ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-15861/2018

27 июня 2019 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  20 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 июня 2019 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Рожкова Д.Г.,

судей  Аристовой Е.В., Еникеевой Л.И.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6678/2019) ФИО2 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2019 по делу № А70-15861/2018 (судья Щанкина А.В.) 

по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Диалог» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным договора уступки права от 01.04.2017, заключённого между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Диалог», 

при участии в деле в качестве третьих лиц, акционерного общества «Каскара-Агро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Ясень-Агро» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк», сельскохозяйственного производственного кооператива «Каскаринский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); 

по иску ФИО2 о признании недействительными соглашения о зачёте встречных требований от 25.12.2017, заключённого между обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

обществом с ограниченной ответственностью «Диалог», обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Агро», акционерным обществом «Каскара-Агро», договора займа от 10.08.2015 № 2/2015, заключённого между акционерным обществом «Каскара-Агро» и обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Агро»,

при участии в деле в качестве третьих лиц, закрытого акционерного общества «Ясень» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>);

по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Ясень-Т», акционерному обществу «Каскара-Агро», обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский», обществу с ограниченной ответственностью «Ясень-Агро» о признании недействительными договора от 09.08.2017 № 1 цессии (уступки права требования), заключённого между акционерным обществом «Каскара-Агро» и обществом с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский», договора от 10.08.2017 № 2 цессии (уступки права требования), заключённого между акционерным обществом «Каскара-Агро» и обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Т»; договора от 11.08.2017 № 3 цессии (уступки права требования), заключённого между акционерным обществом «Каскара-Агро» и обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Т»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – представитель ФИО3 (паспорт, по доверенности № 77 АВ 7238076 от 15.03.2018 сроком действия по 28.02.2021);

от общества с ограниченной ответственностью «Диалог» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 01.03.2019 сроком действия до 31.12.2022);

от закрытого акционерного общества «Ясень» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 09.01.2019 сроком действия один год);

от общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 27.07.2018 сроком действия один год);

от общества с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 30.10.2018 сроком действия один год);

от акционерного общества «Каскара-Агро» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 30.04.2019 сроком действия по 31.12.2021);

от общества с ограниченной ответственностью  «Ясень-Агро» – представитель ФИО4  (паспорт, по доверенности от 01.11.2018 сроком действия один год); 

 

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2) обратился в Арбитражный суд Тюменской области со следующими исковыми требованиями, уточнёнными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (т. 14 л.д. 16-28):

к обществу с ограниченной ответственностью «Диалог» (далее – ООО «Диалог») о признании недействительным договора уступки права от 01.04.2017, заключённого между ФИО2 и ООО «Диалог» (дело № А70- 16529/2018);

о признании недействительными соглашения о зачёте встречных требований от 25.12.2017, заключённого между обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» (далее – ООО «Ясень-Т»), ООО «Диалог», обществом с ограниченной ответственностью «Ясень-Агро» (далее – ООО «Ясень-Агро»), акционерным обществом «Каскара-Агро» (далее – АО «Каскара-Агро»), договора займа от 10.08.2015 № 2/2015 между ООО «Ясень-Агро» и АО «Каскара-Агро» (дело № А70-15861/2018);

к обществу с ограниченной ответственностью «Ясень-Т» (далее – ООО «Ясень-Т», АО «Каскара-Агро», обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Покровский» (далее – ООО ТД «Покровский»), ООО «Ясень-Агро» о признании недействительными сделки: договора от 09.08.2017 № 1 цессии (уступки права требования), заключённого между АО «Каскара-Агро» и ООО ТД «Покровский»; договора от 10.08.2017 № 2 цессии (уступки права требования), заключённого между АО «Каскара-Агро» и ООО «Ясень-Т»; договора от 11.08.2017 № 3 цессии (уступки права требования), заключённого между АО «Каскара-Агро» и ООО «Ясень-Т» (дело № А70-19995/2018). 

К участию в деле в качестве третьих лиц судом привлечены АО «Каскара-Агро», ООО «Ясень-Агро», акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк»), сельскохозяйственный производственный кооператив «Каскаринский» (далее – СПК «Каскаринский»), закрытое акционерное общество «Ясень» (далее – ЗАО «Ясень»), ООО ТД  «Покровский».

Указанные дела объединены судом в одно производство, объединённому делу присвоен номер А70-15861/2018. 

Решением арбитражного суда от 04.04.2019 в удовлетворении ходатайства ФИО5 о вступлении в дело в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора отказано. В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым решением суда, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить полностью, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объёме.

В обоснование своей жалобы истец приводит следующие доводы: от ООО «Диалог» ему не поступила оплата по договору от 01.04.2017 об уступке прав требований, данный договор является мнимым; заключение соглашения от 25.12.2017  о зачёте встречных требований нарушает его права, так как обязательства по возврату займа, обеспеченного залогом, должны быть исполнены истцу, данное соглашение является недействительным, поскольку договор от 01.04.2017 расторгнут истцом в одностороннем порядке в связи с неисполнением обязанности ООО «Диалог» об оплате; договоры цессии №№1-3 также являются мнимыми; суд формально отнёсся к рассматриваемым требованиям.

Отзывов на жалобу не поступило.

От ФИО2 поступило ходатайство об истребовании  дополнительных доказательств, в котором указано, что в таком ходатайстве ему было отказано судом первой инстанции, однако запрашиваемые документы необходимы для доказывания доводов истца о мнимости и притворности сделок.

В заседании суда 20.06.2019 представитель заявителя поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, заявленное ходатайство, настаивает на его удовлетворении.

Представитель ответчиков и третьих лиц просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, высказался относительно заявленного ходатайства, считает его не подлежащим удовлетворению.

 Судебное заседание проведено в отсутствие остальных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещённых о судебном заседании, в соответствии со статьёй 156 АПК РФ.

Суд определил: отказать в удовлетворении заявленного ходатайства ввиду необоснованности должным образом в соответствии с частями 2, 3 статьи 268 АПК РФ, а именно: не раскрытии доводов о необходимости истребования каждого обозначенного истцом доказательства применительно к заявленным требованиям. 

В суде первой инстанции истцом действительно было заявлено аналогичное ходатайство (т. 14 л.д. 15).

Однако как и в апелляционном суде не приведено конкретного обоснования, указывающего относимость запрашиваемых документов к настоящему спору исходя из приведённых истцом обстоятельств и подлежащих установлению судом в целях проверки требований истца.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной  жалобы, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной  инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, ФИО6 оспариваются следующие сделки:

договор уступки права от 01.04.2017 между ФИО2 и ООО «Диалог» (далее – договор цессии от 01.04.2017) (т. 1 л.д. 104-109);

соглашение о зачёте встречных требований от 25.12.2017 между ООО «Ясень-Т», ООО «Диалог», ООО «Ясень-Агро», АО «Каскара-Агро» (далее - соглашение от 25.12.2017) (т. 1 л.д. 148-149); 

договор займа от 10.08.2015 № 2/2015 между ООО «Ясень-Агро» и АО «Каскара-Агро» (далее – договор займа);

договор от 09.08.2017 № 1 цессии (уступки права требования) между АО «Каскара-Агро» и ООО ТД «Покровский» (далее – договор цессии № 1);

 договор от 10.08.2017 № 2 цессии (уступки права требования) между АО «Каскара-Агро» и ООО «Ясень-Т» (далее – договор цессии № 2); 

договор от 11.08.2017 № 3 цессии (уступки права требования) между АО «Каскара-Агро» и ООО «Ясень-Т» (далее – договор цессии № 3). 

По договору уступки права от 01.04.2017 ФИО2 (цедент) уступил ООО «Диалог» (цессионарий) принадлежащие ему права требования по договору  займа от 11.06.2015 №  1 и по договору залога акций от 11.06.2015. 

В соответствии с пунктом 1.1. указанного договора истец уступил ООО «Диалог» следующие права требования в отношении АО «Каскара-Агро» (должник): 

- в размере 14 624 863 руб. по обязательствам, возникающим из договора процентного займа от 11.06.2015, заёмщик - должник, сумма задолженности по состоянию на 01.04.2017 составила 14 624 863 руб., в том числе сумма основного долга 14 624 863 руб., сумма процентов 0 руб., сумма неустойки 0 руб. (т. 1, л.д. 104-108). 

Согласно пункту 1.3. договора стороны определили, что к ООО «Диалог» от даты подписания настоящего договора в соответствии со статьёй 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) права требования, указанные в пункте 1.1. договора, переходят в полном объёме и на тех условиях, которые существуют к моменту перехода прав, а также все другие права, связанные с правами требования, указанными в пункте 1.1. настоящего договора, права по всем акцессорным обязательствам, которые существуют к моменту перехода прав, в том числе: 

- договор залога акций от 11.06.2015, заключённый между СПК «Каскаринский» (залогодатель) и гражданином ФИО7 (залогодержатель); 

- договор уступки прав (требований) от 10.09.2015, заключённый между гражданином ФИО7 (цедент) и ФИО8 (цессионарий) со всеми дополнительными соглашениями, расписками, протоколами, актами сверки расчётов и актами приёма-передачи; 

- договор займа от 01.09.2015, заключённый между гражданином ФИО7 (заёмщик) и ФИО8 (займодавец), со всеми актами сверки расчётов, дополнительными соглашениями, расписками, протоколами; 

- договор уступки прав (требований) от 08.02.2016, заключённый между гражданином ФИО8 (цедент) и гражданином ФИО2 (цессионарий) со всеми дополнительными соглашениями, расписками, протоколами, актами сверки расчётов и актами приёма-передачи. 

В пункте 1.7. договора стороны согласовали, что указанные в пункте 1.1. договора права требования возникают у ООО «Диалог» и, соответственно, прекращаются у ФИО2 с момента подписания сторонами настоящего договора, то есть с 01.04.2017. 

В соответствии с пунктом 3.1. договора цессионарий обязуется произвести оплату уступаемых ему в соответствии с настоящим договором прав требования в срок до 31.12.2017. 

В случае нарушения цессионарием срока и/или суммы оплаты, цедент вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего договора, письменно уведомив об этом цессионария, путём направления по почте заказного письма. В этом случае настоящий договор считается расторгнутым по истечении 5 календарных дней с момента передачи цедентом адресованного цессионарию письма об отказе от исполнения настоящего договора в отделение почтовой связи (пункт 4.3.).

Как указал истец, поскольку в нарушение условий договора цессии ООО «Диалог» не оплатил согласованную в договоре сумму, 07.05.2018  истец направил последнему уведомление о расторжении договора, в котором указал, что расторгает договор в одностороннем порядке с 13.05.2018 (т. 1, л.д. 110-113). 

25.12.2017 ООО «Ясень-Т», ООО «Диалог», ООО «Ясень-Агро», АО «Каскара-Агро» заключили соглашение о зачёте встречных требований, по условиям которого стороны произвели зачёт встречных однородных требований на сумму 16 225 550 руб. 25 коп.; в частности, у ООО «Ясень-Т» имелась перед АО «Каскара-Агро» задолженности по договору займа, а у АО «Каскара-Агро» - перед ООО «Диалог», в том числе по договору от 01.04.2017.

Как указывает истец, договор от 01.04.2017 расторгнут истцом в одностороннем порядке, ввиду чего соглашение является недействительным, а также по мотиву того, что соглашение не одобрено акционером АО «Каскара-Агро» - СПК «Каскаринский», является мнимой сделкой; договор займа заключён для вида с целью заключения соглашения. Договор от 01.04.2017 заключён истцом под влиянием обмана. Договоры цессии №№ 1-3 мнимые сделки.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства в соответствии со статьёй 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, пришёл к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объёме.

Доводы апелляционной  жалобы истца не опровергли правильности данного вывода суда первой инстанции.

Поддерживая вышеуказанный вывод суда первой инстанции и отклоняя доводы жалобы заявителя, апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий её недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

  Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределённого круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления № 25, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ, на которую ссылается истец, сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если стороне переговоров её контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до её сведения, и сторонами был заключён договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 ГК РФ.

По смыслу приведённых положений, а также нормы статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих её сущность. При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учётом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

  Согласно пунктам 2, 3 статьи 179 ГК РФ сделка, совершённая под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

  Сделка, совершённая под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

 Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Сделка по основанию статьи 178 ГК РФ в отличие от статьи 170 ГК РФ, равно и по основанию статьи 179 ГК РФ, является оспоримой.

По оспариванию сделки договора цессии от 01.04.2017.

Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 389.1. ГК РФ, взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются настоящим Кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Исходя из условий оспариваемой сделки суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что права требования истца переходят к цессионарию (ООО «Диалог») в момент подписания договора, то есть с 01.04.2017.

При этом договор цессии от 01.04.2017 расторгнут истцом в одностороннем порядке уведомлением от 07.05.2018.

   Абзацем 1 пункта 4 статьи 453 ГК РФ предусмотрено, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Вместе с тем, в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (абзац 2 пункта 4 статьи 453 ГК РФ).

   В соответствии с абзацем вторым пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – постановление № 35), односторонний отказ от исполнения договора влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 35, если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений. 

  Соглашением сторон могут быть предусмотрены специальные правила, по которым возвращается имущество в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным законом, а также установлена обязанность возврата имущества в случае расторжения договора при отсутствии нарушений.

К названным отношениям сторон могут применяться положения главы 60 ГК РФ, поскольку иное не установлено законом, соглашением сторон и не вытекает из существа соответствующих отношений (статья 1103 Кодекса).

В качестве аргумента недействительности сделки истец указывает на обстоятельство неполучения со стороны ООО «Диалог» оплаты за уступленное право в размере 14 624 863 руб. 

Условия рассматриваемой сделки не  предусматривают, что стороны в случае расторжения договора будут вправе требовать друг от друга возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора.

При этом в данном случае речь идёт о сделке цессии, по которой цедент передаёт свои права требования к должнику к цессионарию, который к моменту отказа цедентом от исполнения сделки, уже приобрёл статус кредитора по отношению к должнику.

Так, ООО «Диалог» с момента подписания договора цессии (01.04.2017) стало залогодержателем акций АО «Каскара-Агро» по договору залога акций от 11.06.2015.

В свою очередь, как далее установил суд первой инстанции, 25.12.2017  АО «Каскара-Агро» в полном объёме выполнило требования, вытекающие из договора займа перед кредитором ООО «Диалог», что подтверждается оспариваемым соглашением и письмом АО «Каскара-Агро» от 26.12.2017. 

На основании статьи 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачётом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определён моментом востребования. 

Договор залога акций был заключён СПК «Каскаринский» с целью обеспечения исполнения обязательств АО «Каскара-Агро» по договору займа от 11.06.2015 № 1 (т. 1 л.д. 86-91).

Данный договор займа упомянут наряду с другими сделками в числе  обязательств АО «Каскара-Агро» перед ООО «Диалог» в оспариваемом также соглашении от 25.12.2017.

Залог прекращается с прекращением обеспеченного залогом обязательства (пункт 1 статьи 352 ГК РФ).

Поскольку с 25.12.2017, как верно указал суд первой инстанции, прекратились обязательства СПК «Каскаринский» по договору залога акций от 11.06.2015, заключённого с ФИО7, то права залога акций не могут вновь возникнуть у ФИО2 на основании этого договора залога (в том числе ввиду расторжения договора от 01.04.2017). 

Ввиду прекращения договора залога путём исполнения обязательств АО «Каскара-Агро» перед ООО «Диалог», то по правилам пункта 5 постановления № 35 ФИО2 имеет право требовать от ООО «Диалог», не исполнившего свои встречные обязательства по равноценному встречному предоставлению, взыскания денежных средств в порядке главы 60 ГК РФ.

При этом факт инициирования процедуры ликвидации ООО «Диалог» не является препятствием к реализации истцом своих прав по получению равноценного встречного предоставления, поскольку статьями 64 и 64.1 ГК РФ предусмотрены способы защиты прав кредиторов и при ликвидации юридического лица (иски к ликвидационной комиссии (ликвидатору общества)). 

Недействительность договора цессии по указанному истцом основанию неоплаты цессионарием стоимости уступленного права требования в порядке статьи 168 ГК РФ, что следует из уточнения исковых требований (т. 14 л.д. 16-28), ФИО2 суду не доказана.

В связи с чем у суда нет оснований для признания соглашения недействительным по этим же обстоятельствам.

Также истец считает договора цессии недействительной на основании статей 178, 179 ГК РФ.

Однако доводы истца о том, что спорная сделка является мнимой потому, что ФИО9 (участник и руководитель ООО «Ясень-Агро») пытался бесплатно завладеть имуществом ФИО2, документально  не подтверждены (статьи 9, 65 АПК РФ). 

Указывая на факты своего обмана, ФИО2 указал, что исполнять договор цессии ООО «Диалог» не планировало, так как ФИО9 принял решение через подконтрольные ему ООО «Ясень-Агро» добровольно ликвидировать ООО «Диалог». Фактически ФИО9 через ООО «Ясень-Агро» и ООО «Диалог» склонило ФИО2 к заключению заведомо кабальных сделок для ФИО2, но основной умысел у ФИО9 на заключение оспариваемого договора – обманным путём бесплатно завладеть имуществом ФИО2 общей стоимостью более 30 миллионов рублей.

Между тем исходя из того, что о ликвидации ООО «Диалог» объективно не могло быть известно на момент заключения сделки 01.04.2017, вторая сторона по сделке не считается намеренно умолчавшей о данном обстоятельстве. 

Надлежащих доказательств того, что по состоянию на 01.04.2017 ООО «Диалог» уже знало о будущей ликвидации общества и (или) планировало соответствующие действия истец суду не предоставил (статьи  9, 65 АПК РФ). 

Соответственно, по правилам статьи 179 ГК РФ истец не доказал, что оспариваемая сделка цессии от 01.04.2017 совершалась под обманом. 

Оснований для применения положений статей 168, 170, 178, 179 ГК РФ к сделке договора цессии от 01.04.2017 истец суду не доказал.

По оспариванию соглашения и договора займа.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО2 не является стороной данного соглашения, а также договора займа. 

  В соответствии с разъяснениями пункта 78 постановления № 25, согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

  Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

  В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Истец не доказал, каким образом признание недействительными указанных сделок ничтожными без применения последствий их недействительности реально восстановит права истца, не получившего равноценного встречного предоставления по расторгнутому договору цессии от 01.04.2017. 

Кроме того, ответчиками и третьим лицом в данной части требований заявлено о том, что ФИО2 не является членом СПК «Каскаринский» в связи с подачей им заявления на выход. 

Проанализировав в данной части все предоставленные в материалы дела в их совокупности и взаимной связи документы в связи с заявлением о фальсификации доказательств и действиями представителя истца по исключению документов, о фальсификации которых заявлено, из числа доказательств по делу, суд первой инстанции, правомерно применив положения статьи 54, 165.1. ГК РФ,  пункты 63, 67, 68  постановления № 25,  пункта 1 части 1 и части 3 статьи 16 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон № 193-Ф), а также по аналогии закона статью 94 ГК РФ, Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», с чем необоснованно выразил несогласие истец в жалобе, пришёл к следующим выводам.

В материалы дела (до исключения из числа доказательств по делу) самим истцом в доказательство факта членства в СПК «Каскаринский» предоставлены следующие документы, которые в копиях по ходатайству сторон приобщены в материалы дела, а именно: 

- собственноручное заявления ФИО2 от 06.04.2017 об отзыве заявления от 31.03.2017 о выходе из состава СПК «Каскаринский» (подлинник представитель истца забрал из материалов дела в связи с заявлением о фальсификации), 

- письмо СПК «Каскаринский» № 09 от 14.04.2017, подписанное председателем ликвидационной комиссии ФИО10 о праве члена СПК отозвать заявление о выходе (подлинник представитель истца забрал из материалов дела в связи с заявлением о фальсификации), 

- справка СПК «Каскаринский» №14 от 29.06.2017, подписанная ФИО11 (подлинник представитель истца забрал из материалов дела в связи с заявлением о фальсификации). 

До заявления о фальсификации истец указывал, что факт его членства подтверждается указанными документами и подлинником членской книжки (предоставлялась на обозрение суда в одном из заседаний, в копии приобщена к материалам дела). 

После подачи заявления о фальсификации и исключении из числа доказательств по делу указанных трёх подлинников документов, позиция истца по факту его членства основывается на том, что ни у истца, ни у СПК в настоящее время не имеется подлинника заявления ФИО2 о выходе из членов СПК от 31.03.2017(в том числе, поскольку почтовое отправление от гр-на ФИО2 в адрес СПК «Каскаринский», номер почтового идентификатора 11518499037026 от 10.04.2017, уничтожено Почтой России в январе 2018 года), в связи с чем, по мнению истца, факт выхода ФИО2 из СПК не состоялся, решение о выходе никто не принимал. 

Между тем, как установлено судом первой инстанции и не оспорено сторонами, 10.04.2017 в почтовом отправлении от гр-на ФИО2 в адрес СПК «Каскаринский», номер почтового идентификатора 11518499037026 от 10.04.2017,  направлено собственноручное заявление ФИО2 о выходе из СПК «Каскаринский» с описью вложения по юридическому адресу СПК «Каскаринский» (т. 13, л.д.37- 41). 

Пояснения по данному вопросу в одном из заседаний дал представитель истца ФИО12, который предоставил суду заверенные копии документов в материалы дела – квитанцию, опись вложения в ценное письмо, копию заявления от 31.03.2017, отчёт об отслеживании почтового отправления (т. 13, л.д.37- 41). 

То есть, факт волеизъявления ФИО2 на выход из общества и направления заявления по юридическому адресу СПК 10.04.2017 путём почтового отправления подтвердил сам истец в лице своего представителя. 

Указывая на тот факт, что в настоящее время ни у истца, ни у СПК не имеется подлинника заявления ФИО2 о выходе из членов СПК от 31.03.2017 (почтовое отправление от гр-на ФИО2 в адрес СПК «Каскаринский», номер почтового идентификатора 11518499037026 от 10.04.2017, уничтожено Почтой России в январе 2018 года), истец до подачи заявления о фальсификации утверждал о существовании подлинника заявления об отзыве заявления от 06.04.2018, которое  принято нарочно осужденным в настоящее время председателем ликвидационной комиссии СПК «Каскаринским» - ФИО10 

После подачи заявления о фальсификации и постановки судом вопроса о назначении по делу экспертизы давности изготовления документа, истец по правилам статьи 161 АПК РФ исключил указанное доказательство из числа доказательств по делу.

Из материалов дела далее следует, что заявление на выход от 31.03.2018 (почтовое отправление от ФИО2 в адрес СПК «Каскаринский», номер почтового идентификатора 11518499037026)  ФИО2 отправил по почте 10.04.2017. 

Таким образом, заявление ФИО2 о выходе от 31.03.2017  направлено по почте в СПК «Каскаринский» 10.04.2017 по юридическому адресу. 

При этом не имеет существенного значения тот факт, когда именно и где именно (в каком журнале) данное заявление было зарегистрировано самим СПК, поскольку право порождающим в данном случае является именно факт отправки заявления по почте, а не факт его регистрации обществом. 

Поскольку заявление на выход от 31.03.2017 ФИО2 отправил по почте на юридический адрес СПК, соответственно, истцу, действуя разумно и добросовестно, ничего не препятствовало аналогичным образом поступить и с заявлением об отзыве первоначального заявления на выход, а именно: направить заявление на отзыв заявления на выход по почте на юридический адрес СПК. 

Вместе с тем таких документов истец суду не предоставил. 

В силу положений пункта 8 статьи 6 Устава СПК «Каскаринский», а также пункта 1 части 1 и части 3 статьи 16 Закона № 193-ФЗ член кооператива вправе по своему усмотрению выйти из кооператива путём подачи заявления в письменной форме председателю кооператива не позднее, чем за две недели до своего выхода. При этом членство в кооперативе прекращается в случае: выхода члена кооператива из кооператива на основании заявления о выходе из него по истечению срока, установленного уставом кооператива, или, если уставом кооператива срок рассмотрения такого заявления не установлен, по истечению двух недель с даты поступления в правление кооператива такого заявления. 

В настоящем случае подтверждены факты написания ФИО2 заявления на выход от 31.03.2017 и придания заявлению на выход дальнейшего официального хода – направление по почте по юридическому адресу СПК. 

При этом временем подачи заявления ФИО2 от 31.03.2017 на выход суд первой инстанции признал день поступления почтового отправления - номер 11518499037026 от 10.04.2017 в экспедицию – 15.04.2017 (отчёт об отслеживании почтового отправления с официального сайта «Почта России» – т. 13, л.д. 110-111). 

Кроме того, СПК «Каскаринский» не было получено отправление ФИО2 от 10.04.2017, поступившее 15.04.2017 на почтовое отделение № 625512 по месту нахождения СПК, по причинам, зависящим от кооператива (при неудачной попытке вручения 15.04.2017 и истечении срока хранения отправления 16.05.2017). 

Между тем риск последствий неполучения заказного письма с уведомлением в связи с уклонением от его получения лежит на лице, которому оно адресовано, то есть на СПК «Каркаринский». 

Таким образом, СПК «Каскаринский» считается получившим 15.04.2017 по почте заявление ФИО2 о выходе из членов СПК «Каскаринский» от 31.03.2017. 

Соответственно, ФИО2 считается вышедшим из кооператива с 30.04.2017. 

Доводы истца о недействительности соглашения по мотиву того, что соглашение не было одобрено одним из акционеров АО «Каскара-Агро» - СПК «Каскаринский» обоснованно отклонены судом первой инстанции, так как ФИО2 не является залогодержателем акций и членом СПК «Каскаринский».

Истец, ссылаясь на положения статьи 81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ), устанавливающей заинтересованность в совершении обществом сделки, не учёл того, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его акционеров (акционера), владеющих в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества, если она совершена в ущерб интересам общества, что следует из статьи 84 того же Закона.

То есть истцу не предоставлено права на оспаривание соглашения по указанному признаку, учитывая, что на дату совершения 25.12.2017 сделки СПК «Каскаринский» не являлся акционером АО «Каскара-Агро», так как права акционера в отношении пакета акций перешли к ООО «Диалог» по договору цессии от 01.04.2017.

Поэтому, как правильно указал суд первой инстанции, не требовалось и  одобрения сделки в порядке Закона № 208-ФЗ.

По оспариванию сделок – договоров цессий №№ 1-3.

В уточнении исковых требований истец указывает о недействительности данных договоров по признаку мнимости, считая, что договоры умышленно искажают доказательства о погашении ЗАО «АФ «Каскара» задолженности перед АО «Каскара-Агро», об оплате АО «Каскара-Агро» суммы, указанных в договорах; оспариваемые сделки заключены в пользу одного единственного лица – ФИО9, целью заключения сделок является создание ложного впечатления о фактической оплате ЗАО «АФ «Каскара» задолженности, возникшей из договора займа от 02.10.2014 и решения Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-2233/2016 путём заключения оспариваемых сделок между взаимозависимыми лицами.

 При этом сам истец не является стороной оспариваемых сделок, и как в вышеуказанном случае, не доказал, каким образом признание недействительными указанных сделок ничтожными без применения последствий их недействительности реально восстановит права истца (статьи 9, 65 АПК РФ).

Исходя из сказанного выше приведённые истцом доводы и обстоятельства не являются основанием для удовлетворения его требований к ответчикам, в чём ему было отказано судом первой инстанции обоснованно.

Оснований для переоценки верно установленных судом первой инстанции обстоятельств по делу у апелляционного суда не имеется.

Доводы жалобы истца о формальном отношении к рассматриваемым требованиям несостоятельны.

 В апелляционной  жалобе истец ссылается на пункт 79 постановления № 25, согласно которому суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки (реституцию) по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях (пункт 4 статьи 166 ГК РФ). По смыслу статей 56 ГПК РФ, 65 АПК РФ при решении вопроса о применении по своей инициативе последствий недействительности ничтожной сделки суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон. В мотивировочной части решения должно быть указано, какие публичные интересы подлежат защите, либо содержаться ссылка на специальную норму закона, позволяющую применить названные последствия по инициативе суда.

 При этом подателем жалобы не раскрыто применительно к вышеуказанным разъяснениям, какие именно публичные интересы в данном случае подлежат защите, чтобы суд первой инстанции самостоятельно посчитал необходимым применить последствия недействительности сделок, учитывая, что как таковая недействительность спорных сделок истцом не доказана.

  Доводы апелляционной жалобы истца  при повторном рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции проверены и отклоняются по вышеизложенным мотивам.

            С учётом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба истца удовлетворению не подлежит.

      Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 04.04.2019 по делу № А70-15861/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Д.Г. Рожков

 

Судьи

 

Е.В. Аристова

 

Л.И. Еникеева