров.

Учитывая изложенное, фактическое руководство хозяйственной деятельностью созданных по указанию ФИО4 юридических лиц осуществлялось им, то есть конечным бенефициаром ООО «Интегро Риал Эстейт» являлся ФИО4

Вступившими в законную силу судебными актами по делам № А40-269251/18-88-332»Б» (ООО «ГРАНУЛА»), А40-308752/18-185-392»Б» (ООО «СОГЛАСИЕ»), А40-273912/18-103-253»Б» (ООО «МОДИМАКС»), А40-285536/18-185-368»Б» (ООО «ГАРАНТ»), А40-24892/19-78-29»Б» (ООО «ГОРОДОК»), А40-312579/18-70-379Б (ООО «ОЛИГА»), А40-14501/19-44-16»Б» (ООО «АТОЛЛ-КАПИТАЛ»), А40-309323/18-183-234 (ООО «САНСАРА»), А40-17804/19-109-1 (ООО «САФИНА»), А40-309323/18-183-234 (ООО «ОСНОВА»), А40-270185/18-38-100»Б» (ООО «РОКФОР»), А40-267920/18-178-369»Б» (ООО «ПОТЕНЦИАЛ»), А40-270147/18-101-337 (ООО «КРОН»), А40-297657/18-178-405»Б» (ООО «ИСКРА»), А40-307175/18 (ООО «ШАНТИ») установлено, что ФИО4 являлся фактическим руководителем и контролирующим лицом компаний, входящих в состав группы компаний «Пересвет», при этом компании имели расчетные счета в АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО), кредитные договоры заключались с одобрения и согласия АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО); АКБ «ПЕРЕСВЕТ» (ПАО) не предъявляло претензий касательно исполнения договоров и платежеспособности компаний.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу, что финансовыми операциями в компаниях, входящих в состав ГК «Пересвет», в том числе и ООО «ИНТЕГРО РИАЛ ЭСТЕЙТ», и руководство осуществлялось ФИО4

Доказательства наличия возможности у ФИО3, ФИО7, ФИО1 фактически осуществлять руководство деятельностью общества в материалы дела не представлены.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь в обжалуемой части с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в деле доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

Вопреки доводам жалобы, в материалы дела не представлены бесспорные доказательства, подтверждающие причинение имущественного вреда кредиторам должника действиями ФИО3, ФИО7, ФИО1, а также не опровергнуты выводы судов о том, что фактически руководство деятельностью общества осуществлял исключительно ФИО4

Более того, сделки, на которые ссылается кассатор, не были признаны сделками, причинившими ущерб кредиторам должника и не повлияли на платежеспособность должника.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по обособленному спору и с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для его рассмотрения обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иное толкование заявителями норм материального и процессуального права, а равно иная оценка представленных в материалы дела документов не является предусмотренным положениями статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлены, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 284, 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 03 октября 2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 декабря 2022 года по делу № А40-222637/2019 в обжалованной части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 В.З. Уддина

 

Судьи:                                                                                              В.Л. Перунова

 

                                                                                                          Н.Н. Тарасов