ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-8260/2021, 10АП-9111/2021

Дело № А41-14056/17

28 мая 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  26 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 мая 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 23.01.20,

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 15.04.21,

конкурсный управляющий ООО "СтройАльянс" ФИО6 - лично, предъявлен паспорт,

от остальных лиц: не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Шарова И.И., конкурсного управляющего ООО "СтройАльянс" Бондарева В.А. на определение Арбитражного суда Московской области  от 16 апреля 2021 года по делу №А41-14056/17,

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО7, ФИО2, ФИО4, ООО "АСВТ Холдинг", ФИО8, ФИО9, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу о банкротстве ООО "СтройАльянс",

УСТАНОВИЛ:

ООО "Гипробиосинтез" обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ООО "СтройАльянс" (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 марта 2017 года заявление принято к производству суда. 

Определением суда от 25 мая 2017 года требования ООО «Гипробиосинтез» к должнику на общую сумму 983 481,62 руб. признаны обоснованными, в отношении ООО "СтройАльянс" введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО10 (член Союза СРО АУ «Северо-Запада"). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 22 января 2018 г. ООО "СтройАльянс" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО6, член Ассоциации "МСО ПАУ". 

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: бывших руководителей должника ФИО7, ФИО2, участников должника ФИО11, ООО "АСВТ Холдинг", ФИО9, ФИО4 как руководителя одного из участников должника (ООО "АСВТ Холдинг").

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2021 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтройАльянс». В привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО4, ООО "АСВТ Холдинг", ФИО9 отказано. Рассмотрение заявления приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

ФИО2, не согласившись с принятым судебным актом в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела. 

Не согласившись с принятым судебным актом в части отказа в привлечении ФИО8 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий также обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой. 

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В отсутствие возражений лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемых заявителями частях.

Законность и обоснованность определения суда в обжалуемых частях проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266 - 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие представителей не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п.1 ст.61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ООО "СтройАльянс" было создано в мае 2009 г. и занималось строительством жилых и нежилых зданий, автомобильных дорог, автомагистралей, мостов, тоннелей, иных объектов. 

Руководителями общества в разные периоды времени являлись следующие лица: 

- в период с 10.08.2015 г. по 21.12.2016 г. - ФИО7, также исполнял обязанности главного бухгалтера должника, 

- в период с 22.12.2016 г. по 16.01.2018 г. (дату открытия конкурсного производства) – ФИО2.

Участниками должника являлись: 

- с 2014 г. по настоящее время - ФИО8 с долей в 25 %, 

- с 01.08.2014 г. по 28.02.2016 г. - ООО "АСВТ Холдинг" с долей в 75 %, а с 29.02.2016 г. по настоящее время с долей в 25 %, 

- с 29.02.2016 г. по настоящее время - ФИО9. 

Руководителем участника ООО "АСВТ Холдинг" являлась ФИО4.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, в обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на положения ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», указав на невыполнение бывшими руководителями общества обязанности по сохранению и передаче документации  должника конкурсному управляющему. 

Конкурсный управляющий указал, что не имеет возможности предпринять все необходимые меры по формированию конкурсной массы. Осложнено, а в части и невозможно, проведение инвентаризации имущества должника, истребование дебиторской задолженности, выявление оспоримых сделок. 

В отношении ответчика ФИО2 управляющий указал на не передачу ему документации, в том числе первичной о деятельности общества. Кроме того, указал, что ФИО2 приговором суда признан виновным по п. "б", ч. 2, ст. 173.1 УК РФ за незаконное образование юридического лица через подставных лиц группой лиц по предварительному сговору. Согласно приговору суда ФИО2 позволил зарегистрировать себя в качестве номинального директора общества-должника, на самом деле деятельностью общества не занимался, документы не получал, расчетным счетом не распоряжался. 

В отношении ФИО7 заявлено о привлечении к ответственности за не передачу бухгалтерской и иной документации о деятельности общества, не передачу оборудования, имущества, товарно-материальных ценностей должника, не обеспечение их сохранности, а также неисполнение им обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Конкурсный управляющий ссылается на убыточные сделки должника, совершенные 01.11.2016 г. ФИО7, в результате которых у должника выбыло имущество стоимостью свыше 21 000 000 руб., ранее задействованное в основной производственной деятельности должника, асфальтовый завод, газопровод, железнодорожные пути с разгрузочной эстакадой. 

После продажи основных активов предприятие фактически прекратило какую-либо деятельность при наличии значительных неисполненных обязательств. 

По мнению конкурсного управляющего, ФИО4 осуществляла фактическое руководство обществом, контролировала всю хозяйственную деятельность, распоряжалась денежными средствами общества, получала выгоду от недобросовестных контрагентов должника. Это следует из показаний свидетелей ФИО12 (бывшего бухгалтера общества), ФИО7 (бывшего директора до 2.12.2016 г.), данных в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО2 ФИО4, будучи бухгалтером ЗАО "Михалково", подписывала письма об оплате должником за ЗАО "Михалково" различных платежей. В 2015-2016 гг. должник также перечислил денежные средства в пользу ЗАО" Михалково" в качестве авансов за строительные материалы, которые не были поставлены должнику. Таким образом, подконтрольное ФИО4 общество получило выгоду за счет должника. В тот же период времени со счета должника на счет ООО "АСВТ Холдинг" производились перечисления денежных средств на сумму свыше 3 000 000 руб. без встречного равноценного предоставления. 

Заявитель указал, что незаконная деятельность ФИО7 и ФИО4 привела к банкротству общества. Указанные лица, зная о несостоятельности должника по итогам 2016 г., не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества. 

Заявитель отметил, что ФИО8 в 2015-2016 гг. также являлся директором ЗАО "Сергиево-Посадский Автодор", за которое должник оплачивал денежные средства в 2015-2016 гг. различным контрагентам на сумму свыше 6 600 000 руб. По мнению конкурсного управляющего, участники должника ФИО8, ФИО9, ООО "АСВТ Холдинг" и руководитель общества "АСВТ Холдинг" ФИО4 не исполнили обязанность по обращению в суд за банкротством и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции пришел к выводу о привлечении ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, установив, что в материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении единоличными исполнительными органами должника, сменявшими друг друга в лице ФИО7, ФИО2 своих обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. Суд указал в своем определении, что являясь номинальным руководителем должника, ФИО2 не утратил возможность для восстановления бухгалтерской и иной первичной документации Общества.

Также суд первой инстанции указал, что конкурсным управляющим не доказано, что ответчики ФИО4, ФИО8 являются лицами, определявшими и контролировавшими деятельность должника, получившими за счет имущества должника незаконную выгоду, в связи с чем, в удовлетворении заявления в части привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности суд отказал.

Также суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО "АСВТ Холдинг" и ФИО9 за не подачу в суд заявления о признании ООО "СтройАльянс" банкротом.

ФИО2, обжалуя определение суда в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в своей апелляционной жалобе со ссылкой на вступивший в законную силу приговор суда, указывает на то, что уполномоченные участники должника не имели намерений назначать ФИО2 директором ООО "СтройАльянс", а протокол внеочередного собрания участников Общества №2/2016 от 21.12.16 о его назначении на должность генерального директора является ничтожным, какая-либо бухгалтерская или иная документация ФИО2 не передавалась.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции о  привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника законными и обоснованными, доводы заявителя апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования.

При этом, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что обстоятельства, с которыми заявитель связывает наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности имели место 22.01.2018 (дата вынесения судом решения о признании должника банкротом и введения в отношении не процедуры конкурсного производства), в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона №266 от 29.07.2017.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность, предусмотренную действующим законодательством Российской Федерации. После открытия конкурсного производства бухгалтерская и иная документация, материальные и иные ценности, печати и штампы должника конкурсному управляющему не передавались. 

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. 

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно. 

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве). 

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов. 

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. 

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации. 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: 

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; 

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. 

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице. 

Исходя из смысла указанной нормы, арбитражный суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства.

Как следует из материалов дела, установлено судом и указывалось выше, ООО "СтройАльянс" признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда Московской области от 22 января 2018 года (резолютивная часть решения суда объявлена 16.01.2018). 

Указанным решением на руководителя должника судом возложена обязанность в трехдневный срок передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

ФИО2 являлся руководителем должника в период с 22.12.2016 г. по 16.01.2018 г. (дата оглашения судом резолютивной части решения о признании должника банкротом и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства). 

Следовательно, ФИО2, являясь последним руководителем должника вплоть до введения в отношении ООО "СтройАльянс" процедуры конкурсного производства, обязан был исполнить решение суда и в трехдневный срок передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

Как верно указал суд первой инстанции, в материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении единоличным исполнительным органом должника ФИО2 своих обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. Указанное лицо не проявило должной степени ответственности и осмотрительности, не обеспечило сохранность имущества и бухгалтерской документации должника, что впоследствии привело к невозможности проведения инвентаризации, оценки и продажи имущества должника (формирования конкурсной массы) для удовлетворения требований кредиторов в ходе проведения процедуры конкурсного производства и тем самым нанесло ущерб их интересам.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно признал вину ФИО2 по заявленному основанию доказанной, в связи с чем, удовлетворил заявление конкурсного управляющего в данной части, привлек ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционная коллегия считает, что суд первой инстанции со ссылкой на п.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обоснованно признал несостоятельным довод ФИО2 о номинальном характере его полномочий.

Так, согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов. 

Как верно указал суд первой инстанции ФИО2, будучи номинальный руководителем, не утратил возможность для восстановления бухгалтерской первичной документации, однако каких-либо действий к этому не совершал. В ходе судебного разбирательства ФИО2 не предоставил информацию, с раскрытием которой закон связывает объем ответственности.

Ссылка ФИО2 на вступивший в законную силу приговор суда, в котором установлено, что протокол внеочередного общего собрания участников ООО "СтройАльянс" от 21.12.16 №2/2016, которым ФИО2 был назначен генеральным директором общества, является ничтожным, подписи от имени участников  поддельные, признается апелляционной коллегией несостоятельной. Приговор суда в данном случае не может являться основанием для не привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. В представленном же приговоре также установлено, что ФИО2, являясь генеральным директором должника, действуя умышленно,  осуществлял действия по выдаче доверенности от имени должника для внесения в ЕГРЮЛ сведений о подставном лице, совершал представление в регистрирующий орган, осуществляющий регистрацию юридических лиц данных, повлекших внесение в ЕГРЮЛ сведений о подставном генеральном директоре ООО "СтройАльянс". Кроме того, апелляционный суд отмечает, что свои обязанности в качестве директора общества ФИО2 исполнял более года.

Надлежащих, допустимых и бесспорных доказательств того, что ФИО2 не обладал документацией должника, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

Доводы заявителя проверены апелляционным судом и отклонены как необоснованные, в связи с чем, апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Обжалуя определение суд в части отказа в привлечении ФИО4 и ФИО13 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должником в своей апелляционной жалобе указывает на то, что ФИО4 осуществляла фактическое руководство обществом, контролировала всю хозяйственную деятельность, распоряжалась денежными средствами общества, получала выгоду от недобросовестных контрагентов должника. 

Указанное обстоятельство, по мнению управляющего, следует из показаний свидетелей ФИО12 (бывшего бухгалтера общества), ФИО7 (бывшего директора до 2.12.2016 г.), данных в ходе производства по уголовному делу в отношении ФИО2 ФИО4, будучи бухгалтером ЗАО "Михалково", подписывала письма об оплате должником за ЗАО "Михалково" различных платежей. В 2015-2016 гг. должник также перечислил денежные средства в пользу ЗАО" Михалково" в качестве авансов за строительные материалы, которые не были поставлены должнику. Таким образом, подконтрольное ФИО4 общество получило выгоду за счет должника. В тот же период времени со счета должника на счет ООО "АСВТ Холдинг" производились перечисления денежных средств на сумму свыше 3 000 000 руб. без встречного равноценного предоставления. 

По мнению управляющего, в том числе, незаконная деятельность ФИО4 привела к банкротству общества. ФИО4, зная о несостоятельности должника по итогам 2016 года, не исполнила обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО "СтройАльянс".

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО8 в 2015-2016 гг. также являлся директором ЗАО "Сергиево-Посадский Автодор", за которое должник оплачивал денежные средства в 2015-2016 гг. различным контрагентам на сумму свыше 6 600 000 рублей, тем самым был осуществлен вывод ликвидных активов общества. 

В силу пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Апелляционная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что конкурсный управляющим не представил надлежащих и допустимых доказательств того, что ФИО4 и ФИО8 являются контролирующими должника лицами по смыслу положений ст. 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

Из материалов дела следует, что ФИО8 являлся участником должника с долей участия в размере 25 %.

ФИО4 являлась руководителем участника ООО "АСВТ Холдинг" с долей участия в размере 25%.

По смыслу п.3.1 ст.9, ст. 61.10, п.1 ст. 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющее руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказано, что ответчики ФИО4, ФИО8 являются лицами, определявшими и контролировавшими деятельность должника, получившими за счет имущества должника незаконную выгоду.

Доводы заявителя жалобы о безвозмездных перечислениях денежных средств со счета должника в пользу иных обществ ООО "АСВТ Холдинг" и "Сергиево-Посадский Автодор", ЗАО «Михалково», связанных с ФИО4 и ФИО8, не могут быть признаны таковыми доказательствами. Указанные заявителем перечисления по своим характеристикам, назначению платежей не отличаются от обычной хозяйственной деятельности, не имеют существенного значения для масштабов деятельности должника и совершены в пользу иных хозяйствующих субъектов, а не лично ответчиков. Доказательств того, что упомянутые перечисления были произведены в отсутствие правовых оснований, материалы дела не содержат. Вместе с тем, неисполнение договорных обязательств со стороны контрагентов должника (нарп. непоставка оплаченного товара) влекут иные последствия, предусмотренные гражданским законодательством. В связи с чем, доводы о личной выгоде ФИО4, ФИО8 являются предположительными.

Также конкурсным управляющим в нарушении требования ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, предусмотренные Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, а именно доказательства того, что сделки, заключенные указанными лицами и перечисления по ним являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок.

В свою очередь, доводы кредитора, изложенные в письменных пояснениях, о том, что платежи по сделкам осуществлялись с предпочтением в пользу аффилированных лиц, что влечет их недействительность применительно к ст. 61.3 Закона о банкротстве, подлежат отклонению.

Доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния Должника, в материалах обособленного спора отсутствуют.

Вместе с тем, если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Таких правовых оснований в заявлении конкурсного управляющего не приведено.

Кроме того, суд отмечает, что в материалах дела не содержится доказательств того, что ФИО4 являлась выгодоприобретателем по каким-либо сделкам должника, равно как и доказательств того, что она принимала решения об одобрении сделок. Такие доказательства апелляционному суду в рамках проверки доводов апелляционной жалобы конкурсным управляющим не представлено.

Доказательств того, что ФИО4 обладала документацией в отношении ООО "СтройАльянс", в материалы дела и апелляционному суду не представлено. Кроме того, апелляционный суд отмечает, что субсидиарную ответственность за не передачу документации управляющему при доказанности совокупности обстоятельств несет руководитель должника, а не его участники.

В свою очередь, Закон установивший обязанность участников должника по принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве и ответственность участников за непринятие данного решения вступил в действие с 31.07.2017 г. В этой связи вменение этого нарушения учредителям ФИО8, и ФИО4, не принявшим соответствующее решение в декабре 2016 г., как основания субсидиарной ответственности недопустимо.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в нарушение ст. 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО4 ФИО8 являются контролирующими должника лицами, а их действия привели к банкротству Общества. 

Доводы том, что судом первой инстанции не дана правовая оценка обвинительному заключению, показаниям свидетелей, данным в рамках уголовного дела, отклонены судом, поскольку при рассмотрении арбитражными судами гражданско-правового спора преюдициальное значение имеет только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом (часть 4 статьи 69 АПК РФ). Обвинительное заключение не является основанием освобождения от доказывания обстоятельств, поскольку фактически содержит в себе обобщенную информацию о собранных доказательствах по уголовному делу. Таким доказательством не являются и показания свидетелей.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Учитывая установленные обстоятельства, приведенные в апелляционных жалобах доводы, судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, поскольку не свидетельствуют о незаконности и необоснованности судебного акта, соответственно, не являются основанием его отмены.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, апелляционной коллегией не установлено

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2021 года по делу №А41-14056/17 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи:

Н.Н. Катькина

В.П. Мизяк