ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

15.05.2023

Дело № А40-341502/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 мая 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 15 мая 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.

при участии в заседании:

от ООО «Огоджинская угольная компания»: ФИО1 по дов. от 10.01.2023

рассмотрев 04.05.2023 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Угольнопромышленная компания»

на определение от 30.12.2022

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 13.03.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

об отказе в признании недействительными сделок по перечислению должником в период с 11.02.2019 по 08.04.2019 в пользу ФИО2 денежных средств в общем размере 956 721,20 руб. по делу № А40-341502/19

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Угольнопромышленная

компания»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2021 в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 63 от 10.04.2021.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего, с учетом изменений, принятых в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительными сделок по перечислению должником в период с 11.02.2019 по 08.04.2019 в пользу ФИО2 денежных средств в общем размере 956 721,20 руб., а также о применении последствий недействительности этой сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Угольнопромышленная компания» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт, которым:

-признать недействительными платежи, совершенные в период c 13.02.2019 по 08.04.2019 со счета ООО «Угольнопромышленная компания» в адрес ФИО2 в общей сумме 956 721, 20 руб.;

-применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу ООО «Угольнопромышленная компания» с ФИО2 956 721, 20 руб.;

-взыскать в конкурсную массу ООО «Угольнопромышленная компания» с ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисленные по состоянию на 21.01.2022, в размере 176 672, 26 руб.;

-взыскать в конкурсную массу ООО «Угольнопромышленная компания» с ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму, подлежащую возврату (956 721, 20 руб.), за период с 22.01.2022 по дату фактического возврата денежных средств в размере, определяемом ключевой ставкой Банка России, действующей в соответствующие периоды.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что судами нарушена правильность применения норм материального и процессуального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела, утверждая, что суды не дали никакой оценки доводам о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве; суды не учли, что в рамках рассмотрения трудового спора (до возбуждения настоящего дела о банкротстве) суд общей юрисдикции не давал оценку совершенным платежам на предмет неравноценности встречного исполнения; имеются существенные противоречия между выводами, изложенными в решении суда общей юрисдикции и фактическими обстоятельствами, установленными в рамках дела о банкротстве; вопреки выводам судов  ответчик являлся аффилированным по отношению к должнику лицом, однако при оспаривании сделки по неравноценности доказывать данные обстоятельства не требуется.

Надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства конкурсный управляющий ООО «Угольнопромышленная компания» явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей этого лица.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru в сети "Интернет".

До судебного заседания от ООО «Огоджинская угольная компания», ФИО2 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебном заседании представитель ООО «Огоджинская угольная компания» в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом, в период с 11.02.2019 по 08.04.2019 должником в пользу ответчика были осуществлены перечисления денежных средств на общею сумму 956 721,20 руб. в счет выплаты заработной платы.

Конкурсный управляющий должника, указывая на то, что платежи являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статьями 10 и 168 ГК РФ обратился в суд с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции суд пришел к выводу о недоказанности правовых оснований для признания спорных платежей недействительными по заявленным требованиям, установив, что конкурсный управляющий не представил доказательства несоразмерности встречного предоставления за выполненный объем труда работника, несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника и выполняемой им работы, завышение размера установленной оплаты по отношению к аналогичным сделкам, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Также суд первой инстанции установил, что конкурсным управляющим не доказано, что к моменту совершения сделки другая сторона сделки знала или должна была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

Как установлено судом первой инстанции, оспариваемые перечисления денежных средств осуществлены в период с 11.02.2019 по 08.04.2019, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (15.01.2020).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. Между тем, конкурсным управляющим не доказано, что в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В силу абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии со ст. 2 ТК РФ одним из основных принципов правового регулирования является сочетание государственного и договорного регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений. Государство в своих нормативных правовых актах устанавливает минимальные гарантии трудовых прав и свобод граждан (ст. 1 ТК РФ).

Требование к трудовым договорам, которые также осуществляют регулирование трудовых отношений, те же самые - не снижать уровень прав и гарантий работника, который установлен трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами (ст. 9 ТК РФ).

Заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношение между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, 5 направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений (ст. 16 ТК РФ).

В силу части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с положениями статей 132 и 135 ТК РФ установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

В соответствии с положениями статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Основной обязанностью работодателя является обеспечение работникам равной оплаты за труд равной ценности, выплата заработной платы в полном объеме и в установленные сроки (ст. 22 ТК РФ).

Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 ТК РФ зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

Согласно положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Как верно установил суд первой инстанции, доказательств того, что ответчик не состоял в трудовых отношениях с должника, либо ненадлежащим образом исполнял свою трудовую функцию в обществе, либо подвергался дисциплинарным взысканиям конкурсным управляющим должника в нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы обособленного спора не представлено.

Как не представлено и доказательств несоответствия произведенных выплат в пользу ответчика локальным актам должника и выполняемым трудовым функциям ответчика.

Суды отметили, что, как следует из вступившего в законную силу решения Междуреченского городского суда Кемеровской области от 12.02.2020 по делу № 2-136/2020, оставленного без изменений апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 21.04.2022 и определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 30.08.2022, в соответствии с приказом генерального директора ООО «Угольнопромышленная компания» от 1 января 2019 г. №3 ФИО2 принят на работу в ООО «Угольнопромышленная компания» на должность исполнительного директора, о чем внесена запись в трудовую книжку ФИО2

Приказом генерального директора ООО «Угольнопромышленная компания» ФИО4 от 01.01.2019 №3 ФИО2 установлен тарифная ставка (оклад) в размере 344 828 рублей.

При рассмотрении указанного дела судами исследовались копия заявления о принятии на работу от 1 января 2019 г. №3 с резолюцией директора ООО «Угольнопромышленная компания», платежные поручения от 26 февраля 2019 г. №29, от 6 марта 2019 г. №47, от 19 марта 2019 г №83 о перечислении на счет ФИО2 заработной платы за февраль 2019 г. в сумме 137 932 рубля и в сумме 162 069 рублей, за первую половину марта 2019 г. в сумме 172 414 рублей, копия расчетного листка за январь 2019 г. о начислении ФИО2 заработной платы, копия приказа от 8 февраля 2019 г. №1 о направлении работника в командировку с 12 февраля 2019 г. по 23 февраля 2019 г. в Благовещенск, Огоджа, Февральское с целью подготовки к мобилизационным действиям для исполнения договора от 1 февраля 2019 г. №45-П с ООО «Огоджинская угольная компания», копия служебного задания, копия договора подряда от 1 февраля 2019 г. №45-П, заключенного между ООО «Огоджинская угольная компания» и ООО «Угольнопромышленная компания», платежные поручения о перечислении на счет ФИО2 командировочных расходов от 27 февраля 2019 г. №30, от 1 марта 2019 г. №33, от 15 марта 2019 г. №70, от 9 апреля 2019 г. №141 в суммах 125 000 рублей, 200 000 рублей, 200 000 рублей, 200 000 рублей, доверенность, выданная директором ООО «Угольнопромышленная компания» на имя ФИО2 от 20 марта 2019 г. №3-Д.

Судом также установлено, что ФИО2 за отработанный период выплачена заработная плата в размере 956 721 рубль ((за январь 2019 г. - 300 000 рублей, за февраль 2019 г. - 300 001 рубль, за март 2019 г. - 356 720 рублей), командировочных расходов - 2 145 000 рублей) (оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора платежи.

Разрешая спор по существу, оценив представленные доказательства, в том числе показания свидетелей в их совокупности, установив факт допуска ФИО2 к работе с ведома ответчика (работодателя), постоянный характер этой работы, выполнение трудовой функции в интересах работодателя за выплачиваемую заработную плату, которая за апрель, май и отработанные дни в июне 2019 г. ФИО2 не начислена и не выплачена, произведя расчет, невыплаченной ФИО2 заработной платы, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ООО «Угольнопромышленная компания» в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате за период с 1 января 2019 г. по 3 июня 2019 г. в сумме 707 804,84 рубля.

При этом судом кассационной инстанции отклонены доводы жалобы о том, что 11 февраля 2019 г. по 22 мая 2019 г. на расчетный счет ФИО2 совершены платежи не в процессе обычной хозяйственной деятельности, без каких-либо правовых оснований, перед банкротством ООО «Угольнопромышленная компания», через расчетный счет ФИО2 бывшие руководители выводили денежные средства под видом выплаты ему заработной платы, в реальности трудовых отношений не было, в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства наличия между ООО «Угольнопромышленная компания» и ФИО2 трудовых отношений, основания для взыскания денежных средств с ООО «Угольнопромышленная компания» отсутствовали, поскольку противоречат материалам дела и установленным судебными инстанциями обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Суды обоснованно указали, что при таких обстоятельствах, в силу положений части 3 статьи 69 АПК РФ, установленные в рамках дела № 2-136/2020 обстоятельства наличия трудовых отношений между должником и ответчиком, а также факта правомерности выплаченных платежей в размере 956 721 руб.,  не подлежат доказыванию вновь в рамках настоящего обособленного спора.

Суд первой инстанции правомерно указал, что конкурсный управляющий не представил доказательства несоразмерности встречного предоставления за выполненный объем труда работника, несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника и выполняемой им работы, завышение размера установленной оплаты по отношению к аналогичным сделкам, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Кроме того, законом заработная плата максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.

В рассматриваемом случае судом установлено, что выплата заработной платы производилась неоднократно в течение всего периода его трудоустройства, при этом фактическое выполнение им трудовых обязанностей не опровергнуто.

Доказательств о выходе начислений заработной платы за пределы обычной для должника хозяйственной деятельности также не представлено.

При этом факт наличия у должника обязательств перед иными кредиторами на момент осуществления оспариваемых платежей не свидетельствует о недействительности платежей и причинении им вреда, поскольку согласно ч. 4 ст. 134 Закона о банкротстве, расчеты по оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, осуществляются во вторую очередь, и лишь в третью очередь - производятся расчеты с другими кредиторами.

Аналогично данный вопрос регулируется и ст. 855 ГК РФ.

Таким образом, в любом случае, выплата задолженности по заработной плате осуществляется ранее, чем коммерческим кредиторам, следовательно, наличие указанных управляющим коммерческих долгов не имело правового значения при выплате заработной платы работнику.

При указанных обстоятельствах, применительно к абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд правильно пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, что, в свою очередь, само по себе является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Кроме того, как верно указали суды, конкурсным управляющим не доказано, что к моменту совершения сделки другая сторона сделки знала или должна была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены доказательства того, что на момент совершения спорного платежа ответчик являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику применительно к ст. 19 Закона о банкротстве.

Кроме того, доказательства фактической аффилированности должника и ответчика на дату совершения спорной сделки, в нарушение ст. 65 АПК РФ, лицами, участвующими в обособленном споре в материалы дела не представлены.

Доводы о том, что ответчик, являясь исполнительным директором, должен быть осведомлен о признаках неплатежеспособности должника, правомерно были отклонены судом, поскольку ни на основании ст. 19 Закона о банкротстве, ни на основании иных норм, ответчик не может быть признан аффилированнм лицом, поскольку не отвечает ни одному из признаков контролирующего должника лица, указанных в данных статьях.

Более того, ответчик никогда не являлся руководителем должника, его участником, участником его единственного участника, а также контролирующим лицом должника по какому-либо иному основанию, поскольку никогда не имел возможности самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной голосов в общем собрании участников должника, либо назначать (избирать) руководителя должника.

При этом, работник предприятия не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, в смысле, указанном в ст. 19 Закона о банкротстве, и его осведомлённость о гипотетической цели причинения сделкой вреда кредиторам не может презюмироваться.

Работники предприятия, не являются также его коммерческими контрагентами, чтобы вести себя с собственным работодателем, сообразно тому, как это делают предприниматели по отношению к своим контрагентам.

Работники не обязаны постоянно взвешивать риски правоотношений работодателя с третьими лицами.

Социальная суть трудовых правоотношений, совершенно иная - работники наделены объёмом социальных гарантий, гораздо более высокого уровня, нежели участники коммерческих правоотношений.

При таких обстоятельствах суды правомерно не усмотрели оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания спорной сделки недействительной.

Как справедливо отмечено судами, доводы конкурсного управляющего о том, что с 11 февраля 2019 г. по 22 мая 2019 г. на расчетный счет ФИО2 совершены платежи не в процессе обычной хозяйственной деятельности, а, напротив, без каких-либо правовых оснований, о том, что через расчетный счет ФИО2 бывшие руководители выводили денежные средства под видом выплаты ему заработной платы, в реальности трудовых отношений не было, и в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства наличия между должником и ФИО2 трудовых отношений, являлись предметом судебных разбирательств в апелляционной инстанции Кемеровского областного суда и кассационной инстанции Восьмого кассационного суда общей юрисдикции.

В определении от 30.08.2022 Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (дело № 88-16327/2022) указал, что, доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего ООО «Угольнопромышленная компания» ФИО3 противоречат материалам дела и установленным судебными инстанциями обстоятельствам, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений.

Доводы конкурсного управляющего должника о наличии оснований для признания сделки недействительной по статьям 10, 168 ГК РФ отклонены судами, исходя из следующего.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В рассматриваемом случае недействительность оспариваемых платежей по мотиву их совершения со злоупотреблением правом (статьи 10, 168 ГК РФ) конкурсный управляющий усматривал в совместных действиях должника и ответчика по выведению активов из собственности должника в условиях его объективного банкротства без наличия встречного предоставления.

Судами установлено, что названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем, оснований для признания ее недействительной по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) отсутствуют.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Между тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы кассационной жалобы, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своего документарного подкрепления не нашли.

Изложенные в кассационной жалобе возражения свидетельствуют о несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2023 по делу № А40-341502/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий - судья                                       В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                   Е.Н. Короткова

  Н.М. Панькова