АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-15216/2023

г. Новосибирск

02 февраля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 января 2024 года.

Мотивированное решение изготовлено 02 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Новосибирской области  в составе судьи Богер А.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Воронецкой В.А., Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Богер А.А., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Воронецкой В.А., рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении №618 арбитражного суда по адресу: 

<

...>, дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, Уфа (ИНН:027810700736) к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Новосибирск (ИНН:540448295243) об запрете использовать обозначение «ПЛАНЕТА», 

при участии в предварительном судебном заседании представителей: 

от истца: ФИО1, лично, паспорт;

 от ответчика: ФИО3 по доверенности от 06.12.2023, паспорт, диплом, выписка из решения; 

от третьего лица: без участия (извещен);

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее по тексту – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО2  (далее по тексту – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании 600000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 299509 и №647502. 

        Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.                          

        Ответчик в отзыве, поддержанном в  судебном заседании, просил отказать в иске по тем основаниям, что истцом не доказан факт нарушения исключительных прав ответчиком, обозначение имеет низкую степень  сходства с товарными знаками истца, а также ссылается на злоупотребление истцом правом при подаче иска в суд на основании ст.10 ГК РФ.

      Подробная позиция ответчика изложена в отзыве и дополнениях к нему.

Рассмотрев материалы дела, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к убеждению об обоснованности требований истца по следующим основаниям. 

        Из материалов дела следует, что истец является обладателем знака обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 299509, зарегистрированного 14.12.2015 с приоритетом от 05.03.2004 по заявке N 2004704708 в отношении услуг 35-го класса МКТУ " 35 - снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического, пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торговозакупочная деятельность.       

         -знака обслуживания " " по свидетельству Российской Федерации N 647502, зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 по заявке N 2015714242 в отношении услуг 35-го Класса МКТУ  - продвижение товаров (для третьих лиц); организация выставок в коммерческих целях; сбыт товаров через посредников; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа.36 - страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду.41 - воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурно-просветительных мероприятий.43 - агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские.

      Внесены изменения записи в Государственный реестр: 10.01.2022, согласно которым  из перечня услуг исключены следующие услуги 35 класса: розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; дистанционная продажа товаров потребителям.

        На основании решения   Суда по интеллектуальным правам от 19 апреля 2023 года по делу № СИП-51/2023 Роспатентом внесены изменения дата внесения записи в Государственный реестр: 11.05.2023: Правовая охрана товарного знака по свидетельству № 647502 досрочно частично прекращена в отношении части услуг 35 класса МКТУ «продвижение товаров (для третьих лиц); организация выставок в коммерческих целях; сбыт товаров через посредников; услуги оптовой продажи; оптовая продажа».

        Указанные товарные знаки №299509 и №647502 используются истцом путем привлечения лицензиатов при осуществлении деятельности в отношении розничной продажи товаров, а также для индивидуализации торгового центра «Планета». 

      Истцу стало известно, что ответчик при осуществлении своей деятельности, незаконно использует обозначение «Планета» для индивидуализации услуг магазина, расположенного по адресу: 

<

...> без заключения лицензионного договора на использование товарных знаков, тогда как используемое обозначение является сходным до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу. 

        Обстоятельства ведения ответчиком деятельности с использованием обозначения «Планета», схожего до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу, подтверждены видеозаписью покупки в магазине ответчика, произведенной 30.11.2021 в порядке статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав и чеком, представленным на видеозаписи.

        Исключительные права на товарные знаки №299509 и №647502 принадлежат истцу и ответчику не передавались. 

         В виде компенсации за нарушение исключительных прав на указанные товарные знаки, истец просит взыскать с ответчика 600000 рублей по правилам подпункта 1 и подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

      26.05.2023 истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием прекратить использование товарных знаков, оплатить компенсацию и предоставить сведения о размере выручки от реализации товаров за три года, предшествующих направление претензии, которая была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения. 

         Неисполнение ответчиком претензионных требований явилось основаниям для обращения истца в арбитражный суд с настоящими уточненными исковыми требованиями. 

        В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное. 

        Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи). 

        В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

       Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак. 

      Как установлено частью 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. 

        Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права. 

        Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. 

         Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. 

       В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения. 

         При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями статей 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в Постановлении N 10. 

         Так, в соответствии с пунктом 41 Правил N 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

          В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. 

        Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. 

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. 

        Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. 

         Согласно пункту 43 Правил N 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

         Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. 

      Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. 

          Пунктом 44 Правил N482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 данных Правил N482, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. 

         В пункте 162 Постановления N10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. 

         При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. 

       Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится. 

         Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров. 

        Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

         Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

         Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака. 

        При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. 

        При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства. 

         С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. 

        Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом. 

        В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. В случае установления сходства осуществляется анализ возможности смешения сравниваемых обозначений. 

       При анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров и услуг, но и различительная способность защищаемых товарных знаков. 

В обоснование исковых требований истец указывает на основное сходство товарных знаков истца и обозначения ответчика, а именно слово "ПЛАНЕТА".

Однако, имеющиеся визуальные (графические) отличия словесного элемента «Планета», используемого ответчиком изображении, а также характер изобразительных элементов, входящих в состав этого обозначения, прямо свидетельствуют об отличительном характере указанных изображений и не позволяют сделать вывод о наличии сходства до степени смешения между оцениваемыми элементами.

Товарные знаки истца содержат словесное наименование "ПЛАНЕТА", выполненное определенным шрифтом (товарный знак N 299509 и товарный знак 647502).

Слово "ПЛАНЕТА" в использовавшемся ответчиком изображении, выполнено иным стилизованным шрифтом с изобразительными элементами под словом планета имеется изображение отдельного оранжево-косного круга, в котором расположено слово планета с изображением дуги в отличие от товарных знаков истца, отличаются по цветовой гамме от цветовой гаммы товарных знаков истца, которым используются черный цвет, тогда как в обознанении ответчика белый цвет.

Решающее значение при сравнении товарного знака с противопоставленными обозначениями имеет именно визуальный критерий сходства сравниваемых обозначений. Обозначения в использовавшемся ответчиком изображении существенно различаются внешней формой акцентирующих на себе внимание изобразительных элементов, их цветовым исполнением, характером этих изображений в составе соответствующих композиций, графическим исполнением шрифтовых единиц, их цветом, при этом противопоставленный товарный знак истца является только словесным.  При этом ответчик в обозначении указывает на ассортимент товаров указанного обозначения одежда и обувь, что не приводит к ассоциации с товарным знаком истца, который не использует товарный знак в деятельности по продаже одежды и обуви, из заключенных лицензионных договоров, представленных истцом и видеозаписей закупок в торговых точках лицензиатов истца отсутствует использование обозначения планета для осуществления торговой деятельности одеждой.

В силу совокупности данных обстоятельств, сравниваемые обозначения производят разное общее зрительное впечатление, они не ассоциируются друг с другом в целом, что обусловливает вывод об отсутствии между ними сходства.

Вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом, а также презумпции разумности и добросовестности участников правоотношений (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N2979/06, от 17.04.2012 N 16577/11).

Оригинальное графическое исполнение словесного обозначения может привести к восприятию его как изобразительного обозначения, а не словесного.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2006 N 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. В данном случае такая угроза отсутствует.

Истцом не представлено доказательств того, что кто-либо из потребителей был введен в заблуждение вывеской Ответчика, полагая, что услуги оказываются истцом или лицом, заключившим с ним лицензионный договор на использование товарных знаков N 299509 и N 647502.

Согласно положениям статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" оптовая и розничная торговля - вид торговой деятельности, связанной с приобретением и продажей товаров, передачей товара от одного лица другому (от продавца покупателю).

В соответствии с шестым официальным трехъязычным изданием одиннадцатой редакции МКТУ в Российской Федерации (МКТУ-11) (совместное издание Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатент) и Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» (ФИПС)) к 35 классу МКТУ относятся услуги по рекламе; управлению бизнесом, организация бизнеса, бизнес-администрирование; служба офисная Класс 35 включает, в основном, услуги, связанные с управлением бизнесом, эксплуатацией, организацией и администрированием коммерческих или промышленных предприятий, а также рекламу, услуги маркетинга и продвижения.

В целях классификации продажа товаров не считается услугой.

Судом установлено, что истец в собственной предпринимательской деятельности спорные товарные знаки не использует.

Предприниматель заключил лицензионные договоры, предоставляющие иным лицам право пользования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации №299509 и №647502.

Так, 05.04.2018 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Республика Башкортостан) заключен лицензионный договор, по условиям которого правообладатель предоставляет лицензиату неисключительное права на использование товарного знака N 299509 "ПАЛАНЕТА". Стоимость права на использование товарного знака определена в размере 5 000 руб. в год.

Согласно дополнительному соглашению от 01.06.2018 к указанному лицензионному договору указанному лицу также предоставляется право использования товарного знака N 647502 "ПАЛАНЕТА" в отношении всех услуг 35 класса МКТУ.

Аналогичные лицензионные договоры в последующем также заключены 03.05.2018 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО "Планета" (Красноярский край), 01.01.2020 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (Республика Башкортостан), а также 02.02.2022 индивидуальным предпринимателем ФИО1, ООО "Холдинговая компания "Бизнесинвестгрупп" с индивидуальным предпринимателем ФИО6 (Республика Татарстан).

При этом спорные товарные знаки использовались ответчиком на иной территории – в городе Белгороде Белгородской области, однако доказательств, свидетельствующих о том, что спорные товарные знаки истца являются узнаваемыми и ассоциируются именно с организацией истца и той предпринимательской деятельностью, которую он ведет, в том числе с его продукцией, услугами и так далее, истцом не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Для признания действий по приобретению исключительного права на средство индивидуализации злоупотреблением правом должна быть установлена цель совершения соответствующих действий.

На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях".

С точки зрения определения намерений при установлении вопроса о добросовестности приобретения исключительного права на средство индивидуализации, исследованию подлежат как обстоятельства, связанные с самим приобретением исключительного права, так и последующее поведение правообладателя, свидетельствующее о цели такого приобретения.

При этом недобросовестность истца должна быть прежде всего установлена на стадии приобретения исключительного права на средство индивидуализации, поскольку именно в этот момент реализуется намерение (умысел) на недобросовестное конкурирование с иными участниками рынка посредством использования исключительного права на средство индивидуализации, предусматривающего запрет иным лицам применять для индивидуализации товаров и услуг тождественные или сходные обозначения. Последующее поведение правообладателя может лишь подтверждать либо опровергать тот факт, что при приобретении исключительного права на средство индивидуализации он действовал недобросовестно.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Истец на основании пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ просит взыскать 600 000 руб. компенсации, определенной им в результате увеличенного вдвое размера выручки ответчика от реализации товаров при осуществлении им деятельности за последние три года и самостоятельно уменьшенной истцом.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 указывал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя.

Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Из содержания представленных истцом лицензионных договоров следует, что за вычетом издержек за регистрацию, истец определил стоимость правомерного использования своего права в среднем около 4 573 руб., 5000 руб. в год,  а также исходя из некоторых договоров не более 5000 руб. в месяц на основании суммы по договору за год (не более 60000 руб.), при этом просит взыскать 600 000 руб. сумму компенсации, которая несопоставима со стоимостью использования спорных товарных знаков.

Вместе с тем суд не может признать в достаточной степени обоснованным доводы истца о том, что практически безвозмездное предоставление права использования товарного знака (знака обслуживания) является проявлением обычной хозяйственной практики лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом суд исходит из того, что товарный знак (знак обслуживания) является средством индивидуализации товаров, работ, услуг и предназначен для достижения целей предпринимательской деятельности, прежде всего для достижения прибыли.

На этом основано содержащееся в статье 1478 ГК РФ правило о том, что обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

С учетом данного обстоятельства предоставление права использования товарного знака (знака обслуживания) иным лицам, не относящихся к числу аффилированных с правообладателем лиц, на безвозмездной основе скорее является исключением из обычной деловой практики (аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении СИП N С01-219/2019 от 27.08.2021).

Это обстоятельство в совокупности с иными может учитываться при установлении цели обладания исключительным правом на товарный знак и применения мер защиты.

При рассмотрении довода о наличии в действиях лица по применению конкретных мер защиты исключительного права признаков злоупотребления правом суд должен исходить из оценки совокупности фактических обстоятельств, которые могут свидетельствовать о преследуемой правообладателем цели.

Суд приходит к выводу о том, что, предоставляя право использовать знак обслуживания практически безвозмездно, ФИО1 определяет фактическую ценность данного средства индивидуализации, которая в рассматриваемом случае стремится к нулю. Заявляя требование о взыскании компенсации в сумме 600 000 рублей, истец исходит из того, что за последние три года до 26.05.2023  в магазине, находящемся по адресу: 

<

...> общий размер выручки от реализации товаров составила 30 млн руб., общий размер торговой наценки на реализованной товар составил 10 млн. руб., прибыль от деятельности магазина 5 млн. руб.  С учетом изложенного, по мнению истца, размер компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с учетом пункта 2 статьи 1477 ГК РФ составит 20 млн.руб. (10 млн.руб.Х2), однако истец просит взыскать с ответчика компенсацию в сумме 600 000 рублей, вместе с тем, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере,  именно истец обязан обосновать и подтвердить размер и расчет компенсации.

     Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

      Ответчик документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также документальных доказательств наличия иных оснований для снижения предъявленного истцом ко взысканию размера компенсации, не представил, вместе с тем суд обязан проверить правильность  расчёта компенсации, заявленного истцом, т.е. формулу расчета.

         В пункте 61 Постановления N 10 разъяснено, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

       В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель. 

         Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. 

        Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров). 

       В постановлении от 02.04.2013 N 15187/12 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил, что согласно пункту 2 статьи 1477 ГК РФ правила о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг, поэтому при применении нормы подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 названного Кодекса денежная компенсация в отношении знаков обслуживания может определяться исходя из двукратной стоимости выполняемых работ или оказываемых услуг. 

       С экономической точки зрения различают два вида услуг: одни вызывают изменения в состоянии товаров, в физическом или интеллектуальном состоянии отдельных лиц (например, услуги парикмахерских, ремонт одежды), другие связаны с операциями по обмену (Система национальных счетов 2008, Официальная статистическая методология формирования официальной статистической информации об объеме платных услуг населению, утвержденная приказом Федеральной службы государственной статистики от 17.12.2021 N 927). 

         Под услугой, связанной с операциями по обмену, подразумевается содействие в передаче прав собственности на товары, продукты или финансовые активы. 

        В Постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, от 24.07.2020 N 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем, чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

        Под услугой "реализация товаров" с учетом статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" понимается не само по себе заключение договоров купли-продажи, а деятельность, связанная с продажей покупателям товаров любых производителей, вида и ассортимента, включая выкладку, демонстрацию товаров, обслуживание покупателей. Лицами, оказывающими данную услугу, являются торговые предприятия (магазины), в определенных случаях имеющие специальное разрешение (лицензию) на торговую деятельность в целом или на продажу отдельных видов товаров. Потребителями данного вида услуги являются все покупатели, заходящие в магазин для покупок. Исходя из указанного определения услуга "реализация товаров" не охватывает продажу товаров как таковую, но может быть признана однородной деятельности магазина, состоящей из различных услуг, сопровождающих продажу товаров, поскольку эта деятельность совпадает с услугой "реализация товара" по назначению, способам оказания и кругу потребителей. 

          Вместе с тем, продажа товара сама по себе не является услугой, а самостоятельную стоимость услуг по реализации товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги "реализация товаров" в целях применения подпункта 4 пункта 2 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 названного Кодекса. Так, при продаже товаров ответчик оказывает различные сопутствующие услуги (упаковка, доставка, расфасовка, выкладка, предоставление информации и т.п.), в отношении которых не заключаются самостоятельные договоры, их цена не указана на ценнике, в прейскуранте или на товарном чеке.

           Как следствие, самостоятельную стоимость этих услуг определить невозможно. Доход от деятельности по продаже товаров непосредственно связан с характеристиками и со стоимостью продаваемых товаров, при этом цена услуг, связанных с реализацией товаров, не равна цене реализуемых товаров. 

          Следовательно, выручка от деятельности по продаже товаров, т.е. доход от совокупности сделок купли-продажи, произведенных ответчиком за определенный период, в том числе при учете торговой наценки  не может быть принята за основу для расчета компенсации в двукратной стоимости услуг, оказываемых при продаже товаров. В описываемой ситуации доход организации за определенный период не эквивалентен стоимости оказываемых в магазине услуг, не отражает сведения ни о количестве таких услуг, ни об их цене. 

        С учетом невозможности определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также неравнозначности стоимости реализованного товара и стоимости оказанных услуг при продаже товаров суд не может удовлетворить требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости услуг, исходя из представленных истцом сведений о выручке ответчика и торговой наценке. 

          В рассматриваемом случае следует исходить из того, что стоимость услуги "реализация товаров" услуги магазина в силу ее экономических особенностей сопоставима со стоимостью права использования обозначения, то есть со стоимостью, которую правообладатель определяет в договоре об использовании права на знак обслуживания в отношении услуги "реализация товаров", услуги магазинов.

Следовательно, удовлетворение иска в отсутствие надлежащего обоснования взыскиваемой суммы истцом, а также документов, подтверждающих стоимости услуги «реализация товаров», противоречит положениям статей 1250, 1252, 1515 Гражданского кодекса, разъяснениям, приведенным в постановлении Пленума № 10.

Кроме того, учитывая, что лицензионные договоры истцом заключены с третьим лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность с использованием спорных товарных знаков, на территории иных субъектов Российской Федерации (Республика Башкортостан, Республика Татарстан, Красноярский край), нежели того субъекта, на территории которого осуществляет деятельность ответчик (Белгородская область), указанные договоры заключены истцом 03.05.2018, 01.01.2020 и 02.02.2022, а правонарушение выявлено истцом в 2021 году, в суд истец обратился в 2023 году, суд также усматривает в действиях истца по обращению с настоящим иском признаки злоупотребления правом.

Так, факт нарушения своих прав истцом был зафиксирован в 2021 году, что подтверждается представленным в материалы дела чеком, при этом, каких-либо объективных причин, препятствовавших обращению истца с настоящими исковыми требованиями в 2021 году, истцом не указано.

Таким образом, суд приходит к убеждению, что истец намеренно в течение двух лет не обращался за судебной защитой с целью искусственно увеличить период использования ответчиком товарных знаков и, следовательно, размер компенсации, что противоречит презумпции добросовестного поведения и свидетельствует о намерении истца причинить вред ответчику.

При этом, требований о пресечении нарушения прав в виде запрета ответчику использовать спорные товарные знаки истцом не заявлено. При указанных обстоятельствах заявленные истцом исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истец в основании иска ссылается на решения Арбитражного суда Новосибирской области по делам № А45-3121/2022 (решение от 11.05.2022),  № А45-15210/2022 (решение от 19.12.2022) по искам  истца к ИП ФИО2, из которых следует о нарушении исключительных прав истца на товарные знаки, выявленные  истцом  в 2021 году при закупке в иных торговых точках,  тем самым истец, зная  об обстоятельствах закупки в г.Белгороде  также в 2021 году по данному делу, не предъявлял требований к ответчику при рассмотрении указанных дел, что также подтверждает злоупотребление истца по отношению к ответчику при обращении с иском в суд,  с целью искусственно увеличить период использования ответчиком товарных знаков и, следовательно, размер компенсации, безосновательно вновь, последовательно предъявляя требования о взыскании аналогичного размера компенсации в размере 600000 рублей, истец осуществляет  попытку получить судебную защиту при отсутствии достойного интереса (имитация нарушения исключительного права).

При этом решения суда  по делам №№ А45-3121/2022 № А45-15210/2022 приняты судом при отличных обстоятельствах, не имеющих преюдициального значения по рассматриваемому спору.

Исходя из совокупности всех указанных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что обращение истца к лицу, использующему сходное с этим же знаком обслуживания обозначение, с иском о взыскании компенсации в размере 600 000 руб. свидетельствует не о стремлении данного лица защитить право на знак обслуживания, а исключительно о намерении причинить другому лицу вред путем взыскания с него необоснованно высокой и не соответствующей определенной им самим ценности знака обслуживания компенсации. Вышеизложенное согласуется с позицией Суда по интеллектуальным правам, изложенной в постановлении от 13.12.2023 по делу №А40-263169/2022.

Указанное свидетельствует о наличии в действиях индивидуального предпринимателя ФИО1 по обращению с настоящим иском злоупотребления правом, что в силу части 2 статьи 10 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 29.07.2022 по делу N А32-8379/2021).

Поскольку в настоящем случае отсутствуют достоверные доказательства вероятности смешения обозначений в глазах потребителей при оказании сравниваемых услуг, а также при наличии регистрации на знак обслуживания в отношении спорных услуг не представленные надлежащие доказательства их использования самим правообладателем и/или под его контролем, и ответчиком  доказано наличие в действиях истца по приобретению и использованию спорного знака обслуживания признаков злоупотребления правом, направленных на получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что решением Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2023 по делу №СИП-51/2023 правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса досрочно прекращена.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на истца.

руководствуясь  статьями   110, 167, 168, 169, 170, 176,  216 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, Уфа (ИНН:027810700736) в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере  9000 рублей.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Суд по Интеллектуальным правам  в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

 

Судья

А.А. Богер