АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6582/22 

Екатеринбург

26 апреля 2024  г.

 

Дело № А60-1190/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Морозова Д.Н., Павловой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Грандис» (далее – общество «Грандис») и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» ФИО2 (далее – управляющий) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 по делу № А60-1190/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель управляющего – ФИО3 (паспорт, доверенность от 31.01.2024). 

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представитель ФИО4 (далее – ответчик) – ФИО5 (паспорт, доверенность от 06.02.2023);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Грандис» – ФИО6 (паспорт, доверенность от 11.12.2023).

Представленные через систему «Мой Арбитр» отзывы ФИО4 и ФИО7 на кассационные жалобы приобщаются к материалам кассационного производства в отсутствие возражений со стороны участвующих в деле лиц.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2022 общество с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» (далее – общество «Маршалгенстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО8.

Определением суда от 11.01.2023 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В арбитражный суд 08.11.2022 поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО8 о признании недействительным договора услуг по правовому обслуживанию организации юридической службы от 15.12.2020, дополнительных соглашений от 04.02.2021, от 24.11.2021 и от 10.12.2021, заключенных между обществом «Маршалгенстрой» и ФИО4, о признании недействительными платежей, совершенных во исполнение указанного договора, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу должника денежных средств в сумме 10 873 143 руб. 60 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 решение суда оставлено без изменения.

В кассационных жалобах управляющий и общество «Грандис» просят указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В своей кассационной жалобе общество «Грандис» указывает, что суды не применили положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и не дали квалификацию договору от 15.01.2021, заключенному между ФИО4 и ФИО7, на предмет его мнимости, поскольку отсутствуют доказательства оплаты ФИО4 юридических услуг ФИО7, взаимодействия между ФИО4 и ФИО7, а также с сотрудниками ФИО7, по вопросам оказания юридических услуг для общества «Маршалгенстрой», ФИО4 (как лицо, которому перечислялись деньги) и ФИО7 (как лицо, обеспечивающее юридическое сопровождение ФИО9 и общество «Маршалгенстрой») имеют общий интерес в сокрытии реальных отношений между сторонами. По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не применили положения статьи 162 ГК РФ и необоснованно посчитали установленным факт передачи денежных средств ФИО4 в пользу ФИО7 при отсутствии письменных доказательств, из имеющихся в материалах обособленного спора выписок по расчетным счетам ФИО4 не следует, что осуществлялись переводы в адрес ФИО7; настаивает, что обстоятельства исполнения денежных обязательств ФИО4 перед ФИО7 не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора.   

Общество «Грандис» также полагает, что суды неправильно истолковали положения абзаца 37 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) – указали, что требования кредитора с пониженной очередностью удовлетворения требований не подлежат учету при установлении признаков неплатежеспособности; настаивает, что в период действия оспариваемого договора у общества «Маршалгенстрой» имелись неисполненные денежные обязательства за выполненные строительные работы перед обществом с ограниченной ответственностью «СК «Строй-Проект» (далее – общество «СК «Строй-Проект»); отмечает, что суды не возложили на ФИО4 повышенный стандарт доказывания относительно обстоятельств заключения и исполнения спорных сделок, оспаривает вывод судов о том, что общество «Маршалгенстрой» совершало платежи в пользу ФИО4 на основании актов об оказании услуг, при наличии доказательств того, что платежи совершались без какой-либо привязки к документам, подписанным между сторонами, при этом заключение дополнительного соглашения от 04.02.2021 к спорному договору фактически является основанием для безвозмездного перечисления должником денежных средств в пользу ФИО4; в результате заключенного дополнительного соглашения от 04.02.2021 общество «Маршалгенстрой» приняло на себя обязательства в размере 6 259 881 руб. 80 коп., при этом новые обязательства у ФИО10 после заключения дополнительного соглашения от 04.02.2021 не возникли; оспаривает вывод о том, что ФИО4 не знал о наличии признаков неплатежеспособности общества «Маршалгенстрой».

Кроме того, общество «Грандис» указывает на то, что гонорар успеха не был предусмотрен договором, заключенным между ФИО10 и ФИО7, то есть юристы, фактически оказывающие юридические услуги, данные денежные средства не получали; гонорар успеха в сумме 1 500 000 руб. по делу № А60-59058/2020 не отвечает интересам должника, так как истцом по делу являлся ФИО9, а общество «Маршалгенстрой», никаких самостоятельных требований в деле № А60-59058/2020 не предъявляло; гонорар успеха в сумме 4 084 907 руб. является необоснованным, поскольку постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2022  по делу № А60-52951/2020 решение суда первой инстанции было отменено, в удовлетворении требований отказано. 

В своей кассационной жалобе управляющий указывает, что договор оказания юридических услуг от 15.01.2021 является «аналогичной сделкой», с которой и должны сравниваться условия оспариваемых сделок, оказание «иных», помимо судебного представительства, услуг подтверждается письмами застройщиков г. Екатеринбурга (обществ с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Фортис», «АА «ГРУП»), письмом от ФИО11, однако исходя из содержания предоставленных в материалы дела документов, объем и рыночная стоимость оказанных услуг не может быть установлена; настаивает, что в результате заключенного дополнительного соглашения от 04.02.2021 общество «Маршалгенстрой» приняло на себя обязательства в сумме 6 259 881 руб. 80 коп., вместе с тем данное условное вознаграждение не было обязательным, общество могло не принимать на себя данные обязательства, что указывают на квалификацию сделки как подозрительной согласно пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению управляющего, ФИО4 было известно (должно было быть известно) о признаках банкротства должника, об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, так как по итогам проведенных должником судебных процессов (в ходе которых ФИО12 представлял интересы должника) у общества «Маршалгенстрой» возникла задолженность перед обществом «СК «Строй-Проект» в сумме более 300 000 руб., не оплаченной более 3 месяцев, что соответствует признакам неплатежеспособности.

Одновременно с подачей кассационных жалоб обществом «Грандис» и управляющим были заявлены ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы. 

Определениями суда округа от 13.03.2023 кассационные жалобы управляющего и общества «Гранис» приняты к производству с указанием на разрешение ходатайства о восстановлении пропущенного срока подачи кассационной жалобы в судебном заседании.

Как указано в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – постановление № 13), если факт пропуска срока на подачу кассационной жалобы установлен после принятия кассационной жалобы к производству, арбитражный суд кассационной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение жалобы, а в ином случае прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», несвоевременное размещение судом первой (апелляционной) инстанции судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не продлевает срок на апелляционное (кассационное) обжалование, но при наличии соответствующего ходатайства заявителя является основанием для восстановления пропущенного срока.

Заслушав пояснения представителя общества «Грандис» и управляющего о причинах пропуска срока, мнение ответчика ФИО4, учитывая указанные в ходатайствах обстоятельства, принимая во внимание незначительный пропуск срока на кассационное обжалование (1 рабочий день), а также подачу настоящей кассационной жалобы в пределах месячного срока с даты размещения судебного акта суда апелляционной инстанции в сети Интернет, суд округа в данном конкретном случае посчитал возможным удовлетворить ходатайства общества «Грандис» и управляющего о восстановлении срока на подачу кассационных жалоб.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО4 и ФИО7  просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 15.12.2020 между обществом «Маршалгенстрой» (заказчик), в лице генерального директора ФИО9, и ФИО4 (исполнитель) заключен договор оказания услуг по правовому обслуживанию организации юридической службой, в соответствии с которым исполнитель обязался по заданию заказчика оказывать услуги по правовому обслуживанию организации заказчика в объеме и на условиях, предусмотренных настоящим договором, а заказчик оплачивать эти услуги. Услуги по настоящему договор включают в себя судебное представительство заказчика по всех делах, рассматриваемых в арбитражных судах и судах общей юрисдикции, а также полное правовое сопровождение текущей деятельности Заказчика (пункты 1.1, 1.2 договора от 15.12.2020).

Согласно пункту 4.1 договора от 15.12.2020 стоимость услуг исполнителя составляет 375 000 руб. в месяц, без НДС.

В дальнейшем 04.02.2021 между должником и ФИО4 подписано дополнительное соглашение к договору от 15.12.2020, в соответствии с которым договор дополнен пунктом 4.1.1 следующего содержания:

«В случае положительного для заказчика исхода рассмотрения дел, перечисленных в настоящем пункте, в рамках которых исполнителем оказывалось правовое сопровождение, заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение в следующем порядке:

– в случае полного или частичного удовлетворения требований заказчика в суде первой инстанции по делам № А60-52951/2020, № А60-65955/2019 заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение в размере 10% от суммы, присужденной судом в пользу заказчика; 

– в случае полного удовлетворения требований заказчика в суде первой инстанции по делам № А60-59058/2020 заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение в сумме 1 500 000 руб.

При наступлении условий о выплате вознаграждения, предусмотренных настоящим пунктом, заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение в срок, не превышающий 30 календарных дней, с момента наступления соответствующих условий».

Конкурсный управляющий указывает, что согласно выписке по расчетному счету общества «Маршалгенстрой» в период с 22.06.2021 по 15.12.2021 в пользу ФИО4 было совершено 74 операции по перечислению денежных средств на общую сумму 10 873 143 руб. 60 коп.

В назначениях платежей имеется ссылка на дополнительное соглашение от 24.11.2021, дополнительное соглашение от 10.12.2021 к договору от 15.12.2020, которые у конкурсного управляющего общества «Маршалгенстрой» отсутствуют.

Полагая договор и указанные дополнительные соглашения к нему недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 167, 170, 173.1 ГК РФ, управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленных требований о признании сделки недействительной по специальным основаниям конкурсный управляющий указывает на совершение сделок в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, с фактически аффилированным лицом на безвозмездной основе ввиду отсутствия доказательств предоставления ФИО4 обществу «Маршалгенстрой» равноценного встречного исполнения, в связи представлением интересов общества в судах иными лицами, а также причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате перечисления должником в пользу ФИО4 денежных средств в сумме 10 873 143 руб. 60 коп. в отсутствие на то оснований.

Мнимость оспариваемых сделок управляющий обосновывал тем, что ФИО4 никогда не оказывал услуг по представлению интересов общества в суде (в период 15.12.2020 по 30.12.2021 интересы общества «Маршалгенстрой» и ФИО9 в судебных разбирательствах представляли одни и те же представители на основании одних и тех же доверенностей, что и в период до 15.12.2020 (был заключено соглашение об оказании юридических услуг с обществом «АЙ-ДИ-ЭМ Консалтинг»), а также после 30.12.2021, ФИО4 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя за три месяца до заключения оспариваемого договора и прекратил свою предпринимательскую деятельность за день до окончания действия оспариваемого договора (30.12.2021), ранее находился в процедуре банкротства, которая завершена ввиду отсутствия у него имущества, на которое могло бы быть обращено взыскание (№ А60-65594/2018); полагает, что договор от 15.12.2020 заключен с ФИО13 в целях вывода активов должника – денежных средств.

Совершенные по оспариваемым сделкам перечисления конкурсный управляющий просит также признать недействительными сделками на основании статьи 61.3, как совершенные с преимущественным удовлетворением одного кредитора перед другими.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из недоказанности управляющим совокупности обстоятельств, влекущих признании сделки недействительной по специальным основаниям, а также доказанность материалами дела наличия между сторонами оспариваемой сделки реальных правоотношений по оказанию юридических услуг, что исключает вывод о его мнимости.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Конструкция подозрительной сделки, упомянутой в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в контексте разъяснений пунктов 5 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), состоит из цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, наличие которой предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, под чем понимается прекращение исполнения им части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное презюмируемой недостаточностью денежных средств, или недостаточности имущества, о которой свидетельствует превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества/активов, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, перечень которых раскрыт в статье 19 данного Закона, а равно и может быть установлено иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ), осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника, которая предполагается в случае, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемые сделки совершены 15.12.2020 и 24.11.2021, 10.12.2021, и применительно к дате возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве (18.01.2022) оспариваемые платежи совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами отмечено, что на дату совершения спорных перечислений у должника отсутствовали неисполненные и в последующем включенные в реестр требований кредиторов обязательства перед кредиторами.

В частности, судами установлено, что на момент совершения спорных сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 32 по Свердловской области в сумме 53 345 руб. 58 коп. за период 2016 – 2017 г.г. (в последующем включенные в реестр определением от 10.08.2022), акционерным обществом «ЭнергосбыТ Плюс» в сумме 58 094 руб. 19 коп. в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по оплате потребленной электроэнергии в январе 2019 года и апреле 2020 года (включены в реестр определением от 13.10.2022) и обществом «Строй-Проект»; отметив, что неисполненные обязательства перед иными кредиторами отсутствовали, при этом задолженность перед обществом «СК «Строй-проект» носила характер компенсационного финансирования, что установлено в рамках рассмотрения иных обособленных споров по настоящему делу, в связи с чем не может свидетельствовать о наличии признаков неплатежеспособности для целей признания сделки должника недействительной и противопоставлено интересам ответчика, исходя из чего суды заключили, что наличие незначительной задолженности перед уполномоченным органом и перед обществом «ЭнергосбыТ Плюс», с учетом наличия имущества должника стоимостью существенно превышающей данную задолженность, не может быть расценено в качестве подтверждения возникновения у должника признаков неплатежеспособности.

Исследовав доводы управляющего о заинтересованности участников спорных правоотношений, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что убедительных и документально обоснованных доводов, свидетельствующих об осведомленности ФИО4 о наличии у общества «Маршалгенстрой» на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, а также о фактической аффилированности участников сделки в материалах дела не имеется; при этом само по себе наличие между сторонами оспариваемой сделки длительных доверительных отношений между ФИО9 и ФИО12, что следует из данных при рассмотрении спора пояснений, не может свидетельствовать об аффилированности участников сделки.

Проверяя доводы о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемых сделок, а также о реальности оказания ФИО4 встречного исполнения по договору, суды первой и апелляционной инстанций приняты во внимание пояснения ФИО4 об обстоятельствах, предшествовавших и сопутствующих заключению с должником договора на оказание услуг юридического сопровождения, связанных с ликвидацией общества с ограниченной ответственностью «АЙ-ДИ-ЭМ Консалтинг», ранее оказывающего должнику юридические услуги, и выборов в качестве нового представителя ФИО4, имеющего значительный опыт (более 15 лет) в сфере осуществления хозяйственной деятельности должником; установив, что в предмет оспариваемого договора от 15.12.2020 входил весь спектр услуг по юридическому сопровождению деятельности организации, в том числе оказание услуг по представлению интересов в суде, консультированию клиента, подготовке документов и иные юридические услуги, при этом участие в судебных заседаниях по представлению интересов должника ФИО14 и ФИО15, являющихся бывшими работниками в обществе «АЙ-ДИ-ЭМ Консалтинг» и в последующем трудоустроенных в адвокатский кабинет ФИО7, объяснено ФИО4 тем, что на дату заключения договора от 15.12.2020 должник уже был стороной ряда сложных судебных споров, в которых в качестве представителей участвовали указанные лица, и отсутствовала целесообразность их замены, осведомленных о юридических особенностях споров, для чего между ФИО13 и ФИО7 был заключен договор от 15.01.2021 на оказание юридических услуг – представление интересов общества «Маршалгенстрой» в рамках дел № А60-27936/2020, № А60-65955/2019, № А60-99081/2019, № А60-46219/2020, № А60-49730/2020, № А60-52951/2020, № А60-5958/2020, с учетом того, что расчеты с ФИО14 и ФИО15 производились ФИО4 через ФИО16, что послужило основанием для вывода о доказанности факта реальности оказании ФИО4 юридических услуг должнику по представлению его интересов.  

При этом судами также учтено, что, помимо судебного представительства, оспариваемый договор предусматривал юридическое сопровождение, включающее иные услуги, которыми занимался сам ФИО4, такие как участие в совещаниях и переговорах от имени общества, осуществление проверки контрагентов, подготовка правовых заключений по заданию клиента и проектов процессуальных документов; приняв во внимание, что ФИО4 и должник ежемесячно подписывали акты об оказании услуг, должник производил оплату по ним, суды признали доказанным фактическое исполнение оспариваемого договора ФИО4 как лично, так и с привлечением третьего лица – Адвокатского кабинета ФИО7, который обладал необходимыми ресурсами (персонал) для продолжения ведения судебных споров должника; доказательств того, что юристы, участвующие в делах и работающие у ФИО7 получали оплату каким-то иным способом (напрямую от общества, минуя ФИО4) в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ). 

Исследовав доводы управляющего о неравноценности оплаченных должником оказанных ФИО4 юридических услуг, установив, что в подтверждение факта оказания услуг в материалы спора представлены акты выполненных работ, подписанные сторонами без замечаний, за период с января по ноябрь 2021 года на общую сумму 4 125 000 руб. (из расчета 375 000 руб. в месяц – пункт 4.1 договора от 15.12.2020); исходя из того, что заключение с адвокатским кабинетом ФИО7 договора оказания юридических услуг от 15.01.2021 с установлением ежемесячной их стоимости в сумме 275 000 руб., не может свидетельствовать о завышенной стоимости услуг отраженной в оспариваемом договоре, поскольку договором от 15.12.2020 предусмотрен иной объем услуг, оказываемых должнику ФИО4; приняв во внимание представленные в материалы дела письма от юридических компаний и специалистов в этой области о стоимости аналогичных услуг, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что каких-либо доказательств, подтверждающих, что размер выплачиваемого вознаграждения, с учетом объема выполняемых ответчиком работ, существенно в худшую для должника сторону отличается от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах, несоответствия размера вознаграждения ответчика размеру среднего вознаграждения по аналогичным должностям – не представлено. 

При этом, отклоняя доводы о мнимости договора от 15.12.2020, установив, что за период, когда юридические услуги оказывал ответчик, должником получена значительную экономическая выгода (более 160 млн. руб.),  отметив, что доказательств того, что должник каким-либо иным образом нес расходы на оплату услуг представителей, которые на протяжении всего 2021 года участвовали в судебных процессах, а также доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что оплата юридических услуг производилась иным лицам – не представлено, суды первой и апелляционной инстанций заключили о неподтвержденности доводов управляющего о мнимости договора от 15.12.2020, обоснованных сомнением в реальности данных правоотношений (фактического оказания услуг) и необходимости в привлечении исполнителя, а также завышения стоимости оказанных услуг с целью вывода активов либо наращивания задолженности либо перечисления должником в пользу ответчика денежных средств вне договорных отношений, с целью вывода их из состава активов должника.

Оценив представленные доказательства, признав, что спорные платежи по договору соотносятся с объемом оказанных услуг, носят характер встречных, взаимных обязательств, что является свидетельством получения должником в результате совершения оспариваемой сделки равноценного встречного исполнения, а также очевидного экономического эффекта для должника, суды первой и апелляционной инстанций констатировали  доказанность материалами дела факта оказания услуг по договору от 15.12.2020, стоимость которых отвечает принципу разумности и соответствует рыночным условиям, соответственно, оспариваемая сделка не может быть признана мнимой, а также повлекшей причинение вреда имущественным правам кредиторов. 

Судами также отмечено, что заключение 04.02.2021 сторонами договора от 15.12.2020 дополнительного соглашения, предусматривающего выплату исполнителю гонорара успеха по результатам рассмотрения судом споров в размере 10% от суммы, присужденной судом в пользу заказчика, либо в фиксированной сумме, не противоречит действующему законодательству, поскольку уплата гонорара успеха по результатам рассмотрения спора в судебном порядке является обычной практикой, направленной на стимулирование исполнителя направленного на получение положительного результата, выгодного для обеих сторон сделки; доказательств того, что предусмотренное дополнительным соглашением стимулирование существенно превышает обычно применяемые в практике размеры в материалы дела не представлено.

В виду недоказанности материалами дела совокупности обстоятельств, влекущих признание оспариваемых сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе наличие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделок, заключения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, что в результате заключения сделки такой вред был причинен, а также осведомленности ответчика об указанной цели должника к моменту совершения сделки, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно не усмотрели оснований для удовлетворения заявленных требований по указанному основанию.

При исследовании доводов о порочности дополнительных соглашений от 24.11.2021 и 10.12.2021, приняв во внимание пояснения конкурсного управляющего о непередаче указанных документов в его распоряжение, а также пояснения самого ФИО4, судами установлено фактическое отсутствие дополнительных соглашений к договору от 15.12.2020 датированных 24.11.2021 и 10.12.2021; указав на то, что наличие в платежных документах ссылок на оплату услуг оказанных по указанным дополнительным соглашениям само по себе не свидетельствует о безосновательном перечислении соответствующих денежных сумм (940 000 руб. и 1 500 000 руб.) должником в пользу ответчика ввиду отражения в назначении платежей ссылки на конкретный номера дела (№ А60-59058/2020), услуги по представительству в котором оказывал ответчик, а также соответствия суммы платежа – 1 500 000 руб. условиям дополнительного соглашения от 04.02.2021 в части определения гонорара успеха по делу № А60-59058/2020; учитывая, что перечисление должником в пользу денежных средств в общей сумме 10 873 143 руб. 60 коп. осуществлено в пределах причитающегося ФИО4 по оспариваемому договору от 15.12.2020 денежного вознаграждения за оказанные услуги в размере 11 582 136 руб., суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что в условиях доказанности наличия реальных договорных отношений между должником и ответчиком, правоотношений сторон, возникших в связи с осуществленными платежами, доводы кредитора и управляющего о том, что платежи должника на сумму 2 440 000 руб. с указанием в назначении платежа на дополнительные соглашения от 24.11.2021 и 10.12.2021 фактически являются безвозмездными, нельзя квалифицировать как сделки в отсутствие встречного предоставления.

Отклоняя доводы о том, что гонорар успеха в сумме 4 084 907 руб. является необоснованным, поскольку постановлением апелляционного суда от 15.03.2022 решение суда первой инстанции по делу № А60-52951/2020 было отменено, в удовлетворении требований отказано, суды исходили из того, что указанное обстоятельство возникло после совершения оспариваемых платежей и не исключает возможность взыскания спорных денежных средств должником в качестве неосновательного обогащения. Аналогичным образом, не признано обоснованным и утверждение о том, что гонорар успеха в сумме 1 500 000 руб. по делу № А60-59058/2020, не отвечает интересам должника, ввиду того, что в рамках указанного дела должник являлся третьим лицом на стороне истца, что также свидетельствует о принятии судебного акта в его пользу.

Проверяя основания для признания договора от 15.12.2020 и дополнения к нему недействительными сделками по пункту 1 статьи 173.1 ГК РФ как сделки, совершенной без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, суды исходили из того, что закон не устанавливает обязанности контрагента (в настоящем деле – ФИО4) по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента), исходя из того, что в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие о том, что в результате оспариваемых сделок положительный экономический эффект для должника по судебным делам в период оказания юридических услуг ФИО4 составил более 160 млн. руб., что подтверждает факт наступления на стороне общества благоприятных последствий в связи с исполнением оспариваемых сделок, суды заключили об отсутствии оснований для признания договора от 15.12.2020 и дополнительного соглашения к нему от 04.02.2021 недействительными сделками.

Относительно требования конкурсного управляющего о признании недействительными платежей, совершенных в качестве оплаты услуг оказанных по договору от 15.12.2020 в период с 24.07.2021 по 15.12.2021 на общую сумму 10 558 143 руб. 60 коп. на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, судами установлено, что каждый из оспариваемых платежей (300 000 руб. и менее), не превышают одного процента от балансовой стоимости активов должника по состоянию на отчетную дату (активы должника по состоянию на 31.12.2019 составляли 103 273 000 руб. (1% равен 1 032 730 руб.), следовательно, спорные платежи между сторонами произведены в рамках осуществления должником обычной хозяйственной деятельности.

Исходя из того, что изложенное в совокупности свидетельствует о том, что спорная сделка совершена при встречном равноценном предоставлении со стороны ответчика, что исключает с его стороны злоупотребление правом, а, равно как и причинение вреда кредиторам, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для признания рассматриваемого договора на оказание юридических услуг недействительной сделкой по заявленным основаниям, в связи с чем отказали управляющему в удовлетворении заявленных требований. При таких обстоятельствах, заключив, что управляющий не доказал наличие у оспариваемой сделки пороков, установленных нормами статей 10, 168, 170 ГК РФ, статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим должника требований о применении последствий недействительности сделок.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований управляющего, суды исходили из совокупности установленных по данному делу обстоятельств и недоказанности в данном случае наличия оснований для признания спорной сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы заявителя жалобы общества «Грандис»  о наличии оснований для признания сделки недействительной по статьям 10 и 170 ГК РФ судом округа отклоняются, исходя из того, что суды, принимая во внимание характер и основной вид деятельности должника и ответчика, вовлеченность должника в большое количество юридических споров,  не усмотрели наличие иных намерений у сторон оспариваемой сделки, кроме тех, что прямо следуют из буквального содержания – предоставление должником денежных средств ответчику в счет оплаты оказанных ему услуг. При этом доводы о мнимости оспариваемой сделки не нашли своего подтверждения, поскольку денежные средства действительно перечислены ФИО4, оказывавшему должнику услуги, имеющие характер правовой помощи и юридического сопровождения деятельности должника.

Доводы кассационной жалобы общества «Грандис» о непредставлении в материалы дела доказательств оплаты ФИО4 услуг привлеченных юристов  ФИО7 оказанных по договору от 15.01.2021, самостоятельного правового значения для рассмотрения настоящего спора – при доказанности самого факта оказания ответчиком услуг должнику и в отсутствие документально подтвержденных сведений о том, что те же услуги были оказаны иными лицами и должник также нес расходы на их оплату – не имеют, поскольку касаются отношений ответчика и субисполнителя, привлеченного ФИО4 для исполнения договора с должником (при том, что самим субисполнителем факт оплаты – подтверждается). 

Суждения заявителя кассационной жалобы о том, что платежи совершены должником в пользу ФИО4 без каких-либо фактических оснований опровергается материалами дела, поскольку оплата должником оказанных ФИО4 по договору услуг не в полном объеме, а также с нарушением порядка оплаты, не влечет выводов ни о мнимости оспариваемых сделок, ни о причинении ими вреда. Кроме того, суды не признавая достоверными доводы о том, что дополнительное соглашение от 04.02.2021 является мнимой сделкой, поскольку оно не породило никаких встречных обязательств между сторонами, а было использовано в качестве формального основания для безвозмездного перечисления денежных средств, исходили из того, что оно основано лишь на предположениях и носит вероятностный характер, что исключает возможность признание его обоснованным. Сведения или доказательства того, что ФИО4, выполнял в обществе «Маршалгенстрой» трудовую функцию и (или) получал оплату за совершение им действий, направленных на защиту интересов общества, иными способами, помимо оспариваемых конкурсным управляющим платежей, материалы дела не содержат. Также не имеется доказательств наличия у должника заключенных с целью оказания юридических услуг договоров с иными лицами, не привлеченными ФИО4 

Довод кассационной жалобы о наличии у должника признаков неплатежеспособности достаточным основанием для отмены судебных актов не является.

В рассматриваемом случае судами не установлено признаков неплатежеспособности должника на момент заключения и исполнения оспариваемого договора юридических услуг, однако в любом случае наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности не создает диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, а представляет собой элемент опровержимой презумпции наличия у сделки цели причинения вреда; в то же время в настоящем обособленном споре, с учетом его конкретных фактических обстоятельств, установления реальности спорных отношений, оказания обществу юридических услуг, такого признака, как совершение сделки во вред кредиторам, судами не установлено.

Вопреки доводам жалобы, судами при рассмотрении настоящего обособленного спора применен повышенный стандарт доказывания. Сам по себе факт доверительных отношений между должником и ФИО4 о недействительности сделки не свидетельствует, предполагает иное распределение бремени доказывания; в данном случае необходимо установить, что совместными действиями должника и ответчиком безосновательно уменьшена конкурсная масса должника, что ведет к нарушению прав независимых кредиторов на соразмерное удовлетворение своих требований. Однако в рассматриваемом случае таких фактов судами не установлено, со стороны ответчика раскрыты обстоятельства совершения сделок, представлены документы в опровержение доводов о наличии цели причинения вреда. Суды пришли к выводу о доказанности реальности хозяйственных отношений, исходя из анализа, сопоставления между собой и условиями договоров документов, представленных в обоснование опровержения презумпции вредоносности сделки; при этом конкурсным управляющим не представлены доказательства оказания юридических услуг силами самого должника, при том, что факт того, что услуги в принципе были выполнены, факт представления интересов должника в судах и переговорах с иными контрагентами никем из сторон не оспаривается.

Доводы кассационных жалоб общества «Грандис» и управляющего о том, что выплата «гонорара успеха» должником не являлась обязательным условием договора от 15.12.2020, должник не мог принимать на себя обязательства по его выплате, был предметом исследований и оценки суда первой и апелляционной инстанции. 

В силу главы 39 ГК РФ стороны договора возмездного оказания услуг вправе согласовать выплату вознаграждения исполнителю в различных формах, если такие условия не противоречат основополагающим принципам российского права.

В рассматриваемом случае судами установлено, что поскольку правоотношения между сторонами регулируются гражданско-правовым договором и соответствующими нормами, условие договора об установлении платежа за достижение положительного результата само по себе не является неправомерным и не может свидетельствовать о недействительности договора. Суды верно исходили, что общество «»Маршалгенстрой получило значительную экономическую выгоду (более 160 млн. руб.) по результатам рассмотренных судебных дел за период, когда юридические услуги оказывал ответчик, а общая сумма выплаченных должником ФИО4 денежных средств (порядка 10 млн. руб.) даже с учетом оплаты гонорара успеха не превышает изначально установленную стоимость договора в сумме, превышающую 11 млн. руб., соответственно, оснований считать, что должник, выплачивая ответчику суммы гонорара успеха, превысил ранее оговоренную стоимость юридических услуг, чем причинил вред имущественным правам кредиторов, либо сделка имеет признаки неравноценной – не имеется. 

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в принятых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела, имеющимся доказательствам и нормам права.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения судебных актов, либо несоответствия выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 по делу № А60-1190/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Грандис» и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Маршалгенстрой» ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Д.Н. Морозов 

 

                                                                                              Е.А. Павлова