ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-16674/2017, 18АП-16672/2017

Дело № А76-1225/2015

05 апреля 2018 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 апреля 2018 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В., 

судей Бабкиной С.А., Калиной И.В.,   

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.12.2017 по делу № А76-1225/2015 (судья Соколова И.А.).

В судебном заседании приняли участие представители:

- финансового управляющего ФИО4 – ФИО5 ФИО6 (паспорт, доверенность от 09.01.2018),

- ФИО4 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 08.06.2017 № 82 АА 0805842),

- ФИО8 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 07.06.2017 № 74 АА 3709095),

- ФИО2 – ФИО9 (паспорт, доверенность от 03.10.2017 № 74 АА 3845415),

- Федеральной налоговой службы - ФИО10 (паспорт, доверенность от 17.11.2017 № 21-18/006696),

- акционерного общества «Альфа Банк» - ФИО11 (паспорт, доверенность от 20.03.2017 № 5/1205Д), 

- финансовый управляющий ФИО4  ФИО5 (паспорт),

- ФИО3 (паспорт).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области по заявлению должника от 28.01.2015 возбуждено производство по делу о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ФИО4, должник) банкротом.

Определением суда от 07.05.2015 (резолютивная часть от 28.04.2015) в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение.

Решением суда от 24.02.2016 (резолютивная часть от 16.02.2016) в отношении должника введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО12.

Определением суда от 30.05.2016 (р.ч. от 24.05.2016) ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника; финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий ФИО5), член Ассоциации Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Финансовый управляющий ФИО5 26.09.2016 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит: признать договор дарения б/н от 06.08.2014 между ФИО4 и ФИО8 недействительным и применить последствия недействительности сделки; обязать ФИО8 возвратить в собственность ФИО4 38 объектов недвижимости, расположенных на земельном участке общей площадью 29 400 кв.м. по адресу: Челябинская область, г. Кыштым, Кыштымское участковое лесничество, квартал № 157, выдел 19.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2016 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены: ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3).

Впоследствии в судебном заседании 21.08.2017 финансовый управляющий просил привлечь третьих лиц ФИО2 и ФИО3 в качестве соответчиков по делу; уточнил заявленные требования, дополнив основания оспаривания сделок статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил признать недействительной совокупность следующих сделок:

- договор дарения от 06.08.2014, подписанный между ФИО4 (даритель) и ФИО8 (одаряемый),

- договор купли-продажи от 09.10.2014, подписанный между ФИО8 (продавец) и ФИО2 (покупатель),

- договор купли-продажи от 05.05.2016, подписанный между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель),

применить последствия недействительности сделки: истребовать спорное имущество из чужого незаконного владения ФИО3 для возврата в собственность ФИО4 (для включения в конкурсную массу). Указанные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); определением 21.08.2017 ФИО2 и ФИО3 привлечены к участию в деле в качестве ответчиков.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.11.2017 (резолютивная часть объявлена 15.12.2017) заявление финансового управляющего удовлетворено.

Не согласившись с указанным судебным актом, с апелляционными жалобами обратились ФИО2 и ФИО3

В апелляционной жалобе ФИО3 просит судебный акт отменить. Указывает на неполное исследование судом представленных в дело доказательств, полагает, что суд не принял во внимание результаты инвентаризации объектов. Согласно справке кадастрового инженера, на земельном участке отсутствует ряд объектов. В материалы дела представлены сведения о координировании ответчиком объектов, договор подряда на выполнение строительных работ, акты выполненных работ. Доводы истца об отсутствии эксплуатации базы ответчиком опровергаются материалами дела. Эксперт не произвел идентификацию, фотофиксацию объектов, не отразила физическое состояние объекта и производство внутренних объектов. Кроме того, ответчик не является арендатором земельного участка, стоимость указанного права расчету не подлежала. Неоднократно указывалось на отсутствие расчета объекта лит. И, необоснованно рыночная стоимость земельного участка суммирована со стоимостью объектов. Перед экспертом вопрос о стоимости земельного участка не ставился. Суд не дал оценки двум отчетам оценщика, представленным в дело. Судом необоснованно отказано в проведении экспертизы при наличии несогласия ответчика с выводами эксперта. Вопрос о мнимости сделок финансовым управляющим не ставился, судом на обсуждения не ставился. Было заявлено о пропуске срока исковой давности по иску к ФИО3 Все представленные истцом доказательства не проверены надлежащим образом. Ответчик указывает на то, что не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, никого из лиц, участвующих в деле, лично не знает. Кроме того, истцом были одновременно изменены предмет и основания иска. Полагает себя добросовестным приобретателем. Факт передачи денежных средств подтверждается расписками, сделка исполнена реально. Для покупки использовала личные сбережения, которые не хранила в банке. Спорное имущество является неликвидным, поэтому не использовалось в предпринимательской деятельности и не передавалось в залог. Представленные документы ОАО «Челябэнергосбыт» не соответствуют действительности, никаких оплат должник не осуществлял. Указывает, что реально исполненная сделка не может быть мнимой. Судом неоднократно нарушены нормы процессуального права: отказано в привлечении третьих лет, вызове свидетеля, приобщены доказательства без ознакомления с ними участников процесса.

ФИО2 просит определение отменить в части признания недействительными сделок с ним и ФИО3 полагает, что судом неверно определены обстоятельства, имеющие значение для дела. Не исследовалось соблюдение требований закона к оформлению сделок, факт ее исполнения, не установлено, какую сделку прикрывала оспариваемая сделка. Ответчик приобрел имущество у ФИО8, с которой ранее знаком не был, переход права зарегистрирован в установленном законом порядке, денежные средства переданы наличными по расписке. Приобретал недвижимость с целью вложения денежных средств, однако имущество требовало много времени и средств, в связи с чем принял решение о его продаже по цене приобретения, предложив ФИО3 Переоформление права аренды земельного участка это трудоемкая и затратная процедура, факт оформления договора аренды свидетельствует о реальности исполнения сделок. Оснований для критической оценки расписки ФИО8 у суда не имелось. ФИО2 не должен отслеживать представление налоговой отчетности продавцом. Кроме того, ФИО8 факт получения денежных средств не опровергает. Факт передачи денежных средств подтвержден документально. Ссылка на показания ФИО13, данные при рассмотрении иного дела недопустима. Денежные средства были внесены на счет в качестве пополнения счета. Последующее поведение сторон свидетельствует о реальности сделок. Кроме того, при рассмотрении спора судом допущены процессуальные нарушения, которые привели к принятию незаконного судебного акта. Заявитель не разграничил требования к каждому из ответчиков. Суд полагает, что все три сделки являются мнимыми, однако, по крайней мере, две сделки реально исполнены. Суд нарушил нормы процессуального права при рассмотрении ходатайства о допросе свидетеля. Финансовый управляющий ссылался на документы, не приобщенные к материалам дела, судом после заседания они были приобщены к материалам дела. Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле третьих лиц. Кроме того, судом неверно применены нормы материального права, не применена статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Все три сделки не могли быть рассмотрены в одном производстве. Также незаконно было отклонено ходатайство о проведении экспертизы по факту оценки заключения эксперта.

Судебное заседание 21.02.2018 было отложено на 29.03.2018.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда произведена замена в составе суда, судья Сотникова О.В. заменена судьей Калиной И.В. В связи с заменой в составе суда рассмотрение дела начато с самого начала.  

В судебном заседании податели жалоб поддержали свои доводы, просили судебный акт отменить. 

Представитель должника и ФИО8 с доводами апелляционных жалоб согласился.

Финансовый управляющий, представители Федеральной налоговой службы, акционерного общества «Альфа Банк» с доводами апелляционных жалоб не согласились, определение суда первой инстанции просят оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании к материалам дела приобщены возражения АО «Альфа-Банк», отзыв финансового управляющего на апелляционные жалобы.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  06.08.2014 между ФИО4 (даритель) и ФИО8 (одаряемый) был заключен договор дарения 38 объектов недвижимости, расположенных по адресу: Челябинская область, г. Кыштым, Кыштымское участковое лесничество, квартал № 157, выдел 19; стоимость имущества определена сторонами в размере 3,2 млн. руб. (п. 3 договора). Государственная регистрация права собственности ФИО8 на объекты спорного недвижимого имущества осуществлена 25.08.2014.

Между ФИО8 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 09.10.2014 был заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества: 38 объектов недвижимости, расположенных на земельном участке общей площадью 29400 кв.м. по адресу: Челябинская область, г. Кыштым, Кыштымское участковое лесничество, квартал № 157, выдел 19; стоимость имущества определена сторонами в размере 3,2 млн. руб. (п. 3.1 договора). Государственная регистрация права собственности ФИО2 на объекты спорного недвижимого имущества осуществлена 20.10.2014.

В пункте 1.3 договора указана категория земельного участка: земли лесного фонда с разрешенным использованием для культурно- оздоровительных целей на основании договора аренды лесного участка № 253/1212 от 08.10.2008.

Между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) 05.05.2016 был заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества: 38 объектов недвижимости, расположенных на земельном участке общей площадью 29400 кв.м. по адресу: Челябинская область, г. Кыштым, Кыштымское участковое лесничество, квартал № 157, выдел 19; стоимость имущества определена сторонами в размере 3,2 млн. руб. (п. 2.2.2 договора). Государственная регистрация права собственности ФИО3 на объекты спорного недвижимого имущества осуществлена 18.05.2016. 

В пункте 1.3 договора указана категория земельного участка: земли лесного фонда с разрешенным использованием для культурно-оздоровительных целей на основании договора аренды лесного участка № 253/1212 от 08.10.2008.

Согласно данным Росреестра, собственником имущества на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции, является ФИО3

Из материалов дела следует, что ФИО8 приходится матерью ФИО4, что не оспаривается лицами, участвующими в деле.

Согласно расписке от 09.10.2014 ФИО8 получила денежные средства от ФИО2 в размере 3,2 млн. руб.

Согласно распискам, ФИО2 получил денежные средства от ФИО3 29.04.2016 в размере 1,1 млн. руб., 18.03.2016  в размере 1 млн. руб., 05.05.2016 в размере 1,1 млн. руб. (всего 3,2 млн. руб.).

Ссылаясь на то, что оспариваемым сделками были нарушены права и законные интересы кредиторов, руководствуясь положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными. 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что участники всех сделок являются, так или иначе, заинтересованными по отношению друг к другу, должник фактически сохранял контроль над имуществом, сделки являются мнимыми, их совершение направлено на вывод имущества из конкурсной массы.

Изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, апелляционная коллегия не усматривает оснований для отмены судебного акта.

В соответствии с положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае договор дарения, а также последующие сделки были заключены менее чем за год до возбуждения в отношении должника процедуры банкротства (28.01.2015).

Факт безвозмездности указанного договора от 06.08.2014 между ФИО4 и ФИО8 следует из самого вида договора. Сделка заключена между заинтересованными лицами, в преддверии банкротства, что свидетельствует о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом доказывания факта причинения вреда кредиторам не требуется. 

Как разъяснено в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017), при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

Судом правомерно дана оценка всем оспариваемым сделкам в совокупности, так как имеются основания полагать, что фактически все три сделки являются последовательной цепочкой действий, направленной на достижение единого результата. 

Как следует из материалов дела, в подтверждение факта возмездного последующего приобретения ФИО2 и ФИО3 в материалы дела представлены расписки, свидетельствующие о последовательном приобретении имущества каждым за 3,2 млн. руб.

Согласно позиции, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

При рассмотрении дел о банкротстве на стороны возлагается бремя повышенного стандарта доказывания.

Согласно представленным в материалы дела справкам 2-НДФЛ, ФИО2 имел финансовую возможность для приобретения спорного имущества за 3,2 млн. руб., однако само по себе указанное обстоятельство не может являться для вывода о том, что денежные средства бесспорно были переданы ответчиком по расписке и получены  ФИО8

Так, ФИО8 сведения о получении дохода от реализации спорного имущества не отражены в налоговой декларации формы 3-НДФЛ за 2014 год. Кроме того, судом первой инстанции при рассмотрении иного обособленного спора в рамках настоящего дела установлено, что представитель ФИО8 пояснял об отсутствии у данного ответчика в спорный период собственных денежных средств, в доказательство чего были представлены расписки о том, что ФИО8 получала займы от ФИО13

Факт получения ФИО2 денежных средств от ФИО3 в размере 3,2 млн. руб. по распискам от 29.04.2016, 18.03.2016, 05.05.2016 также не подтверждается надлежащими доказательствами. 

Наличие у ФИО3 реальной финансовой возможности для оплаты приобретенного имущества не подтверждено документально.

Как правильно указал суд первой инстанции, наличие на праве собственности с 2003 года нежилого помещения само по себе не доказывает наличие свободных денежных средств в 2016 году, доход ФИО3 от сдачи имущества в аренду, отраженный в декларации формы 3-НДФЛ за 2016 год, составляет менее 1 млн. руб. и также не подтверждает наличие свободных денежных средств в размере 3,2 млн. руб. для выплаты ФИО2 Довод о наличии личных сбережений не подтвержден документально. 

Представленные ФИО2 банковские квитанции, свидетельствующие о внесении последним денежных средств на счет, не подтверждают факт того, что это денежные средства, переданные ему именно ФИО3 

Согласно материалам дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 501 138 883 руб. 33 коп., указанные требования вытекают из обязательств, возникших с мая 2014 года. 

Судом первой инстанции установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии косвенных признаков заинтересованности между всеми участниками оспариваемых сделок.

Так, имущество находилось в собственности ФИО8 в период с 25.08.2014 по 19.10.2014, в собственности ФИО2 в период с 20.10.2014 по 17.05.2016 менее трех лет. Доказательств сдачи соответствующих налоговых деклараций в материалы дела не представлено.

Сведений о том, что спорное имущество выставлялось к свободной продаже не имеется, ФИО2 не указал, как узнал о продаже спорного имущества, как установили его стоимость. ФИО3 приобрела имущество у ФИО2, не отрицает, что знает его в связи с ведением собственного бизнеса. Кроме того, ответчики не отрицали факт того, что, так или иначе, знакомы с П-выми. 

Так же судом установлен факт знакомства между должником и ответчиками в силу осуществления ими предпринимательской деятельности, участия обществах и представления интересов в суде. Указанные обстоятельства подтверждены материалами дела.

Судом также в качестве дополнительных доказательств приняты во внимание представленные в материалы дела и никем не оспоренные различные распоряжения должника относительно спорного имущества в период после заключения договора дарения, свидетельствующие о сохранении за должником в течение длительного периода после заключения договора дарения фактического контроля за спорным имуществом. О фальсификации данных документов в суде первой инстанции не заявлялось, оснований для отказа в принятии их как доказательств у суда не имелось.

Принимая во внимание наличие указанных доказательств, факт того, что финансовому управляющему документы должником переданы не были, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами, с целью вывода имущества должника из конкурсной массы в целях причинения вреда кредиторам. 

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из представленных в материалы дела документов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иных выводов.

При этом суд апелляционной инстанции также принимает во внимание следующее, ФИО4 спорное имущество было подарено матери в предбанкротный период. В короткий промежуток времени указанное имущество было продано ФИО8 ФИО2 по цене, существенно ниже рыночной, что подтверждается заключением эксперта № 026-05-00399 ЮУТПП, согласно которому рыночная стоимость 38 объектов недвижимости по стоянию на 09.10.2014 составляет: 10 637 000 руб., договором купли продажи этого имущество ФИО14, согласно которому стоимость имущества по состоянию на 17.03.2011 составила 7,1 млн. руб.; также договором залога от 19.10.2011, согласно которому спорное имущество было передано в ипотеку ПАО «Сбербанк России» с установлением общей оценочной стоимости предмета залога - 8,7 млн. руб. и общей залоговой стоимостью - 5,2 млн. руб. 

Уже после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства ФИО2 продал спорное имущество за сумму его покупки, что свидетельствует об отсутствии экономического смысла в свершении такой сделки, при условии осуществления им действий по переоформлению права аренды земельного участка; при этом, согласно заключению эксперта, рыночная стоимость имущества на 05.05.2016 составляла 10 842 000 руб. Фактически, совершая сделку 05.05.2016 ответчики пытались создать видимость добросовестного приобретения имущества ФИО3 Следует также учитывать тот факт, что должником в преддверии банкротства выведено 100% принадлежащего ему имущества, в том числе, по иным договорам дарения ФИО8 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» пришел к обоснованному выводу о том, что все три оспариваемые сделки являются мнимыми, совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с целью вывода активов должника при сохранении фактического контроля за ним. 

Ссылки ответчиков на то, что суд не указал, какую сделку прикрывали оспариваемые сделки, нельзя признать обоснованными, так как о притворности сделок вывода судом первой инстанции не сделано. 

Доводам ответчиков, изложенным заявителями в апелляционных жалобах, судом первой инстанции уже была дана надлежащая оценка.

Так, судом обоснованно указано на отсутствие оснований полагать, что должник не обладал признаками неплатежеспособности, ссылка на заключение эксперта по уголовному делу правомерно отклонена судом, так как сам факт возбуждения дела о банкротстве по заявлению должника спустя незначительный период после заключения договора дарения, свидетельствует о его неплатежеспособности.

Доводы подателей жалоб о том, что они не являются лицами, заинтересованными по отношению к должнику, также нельзя признать обоснованными. Действительно, исходя из положений статьи 19 Закона о банкротстве, признаки заинтересованности отсутствуют, однако, руководствуясь принципом повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, суд правомерно принял во внимание факт наличия косвенных признаков для вывода о наличии признаков заинтересованности между должником и ответчиками. 

Оспариваемые сделки правомерно рассмотрены в совокупности в деле о банкротстве должника, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». При этом довод о невозможности рассмотрения требования ко всем ответчикам в рамках дел о банкротстве, является ошибочным, так как Закон о банкротстве допускает рассмотрение нескольких сделок в одном обособленном споре к разным ответчикам в том случае, когда такие сделки фактически являются единой сделкой и подлежат оценке в совокупности.  

Относительно доводов о том, что судом неправомерно приняты во внимание выводы эксперта при наличии иных отчетов оценщиков никем не опровергнутых, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Как следует из экспертного заключения ЮУТПП № 026-05-00399, при проведении экспертизы применялись подходы: затратный, сравнительный, доходный; отдельно устанавливалась стоимость объектов недвижимости и земельного участка с учетом имущественных прав на него (право временного пользования - аренда сроком до 24.07.2046).

Судом первой инстанции обоснованно указано на отсутствие существенных нарушений, позволяющих не принимать заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства. Представленные в материалы дела рецензия и заключение специалиста наличие таких нарушений также не подтверждают. 

При указанных обстоятельствах выводы эксперта правомерно положены судом в основу судебного акта.  

Доводы о том, что часть объектов фактически отсутствует, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, так как в данном случае оценке подлежал предмет договора, при заключении которого стороны на отсутствие какого-либо объекта не указывали. Отсутствие в расчетах оценщика лит. И также не является основанием для признания заключения эксперта ненадлежащим доказательством, так стоимость остальных объектов уже свидетельствует о занижении цены сделки.

В отношении земельного участка выводы суда первой инстанции также являются верными.

Отчетам № 26р-05/2017 от 12.05.2017 (Приложение № 3) и  № 10-06-17 от 29.06.2017 (Приложение № 5) судом первой инстанции также дана надлежащая оценка 

Суд правомерно отклонил доводы ФИО3 о реальности сделки, так как все документы, подтверждающие фактическое владение и пользование спорным имуществом датированы с августа 2016 года по октябрь 2017 года, т.е. после возбуждения производства по настоящему обособленному спору. С 05.05.2017 никаких действий ответчиком в отношении спорного имущества не совершалось.

Судом также правомерно отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в споре, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Главного управления лесами Челябинской области и ЧОБУ Кыштымское лесничество, так как обжалуемым судебным актом права и законные интересы указанных юридических лиц не затронуты. 

Ходатайство о назначении экспертизы в целях проверки соответствия заключения эксперта ЮУТПП действующему законодательству об оценочной деятельности и о государственной судебно-экспертной деятельности также обоснованно отклонено судом первой инстанции, так как заключение эксперта является лишь одним из доказательств по делу, имеются иные доказательства, которые в своей совокупности позволяют сделать вывод о последующей реализации имущества по заниженной стоимости. Кроме того, указанный вывод является не единственным основанием для признания оспариваемых сделок недействительными.  

Ходатайство о допросе ФИО15 в качестве свидетеля правомерно отклонено судом, так как материалами дела подтверждается факт наличия обстоятельств, установленных частью 5 статьи 56 АПК РФ. 

Довод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованиям в отношении ФИО2 и ФИО3 правомерно отклонен судом первой инстанции со ссылкой на статью 181 Гражданского кодекса Российской Федерацию. Договор дарения оспорен в пределах годичного срока, установленного Законом о банкротстве, мнимые сделки совершены 06.08.2014, 09.10.2014, 05.05.2016, исполнение ничтожных сделок началось 06.08.2014, заявление об оспаривании сделки подано 26.09.2016 – в течение трехлетнего срока от начала исполнения первой ничтожной сделки.

Последствия недействительности сделок применены судом первой инстанции верно, в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб апелляционная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не установлено.

Судебные расходы распределяются в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.12.2017 по делу № А76-1225/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         С.В. Матвеева 

 

Судьи:                                                                               С.А. Бабкина 

 

И.В. Калина