№ 09АП-39448/2025

Дело № А40-207198/23

г. Москва

24 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 24 сентября 2025 года24 сентября 2025 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой, судей Е.В. Ивановой , Ю.Н. Федоровой, при ведении протокола секретарем судебного заседания И.В. Фетисовой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего должника, АКБ «СЛАВИЯ» (АО)  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2025 по делу № А40-207198/23,  

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным Договор дарения от 09.09.2022г., заключенный между ФИО1 и ФИО2,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1. при участии в судебном заседании: от ФИО1 –ФИО3 по дов. от 27.11.2024 от АКБ «СЛАВИЯ» (АО) – ФИО4 по дов. от 04.09.2025 иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены 

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда города Москвы от 01 февраля 2024 в отношении ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, адрес регистрации: 

<

...>) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 295053, г. Симферополь, а/я 2861), о чем опубликована информация в газете «Коммерсантъ» от 17.02.2024.  

Решением Арбитражного суда города Москвы 30.07.2024 в отношении ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, адрес регистрации: 

<

...>) введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден  

ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 295053, г. Симферополь, а/я 2861).  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.12.2024 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника - ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, адрес регистрации: 

<

...>). Финансовым управляющим должника утверждена ФИО6 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 125424, г. Москва, а/я 70).  

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительным Договор дарения от 09.09.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2025 по делу № А40-207198/23 суд отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным Договора дарения от 09.09.2022, заключенного между ФИО1 и ФИО2,  

Не согласившись с указанным определением, финансовым управляющим должника, АКБ «СЛАВИЯ» (АО) поданы апелляционные жалобы, в рамках которых податели жалоб просят определение отменить, принять новый судебный акт, заявление удовлетворить.  

В судебном заседании апеллянты поддержали доводы жалоб.  

Представитель ФИО1 возражал, представил отзывы на жалобы, просил оставить определение суда без изменения.  

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.  

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

В соответствии со ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).  

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу ч. 1 ст. 67, ст. 68 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу (относимость доказательств). Обстоятельства дела, которые должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств). Арбитражный суд в соответствии со ст. 71 АПК РФ оценивает доказательства (на предмет относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности) по своему внутреннему убеждению,  

основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Как усматривается из фактических обстоятельств дела, из материалов регистрационного дела, предоставленным Роскадастром по г. Москве, финансовым управляющим выявлено, что 09.09.2022 Должник ФИО1 заключил Договор дарения с ФИО2 (дочь Должника) – далее «Договор».  

Согласно п.1.1 указанного Договора, «По настоящему Договору Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемому, а Одаряемый принимает в качестве дара машиноместо, расположенное по адресу: 

<

...>, этаж подвал, номер на поэтажном плане: подвал, помещение I - машиноместо 12 с кадастровым (условным) номером 77- 77-22/013/2011-900, общей площадью 13,8 кв.м, (далее - Машиноместо)».  

Финансовый управляющий оспаривает указанный Договор дарения на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.10 ГК РФ.  

Финансовый управляющий в своем заявлении ссылается на ч. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в которой говориться, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Спорная сделка совершена 09.09.2022, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (дело возбуждено 26.09.2023).  

В соответствии с п. 5. Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Пунктом 6 Постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Пункт 7 указанного пленума говорит о том, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  

неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

Судом установлены безвозмездность сделки, а также заинтересованность лиц, поскольку сделка совершена между родственниками.  

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).  

Заявитель ссылается на то, что ФИО1 является единственным участником и генеральным директором ООО «КАЛИПСОШУЗ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва, 

<

...>, эт. 2, пом. 1 оф. 2).  

16 октября 2023 в отношении ООО «КАЛИПСОШУЗ» принято заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).  

ФИО1 является поручителем по кредитным обязательствам между кредиторами и ООО «КАЛИПСОШУЗ», что подтверждается определениями Арбитражного суда г. Москвы по настоящему делу (от 11.04.2024 – требование ИП ФИО7, от 30.05.2024 – требование ПАО «Банк Санкт-Петербург»).  

Финансовый управляющий указывает на то, что основная часть требований к ООО «КАЛИПСОШУЗ» возникли в 2021 и 2022 годах, что подтверждается решениями арбитражных судов о взыскании, которые перечислены в заявлении. Все решения датированы 2023, и долг взыскан с юридического лица.  

Финансовый управляющий отмечает, что осознавая наличие риска привлечения к субсидиарной ответственности, ФИО1 принимает решение о необходимости диверсификации рисков, с целью чего совершил отчуждение ликвидного имущества в пользу иного (аффилированного) лица. При этом, в заявлении указано, что субсидиарная ответственность в рамках дела о несостоятельности ООО «КАЛИПСОШУЗ» на настоящий момент не рассмотрена.  

Действительно, должник является поручителем по нескольким кредитным обязательствам ООО «КАЛИПСОШУЗ».  

Однако, на момент совершения оспариваемой сделки все кредиты обслуживались вовремя, просрочек по платежам не было.  

В 2022 году ООО «Калипсошуз» еще вело активную деятельность и не допускало возникновение задолженностей. Обратное в материалы дела не представлено. Первые требования об исполнении обязательств по договору поручительства были направлены почти через год после совершения оспариваемой сделки, в середине 2023 года.  

Сведения о наличии кредиторов или наличии признаков недостаточности имущества в связи со значительным объемом обязательств должника физического лица ФИО1 в момент совершения сделки в материалы дела не представлено.  

Как указано в определении о введении реструктуризации долгов в отношении должника от 24.02.2024 обязательства перед заявителем по настоящему делу ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» не исполняются с мая 2023.  

При указанных обстоятельствах, наличие признака безвозмездности и заинтересованности не имеет правового значения, поскольку не доказана вся совокупность квалифицирующих признаков.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, пост. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).  

Закрепленные в ст. 61.2 положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами ст. 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022 N 304-ЭС17-18149(10-14) по делу N А27-22402/2015).  

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069 и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.  

В настоящем случае заявитель не раскрыл какими образом спорная сделка вышла за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных специальной нормой.  

При указанных обстоятельствах, заявление финансового управляющего обосновано не удовлетворено судом первой инстанции.  

Доводы апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.  

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию финансового управляющего с выводами суда первой инстанции.  

Финансовый управляющий полагает, что на момент совершения сделки, у должника имелись признаки неплатежеспособности.  

Данный вывод финансовый управляющий делает исходя из того, что Должник, являясь руководителем ООО «Калипсошуз» в обеспечение обязательств последнего заключил 10.08.2021 года договоры поручительства № 7700-21-004927- 1 и № 7700-21- 004844-1 соответственно.  

По мнению финансового управляющего именно с этой даты (10.08.2021 года) у должника возникли признаки неплатежеспособности.  

Договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.  

Таким образом, обязательства в рамках договоров поручительства возникают у поручителей, по общему правилу, с момента их заключения, а не с момента предъявления соответствующего требования со стороны кредитора (п. 2 ст. 307, ст. 361 ГК РФ, п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 45 "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве").  

В период действия договора поручительства, кредитор вправе предъявить свое требование к поручителю в любой момент после просрочки со стороны основного должника.  

В то же время само по себе заключение обеспечительных сделок не приводит автоматически к возникновению права требования к поручителю, поскольку требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (п. 1 ст. 363 ГК РФ).  

Обязательства поручителя по договору поручительства, по которому не возникло право требования кредитора, нельзя приравнивать к кредиторской задолженности. При этом поручительство, как правило, и выдается при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах сам по себе не подтверждает порочность сделок по отчуждению имущества поручителя третьим лицам. В обеспечительном правоотношении кредитор - поручитель следует разделять две стадии его развития: первая - право кредитора находится в условном состоянии, поскольку нельзя осуществить правомочие требования до нарушения основным должником обязательства перед кредитором; вторая - возможность реализации такого права ввиду нарушения основным должником обязательства. Именно с наступлением второй стадии следует связывать допустимость обращения взыскания на имущество поручителя, соответственно и о его осведомленности наступления неблагоприятных последствий для целей оценки действий по отчуждению своих активов третьим лицам.  

Таким образом, следует различать момент возникновения обязательств по поручительству и момент возникновения признаков неплатежеспособности (по смыслу ст. 2 Закона о банкротстве), которые могут возникнуть только после предъявления кредитором требований поручителю.  

Из материалов дела следует, что в 2022 году основной должник ООО «Калипсошуз» все обязательства перед банками исполнял вовремя, задолженностей по кредитным обязательствам не было. Первые требования к поручителю были предъявлены только в середине 2023 года.  

Сведения о наличии кредиторов или наличии признаков недостаточности имущества в связи со значительным объемом обязательств должника физического лица ФИО1 в момент совершения сделки в материалы дела не представлено. Как указано в определении о введении реструктуризации долгов в отношении должника от  

24.02.2024 обязательства перед заявителем по настоящему делу ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» не исполняются с мая 2023».  

Финансовый управляющий, ссылаясь на решения Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-42638/23 от 31.07.2023 г., по делу № А40- 141672/23 от 16.11.2023 г., по делу № А40-149723/23 от 10.10.2023 г., по делу № А40-207892/17 от 07.02.2018 г. как доказательства неплатежеспособности должника, не учитывает следующие обстоятельства.  

Указанные судебные акты вынесены не в отношении должника, а в отношении юридического лица ООО «Калипсошуз», руководителем которого является должник, задолженность на которую ссылается заявитель сформировалась только в 2023 году, после заключения оспариваемой сделки.  

Решение Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40- 103991/23 от 25.07.2023, на которое ссылается заявитель, отменено. Судом апелляционной инстанции установлена мнимость договора поставки, а также отсутствие доказательств поставки товара (Постановление Девятого Арбитражного Апелляционного суда от 04 сентября 2024 года). Что касается решения Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40- 207892/17 от 07.02.2018, то задолженность, взысканная по указанному судебному акту погашена в 2019 году, в деле о банкротстве ООО "Калипсошуз" не заявлялась.  

Таким образом доводы, заявленные финансовым управляющим, не подтверждают наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки.  

Наличие кредиторской задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника, отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору недопустимо. Помимо прочего в абзаце 5 пункта 6 постановления от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что даже наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

С учетом вышеизложенного, судом первой инстанции верно дана оценка осведомленности должника об угрозе обращения взыскания на его имущество, с учетом устойчивого финансового положения ООО «Калипсошуз» в 2022 году.  

Должник не мог иметь намерений на вывод и сокрытие имущества в отсутствии кредиторов и обстоятельств явно свидетельствующих о возможном возникновении признаков неплатежеспособности как ООО «Калипсошуз», так и самого должника.  

При отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может.  

Апеллянт АКБ «Славия», полагает, что имеются основания для признания сделки недействительной, так как должником допущено нарушение условий договора поручительства, устанавливающего запрет на отчуждение имущества стоимостью более 1 000 000 рублей.  

Как следует из материалов дела, между АКБ Славия и Должником заключен договор поручительства № ДП-70-05/19 от 30.12.2019 года. Данный договор заключен в целях обеспечения исполнения обязательств ООО «ВЕЛЬВЕТШУЗ» по заключенному с АКБ Славия кредитному договору 

<

***> от 30.12.2019 года.  

Как указывает банк, условиями договора поручительства запрещено должнику отчуждать имущество, стоимость которого превышает 1 000 000 рублей.  

При этом, по мнению банка, должник нарушил условия договора поручительства, заключив оспариваемый договор дарения № б\н от 09.09.2022, так как стоимость предмета дарения составила 1 229 675 рубля.  

Соответственно, по мнению банка, действия должника являются злоупотреблением правом.  

Вместе с тем, АКБ «Славия» не учтено следующее. 

Должник с 06.07.2000 года состоит в браке. Машиноместо приобретено 25.04.2012 года, в период брака.  

В соответствии со ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.  

В силу положений ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.  

Какого - либо соглашения о разделе имущества между должником и его супругой не заключалось.  

Таким образом, должнику принадлежит доля в праве собственности на спорное машиноместо.  

Следует отметить, что нарушение условий договора поручительства, в части запрета на отчуждение имущества, для целей признания сделки недействительной может иметь значение только в том случае если будет установлено, что отчуждение должником имущества является безусловным злоупотребления правом. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер.  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления N 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 - 2 статьи 168 ГК РФ).  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 г. N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").  

Таким образом, добросовестность или недобросовестность действий должника при совершении оспариваемой сделки не может устанавливаться исходя только лишь из факта нарушения условий договора поручительства, в отрыве от иных обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела.  

На момент совершения оспариваемой сделки отсутствовали основания полагать, что основной должник по кредитному обязательству - ООО «Вельветшуз» не сможет исполнить свои обязательства.  

Из материалов дела следует, должник являлся генеральным директором ООО «Калипсошуз», которое являлось основным бизнес -партнером ООО «Вельветшуз».  

В связи с этим должнику было известно финансовое состояние ООО «Вельветшуз». В 2022 году все обязательства перед АКБ «Славия» исполнялись вовремя, задолженностей по кредитному договору не было. ФИО1 не мог предполагать, что в 2023 году обязательства перестанут исполняться основным должником и к нему будут предъявлены требования об оплате задолженности.  

Договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент  

происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.  

В то же время само по себе заключение обеспечительных сделок не приводит автоматически к возникновению права требования к поручителю, поскольку требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (п. 1 ст. 363 ГК РФ). Обязательства поручителя по договору поручительства, по которому не возникло право требования кредитора, нельзя приравнивать к кредиторской задолженности.  

Как указывалось должником оспариваемая сделка совершена в рамках семейных отношений и связана с распределением собственности между своими детьми. Оба ребенка должника проживают по адресу: Москва, ул. Маршала Катукова, д. 24, к. 6 и могут использовать подаренную им недвижимость для размещения транспортных средств. Как указано выше, отчужденное имущество находилось в совместной собственности, в связи с эти супругами был избран именно такой способ перераспределения имущества внутри семьи.  

Таким образом, отчуждение имеющегося у гражданина имущества в отсутствие каких-либо обязательств перед кредиторами, без намерения причинить вред кредиторам не может рассматриваться как злоупотребления правом. Обстоятельства дела и представленные доказательства указывают, что должник действовал добросовестно, не имея противоправных целей.  

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2025 по делу № А40-207198/23 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова Судьи: Е.В. Иванова  

Ю.Н. Федорова