ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-3514/2024

г. Москва                                                                                                       Дело № А40-39939/21

26.02.2024 г.                                                                          

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 февраля 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей М.С. Сафроновой, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Империал-Авто» на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2023 по делу № А40-39939/21, вынесенное судьей И.В. Романченко в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

о признании недействительными сделок по перечислению ФИО1 в пользу ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ» за период с 13.04.2018 по 28.03.2019 денежных средств в размере 394 800 000 руб., применении последствий недействительности сделки,

 

при участии в судебном заседании:

от ООО «Империал-Авто» - ФИО2 по дов. от 05.09.2022,

иные лица не явились, извещены, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023 должник ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, исполняющим обязанности финансового управляющего утвержден ФИО3. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликовано в газете «Коммерсантъ» №26(7471) от 11.02.2023.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2023 удовлетворено заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными. Признаны недействительными сделки по перечислению ФИО1 в пользу ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ» за период с 13.04.2018 по 28.03.2019 денежных средств в размере 394 800 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Империал-Авто» в пользу ФИО1 денежных средств в размере 394 800 000 руб.

Не согласившись с определением суда, ООО «Империал-Авто» была подана апелляционная жалоба. Жалоба мотивирована несогласием с выводами суда о наличии признаков неплатежеспособности должника в период осуществления оспариваемых платежей, причинения вреда имущественным правам кредиторов. Указывает, что с учетом специфики деятельности должника, оспариваемые перечисления осуществлены в процессе обычной хозяйственной деятельности, что подтверждается обстоятельствами, установленными в иных обособленных спорах, в том числе, при установлении требований кредиторов должника. Ссылается на наличие встречных платежей со стороны ответчика в трехлетний период подозрительности, значительно превышающих перечисления, осуществленные самим должником, что исключает признак безвозмездности сделок, причинения ущерба, и, как следствие наличие оснований для признания сделок недействительными, как по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Просит определение суда отменить. В удовлетворении заявления финансового управляющего отказать в полном объеме.

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы финансового управляющего и кредитора ООО «УСТ-Офисная недвижимость» на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменений, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Также финансовый управляющий в отзыве ходатайствует о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие финансового управляющего. Данное ходатайство удовлетворено судом апелляционной инстанции.

В судебном заседании представитель ООО «Империал-Авто» поддержал позицию, изложенную в апелляционной жалобе, просил отменить судебный акт, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - AПK РФ) в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в порядке статей 266 и 268 AПK РФ, проверив законность и обоснованность определения суда, суд апелляционной инстанции полагает обжалуемый судебный акт Арбитражного суда города Москвы подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Как следует из материалов дела, в ходе исполнения своих обязанностей в деле о банкротстве должника, финансовым управляющим выявлено, что за периоды с 13.04.2018 по 28.03.2019 с расчетного счета должника на счет ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ» перечислены денежные средства в общем размере 394 800 000 руб.

Согласно назначению платежей денежные средства перечислены по договору ФВП АЛ/ХА/ВГЗ2017 от 10.04.2017.

Согласно публикации в Вестнике государственной регистрации часть 1 №45(915) от 16.11.2022/1448 ООО «Империал-Авто» уведомило о том, что 23.09.2022 внеочередным общим собранием участников ООО «Империал-Авто» (Протокол № 10/2022 от 23.09.2022) принято решение о реорганизации в форме присоединения к нему ООО «АЦ на Ленинском».

По мнению финансового управляющего, данные платежи подлежат признанию недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ.

Возражая на предъявленные требования, ответчик указывал, что в период с 13.04.2018 по 28.03.2019 в адрес должника ответчик перечислил денежные средства на сумму 492 426 755,55 руб. с аналогичными назначениями платежей. В результате совершения указанных операций на стороне ООО «Империал-Авто» образовалась переплата, а, соответственно, у должника возникла задолженность по обязательствам перед ответчиком на сумму 78 471 145,52 руб. Также ссылался на договор перепоручения по организации продаж страховых продуктов № 2 от 01.11.2023, заключенный между ФИО1 и ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ», в ходе исполнения обязательств по которому второй перечислил первому денежные средства в качестве комиссии на общую сумму 64 653,55 руб., при этом указав, что денежные средства, переводимые непосредственно ФИО1 в адрес ответчика, никогда не являлись денежными средствами должника (получены от физических и юридических лиц по договорам страхования ОСАГО/КАСКО), а соответственно, не могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве должника.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, спорные перечисления должника в размере 394 800 000 руб. произведены при наличии признаков неплатежеспособности должника; совершены в условия аффилированности; по сути, носили безвозмездный характер, являются дарением денежных средств; доказательств того, что денежные средства, перечисленные в пользу ООО «АЦ на Ленинском» непосредственно со счета ФИО1, не являлись денежными средствами должника, ответчиком не представлено; оснований для отнесения спорной сделки к обычной хозяйственной деятельности не имеется.

Судом констатировано, что всего в рамках указанного договора за период с 02.05.2017 по 28.03.2019 ФИО1 в пользу ООО «АЦ на Ленинском» перечислено 1 494 035 294,91 руб. При этом от Ответчика посредством встречных предоставлений перечислена сумма в размере лишь 915 252 100,00 руб. Таким образом, сформировано итоговое сальдо в размере 578 783 194,91 руб., составляющее долг ООО «Империал-Авто» перед ФИО1

При этом, суд первой инстанции согласился с доводом финансового управляющего, что в силу п.3 ст. 319.1 ГК РФ, все встречные перечисления, произведенные ответчиком в спорный период в размере 498 362 100,00 руб., были направлены на частичное погашение уже сформировавшейся задолженности в сумме 676 345 294,91 руб.

Соответственно, по мнению суда первой инстанции, оспариваемая сделка подпадает под совокупность требований указанных в п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и подлежит признанию недействительной по данному основанию.

Также в обжалуемом определении суд указал, что оспариваемая сделка подпадает под совокупность требований указанных в ст. 10, 168 ГК РФ и подлежит признанию недействительной по данному основанию.

Между тем, принимая обжалуемый судебный акт, судом первой инстанции не было учтено следующее.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда кредиторам предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества), сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 постановления № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых, недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств (обязанностей по уплате обязательных платежей), вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно разъяснениям, закрепленным в пункте 7 постановления № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Между тем, применительно к обстоятельствам настоящего спора, в материалах дела отсутствуют документы подтверждающие наличие всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывает финансовый управляющий со ссылкой, в том числе, на вступившие в законную силу судебные акты в рамках настоящего дела, к моменту совершения оспариваемой сделки должник имел неисполнение обязательства перед ФИО5, ФИО6, ООО «УСТ-Офисная недвижимость», что свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Между тем, само по себе неплатежеспособное положение должника на момент совершения сделки не имеет значения для рассмотрения спора и не может являться единственным основанием для признания сделки недействительной.

Также следует учитывать, что наличие аффилированности между сторонами сделки не является безусловным основанием для признания ее недействительной (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.03.2023 по делу № А41-80800/2021).

Применительно к исследуемому периоду, как было указано ранее, за период с 13.04.2018 по 28.03.2019 в адрес ФИО1 ответчик перечислил денежные средства на общую сумму 492 426 755,55 руб. с аналогичными назначениями платежей, что указывает на тот факт, что сделка не может быть квалифицирована как безвозмездная.

При этом, апелляционная коллегия отмечает, что постольку поскольку сделки оспариваются в определенный период подозрительности, то встречное исполнение также должно быть учтено в части оспариваемого периода.

Определение признаков недействительности сделки не может происходить в одностороннем порядке, без учета реальности перечислений в пользу самого должника, пополнения его имущественной массы. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412 (19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И наоборот, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671 (2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776 (2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В назначении оспариваемых платежей имеется ссылка на Договор ФВП АЛ/ХА/ВГЗ2017 от 10.04.2017, заключенный за пределами периода подозрительности.

Следует учитывать, что совершение подобного рода и характера гражданско-правовых сделок являлось для ФИО1 обычной хозяйственной деятельностью.

Так, Определением Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов Должника требования ФИО7 в размере 59 004 987,49 руб. Указанные требования были подтверждены ранее вынесенным судебным актом о взыскании задолженности, а именно постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2021 по делу № А40-19594/2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа.

В свою очередь, исходя из судебных актов, вынесенных по спору, данные требования также основывались на аналогичной сделке, т.е. встречном представлении денежных средств и были подтверждены представленной в материалы дела выпиской, отражающей сальдо по встречным обязательствам.

В свою очередь, при разрешении вопроса отнесения сделок должника, к обычной хозяйственной деятельности, суду необходимо учитывать целый ряд факторов: соотношение цены сделки и балансовой стоимости активов должника согласно отчетам; характер взаимоотношений между должником и контрагентом по оспариваемой сделке (сделки совершены только в период подозрительности либо отношения сложились намного ранее); соответствует ли характер принятого на себя обязательства основным видам деятельности должника и кредитора.

Принимая во внимание тот факт, что цена оспариваемой сделки (390 млн. рублей) значительно меньше активов должника, т.е. денежных средств, находящихся в спорный период в распоряжении должника (1,9 млрд. рублей). Также следует обратить внимание на тот факт, что денежные средства Должника находились на расчетных счетах не только ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК», но и иных кредитных организациях, в том числе ПАО «РосДорБанк»; взаимоотношения между Должником и Заинтересованным лицом по предоставлению взаимной финансовой помощи носили длящийся, устойчивый характер (с 2017 г.); для должника правовые отношения по предоставлению взаимной финансовой помощи носили обычный характер, что подтверждается заявлениями финансового управляющего о признании сделок недействительными, а также определениями о включении требований, то очевидно следует, что данный вид правоотношений для должника должен быть отнесен к обычной хозяйственной деятельности, в связи с чем, оспариваемые сделки не могли быть признаны недействительными.

Апелляционным судом исследована структура взаимных платежей должника и ответчика в исследуемый период.

Согласно Анализа банковской выписки по перечислениям по договору о финансовой взаимопомощи (ООО «АЦ на Лениском»), л.д. 90-93, всего в рамках указанного договора за период с 02.05.2017 по 28.03.2019 ФИО1 в пользу ООО «АЦ на Ленинском» перечислено 1 494 035 294,91 руб. При этом от ответчика посредством встречных предоставлений перечислена сумма в размере 915 252 100,00 руб. Таким образом, сформировано итоговое сальдо в размере 578 783 194,91 руб., составляющее долг ООО «Империал-Авто» перед ФИО1

При этом, по динамике платежей в спорный трехгодичный период, а именно с 13.04.2018 по 28.03.2019, должник перечислил в пользу ответчика 394 800 000,00 руб. При этом получено от ответчика 498 362 100,00 руб.

Таким образом, оспариваемые платежи в спорном периоде не могут быть признаны как совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, направленные на вывод денежных средств в ущерб интересам иных кредиторов в силу встречного предоставления со стороны ответчика, значительно превышающего платежи самого должника, приходящегося на период подозрительности. Напротив, вывод активов должника, как правило, имеет своей целью сохранение контроля конечного бенефициара за финансовыми ресурсами.

При этом, судебная коллегия не может согласиться с позицией финансового управляющего, что все перечисления от ответчика в спорный период в силу п.3 ст. 319.1 ГК РФ должны расцениваться как частичное погашение уже сформировавшейся задолженности и не учитываться в вопросе квалификации сделки на предмет ее недействительности, как по общим, так и по специальным основаниям 

Так, поведение ответчика, выразившееся в перечислении денежных средств должнику, причем с конца 2018 по 2019 г.г. со значительным увеличением объемов финансирования, не может быть квалифицировано как вывод активов должника, причинение ущерба интересам кредиторов, и злоупотребление правом.

Таким образом, следует констатировать, что отсутствуют основания для признания оспариваемых сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в первую очередь, ввиду неподтвержденности материалами дела факта причинения вреда должнику (его кредиторам) в результате совершения сделок.

С учетом этого не могут сделки быть признаны недействительными и по иным общегражданским основаниям, и в частности, в качестве ничтожных, как совершенных при злоупотреблении правом, как мнимые, притворные и т.п.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Согласно правовым позициям Верховного Суда РФ (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС 18- 2197, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411), в случае совершения сторонами мнимой сделки у них отсутствует цель в достижении заявленных результатов, т.е. волеизъявление сторон такой сделки не совпадает с их внутренней волей. 

Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий устанавливается путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон и оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Юридически значимым обстоятельством при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой является установление отсутствия у каждой стороны сделки намерения: заключить соответствующую сделку с целью создать желаемые правовые последствия и реально исполнить эти намерения. 

В частности, необходимо доказать, что обе стороны данной сделки (и истец, и ответчик) не имели намерений исполнять договор или требовать его исполнения.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что Договор ФВП АЛ/ХА/ВГЗ2017 от 10.04.2017 не оспаривался, не признан недействительной сделкой по мотиву мнимости правоотношений, длительное время сторонами исполнялся, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По смыслу указанных правовых норм и разъяснений, а также с учетом установленной законом презумпции добросовестности участников гражданского оборота для признания оспариваемых сделок ничтожными по признаку злоупотребления следует установить обстоятельства, без всяких сомнений, очевидно и бесспорно свидетельствующие о злонамеренном поведении сторон во вред кредиторам. 

Кроме того, законодатель пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Кодекса. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886). 

Между тем, суд первой инстанции, устанавливая совокупность обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд признал сделку недействительной и на основании статьи 10, 168 ГК РФ, не указывая при этом, чем обстоятельств ее совершения выходят за рамки признаков подозрительной сделки.

При этом, с учетом исследованных обстоятельств, доказательств, свидетельствующих об отсутствии умысла у сторон оспариваемой сделки на причинение вреда иным участникам гражданского оборота, злоупотребления правом в действиях ответчика не установлено, в связи с чем, оспариваемые платежи признаков для признания их недействительным на основании ст. ст. 10, 168,170 ГК РФ не имеют.

Также коллегия отмечает, что в настоящее время на уровне Верховного Суда Российской Федерации сложилась устойчивая судебная практика по вопросу разграничения зачета и сальдирования при решении вопроса о допустимости оспаривания соответствующих действий (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 N 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 N 305-ЭС17-17564, от 02.09.2019 N 304-ЭС19-11744, от 29.08.2019 N 305-ЭС19-10075, от 11.06.2020 N 305-ЭС19-18890(2), от 10.12.2020 N 306-ЭС20-15629, от 08.04.2021 N 308-ЭС19-24043(2,3), от 23.06.2021 N 305-ЭС19-17221(2), от 20.01.2022 N 302-ЭС21-17975 и др.).

В частности, сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа). Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которого возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не подлежит оспариванию как отдельная сделка.

В соответствии с абзацем 2 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

В соответствии с требованиями п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.

Взыскание дебиторской задолженности представляет собой комплекс мер, который должен своевременно реализовываться для достижения положительного результата: направление претензий, восстановление первичных документов, взыскание задолженности в судебном порядке, исполнительное производство и т.д.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. При этом российский правопорядок базируется, в том числе, на необходимости защиты прав добросовестных лиц и поддержании стабильности гражданского оборота, что, в числе прочего, подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок, недопустимость инициирования серийных судебных процессов исключительно в расчете на процессуальное бездействие ответчиков; само по себе отсутствие у финансового управляющего документов, свидетельствующих о наличии правового основания для осуществления платежа, о недействительности сделки не свидетельствует.

Таким образом, при наличии у финансового управляющего сомнений относительно того, произошла ли переплата по обязательствам ФИО1 в пользу ответчика, с учетом сальдирования однородных требований и практики складывающейся по данному вопросу, финансовый управляющий вправе обратиться в суд с иском о взыскании образовавшейся дебиторской задолженности.

В связи с чем, обжалуемое определение подлежит отмене с вынесением нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными сделками перечислений в пользу ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ», применении последствий недействительности сделки к ответчику ООО «Империал-Авто».

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2023 по делу № А40-39939/21 отменить. Принять новый судебный акт.

 В удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО1 о признании недействительными сделками перечислений ФИО1 в пользу ООО «АЦ НА ЛЕНИНСКОМ» за период с 13.04.2018 по 28.03.2019 денежных средств в размере 394 800 000 руб., применении последствий недействительности сделки отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 Ю.Н. Федорова

 

Судьи:                                                                                                                      М.С. Сафронова

 

                                                                                                                      Н.В. Юркова