АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4841/17 

Екатеринбург

06 марта 2025 г.

Дело № А50-20115/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 марта 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Столяренко Г.М., Кочетовой О.Г

при ведении протокола помощником судьи Сипатиным А.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), 

кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» (Республика Узбекистан, далее – общество «ДКЗ», кредитор) на определение Арбитражного суда Пермского края от 06.08.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2024 по тому же делу. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседании приняли участие представители: 

общества «ДКЗ – ФИО1 по доверенности от 21.10.2024, ФИО2 по доверенности от 21.10.2024, ФИО3 по доверенности от 21.10.2024 (все в режиме веб-конференции);

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЗУМК-Инжиниринг» (далее – общество «ЗУМК-Инжиниринг», должник) ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 09.01.2025;

председатель комитета кредиторов общества «ЗУМК-Инжиниринг» – ФИО6 (в режиме веб-конференции);

акционерного общества «Росэксимбанк» – ФИО7, по доверенности 28.12.2024 № 101-Д/РЭБ, ФИО8 по доверенности от  12.12.2024 № 90-Д/РЭБ;

прокуратуры Свердловской области по поручению прокуратуры Пермского края – прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в арбитражном процессе ФИО9 по доверенности от 21.05.2024 № 8/2-15-2024;

Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Пермскому краю – ФИО10 по доверенности от 13.01.2025 № 2.

Иные лица явку в судебное заседание не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.07.2018 общество «ЗУМК-Инжиниринг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 11.10.2018 конкурсным управляющим общества «ЗУМК-Инжиниринг» утверждена ФИО4. 

Общество «ДКЗ» 16.02.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением об установлении размера и очередности погашения требования кредитора, в котором общество «ДКЗ» просило признать его требования к обществу «ЗУМК-Инжиниринг» в размере 10 814 437 828 руб. 53 коп., обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

Определением суда от 27.03.2023 производство по обособленному спору по заявлению общества «ДКЗ» об установлении требования кредитора приостановлено до вступления в законную силу судебного акта Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-175502/2022. 

Протокольным определением суда от 14.09.2023 в порядке статьи 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по обособленному спору возобновлено. 

 Определением суда от 19.04.2024 выделены в отдельное производство: 

- требование о возврате переплаты за поставленное оборудование в размере 4,868 млн. долларов США; 

- требование о возмещении расходов, понесенных на проведение ОПР, в размере 9,67 млн. долларов США; 

- требование о взыскании реального ущерба, причиненного неполным выполнением работ и недопоставкой оборудования, в размере 7,258 млн. долларов США; 

- требование об оплате услуг и материалов общества «ДКЗ», использованных при выполнении работ, в размере 1,293 млн. долларов США; 

- требование о взыскании переплаты за невыполненные СМР по ВЛ и ГПКД в размере 6,171 млн. долларов США; 

- требование о взыскании переплаты за горнопроходческие работы по контракту в размере 2 617 706,5 долларов США; 

- требование о взыскании упущенной выгоды (в размере 144,586 млн долларов США) и реального ущерба (в размере 6,404 млн долларов США) в связи с невыходом комбината на проектную мощность;

 - требование о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн. долларов США (настоящий обособленный спор). 

Обществу «ДКЗ» предложено представить в каждое выделенное производство уточненное заявление с приложением обосновывающих данное требование документов.

В материалы настоящего спора от общества «ДКЗ» поступило уточненное заявление, в котором кредитор просил признать требование общества «ДКЗ» о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 6,115 млн. долларов США обоснованным; применить в деле о банкротстве общества «ЗУМК-Инжиниринг» правила сальдирования встречных обязательств и произвести сальдирование на сумму 13 193 590,37 долларов США по взаимным обязательствам общества «ЗУМК-Инжиниринг» перед обществом «ДКЗ».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 06.08.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2024, в удовлетворении заявления кредитора отказано.

Общество «ДКЗ» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой на определение от 06.08.2024 и постановление от 25.11.2024, в которой просит указанные судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение. Кассатор полагает, что суды неправильно применили положения статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в действительности буквальное толкование закона о банкротстве допускает начисление неустойки за нарушение неденежного обязательства. Кроме того, суды не учли, что предусмотренная контрактом неустойка является зачетной, а не штрафной, и что общество «ЗУМК-Инжиниринг» и его кредиторы приняли на себя обязательства о продлении срока выполнения работ и уплате неустойки уже после введения процедуры финансового оздоровления, были намерены продолжать выполнение работ. Полагает, что суды необоснованно распространили на требование о неустойке, которое по существу является требованием о сальдировании взаимных обязательств, запрет на зачет требований с истекшим сроком давности. При этом кассатор настаивает, что срок исковой давности по рассматриваемому требованию не истек в силу положений статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации; то же требование по неустойке заявлялось в третейском разбитрательстве, соответственно, срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, то есть с 15.01.2021 (обращение в третейский суд) по 15.02.2023 (дата обращения в арбитражный суд с рассматриваемым требованием). Помимо этого, кредитор полагает, что выводы суда о сдаче и приемке работ по контракту не соответствуют обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе обществом «ДКЗ» также заявлены возражения в отношении определения суда от 19.04.2024, которым требования кредитора выделены в отдельное производство. Кредитор указывает, что все требования основаны на одном договоре с должником, направлены на определение совокупного сальдо по нему, вместе с тем, указанным определением суд необоснованно увеличил размер требования общества «ДКЗ», подлежащего включению в реестр требований кредиторов должника, чем нарушил права кредитора, установленные частью 1 статьи 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, тогда как требования кредитора касались вопроса сальдирования взаимных обязательств. 

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником, акционерное общество «Росэксимбанк», Федеральная налоговая служба в лице Управления по Пермскому краю, прокуратура Пермского края против доводов общества «ДКЗ» возражают, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. В частности, возражающие лица ссылаются на то, что ранее (ни в ходе исполнения контракта, ни после его расторжения) кредитор какие-либо требования к должнику (в том числе об уплате неустойки за нарушение сроков выполнения работ) не предъявлял, заявил об их наличии только после предъявления должником иска в третейский суд о взыскании с общества «ДКЗ» задолженности по оплате работ по ликвидации аварии и задолженности по оплате выполненных работ, имея цель не рассчитываться с обществом «ЗУМК-Инжиниринг». 

В судебном заседании представители общества «ДКЗ» на удовлетворении кассационной жалобы настаивали, доводы жалобы поддержали, иные участники процесса против удовлетворения кассационной жалобы возражали.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении настоящего спора, 26.06.2011 между Дирекцией строящегося Дехканабадского завода калийных удобрений Государственной акционерной компании «Узкимёсаноат» (в настоящее время – общество «ДКЗ», заказчик) и  обществом «ЗУМК-Инжиниринг» (подрядчик) заключен контракт № 041/11, согласно которому подрядчик обязался выполнить работы на условиях «под ключ» по расширению производственных мощностей горнодобывающего комплекса Дехканабадского завода калийных удобрений в Республике Узбекистан (II этап), включая проектирование, строительно-монтажные и пусконаладочные работы, поставку оборудования и материалов, а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их и производить своевременную оплату всех этапов работ (пункт 2.1 контракта)

Общая стоимость контракта составляет 122 300 000 долларов США, является окончательной, изменению не подлежит, кроме случае, оговоренных в контракте, включает стоимость оборудования и материалов, поставляемых и монтируемых подрядчиком, стоимость металлоконструкций и изделий, приобретаемых подрядчиком самостоятельно на территории Республики Узбекистан, расходы на энергоресурсы, воду, газ, электроэнергию, сжатый воздух, предоставляемые заказчиком, а также хозяйственные расходы, иные текущие расходы на отдельные услуги и виды работ (пункты 3.1, 3.4). 

Согласно пунктам 6.2, 6.4. контракта срок выполнения работ составляет 990 календарных дней, согласно «Календарного графика производства работ» (приложение № 4 к контракту). Началом работ является день, следующий за днем поступления авансового платежа на расчетный счет подрядчика.

За нарушение сроков выполнения работ по вине подрядчика подрядчик уплачивает заказчику пеню в размере 0,05 % от стоимости обязательств за каждый день просрочки, но не более 5% от суммы неисполненных обязательств (пункт 15.1 контракта).

Порядок разрешения споров определен разделом 17 контракта. 

Согласно пунктам 17.1, 17.3, 17.4 контракт регулируется и толкуется в соответствии с российским материальным правом. В случае если стороны не придут к взаимному согласию, спор передается сторонами на рассмотрение в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации. Стороны согласны, что в арбитражном производстве будут применяться нормы процессуального права Российской Федерации.

Дополнительным соглашением от 28.01.2015 № 19 к контракту пункт 6.4 изменен;  согласно его новой редакции срок выполнения работ составляет 1390 календарных дней, согласно «Календарного графика производства работ» (приложение № 4 к контракту). Также изменен пункт 15.1 контракта: за нарушение сроков выполнения работ по вине подрядчика подрядчик уплачивает заказчику пеню в размере 0,05% от стоимости не завершенного в срок каждого из объектов, указанных в приложении № 4 («Календарный график производства работ»), за каждый день просрочки, но не более 5% от стоимости не завершенного в срок каждого из объектов.

Дополнительным соглашением от 27.06.2017 № 23 к контракту пункт 6.4 вновь изменен и изложен в следующей редакции: срок выполнения работ составляет 365 календарных дней с момента вступления данного дополнительного соглашения в силу.

Как установлено судами и не оспаривается лицами, участвующими в споре, с учетом указанных дополнительных соглашений итоговый срок выполнения работ по контракту был определен до 12.09.2018.

Контракт прошел регистрацию в SGS Societe Generale de Surveillance SA, Министерстве внешних экономических связей, инвестиций и торговли Республики Узбекистан, уполномоченном банке Республики Узбекистан и ГТК Республики Узбекистан, о чем свидетельствуют соответствующие штампы в контракте. Контроль за платежами по контракту возложен на Акционерный коммерческий банк «Узбекский промышленно-строительный банк», платежи по контракту производились на основании писем общества «ДКЗ».

Впоследствии общество «ЗУМК-Инжиниринг» на основании третейской оговорки (пункт 17.3 контракта от 26.06.2011 № 041/11) обратилось в Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации с исковыми требованиями к обществу «ДКЗ» о взыскании задолженности за выполненные работы по ликвидации аварии на руднике ответчика, за выполненные опытно-промышленные работы в 2012 и 2014 годах, за выполненные текущие работы, а также по возврату гарантийного удержания. 

Общество «ДКЗ» представило в третейский суд встречный иск о взыскании с общества  «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017, по расходам на проведение экспертизы и расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, процентов за пользование чужими денежными средствами, признании контракта расторгнутым в одностороннем порядке в связи с допущенными нарушениями; признании задолженности отсутствующей.

Общество «ДКЗ» полагало, что у него отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку требования общества «ЗУМК-Инжиниринг» подлежат сальдированию с обязательствами общества «ДКЗ». При этом размер требований общества «ДКЗ» к должнику превышает размер его обязательств перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг». 

Решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019 с общества «ДКЗ» в пользу общества «ЗУМК-Инжиниринг» взыскана задолженность по оплате работ по ликвидации аварии в сумме 4 273 372,73 долларов США; задолженность по оплате ОПР за 2012 и 2014 годы в сумме 13 438 010,94 долларов США; задолженность по текущим строительно-монтажным и проектным работам в сумме 255 576,20 долларов США по контракту № 041/11 от 26.06.2011; задолженность по уплате неустойки в сумме 12 778,81 долларов США, а также расходы по уплате регистрационного и арбитражного сборов в сумме 4 923 701,50 рублей.

Удовлетворено требование общества «ДКЗ» о признании контракта расторгнутым обществом «ДКЗ» в одностороннем порядке в связи с допущенными обществом «ЗУМК-Инжиниринг»  нарушениями. 

Прекращено арбитражное разбирательство по требованиям общества «ДКЗ» о взыскании с общества «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности по основному долгу по договору оказания услуг № DPP-607/29-17 от 03.08.2017 в сумме 441 041 000 узбекских сумов (42 111,39 долларов США), а также процентов за пользование чужими средствами в сумме 107 931 926 узбекских сумов (10 305,53 долларов США),  задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника в сумме 195 358 407 узбекских сумов (18 653,17 долларов США), а также  процентов за пользование чужими средствами, подлежащих начислению на сумму 195 358 407 узбекских сумов;  о признании того, что у общества «ДКЗ» отсутствует задолженность перед обществом «ЗУМК-Инжиниринг», поскольку итоговое сальдо по взаимным обязанностям из прекращенного контракта № 041/11 от 26.06.2011 сложилось в пользу общества «ДКЗ»; о признании того, что требования общества «ДКЗ» о взыскании задолженности по договору оказания услуг № DPP-607/29-17, о взыскании задолженности по расходам на проведение экспертизы и необходимых расчетов по факту ликвидации последствий затопления панели № 2 рудника, о взыскании арбитражных расходов и начисляемых на эти суммы процентов за пользование чужими средствами, обеспечены удержанием оборудования общества «ЗУМК-Инжиниринг».

Коллегия арбитров пришла к выводу о том, что указанные требования не подлежат рассмотрению в третейском суде, поскольку в отношении общества «ЗУМК-Инжиниринг» введена процедура банкротства.

Приведенные обстоятельства установлены в определении Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-175502/2022, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2023. Данными судебными актами отказано в удовлетворении заявления общества «ДКЗ» об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019. 

Производство по заявлению общества  «ЗУМК-Инжиниринг» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение указанного решения третейского суда прекращено по мотиву того, что общество «ДКЗ» не имеет связи с территорией Российской Федерации, является юридическим лицом, зарегистрированным в Республике Узбекистан, имеет там адрес фактического места нахождения, имущество и счета в банках, на территории Российской Федерации активы, филиалы или представительства у него отсутствуют, в связи с чем, Арбитражный суд г. Москвы не является компетентным судом по рассмотрению заявления о приведении в исполнение решения третейского суда.

Общество «ДКЗ» 16.02.2023 в рамках настоящего дела о банкротстве обратилось с заявлением об установлении размера и очередности погашения своих требований к должнику. В обоснование требования, рассматриваемого в настоящем обособленном споре, общество «ДКЗ» указало на то, что обществом «ЗУМК-Инжиниринг» нарушены сроки выполнения работ, не завершено в срок строительство объектов, указанных в календарном графике производства работ, вина должника в нарушении обязательств по контракту установлена решением третейского суда, в связи с чем должник обязан выплатить в пользу кредитора неустойку в размере 6,115 млн. долларов США (5 % от общей стоимости незавершенных объектов) согласно пункту 15.1 контракта. При этом кредитор настаивал на сальдировании своих требований с требованиями должника, удовлетворенными решением третейского суда, полагал, что сальдо, сложившееся в пользу кредитора, подлежит признанию обоснованным и подлежащим установлению «за реестр».

Возражая против заявленных требований, конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы указали на наличие обоюдной вины подрядчика и заказчика в просрочке выполнения работ, на  то, что требование кредитора о взыскании неустойки после введения в отношении должника процедуры банкротства не соответствует положениям Закона о банкротстве. Кроме того, возражающими лицами  заявлено о применении исковой давности.

Отказывая в удовлетворении требований общества «ДКЗ», суды исходили из необоснованности заявленных кредитором требований по существу и пропуска кредитором срока исковой давности.

Проверив законность обжалуемых определения от 06.08.2024 и постановления от 25.11.2024 в порядке, предусмотренном статьями 284 – 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены. 

В соответствии с положениями статей 63, 94, 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с даты введения в отношении должника процедуры банкротства все требования кредиторов по денежным обязательствам, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены должнику только в порядке, установленном законодательством о банкротстве. 

В данном случае кредитором предъявлено должнику требование об уплате неустойки за нарушение сроков выполнения работ - основного обязательства подрядчика. Период выполнения работ 2012-2018 годы, то есть как до, так и после введения в отношении должника процедуры банкротства.

Учитывая, что неустойка является мерой гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств, для целей квалификации требования о взыскании неустойки за нарушение неденежного обязательства в качестве текущего или реестрового следует установить, когда именно возникла обязанность должника исполнить обязательство, нарушение которого повлекло начисление неустойки, поскольку дополнительное требование (неустойка) следует судьбе основного.

Судами верно учтена правовая позиция, приведенная в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2023 № 305-ЭС23-4006.

Судами установлено, что согласно первоначальным условиям контракта от 26.12.2011 срок выполнения работ определен в течение 990 календарных дней, то есть первоначально основное обязательство возникло до принятия к рассмотрению заявления о признании должника банкротом. Пунктом 15.1 контракта в первоначальной редакции была установлена ответственность подрядчика за нарушение срока выполнения работ (основного обязательства).

В последующем дополнительными соглашениями от 28.01.2015 и 27.06.2017 к контракту сроки выполнения работ были изменены (увеличены). 

Изменения в части оснований начисления неустойки дополнительными соглашениями не устанавливались.

При этом как до заключения дополнительных соглашений, так и после, основное обязательство – выполнение всего объема работ в установленный срок не было исполнено должником (впоследствии кредитором заявлено о расторжении контракта в связи с этим обстоятельством).

Как верно указано судами, перенос срока выполнения работ в данном случае не может трансформировать нарушенное до возбуждения дела о банкротстве неденежное обязательство в наступившее после указанной процедуры. Таким образом, заявленные требования о взыскании неустойки, начисленной в связи с неисполнением обязательства, изначально возникшего до возбуждения дела о банкротстве должника, подлежат рассмотрению в деле о банкротстве.

Установление требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьями 71, 100 Закона о банкротстве. При применении указанных положений суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Возражения относительно требований кредитора могут быть заявлены лицами, участвующими в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве. Указанные лица вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов (пункт 10 статьи 16, пункт 3 статьи 71, пункт 3.1 статьи 100 Закона о банкротстве).

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. 

В соответствии со статьями 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В данном случае должником, уполномоченным органом, обществом «Росэксимбанк» заявлено о пропуске кредитором срока исковой давности по рассматриваемому в рамках настоящего обособленного спора требованию.

Исследовав приведенные доводы и возражения по вопросу применения исковой давности, суды заключили, что поскольку в обоснование заявленного требования общество «ДКЗ» ссылается на нарушение должником сроков выполнения работ, при этом с учетом дополнительных соглашений итоговый срок выполнения работ по контракту составил до 12.09.2018, о нарушении своих прав подрядчик должен был узнать не позднее указанной даты. 

С рассматриваемым заявлением кредитор обратился в суд 16.02.2023.

Общество «ДКЗ» полагало необходимым применить в настоящем споре положения статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на обращение за защитой своих нарушенных прав в рамках третейского разбирательства в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации.

Согласно положениям названной статьи срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права (пункт 1). При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено (пункт 2).

Отклоняя доводы кредитора, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что в соответствии с пунктом 4 резолютивной части решения третейского суда от 23.05.2022, третейский суд прекратил арбитражное разбирательство по встречным требованиям общества «ДКЗ», перечислив все заявленные кредитором денежные требования, по которым производство прекращено, однако требование о взыскании неустойки среди них отсутствует.

Соглашаясь с выводом судов об истечении исковой давности по рассматриваемому требованию, суд округа отмечает следующее.

         Разбирательство в  третейском суде  по встречному иску общества «ДКЗ» началось 15.01.2021 и завершилось принятием решения 23.05.2022.

         Таким образом, с момента истечения срока выполнения работ, когда кредитору стало известно о нарушении его прав, и до обращения кредитора в третейский суд прошло два года и четыре месяца из установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации трехлетнего срока.

         После оставления третейским судом встречного иска в части взыскания с должника денежных средств без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления встречного иска, продолжилось, оставшийся срок составил восемь месяцев и истек 23.01.2023. 

Как уже указано выше, с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд в рамках настоящего дела о банкротстве кредитор обратился 16.02.2023.

         Таким образом, даже если принять во внимание доводы общества «ДКЗ» о том, что рассматриваемое ныне требование идентично заявленному в третейском разбирательстве, срок исковой давности кредитором не соблюден.

         При этом суд округа отклоняет ссылку кредитора на то, что исковая давность не текла для него также и в период судебного разбирательства по делу № А40-175502/2022 Арбитражного суда города Москвы об отмене решения Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022.

          Согласно статье 41 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» арбитражное решение признается обязательным и подлежит немедленному исполнению сторонами, если в нем не установлен иной срок исполнения.

         В пункте 1 параграфа 42 Правил арбитража международных коммерческих споров (Приложение 2 к приказу Торгово-промышленной палаты Российской Федерации от 11.01.2017 № 6) указано, что арбитражное решение является обязательным с даты его вынесения.

         В решении Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 23.05.2022 по делу № М-223/2019 какие-либо иные сроки по данному вопросу не определены.

         Таким образом, зашита нарушенного права кредитора в третейском разбирательстве осуществлялась до 23.05.2022. Последующая реализация обществом «ДКЗ» права на оспаривание решения третейского суда в связи с несогласием с выводами арбитров об ином не свидетельствует. 

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Помимо этого судами обеих инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора также принято во внимание следующее.

В силу абзаца 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

По общему правилу требования к лицу, находящемуся в процедурах банкротства, устанавливаются в реестре и учитываются в денежной форме. Те имущественные требования, которые имеют неденежное выражение (например, об обязании совершить предоставление в натуральной форме), подлежат для целей банкротства трансформации в денежные, чем обеспечивается равное правовое положение всех кредиторов, независимо от вида обязательства (пункт 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35).

Поэтому норма  абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве о неначислении неустойки фактически носит генеральный характер и применяется ко всем реестровым имущественным требованиям кредитора (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845).

Как следует из заявления кредитора и установлено судами первой и апелляционной инстанций, требуемая неустойка начислена кредитором с 12.09.2018 по 05.02.2020, то есть за период после введения в отношении должника процедуры банкротства. 

Какие-либо имущественные требования общества «ДКЗ» к должнику, связанные с выполнением последним подрядных работ по контракту, в рамках настоящего дела о банкротстве не установлены.

Учитывая изложенное, судами обеих инстанций заключено, что предъявление кредитором обществу «ЗУМК-Инжиниринг» неустойки в данном случае противоречит положениям Закона о банкротстве, в частности абзацу десятому пункта 1 статьи 63 данного Закона. 

При изложенных обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления кредитора.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы общества «ДКЗ», изучения материалов дела, суд округа считает, что все приведенные сторонами спора доводы и доказательства судами первой и апелляционной инстанций исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы гражданского и банкротского законодательства применены судами правильно, выводы судов о применении норм права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Возражения общества «ДКЗ» относительно определения от 19.04.2024 о выделении требований в отдельное производство судом округа отклоняются. 

В силу части 3 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции вправе выделить одно или несколько соединенных требований в отдельное производство, если признает раздельное рассмотрение соответствующим целям эффективного правосудия.

Данная норма является управомочивающей, не предусматривает каких-либо специальных условий для выделения одного или нескольких соединенных требований в отдельное производство, оставляя разрешение вопроса о разъединении дел на усмотрение арбитражного суда. 

В данном случае, рассмотрев ходатайства участвующих в деле лиц о разделении заявленных требований, в том числе, ходатайство, поступившее от кредитора, учитывая большое количество объединенных обществом «ДКЗ» материально-правовых требований, разность обстоятельств, положенных в их основание, различный характер подлежащих исследованию доказательств, суд первой инстанции признал целесообразным раздельное рассмотрение заявленных требований в целях обеспечения эффективности правосудия, то есть реализации права на судебную защиту для каждой из сторон спора. Несогласие кредитора с тем, что суд не принял предлагаемые именно им критерии компоновки требований (течение исковой давности и необходимость назначения экспертизы), не свидетельствует о неправомерности определения суда от 19.04.2024. Ссылка кредитора на направленность всех его требований на определение совокупного сальдо по контракту к иному выводу также не приводит, поскольку само по себе раздельное рассмотрение не препятствует сальдированию обоснованных требований. Вместе с тем рассматриваемое в настоящем споре требование не признано судами обоснованным. 

Кроме того, на момент рассмотрения спора зачет и сальдирование по требованию общества «ДКЗ», обусловленному наличием у общества «ЗУМК-Инжиниринг» задолженности (в частности, по уплате неустойки), невозможны в связи с истечением срока исковой давности на момент заявления кредитором такого требования.

Доводы кредитора о том, что выводы суда о сдаче и приемке работ по контракту не соответствуют обстоятельствам дела, по сути, выражают несогласие кассатора с оценкой судами доказательственной базы по спору, вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами нижестоящих инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение от 01.07.2024 и постановление от 07.10.2024 являются законными и отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 06.08.2024 по делу № А50-20115/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Дехканабадский калийный завод» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Н.В. Шершон 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

                                                                                              О.Г. Кочетова