СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-6335/2022(8)-АК

Дело №А60-42237/2021

10 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Е.О. Гладких, Л.В. Саликовой,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания   ФИО1, 

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 28 июня 2023 года

о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства INFINITI QX70, заключенного между должником и ФИО3,

вынесенное судьей С.Н. Веретенниковой 

в рамках дела №А60-42237/2021

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО3,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, 

 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 19.08.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Энергоальянс» (далее – ООО «Энергоальянс») о признании ФИО2 (далее –  ФИО2, должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 09.09.2021 после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.03.2022 (резолютивная часть от 02.03.2022) заявление ООО «Энергоальянс» признано обоснованным, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6 (далее – ФИО6), член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в газете «Коммерсантъ» №47(7248) от 19.03.2022, стр.29.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.08.2022 (резолютивная часть от 10.08.2022) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 10.02.2023, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» №152(7353) от 20.08.2022, стр.52.

В Арбитражный суд Свердловской области 22.07.2022 поступило заявление финансового управляющего должника ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства Инфинити QX70, 2014 года выпуска, заключенного 23.06.2018 между должником и ФИО3 (далее – ФИО3), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в размере рыночной стоимости транспортного средства на момент совершения сделки.

Определением арбитражного суда от 28.07.2022 указанное заявление принято к рассмотрению. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.11.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5.)).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.06.2023 (резолютивная часть от 22.06.2023) заявление финансового управляющего должника ФИО6 удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата), заключенный 23.06.2018 в отношении автомобиля Инфинити QX70, год выпуска 2014, между ФИО2 и ФИО3, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 1 750 000,00 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 28.06.2023 отменить. 

Заявитель жалобы указывает на то, что при вынесении обжалуемого определения судом не учтены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которыми предусмотрено, что сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом. Арбитражным судом заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято 09.09.2021, то есть сделки, совершенные должником до 09.09.2018, не могут быть признаны судом недействительными. Судом первой инстанции не указано точно и исчерпывающе по каким признакам суд квалифицировал сделку между должником и ответчиком по отчуждению транспортного средства Инфинити QX70 мнимой. Признавая сделку между должником и ответчиком по отчуждению транспортного средства Инфинити QX70 недействительной, судом не учтено, что до пороговой даты 09.09.2018 по отчуждению транспортного средства между продавцами и покупателями было произведено несколько сделок, а не только сделка между должником и ответчиком, что ставит под полное сомнение выводы суда о мнимости сделки между должником и ответчиком по отчуждению транспортного средства Инфинити QX70; точного и исчерпывающего обоснования признания всех сделок, произведенных до 09.09.2018, недействительными, судом не указано. Требование финансового управляющего должника о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, а также вынесенное определение об удовлетворении требования финансового управляющего выходят за пределы, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, требование финансового управляющего не могло быть принято и удовлетворено судом.

До начала судебного заседания от финансового управляющего должника ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что арбитражный суд в обжалуемом судебном акте указал на то, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 09.09.2021, оспариваемая сделка с заинтересованным лицом совершена 23.06.2018, что не позволяет оспаривать сделку на основании положений главы III.1 Закона о банкротстве, указывая, при этом, на возможность признания сделки недействительной по общегражданским основаниям (статьи 10, 107, 168 ГК РФ). Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. Должником и ответчиком формально заключен договор купли-продажи транспортного средства, оплату по которому ответчик не вносил. Мнимость оспариваемой сделки (договора купли-продажи транспортного средства между ФИО2 и ФИО3) подтверждается тем фактом, что в реальности имущество из владения должника не выбывало, после формального отчуждения должник продолжал осуществлять права владения и пользования имуществом. В материалах дела имеется ответ Российского союза Автостраховщиков от 28.03.2022, в котором союз представил сведения в отношении заключенных ФИО2 договорах автострахования. Согласно данному ответу ФИО2 являлся страхователем отчужденного по оспариваемой сделке транспортного средства Инфинити QX70 с 27.02.2018 по 26.02.2019, и в дату формального отчуждения ТС, а именно 23.06.2018, оформляется новый страховой полис сроком действия до 22.06.2019, по которому должник также является лицом, обладающим правом на управление транспортным средством. Согласно выписке по банковскому счету АО «Альфа Банк» р/с 

<

***>, должник в октябре 2020 года (за долго после продажи транспортного средства) оплачивал обслуживание транспортного средства в автосалоне Инфинити, заключение договора с матерью являлось лишь формальным действием без намерения создать соответствующие им правовые последствия. Доказательств, опровергающих данный вывод, материалы дела не содержат. В обжалуемом определении суд первой инстанции установил исчерпывающие основания для признания договора купли-продажи недействительным, а именно: наличие в действиях ФИО2 выявленного недобросовестного поведения при совершении оспариваемой сделки в связи с тем, что должник с 2017 года, полагая для себя наступление неблагоприятных последствий в виде обращения взыскания на собственное имущество, ввиду формирования задолженности у подконтрольных ему юридических лиц производил действия по сокрытию такого имущества (продаже транспортного средства); оспариваемая сделки совершена с аффилированным лицом (23.06.2018 должник продал автомобиль по договору купли-продажи ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р., являющейся матерью должника согласно справке Управления ЗАГС Свердловской области от 12.01.2023 № 118); доказательств встречного предоставления ответчиком или должником в материалы спора не представлено. Суд обоснованно пришел к выводу о признании доказанным наличие в действиях должника умысла причинить ущерб кредиторам, так как заключение оспариваемой сделки привело к уменьшению имущества должника, что, в свою очередь, привело к частичной утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества. В результате совершения оспариваемой сделки должник произвел отчуждение ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица в отсутствие доказательств встречной оплаты, при наличии принятых и неисполненных обязательств перед иными кредиторами, данные обстоятельства в своей совокупности подтверждают намерение должника причинить вред своим кредиторам в результате совершения названной сделки и являются достаточными для ее квалификации в качестве ничтожной в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ. Все последующие покупатели были привлечены к рассмотрению обособленного спора в качестве третьих лиц, по результатам исследования документов финансовым управляющим не была установлена аффилированность указанных лиц с должником иные пороки, позволяющие утверждать о недействительности последующих сделок, поэтому требования о признании цепочки последующих сделок недействительными даже не заявлялось. Последующая продажа транспортного средства ФИО3 говорит лишь о том, что она получила необоснованную выгоду за счет имущества должника, которое досталось ей безвозмездно.

От кредитора ООО «Энергоальянс» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что финансовый управляющий в своем заявлении просил суд признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 23.06.2018, заключенный между должником и ответчиком, либо вернуть транспортное средство в конкурсную массу, либо взыскать с ответчика денежные средства. Следовательно, предметом судебного разбирательства является вопрос о порочности только указанного договора. При рассмотрении дела суд установил, что с 2017 должник производил действия по сокрытию своего имущества, так как понимал, что в ближайшем будущем он будет привлекаться к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольных ему компаний. Суд подтвердил выводы финансового управляющего о наличии в действиях должника признаков преднамеренного банкротства. Оспариваемый договор заключен должником в пользу родной матери должника и находится в периоде, когда должник активно готовился к банкротству подконтрольных ему компаний и к личному банкротству. Доказательства встречного предоставления ни ответчик, ни должник в материалы дела не представили. Обстоятельства заключения оспариваемого договора и обстоятельства, связанные с поведением должника, предшествовавшим его личному банкротству, в совокупности квалифицированы судом как злоупотребление правом, а сама оспариваемая сделка определена судом как ничтожная в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ. В результате совершения оспариваемой сделки и впоследствии должник не получил никакого встречного предоставления за транспортное средство. Доказательства обратного в материалы дела при рассмотрении спора в суде первой инстанции ни должник, ни ответчик не представили. Само транспортное средство по цепочке сделок передано третьему лицу, и возврат автомобиля в конкурсную массу невозможен. При таких обстоятельствах взыскание с ответчика 1 750 000,00 рублей полностью основано на законе и на правилах о применении последствий недействительности сделок.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению жалобы в их отсутствие.

От должника, кредитора ООО «Энергоальянс» поступили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Согласно сведениям из ГУ МВД России по Тюменской области транспортное средство Инфинити QX70, 2014 г.в., было зарегистрировано в период с 10.02.2017 по 26.06.2018 за должником, в период с 26.06.2018 по 04.12.2018 – за ФИО3, в период с 04.12.2018 по 28.05.2021 – за ФИО4, в период с 28.05.2021 – за ФИО5 

В материалы дела представлен договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 23.06.2018, подписанный между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель), по условиям которого продавец продает транспортное средство Инфинити QX70, 2014 г.в., по цене 1 750 000,00 рублей, а покупатель принимает транспортное средство (номерной агрегат) и выплачивает стоимость продавцу.

Регистрация автомобиля на имя ФИО3 в органах внутренних дел произведена 26.06.2018.

По условиям договора купли-продажи автомобиля №1 от 06.08.2018 подписанного между ФИО3 (продавец) и ФИО7 (покупатель), продавец обязуется передать в собственность покупателю автомобиль Инфинити QX70, 2014 г.в., а покупатель обязуется принять вышеуказанный автомобиль и оплатить его стоимость в размере 1 350 000,00 рублей. Оплата автомобиля производится покупателем продавцу наличными денежными средствами в момент подписания настоящего договора (пункты 1.1, 1.4 договора).

По условиям договора купли-продажи автомобиля №1 от 21.11.2018, подписанного между ФИО7 (продавец) и ФИО4 (покупатель), продавец обязуется передать в собственность покупателю автомобиль Инфинити QX70, 2014 г.в., а покупатель обязуется принять вышеуказанный автомобиль и оплатить его стоимость в размере 1 450 000,00 рублей. Оплата автомобиля производится покупателем продавцу наличными денежными средствами в момент подписания настоящего договора (пункты 1.1, 1.4 договора).

Регистрация автомобиля на имя ФИО4 в органах внутренних дел произведена 04.12.2018.

По условиям договора купли-продажи транспортного средства от 28.05.2021, подписанного между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель), продавец обязуется передать в собственность покупателю автомобиль Инфинити QX70, 2014 г.в., а покупатель обязуется принять вышеуказанный автомобиль и оплатить его стоимость в размере 2 500 000,00 рублей. 

Регистрация автомобиля на имя ФИО5 в органах внутренних дел произведена 28.05.2021 и 17.05.2022 (в связи с получением государственного регистрационного знака).

В рамках настоящего дела о банкротстве, ссылаясь на то, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, сделка совершена безвозмездно, в отношении заинтересованного к должнику лица, после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и владение данным имуществом, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника, сделка совершена со злоупотреблением правом,  является мнимой, финансовый управляющий должника ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании договора купли-продажи транспортного средства Инфинити QX70, 2014 года выпуска, заключенного 23.06.2018 между должником и ФИО3, недействительным применительно к положениям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в размере рыночной стоимости транспортного средства на момент совершения сделки.

Удовлетворяя заявленные требования, признавая договор недействительным, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка совершена с аффилированным лицом, в отсутствие встречного предоставления, признав доказанным наличие в действиях должника умысла причинить ущерб кредиторам, так как заключение оспариваемых сделок привело к уменьшению имущества должника, что привело к частичной утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества; в результате совершения оспариваемых сделок должник произвел отчуждение ликвидного имущества в пользу заинтересованного лица в отсутствие доказательств встречной оплаты, при отсутствии доказательств фактического выбытия транспортного средства в собственность Родиной, при наличии принятых и неисполненных обязательств перед иными кредиторами; данные обстоятельства в своей совокупности подтверждают намерение должника причинить вред своим кредиторам в результате совершения названной сделки и являются достаточными для ее квалификации в качестве ничтожной в соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Применяя последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 750 000,00 рублей, суд первой инстанции исходил из того, что право собственности ФИО3 на автомобиль прекращено, доказательств иной стоимости автомобиля не представлено.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве  предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи  61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Поскольку договор купли-продажи от 23.06.2018 совершен после 01.10.2015, то он может быть оспорен в рамках дела о банкротстве должника как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Законом о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства,  предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

В данном случае, финансовый управляющий ссылается на то, что сделка совершена безвозмездно, в отношении заинтересованного к должнику лица, после совершения сделки, несмотря на заключение договоров купли-продажи, должник продолжил пользоваться проданным автомобилем, который из его обладания не выбывал, нес расходы по его содержанию, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, сделка совершена со злоупотреблением правом, является мнимой, в связи с чем, в качестве правового основания указаны положения статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

Пунктом 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168  ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступлений последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По условиям договора купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 23.06.2018, подписанного между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель), продавец продает транспортное средство Инфинити QX70, 2014 г.в. по цене 1 750 000,00 рублей, а покупатель принимает транспортное средство (номерной агрегат) и выплачивает стоимость продавцу.

В абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

Вместе с тем, доказательства, свидетельствующие о фактической передаче ФИО3 должнику денежных средств в размере 1 750 000,00 рублей в счет оплаты стоимости спорного транспортного средства, в материалы дела не представлены.

Доказательства поступления денежных средств от продажи транспортного средства по договору от 23.06.2018 на расчетный счет должника в материалах дела отсутствуют.

Ссылка на произведенную оплату в тексте договора купли-продажи от 23.06.2018 не содержится. 

Доказательства наличия у ФИО3 на момент подписания договора купли-продажи от 23.06.2018 финансовой возможности передать должнику денежные средства в размере 1 750 000,00, в материалы дела также не представлены и судом не установлены.

Также должником не раскрыты обстоятельства расходования должником денежных средств в размере 1 750 000,00 рублей, полученных им по договору купли-продажи от 23.06.2018. 

Таким образом, сторонами сделки не доказан, судом не установлен факт оплаты покупателем имущества, приобретенного у должника.

Доказательства, опровергающие указанные обстоятельства, в материалы дела не представлены.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие в материалах дела бесспорных доказательств оплаты проданного должником транспортного средства по спорному договору, в связи с чем, пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка осуществлена безвозмездно. 

Согласно пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Учитывая, что в результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение имущества должника, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, совершением оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Судом установлено, что ФИО3 является матерью должника, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве лицами. 

Действительно, наличие признаков аффилированности у сторон сделки не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, вместе с тем на таких лиц возлагается повышенный стандарт доказывания обстоятельств заключения сделки. 

Как следует из материалов дела, должник является учредителем общества с ограниченной ответственностью «Кван» (ОГРН 

<

***>, дата присвоения ОГРН 08.12.2006, ИНН 

<

***>, КПП 720301001) (далее – ООО «Кван») и до введения конкурсного производства являлся генеральным директором данного общества.

03.08.2020 ООО «Энергоальянс» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к ФИО2, ФИО8 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственности «Стройторг» (далее – ООО «Стройторг»), взыскании денежных средств в размере 1 370 434,41 рубля.

До рассмотрения иска по существу от ООО «Энергоальянс» поступили отказ от иска в отношении ФИО8, заявление об утверждении мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 10.06.2021 по делу №А70-12874/2020 принят отказ ООО «Энергоальянс» от иска к ФИО8, утверждено мировое соглашение, производство по делу прекращено.

По условиям мирового соглашения ФИО2 принимает на себя обязательство перечислить ООО «Энергоальянс» денежные средства в размере 1 762 236,69 рубля в счет погашения задолженностей: на основании решения суда от 07.02.2020 по делу №А81-6476/2019 в размере 1 386 511,69 рубля, судебных расходов, понесенных в рамках дела в размере 225 725,00 рублей, в виде оплаты за переход права собственности (куплю-продажу) на транспортное средство УАЗ390995 (грузовой фургон с государственным номером 

<

***> 2013 года выпуска) от ООО «Энергоальянс» в пользу ФИО2 в размере 250 000,00 рублей, в свою очередь, ООО «Энергоальянс» при условии надлежащего исполнения ФИО2 обязанности по перечислению указанных денежных средств, отказывается от любых других денежных требований к обществу «Стройторг» и ФИО2, в том числе от требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройторг».

Мировое соглашение подписано от ООО «Энергоальянс» представителем ФИО9 по доверенности от 25.03.2019 сроком действия до 25.03.2022; от ФИО2 представителем ФИО10 на основании доверенности от 28.09.2020 сроком действия до 28.09.2025; от ООО «Стройторг» - ФИО2 на основании доверенности от 12.01.2021, сроком действия до 12.01.2024.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 07.02.2020 по делу №А81-6476/2019 (учитываемое при определении размера задолженности ФИО2 в рамках дела №А70-12874/2020) установлено, что на стороне ответчика ООО «Стройторг» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) образовалась задолженность за период с 2017 года по июнь 2019 года в сумме 794 619,69 рубля.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 28.02.2022 (резолютивная часть оглашена 21.02.2022) по делу №А70-17177/2021 ООО «Кван» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО11.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции принял во внимание доводы финансового управляющего в части учета сведений об образовании задолженности, указанных в определении арбитражного суда Тюменской области по делу №А70-12874/2020 от 10.06.2022, начиная с 2017 года.

Необходимо учитывать период, связанный с возникновением признаков неплатежеспособности у подконтрольных должнику юридических лиц, поскольку это давало ему основания предвидеть наступление неблагоприятных для себя последствий ввиду наличия статуса контролирующего лица по отношению к ООО «Кван», впоследствии признанного несостоятельным (банкротом), ООО «Стройторг», чьи обязательства были приняты на себя должником в рамках дела №А70-12874/2020 при заключении мирового соглашения.

Таким образом, как верно отмечено судом, должник с 2017 года, предполагая наступление для себя неблагоприятных последствий в виде обращения взыскания на его собственное имущество ввиду формирования задолженности у подконтрольных ему юридических лиц, производил действия по сокрытию такого имущества в т.ч. путем его отчуждения по безвозмездной сделке в собственность заинтересованного лица, наращивал собственную кредиторскую задолженность.

С учетом приведенных обстоятельств цель заключения договора купли-продажи транспортного средства нельзя признать оправданной и соответствующей стандартам добросовестного поведения. 

Соответственно, вывод суда первой инстанции о том, что действия по отчуждению транспортного средства произведены с целью недопущения обращения взыскания на транспортное средство, является обоснованным. 

В рассматриваемом случае передача ликвидного имущества, на которое возможно было обратить взыскание, в пользу заинтересованного лица, совершена с целью исключения спорного имущества из конкурсной массы должника и недопущения обращения на него взыскания, причинения вреда имущественным правам кредиторов, что свидетельствует о недобросовестности сторон и злоупотреблении правом. Таким образом, сделка совершена сторонами с противоправной целью, о которой стороне по сделке было известно. 

Более того, согласно сведениям, предоставленным Российским союзом автостраховщиков, должник после отчуждения транспортного средства оформлял страховой полис и являлся лицом, обладающим правом на управление спорным транспортным средством (сведения о страховом полисе: страховщик АО «АльфаСтрахование» полис МММ5007742341, начало действия 23.06.2018 окончание 22.06.2019).

Кроме того, как следует из выписки по банковскому счету АО «Альфа Банк» р/с 

<

***>, и не опровергнуто должником, в октябре 2020 года должник оплачивал обслуживание транспортного средства в автосалоне Инфинити.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактически спорный автомобиль из владения должника не выбывал, несмотря на его отчуждение в собственность матери. 

Соответственно, оспариваемый договор был заключен лишь для вида, без намерения создания юридических последствий в виде прекращения права собственности на спорное имущество у должника и возникновение права собственности у покупателя, что свидетельствует о его мнимости. 

Учитывая, что в результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение активов должника, сделка совершена между заинтересованными лицами, в отсутствие фактической оплаты стоимости транспортного средства, принимая во внимание, что истинная воля сторон сделок была направлена вывод ликвидного актива, суд первой инстанции правомерно признал договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 23.06.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО3, недействительным (мнимым) основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

С учетом вышеуказанного, доводы заявителя апелляционной отклоняются, как необоснованные. 

Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным обстоятельствам и оценке представленных в материалы дела доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Признав сделку недействительной, суд первой инстанции применил последствия ее недействительности. 

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Принимая во внимание выбытие спорного имущества по безвозмездной сделке, учитывая отсутствие возможности возврата спорного имущества в конкурсную массу должника в натуре, суд первой инстанции в порядке применения последствий недействительности сделки обоснованно взыскал с ФИО3 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 1 750 000,00 рублей. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что при вынесении обжалуемого определения судом не учтены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, которым предусмотрено, что сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом; арбитражным судом заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято 09.09.2021, то есть сделки, совершенные должником до 09.09.2018, не могут быть признаны судом недействительными, отклоняются.

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2(2016)», утвержденным  Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016 по смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

Таким образом, суд вправе применить к спорным правоотношениям соответствующие нормы права, даже если сторона на них не ссылалась.

Как указывалось ранее, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168  ГК РФ).

В рассматриваемом случае в качестве оснований для признания сделки недействительной финансовым управляющим должника было указано на мнимость совершенной сделки, что нашло свое подтверждение при рассмотрении настоящего обособленного спора. 

Таким образом, исходя из оснований и предмета заявленных требований,  при рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции надлежащим образом применил к спорным правоотношениям нормы материального права (статьи 10 168, 170 ГК РФ).

Вопреки доводам апеллянта, оснований для применения к спорным правоотношениям положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и исследования обстоятельств, входящих в предмет доказывания, исходя из данных оснований для признания сделки недействительной, в том числе в части определения трехлетнего периода подозрительности, в течение которого она может быть оспорена, у суда первой инстанции не имелось.

С учетом конкретных обстоятельств совершения оспариваемой сделки, принимая во внимание, что должник нес расходы по содержанию указанного транспортного средства вплоть до 2020 года, следует признать, что фактическое отчуждение транспортного средства был совершено гораздо позднее даты, указанной в договоре купли-продажи с ФИО3 

Необходимо учитывать, что факт регистрации транспортного средства в органах ГИБДД не означает возникновения права собственности на спорную автомашину либо прекращения такого права, а является лишь основанием для допуска к участию в дорожном движении на территории РФ. Законодательно установленное требование о государственной регистрации автомобиля носит учетный, а не правоустанавливающий характер.

В данном случае правильное оформление юридических документов при недоказанности воли сторон на возникновение юридических последствий, предусмотренных сделками, свидетельствует о ее мнимости, что судом первой инстанции было установлено, а должником и ответчиком не опровергнуто. 

Соответственно, оспариваемая сделки совершена в пределах трехлетнего срока подозрительности. В связи с чем, судебная коллегия отклоняет доводы апеллянта как необоснованные. 

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 июня 2023 года по делу №А60-42237/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

Л.В. Саликова