ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-13754/2021

г. Саратов

17 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2022 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи О.В. Лыткиной,

судей Н.В. Савенковой, О.Н. Силаковой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2, Инспекции Федеральной налоговой  службы № 31 по г. Москве, г. Москва, 

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 17 июня 2022 года                       по делу  № А12-13754/2021 

по иску общества с ограниченной  ответственностью «Концессии водоснабжения»                 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Волгоград,

к обществу с ограниченной ответственностью «Югстрой» (ИНН 

<

***>,                          ОГРН 

<

***>), г. Москва,

третьи лица, не заявляющие  самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной  ответственностью «34 ГруппТрейд», общество с ограниченной ответственностью  «Поволжская строительная компания – 34», временный управляющий общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2, Федеральная служба по финансовому мониторингу, публичное  акционерное общество «Восточный экспресс банк», Инспекции Федеральной налоговой  службы № 31 по                      г. Москве,

о взыскании 77798368 руб. 76 коп.,

при участии в заседании: без сторон, участники арбитражного процесса не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, частей 1, 6 статьи 122, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 20.07.2022,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось общество с ограниченной  ответственностью «Концессии водоснабжения» (далее – ООО «Концессии водоснабжения», истец) с иском к общества с ограниченной ответственностью «Югстрой» (далее – ООО «Югстрой», ответчик) о взыскании 77798368 руб. 76 коп., в том числе                    60762162 руб. 08 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по договору подряда                от 30.05.2017 № 439/1-17, 2424259 руб. 09 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по  договору от 25.09.2017 № 995-17, 9534148 руб. 77 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по договору подряда от 15.08.2017 № 871-17, 2787240 руб. 98 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по договору подряда от 16.08.2017 № 875-17, 

1252592 руб. 80 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по договору проектирования от 18.06.2019 № 510-19, 1037965 руб. 04 коп. неустойки за просрочку выполнения работ по договору подряда от 13.06.2019  № 489-19. 

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 17 июня 2022 года                       по делу  № А12-13754/2021 иск удовлетворен частично: с ООО   «Югстрой» в пользу ООО «Концессии водоснабжения» взыскана неустойка в размере 10758543 руб. 92 коп., а также 27660 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2, Инспекция Федеральной налоговой  службы № 31 по г. Москве обратились с апелляционными жалобами, в которых просят решение арбитражного суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное.

            Заявители апелляционных жалоб считают, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: произведенный истцом расчет неустойки является неверным; пропущен срок исковой давности по части исковых требований за 2017 год и начало 2018 года, поэтому исковые требований за данный период не подлежат удовлетворению; неустойка является чрезмерной и подлежит уменьшению на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ООО «Концессии водоснабжения» в порядке статьи 262 АПК РФ представило отзыв на апелляционные жалобы, с доводами, изложенными в них, не согласно, просит решение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Иные участники арбитражного процесса не представили отзывы на апелляционные жалобы.

Инспекция Федеральной налоговой  службы № 31 по г. Москве обратилась с ходатайством об отложении судебного заседания, в удовлетворении которого судом апелляционной инстанции  отказано. 

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебное решение подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 13.06.2019 между ООО «Концессии водоснабжения» (заказчиком) и ООО «ЮгСтрой» (подрядчиком) был заключен договор № 489-19 на выполнение комплекса работ по объекту «Строительство канализационного коллектора в п. Тир Краснооктябрьского района г. Волгограда».

10.09.2019 между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 1, согласно которому срок окончания работ был перенесен на 27.12.2019.

20.02.2020 между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 2, которым были внесены изменения в сметный расчет, перенесен срок окончания работ на 01.06.2020. Стоимость выполняемых работ составила 21182960 руб.

Согласно пункту 7.3.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы в срок и на условиях, установленных договором.

Ответчик надлежащим образом не исполнил свои обязательства о сроках выполнения работ.

Согласно пункту 11.2 договора в случае пропуска подрядчиком сроков выполнения работ подрядчик по требованию заказчика выплачивает неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) от цены договора за каждый день просрочки.

В связи с просрочкой исполнения обязательства о сроках выполнения работ истцом была начислена неустойка, предусмотренная договором, в размере 1037965 руб. 04 коп. (расчет представлен в материалы дела).

В дальнейшем между истцом и ответчиком был заключен ряд соглашений о передаче договоров подряда, заключенных истцом, ООО «Поволжская строительная компания -34» и ООО «34 ГруппТрейд», в том числе: соглашение № 1169-19 о передаче договора подряда № 439-1-17 от 30.05.2017, соглашение № 988-19 о передаче договора подряда № 995-17 от 25.09.2017, соглашение № 987-19 о передаче договора подряда               № 871-17 от 15.08.2017, соглашение № 985-19 о передаче договора подряда №875-17 от 16.08.2017, соглашение № 124-20 о передаче договора подряда № 510-19.

Согласно пункту 1.1 вышеназванных соглашений подрядчики (ООО «Поволжская строительная компания -34», ООО «34 ГруппТрейд») уступили новому подрядчику (ответчику) права и передали обязанности в части гарантийных обязательств, предусмотренных разделом 10 договоров, и иные права и обязанности, вытекающие из исполнения передаваемых договоров.

В соответствии с положениями статьи 392.3 ГК РФ в случае одновременной передачи стороной всех прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) к сделке по передаче соответственно применяются правила об уступке требования и о переводе долга.

В результате передачи договора к третьему лицу переходят все права и обязанности стороны, в том числе возникшие до передачи договора, если иное прямо не установлено в соглашении о передаче договора (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2020 № 309-ЭС20-1152 по делу № А60- 11259/2019).

Заключенные соглашения не содержат условий об исключении каких-либо конкретных прав и обязанностей по договору из всего их объема, передаваемых новому подрядчику.

В абзаце 3 пункта 43 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018              № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» указано, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Истец указывает, что по всем вышеперечисленным соглашениям подрядными организациями были допущены просрочки исполнения установленных договором обязательств, а именно:

- соглашение № 1169-19 о передаче договора подряда № 439/1-17 от 30.05.2017.

ООО «Концессии водоснабжения» (заказчик) и ООО «Поволжская строительная компания -34» (подрядчик) заключили договор подряда от 30.05.2017 № 439-1-17 на выполнение полного комплекса строительно-монтажных работ по реконструкции объекта «Канализационный напорный коллектор Ду-1000 мм (2-я нитка) от КНС № 5 в Красноармейском р-не г. Волгограда»

В соответствии с пунктом 7.2.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы в срок и на условиях, установленных договором. Согласно календарному плану выполнения работ окончание срока выполнения работ приходится на 27.09.2017.

Согласно пункту 11.2 договора в случае пропуска подрядчиком сроков выполнения работ подрядчик по требованию заказчика выплачивает неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки.

Подрядчик не исполнил свои обязательства о сроках выполнения работ надлежащим образом, т. к. фактически работы были выполнены 28.09.2018, в связи с чем, истцом начислена неустойка за период с 28.09.2017 по 28.09.2018 в размере 60762162 руб.                    08 коп.;

- соглашение № 988-19 о передаче договора подряда № 995-17 от 25.09.2017.

ООО «Концессии водоснабжения» (заказчик) и ООО «Поволжская строительная компания -34» (подрядчик) заключили договор подряда от 25.09.2017 № 995-17 на выполнение полного комплекса строительно-монтажных работ по строительству объекта с поставкой материалов, оборудования.

Согласно пункту 7.2.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы в срок и на условиях, установленных договором. Согласно календарному плану выполнения работ окончание срока выполнения работ приходится на 09.12.2017 (75 календарных дней с даты подписания договора).

В соответствии с пунктом 11.2 договора в случае пропуска подрядчиком сроков выполнения работ подрядчик по требованию заказчика выплачивает неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки.

Подрядчик не исполнил свои обязательства о сроках выполнения работ надлежащим образом, т. к. фактически работы были сданы 29.06.2018, в связи с чем, истцом была начислена неустойка в размере 2424259 руб. 09 коп. за период с 10.12.2017 по 29.06.2018;

- соглашение № 987-19 о передаче договора подряда № 871-17 от 15.08.2017.

ООО «Концессии водоснабжения» (заказчик) и ООО «Поволжская строительная компания -34» (подрядчик) заключили договор подряда от 15.08.2017 № 871-17 на выполнение полного комплекса строительно-монтажных работ по строительству объекта с поставкой материалов.

Согласно пункту 7.2.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы в срок и на условиях, установленных договором. Согласно календарному плану выполнения работ окончание срока выполнения работ приходится на 27.09.2017.

В соответствии с пунктом 11.2 договора  в случае пропуска подрядчиком сроков выполнения работ подрядчик по требованию заказчика выплачивает неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки.

Подрядчик не исполнил свои обязательства о сроках выполнения работ надлежащим образом, т. к. фактически работы были выполнены 19.11.2018, в связи с чем, истцом была начислена неустойка в размере 9534148 руб. 77 коп. за период с 30.10.2017 по 19.11.2018;

- соглашение   № 985-19 о передаче договора подряда № 875-17 от 16.08.2017.

ООО «Концессии водоснабжения» (заказчик) и ООО «Поволжская строительная компания -34» (подрядчик) заключили договор подряда от 16.08.2017 № 875-17 на выполнение полного комплекса строительно-монтажных работ по строительству объекта «Замена кабельных линий Фидер 11,44 на насосной станции 1-го подъема ВОС «Латошинка» - пункт инвестиционной программы 4.3.30, «Замена кабельных линий Фидер 9,22 на насосной станции 2-го подъема ВОС Кировского района - пункт инвестиционной программы 4.3.31, «Замена кабельных линий Фидер 9,18 на насосной станции 2-го подъема Тракторозаводского района» - пункт инвестиционной программы 4.3.27.

Цена выполняемых работ по договору, согласно пункту 2.1, составила                    42877030  руб.

28.02.2018 между сторонами было заключено дополнительное соглашение к названному договору подряда. 

Согласно пункту 1.2 данного соглашения из раздела «Предмет договора» были исключены работы по замене кабельных линий Фидер 9,22 на насосной станции 2-го подъема ВОС Кировского района. 

В соответствии с пунктом 1.3 данного соглашения новая цена работ по договору составила 27601000 руб.

На основании пункта 7.2.1 договора подрядчик обязуется выполнить работы в срок и на условиях, установленных договором. Согласно календарному плану выполнения работ (приложение № 5 к договору) окончание срока выполнения работ приходится на 30.10.2017 (75 дней с даты заключения договора).

В соответствии с пунктом 11.2 договора  в случае пропуска подрядчиком сроков выполнения работ подрядчик по требованию заказчика выплачивает неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки.

Подрядчик не исполнил свои обязательства о сроках выполнения работ надлежащим образом, т. к. фактически работы были выполнены 15.05.2018, в связи с чем, истцом начислена неустойка в размере 2787240 руб. 98 коп. за период с 31.10.2017 по 15.05.2018;

- соглашение   № 124-20 о передаче договора подряда № 510-19 от 18.06.2019.

ООО «Концессии водоснабжения» (заказчик) и ООО «34 ГруппТрейд» (проектировщик) заключили договор проектирования от 18.06.2019 № 510-19 на выполнение работ по разработке документации для строительства сети холодного водоснабжения на объект «Водоснабжение п. Солнечный в Краснооктябрьском р-не» и сети канализации на объект «водоотведение п. Солнечный в Краснооктябрьском р-не             г. Волгограда».

Согласно пункту 5.3.3 договора проектировщик обязуется выполнять работы в объеме и в сроки, установленные договором.

В соответствии с пунктом договора 3.1стоимость выполняемых работ по договору составила 2000000 руб.

08.09.2019 между сторонами было заключено дополнительное соглашение о переносе сроков окончания выполнения работ.

Согласно пункту 2.3 дополнительного соглашения работы, которые должны быть выполнены, но не выполненные проектировщиком в полном объеме к дате заключения настоящего соглашения, составляют 24000000 руб.

В соответствии с приложением№ 4 к дополнительному соглашению срок окончания работ по этапу «Водоснабжение для жителей 12 ИЖД в п. Солнечный» приходится на 17.02.2020, срок окончания работ по этапу «водоснабжение и водоотведение для жителей ИЖД п. Солнечный- 1,2» приходится на 31.07.2020.

На основании пункта 9.2 договора в случае нарушения срока выполнения работ по этапам работ заказчик вправе предъявить проектировщику неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены этапа работ за каждый день просрочки с первого дня просрочки до момента фактического выполнения работ. Выплата неустойки не освобождает проектировщика от исполнения своих обязательств по договору.

Пункт 13.4 договора предусматривает, что заказчик вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора и потребовать от проектировщика возмещения убытков в случаях, связанных с неисполнением, ненадлежащим исполнением проектировщиком его обязательств по договору:

- задержки проектировщиком сроков выполнения работ, включая любого этапа работ, более чем на 15 (пятнадцать) календарных дней;

- если проектировщик своевременно не выполнил требований заказчика об устранении недостатков/дефектов, предъявленных заказчиком в соответствии с договором, либо недостатки/дефекты являются существенными и неустранимыми;

- если проектировщик своевременно не приступает к исполнению договора или выполняет работы настолько медленно, что окончание их к сроку становится явно невозможным.

20.01.2021 в адрес ответчика было направлено уведомление о расторжении соглашения № КВ/1035-исх в связи с неисполнением ответчиком договорных обязательств, которое было им получено 21.01.2021.

В связи с просрочкой выполнения работ по вышеназванному договору истец начислил ответчику неустойку в размере 1252592 руб. 80 коп. за период с 17.10.2019 по 21.01.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 ГК РФ предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие,  как-то:  передать  имущество,  выполнить  работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений пункта 1 статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или  иными правовыми актами.

В соответствии с положениями статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 ГК РФ).

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 ГК РФ).

            Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором (пункт 2 статьи 740 ГК РФ).

По договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат (статья 758 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 760 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик обязан:

- выполнять работы в соответствии с заданием и иными исходными данными на проектирование и договором;

- согласовывать готовую техническую документацию с заказчиком, а при необходимости вместе с заказчиком - с компетентными государственными органами и органами местного самоуправления;

- передать заказчику готовую техническую документацию и результаты изыскательских работ.

Истец, произведя расчет неустоек за просрочку выполнения работ по вышеназванным договорам, направил ответчику досудебные претензии, но они не были добровольно удовлетворены.

Ненадлежащее исполнение ответчиком договорных обязательств в виде просрочки выполнения работ послужило основанием для начисления истцом договорных неустоек и обращения в суде первой инстанции с настоящим иском.

Согласно нормам части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

            Частью 3.1 статьи 70 АПК РФ предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

            Судебное решение подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

            В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

  Истец представил подробные расчеты договорных неустоек, из которых следует, что они произведены от изначально согласованных сторонами цен договоров за весь период просрочки с применением «плавающей» ключевой ставки ЦБ РФ по периодам ее действия. 

Ответчик, возражая против иска, представил в материалы дела контррасчет неустоек с описанием своих доводов. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в целом начисление истцом неустойки на общую сумму договора без учета надлежащего исполнения части работ является неправомерным, противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 ГК РФ, поскольку создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом. 

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что при расчете неустойки за просрочку срока выполнения работ в случае установления факта полного или частичного выполнения работ применению подлежит ставка рефинансирования ЦБ РФ, действующая на момент выполнения работ, и произвел перерасчет неустоек:

- по договору № 489-19 от 13.06.2019 от 19613207 руб. за общий период с 02.06.2020  по 13.11.2020 с применением ставки ЦБ РФ 4,25 % на сумму 153251 руб.                    60 коп.;

  - по договору № 439/1-17 от 30.05.2017 от 317705136  руб. 38 коп. за общий период с 28.09.2017 по 28.09.2018 с применением ставки ЦБ РФ 7,5 % на сумму 13433846 руб.                 37 коп.;

- по договору № 995-17 от 25.09.2017 от 23 526 304  руб. 28 коп. за общий период с 10.12.2017  по 29.06.2018 с применением ставки ЦБ РФ 7,25 % на сумму 943276 руб.                  60 коп.;

- по договору № 875-17 от 16.08.2017 от 27600998  руб. 96 коп. за общий период с 31.10.2017 по 15.08.2018с применением ставки ЦБ РФ 7,25 % на сумму 806894 руб.                  80 коп.;

- по договору № 871-17 от 15.08.2017 от 38725214  руб. 72 коп. за общий период с 31.10.2017 по 19.11.2018 с применением ставки ЦБ РФ 7,5 % на сумму 3370824 руб.                  34 коп.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с вышеизложенным расчетом суда первой инстанции, т. к., приходя к выводу о необоснованном начислении истцом неустойки на цену договора, суд первой инстанции не учел следующего.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 4 статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

По смыслу закона норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила, о чем указано в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление № 16).

В пункте 3 Постановления № 16 также установлено, что при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т. д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора.

В свою очередь, в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По смыслу закона неустойка, как способ обеспечения исполнения обязательств может носить компенсационный (зачетный по отношению к убыткам) и (или) штрафной характер.

Размер неустойки стороны договора определяют самостоятельно и добровольно, не исключая возможность определения ее величины исходя из цены договора, стоимости этапа работ, кратно ключевой ставке и т.д.

При этом, с учетом положений статьи 431 ГК РФ, при толковании условий договора, принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, определяющих порядок расчета неустойки (буквальное толкование).

В пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» такое значение определяется с учетом общепринятого употребления слов и значений, используемых в договоре, любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно, если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.09.2021 № 309-ЭС20-24330.

Сторонами рассматриваемого спора являются два участника экономического оборота, которые при заключении договора действовали добровольно и не были связаны какими-либо ограничениями либо императивными требованиями.  

Из материалов дела не следует, что согласованный сторонами порядок определения неустойки (от цены договора) входит в противоречие с каким-либо явно выраженным законодательным запретом, нарушает существо законодательного регулирования отношений по договору подряда, либо нарушает особо значимые охраняемых законом интересы, приводит к грубому нарушению баланса интересов сторон.

Буквальное содержание пунктов 11.2 договоров подряда свидетельствует о том, что воля сторон была направлена на исчисление неустойки в зависимости от цены договора, под которой согласно общепринятому пониманию данного выражения понимается величина всего встречного предоставления за выполняемые по договору работы.

Таким образом, исходя из содержания положений статей 330, 332 и 421 ГК РФ, при рассмотрении вопроса о взыскании неустойки ввиду ненадлежащего исполнения обязательства по выполнению работ в установленные договорами сроки, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения иных, не согласованных сторонами, условий договоров о порядке определения неустойки. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 30.06.2022 № Ф06-19670/2022 по делу № А12-18790/2021.

Следовательно, неустойка за просрочку выполнения работ подлежит расчету от цен договоров № 489-19 от 13.06.2019, № 439-17 от 30.05.2017, № 995-17 от 25.09.2017,                  № 875-17 от 16.08.2017,  № 871-17 от 15.08.2017. 

Ответчик в отзыве на иск, в обоснование контррасчета неустойки ссылается на наличие препятствий при выполнении работ (несвоевременная передача исходных данных,  корректировка проектов и т. д.)

  Истец не опроверг наличие вышеуказанных обстоятельств, но пояснил, что они носили рабочий характер и не препятствовали выполнению работ.  

Пунктом 1 статьи 404 ГК РФ установлено, что, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Суд первой инстанции, оценив представленную ответчиком переписку, пришел к правомерному выводу о том, что нарушение сроков выполнения работ по договорам                 № 871-17 от 15.08.2017, № 875-17 от 16.08.2017, № 439-17 от 30.05.2017, № 489-19 от 13.06.2019 произошло при обоюдной вине сторон, поэтому обоснованно снизил в два раза размер подлежащей взысканию неустойки по перечисленным договорам.

Относительно неустойки по договору № 510-19 от 18.06.2019 суд первой инстанции обоснованно принял доводы и контррасчт ответчика на сумму 932859 руб.                 66 коп. (т. 8, л. 

<

...>), согласно которым условиями договора № 510-19 от 18.06.2019 (соглашение № 124-20 от 28.02.2020) право требования заказчика на уплату неустойки возникает в случае нарушения срока выполнения работ по этапам в размере 2/300 ключевой ставки ЦБ РФ от цены этапа работ, а не от стоимости раздела технического задания (пункт 9.2 договора). 

Приложением № 3 к дополнительному соглашению срок окончания выполнения работ по 1-му этапу определен сторонами 17.02.2020, по акту сдачи-приемки выполненных работ истец принял 28.02.2020 работы по 1-му этапу без замечаний. 

Приложением № 3 к дополнительному соглашению № 124-20 от 28.02.2020 срок окончания выполнения работ по 2-му этапу определен 31.07.2020. Выполненные работы по 2-му этапу приняты истцом по акту сдачи-приемки выполненных работ № 2 от 20.04.2020.

Согласно статье 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

20.01.2021 получено уведомление истца о расторжении соглашения № 124-20 от 28.02.2020 г. к договору № 510-19 от 18.06.2019.

Ответчик верно произвел контррасчет неустойки за нарушение срока выполнения                1 этапа работ за период с 18.02.2020 по 28.02.2020 на сумму 4927 руб. 10 коп. и за нарушение срока выполнения 2 этапа работ за период с 01.08.20220 по 20.01.2021 на сумму  927932 руб. 56 коп.  

Таким образом, общая сумма подлежащей взысканию неустойки по договору               № 510-19 от 18.06.2019 составляет 932859 руб. 66 коп.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: временный управляющий ООО «Югстрой» ФИО2, ПАО КБ «Восточный», ИФНС России № 31 по г. Москве при рассмотрении дела в судебной первой инстанции заявили о применении срока исковой давности к части исковых требований. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении вышеуказанных заявлений, сославшись на то, что то, что согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» указано, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В силу части 3 статьи 40 ГПК РФ, части 3 статьи 46 АПК РФ, пункта 1 статьи 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Заявление ненадлежащей стороны о применении исковой давности правового значения не имеет.

Поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Поскольку удовлетворение иска не повлечет предъявление регрессных требований к третьим лицам, суд первой инстанции не рассмотрел вышеуказанные заявления третьих лиц.

Апелляционный суд не может согласиться с вышеуказанным выводом и усматривает наличие правовых оснований для применения срока исковой давности по заявлению временного управляющего (ныне конкурсного управляющего) общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2 к части исковых требований в связи со следующим.

Как разъяснено в пункте 43 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35

«О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», поскольку рассмотрение в ходе наблюдения исков имущественного характера, истцом или ответчиком по которым является должник, в том числе рассмотрение указанного в пункте 28 настоящего постановления иска в общем порядке после введения наблюдения, может иметь значение для дела о банкротстве, рассматривающий его суд по своей инициативе или по ходатайству временного управляющего либо должника привлекает временного управляющего к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне должника (статья 51 АПК РФ). 

На основании пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника (а при банкротстве индивидуального предпринимателя - сам должник) обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, сведения обо всех судебных разбирательствах имущественного характера, участником которых является должник; при возникновении впоследствии новых подобных споров он обязан в разумный срок информировать об этом временного управляющего и арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве. В случае нарушения указанных обязанностей на руководителя должника (должника-гражданина) может быть наложен штраф на основании части 5 статьи 119 АПК РФ.

Согласно позиции Пленума ВАС РФ, изложенной в пункте 14 Постановления от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», временный управляющий не входил в состав лиц, которые в период наблюдения могли заявлять возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске последними сроков исковой давности.  Вышеуказанное разъяснение применялось в практике арбитражных судов (постановления ФАС Волго-Вятского округа от 05.08.2013 по делу № А39-345/2012, ФАС Поволжского округа от 28.12.2010 по делу № А65-12209/2009, ФАС Уральского округа от 21.11.2012 по делу № А71-15136/2011).

Однако с 14.03.2014 пункт 14 Постановления Пленума ВАС РФ № 29 действует в редакции Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 18 «О внесении изменения в Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве», согласно которому возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьей 71 или статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

На основании вышеизложенного временный управляющий вправе в период наблюдения заявлять в арбитражный суд возражения о пропуске кредитором срока исковой давности в отношении требований к должнику.

Следовательно, заявление о пропуске срока исковой давности по части исковых требований было сделано временным управляющим ООО «Югстрой» ФИО2 правомерно и подлежало рассмотрению судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции, проверив доводы апеллянтов о пропуске срока исковой давности по части требований, приходит к следующему выводу.

            Вопросы исковой давности урегулированы в главе 12 ГК РФ.

            В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

            Пропуск срока исковой давности влечет за собой утрату права на иск в материально-правовом смысле.

            Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

            Положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ предусматривают, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Кодекса) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

            В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

            В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

            На основании норм статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

            При этом, исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых норм (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года                   № 576-О, от 20 ноября 2008 года № 823-О-О, от 25 февраля 2010 года № 266-О-О), установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться, как нарушающее конституционные права заявителя.

            Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

            Применение положений главы 12 ГК РФ разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 февраля 1995 года № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября                 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

            Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). 

            В соответствии со статьей 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

            Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало (статьи 190 ГК РФ).

            Согласно пунктам 1, 3 статьи 192 ГК РФ срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года срока. 

            Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца срока.

            Если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (статья 193 ГК РФ).

            Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (Определения от 20 октября 2011 года № 1442-О-О, от 25 января 2012 года № 183-О-О, от 16 февраля 2012 года № 314-О-О, от 21 ноября 2013 года № 1723-О, от 23 июня 2015 года № 1509-О, от 22 декабря 2015 года № 2933-О и др.).

            Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. В обязательственных отношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должника нарушает субъективное материальное право кредитора, а, значит, право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда об этом стало известно или должно было стать известно кредитору).

            В силу статьи 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

            Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

            Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна.

            С учетом разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

            Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»,

если стороны прибегли к предусмотренному законом или договором досудебному порядку урегулирования спора (например, претензионному порядку, медиации), то течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом или договором для проведения соответствующей процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня ее начала (пункт 3 статьи 202 ГК РФ).

В случае соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора ранее указанного срока течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения такого порядка. Например, течение срока исковой давности будет приостановлено с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении.

После соблюдения сторонами досудебного порядка урегулирования спора течение срока исковой давности продолжается (пункт 4 статьи 202 ГК РФ). Правило об увеличении срока исковой давности до шести месяцев в этом случае не применяется.

            В соответствии с положениями статьи 203 ГК РФ и пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

            К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

            Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

            В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

            На основании пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

            Вместе с тем, по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т. п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Как разъяснено в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

Признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора (в частности, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами), а также требований по возмещению убытков, и, соответственно, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по дополнительным требованиям и требованию о возмещении убытков.

            Согласно пункту 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

            Исковое заявление подано в Арбитражный суд Волгоградской области 28.05.2021, поэтому срок исковой давности (с учетом соблюдения претензионного порядка урегулирования спора), начал течь с 28.04.2018. Следовательно, исковые требования  о взыскании неустойки до 28.04.2018 не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности.

            Суд апелляционной инстанции, самостоятельно произведя перерасчет неустоек по договорам с учетом вышеизложенных обстоятельств (необходимости начисления неустойки от цены договоров (за исключением договора № 510-19 от 18.06.2019, по условиям которого расчет пени производится от цены этапа), снижения размера неустойки по договорам № 871-17 от 15.08.2017, № 875-17 от 16.08.2017, № 439-17 от 30.05.2017,               № 489-19 от 13.06.2019 на основании статьи 404 ГК РФ, правильности контррасчета ответчика по договору № 510-19 от 18.06.2019, применения срока исковой давности по части исковых требований), установил, что неустойки по спорным договорам составляют:

- 24433635 руб. 22 коп. по договору от 30.05.2017 № 439/1-17 за период с 28.04.2018 по 28.09.2018. В связи с применением положений статьи 404 ГК РФ неустойка составляет 12216817 руб. 61 коп.;

- 732812 руб. 93 коп. по договору от 25.09.2017 № 995-17 за период с 28.04.2018 по 29.06.2018;

- 4959268 руб. 63 коп. по договору от 15.08.2017 № 871-17 за период с 28.04.2018 по 19.11.2018. В связи с применением положений статьи 404 ГК РФ неустойка составляет 2479634 руб. 32 коп.;

- 240128 руб. 70 коп. по договору от 16.08.2017 № 875-17 за период с 28.04.2018 по 15.05.2018. В связи с применением положений статьи 404 ГК РФ неустойка составляет 120064 руб. 35 коп.;

- 932859 руб. 66 коп. по договору от 18.06.2019 № 510-19, в том числе 4927 руб.               10 коп.  за просрочку выполнения работ по 1 этапу за период с 18.02.2020 по 28.02.2020, 927932 руб. 56 коп. за просрочку выполнения работ по 2 этапу за период с 01.08.2020 по 20.01.2021;

- 1037965 руб. 04 коп. по договору от 13.06.2019 № 489-19 за период с 02.06.2020 по 13.11.2020. В связи с применением положений статьи 404 ГК РФ неустойка составляет 518982 руб. 52 коп.

Общий размер неустоек по всем договорам, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 17001171 руб. 39 коп.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также усматривает правовые основания для снижения неустоек на основании статьи 333 ГК РФ в связи со следующим.

            Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

            Статья 333 ГК РФ применяется судом в том случае, когда неустойка явно несоразмерна последствия нарушения обязательства.

            Согласно пунктам 69-71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции (пункты 71, 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта  2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

            В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки

последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

            В пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

            Согласно пункту 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

            Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки произведено в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

            Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах (Определения от 21 декабря 2000 года № 263-О, от 22 января 2004 года № 13-О, от 22 апреля 2004 года № 154-О) обратил внимание на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной. 

            Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

            Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т. е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

            В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.     

            Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от                        14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения. Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Иными словами, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, при том, что это не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

            Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 года № 16497/12, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 11 января 2018 года № 304-ЭС17-20293, одним из основополагающих принципов российского права является принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности, которая по общему правилу не может быть направлена на обогащение кредитора, а призвана компенсировать ему возможные убытки и восстановить нарушенные права. Взыскание неустойки, многократно превышающей размер разумной неустойки, является нарушением презумпции равенства участников гражданских правоотношений и баланса интересов сторон, т. к.  договором предусмотрены неравные условия ответственности сторон в случае нарушения исполнения обязательств.

            Одна из задач права состоит в том, чтобы создать такой правовой режим деятельности субъектов экономики и предпринимательства, который обеспечит баланс интересов участников экономических отношений и их защиту, ликвидирует социальное неравенство. При вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно. Принцип свободы договора предполагает, что участники гражданских правоотношений могут свободно вести переговоры с неограниченным кругом потенциальных клиентов на предмет заключения договора. Исходя из нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, встречное предоставление не должно приводить к неосновательному обогащению одной из сторон либо иным образом нарушить принцип разумности и добросовестности, что предполагает соблюдение баланса прав и обязанностей сторон договора.

            Соблюдение такого баланса необходимо и при взыскании неустойки. При чем, нормы статьи 333 ГК РФ позволяют  соответствовать гражданско-правовым принципам равенства и баланса интересов сторон, что отвечает компенсационной природе неустойки, как меры ответственности.

            Таким образом, нормы статьи 333 ГК РФ наряду с иными правилами, ограничивающими свободу договора, выступают, как средство обеспечения разумного баланса участников экономических отношений, в которых оценка разумности баланса возложена на суд. 

            Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 (редакции от 24 марта 2016 года) «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

            Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

            Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

            Кроме того, применение статьи 333 ГК РФ является правом, но не обязанностью суда, реализуемым при наличии достаточности доказательств несоразмерности заявленного требования. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

            Таким образом, суд может, а не обязан снизить неустойку, исходя из двукратной учетной ставки банка России, а в исключительных случаях, исходя из однократной ставки рефинансирования Банка России.

            В случае если суд придет к выводу о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, он по своему усмотрению определяет, до какого размера неустойка подлежит снижению, в том числе, и до размера, превышающего двукратную ставку банка России.

            Как разъяснено в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июля 2014 года № 5467/14 по делу № А53-10062/2013, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Таким образом, применение мер ответственности без учета своевременного исполнения подрядчиком своих обязательств по договору противоречит правовому смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

            При рассмотрении иска о взыскании неустойки (пени) суд не только вправе, но и обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате нарушения договорных обязательств. 

             Снижение размера неустойки (пени) в случае ее несоразмерности служит цели установления баланса прав и интересов сторон.

Произведя толкование условий заключенных договоров об ответственности сторон, суд апелляционной инстанции установил, что ответственность заказчика и подрядчика неравнозначна: пункты 11.2 договоров предусматривают обязанность подрядчика за просрочку выполнения работ по требованию заказчика выплатить неустойку в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от цены договора за каждый день просрочки, в то время как пункты 11.3 договоров подряда устанавливают ответственность заказчика за просрочку оплаты выполненных работ в виде уплаты подрядчику неустойки в размере 2/300 от ключевой ставки ЦБ РФ от суммы, подлежащей оплате (за вычетом гарантийного удержания), за каждый день просрочки; пункт 9.2 договора от 18.06.2019 № 510-19 предусматривает обязанность проектировщика за просрочку исполнения договорных обязательств выплатить заказчику неустойку в размере 2/300 ключевой ставки ЦБ РФ  от цены этапа работ за каждый день просрочки, в то время как пункт 9.4 договора устанавливает ответственность заказчика за просрочку оплаты выполненных работ в виде уплаты проектировщику неустойки в размере 2/300 ключевой ставки ЦБ РФ от суммы задолженности за каждый день просрочки, т. е. начисление заказчику неустойки в меньшем размере, чем подрядчику (проектировщику). Следовательно, в заключенных договорах не соблюден баланс ответственности сторон, что приводит к нарушению прав и законных интересов подрядчика (проектировщика).

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 9 Постановления от 14 марта 2014 года              № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Кодекса о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

            Произведенное истцом начисление неустойки противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 1 ГК РФ, нарушает баланс интересов сторон, создает преимущественные условия истца, что приводит к карательному характеру неустойки, ее превращению в способ его обогащения и противоречит компенсационной функции неустойки. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от                 20 февраля 2017 года по делу № А71-15769/2015, постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 18 октября 2011 года по делу № А29-2350/2011.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что имеются основания для применения норм статьи 333 ГК РФ с учетом фактических обстоятельств дела и норм действующего законодательства.

            Суд апелляционной инстанции, учитывая заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ при исчислении размера неустойки, вышеизложенные разъяснения, нормы права и материалы судебной практики, исходя из фактических обстоятельств дела, явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения договорных обязательств ответчиком, принимая во внимание, что представленные в материалы дела акты сдачи-приемки выполненных работ, подписанные после истечения сроков выполнения работ, приняты и подписаны истцом без замечаний, учитывая непредставление истцом доказательств, свидетельствующих о том, какие последствия имеет допущенные ответчиком нарушения обязательств для кредитора (причинены ли ему убытки или наступили иные негативные последствия просрочки должника), приходит к выводу о том, что подлежащая взысканию с ответчика неустойка (пени) явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, в связи с чем, имеются основания для снижения ее размера, исходя из исходя из 1/300 ключевой ставки ЦБ РФ, до                 6108408 руб. 80 коп. по договору от 30.05.2017 № 439/1-17, до 366406 руб. 65 коп. по договору от 25.09.2017  № 995-17, до 1239817 руб. 16 коп. по договору от 15.08.2017                     № 871-17, до 60032 руб. 18 коп. по договору от 16.08.2017 № 875-17, до 466429 руб.                83 коп. по договору от 18.06.2019 № 510-19, до 259491 руб. 26 коп. по договору от 13.06.2019 № 489-19.

На основании вышеизложенного с ответчика в пользу истца следует взыскать договорную неустойку в общей сумме 8500585 руб. 88 коп., отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.

При принятии решения судом первой инстанции были неполно исследованы представленные в дело доказательства, что привело к принятию неправильного судебного решения, которое подлежит изменению.

Судебные расходы распределены между сторонами в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.     

Согласно части 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

            Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 17 июня 2022 года по делу                       № А12-13754/2021 изменить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Югстрой»                               (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Концессии водоснабжения» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  неустойку в размере 8500585 руб. 88 коп., а также 44000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной  ответственностью «Концессии водоснабжения» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 2340 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Югстрой»                               (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 660 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Югстрой» ФИО2.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции.

     Председательствующий                                                                       О.В. Лыткина 

      Судьи                                                                                                     Н.В. Савенкова 

                                                                                                                      О.Н. Силакова