АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск          Дело № А45-32712/2017    

Резолютивная часть решения объявлена 30.10.2018 года 

Полный текст решения изготовлен 07.11.2018 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Краевой А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибирская экологическая сеть» к муниципальному казенному учреждению города Новосибирска «Специализированная служба по вопросам похоронного дела «Ритуальные услуги» о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения контракта, о расторжении контракта и взыскании 1050241,30 рублей основного долга

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО1 по доверенности от 29.10.2018,

ответчика: ФИО2 по доверенности от 01.12.2018,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Сибирская экологическая сеть» (ОГРН 

<

***>, далее – истец) обратилось с иском к муниципальному казенному учреждению города Новосибирска «Специализированная служба по вопросам похоронного дела «Ритуальные услуги» (ОГРН 

<

***>, далее – ответчик) о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения контракта, о расторжении контракта от 02.05.2017 и взыскании 1050241,30 рублей основного долга.

Истец в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик в судебном заседании иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, проверив обстоятельства дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом установлено следующее.

Истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключён муниципальный контракт №0351300067817000006-0219195-02 НРЗ 3540630612617000023 от 02.05.2017 года, по условиям которого истец обязуется оказать услуги по проведению мероприятий по противоклещевой обработке территорий кладбищ г.Новосибирска  для нужд ответчика, а заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить их стоимость (далее – контракт). 

Существенные условия контракта сторонами согласованы.

Приложением №1 к контракту «Спецификация» установлен перечень кладбищ, где подлежат оказанию услуги, а также определена стоимость всего объема услуг и услуг по каждому объекту отдельно.

В соответствии с пунктом 6.1 контракта предусмотрено 2 этапа обработки: 1-ый – с 10.05.2017 по 20.05.2017, 2-ой – с 20.06.2017 по 30.06.2017. 

Истец в обоснование требований указал, что  в соответствии с условиями контракта в период с 05.05.2017 по 26.05.2017 года выполнил первый этап противоклещевой обработки кладбищ города Новосибирска.

29.05.2017 года истец направил документы на оплату выполненных услуг.

Письмом от 31.05.2017 ответчик уведомил истца о необходимости проведения повторной обработки в связи зафиксированными случаями укусов клещей на территории кладбищ.

16.06.2017 года ответчик заявил отказ от приемки услуг.

21.06.2017 года стороны согласовали график повторной обработки территории кладбищ.

В период с 29.06.2017 по 11.07.2017 года с учетом изменений графика в связи с погодными условиями была проведена повторная обработка тех участков кладбищ, где были выявлены клещи, в рамках исполнения истцом своих обязательств по 1-му этапу контракта.

11.07.2017 года истцом и ответчиком был подписан акт приемки оказанных услуг №244 по 10му этапу обработки на сумму 1050241,30 рублей.

24.07.2017 истец направил ответчику письмо о согласовании графика проведения 2-го этапа обработки.

Письмом от 26.07.2017 ответчик отказал в согласовании графика проведения работ по 2-му этапу.

В дальнейшем истец пытался согласовать график выполнения работ по 2-му этапу, однако ответчик уклонился, доступ на территорию кладбищ не обеспечил, в связи с чем работы фактически не были выполнены.

Уведомлением от 29.08.2017 года ответчик в одностороннем порядке отказался от исполнения контракта, о чем известил истца.

Истец полагал данный отказ необоснованным, о чем заявил письмом от 29.09.2017 и уведомлением от 19.10.2017 года.

Поскольку ответчик принятое решение об отказе от исполнения договора не отменил, оплату принятых работ не произвел, истец обратился в суд с настоящим иском.

Истец полагая, что сделка по одностороннему отказу от исполнения контракта (истцом обозначена как сделка по расторжению контракта) является недействительной, поскольку ответчиком не были исполнены обязательства по контракту, что сделало исполнение контракта невозможным. Поскольку односторонний отказ ответчика от исполнения контракта непосредственно нарушает права истца, а также влечен для него неблагоприятные последствия, истец полагал его недействительным.

Согласно пунктам 8 и 9 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон №44-ФЗ) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что  если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде, в том числе положения статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что у ответчика имелись правовые основания для отказа от исполнения контракта при наступлении соответствующих фактических обстоятельств.

В соответствии с пунктом 6.1 контракта предусмотрено 2 этапа обработки: 1-ый – с 10.05.2017 по 20.05.2017, 2-ой – с 20.06.2017 по 30.06.2017.

Согласно представленным в материалы дела письмам-уведомлениям, истец выполнил услуги по 1-му этапу контракта в период с 05.05.2017 по 20.05.2017 года. Срок окончания обработки по 1-му этапу соответствует условиям контракта.

По окончанию 1-го этапа ответчиком была проведена проверка качества обработки территорий кладбищ с привлечением специализированной организации – ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Новосибирской области» (далее – ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО») .  

Согласно заключению ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» от 22.05.2017 года при проверке территорий кладбищ установлено, что на территории всех обследуемых объектов, кроме кладбища «Заельцовское» обнаружены клещи в количестве, превышающем допустимое.

На кладбище «Заельцовское» при проверке установлено наличие снежного покрова 1 см.

В связи с этим ответчик письмом от 31.05.2017 уведомил истца о ненадлежащем качестве обработки и потребовал повторного проведения обработки в рамках 1-го этапа контракта.

Одновременно ответчиком были приняты меры к усилению контроля за качеством обработки территорий кладбищ:

- истцу было направлено требование о предоставлении технических характеристик оборудования, применяемого при оказании услуг;

-с ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» (далее ФБУЗ ЦГЭ) был заключен контракт на проведение энтомологического обследования территорий кладбищ г. Новосибирска. По результатам обследования, проведенного в период с 05.06.2017 по 09.06.2017 было установлено, что на 4 (четырёх) из 7 (семи) кладбищ г. Новосибирска численность клещей от 1.4 до 2.5 раза превышает установленные нормы.

Ответчик письмом от 19.06.2017 года уведомил истца о готовности провести повторную обработку кладбищ, но только в тех секторах, в которых специалистами ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» были обнаружены клещи. При этом паспорта и иные документы, содержащие технические характеристики применяемого оборудования, истец ответчику не предоставил.

В период с 29.06.2017 по 11.07.2017 истец повторно провел первичную акарицидную обработку тех секторов, в которых специалистами ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» были обнаружены клещи, на кладбищах «Заельцовское», «Клещихинское», «Гисинобродское», «Инское».

Условиями контракта период проведения 2-го этапа обработки был установлен с 20.06.2017 по 30.06.2017.

24.07.2017 истец направил ответчику письмо о согласовании графика проведения услуг в рамках 2-го этапа обработки территорий кладбищ.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцом были нарушены сроки оказания услуг как по 1-му, так и по 2-му этапу обработки.

При этом суд в качестве нарушения сроков по 1-му этапу признает фактическое окончание обработки территорий кладбищ с учетом повторной обработки, так как это являлось фактическим устранением недостатков и только после окончания устранения недостатков допустимо признать выполнение обработки по 1-му этапу оконченным.

Истец указал в обоснование иска, что ко 2-му этапу обработки не был допущен ответчиком.

Письмом № 495 от 26.07.2017 ответчик уведомил истца о преждевременном переходе ко второму этапу противоклещевой обработки до получения результатов энтомологического обследования по результатам окончания обработки в рамках 1-го этапа.

Специалистами ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» обследование было проведено в период с 27.07.17 по 03.08.17. По результатам обследования на территории секторов кладбища «Клещихинское», на которых ранее исполнителем повторно проводилась первичная обработка, было обнаружено количество клещей, которые по численности в 3.5 раза превышали возможную норму. На территории кладбища «Южное» была обнаружена нимфа клеща (зародившийся клещ), которая, по мнению специалистов ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО», не должна была выжить при качественной противоклещевой обработке, поскольку срок действия противоклещевого химиката распространялся на полтора месяца. В этот период на обработанных истцом секторах были обнаружены клещи, что свидетельствует о некачественно проведенной противоклещевой обработке на первом этапе.

15.08.2017 истец в очередной раз обратился к ответчику с письмом о согласовании сроков проведения 2-го этапа противоклещевой обработки и предоставить акты энтомологического контроля.

Письмом № 546 от 17.08.2017 ответчиком истцу было предложено повторить 1-ый этап противоклещевой обработки. К письму прилагалась копия Заключения ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» от 04.08.2017 с результатами обследования.

29.08.2017 истец вновь обратился к ответчику с письмом о согласовании сроков проведения 2-го этапа противоклещевой обработки и предоставить акты энтомологического контроля.

С учетом имеющейся информации и переписки сторон ответчик посчитал очевидным несогласие истца с ранее выявленными недостатками 1-ого этапа противоклещевой обработки и отказом их устранения.

В связи с этим ответчик письмом №588 от 11.09.2017 уведомил истца об одностороннем отказе от исполнения контракта. Уведомление было размещено в ЕИС, отправлено факсом, на электронный адрес и заказным письмом истцу.

По ходатайству ответчику и при отсутствии возражений истца судом к участию в деле был привлечен специалист – ФИО3, являющая кандидатом биологических наук (основное направление научной деятельности – исследование изменчивости вируса клещевого энцефалита), научным сотрудником лаборатории патологии насекомых Института систематики и экологии животных СО РАН.

Специалист в судебном заседании пояснил, что акарицидная обработка территорий является действенным способом по борьбе с распространением клещевого энцефалита путем снижения численности клещей в местах появления человека. При этом существенное значение имеет систематичность обработки, ее проведение в соответствующие периоды активности клещей, а также качество обработки (сплошная обработка территории).

Давая пояснения, специалист указал, что при проведении акарицидной обработки существенное значение имеют состояние обрабатываемой территории. Качество обработки существенное снижается при наличии снежного покрова и высокой травы. Осадки также значительно снижают эффективность обработки. 

Также специалистом указано, что жизненный цикл клещей составляет от 4 до 6 лет, поэтому существенное значение имеет систематичность обработки.

Учитывая подвижность клещей, большое значение имеет сплошная обработка территории, поскольку обработка части определенной территории снижает ее эффективность.

Также существенное значение имеет период обработки, который должен приходится на период активности клещей (конец апреля-середина июня), поскольку после окончания периода активности клещи находятся в поверхностном слое земли и эффективность обработки значительно снижается.

Судом установлено, что на момент проведения проверки качества обработки 22.05.2017 года ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» на территории кладбищ «Заельцовское» и «Инское» установлено наличие снежного покрова, местами нескошенная трава и мусор.

Указанные обстоятельства могли существенно повлиять на качество обработки, проводимой истцом.

Согласно статье 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы и иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Судом установлено, что истец в нарушение положений статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации не уведомил ответчика до начала обработки об обстоятельствах, которые могли существенно повлиять на результат обработки. При этом в своих уведомлениях, направляемых ответчику уже после проведенной обработки, истец указывал на наличие данных обстоятельств. Следовательно, истцу об их наличии на момент обработки было известно.

Также судом установлено, что с учетом особенностей обрабатываемой территории и ее рельефа (наличие деревьев, оградок, могил) обработка истцом проводилась механизированным способом с использованием специализированой установки-опрыскивателя SHARIS 3WG-150B (далее – опрыскиватель).

Данное обстоятельство подтверждается пояснениями истца, а также представленными в материалы дела договором купли-продажи от 02.02.2013 года и сертификатом соответствия серии RU №0589806.

В соответствии с условиями пункта 2.1.14 муниципального контракта в процессе обработки производилась видеозапись.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4 (работник истца), допрошенный в судебном заседании, подтвердил, что обработка территории кладбищ проводилась с использованием опрыскивателя. Обработка территории кладбищ с использованием ручных опрыскивателей (ранцевых) не производилась.

Согласно условиям договора обработке подлежит вся площадь кладбища, то есть предусмотрена сплошная обработка кладбища. Указанное обстоятельство согласуется с пояснениями специалиста, который в качестве показателя качества обработки указал также на необходимость сплошной обработки территории.

Ответчик, возражая по иску, указал, что истцом проведена обработка только в отношении тех частей кладбищ, которые находятся в непосредственной близости от дороги (при мерно до 30 метров), поскольку используемый истцом опрыскиватель по своим характеристикам не позволяет провести обработку на более дальнем расстоянии.

Согласно представленному истцом договора купли-продажи от 02.02.2013 года, обработка кладбищ производилась опрыскивателем марки SHARIS 3WG-150B. В соответствии с приложением №3 к договору от 02.02.2013 года (технические характеристики), дальность внесения жидкости достигает 150 метров.

В представленном истцом протоколе испытаний №5940717 и сертификате соответствия серии RU №0589806 дальность распыления не указана.

Определением суда от 18.05.2018 года было удовлетворено ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы, проведение которой было поручено Д.А.НА. Для разрешения эксперту был поставлен вопрос об определении дальности распыления жидкости распылителем, использованным истцом при обработке кладбищ. Истец был обязан представить эксперту для исследования опрыскиватель.

В ходе проведения экспертизы стало известно, что на основании договора купли-продажи от 14.05.2018 года опрыскиватель был передан истцом гр. ФИО5

Судом было направлено отдельное поручение Арбитражному суду Тюменской области о допросе ФИО5 с сведений для его извещения (представлены истцом и ответчиком). ФИО5 в Арбитражный суд Тюменской области не явился, поручение суда не было исполнено.

Истцом была представлена копия письменных пояснений ФИО5, однако суд полагает невозможным принять данную копию в виде доказательства, поскольку оригинал пояснения не представлен, а представленная копия не является электронным документом. Также представленная копия не заверена в установленном порядке. Доказательств получения данного ответа по электронной почте истцом не представлено (скриншоты страниц почтового сервера).

Поскольку объект исследования не был предоставлен эксперту, проведение экспертизы было прекращено.

Ответчик, возражая по иску, представил заключение специалиста №1/ЭЖ/18 от 10.08.2018 года, выполненное ФИО6, то есть тем же лицом, которому было поручено проведение судебной экспертизы (далее – заключение специалиста). Исследование, проведенное специалистом, основано на видеоматериалах, полученных при проведении обработки кладбищ истцом. 

Истец полагал данный документ ненадлежащим доказательством, поскольку исследование специалистом проведено во внесудебном порядке, без участия истца, а специалист не предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Судом указанные возражения истца отклонены, поскольку заключение специалиста является письменным доказательством, представленным ответчиком. Поскольку оно не является заключением эксперта, то его соответствие требованиям, установленных статьями 82-86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является не обязательным.

В заключении специалиста на основании фрагментов видеозаписи установлен государственный номер автомобиля, на котором был установлен опрыскиватель. Поскольку государственный знак автомобиля имеет стандартные размеры, установленные ГОСТом, используя масштабирование, в заключении специалиста определены размеры установки распрыскивателя (Ш 780 мм, Д 1487 мм, В 1653 мм, Диаметр турбины 377 мм).

Согласно представленному заключению специалиста следует, что оборудование с маркой SHARIS 3WG-150B на официальном сайте завода-изготовителя и иных доступных источниках отсутствует. При этом в заключении специалиста приведен модельный ряд завода изготовителя с указанием характеристик каждой модели. 

В соответствии с размерами установки, используемой истцом, она наиболее близко подходит к модели 3WG-50B, дальность выноса жидкости которой согласно сведениям завода изготовителя составляет до 25 метров.

По наименованию модели, указанной истцом (SHARIS 3WG-150B), ближе всего из модельного ряда завода-изготовителя соответствует модель SHARIS 3WG-150 (без буквы В в конце названия). Дальность выноса жидкости у данной модели составляет до 200 метров. Однако другие технические характеристики модели SHARIS 3WG-150 согласно сведениям завода-изготовителя существенно (в несколько раз) отличаются от характеристики опрыскивателя истца. Изображение опрыскивателя с дальностью выноса жидкости до 150 метров (аналоги модели SHARIS 3WG-150) представлено в заключении специалиста, где очевидно не соответствие размеров опрыскивателей между собой.

В заключении специалиста указаны ссылки на все использованные интернет-ресурсы. Судом данные ссылки проверены и установлено соответствие содержания интернет-сайта с представленным скриншотом в заключении специалиста.

Ходатайство о проведении экспертизы было заявлено ответчиком в судебном заседании 21.03.2018 года, что подтверждается протоколом и аудиопротоклом судебного заседания.

Ходатайство о назначении судебной экспертизы было удовлетворено в судебном заседании 17.05.2018 года.

Истец, будучи ознакомленным с ходатайством ответчика о проведении экспертизы и перечнем вопросов эксперту, осознавал, что продажа распрыскивателя до проведения осмотра экспертом в случае назначения экспертизы, приведет к невозможности ее проведения ввиду отсутствия объекта исследования. Действуя осознано, истец до разрешения ходатайства о назначении экспертизы, заключил договор купли-продажи распрыскивателя и передал его покупателю (ФИО5). Договор заключен и распрыскиватель передан за 2 дня до судебного заседания, в котором было рассмотрено и удовлетворено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

В судебном заседании истец скрыл от суда информацию о том, что распрыскиватель передан по договору купли-продажи продавцу, находящемуся в другом городе и не может быть представлен для исследования.

Конституционный суд Российской Федерации в Определении от 09.04.2002 №90-О отметил, что из статьи 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, во взаимосвязи со статьями 17, 18, 19 и 120 Конституции Российской Федерации, статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в частности, следует, что реализация права на судебную защиту предполагает правильное и своевременное рассмотрение дела. Эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий; при этом суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер. В целях обеспечения надлежащей судебной защиты прав и свобод в соответствии с Конституцией Российской Федерации каждый судья в рамках конкретного дела принимает решение на основании закона и личных суждений об исследованных фактических обстоятельствах, об относимости и допустимости доказательств, а также о правах и обязанностях сторон; суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, ставит их на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались, а для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний в области науки, искусства, техники или ремесла, назначает эксперта (часть вторая статьи 50, часть первая статьи 74 ГПК РСФСР). Часть третья статьи 74 ГПК РСФСР предусматривает возможность применения судом в случае уклонения стороны от участия в экспертизе правовой презумпции, заключающейся в признании факта, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. Данная норма направлена на пресечение препятствующих осуществлению правосудия действий (бездействия) недобросовестной стороны и обеспечение дальнейших судебных процедур.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит подобной нормы. Однако, как указывается в приведенном определении Конституционного суда Российской Федерации, данная презумпция установлена в связи с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела независимым судом.

Судопроизводство в арбитражных судах основывается на тех же принципах, что и гражданское судопроизводство, следовательно, презумпция заключающаяся в признании факта, для выяснения которого заявлена экспертиза, установленным или опровергнутым подлежит применению в арбитражном процессе. Обратное приводит к нарушению принципов равноправия и состязательности сторон в арбитражном процессе.

Применение судом указанной презумпции является адекватным и необходимым способом воздействия на недобросовестное поведение сторон в арбитражном процессе, направленное на нарушение основных принципов Российского судопроизводства.

Таким образом, совершая действия по отчуждению объекта (распрыскивателя), в отношении которого судом решался вопрос о назначении судебной экспертизы и проведения соответствующего исследования, истец должен был осознавать последствия совершенных им действий, направленных на создание препятствий по установлению действительных технических характеристик распрыскивателя.

Изложенная правовая позиция основана на судебной практике (постановление ФАС ВСО от 01.09.2011 по делу №А33-19288/2009).

На основании изложенного процессуальное поведение ответчика в ходе рассмотрения арбитражным судом ходатайства о назначении экспертизы, выразившееся в создании препятствий для проведения экспертного исследования, свидетельствует о воспрепятствовании осуществлению правосудия и злоупотреблении правом.

При таких обстоятельствах, на основании статей 71 и 75Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие объекта исследования, а также с учетом заключения специалиста, суд полагает установленными технические характеристики опрыскивателя, использованного истцом при обработке кладбищ, в соответствии с заключением специалиста, то есть с дальностью выноса жидкости не более 30 метров.

Из пояснений сторон следует, что расстояние между проездами на территории кладбища составляет значительно больше 60 метров (максимальное расстояние обработки с использованием опрыскивателя истца с со стороны двух проездов), а местами достигает более 400 метров. Указанные пояснения согласуются со сведениями Информационной системы Дубль ГИС. Показания свидетеля ФИО4 (работника истца) также подтверждают данное обстоятельство.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что истцом при проведении обработки не было достигнуто цели сплошной обработки, а обрабатывались участки, непосредственно примыкающие к автомобильным проездам, шириной до 30 метров.

Из представленных видеоматериалов и показаний свидетелей, в том числе ФИО4 (работника истца) судом установлено, что обработка ручным способом не производилась.

Следовательно, истцом при исполнении контракта допущено оказание услуг ненадлежащего качества, а именно:

- обработка территории кладбища производилась в условиях, когда производить обработку было недопустимо (наличие снежного покрова, захламленность обрабатываемой территории), о чем истец как подрядчик не известил ответчика как заказчика;

- территория кладбищ обрабатывалась частично, когда контрактом была предусмотрена сплошная обработка всей территории, с учетом чего условиями контракта был установлен, в том числе, расход химических препаратов и установлена стоимость услуг. 

Оценивая условия контракта, суд приходит к выводу, что целью антиклещевой обработки являлось не только недопущение укусов людей клещами в течение сезона активности того, когда проводилась обработка, но и перспективное воздействие с целью минимизации их численности на будущие периоды.

Достижение указанных целей возможно только при строгом соблюдении технологии и правил обработки территории.

Истцом допущено существенное нарушение технологии обработки, что свидетельствует о ненадлежащем качестве услуг.

Судом установлено, материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривает, что частичная обработка отдельных участков кладбищ истцом произведена, однако с учетом цели контракта суд полагает, что оказание услуг в отношении части территории не может свидетельствовать оказанием услуг надлежащего качества в меньшем объеме, чем предусмотрено контрактом, так как не соответствует целям контракта.

Следовательно, услуги, оказанные истцом в отношении обработки части территории кладбищ оплате не подлежат.

Также судом установлено, что истцом допущено нарушение условий контракта в части сроков проведения обработки и повторной обработки.

В соответствии с пунктом 6.1 контракта предусмотрено 2 этапа обработки: 1-ый – с 10.05.2017 по 20.05.2017, 2-ой – с 20.06.2017 по 30.06.2017.

Согласно представленным в материалы дела письмам-уведомлениям, истец выполнил услуги по 1-му этапу контракта в период с 05.05.2017 по 20.05.2017 года. Срок окончания обработки по 1-му этапу соответствует условиям контракта.

По окончанию 1-го этапа ответчиком была проведена проверка качества обработки территорий кладбищ с привлечением специализированной организации – ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Новосибирской области» (далее – ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО»).  

Согласно заключению ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» от 22.05.2017 года при проверке территорий кладбищ установлено, что на территории всех обследуемых объектов, кроме кладбища «Заельцовское» обнаружены клещи в количестве, превышающем допустимое.

На кладбище «Заельцовское» при проверке установлено наличие снежного покрова 1 см.

В связи с этим ответчик письмом от 31.05.2017 уведомил истца о ненадлежащем качестве обработки и потребовал повторного проведения обработки в рамках 1-го этапа контракта.

В соответствии с пунктом 2.1.13 контракта повторная обработка должна быть проведена в течение  3-х дней.

Ответчик письмом от 19.06.2017 года уведомил истца о готовности провести повторную обработку кладбищ, но только в тех секторах, в которых специалистами ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» были обнаружены клещи. В период с 29.06.2017 по 11.07.2017 истец повторно провел первичную акарицидную обработку тех секторов, в которых специалистами ФБУЗ «ЦГиЭ в НСО» были обнаружены клещи, на кладбищах «Заельцовское», «Клещихинское», «Гисинобродское», «Инское».

Указанное обстоятельство свидетельствует о нарушении сроков проведения повторной обработки, что согласно условиям пункта 2.1.13 контракта является основанием для признания обработки неэффективной и лишает истца права требовать оплаты стоимости оказанных услуг.

Поскольку ответчик нарушил сроки повторной обработки в рамках 1-го этапа, то им, соответственно, были нарушены и сроки проведения 2-го этапа обработки.

С учетом пояснений специалиста суд полагает, что ответчик обосновано отказал истцу в согласовании сроков проведения 2-го этапа обработки и не допустил на территорию кладбищ, так как антиклещевая обработка за пределами сроков активности клещей не имеет эффективности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Пунктом 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде, в том числе положения статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что у ответчика имелись правовые основания для отказа от исполнения контракта, с учетом чего требования истца о признании односторонних отказов от исполнения контракта недействительными удовлетворению не подлежат.

В случае прекращения контракта истец не лишен права требовать стоимости фактически оказанных услуг надлежащего качества.

Поскольку судом установлен факт оказания услуг ненадлежащего качества, требования истца о взыскании стоимости услуг не подлежат удовлетворению.

Из положений статей 740,746 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основанием для возникновения у заказчика денежного обязательства по оплате работ по договору является совокупность следующих обстоятельств – выполнение работ и передача их результата заказчику.

В силу пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ оформляется актом, подписанным обоими сторонами договора.

В пункте 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» разъяснено, что наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что оплате подлежат только фактически выполненные работы. При этом наличие актов сдачи-приемки выполненных работ, подписанных сторонами договора, не является безусловным основанием для взыскания платы за невыполненные работы.

В связи с этим подписание сторонами актам приемки оказанных услуг №244 от 11.07.2017 года без замечаний и разногласий само по себе не является безусловным основанием для взыскания стоимости оказанных услуг с учетом того, что доказательствами по делу подтверждается оказание услуг ненадлежащего качества.

Судом установлено, что ответчик правомерно в одностороннем порядке отказался от исполнения контракта. 

Согласно статье 450 Гражданского кодекса Российской Федерации  изменение и расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку договор был прекращен с момента волеизъявления истца, выраженного в соответствующем уведомлении, требование о расторжении контракта удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в иске отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой Арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в  арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через арбитражный суд Новосибирской области.

Судья                                                                                         С.Г. Зюзин