Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А24-2171/2023

г. Владивосток

21 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 21 января 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Т.В. Рева, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Дары Камчатки»,  

апелляционное производство № 05АП-6677/2024 на определение от 07.10.2024 судьи Д.Н. Довгалюка 

по делу № А24-2171/2023 Арбитражного суда Камчатского края по заявлению конкурсного управляющего ФИО1  

к обществу с ограниченной ответственностью «Дары Камчатки»  

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,  

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мегафиш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Камчатбиоресурсы» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

при участии: 

от ФИО2 (единственный участник должника): представитель ФИО3 по доверенности от 06.09.2024 сроком действия 5 лет, удостоверение адвоката,  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Камчатского края суда от 11.05.2023 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мегафиш» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Камчатбиоресурсы» (далее – должник, ООО «Камчатбиоресурсы»).  

Определением суда от 16.08.2023 (дата объявления резолютивной части определения) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.  

Решением суда от 20.03.2024 (дата объявления резолютивной части решения) ООО «Камчатбиоресурсы» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.  

Определением суда от 22.04.2024 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель).  

29.07.2024 в рамках дела о банкротстве должника в суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора аренды маломерного рыболовного суда от 01.05.2022, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Дары Камчатки» (далее – ответчик, ООО «Дары Камчатки», апеллянт), акта взаимозачета от 30.09.2022 № 000002, а также о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО «Дары Камчатка» перед должником в размере 2 146 904,62 руб.  

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 07.10.2024 договор аренды маломерного рыболовного суда от 01.05.2022, заключенный между ООО «Камчатбиоресурсы» и ООО «Дары Камчатки», а также зачет взаимных требований между ООО «Камчатбиоресурсы» и ООО «Дары Камчатки», оформленный актом взаимозачета от 30.09.2022 № 000002 признаны недействительными сделками; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления задолженности ООО «Дары Камчатки» перед ООО «Камчатбиоресурсы» в размере 2 146 904,62 руб. Также судом с ООО «Дары Камчатки» в доход федерального бюджета взыскано 12 000 руб. государственной пошлины.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Дары Камчатки» обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований о признании сделок недействительными.  

В апелляционной жалобе апеллянт выражает несогласие с выводами суда первой инстанции относительно реальности заключенной сделки, отмечает, что договор аренды судна действительно был заключен между ним и должником, но в силу фактических взаимоотношений между должником и ответчиком имел пороки надлежащего документального оформления исполнения спорного договора.  

Со ссылкой на ответ из ПУ ФСБ России от 08.10.2024, отмечает, что судно «Тайко- Мару № 3», бортовой № ПК 3030 осуществляло промысловую деятельность в период с 21 июня по 31 декабря 2022 года. Отмечает, что по информации, полученной отбывшего директора должника, по состоянию на 2022 года должник имел право на вылов водных биологических ресурсов, осуществлял транспортировку водных биологических ресурсов от мест вылова к местам переработки, для работы судна «Тайко-Мару № 3» должником приобреталось топливо и необходимое оборудование, но своевременно данные обстоятельства документально оформлены не были, в связи с особенностями промысловой деятельности (отдаленность от офисов компаний, отсутствие полноценной телефонной связи и т.д.).  

Также апеллянт, частично соглашаясь с выводами суда об аффилированности должника и ответчика, отмечает, что согласно сложившейся судебной практике, аффилированность сторон сделки не является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной. При этом практика применения предоставления займов, поручительства, взаимозачетов между аффилированными лицами в отсутствие законодательного запрета широко распространена в деловом обороте, поскольку позволяет наиболее оптимально организовать хозяйственные связи.  

Апеллянт обращает внимание суда на то, что спорный договор аренды судна заключался исключительно с целью осуществления хозяйственной деятельности должника и ответчика в отсутствие цели причинения вреда кредиторам должника. Отмечает, что стороны спорного договора не считали должника по состоянию на 2022 год неплатежеспособным предприятием, поскольку у последнего имелась значительная дебиторская задолженность и возможность заниматься промысловым рыболовством.  

Полагает, что отсутствие документов, подтверждающих возврат должником судна ответчика, само по себе не означает, что судно не было возвращено, так как впоследствии судно было продано ответчиком иному лицу.  

Ссылается на то, что суды, осуществляя контроль за решениями органов управления общества, не оценивают экономическую целесообразность заключаемых ими сделок, поскольку в силу рисского характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.  

С учетом позиции о необоснованности вывода суда о мнимости договора аренды судна, апеллянт находит необоснованным применение последствий недействительности сделки.  

Определением апелляционного суда от 15.11.2024 жалоба ООО «Дары Камчатки» принята к производству, судебное заседание назначено на 10.12.2024. Определением от 10.12.2024 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось на 14.01.2025.  

Во исполнение определения суда от 15.11.2024 в суд от ООО «Дары Камчатки» поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, в которых апеллянт сообщил о том, что ФИО4 оказывал услуги по управлению маломерным судном на основании договора о возмездном оказании услуг, заключенном между последним и ООО «Дары Камчатки», работником ответчика не являлся и в штате не состоял. Также апеллянт указал на то, что спорное судно осуществляло транспортировку рыбной продукции по маршруту с села Пахачи Камчатского края, в трюмах данного судна перевозилась рыбная продукция, отправителем и производителем которой являлся должник. Пояснил, что рыбная продукция изготовлена должником в период с 14.07.2022 по 03.09.2022 и перевозилась на арендованном судне для дальнейшей реализации, что подтверждается ветеринарными свидетельствами, приложенными к дополнениям апеллянта. Полагает, что представленные документы подтверждают доводы ответчика о реальности договора аренды и факта осуществления должником на арендованном судне хозяйственной деятельности.  

Также по тексту дополнительных пояснений апеллянт ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, указав на невозможность их предоставления в суд первой инстанции ввиду смены руководства и штата общества.  

От конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, по тексту которого заявлены выражения по доводам апелляционной жалобы и отмечено, что судом первой инстанции верно установлена мнимость договорных отношений между должником и ответчиком, указано на то, что представленные ООО «Дары Камчатки» доказательства не подтверждают реальность передачи в аренду судна в период с 01.05.2022 по 31.12.2022, обращено внимание суда на доказанную аффилированность между сторонами сделки и на наличие у должника на момент ее совершения признаков неплатежеспособности, о чем ответчика ввиду аффилированности не мог не знать.  

От ООО «Дары Камчатки» в суд поступили возражения на отзыв конкурсного управляющего, в которых апеллянт отметил, что в ветеринарных свидетельствах содержатся сведения о движении продукции, принадлежащей должнику, а также указано, что данная продукция перевозилась на спорном судне. Отмечает, что законность и реальность ветеринарных сертификатов свидетельствует о прохождении ветеринарно-санитарной экспертизы рыбы-сырца. Обращает внимание на то, что движение продукции прослеживалось органами Россельхознадзора, в связи с чем ветеринарные свидетельства, по мнению ООО «Дары Камчатки», доказывают реальность сделки.  

За время отложения судебного заседания, через канцелярию суда от конкурсного управляющего поступило ходатайство об участии в онлайн-заседании, судом ходатайство рассмотрено и удовлетворено.  

Вместе с тем, представитель управляющего подключение к судебному заседанию с использованием системы веб-конференции не произвел. Средства связи апелляционного суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют. Представителю конкурсного управляющего обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля (представитель не подключился), в то время как заблаговременная подготовка технических средств связи и обеспечение их работоспособности является обязанностью лица, заявившего ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции. В связи с указанным и на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.  

Непосредственно в день проведения судебного заседания через канцелярию суда от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, в которых управляющий указал на аффилированность ФИО5, ООО «Вит-Хон», ООО «Дары Камчатки», ООО «Дары Камчатки плюс», ФИО2 Также со ссылкой на выписки по счетам должника и ответы банков на запросы, указал, что в период действия оспариваемого договора аренды должник не осуществлял какую-либо деятельность, у должника отсутствовали работники.  

Судом установлено, что к письменным пояснениям конкурсного управляющего приложены дополнительные доказательства, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.  

Судом дополнительные документы приобщены к материалам дела как представленные в опровержение позиции апеллянта.  

Также судом установлено, что к апелляционной жалобе, письменным дополнениям/возражениям ответчика приложены дополнительные доказательства, заявлено ходатайство об их приобщении к материалам дела.  

Рассмотрев заявленные ходатайства, коллегия, приобщила к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в обоснование правовой позиции по апелляционной жалобе, поскольку суд признал причины невозможности представления доказательств в суде первой инстанции уважительными, а также как представленные во исполнение определения суда, с учетом их необходимости для разрешения спора.  

Коллегией заслушаны пояснения представителя ФИО2 – единственного участника должника, который настаивал на реальности спорного договора аренды, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу ООО «Дары Камчатки» - удовлетворить.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, с учетом дополнений, отзыва на нее, письменных пояснений, заслушав пояснения лиц, участвовавших в судебных заседаниях 10.12.2024 и 14.01.2025, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.  

Как следует из материалов дела, в числе переданной конкурсному управляющему бывшим руководителем должника и его единственным участником – ФИО2 документации должника переданы: договор от 01.05.2022 аренды маломерного рыболовного судна (далее - Договор) и акт взаимозачета от 30.09.2022 № 000002 (Акт), подписанные должником в лице генерального директора ФИО2 и ответчиком в лице коммерческого директора ФИО6  

По условиям Договора арендодатель (ООО «Дары Камчатки») передает, а арендатор (ООО «Камчатбиоресурсы») принимает маломерное судно «Тайко-Мару № 3» (далее – судно), право собственности на которое принадлежит арендодателю на основании судового билета № 201498370 (пункты 1.1, 1.2).  

Согласно пунктам 3.2.2, 3.2.4, 3.2.9 Договора арендатор (должник) обязуется обеспечивать сохранность судна с момента его передачи и до момента его возврата; осуществлять своими силами управление судном и его техническую эксплуатацию; поддерживать надлежащее состояние судна, включая осуществление текущего и капитального ремонта. В силу пункта 3.1.3 арендатор имеет право без согласия арендодателя в рамках осуществления коммерческой эксплуатации судна от своего имени заключать с третьими лицами договоры перевозки и иные договоры, не противоречащие целям использования судна, указанным в Договоре.  

Срок действия Договора установлен с 01.05.2022 по 31.12.2022 (пункт 2.1). 

Согласно пункту 3.2.5 Договора арендатор обязуется вносить арендную плату в размерах, порядке и сроки, установленные Договором.  

В Договоре отсутствует раздел, в котором согласованы размер арендной платы, порядок и сроки ее внесения.  

К Договору названными выше лицами подписан акт приема-передачи, согласно которому арендодатель передал арендатору судно. Коллегия отмечает, что данный акт поименован как приложение № 1 к договору от 1 мая 2023 года, при том, что спорный Договор датирован 01.05.2022.  

Также этими же лицами подписан Акт, исходя из которого между должником и ответчиком произведен взаимозачет на сумму 2 146 904,62 руб. по следующим обязательствам:  

- задолженность должника перед ответчиком по договору аренды маломерного судна от 01.05.2022 в размере 2 146 904,62 руб.;  

- задолженность ответчика перед должником в сумме 2 146 904,62 руб. по договору поставки рыбопродукции от 04.08.2017.  

Конкурсный управляющий, ссылаясь на ничтожность Договора, поскольку отсутствуют доказательства реальности его исполнения, а его заключения не являлось целесообразным (статьи 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), а также на наличие оснований для признания Акта недействительной сделкой по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Исходя из пункта 3 статьи 129, пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.  

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.  

Исходя из разъяснений пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, мнимую (статьи 10, 168, 170 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).  

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений. При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п. (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).  

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.  

Указанное согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), где также отмечено, что на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.  

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума высших судебных инстанций для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, а  

также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.  

Проверяя доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для признания оспариваемого Договора недействительной (ничтожной) сделки по мотиву его мнимости, судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.  

Из условий Договора следует, что данная сделка регулируется параграфом 3 главы 34 ГК РФ - аренда транспортного средства без предоставления услуг по управлению и технической эксплуатации.  

В силу статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.  

В соответствии со статьями 644, 645, 646 ГК РФ арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта, осуществлять управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую, нести расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией (если договором не предусмотрено иное).  

В силу статей 606, 611, 614, 642 ГК РФ обязанность арендодателя по отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в пользование, а обязанность арендатора - во внесении платежей за пользование этим имуществом.  

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с настоящим требованием в обоснование своей позиции о мнимости спорной сделки, в числе прочего, указал на отсутствие доказательств реальной передачи арендодателем судна во временное владение и пользование должника, осуществления должником оплаты заработной платы капитану и другим членам экипажа (при том, что наличие в штате должника соответствующих сотрудников из переданных конкурсному управляющему документов не усматривается), клининга судна, дизельного топлива, стоянки, технического обслуживания судна, приобретения должником расходных и запасных частей, реального использования судна в хозяйственной деятельности должника. Также заявитель отметил, что сезон лова рыбы на Камчатке в 2022 году начался в июне 2022 года, однако согласно банковским выпискам должника последний уже в период с мая 2022 года хозяйственную деятельность не осуществлял, что в условиях фактической и юридической аффилированности должника и ответчика свидетельствует о том, что заключение спорной сделки не являлось целесообразным для должника.  

В подтверждение указанному заявитель представил в дело, в том числе в суд апелляционной инстанции письменные доказательства, в частности:  

- ответ и.о. капитана морского порта Петропавловск-Камчатский от 26.07.2024, полученный на запрос конкурсного управляющего, согласно которому в период с 01.01.2022 по 31.122022 приход судна в морской порт и/или отход судна из морского порта капитаном судна (судовладельцем) либо морским агентом не оформлялись;  

- выписки по банковским счетам должника, из которых не усматривается осуществление должником хозяйственной деятельности в период действия спорного договора;  

- ответ налогового органа от 19.09.2023, полученный на запрос временного управляющего должником, о работниках должника за период с 01.01.2020 по полугодие 2023. Согласно указанным сведениям в 2022, 2023 годах единственным работником должника являлся ФИО2  

В обоснование своему доводу о наличии между должником и ответчиком аффилированности заявитель сослался на то, что ФИО2 – единственный участник должника, осуществлявший одновременно полномочия руководителя должника с момента создания общества и до открытия конкурсного производства, также являлся участником ответчика и его руководителем, а также отметил, что годовая бухгалтерская отчетность должника и ответчика сдается с одного IP адреса, что подтверждается документами с электронными подписями, переданными директором должника (в подтверждение заявителем в дело представлена финансовая отчетность должника).  

При рассмотрении настоящего спора ответчик, также как и ФИО2 (единственный участник должника) факт аффилированности должника и ответчика не оспорили. Так, в судебном заседании апелляционного суда 14.01.2025 представитель ФИО2 пояснила, что на даты оспоренных сделок - Договора и Акта директором ООО «Дары Камчатки» являлся ФИО2, а данные документы были подписаны от имени ООО «Дары Камчатки» коммерческим директором ФИО6 в целях исключения подписания документов с обеих сторон сделки одним лицом. Факт того, что ФИО2 являлся директором ответчика подтверждается представленным ООО «Дары Камчатки» в материалы дела в суде апелляционной инстанции договором от 01.05.2022 о возмездном оказании услуг по управлению маломерного судна, заключенным между ООО «Дары Камчатки» в лице генерального директора ФИО2 с ФИО4  

Кроме того, коллегия учитывает доводы заявителя, приведенные в дополнениях от 13.01.2025, достоверность которых подтверждается сведениями Единого государственного реестра юридических лиц, сведениями налогового органа, приведенными в указанном выше письме от 19.09.2023, о том, что аффилированность сторон сделки подтверждается следующим.  

Одним из участников ответчика (ООО «Дары Камчатки») является с 29.05.2023 ООО «Западный берег» (ИНН 

<

***>) с долей участия в уставном капитале 80%. Названное общество (ООО «Западный берег») с 23.06.2023 вместе с ФИО2 (учредителем должника и его единственным участником, осуществлявшим полномочия руководителя, подписавшим от имени должника спорные Договор и Акт) являются участниками ООО «Дары Камчатки плюс» (ИНН 

<

***>) с долями участия 75% и 25% соответственно. Также ООО «Дары Камчатки плюс» и ФИО5 с начала его создания (02.11.2018) являются участниками ООО «Вит-Хон» (ИНН 

<

***>) с долями участия в уставном капитале по 50% каждый, ФИО5 одновременно и руководитель данного общества с этой же даты. ФИО5 является сыном ФИО7, который был одним из двух работников должника в 2020 году.  

С учетом изложенного, принимая во внимание сдачу годовой отчетности должника и ответчика в налоговый орган с одного IP адреса в период с 2020 года по 2023 год, что подтверждается представленной заявителем бухгалтерской отчетностью, коллегия пришла к выводу о том, что оспоренные сделки совершены между заинтересованными лицами (статья 19 Закона о банкротстве).  

При таких обстоятельствах, учитывая передачу бывшим руководителем должника конкурсному управляющему в числе документов, относящихся к оспоренному Договору, лишь самого Договора с актом приема-передачи судна и акта взаимозачета, подписанных заинтересованными лицами, приведенные заявителем доводы вызывают разумные сомнения относительно мнимости Договора.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  

недействительной) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

При этом в силу правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора от 29.01.2020, к аффилированным лицам применяется повышенный стандарт доказывания, на них возлагается бремя опровержения мнимости заключенных между ними договоров и подтверждения реальности правоотношений, на которое такие лица ссылаются в обоснование своих требований.  

Арбитражный суд первой инстанции определением от 09.09.2024 предложил ответчику представить доказательства реальности исполнения Договора. Однако каких-либо доказательств ответчик при рассмотрении спора в суде первой инстанции не представил, заявив 30.09.2024 ходатайство об отложении судебного заседания со ссылкой на то, что им направлен запрос в ПУ ФСБ России по восточному арктическому району о предоставлении информации о заходах/выходах судна в порты населенных пунктов, на который ответ не поступил.  

В суд апелляционной инстанции апеллянтом представлен ответ ПУ ФСБ России по восточному арктическому району от 08.10.2024 № 21/705/3-Б-71 на запрос ответчика (приложен к апелляционной жалобе). В ответе содержатся сведения о том, что 21.06.2022 от ФИО4 поступило уведомление об осуществлении промысловой деятельности с использованием спорного судна в период с 21 июня по 31 декабря 2022 года, а также о том, что 24.09.2022 ФИО4 уведомил пограничный орган о выходе в 8 часов 18 минут из пункта базирования «Рябиковская» в Западно-Беренговоморскую зону маломерного судна «Тайко-Мару № 3» и в 19 часов 7 минут 24.09.2022 от ФИО4 поступило уведомление о фактическом возвращении в пункт базирования. В письме отмечено, что другими данными ПУ ФСБ России по восточному арктическому району не располагает.  

На предложение апелляционного суда представить сведения в отношении статуса ФИО4 (определение суда от 15.11.2024) от ответчика поступили пояснения от 09.12.2024, согласно которым ФИО4 оказывал услуги по управлению судном на основании договора о возмездном оказании услуг, работником ответчика не являлся, в штате не состоял. В подтверждение ответчиком представлен договор о возмездном оказании услуг по управлению маломерным судном от 01.05.2022, заключенный между ООО «Дары Камчатки» в лице генерального директора ФИО8 (заказчик) и ФИО4 (исполнитель), согласно пункту 1.1 которого исполнитель обязуется оказать услуги по управлению маломерным судном «Тайко-Мару № 3», принадлежащим заказчику на праве собственности, а заказчик обязуется оплатить услуги; срок действия данного договора установлен с 01.05.2022 до 30.09.2022 (пункты 1.1, 4.1). В соответствии с положениями пунктов 2.1.1-2.1.7 данного договора исполнитель обязуется обеспечивать своевременное техническое обслуживание судна; оказывать услуги лично, при невозможности оказывать их лично, привлекать для этого третье лицо.  

Однако, как указано выше, по условиям спорного Договора (в частности пункты 3.2.2, 3.2.4, 3.2.9) ответчик как арендодатель передал арендатору (должнику) судно в аренду без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации (пункты 3.2.2, 3.2.4, 3.2.9 Договора).  

Таким образом, заключение ответчиком от своего имени и за свой счет 01.05.2022 (то есть в день заключения с должником спорного договора аренды судна) с ФИО4 договора на оказание услуг по управлению судном не согласуется с условиями подписанного ответчиком с должником Договора; иных документов, свидетельствующих об относимости оказанных ФИО4 услуг по управлению судном к оспоренной сделке и/или к деятельности должника в дело не представлено.  

Учитывая изложенное, указанные в письме ПУ ФСБ России по восточному арктическому району сведения об уведомлениях, полученных от ФИО4 (об  

осуществлении промысловой деятельности с использованием спорного судна в период с 21 июня по 31 декабря 2022 года, о выходе судна 24.09.2022 из пункта базирования «Рябиковская» в Западно-Беренговоморскую зону), не могут быть отнесены к надлежащим доказательствам фактического использования должником спорного судна (управление которым осуществлял в спорный период ФИО4, в отношении которого доказательств наличия каких-либо правоотношений с должником в дело не представлено). Кроме того, исходя из содержания названного письма ПУ ФСБ России по восточному арктическому району, а также иных имеющихся в деле документов усматривается, что за время аренды судна (в отсутствие в деле акта о возврате судна, а также каких-либо пояснений со стороны ответчика, ФИО9 можно предположить, что судно аренде могло быть в период с 01.05.2022 по 30.09.2022 – дата подписания Акта), его выход в море был осуществлен единственный раз - 24.09.2022, что свидетельствует об отсутствии какой-либо экономической разумности в оформлении в аренду на несколько месяцев судна, использованного в течение нескольких часов одного дня.  

Представленные ответчиком в суд апелляционной инстанции ветеринарные свидетельства от 13.09.2022 №№ 15894075426, 15894075445, 15894075441, 15894075434, 15894075422, 15894075420, 15894075413, 15894075409, от 12.09.2022 № 15889277082, вопреки позиции апеллянта, сами по себе не подтверждают реальность оспоренной сделки, в том числе с учетом того, что в целях выдачи ветеринарных свидетельств самим должником представлялись документы, подписание которых заинтересованными лицами в отсутствие фактических правоотношений между ними не составляет каких-либо затруднений.  

Также представленная апеллянтом копия судового билета от 26.03.2021 № 201498370, согласно которой спорное судно находилось в собственности ООО «Дары Камчатки», сама по себе не подтверждает реальность спорных правоотношений.  

Таким образом, представленные ответчиком доказательства ни каждое в отдельности, ни в своей совокупности не могут быть признаны надлежащими и достаточными доказательствами фактического заключения и исполнения сторонами Договора аренды.  

Иных доказательств, в том числе косвенных, свидетельствующих о фактической передаче должнику, использовании должником судна ни ответчиком, ни ФИО2, присоединившегося к позиции ответчика, в дело не представлено, на передачу таких документов конкурсному управляющему - не указано. Не приведено названными лицами надлежащего обоснования экономической целесообразности для должника принятия судна в аренду в условиях того, что должником в спорный период не осуществлялась хозяйственная деятельность, что подтверждается выписками по счетам должника; отсутствует подтверждение разумности пассивной позиции арендодателя, позволившего не установить в Договоре размер арендной платы.  

Приведенные в апелляционной жалобе ссылки на то, что по информации, полученной от бывшего директора должника, по состоянию на 2022 года должник имел право на вылов водных биологических ресурсов, осуществлял транспортировку водных биологических ресурсов от мест вылова к местам переработки, для работы судна «Тайко- Мару № 3» должником приобреталось топливо и необходимое оборудование, но своевременно данные обстоятельства документально оформлены не были, в связи с особенностями промысловой деятельности (отдаленность от офисов компаний, отсутствие полноценной телефонной связи и т.д.), во внимание не могут быть приняты, поскольку документального подтверждения таким обстоятельствам как приобретение должником топлива, оборудования и иным, свидетельствующим о фактическом использовании судна, в дело не представлено.  

Следует отметить, что апелляционный суд в определении от 10.12.2024 об отложении судебного разбирательства предложил ответчику и иным участвующим в деле лицам представить дополнительные письменные доказательства фактической передачи  

судна должнику, его нахождения у должника в период действия Договора аренды от 01.05.2022 (в том числе, но не ограничиваясь, доказательства внесения должником арендной платы по Договору, истребования ответчиком от должника внесения арендной платы по Договору (если арендные платежи не были оплачены должником); судовой и промысловый журналы за период действия Договора; документы, подлежащие оформлению при выходе спорного судна из порта, и другие, в том числе указанные конкурсным управляющим в отзыве от 07.12.2024); подробные письменные пояснения с подробным расчетом о порядке определения размера арендной платы по Договору ы, указанного в акте зачета от 30.09.2022, доказательства согласования с должником размера арендной платы либо мотивы несогласования.  

Однако соответствующих доказательств, пояснений, расчетов в дело не представлено. В судебном заседании 14.01.2021, представитель ФИО2, отвечая на вопросы суда, пояснила, что стороны Договора допустили ошибки при оформлении документов, затруднившись при этом объяснить как фактически осуществлялось использование судна должником (в частности его заправка топливом, водой и т.д.); относительно порядка определения размера арендных платежей по Договору указала на то, что плата была установлена исходя из размера имевшейся у ответчика перед должником задолженности за рыбопродукцию.  

Указанное выше поведение должника и ответчика не отвечает требованиям разумности и осмотрительности, так как отличается от стандартов общепринятого поведения участников гражданского оборота, что при отсутствии убедительных доводов и доказательств экономической целесообразности такого поведения свидетельствует о недобросовестности сторон спорного договора.  

При таких обстоятельствах арбитражный суд первой инстанции, принимая во внимание применяемый при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве повышенный стандарт доказывания, а также учитывая процессуальное поведение ответчика, который не реализовал возложенное на него бремя доказывания, пришел к правильному выводу о том, что договор аренды маломерного рыболовного судна от 01.05.2022 является ничтожной (мнимой) сделкой.  

Поскольку подписанный сторонами Акт направлен на зачет встречных обязательств, одно из которых основано на мнимом Договоре, подписанном этими же сторонами, данная сделка зачета также является ничтожной (мнимой).  

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2023 № 305- ЭС23-6205, в случае, если будет установлено, что правоотношения сторон фактически имели мнимый характер (статья 170 ГК РФ), то наличие у них признаков подозрительных сделок (статья 61.2 Закона о банкротстве) и/или сделок с предпочтением (статья 61.3 Закона о банкротстве) правового значения не имеет.  

Вместе с тем, с учетом приведенных конкурсным управляющим доводов о недействительности Акта на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, коллегия считает необходимым дать оценку данной позиции заявителя.  

В порядке пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного  

заявления; сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Согласно пункту 8 Постановления № 63 в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  

имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).  

Дело о банкротстве должника возбуждено 11.05.2023, следовательно, оспоренная сделка зачета, оформленная Актом от 30.09.2022 подпадает под критерий подозрительных сделок должника, определенный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Учитывая отсутствие в материалах дела подтверждающих документов о равноценном встречном предоставлении со стороны ответчика, коллегия пришла к выводу о том, что зачет встречных требований, оформленный Актом от 30.09.2022 нарушает требования пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку не имеет встречного исполнения, совершен в условиях, при которых должник утрачивает право на взыскание дебиторской задолженности к подконтрольному лицу ООО «Дары Камчатки».  

На момент совершения данной сделки у должника имелись обязательства перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника (ООО «Мегафиш», ИП ФИО10), что свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Осведомленность ответчика об указанном презюмируется в силу заинтересованности с должником.  

Указанное, с учетом мнимости Договора аренды, влекущим отсутствие какого-либо предоставления со стороны ответчика при совершении сделки зачета,  

свидетельствует о совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Таким образом, требование конкурсного управляющего о недействительности оспоренной сделки по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подлежит удовлетворению.  

В отношении доводов апеллянта о том, что аффилированность сторон сделки не является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной; о том, что практика применения предоставления займов, поручительства, взаимозачетов между аффилированными лицами в отсутствие законодательного запрета широко распространена в деловом обороте, поскольку позволяет наиболее оптимально организовать хозяйственные связи; о том, что суды, осуществляя контроль за решениями органов управления общества, не оценивают экономическую целесообразность заключаемых ими сделок, поскольку в силу рисского характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов, коллегия отмечает следующее.  

Действительно, заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость признания заключенной между такими лицами сделки недействительной.  

Однако, если степень аффилированности между ответчиком по сделке и должником является существенной, такой ответчик обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно.  

Указанное согласуется с позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 07.06.2018 по делу № 305-ЭС16-20992(3).  

Если конкурсный управляющий или конкурирующие кредиторы обосновали сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки prima face (на первый взгляд), бремя доказывания реальности соответствующих хозяйственных операций  

переносится на «дружественного» должнику кредитора, настаивающего на действительности сделок.  

В этом случае в силу указных выше разъяснений, содержащихся в пункте 1 Обзора от 29.01.2020, именно на аффилированном лице лежит бремя доказывания «вне всяких разумных сомнений» реальных намерений по созданию именно тех правовых последствий, которые предусматривает купля-продажа, всех существенных обстоятельств, касающихся заключения и исполнения сделок, в том числе мотивов заключения договоров, а также экономической целесообразности.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

Как следует из пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.  

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.  

При признании недействительной сделкой зачета встречных однородных требований прекращения обязательств между сторонами не происходит. Следовательно, при применении последствий недействительности соглашения о зачете подлежит восстановлению положение, существовавшее до момента совершения соглашения о зачете, то есть восстановление требований сторон оспоренной сделки.  

Поскольку зачет является способом прекращения обязательств и не предполагает передачу имущества или денег, при применении последствий недействительности сделок суд, по общему правилу, восстанавливает обязательства сторон, существовавшие до осуществления зачета.  

Учитывая изложенное, судом первой инстанции обоснованно применены последствия признания недействительным зачета взаимных требований в виде восстановления задолженности ответчика перед должником в размере 2 146 904,62 руб.  

Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителем жалобы не представлены и не приведены.  

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права не нарушены, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.  

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянта и, с учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы, остаются на подателе жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Камчатского края от 07.10.2024 по делу  

 № А24-2171/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного  

округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца. 

Председательствующий Т.В. Рева 

Судьи А.В. Ветошкевич 

К.П. Засорин