﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-4219/2020

г. Красноярск

25 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «18» января  2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен           «25» января  2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,

при участии: от общества с ограниченной ответственностью «БАКЛЕР ХЕДЖ» - Солоненко Н.Н. – представителя по доверенности от 03.08.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Красноярскграфит» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 13 октября 2020 года по делу № А33-4219/2020,  

 

установил:

акционерное общество «Красноярскграфит» (ИНН 2464075377, ОГРН 1052464078578, далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к  обществу с ограниченной ответственностью «БАКЛЕР ХЕДЖ» (ИНН 2417003946, ОГРН 1122447000257, далее – ответчик) о расторжении договора поставки № 2006-К, о взыскании 1.557.300 рублей неосновательного обогащения, 1.143.776 рублей 40 копеек пени.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.10.2020 иск удовлетворен частично, с общества с ограниченной ответственностью «БАКЛЕР ХЕДЖ» в пользу акционерного общества «Красноярскграфит» взыскано 174.417 рублей 60 копеек - пени,  а также  2.355 рублей 60 копеек  – расходов по  уплате  государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, указав на то, что  ответчиком истцу, предусмотренный договором, товар не был поставлен, в связи с чем  истец обратился с претензией к ответчику. Ответчик поставил оборудование частично, не передав технической документации на котел, сертификата соответствия, вследствие чего истцу, невозможно было своевременно судить о его соответствии условиям договора, а также, комплектности, начать самостоятельно монтаж и эксплуатацию. В связи с этим истцу невозможно было своевременно определить факт соответствия самого котла, комплектующих, согласованным в договоре марке и производителю, а также факт его комплектности, указываемой в технической документации. Кроме того, истцом самостоятельно было установлено, что в нарушение условий договора ответчиком не было поставлено: - контроллер HT-802L (поз. договора № 1), контроллер интернет управления (поз. 2), удлиненные трубы подачи под бункер 5 мЗ (поз. 4), контроллер золоудаления (поз. 8), бункер 2x3x2 - 5000 л. (поз. 9),  разборное исполнение бункера (поз. 10), два загрузочных люка (поз. 11), инструмент для чистки (поз. 14), зольный ящик 800 л. уличный (внешний короб и внутренняя съемная емкость х 2)(поз. 2). Отсутствие указанных позиций делало невозможным монтаж и эксплуатацию котла, марка которого была согласована сторонами. Универсальный передаточный документ от 17.01.2018  № 6, не подписанный истцом и не может быть доказательством передачи указанного в договоре товара, поскольку п. 3.2. договора предусмотрено, что датой поставки товара считается дата передачи товара со всеми сопроводительными документами, предусмотренными действующим законодательством (в том числе, Инструкция по эксплуатации, сертификаты (декларации) соответствия и т.д. Дата фиксируется в накладной/ТТН. Риск случайной гибели и (или) повреждения товара переходит к покупателю с даты приемки товара на складе покупателя. П. 4.2. договора предусмотрено, что право собственности переходит к покупателю, в частности с момента поступления на склад покупателя. Универсальный передаточный документ не является складским документом, не является актом приема передачи, не является накладной, то есть документом, свидетельствующим о приемке товара покупателем на склад, следовательно, не может служить доказательством исполнения обязательств поставщиком. Существенными условиями договора являются те, относительно которых есть указание в договоре. Пунктом 6 договора «гарантийные обязательства» предусмотрено, что поставщик предоставляет гарантии на товар, которые регламентированы (п. 6.2. договора) техническим паспортом, являющимся неотъемлемой часть договора. Факт монтажа в теплосети истца, не предусмотренного договором Котла, также не является доказательством исполнения договора поставки, предусмотренного договором товара.

Ответчик представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 02.12.2020 апелляционная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 18.01.2021.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал  возражения на доводы апелляционной жалобы, согласен с определением суда первой инстанции. 

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 №220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

20 июня 2017 года между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) заключен договор поставки № 2006-К (далее – договор), по условиям пункта 1 которого поставщик обязуется передать, а покупатель принять и оплатить котел Q Max Eko 300 кВт Heiztechnik в следующей комплектации:

- контроллер HT-tronic 802L;

- контролер интернет-управления;

- поворотная реторта 150 кВт х 2 справа;

- удлиненные трубы подачи под бункер 5 м3;

- золоудаление котла лево/право 2 шнека;

- шнек золоудаления х2;

- контроллер золоудаления;

- бункер 2х3х2 – 5000 л.;

- разборное исполнение бункера;

- 2 загрузочных люка;

- удлинение труб золоудаления 1000 мм х 2;

- вентилятор х 2;

- инструмент для чистки;

- зольный ящик 800 л уличный (внешний короб и внутренняя съемная емкость) х2.

Согласно пункту 2.1 договора общая цена товара составляет 1 557 300 руб. Цена является окончательной и изменению не подлежит, при условии оплаты не менее чем 30 % от стоимости товара в течение 3 календарных дней с момента подписания настоящего договора.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что срок поставки товара устанавливается – 45 рабочих дней с момента поступления предоплаты в размере не менее 30 процентов от стоимости товара на расчетный счет поставщика при условии соблюдения графика платежей.

Из пункта 4.1 договора следует, что расчеты по договору осуществляются путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика либо путем внесения денежных средств в кассу поставщика с соблюдением лимитов расчетов наличными денежными средствами.

Оплата товара осуществляется тремя платежами:  предоплата 30 процентов от стоимости товара, в течение 3 дней с момента подписания настоящего договора;  второй платеж в размере 30 процентов от стоимости товара, в момент отгрузки котла с завода изготовителя на основании письменного уведомления от поставщика;  доплата до 100 процентов от стоимости  товара в течение 3 календарных дней с момента прибытия товара на склад поставщика в г. Красноярск.

В соответствии с пунктом 5.2 договора в случае нарушения поставщиком предусмотренных договором сроков поставки покупатель имеет право предъявить поставщику к оплате пеню в размере 0,1 процентов от суммы предоплаченного товара за каждый день просрочки поставки предоплаченного товара. Пеня считается предъявленной после направления поставщику претензии с расчетом пени.

Ответчик выставил истцу счет на оплату от 26.07.2017 № 705 на сумму 1.557.300 рублей.

Истец произвел оплату товара на основании следующих платежных поручений:  платежное поручение от 26.07.2017 № 716 на сумму 500.000 рублей; платежное поручение от 07.09.2017 № 875 на сумму 500.000 рублей; платежное поручение от 01.12.2017 № 1262 на сумму 557.300 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец представил в материалы дела ответ на претензию от 13.11.2017, в соответствии с которой ответчик сообщил истцу следующее.

Задержка оборудования связана с несвоевременной поставкой комплектующих от производителей стран Евросоюза. В настоящий момент оборудование по договору проходит приемку отдела технического контроля в г. Новосибирске и будет готово к отгрузке в г. Красноярск 18.11.2017.

По состоянию на 31.10.2017 оплаченная сумма по договору составляет 1 000 000 руб., размер пени по договору составил 34.000 рублей. Сумму пени по согласованию с истцом ответчик готов компенсировать одним из следующих способов:  удержать при окончательном расчете по договору;  компенсировать указанную сумму поставкой инженерного оборудования для котельной; компенсировать указанную сумму выполнением монтажных работ.

03 октября 2019 года истец направил ответчику претензию, в которой указано, что поскольку ответчиком договор на момент составления претензии не исполнен, истец предложил ответчику расторгнуть договор, а также потребовал возвратить денежные средства и уплатить неустойку за просрочку исполнения обязательств.

Ссылаясь на неисполнение ответчиком договора, истец обратился в суд с иском о взыскании с ответчика 1.557.300 рублей неосновательного обогащения и 1.146.776 рублей 40 копеек пени.

03 сентября 2020 года судом вынесено определение о назначении судебного заседания по проведению осмотра котельного оборудования  по адресу:  г. Красноярск, ул. Прибойная, 19.

04 сентября 2020 года судом составлен протокол отдельного процессуального действия, в соответствии с которым установлено наличие, в том числе котла Heiztechnik Q Max Eko 300, угольного бункера (бункера для топлива), двух контроллеров котельного оборудования (ht tronic 600), двух зольных ящиков (не подключенных), трубы подачи, труб удаления, дымохода, иного оборудования. Произведен замер угольного бункера красного цвета, сложной геометрической конфигурации. Установлено, что на бункере имеются как сварные элементы, так и элементы на болтах. В бункере имеется один загрузочный люк. Ширина бункера  составила 1,94 м., высота – 2,87 м., глубина – 2,60 м.

Материалы фото-, видео-, аудио фиксации приобщены к материалам дела.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав  и  оценив доводы  лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон. В соответствии со статьями 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений, представить доказательства.

Согласно пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство в Российской Федерации основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (статьи 8, 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Суд первой инстанции верно квалифицировал, что отношения сторон возникли из договора поставки и регулируются положениями параграфов 1 и 3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, 20.06.2017 между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) заключен договор поставки № 2006-К (далее – договор), по условиям пункта 1 которого поставщик обязуется передать, а покупатель принять и оплатить котел Q Max Eko 300 кВт Heiztechnik в следующей комплектации:

- контроллер HT-tronic 802L;

- контролер интернет-управления;

- поворотная реторта 150 кВт х 2 справа;

- удлиненные трубы подачи под бункер 5 м3;

- золоудаление котла лево/право 2 шнека;

- шнек золоудаления х2;

- контроллер золоудаления;

- бункер 2х3х2 – 5000 л.;

- разборное исполнение бункера;

- 2 загрузочных люка;

- удлинение труб золоудаления 1000 мм х 2;

- вентилятор х 2;

- инструмент для чистки;

- зольный ящик 800 л уличный (внешний короб и внутренняя съемная емкость) х 2.

Согласно статье 134 Гражданского кодекса Российской Федерации, если разнородные вещи образуют единое целое, предполагающее использование их по общему назначению, они рассматриваются как одна вещь (сложная вещь). Действие сделки, заключенной по поводу сложной вещи, распространяется на все ее составные части, если договором не предусмотрено иное.

Вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное (статья 135 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 478 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, соответствующий условиям договора купли-продажи о комплектности.

Под комплектностью следует понимать совокупность основного изделия и комплектующих его самостоятельных изделий, которые не входят в состав основного изделия, но образуют с ним единое целое, используемое по общему назначению.

Согласно пункту 1 статьи 479 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором купли-продажи предусмотрена обязанность продавца передать покупателю определенный набор товаров в комплекте (комплект товаров), обязательство считается исполненным с момента передачи всех товаров, включенных в комплект.

По смыслу данной статьи под комплектом понимается определенный набор товаров, имеющих целью их совместное использование. Товары, которые были включены в комплект, могут использоваться и самостоятельно

В настоящем споре предметом договора является поставка котла Q Max Eko 300 кВт Heiztechnik, при этом в договоре определен перечень составляющих этот товар изделий.

Таким образом, поставленный товар является сложной вещью и состоящий из комплектующих его самостоятельных изделий, которые образуют с ним единое целое и используются по общему назначению, также поставке подлежали принадлежности  (комплект товаров) предназначенные для обслуживания и эксплуатации поставленного оборудования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 480 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае передачи некомплектного товара (статья 478) покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца:

- соразмерного уменьшения покупной цены;

- доукомплектования товара в разумный срок.

Пунктом 2 статьи 480 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если продавец в разумный срок не выполнил требования покупателя о доукомплектовании товара, покупатель вправе по своему выбору:

- потребовать замены некомплектного товара на комплектный;

- отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Согласно пункту 3 статьи 480 Гражданского кодекса Российской Федерации последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, применяются и в случае нарушения продавцом обязанности передать покупателю комплект товаров (статья 479), если иное не предусмотрено договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Из пункта 1 статьи 519 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что покупатель (получатель), которому поставлены товары с нарушением условий договора поставки, требований закона, иных правовых актов либо обычно предъявляемых требований к комплектности, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 480 настоящего Кодекса, за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о некомплектности поставленных товаров, без промедления доукомплектует товары либо заменит их комплектными товарами.

В соответствии с пунктом  2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть изменен или расторгнут по требованию одной из сторон в судебном порядке при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных законом или договором.

Как указывалось судом, между сторонами заключен договор поставки оборудования (котла) стоимостью 1.557.300 рублей.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что срок поставки товара устанавливается – 45 рабочих дней с момента поступления предоплаты в размере не менее 30 процентов от стоимости товара на расчетный счет поставщика при условии соблюдения графика платежей.

Из материалов дела следует, что предварительная оплата более 30 процентов внесена истцом на основании платежного поручения от 26.07.2017 № 716.

Соответственно, ответчик должен был исполнить обязательство по поставке товара в срок до 27.09.2017 включительно.

Согласно ответу на претензию от 13.11.2017 ответчик сообщил истцу о том, что оборудование не поставлено по вине третьих лиц, предложил истцу  компенсировать неустойку, начисленную по состоянию на 31.10.2017 одним из следующих способов:

- удержать при окончательном расчете по договору;

- компенсировать указанную сумму поставкой инженерного оборудования для котельной;

- компенсировать указанную сумму выполнением монтажных работ.

При этом из материалов дела и данного ответа судом установлено, что на момент составления ответчиком вышеуказанного письма, истцом в пользу ответчика перечислены денежные средства в размере 1 000 000 рублей по платежным поручениям  от 26.07.2017 № 716 (на сумму 500.000 рублей) и от 07.09.2017 № 875 (на сумму 500.000 рублей).

Позднее ответчик направил истцу уведомление от 30.11.2017 № 7, в соответствии с которым ответчик сообщил истцу о прибытии оборудования Q Max Eko 300 кВт Heiztechnik 01.12.2017.

В соответствии с пунктом 4.1 договора доплата до 100 процентов от стоимости  товара осуществляется покупателем в течение 3 календарных дней с момента прибытия товара на склад поставщика в г. Красноярск.

Платежным поручением от 01.12.2017 № 1262 истец произвел полную доплату стоимости оборудования на сумму 557.300 рублей.

Согласно акту от 11.12.2017 №2/02-18 в результате осмотра оборудования, переданного в рамках договора поставки от 20.06.2017 № 2006-к, истцом установлено, что переданное оборудование в целом соответствует договорным обязательствам, кроме следующих позиций:

- установлен контроллер Ht-Tronic 500H – по договору – HT-tronic 802L;

- поворотные реторты 150кВТ х2 право – отсутствуют, вместо них установлены обычные ретортные горелки (неповоротные);

- разборное исполнение бункера, сборка бункера производилась на сварку, в результате чего, его разборное исполнение невозможно;

- установлен один загрузочный люк – по договору – 2;

- не установлены зольные ящики (800 л) – 2 шт. уличные (внешний короб и внутренние съемные емкости);

- неисправный дисплей пульта управления шнеками золоудаления (периодически появляется мерцание, нечитаемые символы).

В ходе судебного разбирательства ответчик возражал против удовлетворения исковых требований.

В материалы дела представлен универсальный передаточный документ от 17.01.2018 № 6, подписанный ответчиком в одностороннем порядке. Из универсального передаточного документа от 17.01.2018 № 6 следует, что поставке подлежал товар (котел с принадлежностями) на сумму 1.557.300 рублей.

В материалах дела имеются копия книги продаж ответчика за период с 01.01.2018 по 31.03.2018, а также копия книги покупки истца за период 1 квартала 2018 года. В соответствии с указанными документами ответчик передал, а истец принял товар стоимостью 1.557.300 рублей (в том числе НДС 18 % - 237.554 рубля. 54 копейки) на основании универсального передаточного документа от 17.01.2018 № 6.

Материалами дела подтверждается, что 04.09.2020 судом первой инстанции  совершено отдельное процессуальное действие в виде осмотра котельного оборудования на территории АО «Красноярскграфит». Судом установлено, что ответчик поставил истцу контроллер HT-Tronic 600, вместо HT-Tronic 802L. Письмом официального представителя изготовителя подтверждается, что  контроллер HT-Tronic 600 является обновленной версией контроллера HT-Tronic 802L, а также выполняет функции контроллера управления котлом и контроллера золоудаления. Также в ходе осмотра оборудования представитель ответчика продемонстрировал суду поворотливость ретортной горелки (25 минута 51 секунда видеозаписи процесса осмотра вещественного доказательства), а также пояснил, что поворотные ретортные горелки работают с помощью контроллера. В свою очередь, представители истца возражений по данному вопросу в ходе осмотра не заявили.

При осмотре вещественного доказательства судом установлено, что на бункере имеются сварные элементы, также имеются элементы на болтах. На крыше сооружения бункера имеется один загрузочный люк. Ответчик пояснил, что бункер был заменен. Вместо бункера на 5000 литров с двумя загрузочными люками ответчик поставил истцу бункер на 8000 литров с одним загрузочным люком. Один загрузочный люк обусловлен конфигурацией установленного бункера, что, вопреки доводам представителя ответчика, улучшает его потребительские свойства, позволяя загружать весь объем топлива через одно загрузочное отверстие. При осмотре судом также установлено, что на территории истца расположены неподключенные к котлу два зольных ящика. В указанной части ответчик пояснил суду, что монтаж зольных ящиков нельзя осуществить на неровной земной поверхности. По договоренности сторон монтаж должен был быть осуществлен после бетонирования истцом площадки. По состоянию на дату осмотра, площадка для монтажа зольных ящиков истцом не обеспечена. При осмотре вещественного доказательства суду первой инстанции  не представилась возможность проверить исправность пульта управления шнеками золоудаления, ввиду неисправности электрической сети на объекте истца. Истцом в указанной части не обеспечены в полной мере условия исследования вещественного доказательства.

В судебном заседании 07.10.2020 суд заслушал показания свидетелей Алешина В.В., Кучаева Ю.В.

Свидетель Кучаев Ю.В. пояснил, что на территорию АО «Красноярскграфит» привозил оборудование. Конкретизировать оборудование свидетель не смог, ввиду давности события.

Из показаний свидетеля Алешина В.В,  следует, что свидетель от имени ответчика в конце декабря 2017 года осуществлял монтаж котла на территории АО «Красноярскграфит». Свидетель Алешин В.В. в судебном заседании озвучил комплектующие котла, а также процесс его монтажа. Свидетель пояснил, что осуществлял работы по сборке котла (в том числе, сварка деталей котла, вырезание крыши для люка), провел запуск оборудования, инструктаж работникам АО «Красноярскграфит», передал техническую документацию по эксплуатации котла.

В свою очередь, работники АО «Красноярскграфит» для котла осуществляли строительство помещения в котором находится котельное оборудование.

На вопрос, возникали ли у АО «Красноярскграфит» претензии, свидетель Алешин В.В. пояснил, что  у АО «Красноярскграфит» возникали вопросы исключительно по настройке котла, которые в последующем разрешались свидетелем.

Исследовав и оценив представленные в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, в частности универсального передаточного документа, книг покупок и продаж, протокола от 04.09.2020 по делу №А33-4219/2020, показаний свидетеля, руководствуясь вышеназванными нормами права, судом первой инстанции правомерно установлен факт поставки ответчиком товара истцу.

Суд также полагает, что стороны посредством договоренностей и конклюдентных действий изменили условия о комплектности товара, о чем может свидетельствовать следующее.

В соответствии с условиями договора ответчик обязался поставить истцу оборудование.

Согласно акту от 11.12.2017 №2/02-18 в результате осмотра оборудования, переданного в рамках договора поставки от 20.06.2017 № 2006-к, истцом установлено, что переданное оборудование в целом соответствует договорным обязательствам, кроме следующих позиций:  установлен контроллер Ht-Tronic 500H – по договору – HT-tronic 802L;  поворотные реторты 150кВТ х2 право – отсутствуют, вместо них установлены обычные ретортные горелки (неповоротные);  разборное исполнение бункера, сборка бункера производилась на сварку, в результате чего, его разборное исполнение невозможно;  установлен один загрузочный люк – по договору – 2;  не установлены зольные ящики (800 л) – 2 шт. уличные (внешний короб и внутренние съемные емкости);  неисправный дисплей пульта управления шнеками золоудаления (периодически появляется мерцание, нечитаемые символы).

Таким образом, на 11.12.2017  поставленное оборудование в целом соответствовало  договорным обязательствам, у истца имелись претензии, перечисленные в акте.

В силу пункта 1 статьи 480 Гражданского кодекса Российской Федерации истец вправе был по своему выбору направить в адрес ответчика требование о соразмерном уменьшении покупной цены либо требование о доукомплектовании товара в разумный срок.

Суд  первой  инстанции   сделал   обоснованный  вывод  о  том,  что  совокупностью обстоятельств подтверждается, что способ по устранению выявленных недостатков включал в себя комплекс действий ответчика, которые приняты истцом. 

Так, договором не предусмотрена поставка дымохода. Вместе с тем при осмотре  судом первой инстанции установлено, что дымоход был фактически поставлен (его наличие установлено при осмотре, истец факт поставки не отрицает).

Также проведение монтажных и иных работ по установлению котла и его комплектации в обязанность ответчика не входило.

Вместе с тем ответчиком в конце декабря 2017 года (после составления акта осмотра оборудования) на закрытой территории истца проведены монтажные работы по установке и подключению поставленного оборудования, в том числе в присутствии работников истца осуществлен вырез отверстия для одного люка (под фактически поставленный бункер).

Универсальный передаточный документ от 17.01.2018 № 6 о поставке товара составлен после осуществления ответчиком вышеуказанных действий и был отражен в книге покупок истца за период 1 квартала 2018 года, что подтверждают снятие разногласий, отраженных в акте от 11.12.2017 №2/02-18.

О принятии истцом товара также свидетельствует его бездействие по направлению ответчику претензии в разумный срок с момента монтажа оборудования.

В данном случае претензия от 27.05.2020 (направлена претензия 30.05.2019), содержащая заявление о поставке ответчиком товара, не соответствующего требованиям договора, направлена ответчику спустя почти полтора года после монтажа оборудования, что не может считаться разумным сроком для заявления о ненадлежащем исполнении ответчиком обязательств по договору поставки.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для расторжения договора поставки и взыскания с ответчика 1.557.300 рублей уплаченной денежной суммы в счет стоимости товара.

Довод истца о том, что ответчик поставил контроллеры иной модели, правомерно отклонен судом первой  инстанции, поскольку ответчиком доказано, что контроллеры HT-Tronic 600 являются обновленной версией контроллера HT-Tronic 802L и осуществляют, в том числе функции золоудаления. В свою очередь, истец не доказал, что поставка иной модели (которая, согласно письму производителя,  является усовершенствованной моделью по сравнению с моделью, указанной в договоре) привела к ненадлежащей эксплуатации оборудования.  Довод истца в указанной части подлежит отклонению. При этом проверить исправность контроллеров при осмотре вещественного доказательства не представилось возможным, ввиду нарушения работы электрической сети на объекте истца. Данное обстоятельство толкуется не в пользу истца, поскольку им не обеспечены все необходимые условия для надлежащего осмотра вещественного доказательства.

Кроме того, сам по себе факт неисправности одного из элементов системы (в данном случае контроллера), влечет иные последствия, чем заявлены по настоящему иску.

Довода истца о том, что в нарушение условий договора ответчик поставил неразборный бункер, отклоняется судом апелляционной инстанции. В договоре сторонами не предусмотрены критерии, которые позволяют определить бункер как разборный или неразборный. В ходе осмотра бункера судом установлено, что на нем имеются как сварные элементы (неразборные), так и элементы на болтах (разборка и снятие элементов возможна). В связи с отсутствием согласованности между сторонами критериев относительно разборного бункера (что конкретно должно разбираться в бункере, на какое количество элементов и т.д.), суд пришел к выводу о недоказанности истцом того обстоятельства, что ответчик поставил истцу бункер не соответствующий указанным условиям договора.

Относительно наличия одного загрузочного люка, судом  первой  инстанции   правомерно  указано  следующее. Данное обстоятельство обусловлено тем, что ответчик фактически поставил вместо бункера на 5000 литров с двумя загрузочным люками поставил истцу бункер на 8000 литров с одним загрузочным люком. Истец не доказал, что для данного бункера необходимо два загрузочных люка, либо что данное обстоятельство каким-либо образом ухудшает характеристики товара. Напротив, из пояснений ответчика следует, что конфигурация бункера позволяет использовать один люк, что облегчает загрузку топлива. В материалы дела представлена претензия от 27.05.2019 с перечнем недостатков оборудования в которой существенно больше, чем указано в комиссионном акте осмотра от 11.12.2017. В частности, спустя полтора года истцом указаны следующие недостатки, которые ранее не были указаны:  документация на товар;  удлиненные трубы подачи под бункер 5 м3;  контроллер интернет-управления;  инструмент для чистки.

С учетом установленных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции также  полагает недоказанными указанные недостатки.

 При этом отсутствие документации и инструмента для чистки оборудования были обнаружены истцом при составлении претензии от 27.05.2019. Истцом не доказано их отсутствие при первоначальном осмотре оборудования, имевшего место быть 11.12.2017.

Учитывая заинтересованность истца,  специфику вещей (малогабаритность, отсутствие их технологической привязки к оборудованию), а также то, что их отсутствие истцом обнаружено спустя полтора года после первоначального осмотра, суд  первой  инстанции  правомерно  не исключил  их утрату самим истцом.  В связи с этим довод истца в указанной части также подлежит отклонению.

Довод истца о том, что ответчиком не поставлены удлиненные трубы подачи под бункер, опровергается протоколом совершения отдельного процессуального действия от 04.09.2020 (трубы подключены и соответствуют поставленному оборудованию с учетом внесенных изменений).

При оценке в целом доводов истца судом первой инстанции  правомерно  учтено процессуальное поведение истца и  суд исходил из того,  что им допущено злоупотребление своими правами.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее статьи Гражданского кодекса Российской Федерации приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

Судом  первой  инстанции  установлено  и как следует из претензии от 01.10.2019, искового заявления, позиция истца была основана на том, что ответчик в адрес истца товар не поставлял, уклонился от исполнения обязательств по договору в полном объеме.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца на возражения ответчика о том, что товар был фактически поставлен, указывал на возможность привлечения ответчика к уголовной ответственности за клевету.

В рамках судебного заседания 30.06.2020 истец также пояснил суду, что ответчиком договор не исполнен. Поставка ответчиком не осуществлялась. Котел (соответствующий и не соответствующий технической документации) не поставлен. Документы, свидетельствующие о наличии какого-либо оборудования от ООО «Баклер хедж» на территории АО «Красноярскграфит» истец не представлял, соответствующих доводов не приводил.

Документы, в том числе акт осмотра оборудования от 11.12.2017, претензия от 27.05.2019 и уточненная позиция по делу, были представлены истцом лишь в судебном заседании 03.09.2020, в том числе после принятия судом мер по сбору доказательств и после поступления 01.09.2020 от Межрайонной Инспекции Федеральной Налоговой Службы №22 по Красноярскому Краю книги покупок истца за 1 квартал 2018 года (документа, явно противоречащего изначальной позиции истца).

При этом суд  первой  инстанции правомерно  указал,  что не может расценить поведение истца, как обусловленное правовой неопределенностью, поскольку директором истца на момент заключения договора и на дату судебного разбирательства является Амельченко Владимир Николаевич, что подтверждается также и договором поставки. Более того, товар является крупногабаритным, его сборкой на закрытой территории истца занимался ответчик, доказательств иных экономических отношений между истцом и ответчиком в материалы дела не представлено, в связи с чем истцу доподлинно было известно о том, что товар (в том числе по мнению истца не соответствующий условиям договора) находится на территории АО «Красноярскграфит».

В силу изложенного суд первой инстанции  обоснованно расценил действия истца, как направленные на причинение ущерба ответчику путем взыскания с него денежных средств без возврата дорогостоящего оборудования.

Факт отсутствия оборудования мог быть подтвержден настоящим решением, что является существенным нарушением прав ответчика.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что истцом допущено злоупотребление своими правами.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока поставки товара.

Принимая  во  внимание  положения  статьи, условия пункта 5.2  договора, предусматривающего    в случае нарушения поставщиком предусмотренных договором сроков поставки покупатель имеет право предъявить поставщику к оплате пеню в размере 0,1 процентов от суммы предоплаченного товара за каждый день просрочки поставки предоплаченного товара,  учитывая нарушение    сроков поставки, свидетельство о продаже и запуске в эксплуатацию стального водогрейного котла Heiztechnik, в соответствии с которым оборудование запущено и введено в эксплуатацию 30.12.2017,   первой инстанции   сделал   правомерный  вывод  о  начисление неустойки за период с 28.09.2017 по 17.01.2018 в  размере  174.417 рублей 60 копеек (1557300 х 112 х 0,001) и  удовлетворил  в указанном   размере требование истца.

Доводы заявителя апелляционной жалобы повторяют доводы, заявленные в суде первой инстанции и не свидетельствуют об ошибочности выводов суда.

В апелляционной жалобе заявителем не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.

Заявитель апелляционной жалобы выражает несогласие с вынесенным решением, но при этом, не приводит доводов и доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность решения суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения Арбитражного суда Красноярского края от 13 октября 2020 года по делу №А33-4219/2020 не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы (истца) и уплачена им при подаче апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 13 октября 2020 года по делу №А33-4219/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Ю.В. Хабибулина

 

И.В. Яковенко