АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-29766/2020

15 июня 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения подписана 07 июня 2023 года. Решение в полном объеме изготовлено 15 июня 2023 года. 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мосягина Е.А. при ведении протокола  судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом  судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Траст Птицеводческий Холдинг», ОГРН 

<

***>, г. Москва, действующего в интересах  общества с ограниченной ответственностью «Уральская мясная компания», ОГРН  

<

***>, село Кунашак Челябинской области, к ФИО2, г.  Челябинск, ФИО3, г. Челябинск, о взыскании 118 852 845 руб., при  участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора: ФИО4, общества с ограниченной  ответственностью «Агропромышленный комплекс «Михайловский», ОГРН 

<

***>, г.  Москва, при участии в судебном заседании представителя ООО «Траст Птицеводческий  Холдинг» - ФИО5, паспорт, доверенность от 20.04.2023, представителя ООО  «Уральская мясная компания» - ФИО6, доверенность от 16.12.2022, диплом, паспорт,  представителя ответчика ФИО2 - ФИО7, доверенность от 27.10.2020,  диплом, паспорт, представителя ответчика ФИО3 - ФИО8, доверенность от  04.05.2022, удостоверение адвоката.  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Траст Птицеводческий Холдинг», ОГРН  

<

***>, г. Москва, общество с ограниченной ответственностью «Уральская мясная  компания», ОГРН 

<

***>, село Кунашак Челябинской области (далее – истцы),  обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО2, г. Челябинск, ФИО3, г. Челябинск (далее –  ответчики), о взыскании с ФИО2 убытков, причиненных обществу  «Уральская мясная компания» в сумме 17 341 002 руб. 89 коп., о взыскании солидарно с  ФИО2, ФИО3 убытков, причиненных  обществу «Уральская мясная компания» в сумме 101 511 842 руб. 11 коп.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.08.2020 исковое  заявление принято к производству (т. 1 л.д. 1).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.08.2021 произведена  замена судьи Ефимова А.В. судьей Мосягиной Е.А. (т. 16 л.д.56).  

В судебном заседании 28.06.2022 истцы обратились с письменным ходатайством об  уточнении размера исковых требований, просили суд взыскать с ФИО2 убытки в  размере 17 804 660 руб. 06 коп., а также взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3  убытки в размере 101 048 184 руб. 94 коп. (т. 17 л.д.130-131).  

Уточнение истцами размера исковых требований принято судом протокольным  определением от 28.06.2022 на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) (т. 17 л.д. 132).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.08.2022 судом к участию  в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечен ФИО4 (т. 18 л.д. 11).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.03.2023 судом к участию  в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  

предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью  «Агропромышленный комплекс «Михайловский» (т. 18 л.д. 67-68).  

В судебном заседании представители истцов поддержали исковые требования в полном  объеме, представители ответчиков ФИО2 ФИО3 возражали против  удовлетворения исковых требований.  

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора,  извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения вопроса, в судебное  заседание не явились, полномочных представителей не направили.  

Третье лицо ФИО4 представил в материалы дела письменное мнение по делу в  соответствии с требованиями статьи 81 АПК РФ, в котором поддержал позицию ответчика и  просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме (т. 18 л.д.13).  

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (пункт 3 статьи 156  АПК РФ).  

Дело рассматривается по правилам частей 1, 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие  представителей третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно  предмета спора, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, по  имеющимся в деле доказательствам.  

Заслушав доводы истцов, возражения ответчиков, исследовав письменные материалы  дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат в  связи со следующим.  

Как следует из материалов дела, ООО «Уральская мясная компания» зарегистрировано в  качестве юридического лица 05.08.2010 за основным государственным регистрационным  номером 

<

***>.  

Предприятие ООО «Уральская мясная компания» создано в 2010 году с целью  осуществления деятельности в птицеводческой отрасли и реализации самостоятельного проекта  по созданию нового птицеводческого комплекса на территории Кунашакского района  Челябинской области.  

На момент создания ООО «Уральская мясная компания» являлось частью Агрохолдинга  «Уралбройлер».  

Учредителем и единственным участником ООО «Уральская мясная компания» являлся  ФИО9, он же занимал должность директора в течение одного дня с момента создания  Общества.  

ФИО2 занимал должность единоличного исполнительного органа ООО  «УМК» в период с 06.08.2010 по 06.06.2012, ФИО3 с 07.06.2012 по 01.07.2016. В  дальнейшем должность единоличного исполнительного органа занимал ФИО10 (с  30.06.2016 и по 16.02.2017). В последующем, решением участника ФИО4 от 16.02.2017  (назначен генеральным директором ФИО11).  

Между ООО «Уральская мясная компания» в лице директора ФИО2  (заказчик), ООО «Капитал Сити» (технический заказчик) и ООО «Трест «Энергострой»  (генподрядчик) заключен договор строительного генерального подряда № 02/10/10И от  07.10.2010 (далее – договор), в соответствии с пунктом 1. 1 которого заказчик поручает, а  генподрядчик принимает на себя обязательство выполнить работы по строительству объекта  «Птицефабрика ООО «Уральская мясная компания» по выращиванию бройлеров мощностью  20,4 миллиона голов в год» по адресу: обл. Челябинская, р-н Кунашакский, в 6 км. на северо-восток от северной границы дер. Сураково (т. 1 л.д. 21-30).  

Согласно пункту 6.1 указанного договора ориентировочная (предварительная) стоимость  строительно-монтажных работ с учетом стоимости материалов по договору в ценах 2000 года  и/или в текущих ценах определяется в приложении «Ориентировочная стоимость работ» к  договору, составляющем его неотъемлемую часть. На момент подписания договора  ориентировочная стоимость строительно-монтажных работ в текущих ценах составляет  2 722 582 026 руб. с учетом НДС.  

Решением УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от 12.04.2017 об отказе в  привлечении ООО «Уральская мясная компания» к налоговой ответственности за совершение  

налогового правонарушения обществу начислена недоимка в размере 17 277 959 руб.  и пеня в размере 5 586 231 руб.  

07.08.2017 решением № СА-4-9/15519@ по результатам рассмотрения апелляционной  жалобы налогоплательщика ФНС России оставило решение № 12-21/002 без изменения,  апелляционную жалобу ООО «Уральская мясная компания» без удовлетворения.  

МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Челябинской области в адрес  ООО «Уральская мясная компания» направлено требование № 96 об уплате налогов, пени по  состоянию на 14.08.2017 в сумме доначисленного НДС – 17 277 959 руб., пени – 5 586 231 руб.  

ООО «Уральская мясная компания» обжаловало решения налоговых органов в судебном  порядке.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 04.06.2019 по делу № А7625687/2017, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда № 18АП-10443/2019 от 23.09.2019, постановлением Арбитражного суда  Уральского округа № Ф09-9321/19 от 04.02.2020, в удовлетворении требований ООО  «Уральская мясная компания» отказано.  

По мнению истцов, налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки установлен  факт совершения налогового правонарушения, выразившегося в искусственном увеличении  стоимости закупаемых материалов на 113 266 614 руб. 00 коп. с целью получения  необоснованной налоговой выгоды, а также необоснованной компенсации из бюджета сумм  налога на добавленную стоимость.  

Истцы указывают на то, что ответчики по делу в проверяемые периоды являлись  руководителями ООО «Уральская мясная компания», осуществляли заключение и исполнение  сделок с контрагентом и являлись ответственными лицами за сдачу налоговой отчетности,  исчисление и уплату налогов.  

Ответчиками ФИО3 и ФИО2, подавались заявления в Инспекцию  на возмещение НДС, которое впоследствии было признано неправомерным.  

Основанием для доначисления налога и начисления пени явилось создание «схемы»,  позволявшей искусственно завышать стоимость оборудования, приобретаемого для оснащения  птицефабрики.  

Налоговым органом в ходе выездной проверки установлен факт совершения налогового  правонарушения, выразившегося в искусственном увеличении стоимости закупаемых  материалов на 113 266 614 руб. с целью получения необоснованной налоговой выгоды.  

Решением УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от 12.04.2017 ООО  «Уральская мясная компания» начислена недоимка в размере 17 277 959 руб. и пеня в размере 5  586 231 руб.  

На основании решений налогового органа и судебных актов установлено, что  заключение договоров с реальными поставщиками от имени субподрядчиков, размещение  заказов у реальных поставщиков от имени субподрядчиков, приёмка товара, поставляемого  непосредственно от реальных поставщиков с документами от субподрядчиков, привели к  возникновению переплаты техническим (фиктивным) поставщикам 113 266 614 руб. сверх  реальной стоимости приобретаемых товарно-материальных ценностей.  

По мнению истцов, ФИО2 вопреки необходимости действовать разумно и в  интересах общества совершил действия, направленные на увеличение стоимости  приобретаемых обществом материалов для строительства птицефабрики, способствовал  максимальному увеличению разницы между реальной стоимостью материалов и стоимостью,  отражаемой в документах. Именно ФИО2 вёл переговоры с реальными поставщиками  строительных материалов, настаивая на предоставлении скидки в виду крупности партии  закупаемого товара, и именно он предоставил поставщикам реквизиты субподрядных  организаций для заключения договоров. Указанные ФИО2 субподрядные  организации впоследствии заключили соглашения на поставку с ООО «Уральская мясная  компания» от своего имени.  

ФИО2 заключил кредитные договоры для получения денежных средств на  сумму более 4 млрд. руб. с отнесением обязанности по уплате кредитов на общество, чем  исчерпал кредитный потенциал общества и ограничил свободу ведения хозяйственной  

деятельности путём предоставления 100 % доли в уставном капитале в залог ПАО  «Сбербанк». Указанные денежные средства были направлены на оплату стоимости  приобретаемых материалов.  

Истцы указали на то, что после прекращения полномочий ФИО2 в качестве  директора общества продолжил курировать проект строительства Кунашакской птицефабрики  в качестве менеджера проекта.  

ФИО3, заняв должность генерального директора общества 15.06.2012 (дата  внесения сведений в ЕГРЮЛ), в которой он проработал до 30.06.2016 г., не проявил должного  интереса к процессу приобретения материалов для строительства птицефабрики. При этом  ФИО3, надлежащим образом исполняя свои обязанности, имел возможность в течение  одного месяца с момента вступления в должность ознакомиться с бухгалтерской  документацией общества и выявить указанные «сомнительные сделки», чего сделано не было.  Не была проведена и проверка общества при принятии управления им со стороны вновь  назначенного руководства.  

Истцы полагают, что поскольку на момент вступления ФИО3 в должность  генерального директора ООО «УМК» иной деятельности кроме строительства и оснащения  птицефабрики обществом не велось, следовательно, спорные сделки должны были стать  объектом обязательного внимания генерального директора.  

По мнению истцов, при приобретении оборудования для оснащения Кунашакской  птицефабрики ответчики также применяли аналогичную «схему» завышения реальной  стоимости приобретаемых товарно-материальных ценностей.  

На согласованность действий ответчиков указывает то, что при составлении бизнес- плана «Создание производственных мощностей по выпуску животноводческой мясной  продукции птицеводства в Кунашакском районе Челябинской области» ФИО2  ссылается на опыт ЗАО «Уралбройлер», и позиционирует ООО «Уральская мясная компания»  как составную часть Агрохолдинга «Уралбройлер».  

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истцов с настоящим  иском в арбитражный суд.  

В пункте 2 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации налоговое  правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее,  осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно  допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).  

Согласно пункту 4 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что  вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от  вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили  совершение данного налогового правонарушения.  

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские  обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми  актами и учредительным документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно  действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно  (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

В соответствии с частью 1 статьи 44 Федерльного закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об  обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью») единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав  и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и  разумно.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный  исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются  не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального  положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности  общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на  него действующим законодательством.  

Частью 2 статьи 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено,  что единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за  убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные  основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.  

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным  органом общества вправе обратиться в суд общество или его участник (часть 5 статьи 44 ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью»).  

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта  или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени  (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его  учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки,  причиненные по его вине юридическому лицу.  

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица» добросовестность и разумность при  исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых  и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое  лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на  юридическое лицо действующим законодательством.  

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой  ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или)  неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица  могут быть взысканы с директора.  

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать  полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не  предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб),  а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 №  62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав  органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный  директор и т.д., обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.  В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его  учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление  соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу  таким нарушением.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и  представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица,  вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения  относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков  (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им  контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия  третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить  соответствующие доказательства  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет  такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия  нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно  может быть возложено судом на директора.  

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 вышеуказанного Постановления Пленума  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности,  когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их  

совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил  сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.  

Лицо, обращающееся в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков на  основании статей 15, 53, 53.1 ГК РФ, обязано доказать наличие совокупности всех элементов  ответственности: факт нарушения обязательства ответчиком, причинную связь между  допущенным нарушением и возникшими убытками, размер убытков. Доказыванию подлежит  каждый элемент убытков.  

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал  ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, т.е. проявлял ли он  заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего  исполнения своих обязанностей. Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу, в  частности, входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного  органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного  исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима  доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность какого-либо  обстоятельства является основанием для отказа в удовлетворении иска.  

Суд полагает, что имеющееся в деле решение налогового органа о привлечении  общества к ответственности за совершение налоговых правонарушений является  доказательством неправомерных действий руководителя общества по ненадлежащему  исполнению публично-правовых обязанностей в виде необоснованного перечисление денежных  средств в пользу контрагентов и наступления в связи с этим для предприятия неблагоприятных  последствий в виде убытков.  

В доводах возражений ответчики указали на пропуск истцами срока исковой давности. 

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты  права по иску истца, право которого нарушено.  

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со  дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса, а течение срока исковой  давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего  права (пункт 1 статьи 200 Кодекса).  

Из разъяснений, приведенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением  норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее -  постановление Пленума от 29.09.2015 № 43) следует, что течение исковой давности по  требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом  самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица,  узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является  надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).  

В соответствии с абзацем 1 пунктом 10 постановления Пленума № 62 участник  юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в  интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ); в связи с этим  не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с  иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для  юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было  участником юридического лица; течение срока исковой давности по требованию такого  участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны  директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического  лица.  

В случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим  лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда  юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность  узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий  участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая,  

когда он был аффилирован с указанным директором (абзац 2 пункта 10 постановления  Пленума № 62).  

Таким образом, поскольку требование о взыскании убытков подается от имени  должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице  нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение  директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий  допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном  бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не  связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник  (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего  нарушение.  

В пункте 15 постановления Пленума от 29.09.2015 № 43 разъяснено, что истечение срока  исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй  пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок  исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой  давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без  исследования иных обстоятельств дела.  

Механизм применения исковой давности направлен на недопущение безграничного  сохранения права защиты и должен способствовать пониманию участниками гражданского  оборота необходимости уважать права и законные интересы всех сторон правоотношений и не  допускать любого проявления злоупотребления правами. Длительное необращение в суд  приводит не только к утрате доказательств, что создает дополнительные сложности для  надлежащего рассмотрения дела, но и к невозможности защиты нарушенного права даже там,  где это право бесспорно нарушено. Ограничение в виде срока исковой давности предусмотрено  с целью соблюдения гарантий прав участников гражданского оборота и стабильности  правоотношений.  

Применительно к обстоятельствам данного дела срок исковой давности начинает течь с  момента, когда само общество или участники общества, обладающие правом на подачу иска,  узнали или должны были узнать о наличии оснований для привлечения директоров к  ответственности в виде взыскания убытков.  

Истцы указывают на то, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента  вступления в законную силу решения УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от  12.04.2017.  

Так, решением УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от 12.04.2017 об  отказе в привлечении ООО «Уральская мясная компания» к налоговой ответственности за  совершение налогового правонарушения обществу начислена недоимка в размере 17 277 959  руб. и пеня в размере 5 586 231 руб.  

07.08.2017 решением № СА-4-9/15519@ по результатам рассмотрения апелляционной  жалобы налогоплательщика ФНС России оставила решение № 12-21/002 без изменения,  апелляционную жалобу ООО «Уральская мясная компания» без удовлетворения.  

По мнению истцов, срок исковой давности необходимо исчислять с момента вступления  в законную силу решения УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от 12.04.2017, то  есть с 07.08.2017.  

Указанный довод истца подлежит судом отклонению в связи со следующим. 

Действующее гражданское законодательство связывает начало течения срока исковой  давности со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том,  кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Нарушением права при  этом являются фактические обстоятельства, действия лиц, которые нарушают права.  

Таким образом, начало течение срока - момент, когда сторона узнала о совершении  ответчиком действий, нарушающих права истца, а не когда таким действиям дана оценка  вступившим в законную силу судебным актом.  

По иску юридического лица о взыскании с прежнего руководителя убытков, возникших  в связи с привлечением организации к налоговой ответственности, срок исковой давности не  может удлиняться путем исчисления его с момента вступления в законную силу решения суда  

об отказе обществу в отмене решения налогового органа о привлечении к  ответственности, тем более когда такое решение принято налоговым органом по истечении  более полутора лет с момента освобождения прежнего руководителя от исполнения  обязанностей единоличного исполнительного органа, течение срока исковой давности нужно  связывать с моментом, когда юридическое лицо, в лице нового, не аффилированного с  предыдущим руководителем и участником, директора, получило реальную возможность узнать  о нарушении.  

Оспаривание решения налогового органа не свидетельствует о том, что о причинении  убытков общество могло узнать только после рассмотрения требований о незаконности  решения налогового органа. Начало течения срока исковой давности связано с моментом, когда  юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность  узнать о нарушении. Реальная возможность получения Обществом в лице нового единоличного  исполнительного органа информации о наличии в действиях руководителя недобросовестности  и неразумности, возможно повлекших причинение убытков, возникла с момента вынесения  решения налоговым органом.  

В связи с изложенным, оспаривание решения налогового органа не может изменять  начало течения срока исковой давности. Независимо от обжалования либо не обжалования в  досудебном/судебном порядке решения налогового органа, фактические обстоятельства, с  которыми истцы связывают наступление убытков, становятся известны непосредственно из  самого решения налогового органа.  

В таких случаях общество вправе самостоятельно выбрать способ защиты нарушенного  права: обжалование ненормативного акта налогового органа либо взыскание убытков, при этом  действующее законодательство не ставит возможность предъявление иска о взыскании убытков  в зависимость от оспаривания такого ненормативного акта налогового органа.  

Таким образом, течение срока исковой давности должно исчисляться не позднее чем с  даты ознакомления с решением УФНС России по Челябинской области № 12-21/002 от  12.04.2017 не аффилированных с ответчиками участников ООО «Уральская мясная компания»  и/или лица, занимающего должность единоличного исполнительного органа.  

Более того договор, с фактом заключения которого по завышенной цене истцы  связывают причинение убытков, был заключен в 2010 году. Право на обращение в суд с иском  о взыскании убытков с руководителя, заключившего такой договор на невыгодных для  общества условиях, не зависит от того проводилась ли налоговая проверка за период, в который  такой договор заключен, были ли такие обстоятельства в ходе проверки выявлены. Новый  директор и участники могли и должны были знать о таких договорах (годовые отчеты о  деятельности общества, аудиторские заключения, заключения ревизионной комиссии). Данные  лица могли сопоставить цены по заключенным обществом договорам с рыночными ценами, с  ценами заводов-изготовителей оборудования и узнать о нарушении своих прав (если оно и  имело место).  

В связи с изложенным, суд полагает, что о нарушении прав в виде причинения убытков  (за исключением убытков в виде доначисленных налоговой проверкой сумм пени, штрафа)  независимым участникам и руководителю было известно значительно ранее даты решения  налогового органа, т.е. в момент совершения спорных сделок.  

Срок исковой давности применительно к моменту, когда о нарушении права стало  известно единоличному исполнительному органу должен исчисляться с ознакомления с  решением № 12-21/02 от 12.04.2017.  

ФИО2 занимал должность единоличного исполнительного органа ООО  «Уральская мясная компания» в период с 06.08.2010 по 06.06.2012, ФИО3 с 07.06.2012 по  01.07.2016. В дальнейшем должность единоличного исполнительного органа занимал  ФИО10 (с 30.06.2016 и по 16.02.2017). В последующем решением участника ФИО4 от 16.02.2017 (назначен генеральным директором ФИО11).  

Смена лица, занимающего должность единоличного исполнительного органа, не  изменяет течение срока исковой давности.  

Срок исковой давности подлежит исчислению с момента получения генеральным  директором ФИО11 решения № 12-21/02 от 12.04.2017.  

Решением участника ФИО4 от 16.02.2017 (не аффилированного с бывшим  участником ФИО9 либо ответчиками) был назначен генеральным директором ФИО11 Применительно к нему срок должен так же исчисляться как дата назначения + 14 дней  (которых объективно достаточно для ознакомления с делами общества). Решение налогового  органа № 12-21/02 от 12.04.2017 вынесено после назначения ФИО11 на должность,  именно он был уполномочен от имени налогоплательщика получить акт налоговой проверки,  представить на него возражение, получить решение.  

Доводы истцов об афиллированности ФИО11 бывшим бенефициарам ООО  «УМК», однако, абз.2 п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 указывает на  то, что срок исковой давности должен исчисляется с момента, когда о нарушении узнал новый  директор, за исключением случая, когда он был аффилирован с директором, привлекаем к  гражданско-правовой ответственности, а не с бывшими бенефициарами общества.  Соответственно указанный довод является не обоснованным.  

ФИО11 занимал должность генерального директора до 05.03.2019, т.е. и после  приобретения доли в уставном капитале ООО «УМК» истцом ООО «Траст Птицеводческий  Холдинг», был освобожден от нее только по собственной инициативе, что подтверждено  решением участника № ТПХ-7УМК от 05.03.2019.  

Согласно статье 4 Закона о конкуренции аффилированными лицами физического лица  признаются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое  лицо, и юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться  более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции  либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического  лица.  

Критерии отнесения хозяйствующих субъектов к определенной группе лиц определены  положениями статьи 9 Закона № 135-ФЗ (пункты 1 - 14 части 1). При этом группа лиц  рассматривается как совокупность хозяйствующих субъектов, действующих на определенном  товарном рынке в едином экономическом интересе и (в силу особых связей: имущественных,  родственных, управленческих и иных) способных оказывать ощутимое влияние на  соответствующую экономическую деятельность. В данном случае отсутствуют основания,  предусмотренные статьей 9 Закона № 135-ФЗ. для отнесения ФИО2, ФИО3.  ФИО10 и ФИО11 к одной группе лиц. Доказательств обратного материалы  дела не содержат.  

Срок исковой давности применительно к моменту, когда о нарушении права стало  известно не аффилированным участнику/участникам ООО «УМК» должен исчисляться с даты  не позднее 2 месяцев с момента принятия решения № 12-21/02 от 12.04.2017, т.е. 12.06.2017.  

Для определения начала течения срока исковой давности существенное значение имеет  то обстоятельство, был ли участник юридического лица, имевший возможность прекратить  полномочия директора, связан (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности в  виде убытков руководителем. Такое обстоятельство имеет значения не в любой момент  времени, а на момент совершения действий, повлекших причинение убытков, либо на момент  приобретение таким участником доли в уставном капитале общества.  

В данном случае ФИО9, единственным участником общества, по четырем  договорам купли-продажи от 30.12.2015 100% доли в уставном капитале общества были  переданы в пользу четырех физических лиц, а именно по 25% доли были переданы - ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО4 По договорам купли-продажи от 23.09.2016  доли, принадлежащие ФИО12 (25%), ФИО13 (25%), ФИО14 (25%), были  переданы ФИО4, после чего последний стал единственным участником общества. В  дальнейшем с 08.06.2018 по 13.12.2018 участником был ФИО15 с размером доли 100%  уставного капитала, с 14.12.2018 единственный участник - ООО «Траст Птицеводческий  Холдинг».  

Никаких доказательств афиллированности ФИО4 на момент приобретения ими  долей в уставном капитале ООО «УМК» 23.09.2016 с ФИО3. ФИО2, в  материалах дела не имеется. Вместе с тем, в совокупности данные участники, будучи все не  

аффилированными с ответчиками, имели возможность освободить ФИО3 от  занимаемой должности.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Федерального закона «Об обществах с  ограниченной ответственностью» участники общества, вправе участвовать в управлении  делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и  учредительными документами общества; получать информацию о деятельности общества и  знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его  учредительными документами порядке; принимать участие в распределении прибыли. Статьей  34 названного закона предусмотрено проведение очередного общего собрания участников  общества в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. В  соответствии с положениями указанного закона информация о деятельности общества  подлежит предоставлению участникам общества при подготовке к проведению очередного  общего собрания участников. В соответствии с уставом общества (имеется в материалах дела)  общее годовое собрание проводится не ранее чем через 2 и не позднее чем через 4 месяца после  окончания финансового года.  

Учитывая изложенное, проверив обоснованность заявления ответчиков о пропуске срока  исковой давности по настоящему требованию, приняв во внимание, что реальная возможность  получения обществом в лице его контролирующего участника информации о действиях  руководителя возникла с момента вынесения решения налоговым органом, то есть не позднее  12.04.2017, при этом настоящий иск был подан в суд 04.08.2020, суд приходит к выводу о  пропуске срока исковой давности по рассматриваемому иску.  

Исследовав представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к  выводу о том, что требования истца являются не обоснованными, не подтверждаются  материалами дела и удовлетворению не подлежат.  

Вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом в  судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (статья 112 АПК РФ).  

Государственная пошлина, подлежащая уплате за рассмотрение настоящего дела,  составляет 200 000 руб. 00 коп.  

При обращении истца с настоящим иском им была уплачена государственная пошлина в  указанном размере, что подтверждается представленным в материалы дела платежным  поручением № 13684 от 31.07.2020 (т. 1 л.д. 20).  

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом отказано, то расходы истца по  оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. относятся на него и возмещению не  подлежат.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в  Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия  (изготовления в полном объеме), путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской  области.  

Судья Е.А. Мосягина  

Информацию о времени, месте и результатах  рассмотрения апелляционной жалобы можно получить соответственно на интернет-сайте Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru