АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-41786/2019

г. Новосибирск

28 января 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 января 2021 года      

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Герасимовой Д.И., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Муниципального унитарного предприятия города Новосибирска "Центр муниципального имущества" (ИНН 

<

***>), г. Новосибирск 

к акционерному обществу "Проектный институт "Новосибгражданпроект" (ИНН 

<

***>), г. Новосибирск,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора 1) ГБУ НСО "Государственная Вневедомственная Экспертиза Новосибирской Области",               2) Государственную Инспекцию  по Охране Объектов Культурного Наследия Новосибирской области, 3) Департамент по социальной политике Мэрии 

<

...>) ГАУ НСО "Научно-Производственный Центр по Сохранению Историко-Культурного Наследия Новосибирской Области",

о взыскании 1 659 502 рублей 86 копеек,

при участии:

от истца: ФИО1, по доверенности от 01.10.2020, паспорт, диплом; 

от ответчика: ФИО2, по доверенности от 11.01.2021, паспорт, диплом; ФИО3, по доверенности от 11.01.2021, паспорт, диплом;

от третьих лиц:1) не явился, извещен; 2) не явился, извещен; 3) не явился, извещен; 4) не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное унитарное предприятие города Новосибирска "Центр муниципального имущества" (далее – истец, МУП «ЦМИ») обратилось в арбитражный суд к акционерному обществу "Проектный институт "Новосибгражданпроект" (далее – ответчик, АО "ПИ "Новосибгражданпроект") о взыскании (с учетом уточнения исковых требований) в размере 846 483 рублей 06 копеек, неустойку в размере 48 465 рублей,  упущенную выгоду в размере 764 554 рублей 80 копеек.

Решением арбитражного суда Новосибирской области от 20.02.2020  исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы  убытки в размере 762 483 рублей 06 копеек, неустойка за период с 01.05.2019 по 09.09.2019 в размере 9 230 рублей,  судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 13762 рублей.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2020 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.02.2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Постановлением арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.09.2020 решение арбитражного суда Новосибирской области от 20.02.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2020 по делу отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд Новосибирской области.

Отменяя судебные акты,  арбитражный суд Западно-Сибирского округа указал, что при новом рассмотрении суду необходимо обсудить вопрос о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц учреждения, инспекции и департамента; оценить добросовестность поведения заказчика с точки зрения создания им разумных ожиданий у подрядчика по принятию исполнения, внезапного отказа от принятия этого исполнения, когда оно было предоставлено, фактического использования полезных свойств результата выполненных обществом работ, имея ввиду недопустимость извлечения стороной преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения; проверить наличие или отсутствие просрочки кредитора, исключающей ответственность должника (пункт 3 статьи 405, статья 406 ГК РФ), либо вины кредитора (статья 404 ГК РФ); установить правовое основание для расторжения договора (статьи 715, 719, 723 ГК РФ) и его последствия; определить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, распределить бремя их доказывания, и по результатам оценки всех доводов и возражений лиц, участвующих в деле, установления всех юридически значимых обстоятельств разрешить спор по существу при должном применении норм материального и процессуального права, распределить судебные расходы, в том числе по рассмотрению кассационной жалобы.

При новом рассмотрении дела судом привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ГБУ НСО "Государственная Вневедомственная Экспертиза Новосибирской Области",   Государственная Инспекция  по Охране Объектов Культурного Наследия Новосибирской области, Департамент по социальной политике Мэрии города Новосибирска, ГАУ НСО "Научно-Производственный Центр по Сохранению Историко-Культурного Наследия Новосибирской Области".

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, суд установил следующее.

Между МУП «ЦМИ» (заказчик) и АО «ПИ «Новосибгражданпроект» (подрядчик) был заключен договор от 10.12.2018, по условиям которого подрядчик обязуется в соответствии с техническим заданием выполнить работы по разработке проектной документации на реконструкцию нежилого здания общей площадью 1016 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>, а именно:

1         этап - разработка проектной документации; получение положительного заключения экспертизы;

2         этап - осуществление авторского надзора за строительством до сдачи объекта в эксплуатацию.

При выполнении вышеуказанных этапов подрядчик обязуется сдать результаты выполненных работ заказчику.

Срок выполнения подрядчиком 1 этапа работ по договору - до 30.04.2019, 2 этапа – до 01.11.2020.

09.09.2019 истцу поступило отрицательное заключение по результатам проведенной ГБУ НСО «Государственная вневедомственная экспертиза Новосибирской области» (далее – ГБУ НСО «ГВЭ НСО») экспертизы проектно-сметной документации, выполненной подрядчиком, а также отказ в согласовании раздела проектной документации, выданный Государственной инспекцией по охране объектов культурного наследия Новосибирской области.

Заказчиком 09.09.2019 принято решение о расторжении договора, заключенного с АО «ПИ «Новосибгражданпроект», о чем последний был уведомлен 10.09.2019.

В результате ненадлежащего исполнения договора подрядчиком, а также неполучения результата работ по первому этапу договора, заказчик понес следующие затраты:

- повторное проведение инженерно-геологических изысканий здания, расположенного по адресу: 

<

...>. Сумма 84 000 рублей;

- оценка государственным экспертом раздела проектной документации на реконструкцию здания, расположенного по адресу: 

<

...>. Сумма 60 000,00 рублей;

- государственная экспертиза проектной документации по объекту: «Реконструкция нежилого здания общей площадью 1016 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>». Сумма 675 417,47  рублей;

- проведение лабораторно-инструментального контроля санитарно-эпидемиологических правил при строительстве (реконструкции) объекта нежилого здания общей площадью 1016 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>. Сумма 9 305,60 рублей;

- специализированная информация о концентрации загрязняющих веществ в атмосферном воздухе у нежилого здания общей площадью 1016 кв. м., расположенного по адресу: 

<

...>. Сумма 17 759,99  рублей.

Кроме того, в соответствии с п. 5.5 договора пеня за 133 дня просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного договором, за период с 30.04.2019 по 09.09.2019 составила 189 715  рублей.

Учитывая, что ответчиком в качестве обеспечения исполнения обязательств был внесен платеж в размере 312 250 рублей, из которого был удержан штраф в размере 171 000 рублей и часть неустойки в размере 141 250 рублей, сума неустойки составила 48 465 рублей (с учетом уточнения исковых требований).

Кроме того,  в связи ненадлежащим исполнением обязательств, которое выразилось в превышении сроков, указанных в договоре, а также вынужденным существенным переносом сроков начала строительства (реконструкции), МУП «ЦМИ» были преждевременно освобождены от действующих арендных отношений все помещения, расположенные в здании по адресу: 

<

...>.

В результате МУП «ЦМИ» понесло убытки, так как не могло осуществлять свою деятельность по получению доходов от предоставления в аренду вышеуказанных помещений. Исходя из расчета ежемесячной арендной платы организаций, занимавших данные помещения до преждевременного расторжения договоров аренды, МУП «ЦМИ» за период с апреля по ноябрь 2019 года понесло убытки в виде упущенной выгоды  в размере 764 554 рубля 80 копеек.  

Отказ ответчика удовлетворять требования истца послужил поводом обращения истца с настоящим иском. 

Согласно статьям 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В силу пункта 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат).

В соответствии с пунктом 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора - требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

 Так, судом установлено, что срок исполнения обязательств подрядчика по разработке проектной документации и получению положительного заключения экспертизы был установлен договором – 30.04.2019.

В материалах дела представлено отрицательное заключение экспертизы от 06.09.2019.

Согласно части 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора, если подрядчик не приступит к выполнению работ или выполняет работы настолько медленно, что окончание ее к сроку становиться явно невозможным.

Пунктом 3 статьи 715 ГК РФ установлено, что если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда и потребовать возмещения убытков.

Так, в материалы дела представлено письмо № 1052 от 10.09.2019, согласно которому истец уведомляет ответчика о расторжении договора.

В рассматриваемом случае отказ истца  от договора был обусловлен некачественным, по его утверждению, выполнением работ со стороны ответчика,  не позволившим получить положительное заключение государственной экспертизы и использовать проект по назначению в связи с недостатками в разделах об обеспечении сохранности объектов культурного наследия и обеспечении доступа инвалидов к объекту строительства.

Уведомление о расторжении договора получено ответчиком 10.09.2019, что последним не оспаривается.  

При этом, ссылка истца о том, что датой расторжения договора является дата по истечение 30 дней с даты отправки почтового уведомления, а не отметка на письме от 10.09.2019, судом признается несостоятельной, поскольку ответчик на протяжении всего судебного разбирательства не оспаривал факт получения письма № 1052 от 10.09.2019 нарочно 10.09.2019, а условия договора (п. 7.6. договора)  предусматривает направление уведомлений сторонами различными средствами связи и доставки, обеспечивающие фиксирование такого уведомления.

В соответствии с п. 7.8. договора заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения договора, если в течение 10 дней с даты надлежащего уведомления подрядчика о принятом решении устранено нарушение условий договора, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения договора вступает в силу и договор считается расторгнутым через 10 дней с даты надлежащего уведомления  заказчиком подрядчика об одностороннем отказе от исполнения договора (п. 7.7. договора).

Так, ответчик указывает, что после 10.09.20219 устранил выявленные замечания по документации и стороны продолжили взаимодействия по договору, что свидетельствует  о его действительности.

Так, судом установлено, что 16.09.2019 после внесения подрядчиком изменений в проектную документацию, Раздел 12.3. ПД направлен на государственную историко-культурную экспертизу (договор возмездного оказания услуг № 39-01-ЭПД/2019 от 16.09.2019).

- 24.09.2019 получено положительное заключение по Разделу 12.3. проектной документации (акт государственной историко-культурной экспертизы раздела проектной документации от 24.09.2019), подрядчиком оплачены услуги по производству экспертизы.

- 24.09.2019 от заказчика поступило письмо № 1121 о готовности подать заявление в Государственной инспекции по охране объектов культурного наследия Новосибирской области с целью согласования Раздела 12.3. проектной документации и акта государственной историко-культурной экспертизы раздела проектной документации от 24.09.2019.

- 24.09.2019 Раздел 12.3. - Обеспечение сохранности объекта культурного наследия и акт государственной историко-культурной экспертизы раздела проектной документации от 24.09.2019 принят заказчиком по накладной.

- 25.09.2019 заказчиком поданы заявление и документы в Государственную инспекцию для согласования Раздела 12.3. проектной документации, что следует из ответа  Государственной инспекции по охране объектов культурного наследия Новосибирской области.

Результат - согласование Государственной инспекцией Раздела 12.3. проектной документации (письмо от 08.11.2019 г. №2107-04/44).

- 26.09.2019 в целях устранения замечания экспертов ГБУ НСО «ГВЭ НСО», указание на которое содержится в Отрицательном заключении экспертизы № 54-1-2-3-023738-2019 от 06.09.2019, в адрес заказчика направлено письмо № П-91 о согласовании требований к обеспечению доступа инвалидов по проектируемому объекту.

- 26.09.2019 заказчиком направлено письмо № 1145 в адрес Департамента по социальной политике Мэрии города Новосибирска.

- 01.10.2019 между заказчиком и подрядчиком подписано дополнительное соглашение к договору от 10.12.2018, которым раздел  8 дополнен пунктом 8.5, возлагающим на ответчика в случае получения отрицательного заключения государственной экспертизы проектной документации обязанность по оплате расходов на проведение повторной государственной экспертизы без последующей компенсации со стороны истца.

- 01.10.2019 проектная документация передана подрядчиком и принята заказчиком, что подтверждается накладной.

-03.10.2019 заказчиком подано заявление о проведении государственной экспертизы проектной документации и получен договор № ЖЭ2299 от 03.10.2019 за подписью и печатью ГБУ НСО «ГВЭ НСО».

- 03.10.2019  подрядчиком был оплачен аванс по договору № ЖЭ2299 от 03.10.2019 по проведению государственной экспертизы проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий в ГБУ НСО «ГВЭ НСО» (п/п №232 от 03.10.2019).

- 09.10.2019 г. в адрес заказчика направлено письмо о необходимости подписания договора № ЖЭ2299 от 03.10.2019 по проведению государственной экспертизы проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий в ГБУ НСО «ГВЭ НСО», дополнительного соглашения к нему, в котором плательщиком по договору выступает АО «ПИ «Новосибгражданпроект».

В дальнейшем, истец  письмом от 28.10.2019 № 1304 напомнил ответчику о состоявшемся ранее расторжении договора путем одностороннего отказа от него письмом от 10.09.2019 и потребовало возместить убытки.

Таким образом, из анализа представленной сторонами переписки и документов следует, что  после уведомления об отказе от исполнения договора заказчик совершал действия, направленные на продолжение его исполнения, из чего следует, что, прекращение договора в связи с односторонним отказом истца не состоялось, поскольку волеизъявление предприятия не было реализовано им же самим по его же воле. 

Истец отказался от своего уведомления о расторжении договора, и стороны по взаимному согласию продолжили регулировать свои отношения условиями договора и дополнительного соглашения к нему, что не противоречит гражданскому законодательству.

Иная оценка этих обстоятельств позволяла бы истцу как заказчику  непредсказуемо долго удерживать созданную им ситуацию в состоянии неопределенности для подрядчика, что не отвечает охраняемым законом принципам равенства участников гражданских правоотношений, стабильности гражданского оборота и определенности правоотношений сторон (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2015 № 305-ЭС15-2415).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ).

Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В силу третьего абзаца пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Направляя откорректированную документацию на повторное согласование в порядке части 10 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации, раздела VI Положения об организации и проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 05.03.2007 № 145, подписывая дополнительное соглашение к договору с подрядчиком, принимая от него оплату за повторную государственную экспертизу, заказчик создал у подрядчика разумные ожидания того, что интерес к разрабатываемой документации им не утрачен и после получения положительного заключения результат работ будет оплачен.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель).

Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась (пункт 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25).

В нарушение приведенных норм поведение истца не соответствует  принципу добросовестного осуществления гражданских прав, строящегося по критерию ожидаемого поведения разумного участника оборота.

Так, истец, направив в ГБУ НСО «ГВЭ НСО» заявку на заключение договора  на выполнение работ по экспертизе и получив соответствующий проект, в дальнейшем  11.20.2019 данную заявку  отозвал.  

 При этом, ссылка истца на то обстоятельство, что 03.10.2019  ГБУ НСО «ГВЭ НСО» было направлено дополнительное соглашение к договору на выполнение работ по экспертизе, в котором в качестве плательщика указано - АО "ПИ "Новосибгражданпроект", а в ответ ГБУ НСО «ГВЭ НСО» направило проект договора, в котором плательщиком указан истец, что послужило основанием для возврата 07.10.2019 в ГБУ НСО «ГВЭ НСО»  полного пакета документов, судом отклоняется.

Так, ГБУ НСО «ГВЭ НСО» представило в суд пояснения, в которых указало, что никакие дополнительные соглашения к проекту договора истец не направлял.

Данное обстоятельство истцом не опровергнуто.

В связи с противоречивыми действиями истца, ответчик письмом от 30.10.2019 № Р-101 отказался от исполнения договора в порядке статьи 719 ГК РФ, обратив внимание предприятия на нарушение им пункта 1.2 договора, так как положенная доверенность обществу выдана не была, а договор с ГБУ НСО «ГВЭ НСО»   на проведение повторной государственной экспертизы, несмотря на его оплату ответчиком, со стороны истца не подписан.

Учитывая изложенное, суд признает состоявшимся факт прекращения действия договора в  связи с  односторонним отказом подрядчика от его исполнения в соответствии со ст. 719 ГК РФ. 

В соответствии с частью 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. При этом, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер понесенных истцом убытков, причинную связь между правонарушением и убытками.

Поскольку судом ранее установлен факт несостоявшегося отказа заказчика от исполнения договора, а также факт недобросовестного и противоречивого поведения заказчика, который после совершения действия, направленных на прохождение экспертизы проектной документации, в дальнейшем отказался от ее проведения, при этом успешное прохождение государственной экспертизы документации является результатом, к которому в равной степени должны стремиться обе стороны, так как оно направлено на достижение целей договора (пункт 3 статьи 307, статья 718, абзац четвертый статьи 762 ГК РФ), суд приходит к выводу об отсутствии вины в действиях подрядчика.

Подрядчик, действуя разумно и добросовестно, предпринял все зависящие от него меры для получения результата работ, соответствующего условиям договора. В частности, после получения отрицательного заключения  соответствующих органов, ответчик  совершил действия по устранению недостатков, повторному  получению  заключения экспертизы  за счет денежных средств подрядчика, однако заказчик отозвав заявку из  ГБУ НСО «ГВЭ НСО», не предоставив в подрядчику доверенность на осуществление действия от его имени для прохождения государственной экспертизы, тем самым лишил подрядчика возможность завершения работ и сдачи их заказчику. 

Подобное поведение истца с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 14 Постановления № 54  и пункте 1 Постановления № 25, не может быть признано добросовестным, и как следствие, влечет  отказ в судебной защите названного права. 

Таким образом, основания для возникновения ответственности в виде взыскания убытков отсутствуют, поскольку противоправные действия ответчика, наличие причинно-следственной связи между его поведением и возникновением убытков у истца не подтверждены.

Суд не находит оснований для удовлетворения требований о взыскании о взыскании с ответчика и упущенной выгоды.

В абзаце 3 пункта 2 Постановления № 7 содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления № 7).

Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

Поэтому в соответствии со ст. 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Так, истец представил суду уведомления от 06.03.2019 о расторжении договоров аренды, заключенных с третьими лицами, занимавшими помещения в объекте, подлежащий реконструкции, проект которой разрабатывал ответчик. Также представлены акты приема-передачи данных помещений от 01.04.2019, 15.06.2019, 27.06.2019, 01.07.2019; расчет суммы неполученных доходов. 

При этом, на предложение суда представить обоснование требований в указанной части (договоры аренды, платёжные поручения, подробный расчёт суммы убытков, иное), истец каких-либо доказательств не представил.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам указанной статьи, суд пришел к выводу о том, что истец не доказал, что допущенное ответчиком нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующую выгоду, что при обычных условиях гражданского оборота он получил бы в спорный период прибыль в указанном размере, если бы ответчик надлежащим образом выполнил проектные работы. Суд не усмотрел, что причиной расторжения договоров аренды  послужили действия ответчика, связанные с ненадлежащим исполнением договора на проектирование объекта.

Наличие всех вышеуказанных обстоятельств не позволяет суду прийти к выводу о наличии достоверных и относимых доказательств, подтверждающих  возникновение на стороне истца упущенной выгоды.

Рассмотрев требования истца о взыскании неустойки за период с 30.04.2019 по 09.09.2019 в сумме 48 465 рублей, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 5.5. договора за нарушение подрядчиком срока исполнения обязательств, заказчик вправе потребовать уплаты пени в размере 1/300 действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Банка России от цены договора, уменьшенной на сумму, пропорциональную объёму обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных подрядчиком. 

 По расчёту истца, сумма неустойки составит за период с 30.04.2019 по 09.09. 2019 -  189 715 рублей.

Учитывая право заказчика в рамках п. 8.2. договора удержать сумму неустойки из суммы обеспечения, истец воспользовался таким правом и   из суммы обеспечения удержал сумму пени в размере 141 250 рублей, остальная сумма обеспечения в размере 171 000 рублей была удержана заказчиком в счет оплаты штрафа.

Проверив расчёт неустойки, суд находит его неверным в части даты начала периода просрочки и примененных ставок Банка России. 

Из содержания условий договора следует, что стороны согласовали размер неустойки в размере 1/300 ключевой ставки Банка России, действующей на дату уплаты пени.  

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, неустойка (пени) ответчиком не оплачена, соответственно день уплаты пени, на который определяется ключевая ставка Банка России по условиям договора, не наступил.  

Суд полагает возможным применить по аналогии подход Верховного Суда РФ, изложенный в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, о том, что при взыскании суммы неустоек (пеней) в судебном порядке за период до принятия решения суда подлежит применению ключевая ставка на день его вынесения.

По расчету суда, сумма неустойки составит:

С 01.05.2019 по 09.09.2019 106 590 рублей, исходя:

5 700 000* 1/300*4,25%*132 дня.

Ответчиком было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ.

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении размера неустойки, суд не нашел оснований для его удовлетворения.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В пункте 77 Постановления от 24.03.2016 г. № 7 Пленум Верховного Суда Российской Федерации вновь подтвердил, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение.

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Дополнительно суд отмечает, что часто применяемая субъектами хозяйственных отношений ставка неустойки 0,1 % в день от стоимости неисполненного обязательства не признаётся судами завышенной, соответственно, не может быть признана завышенной ставка неустойки в размере 0,01 % (1/300 от ставки рефинансирования в 4,25%).

При подписании договора, содержащего условия о размере неустойки, ответчик выразил свое согласие на применение пени именно в определенном размере. Возражений и замечаний при подписании договора ответчиком не высказано, о чрезмерности процента неустойки им не заявлено. Ответчик знал о своей обязанности выплатить неустойку в случае нарушения сроков выполнения работ и поскольку такие обстоятельства имеют место, последствия возникают в виде взыскания неустойки.

Таким образом, ввиду отсутствия доказательств явной несоразмерности суммы неустойки последствиям нарушения обязательства, отсутствия доказательств того, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды, оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

При этом, ответчик заявляет о наличии вины заказчика в нарушении сроков выполнения работ.

Ответчик указал, что истцом был предоставлены результаты инженерных изысканий, которые не соответствовали требованиям к архитектурно-строительным решениям, предусмотренным техническим заданием.

Исходные данные были представлены с нарушением срока: 

09.04.2019  - передан градостроительный план 

14.05.2019 - технический отчет по результатам инженерно-геологическим изысканиям.

Кроме того, на окончательной стадии проектирования вносились изменения заказчиком – 01.04.2019, 03.04.2019.

В связи с чем, документация была передана на экспертизу только 16.05.2019. Срок проведения экспертизы с 16.05.2019 по 09.09.2019, по мнению ответчика,  не должен включаться в период просрочки подрядчика.

Оценив доводы ответчика, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

На основании пункта 1 статьи 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения (пункт 1 статьи 405 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Так, судом установлено и материалами дела подтверждается, что истцом как заказчиком менее чем за месяц до окончания выполнения 1 этапа работ были внесены изменения в задание на проектирование (01.04.2019, 03.04.2019), а достоверные исходные данные в виде технического отчета по результатам инженерно-геологических изысканий были переданы заказчиком подрядчику 14.05.2019, уже после окончания срока выполнения подрядчиком работ, что в дальнейшем повлекло увеличение просрочки выполнения работ.  Документация была передана на экспертизу только 16.05.2019 и продолжалась вплоть до конца августа 2019 года.

Продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их приостановления в силу положений статей 716, 719 ГК РФ, само по себе не исключает возможности применения судом положений статьи 404 ГК РФ для определения размера ответственности при наличии вины кредитора (постановление Президиума ВАС РФ от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013).

Материалами подтверждено нарушение истцом срока исполнения своего обязательства как по передаче исходных данных в состоянии, обеспечивающем своевременное начало работ, нормальное их ведение и завершение в срок, так и в части внесения изменений в задание на проектирование.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд устанавливает вину истца, как кредитора, в допущенной ответчиком, как должником, просрочке исполнения своего обязательства.

Таким образом, учитывая, что в допущенной ответчиком просрочке исполнения своего обязательства, предусмотренного договором, имеется как вина ответчика, так и вина самого истца, суд, применительно к положениям ст. 404 ГК РФ, считает возможным уменьшить размер ответственности ответчика в два раза до 53 295 рублей, исходя из расчета неустойки, произведённого судом ранее с учетом условий договора и норм Гражданского законодательства РФ (106 590 рублей : 2).

Учитывая то обстоятельство, что истец предъявляет требования о взыскании неустойки с учетом удержания  пени в размере 141 250 рублей из суммы обеспечения договора, суд полагает верным учесть данное право истца при произведённом перерасчёте суда.

Таким образом, поскольку сумма удержанной истцом неустойки в размере 141 250 рублей превышает сумму неустойки, определенную судом как обоснованную в размере 53 295 рублей, оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части не имеется. 

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной и кассационной жалобам суд в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнёс на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать. 

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия города Новосибирска "Центр муниципального имущества" (ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества "Проектный институт "Новосибгражданпроект" (ИНН 

<

***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной и кассационной жалоб в сумме 6000 рублей.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья

О.В. Суворова