СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2978/2021(2)-АК

Дело № А50-36839/2019

19 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено    19 января 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова  В. И., 

судей  Герасименко Т.С., Чепурченко  О.Н. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 

при участии:

конкурсный управляющий ФИО2, паспорт; 

представитель конкурсного кредитора ОАО «Уралтеплосервис» - ФИО3, паспорт, доверенность от 10.01.2022; 

представитель ответчика : ФИО4 -  дов.  от  18.01.2021 г., 

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ОАО «Уралтеплосервис»

на определение Арбитражного суда  Пермского края от 18 октября 2021 года 

по делу № А50-36839/2019,

по заявлению ОАО «Уралтеплосервис» к ответчику: ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, страховой номер обязательного пенсионного страхования (СНИЛС) 030-109660 96, адрес: 

<

...>).

о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности,

третье лицо ФИО6 (ИНН 

<

***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...> 28А-8).

в  рамках  дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная энергетическая компания» (сокращенное наименование - ООО «МЭК») (614025, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 06.07.2020 (резолютивная часть определения объявлена 23.06.2020) ООО «МЭК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО «МЭК» ФИО2 21.12.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением, просит:

1.               Признать недействительной сделкой дополнительное соглашение № 1 от 01.10.2016 к трудовому договору №10/15 от 15.01.2015, заключенное между ООО «МЭК» и ФИО5.

2.                     Признать недействительной сделкой начисление и выплату ФИО5 премий за исполнение обязанностей генерального директора ООО «МЭК» в период с 2015 по 2020 г.г. в общем размере 1 281 148 руб.

3.                     Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «МЭК» 4 279 010 руб. 04 коп. неправомерно выплаченной заработной платы.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.12.2020 заявление конкурсного управляющего было принято к производству и назначено к рассмотрению, на 14 мая 2021 года.

05.03.2021 конкурсный управляющий ООО «МЭК» заявил об уточнении требований, просил:

1.               Признать недействительной сделкой дополнительное соглашение № 1 от 01.10.2016 к трудовому договору №10/15 от 15.01.2015, заключенное между ООО «МЭК» и ФИО5.

2.                     Признать недействительной сделкой начисление и выплату ФИО5 премий за исполнение обязанностей генерального директора ООО «МЭК» в период с 2015 по 2020 г.г. в общем размере 1 281 148 руб.

3.                     Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «МЭК» 4 012 513 руб. 20 коп. неправомерно выплаченной заработной платы.

Уточнения приняты судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда  Пермского края от 18 октября 2021 года

признана  недействительной сделка  в виде начисления и выплаты ФИО5 премий за 2017, 2018 и 2019 годы.

Применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО «МЭК» 488 085 рублей.

В остальной части заявления отказано.

Не  согласившись с  определением , ОАО «Уралтеплосервис» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит  определение отменить, требования удовлетворить в полном  объеме. 

В  апелляционной жалобе заявитель  ссылается  на  то,  что в настоящем случае, квалифицирующим признаком состава недействительности, предусмотренного ст. 10 и 168 ГК РФ, является наличие умысла на причинение вреда кредиторам у обеих сторон сделки, а именно, у должника - ООО «МЭК», в том числе в лице учредителя ФИО6 и его генерального директора ФИО5

       В ходе судебных заседаний, единственный учредитель должника ФИО6 и бывший генеральный директор должника ФИО5 ссылались на то, что оспариваемое дополнительное соглашение № 1 от 01.10.2016 г. к трудовому договору №10/15 от 15.01.2015 г. заключенное между ООО «МЭК» и ФИО5, подписано учредителем должника.

       Судом первой инстанции также не учтены в качестве квалифицирующих признаков и те обстоятельства, что заключение спорного дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО5 сопряжено с массовым увольнением иных сотрудником должника осуществляющих непосредственно хозяйственную деятельность должника, а также сопряжено с расторжением договора аренды тепловых сетей заключенного с ОАО «Уралтеплосервис» с использованием которого в 2014-2016 г.г. ООО «МЭК» осуществляло деятельность и получало всю прибыль.

       Иными словами, заключение оспариваемого соглашения об увеличении заработной платы генерального директора произошло в момент существенного падения прибыли должника связанного с утратой основного актива, использовавшегося в основной деятельности.

       При этом, в указанный же момент бывшим директором должника и единственным учредителем должника совершены действия по сокращению штата и увеличению оклада директора в два раза.

        То есть, бывший директор должника и единственный учредитель должника, обладая информацией о наступлении фактической неплатежеспособности должника, в условиях сокращения штата и критического падения уровня прибыли, целенаправленно и умышленно производят действия по двукратному увеличению заработной платы директора, без изменения его функций и увеличения перечня обязанностей.

       Указанное является злоупотреблением правом, совершенным с умыслом обеих сторон, а именно директором и учредителем, очевидно направленное на причинение вреда должнику и его кредиторам.

        Во взаимосвязи с доводами, изложенными в пункте 1 апелляционной жалобы, следует обратить внимание также на то, что кредитор ОАО «Уралтеплосервис» неоднократно обращался с заявлением о признании ООО «МЭК» несостоятельным(банкротом).

       Так, определением Арбитражного суда Пермского края от 04.10.2016 г. по делу А50- 14846/2016 отказано в удовлетворении заявления ОАО «Уралтеплосервис» о признании ООО «МЭК» банкротом.

       Аналогично, определением Арбитражного суда Пермского края от 27.01.2017 г. по делу А50-26016/2016 отказано в удовлетворении повторного заявления ОАО «Уралтеплосервис».

       Таким образом, учредитель и бывший директор должника на момент совершения оспариваемой сделки были также осведомлены о рассмотрении в отношении ООО «МЭК» заявления ОАО «Уралтеплосервис» о признании несостоятельным(банкротом).

         Указанное, совместно с характером действий участников сделки, обстоятельств ее совершения, а также установленным умыслом у бывшего директора должника и учредителя должника, на причинение вреда должнику и кредиторам, свидетельствует о наличии пороков сделки образующих состав для квалификации сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ .

         В обжалуемом судебном акте, суд первой инстанции приходит к выводу, что оспариваемое соглашение от 01.10.2016 соответствует признакам недействительности, установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, ответчик, являясь контролирующим должника лицом знал и должен был знать об указанной цели к моменту совершения сделки).

       Между тем, в удовлетворении требования о признании соглашения от 01.10.2016 недействительной сделкой отказано, поскольку указанное соглашение заключено за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

       Судом первой инстанции при наличии выводов о том, что оспариваемое соглашение от 01.10.2016 соответствует признакам недействительности, установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не применены последствия недействительности в виде односторонней реституции, то есть взыскания с ФИО5 необоснованно выплаченной заработной платы в период подозрительности, то есть за период после 12.12.2017 г.

         В указанный период размер необоснованно выплаченной заработной платы исходя из расчетов конкурсного управляющего ООО «МЭК» составил 1 856 680,76 руб.(35 770,56 руб. за 19 дней в 2017 г. и 1 820 910,20 за период с 2018 по 2020 гг.)

         Стоит отметить, что действия по выплате заработной платы в адрес ФИО5 в размере 1 856 680,76 руб. рублей за период после 12.12.2017 г. совершались в пределах трех лет до возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве) и, соответственно, могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как это сделано судом первой инстанции по отношению к действиям по выплате премий в адрес ФИО5

          Конкурсный  управляющий  должника  доводы  апелляционной жалобы  поддерживает. 

          Ответчик  ФИО5  по  снованиям,  изложенным  в  письменном отзыве,   против  доводов  апелляционной жалобы  возражает. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

  Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части.

     Как следует из материалов дела, 15.01.2015 между ООО «МЭК» в лице единственного участника ФИО6 и ответчиком ФИО5 заключен трудовой договор № 10/15 в соответствии с которым ФИО5 назначен на должность генерального директора ООО «МЭК».

В соответствии с п. 1.6. трудового договора ФИО5 установлен оклад в размере 70 000 руб.

01.10.2016 между ООО «МЭК» в лице единственного участника ФИО6 и ответчиком ФИО5 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № 10/15, в соответствии с которым ФИО5 установлен оклад в размере 140 000 руб.

Согласно представленным конкурсным управляющим в материалы дела документам, генеральному директору ООО «МЭК» ФИО5 начислены и выплачены премии - всего в общей сумме 1 281 148 руб .

По мнению конкурсного кредитора оспаривающего сделки по увеличению оклада в два раза, а также выплате премий,  они  являются недействительными на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктов 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные со злоупотреблением правом в целях причинения вреда кредиторам.

Суд  первой  инстанции, удовлетворяя требования в части, пришел  к  выводу  о том,  что  сделки в виде начисления и выплаты ФИО5 премий за 2017, 2018 и 2019 годы являются  недействительными  по  п. 2  ст.  61.2  Закона  о  банкротстве. Что  касается дополнительного соглашения № 1 от 01.10.2016 к трудовому договору №10/15 от 15.01.2015 между ООО «МЭК» и ФИО5,  то  основания для  его  признания  недействительным отсутствуют ,  так как оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, определенного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, признаков,  выходящих за  пределы указанной нормы , не  имеется,  следовательно ,  основания  для  применения  ст.  ст. 10, 168 ГК  РФ отсутствуют. 

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может также оспариваться выплата заработной платы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума N 63.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания недействительной сделки на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 8.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) необходимо установление следующих обстоятельств:

-                 факта совершения оспариваемой сделки в срок, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления);

-                 факта неравноценного встречного предоставления другой стороной оспариваемой сделки, в том числе в случае, если цена оспариваемой сделки и/или иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и/или иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Установление иных обстоятельств (в частности недобросовестности другой стороны оспариваемой сделки) не требуется.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)         сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)         в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)         другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, и на момент заключения 01.10.2016 оспариваемого дополнительного соглашения к трудовому договору, и в момент выплаты премий в период по март 2019 года включительно, должник имел неисполненную свыше шести месяцев обязанность по уплате задолженности перед кредитором, превышающую 1 000 000 руб.

Указанные обстоятельства подтверждены вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда Пермского края и в соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ не требуют дополнительной проверки.

Так, вступившим в законную силу 13.04.2016 решением Арбитражного суда Пермского края от 24.12.2015 по делу А50-22490/2015 с ООО «МЭК» в пользу ОАО «Уралтеплосервис» взыскана задолженность по аренде за период с 01.12.14 по 31.07.15 в сумме 7 118 545 руб. 40 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 145 153 руб. 26 коп. Выдан исполнительный лист.

Вступившим в законную силу 11.04.2016 решением Арбитражного суда Пермского края от 24.12.2015 по делу А50-22489/2015 с ООО «МЭК» в пользу ОАО «Уралтеплосервис» взыскана задолженность по аренде за период с 01.12.14 по 31.07.15сумме 8 430 901 руб. 44 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 178 382 руб. 08 коп. Выдан исполнительный лист.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 28.03.2017 по делу А50-3282/2017 с ООО «МЭК» в пользу ОАО «Уралтеплосервис» взыскана задолженность в сумме 14 277 841 руб. 92 коп., в том числе задолженность в сумме 12 910 880 руб. 92 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 366 961 руб. 00 коп. Выдан исполнительный лист.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 31.10.2017 по делу А50-7743/2017 с ООО «МЭК» в пользу в пользу ОАО «Уралтеплосервис» взыскана задолженность сумме 40 866 834 руб. 84 коп., в том числе задолженность в сумме 36 388 223 руб. 90 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 4 478 610 руб. 94 коп. за период с 05.03.2016 по 24.10.2017. также решено взыскать с ООО «МЭК» в пользу ОАО «Уралтеплосервис» проценты за пользование чужими денежными средствами, начиная с 25.10.2017 по день фактического исполнения денежного обязательства исходя из суммы долга 36 388 223 руб. 90 коп., а при частичном исполнении - от оставшейся суммы, и действующих в соответствующие периоды ставок процентов по ст. 395 ГК РФ. Выдан исполнительный лист.

Задолженность взысканная указанными судебными актами включена в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Пермского края от 02.03.2020 при введении в отношении ООО «МЭК» процедуры наблюдения.

По мнению конкурсного кредитора сделка по увеличению оклада ответчика  является недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктов 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд  апелляционной инстанции не  может  согласиться  с  выводами  суда  первой  инстанции о  наличии  признаков п. 2  ст. 61.2 Закона о  банкротстве у указанной  сделки. 

     При этом  принимаются  во  внимание пояснения ответчика  о  том, что при  приеме на работу единственным учредителем ООО «МЭК» с ФИО5 оговаривались условия, в том числе о размере ежемесячного вознаграждения, которое гарантированно работник будет получать за проделанную работу в размере. Ответчику была гарантирована выплата заработной платы не ниже 140 000,00 рублей «на руки».

      15 января 2015 года между ООО «Межрегиональная энергетическая компания» (Работодатель) в лице единственного учредителя Общества ФИО6 и ФИО5 (Работник) заключен трудовой договор № 10/15, согласно которому ФИО5 был принят на должность генерального директора юридического лица.

      В соответствии с пунктом 1.6. трудового договора ФИО5 установлен должностной оклад в размере 70 000,00 рублей в месяц, 15% - уральский коэффициент. Также работнику гарантировалась выплата премии в соответствии с принятыми у Работодателя локальными нормативными актами.

      На момент заключения указанного трудового договора по решению единственного участника в ООО «МЭК» действовала система оплаты труда, согласно которой работникам выплачивался установленный трудовым договором оклад и премия в размере до 100 % оклада.

     Из бухгалтерской документации по выплате заработной платы работникам должника, в том числе ФИО5, видно, что размер премии и её выплата носила постоянный характер и не зависела от результатов выполненной работы.

       В связи с чем, в последствии, было принято решение изменить существующую систему оплаты труда, упразднив часть оплаты в виде премии в размере до 100 % оклада.

      Дополнительным соглашением № 1 от 01.10.2016 к трудовому договору № 10/15 от 15.01.2015, подписанным со стороны Работодателя единственным участником, были внесены соответствующие изменения в трудовой договор с генеральным директором. Должностной оклад был определен в размере 140 000,00 рублей в месяц, что полностью соответствовало договоренностям, достигнутым при приеме ФИО5 в 2015 году.

      Такие же изменения были внесены в трудовые договоры с другими работниками должника.

      После изменения размера оклада, размер заработной платы ФИО5 не изменился, что также подтверждается бухгалтерскими документами по выплате заработной платы.

      Таким образом, довод конкурсного управляющего об увеличении ФИО5 себе заработной платы в два раза не соответствует обстоятельствам дела.

      Кроме того,  довод о необоснованно завышенном размере вознаграждения руководителя Должника не  доказан. Согласно справке № 102-ст от 04.02.2021 выданной Пермской торгово - промышленной палатой, средний уровень зарплаты генерального директора на территории г. Перми и Пермского края в период с 2015г. по 2020 составляет 110 000 - 165 000 рублей в месяц.

      В период с 21 декабря 2014 года по 19 октября 2016 года на правах аренды ООО «МЭК» (договоры аренды с ОАО «Уралтеплосервис») владело тепловыми магистральными сетями микрорайона Владимирский и Промплощадки (бывшая территория завода «Велта») и водогрейной котельной ВК-1, расположенной по адресу: 

<

...> (далее - ВК-1).

     Деятельность, которую осуществляло ООО «МЭК» - поддержание резервной тепловой мощности котельной ВК-1; оказание услуг по передаче тепловой энергии по тепловым сетям до конечных потребителей Теплоснабжающей организации (ПАО «Т Плюс», ООО «Пермская сетевая компания»).

     В указанный период времени генеральный директор ООО «МЭК» осуществлял трудовую деятельность в соответствии с условиями трудового договора, осуществлял руководство компанией.

     Для ООО «МЭК» были утверждены соответствующие тарифы на оказание услуг по передаче тепловой энергии.

      Утверждена плата на оказание услуг по поддержанию резервной тепловой мощности котельной ВК-1 постановлением Региональной службы по тарифам Пермского края от 10.12.2014 N 277-т "О тарифах на тепловую энергию (мощность), поставляемую потребителям общества с ограниченной ответственностью "Межрегиональная энергетическая компания" (Пермский городской округ)" на период с 21.12.2014 по 31.12.2015.

      10 мая 2016 года ООО «МЭК» была получена лицензия на осуществления Эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II и III классов опасности.

       С сентября 2016 года Администрацией города Перми с согласия собственника котельной ВК-1 ОАО «Уралтеплосервис», подписавшего добровольно акт о выводе из эксплуатации котельной ВК-1, указанная котельная была исключены из схемы теплоснабжения города Перми.

     В связи с исключением из схемы теплоснабжения котельной ВК-1 ФИО5 было принято решение о расторжении договоров аренды с ОАО «Уралтеплосервис», массовым сокращением работников предприятия.

     С 01 октября 2016 года по 31.05.2019 на правах аренды (договор аренды № 01/10 от 30.09.2016 заключенный с ООО «Пермгазэнергосервис») во владении и пользовании ООО «МЭК» находились тепловые сети по адресам: г. Пермь, Дзержинский район, ул. Вагонная, д.29, ул. Хабаровская, д.64, ул. Хабаровская, д. 56; Свердловский района, ул.Серпуховская, 6; Орджоникидзевский район, ул. Генерала Черняховского, 57.

     Наличие производственной деятельности по май 2019 года включительно, а также осуществление трудовой деятельности ФИО5 подтверждается выставляемыми в адрес ООО «ПСК», ПМУП «ГКТХ» счетов на оплату оказанных услуг. Кроме того, в межотопительный период, получая предписания от Теплоснабжающих организаций, ФИО5 организовывал подготовку тепловых сетей к очередному отопительному периоду путем проведения прессовок и текущих ремонтов тепловых сетей.

        Как следует  из  пояснений  ответчика ,  в отсутствие в штаге ООО «МЭК» специалистов по обслуживанию тепловых сетей, слесарей и инженеров, в соответствии с требованиями пункта 6.2.26 Приказ Минэнерго России от 24.03.2003 N 115 «Об утверждении Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок»,  он самостоятельно осуществлял обход тепловых сетей не реже 1 раза в неделю в течение отопительного сезона и одного раза в месяц в межотопительный период, работы по ремонтам тепловых сетей выполнялись подрядной организацией ООО «Ладо», а также индивидуальными предпринимателями.        В отсутствии в штате ООО «МЭК» экономиста, имея высшее экономическое образование ФИО5 самостоятельно рассчитывал тарифы на услуги по передаче тепловой энергии, направлял заявки с подтверждающими затраты документами в регулирующий орган для утверждения соответствующего тарифа на следующий регулируемый период. Такие расчеты и заявки, в соответствии с требованиями Основ ценообразования в сфере теплоснабжения подавались до 01 мая каждого года.

      Таким образом, оснований считать , что дополнительное  соглашение № 1 от 01.10.2016 к трудовому договору № 10/15 от 15.01.2015 было  направлено  исключительно  на  причинение вреда  кредиторам не имеется.

      Доводы  заявителя  о  том,  что на  момент  спорного дополнительного  соглашения  судом  уже  рассматривались  заявления  о  признании  должника  банкротом ,  исследованы  и  отклонены,  поскольку в  удовлетворении заявлений  о  признании должника  банкротом  вступившими  в  законную  силу  судебными актами  было  отказано. 

Однако  ошибочный  вывод  суда  первой  инстанции  не  привел  к  принятию  неправильного определения ,  поскольку в  удовлетворении заявленных  требований в  указанной  части  отказано,  основания  для признания недействительными платежей по  выплате зарплаты с  учетом  дополнительного  соглашения  № 1 от 01.10.2016 в  трехлетний период  подозрительности  в  связи  с  изложенным  также  не  имеется.

Относительно заявления о признании недействительной сделкой начисления и выплаты ФИО5 премий за исполнение обязанностей генерального директора ООО «МЭК» в период с 2015 по 2020 гг. в общем размере 1 281 148 руб. суд апелляционной инстанции соглашается с  выводами суда  первой  инстанции  .

Положением об оплате труда и премировании работников ООО «МЭК» утвержденного руководителем должника 15.01.2015 года, предусмотрено текущее (пункт 4.1 Положения) и единовременное премирование работников (пункт 4.3 Положения).

Так текущее премирование по результатам работы генерального директора осуществляется на основании п. 4.1.4 Положения в случае своевременного и качественного выполнения должностных обязанностей поставленных задач; активности и заинтересованности в эффективном исполнении своих должностных обязанностей и достижении целей, компетентности и профессионализма в работе, стремления к повышению производительности, эффективности подразделения, соблюдения и поддержания организационной культуры общества, отсутствия нарушений дисциплины и внутреннего трудового распорядка.

Единовременное премирование осуществляется на основании п. 4.3 Положения за выполнение особо важных задач и проектов, выполнение работы в сжатые сроки, разработку программ по получению дополнительных доходов, повышению технологической и организационной эффективности, внедренные рацпредложения, за производственные, экономические, финансовые результаты деятельности общества, за иные достижения работников, которые оказали заметное влияние на эффективность деятельности общества.

Вместе с тем, премия не является обязательной частью заработной платы, входящей в систему оплаты труда, не предусмотрена в качестве гарантированной выплаты трудовым договором сторон, локальными нормативными актами работодателя (в том числе Положением об оплате труда), либо нормами трудового законодательства. Выполнение работы качественно, в срок и отсутствие у работника взысканий, само по себе не влечет его обязательное премирование, учитывая, что за выполнение работы в срок и качественно предусмотрена выплата вознаграждения за труд в виде должностного оклада и установленных надбавок и доплат, в то время как дополнительная премия, являясь формой поощрения, в соответствии с Положением об оплате труда, выплачивается за выполнение работ, превышающих стандартные повседневные должностные обязанности.

Как следует из материалов дела генеральному директору ООО «МЭК» ФИО5 начислена и выплачена премия:

за январь 2015 в размере 56 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 56 028 руб.); за февраль 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за март 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за апрель 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за май 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за июнь 2015 в размере 36 666,67 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 36 685 руб.); за июль 2015 в размере 70 000 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за август 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за сентябрь 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского коэффициента     15%         и удержания       НДФЛ        13%  фактически выплачено 70 035 руб.); за октябрь 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского   коэффициента     15%  и удержания         НДФЛ        13%  фактически выплачено 70 035 руб.); за ноябрь 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского      коэффициента     15%  и удержания       НДФЛ        13%         фактически выплачено 70 035 руб.); за декабрь 2015 в размере 70 000 руб. (с учетом уральского      коэффициента     15%  и удержания       НДФЛ        13%         фактически выплачено 70 035 руб.); за июнь 2017 в размере 70 000 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 70 035 руб.); за декабрь 2017 в размере 82 290 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 82 962 руб.); за сентябрь 2018 в 82 290 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 82 962 руб.); за январь 2019 в размере 84 000 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 84 042 руб.); за февраль 2019 в размере 84 000 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 84 042 руб.); за март 2019 в размере 84 000 руб.(с учетом уральского коэффициента 15% и удержания НДФЛ 13% фактически выплачено 84 042 руб.), всего в общей сумме выплачено премий 1 281 148 руб.

ФИО5 переданы конкурсному управляющему приказы о выплате премии за 2015 год, за декабрь 2017 года и за январь, февраль и март 2019 года.

Приказы о выплате премии за июнь 2017 и за сентябрь 2018 конкурсному управляющему не переданы, в связи чем основания для выплаты премии не известны.

Как следует из приказа ответчика от 18.12.2017 о выплате себе премии по итогам работы за 2017 год в размере 82 962 руб., основанием для премирования является п. 4.3.1 Положения о премировании (единовременное премирование).

Согласно приказам ответчика о премировании себя за январь ( приказ от 

29.03.2019)  , февраль (приказ от 28.02.2019) и март 2019 года (приказ от 29.03.2019 , основанием для премирования является п. 4.1.3 Положения о премировании (текущее премирование).

Не смотря на то, что согласно положению о премировании предусмотрено премирование за улучшение производственных, экономических и финансовых результатов общества и является средством стимулирования работника и руководителя к повышению результатов работы, фактически ответчик совершал сделки по премированию в условиях ухудшения финансово-хозяйственных результатов работы должника.

С учетом изложенного, суд пришел  к   правильному выводу  о  том , что оспариваемые сделки по начислению и выплате ФИО5 премий в  трехлетний  период до  принятия  заявления  о  признании должника  банкротом  соответствуют признакам недействительности, установленным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 12.12.2019, оспариваемые сделки по начислению и выплате премий за период после 12.12.2017, то есть в пределах трехлетнего периода подозрительности, определенного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве являются недействительными.

Согласно материалам дела ответчик начислил и выплатил себе премии в период с июня 2017 по март 2019 года в размере 488 085 руб. Соответствующие  выплаты  признаны недействительными,  ответчик  судебный  акт  в  части  удовлетворения  заявленных  требований  не  оспаривает.  

Что касается  остальной  части  выплаченных  премий , то  они  имели  место  за  пределами  периода  подозрительности ,  предусмотренного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве,  и заявитель  не  доказал, что в  указанные  периоды должник соответствовал  признакам  банкротства .  Кроме  того, в  данной  части  следует  применить правовую  позицию  о  том, что заявителем  не  доказано,  что  пороки ,  указанных  сделок выходят за  пределы признаков, предусмотренных  п.  2  ст. 61.2 Закона  о  банкротстве.   

Доводов  в  опровержение выводов  суда  в  части  оспаривания  выплат  премий апелляционная  жалоба  не  содержит.

Существенных  процессуальных  нарушений  при  рассмотрении дела  судом  первой инстанции  не  допущено.

     Учитывая изложенное , апелляционный суд приходит к выводу о том, что не имеется правовых оснований для отмены принятого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

      В  соответствии  со  ст.  110 АПК  РФ расходы  по  уплате  госпошлины  по  апелляционной  жалобе относятся  на заявителя. 

     Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 18 октября 2021 года по делу № А50-36839/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов 

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

О.Н. Чепурченко