﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10379/2017(9)-АК

Дело № А50-28733/2016

02 сентября 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 02 сентября 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего         Чепурченко О.Н.,

судей                                       Мартемьянова В.И., Мухаметдиновой Г.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Якуповой А.М.,

при участии:

конкурсного управляющего Касьянова О.А., паспорт;

Зайцевой М.В., паспорт;

от Зайцева А.В.: Чупраков А.С., паспорт, доверенность от 21.02.2018;

от ООО «Персил»: Волчугов Е.Ю., паспорт, доверенность от 26.08.2021,

иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора                  ООО «Персил»

на определение Арбитражного суда Пермского края от 26 апреля 2021 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего Касьянова Олега Александровича о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Зайцева Алексея Владимировича, Зайцеву Марию Владимировну, взыскании убытков

вынесенное в рамках дела № А50-28733/2016 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПромПроект» (ОГРН 1065911038434, ИНН 59110497028),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07.02.2018 ООО «ПромПроект» (должник) признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Касьянов Олег Александрович.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» (выпуск за 17.02.2018). 

16 декабря 2020 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Косьянова О.А. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Зайцева Алексея Владимировича и Зайцеву Марию Владимировну на сумму 38 784 903,61 руб.

При рассмотрении данного обособленного спора обществом «Персил» заявлялось ходатайство о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26 апреля 2021 года суд отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344).

Заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично; Зайцев Алексей Владимирович привлечен к ответственности в виде взыскания в пользу ООО «ПромПроект» убытков в размере 6 403 645 руб.

В удовлетворении требований к Зайцевой Марии Владимировне и о привлечении Зайцева Алексея Владимировича к субсидиарной ответственности – отказано.

Не согласившись с вынесенным определением ООО «Персил» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы кредитор указывает на то, что Зайцев А.В., как единоличный исполнительный орган должника и учредитель, намеренно выводил денежные средства, достаточные для погашения задолженности перед контрагентами и обязательных платежей, причиняя ущерб кредиторам. В частности ссылается на то, что определением от 18.11.2019 признаны недействительными сделки по перечислению ООО «ПромПроект» денежных средств в размере 6 150 000 руб. Зайцевой М.В. и Меньшаковой С.А. в размере 253 645 руб.; согласно представленным налоговым органом в материалы дела документам, в преддверии процедуры банкротства было создано юридическое лицо с наименованием идентичным наименованию должника – ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) и видами деятельности; руководителем вновь созданного общества являлся отец Зайцевой М.В. – Коптев В.П., регистрацией указанной организации занималась Зайцева М.В.; контрагентами вновь созданного общества являются контрагенты должника, в том числе ООО «Вятпроектсервис», ПАО «Уралкалий», ПАО «ВСМПО-АВИСМА»; и в ООО «ПромПроект», являющемся должником, и в ООО «ПромПроект», созданном в 2016 году, исполнителями являются одни и те же лица, рабочий телефон которых совпадает, в новом ООО «ПромПроект» работники должника выполняют работу от имени нового ООО «ПромПроект», при том, что списочная численность работников вновь созданного общества – 1 человек. При этом отмечает, что денежные средства, поступившие в конкурсную массу должника от АО «ВНИИ Галургия», расходуются на текущие платежи должника по оплате аренды за помещение, в котором работают работники должника от имени нового ООО «ПроПроект» и на погашение заработной платы, при том, что доходы от деятельности получает новое общество. На основании указанного апеллянт полагает, что в 2016 году осуществлен полный перевод бизнеса и активов с должника на вновь созданное общество ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344), что повлекло прекращение осуществления хозяйственной деятельности должником и начало осуществления хозяйственной деятельности вновь созданного общества, которое за период ведения процедуры банкротства ООО «ПромПроект» получает на счета от контрагентов, таких как ООО «Вяткапроектсервис», более 9 млн. руб. за выполненные работы; действия двух организаций свидетельствуют о согласованности, отсутствии конфликт интересов данных организаций и конкуренции между ними, при этом, на должнике аккумулировалась долговая нагрузка с целью неисполнения обязательств перед отдельными кредиторами. Кредитор считает, что указанные обстоятельства дают основание полагать, что Зайцевым А.В. и Зайцевой М.В. были совершены недобросовестные действия, направленные на «перевод бизнеса» на другое общество, вывод из общества, являющегося должником, денежных средств, что привело к невозможности погашения требований кредиторов. Приводит доводы о необоснованном отказе суда в привлечении в качестве третьего лица ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) с учетом положенных в обоснования заявленных требований доводов. 

Уполномоченный орган в письменном отзыве просил апелляционную жалобу удовлетворить, обжалуемое определение в части отказа в удовлетворении требований к ответчикам о привлечении к субсидиарной ответственности отменить и принять по делу новый судебный акт. 

Зайцева М.В. согласно представленному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность определения в обжалуемой части.

Конкурсный управляющий Касьянов О.А. в представленных письменных пояснениях выражает согласие с доводами апелляционной жалобы; считает ее подлежащей удовлетворению.

Зайцевым А.В. заявлено ходатайство о проверке законности и обоснованности обжалуемого определения в полном объеме; полагает вывод суда о том, что конкурсным управляющим не пропущен срок исковой давности, неверным, поскольку действия, в результате которых, по мнению суда, должнику были причинены убытки, имели место в мае, сентябре 2016 года, срок исковой давности по данным требованиям истек в мае, сентябре 2019 года, в то время как согласно определению, рассматриваемое заявление поступило в суд 16.12.2020.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что одним из оснований для привлечения лиц к субсидиарной ответственности указывалось на совершение сделок, в результате которых денежные средства были «выведены» из конкурсной массы.

В частности участниками спора указывалось на то, что в 2016 году осуществлен полный перевод бизнеса и активов с должника на вновь созданное ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344), что повлекло прекращение хозяйственной деятельности общества «ПромПроект» (ИНН 5911049708).

По состоянию на текущую дату у общества «ПромПроект» (ИНН 5903122344) был открыт расчетный счет № 40702810700094929710 в Пермский Филиал АО «ЮниКредит Банка», остаток денежных средств на счете по состоянию на 13.08.2019 составлял 0 руб.; за период с 01.03.2016 по 13.08.2019 поступило – 9 192 399,96 руб., списано – 9 205 443,84 руб.

В привлечении ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) к участию в деле судом первой инстанции было отказано; обстоятельства принадлежности поступивших на указанный счет денежных средств, а также их расходования судом первой инстанции не исследовались.

Полагая, что данные обстоятельства имеет существенное значение для рассмотрения настоящего дела, суд апелляционной инстанции определением от 08.07.2021 отложил судебное заседание на 22.07.2021; обязал Зайцева А.В., Зайцеву М.В. представить в апелляционный суд письменные пояснения относительно исследуемых обстоятельств с приложением первичной документации, подтверждающей обоснованность получения ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) денежных средств на расчетный счет в период с 01.03.2016 по 13.08.2019 в размере 9 192 399,96 руб., а также их расходования.

В судебном заседании 08.07.2021 представителем ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: справок ООО «ПромПроект», копии запросов в ООО «ПромПроект», копии договора подряда на выполнение проектных работ № 12-1/2016 от 26.12.2016 с приложениями (соглашения, счета, акты), договора подряда на выполнение проектных работ №11-1/2016 от 14.12.2016 с приложениями к договору, копии договоров от 20.06.2017, 07.06.2017, от 23.06.2017, от 15.05.2017, от 19.12.2016, договора купли-продажи доли в уставном капитале от 14.12.2017, от 12.01.2018, решения об отказе в государственной регистрации, выписки из лицевого счета от 28.10.2016.

Ходатайство апелляционным судом рассмотрено и удовлетворено, вновь представленные в дело доказательства приобщены к материалам дела (п. 2 ст. 268 АПК РФ).   

Принимая во внимание, что приобщенные к материалам дела документы были представлены только в судебное заседание, доказательств направления вновь представленных в суд документов основным участникам спора не представлено, суд апелляционной инстанции в целях соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, определением от 22.07.2021 отложил судебное разбирательство  на 30.08.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 в порядке ч. 3 ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Плаховой Т.Ю. на судью Мухаметдинову Г.Н. Рассмотрение дела началось с самого начала.

До судебного заседания от Зайцевой М.В. поступили дополнительные письменные пояснения с приложением копии свидетельства о смерти от 23.07.2021.

От уполномоченного органа поступило письменное мнение, в котором поддержаны доводы апелляционной жалобы кредитора.

От кредитора ООО «Персил» поступил отзыв по документам, представленным ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344).

В судебном заседании конкурсный управляющий заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов: копии запроса собственникам жилых помещений МКД №29 по ул.Петропавловская, г.Пермь от 09.07.2021, ответ на запрос, подписанный собственником квартиры 36 Захаровым К.В., копии паспорта Захарова К.В. 

Представитель ООО «Персил» и конкурсный управляющий доводы апелляционной жалобы поддержали.

Зайцева М.В. и представитель Зайцева А.В. возражали против удовлетворения апелляционной жалобы и против приобщения дополнительных документов.

Ходатайство о приобщении дополнительных документов к материалам дела рассмотрено судом в порядке ст.159 АПК РФ, в удовлетворении ходатайства отказано на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ, конкурсным управляющим не доказана невозможность представить данные документы ранее.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной  жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 07.02.2018 ООО «ПромПроект» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Касьянов Олег Александрович.

Конкурсный управляющий Касьянов О.А., ссылаясь на то, что имеются основания для привлечения Зайцева Алексея Владимировича (директор и учредитель должника) и Зайцевой Марии Владимировны (главный бухгалтер должника)  к субсидиарной ответственности солидарно в размере 38 784 903,61 руб. обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием. В качестве правового основания требований указаны  ст.ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

По мнению конкурсного управляющего, должник имел признаки неплатежеспособности не позднее 31.12.2014, о чем свидетельствуют результаты его хозяйственной деятельности.

Зайцев А.В. как учредитель и руководитель должника не предпринял необходимых действий по подаче заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, Зайцевым А.В. совершен ряд сделок по выводу ликвидных активов должника в пользу  своей жены и главного бухгалтера должника Зайцевой М.В. в размере 6 150 000 руб. (08.09.2016 и 16.09.2016), а также в пользу Маньшаковой С.А. в размере 253 645 руб. (в период с 01.10.2015 по 08.09.2016), что привело к банкротству должника. Данные сделки были признаны судом недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Полагает, что Зайцева М.В. также является контролирующим должника лицом и подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, ввиду того, что сделка на сумму 6 150 000 руб. фактически совершена между мужем и женой, денежные средства остались в распоряжении супружеской пары, Зайцева М.В. в разное время осуществляла полномочия финансового директора и главного бухгалтера, была осведомлена о всех хозяйственных операциях и финансовом состояние должника.

Считает, что полное погашение требований кредиторов стало невозможно вследствие действий как Зайцевой М.В., так и Зайцева А.В.

Более того, заявлено о том, что фактически бизнес с должника был переведен на новое общество с одинаковым наименованием - ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344, ОГРН 1165958056527), созданное 04.02.2016, то есть за 10 месяцев до принятия Арбитражным судом заявления о банкротстве должника (ООО «Промпроект», ИНН 5911049708).

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения Зайцевой М.В. и Зайцева А.В. к субсидиарной ответственности. При этом судом установлено, что сделки по перечислению денежных средств в общем размере 6 403 645 руб. к банкротству должника не привели, однако данная сумма подлежит взысканию с Зайцева А.В. в качестве убытков. Заявленное Зайцевым А.В. ходатайство о пропуске срока исковой давности было отклонено судом.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Учитывая, что обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2014-2016 годах, к сложившимся правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

Согласно абзацам тридцать третьему и тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в период возникновения обстоятельств, с которыми конкурсный управляющий связывает возникновение основания для привлечения к субсидиарной ответственности, заявление о признании должника банкротом принималось арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто тысяч рублей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

По мнению конкурсного управляющего, признаки неплатежеспособности у должника возникли не позднее 31.12.2014. Руководитель должника Зайцев А.В. обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом не исполнил.

Судом первой инстанции установлено, что по данным Росстата, активы общества «Промпроект» за 2016 год составили 11180 тыс. рублей, в том числе основные средства 233 тыс. рублей, финансовые вложения 560 тыс. рублей, дебиторская задолженность 10 261 тыс. рублей, денежные средства и денежные эквиваленты 70 тыс. рублей. 

За 2015 год активы – 14584 тыс. рублей, из них основные средства 816 тыс. рублей, прочие внеоборотные активы 853 тыс. рублей, дебиторская задолженность 11 008 тыс. рублей, финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов) 1618 тыс. рублей, прочие оборотные активы 113 тыс. рублей. 

За 2014 год активы – 7982 тыс. рублей, из них основные средства 902 тыс. рублей, прочие внеоборотные активы 1150 тыс. рублей, дебиторская задолженность 3411 тыс. рублей, финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов) 1489 тыс. рублей, прочие оборотные активы 68 тыс. 

За 2013 год активы – 13045 тыс. рублей, из них основные средства 875 тыс. рублей, прочие внеоборотные активы 577 тыс. рублей, дебиторская задолженность 9697 тыс. рублей, финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов) 1287 тыс. рублей, денежные средства и денежные эквиваленты 9 тыс. рублей, прочие оборотные активы 109 тыс. 

Пассивы за 2016 год составили 11180 тыс. рублей, в том числе заемные средства (строка 1410) 7216 тыс. рублей, заемные средства (строка 1510) 4137 тыс. рублей, кредиторская задолженность 15517 тыс. рублей. 

За 2015 год пассивы 14584 тыс. рублей, в том числе уставный капитал 20 тыс. рублей, непокрытый убыток минус 17097 тыс. рублей, заемные средства (строка 1410) 4083 тыс. рублей, заемные средства (строка 1510) 2164 тыс. рублей, кредиторская задолженность 25414 тыс. рублей. 

За 2014 год пассивы 7982 тыс. рублей, в том числе уставный капитал 20 тыс. рублей, непокрытый убыток минус 9792 тыс. рублей, заемные средства (строка 1410) 5230 тыс. рублей, заемные средства (строка 1510) 2843 тыс. рублей, кредиторская задолженность 9681 тыс. рублей. 

За 2013 год пассивы 13045 тыс. рублей, в том числе уставный капитал 20 тыс. рублей, непокрытый убыток минус 3165 тыс. рублей, заемные средства (строка 1410) 3487 тыс. рублей, заемные средства (строка 1510) 1031 тыс. рублей, кредиторская задолженность 11672 тыс. рублей. 

Чистая прибыль (убыток) за 2016 год 4580 тыс. рублей, за 2015 год минус 6062 тыс. рублей (убыток), за 2014 год минус 6576 тыс. рублей (убыток), за 2013 год минус 35 тыс. рублей (убыток). 

Данные за 2017, 2018 года отсутствуют. 

Вступившими в законную силу судебными актами по обособленным спорам о признании сделок должника недействительными было установлено, что наличие у общества «Промпроект» финансовых трудностей имело место быть с середины 2015 года, признаки неплатежеспособности (когда имеет место «стабильная» просрочка платежа более трех месяцев) - с 2016 года (в 2015 году имеет место резкое увеличение кредиторской задолженности и непокрытого убытка с одновременным уменьшением основных средств и запасов, в 2016 году снижение основных средств и запасов продолжилось, при этом уже со второй половины 2016 года наблюдается объективная несостоятельность организации, то есть превышение обязательств над активами). 

Иного в рамках настоящего спора не установлено.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.10.2015 по делу № А50-15543/2015 с общества «ПромПроект» в пользу общества «Центр нормативно-технической документации «Кодекс» взыскана задолженность в размере 603 950 рублей, пени в размере 87310 рублей 24 копейки, расходы по уплате государственной пошлины в размере 16825 рублей. Требование основано на договоре от 20.06.2013 по информационному обслуживанию №165-1276/П, актах сдачи-приемки выполненных работ №508 от 04.08.2014, актах №557 от 02.09.2014, №621 от 02.10.2014, №673 от 05.11.2014, №725 от 01.12.2014, №41 от 20.01.2015, №66 от 02.02.2015, №112 от 02.03.2015, №153 от 01.04.2015, №202 от 05.05.2015, №276 от 01.06.2015. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2016 по делу №А50-279/2016 отказано в удовлетворении требований о признании недействительным вынесенного Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 2 по Пермскому краю решении о привлечении к ответственности общества «Промпроект» за совершение налогового правонарушения от 30.06.2015 № 13.12 в части доначисления налога на прибыль организаций в связи с отказом в принятии расходов в сумме 7 045 916 руб., начисления соответствующих пеней и применения соответствующей налоговой санкции. Указанным решением обществу «Промпроект» доначислены налоги, пени, штраф в общей сумме 7486,92 тыс. рублей. 

Решением Третейского суда Пермского края от 06.10.2016 по делу № ТС-59/01/35/09/2016 с общества «ПромПроект» в пользу общества «Бюро промышленной автоматизации» взыскано 600 000 рублей основного долга по 8 договору займа от 01.10.2013 № 13; 341 517 рублей 81 копейка – процентов за пользование займом; 38 246 рублей – уплаченный третейский сбор. 

Определением суда от 08.12.2016 (резолютивная часть от 01.12.2016, л.д. 15) по делу №50-23680/2016 заявление общества «Бюро промышленной автоматизации» удовлетворено, 09.12.2016 выдан исполнительный лист на принудительное исполнение указанного решения третейского суда. Определением суда от 30.12.2016 (резолютивная часть от 29.12.2016) в отношении общества «Промпроект» введено наблюдение по заявлению общества «Бюро промышленной автоматизации»; этим же определением требования общества «Бюро промышленной автоматизации» в сумме 941 517 рублей 81 копейка, в том числе 600 000 рублей основного долга, 341 517 рублей 81 копейка процентов по договору займа включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Кроме того, определением суда от 06.03.2017 включены в третью очередь реестра требования Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Пермский государственный национальный исследовательский университет» в размере 1 053 512 рублей 26 копеек основного долга. Требование основано на договоре подряда на выполнение изыскательских работ от 10.09.2015 № 09/2015-суб-1 (л.д. 94-116), акте сдачи-приемки научно-технической продукции по договору № 09/2015-суб-1 от 10.09.2015, счете № 00000033 от 07.04.2016 и счет-фактуре № 000013/1 от 07.04.2016. 

Определением суда от 22.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование общества «Персил» в размере 775 097 рублей 78 копеек, в том числе 600 000 рублей основного долга, 175 097 рублей 78 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами. Требование основано на договоре займа № 15 от 20.05.2014 и платежном поручении от 21.05.2014 № 251 (претензия от 16.08.2016). Займ частично в размере 400 000 рублей (платежные поручения от 27.10.2015 № 154, от 21.01.2016 № 38); размер задолженности составил 600 000 рублей, что также отражено в акте сверки взаимных расчетов на 12.07.2016. 

Определением суда от 27.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование общества «Персил» в размере 6 317 903 рубля 68 копеек, в том числе 5 288 808 рублей основного долга, 1 029 095 рублей 68 копеек неустойки. Требование основано на договорах подряда на выполнение изыскательских работ от 31.05.2013 № П10/2013, от 04.09.2014 № П08- 1/2014, от 03.06.2015 № П06-1/2015, от 18.06.2015 № П06-2/2015, от 11.09.2014 № П09-1/2014, от 18.05.2015 № П05-1/2015, а также решениях суда от 12.12.2016 по делу № А50-23533/2016, от 19.12.2016 по делу № А50- 27255/2016, от 20.12.2016 по делу № А50-27411/2016, от 28.12.2016 по делу № А50-27412/2016, от 09.01.2017 по делу № А50-25964/2016, от 18.01.2016 по делу № А50-27413/2016.

Определением суда от 22.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование публичного акционерного общества «Банк ВТБ 24» в сумме 1 9 556 761 рубль 25 копеек (по состоянию на 29.12.2016), в том числе 1 442 527 рублей 70 копеек основного долга, 93 810 рублей 45 копеек – задолженность по процентам, 20 423 рубля 10 копеек неустойки. Требование основано на кредитном соглашении № 721/3342-0000013 от 27.11.2012 на сумму 4 000 000 рублей. 

Определением суда от 22.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование Кучумовой Марины Валерьевны в размере 952 165 рублей 26 копеек основного долга. Требование основано на договоре подряда на выполнение проектных работ от 19.02.2016 № 2, акте от 03.10.2016 сдачиприемки проектных работ (заказчик произвел оплату на сумму 1 200 000 рублей (платежное поручение № 146 от 07.09.2016); задолженность составила 952 165 рублей 26 копеек, что также отражено в акте сверки по состоянию на 10.01.2017). 

Определением суда от 22.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование общества с ограниченной ответственностью Научно производственное предприятие «Изыскатель» в размере 2 277 170 рублей 61 копеек основного долга. Требование основано на договоре на выполнение работ по инженерным изысканиям от 10.09.2015 № 09/2015-суб-3, акте о приемке выполненных работ № 235 от 21.06.2016. 

Определением суда от 28.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование публичного акционерного общества АКБ «Урал ФД» в размере 1 539 464 рубля 04 копейки, в том числе: основной долг – 1 483 965 рублей 41 копейка; задолженность по процентам за пользование кредитом – 55 498 рубля 63 копейки; штраф – 999 рублей 98 копеек в третью очередь реестра требований. Требование основано на решении Березниковского городского суда Пермского края от 16.09.2016 по делу № 2-3414/2016 с должника солидарно в пользу кредитора взыскана задолженность по кредитному договору № ЮМБ-1906-КР от 13.02.2014 в общей сумме 1 805 450 рублей 63 копейки. 

Определением суда от 28.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование общества с ограниченной ответственностью «Вятпроектсервис» в размере 3 612 188 рублей основного долга. Требование основано на договорах подряда на выполнение проектных работ № 06/2015-суб-1/ВПС355 от 04.06.2015, №09/2015-суб-5/ВПС-345 от 20.01.2016, договоре подряда ВПС-356 от 01.06.2016, актах сдачи-приемки проектных работ по договорам подряда от 31.08.2016 в рамках договора №09/2015-суб-5/ВПС-345 от 20.01.2016 на сумму 1 935 750 рублей без НДС; 11.11.2016 в рамках договора от 04.06.2015 №06/2015-суб-1/ВПС-355 на сумму 975 988 рублей, 17.07.2016 в рамках договора № ВПС-356 от 01.06.2016 на сумму 220 000 рублей без НДС. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 04.12.2017 требования Зайцева А.В. в сумме 6 685 776 рублей 77 копеек основного долга включены в реестр требований кредиторов должника 10 третьей очереди. Требование основано на договорах займа № 01-09/2014 от 01.09.2014, 02-10/2014 от 01.10.2014, № 3-01/2015 от 12.01.2015.

Определением суда от 27.03.2017 включено в реестр требование Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пермскому краю: - по налогу на доходы физических лиц в сумме 3 706 040 рублей основного долга во вторую очередь реестра требований кредиторов общества «ПромПроект»; - по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в общей сумме 497 304 рубля 93 копейки основного долга во вторую очередь реестра требований кредиторов общества «ПромПроект»; - по иным обязательным платежам в общей сумме 4 783 530 рублей 11 копеек, из них сумма 3 375 368 рублей 31 копейка – основного долга, 1 154 548 рублей 35 копеек – пени, 253 613 рублей 46 копеек – штраф в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Определением суда от 27.03.2017 включено в реестр третьей очереди требование саморегулируемой организации Союз «Межрегиональное объединение проектных организаций специального строительства» в размере 297 000 рублей основного долга. Требование основано на ненадлежащем исполнении обязательств по внесении членских взносов, начиная с первого квартала 2016 года. 

Определением суда от 11.04.2018 включено в реестр третьей очереди требование общества с ограниченной ответственностью «НТЦ «Промбезопасность» в общей сумме 143 866 рублей 47 копеек, из них 136 000 рублей основного долга, 7 866 рублей 47 копеек неустойки. Требование основано на решении Арбитражного суда Оренбургской области от 29.12.2016 по делу №А47-10910/2016, которым с общества «ПромПроект» в пользу общества «НТЦ «Промбезопасность» взыскана задолженность по договору № 212-34 на разработку раздела проектной документации от 14.03.2016 (акт сдачи-приемки выполненных работ № 456 от 04.04.2016, счет-фактура № 773 от 04.04.2016) в размере 136 000 рублей основного долга, 7 866 рублей 47 копеек неустойки, а также 5 316 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины. 

Определением суда от 11.04.2018 включены требования Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Пермскому краю (г. Березники) по обязательным платежам в общей сумме 547 834 рубля 61 копейка, в том числе 420 956 рублей 11 копеек основного долга, 17 599 рублей 60 копеек пеней, 109 278 рублей 90 копеек штрафов - в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением суда от 06.12.2018 требования публичного акционерного общества «Уралкалий» в размере 83 526 рублей 30 копеек неустойки признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества общества «ПромПроект», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. Требование основано на договоре подряда № 5659/2014 от 15.05.2015, акте сдачи-приемки от 15.12.2015 на сумму 690 300 рублей. 

При этом, судом правомерно принято во внимание, что Зайцев А.В. оказывал должнику финансовую помощь в период с 01.01.2013 по 31.12.2016, сальдо по договорам займа, временной финансовой помощи на 31.12.2016 составило: - по договорам займов 5 433 363 руб. 24 коп., - по временной финансовой помощи 1 252 403 руб. 53 коп., - по подотчётным суммам 300 185 руб. 78 коп. То есть, руководитель должника добросовестно рассчитывал на вывод общества из временных трудностей.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, судом первой инстанции достоверно установлено, что по состоянию на 31.12.2014 обязанности по подаче заявления у руководителя не возникло. 

Из анализа названных выше судебных актов следует, что у должника обязательств перед кредиторами с июня 2016 года (после возникновения обязанности)  не возникло.

С заявлением о признании должника банкротом обратилось ООО «Бюро промышленной автоматизации» 05.12.2016. Дело о банкротстве общества «ПромПроект» возбуждено 08.12.2016.

Ввиду того, что признаки объективного банкротства появились у должника со второй половины 2016 года, при этом обязательства у должника перед кредиторами за период с июня 2016 по 08.12.2016 не возникли, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения Зайцева А.В. к ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Заявитель также ссылается на наличие оснований для привлечения Зайцева А.В. и Зайцевой М.В.  к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства, путем совершения сделок, направленных на вывод ликвидных активов должника в отсутствие встречного предоставления.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 по делу N 302-ЭС14-1472).

Так, как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении N 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ. При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

То есть проверка наличия доказательств существенности невыгодных для должника сделок применительно к масштабам его деятельности осуществляется судом вне зависимости от того, в период действия статьи 10 в редакции Закона N 134-ФЗ или статьи 61.12. Закона о банкротстве в действующей редакции, были совершены невыгодные для должника сделки.

Согласно разъяснениям пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления Пленума №53) презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно пункту 56 Постановления N 53 по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Таким образом, возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств.

Из материалов дела усматривается, что определением суда от 18.11.2019 по делу №А50-28733/2016 признаны недействительными сделки должника по перечислению Зайцевой М.В. (ИНН 591102580321) денежных средств в  размере 6 150 000 рублей; применены последствия недействительности сделок; с Зайцевой М.В. в пользу общества «ПромПроект» взыскано 6 150 000 рублей (перечисление в сентябре 2016 года). 

Определение суда от 18.11.2019 по делу №А50-28733/2016 признаны недействительными сделки должника по перечислению Меньшаковой С.А. 253 645 руб.; применены последствия недействительности сделок; с Меньшаковой С.А. в пользу общества «ПромПроект» взыскано 253 645 руб. (перечисление в период с 01.10.2015 по 08.09.2016).

Иных сделок, признанных недействительными, Зайцевым А.В. не совершалось.

Судом первой инстанции установлено, что до середины 2016 года предприятие хоть и находилось в трудном финансовом положении, тем не менее, признаков объективного банкротства не имелось.

Судом не было установлено, что банкротство должника возникло в результате действий (бездействий) бывшего руководителя должника.

Оснований для вывода о том, что неправомерное перечисление денежных средств в пользу Зайцевой М.В и Меньшаковой С.А. на общую сумму 6 403 645 руб. могло привести к возникновению у должника признаков объективного банкротства, причинило существенный вред должнику, у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что Зайцевым А.В. принимались меры по финансовой поддержке общества в кризисный период. Так, Зайцевым А.В. должнику в период с 01.01.2013 по 31.12.2016 была предоставлена финансовая помощь, сальдо по договорам займа, временной финансовой помощи на 31.12.2016 составило: - по договорам займов 5 433 363 руб. 24 коп., - по временной финансовой помощи 1 252 403 руб. 53 коп., - по подотчётным суммам  300 185 руб. 78 коп. Размер задолженности по заёмным обязательствам должника перед Зайцевым А.В. составил 6 685 776 руб. 77 коп. (5 433 363 руб. 24 коп. + 1 252 403 руб. 53 коп.). Указанная сумма включена в реестр требований кредиторов должника постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2017 по делу №А50-28733/2016.

Таким образом, размер финансирования общества, превышает объем неосновательно перечисленных денежных средств.

Исходя из заключения временного управляющего об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, следует, что временным управляющим были проанализированы крупные договоры подряда, заключенные с заказчиками, иные сделки как за весь анализируемый период, так и за периоды существенного ухудшения значений коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, в результате анализа не были выявлены сделки и действия/бездействия органов управления должника, не соответствующие законодательству Российской Федерации, не соответствующие рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности общества и причинило обществу реальный ущерб.

Доказательств того, что указанные выше сделки могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, не представлено, равно как и не доказано, что наличие у должника выбывших в результате сделок средств не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника. 

Совершение указанных сделок в рассматриваемом случае не может являться достаточным основанием для привлечения совершавших их лица к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника. 

Иного из материалов дел не следует, суду апелляционной инстанции не доказано. 

При таких обстоятельствах, оснований для привлечения Зайцева А.В. к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника по заявленному основанию у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, судом первой инстанции не установлено, что Зайцева М.В. являлась контролирующим должника лицом, оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по названному выше основанию судом первой инстанции также установлено не было.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции в силу следующего.

В пунктах 3 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

По смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что Зайцев А.В. являлся учредителем и директором должника, а Зайцева М.В. – его супругой.

Вместе с тем, в рамках обособленных споров о признании сделок должника недействительными установлено, что Зайцева М.В. занимала должность финансового директора в обществе «ПромПроект»; при этом с 01.10.2015 находилась в отпуске по уходу за ребенком, в связи с чем для выполнения ее функций с 01.10.2015 привлечена Меньшакова С.А. (оказывала дополнительные услуги: разработку, обсчет и составление смет работ, выполняемых заказчиком; ведение архива заказчика; исполнение обязанностей финансового директора на период нахождения последнего в отпуске по уходу за ребенком). На протяжении всего дела о банкротстве Зайцева М.В. и Зайцев А.В. ссылались на то, что фактическое руководство обществом и принятие управленческих решений осуществлялись Зайцевым А.В. Зайцева М.В. по просьбе своего супруга Зайцева А.В. зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, это было необходимо для перевода денежных средств со счетов общества «Промпроект», так было проще совершать переводы денежных средств, не возникали вопросы у банка, налоговой инспекции; какую-либо предпринимательскую деятельность она не вела. 

Само по себе обстоятельство, что в пользу Зайцевой М.В. было выведено 6 150 000 руб. не свидетельствует о том, что она является контролирующим должника лицом и должна быть привлечена к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, осведомленность Зайцевой М.В. о совершении руководителем должника противоправных действий также не является основанием для ее привлечения к субсидиарной ответственности, в противном бы случае к субсидиарной ответственности привлекались все лица (в т.ч. работники должника), которые были осведомлены о действиях руководителя. 

Достаточных доказательств того, что Зайцева М.В.  обладала властно-распорядительными полномочиями в отношении денежных средств, товарно-материальных ценностей,  могла прямо или косвенно влиять и определять решения руководства общества, давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия должника в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств того, что в пользу нее совершались и иные перечисления или вывод имущества должника (ст. 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, сделать вывод о том, что Зайцева М.В.  являлась контролирующим должника лицом, виновным в банкротстве должника, не возможно. Оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам должника у суда не было с учетом того, что с неё перечисленная ей сумма уже взыскана определением суда от 18.11.2019.

Между тем, в соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

 В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. 

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. 

В случае нарушения этой обязанности названное лицо несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные юридическому лицу его виновными действиями (бездействием) (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

По общему правилу, установленному статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками, размер убытков. 

В пунктах 1 - 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством; в связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. 

Признавая названные выше сделки недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд исходил из безосновательности перечисления.

Как верно указано судом первой инстанции, в результате необоснованного перечисления денежных средств в адрес Зайцевой М.В. и Меньшаковой С.А. на общую сумму 6 403 645 руб. общество «ПромПроект» лишилось ликвидного актива, за счет которого возможно было бы исполнение обязательств перед кредиторами. Зайцев А.В., как руководитель общества, не мог не знать о неправомерности такого перечисления в кризисный для компании период.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о доказанности наличия совокупности условий, влекущих ответственность Зайцева А.В. перед должником в виде убытков в размере 6 403 645 руб.

Как было указано выше, с Зайцевой М.В. уже была взыскана перечисленная ей сумма определением суда от 18.11.2019, оснований для взыскания с нее  убытков не имеется.

Кроме того, в противоправные действия Зайцева А.В. и Зайцевой М.В. вменяется «перевод» бизнеса на аналогичную организацию общество «ПромПроект» (ИНН 5903122344), что могло привести к банкротству должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

По мнению апеллянта, уполномоченного органа, конкурсного управляющего о переводе бизнеса свидетельствуют следующие обстоятельства:

- общество «ПромПроект» (ИНН 5903122344) зарегистрировано в качестве юридического лица 04.02.2016; 

- согласно ОКВЭД, общество «Промпроект» имеет аналогичные виды деятельности с должником. 

- при создании общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) учредителем и директором являлся Коптев Владимир Павлович (отец Зайцевой М.В. в девичестве Коптева М.В.). На сегодняшний день учредителем и директором является Петухова Екатерина Александровна (по мнению заявителей,номинальный директор). Кроме того, согласно записи внесенной в ЕГРЮЛ от 18.08.2016, Зайцева М.В. указана как ликвидатор общества, 10.10.2015 прекращены полномочия Зайцевой М.В. и отменено решение №3 о ликвидации общества ООО «ПромПроект»; 

- по состоянию на текущую дату у общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) открыт расчетный счет №40702810700094929710 в Пермский Филиал АО ЮниКредит Банка, по состоянию на 13.08.2019 остаток денежных средств на счете 0 руб., за период с 01.03.2016 по 13.08.2019 поступило - 9192399,96 руб., списано - 9205443,84 руб. 

- при анализе сделок общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) выявлены те же контрагенты, что и у должника: ПАО «Уралкалий», АО «Новая недвижимость», «АВИСМА» филиал ПАО Корпорация ВСМПОАВИСМА», ООО «Вятпроектсервис»; 

- среднесписочная численность работников общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) один человек, что не позволяет выполнять собственными силами весь объем работ. При этом общество «Промпроект» (ИНН 5903122344) 23.11.2018 оплачивает государственную пошлину за аттестацию Кучумовой Марины Валерьевны, которая в свою очередь является кредитором должника, а так же за Миролюбову Любовь Александровну. Вышеуказанные лица ранее являлись работниками должника, а работниками общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) никогда не были; 

- на взаимосвязь Зайцева А.В. Зайцевой М.В. и общества «Промпроект» (ИНН 5903122344) указывает тот факт, что общество «Промпроект» (ИНН 5903122344) приобретает по договору лизинга №Р-18-07392-ДЛ от 16.04.2018 автомобиль Вольво СХ 90, которым, в свою очередь, фактически пользуются Зайцев А.В. и Зайцева М.В. (штрафы ГИБДД); при этом лизинговые платежи регулярно осуществляются от имени общества «Промпроект» (ИНН 5903122344).

Как верно отмечено судом первой инстанции, судебная практика выделяет следующие обстоятельства, позволяющие доказать факт перевода бизнеса на другую организацию: 

1) создание новой компании в процессе проведения налоговой проверки или незадолго после её завершения, но перед ликвидацией организации, в отношении которой проходила эта проверка; 

2) адреса обеих организаций совпадают; 

3) компании имеют общие сайт, производственные ресурсы и контактный телефон; 

4) расчётные счета открыты в одном банке; 

5) вход в интернет-банкинг осуществляется через общий компьютер и IP-адрес; 

6) новая организация использует товарный знак, принадлежащий взаимозависимой компании; 

7) персонал одной из компаний формируется из бывших работников другой организации; 

8) перевод сотрудников из одной компании в другую носит формальный характер, поскольку работники продолжают выполнять прежние функции и занимать прежние должности; 

9) большинство контрактов с поставщиками и покупателями перезаключаются на новую компанию; 

10) вновь созданная организация занимается той же деятельностью, что и компания, бизнес которой переводится; 

11) передача недвижимости и других активов от одной компании другой происходит либо на безвозмездной основе, либо по стоимости, существенно ниже рыночной; 

12) компании являются взаимозависимыми и фактически контролируются одним лицом.

При этом, законодательством не запрещено создание аффилированными лицами организаций с тождественными наименованиями и видами деятельности.

Судом первой инстанции установлено, что решение от 30.06.2015 № 13.12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым должнику доначислен налог на общую сумму 7 045 916 руб., отменено решением Арбитражного суда Пермского края от 30.05.2016 по делу №А50-279/2016; впоследствии решение суда отменено постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2016 по делу №А50-279/2016; постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 15.12.2016 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения. Таким образом, наличие  задолженности в сумме 7 045 916 руб. для должника не было очевидным до 26.08.2016 (резолютивная часть от 22.08.2016). Кроме того решение налогового органа о привлечении общества «Промпроект» к ответственности за совершение налогового правонарушения на сумму   5 367 043 руб. 57 коп. вынесено 08.06.2016. 

Денежные средства на счет общества «ПромПроект» (ИНН 5903122344) поступали с марта 2016 года, то есть до момента, когда должник стал обязанным лицом по налоговой ответственности; при этом информации о размере поступлений за период с марта по декабрь 2016 года не содержится, как и не раскрыт источник поступления. В то же время обязанность по налоговой ответственности возникла (в понимании подтвержденности в установленном порядке) у должника со второй половины 2016 года, то есть когда уже наступили признаки объективного банкротства.

Ввиду того, что между созданием общества «ПромПроект» (ИНН 5903122344) и прекращение хозяйственной деятельности общества «Промпроект» (ИНН 5911049708) с наступлением состояния неоплатности (со второй половины 2016 года) прошло незначительное время, а доказательства того, что денежные средства на счет общества «ПромПроект» (ИНН 5903122344) поступили исключительно со счета общества «Промпроект» (ИНН 5911049708) – отсутствуют, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что само по себе создание тождественной организации не означает (в данном случае) причинно-следственную связь между действиями Зайцева А.В. по «переводу» бизнеса и невозможностью расчетов с кредиторами общества «ПромПроект» (ИНН 5911049708) (банкротством должника).

Судом апелляционной инстанции в порядке ст. 71 АПК РФ были проверены данные выводы суда, запрошены дополнительные документы и объяснения.

 Зайцевой М.В. представлен отзыв, дополнительные письменные пояснения из которых следует, что она не оспаривает факт учреждения нового общества ОООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) и попытки начала его деятельности. Однако никакой бизнес-процесс для данного юридического лица запущен не был,  в период с февраля 2016 года по ноябрь 2016 года хозяйственную деятельность общество не совершало. 28.10.2016 Коптев В.П. внес на расчетный счет общества денежные средства в размере 150 000 руб. в целях оплаты вступительных взносов в СРО и страхование ответственности. 14.11.2016 Коптев В.П. дополнительно вносит 15 000 руб.  14.12.2016 Общество заключает договор подряда №11-1/2016 на сумму 119 290 руб. с ООО «Проминвест», которое контрагентом должника не являлось. Для выполнения данного договора была привлечена субподрядная организация ООО «Альянс-А» на основании договора подряда №01-ПП-С/2016 от 19.12.2016, цена субподрядных работ составила 110 939,70 руб. Также, были заключены следующие договоры: 26.12.2016 договор подряда №12-1/2016 с ООО «ОТК Пневмосистема» на сумму 430 000 руб.;  15.05.2017 договор №381/14.17-Спб. и 23.06.2017 договор №382/15.17-Спб с ООО «Вятпроектсервис» на сумму 100 000 руб. и 311 064,23 руб. соответственно; 07.06.2017 и 20.06.2017 договоры с МБУК «Централизованная библиотечная система» на суммы 34 406 руб. и 44 907 руб. Всего в указанный период было получено 1 039 667,23 руб., которые были направлены на исполнение текущих обязательств, оплату страхования и членских взносов, возврат финансовых вложений, какой-либо чистой прибыли обществом не получено. В связи с неэффективностью деятельности, Коптевым В.П. было принято решение о ликвидации общества, процедура ликвидации была начата. Однако к Коптеву В.П. обратился Петухов С.А., заинтересованный в приобретении общества, уже имеющего статус члена СРО проектировщиков и со застрахованной ответственностью, 14.12.2017 был заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале, 12.01.2018 договор расторгнут, поскольку налоговым органом было отказано в регистрации изменений в связи с тем, что Петухов С.А. является лицом, которому в силу закона запрещено являться руководителем и учредителем юридических лиц. 12.01.2018 между Коптевым В.П. и Петуховой Е.А.  (супругой Петухова С.А.) заключен договор купли-продажи доли общества, переход доли был зарегистрирован в ЕГРЮЛ 21.03.2018. Петуховой Е.А. было принято решение о назначении себя на должность директора общества. Сам Коптев В.П.  пояснения дать лично не может в связи со смертью, приложена соответствующая копия справки. После продажи общества, его дальнейшая судьба ей неизвестна. Также отметила, что от выполненных должником работ продолжала поступать в конкурсную массу должника, а не уходила вновь созданному юридическому лицу.

В материалы дела представителем ООО «ПромПроект» (ИНН 5903122344) представлены дополнительные документы в копиях, в том числе: справки ООО «ПромПроект», запросы в ООО «ПромПроект», договор подряда на выполнение проектных работ № 12-1/2016 от 26.12.2016 с приложениями (соглашения, счета, акты), договор подряда на выполнение проектных работ №11-1/2016 от 14.12.2016 с приложениями к договору, копии договоров от 20.06.2017, 07.06.2017, от 23.06.2017, от 15.05.2017, от 19.12.2016, договор купли-продажи доли в уставном капитале от 14.12.2017, от 12.01.2018, решения об отказе в государственной регистрации, выписки из лицевого счета от 28.10.2016.

Согласно представленной в материалы дела Справке, подписанной директором ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344) Петуховой Е.А. Зайцева М.А. и Зайцев А.В. в данном обществе не числятся, перечислений денежных средств в их адрес не поступало.

Из представленных в материалы дела договоров следует, что контрагентами ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344) являлись ООО «ОТК Пневмосистемы», ООО «Проминвест», МБУК «Централизованная библиотечная система», ООО «Вятпроектсервис», ООО «Альянс-А».

Единственным из названных обществ, контрагентом должника также являлось ООО «Вятпроектсервис» между тем, договоры с данным Обществом были заключены после принятия заявления о признании должника банкротом (08.12.2016).

Таким образом, не представлено доказательств того, что должник передал ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344) обязательства по сделкам с контрагентами, от которых должник получал стабильный доход.

Ссылка на то, что ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344)  намеренно не предоставляет договоры с контрагентами должника, такими как Урал-Калий, Ависма, Новак Недвижимость и прочие, подлежит отклонению, поскольку не доказано, что ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344)   выполняло работы указанным организациям, а из анализа выписки по счету не следует, что поступала какая – либо оплата от них.

Из представленной в материалы дела выписки из лицевого счета ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344)  в действительности следует, что на счет данного общества в спорный период поступило более 9 млн.руб., однако перечислений в пользу Зайцевой М.В., Зайцева А.В., после продажи общества в пользу Коптева В.П. не происходило. 

Суд апелляционной инстанции проверил и установил, что денежные средства по контрактам, заключенным с должником, на счета вновь созданного юридического лица не поступали, вновь созданное юридическое лицо вело самостоятельную деятельность.

В отношении довода о том, что Зайцевыми используется автомобиль Вольво СХ90, который был приобретен ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344) по договору лизинга 3Р-18-07392-ДЛ от 16.04.2018 , поскольку он расположен на стоянке дома, где они проживают, имеются штрафы ГИБДД, суд апелляционной инстанции считает, что данные доводы носят предположительный характер, документально не подтверждены.  Так, в многоквартирном доме по адресу г.Пермь, ул.Петропавловская, 29 расположены не только квартиры, но находится отель, и расположены коммерческие организации. То есть стоянкой данного дома могут пользоваться не только жильцы дома. Кроме того, согласно имеющимся в материалах дела справкам ГИБДД 02.04.2021 за Зайцевыми никаких транспортных средств не зарегистрировано, каких-либо штрафов за нарушение ПДД в связи с управлением транспортным средством у них не имеется. Кроме того, сам по себе данный эпизод (при этом не доказанный) не может служить основанием для вывода о том, что ответчиками произведен перевод бизнеса. 

 

Из анализа представленных в материалы дела документов, не возможно прийти к выводу о том, что Петухова Е.А. является номинальным руководителем ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344), а Зайцевы фактическим контролирующими данное общество лицами, получающими прибыль от его деятельности и пользующиеся его имуществом. 

Кроме того, не доказано, передавалось ли какое-либо имущество, принадлежащее должнику новому юридическому лицу, без которого деятельность должника стала невозможной.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в данной ситуации перевода бизнеса с должника на ООО «Промпроект» (ИНН 5903122344) не состоялось, создание нового общества не привело к банкротству должника.

С учетом изложенного наличие оснований для привлечения Зайцевых  к субсидиарной ответственности материалами дела не подтверждено.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности по основаниям, изложенным в заявлении конкурсного управляющего от 16.12.2020 года (ответственность за неподачу заявления и совершение недействительных сделок) правомерно были отклонены судом первой инстанции в силу следующего.

Как верно отмечено судом первой инстанции, в период с 2009 по 2017 годы в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Федеральным законом от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" в статью 10 Закона о банкротстве был введен пятый пункт. Данный пункт содержал, в частности, специальную норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве был изложен в новой редакции Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", который вступил в силу с 28.06.2017 и устанавливает, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Поскольку указанная норма не изменяет существа материальных правоотношений и имеет процессуальный характер, в ситуации, когда неправомерные действия (бездействие), причинившие вред кредиторам, были совершены в период до 30.06.2013, осведомленность заинтересованного лица о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и его обращение в суд с соответствующим требованием состоялись после указанной даты (в период действия другой редакции Закона о банкротстве относительно сроков исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности), начало течения срока исковой давности и его продолжительность определяются законом, который действовал на момент, когда заинтересованное лицо узнало или должно было узнать о наличии реальной возможности предъявления иска, не дожидаясь установления размера субсидиарной ответственности.

Учитывая данные положения Закона о банкротстве и правила их применения, суд апелляционной инстанции признал, что в рассматриваемом случае, учитывая момент совершения нарушений, вопрос о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности должен быть, разрешен применительно к правилам об исковой давности в редакции пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ.

По смыслу действовавшей на момент доведения ответчиками должника до банкротства редакции статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.

Учитывая, что применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом, по отношению к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности течение срока исковой давности начинается с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определить его действия); о неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность; о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

В рассматриваемом случае, должник признан банкротом  решением суда от 07.02.2018,  вменяемые руководителю должника правонарушения касаются периодов 2014 - 2016 гг., с рассматриваемыми требованиями конкурсный управляющий обратился 16.12.2020, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

То обстоятельство, что суд самостоятельно переквалифицировал требование о привлечение к субсидиарной ответственности на взыскание убытков, на течение срока исковой давности не влияет, поскольку в отношении убытков срок исковой давности не пропущен, так как заявление подано в течение трех лет с момента, когда независимое лицо узнало  о наличии оснований для взыскания убытков.

Соответствующие доводы ответчика подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм права. 

В отношении эпизода по убыткам иных доводов, помимо доводов о пропуске срока исковой давности, ответчиком не заявлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что в отношении основания о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию «перевода» бизнеса на аналогичную организацию срок исковой давности заявителями пропущен.

Так, из материалов дела следует, что довод о «переводе» бизнеса впервые заявлен уполномоченным органом в заявлении, поступившем в суд 01.04.2021 года (том 1 л.д.43).  

Должник признан банкротом  решением суда от 07.02.2018; уполномоченный орган включен в реестр требований кредиторов должника определением от 27.03.2017 года. 

Заявление о пропуске срока исковой давности Зайцевой М.В. заявлено в пояснениях к судебному заседанию от 01.04.2021 года (том 1 л.д.46); заявление Зайцева А.В. о пропуске срока исковой давности содержится в дополнительном отзыве от 05.04.2021 года  (том 1 л.д.117-120).

Таким образом, следует признать, что трехлетний срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства по основаниям «перевода» бизнеса определенно истек.

Вместе с тем, неверный вывод суда первой инстанции по данному эпизоду не привел к принятию неверного решения. 

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого решения.

Обстоятельства, имеющие значения для разрешения настоящего спора установлены судом первой инстанции в полном объеме; выводы суда основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая правовая оценка.

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены определения суда, судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26 апреля 2021 года по делу № А50-28733/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ООО «Персил» ошибочно уплаченную по платежному поручению №227 от 11.05.2021 государственную пошлину в размере                     3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

Г.Н. Мухаметдинова